In the same bed again

Выебанный в разных позах, хочу умереть. Мерзко так. Больно. Он реально буквально засаживал мне без всякого удовольствия и то, что обычно люди называют «сексом». Разложиться хочется. Все представления о романтике и долбаном первом разе растоптаны. Придурок конченный. Развалившись голым на паркете, уже размышляю, как именно мне вскрыться. Не то, чтобы у меня что-то щёлкнуло в груди и умерло после такого отношения, просто мерзко. В душу наплевали. Использовали и ушли. Не хочу отвечать за последствия, просто иду в ванну и достав лезвие, сворачиваюсь клочком на холодной плитке. Не думаю, что это смогу пережить. Горло саднит, жопа болит, а эта вода из глаз, откуда она вообще? Ненавижу. Делаю пару полосок и прикрываю глаза, наслаждаясь моментом исцеления. Чем быстрее это произойдет, тем легче мне станет. Да это выход. Сейчас все по-настоящему. Вдоль не поперек. Мама, меня только что выебал и кинул, как шавку, человек, которого я безумно люблю. Прости. Надеяться больше не на кого. Сжимаю пальцами воображаемую опору и прощаюсь со своей жизнью, покрываясь мурашками. Счастливый моменты проносятся перед глазами и утекают глубоко в сознание, затупляя чувство присутствия меня в этой жизни. Предательская вода из глаз не прекращает литься, даже тогда, когда громко хлопает дверь и ОН проходит в ванну. Исключительный доступ в мою квартиру. В мою постель. Ко мне. — Вернулся, чтобы снова поглумиться? Жопу выставить или рот открыть? — С неимоверно сильной болью в груди и теле, улыбаюсь и пытаюсь встать, чтобы исполнить ночные команды, но сил совсем нет и я ударяюсь о холодный кафель. Тело дрожит. Мне холодно? Первые минуты Ким даже не знает что делать, видимо он мигом трезвеет и начинает искать бинты, переворачивая все ящички в ванной, а я слежу пока есть силы. Улыбаюсь и сладко отвечаю: — Их здесь нет. Предпочитаю уходить, так с достоинством. — с трудом делаю еще несколько полосок, прямо на глазах ошарашенного Кима. Он выбивает лезвие и бежит куда-то прочь. Молодец, мальчик. Беги. Со мной выходит боль. Обида и унижение. Я почти теряю сознание, когда в ванну проходят врачи, а на заднем плане маячит Джун. Чертов говнюк, решил меня всё-таки «спасти».