Былые проблемы вернулись

      Темнота… Внезапный яркий свет... Переливы, совершенно не контрастных между собой оттенков и... — Здесь кто-нибудь есть? — сказала девушка с блондинистыми волосами, которые, по непонятной ей причине, сияли и переливались в кромешной темноте, где она и находилась. Зелёные глаза, как самый блестящий в мире изумруд сверкали, освещая путь нежным оттенком зелёного. — М-меня кто-нибудь слышит? В её голосе отчётливо слышался страх от издаваемого ею эха. Это означало то, что она находится здесь одна. Но её волнения ненадолго прекратились после того, как она шагнула вперёд. Вокруг всё белое... — Странное место, — сказала блондинка. — Действительно странное, — послышалось сзади девушки. Она обернулась, и увидела Мэй. — Мэй! Что это за место, почему ты тоже тут? — более облегчённо сказала она. Мэй молча подошла к Юдзу, и поцеловала её в губы. Но наслаждение прекратилось, как сухие губы цеплялись за её мягкие, нежные губки, принося им боль. Юдзу поняла, что лежит, связанная на кровати, и чей-то грубый язык проникает в ёё ротик. Открыв глаза, Юдзу увидела того человека, кого бы не пожелала видеть, даже если ей придётся из-за этого пасть в ад. Это как провести ночь с сатаной. Потресканные губы, и язык, словно с шипами. Боль, страх, кровь, серые глаза шатена спереди смотрели так, словно от него невозможно сбежать, и ему подвластно всё в этом мире. . … ..... Странное чувство. Детский плач. Самый красивый плач, что Юдзу удавалось слышать за всю её жизнь. Некое тёплое чувство грело блондинку изнутри. Мужчина исчез. Юдзу, вместо того, чтобы увидеть то чудо, что разогрело её сердце своим чудесным плачем, увидела перед собой нож и море крови. Нож отпускался то вверх, то вниз, и плач резко прекратился. Юдзу закричала, увидев это зрелище. Вокруг стекали реки крови. Она посмотрела на свои руки и одежду. Везде, куда бы она ни взглянула, виден лишь один густой оттенок красного. — А?.. Э-эт-то не моя к-кровь, — сказала она, оглядываясь по сторонам, и не видя никого рядом. — З-значит. Кровь, как густая краска, начала движение в сторону Юдзу. Она закрыла глаза, уже без возможности сбежать. Красная жидкость обхватила собой блондинку, словно слизь, пробираясь по её телу. Захватив её полностью, с ног до головы, что больше смахивало на кровяной кокон, жидкость постепенно застывала. Блондинка начала задыхаться… — Кххе-кхе кхе, — кашляя, Юдзу вскочила с кровати, при этом держась за горло, а рядом с ней стоит ошарашенная Мэй. — Кхе-кх, — блондинка тяжело дышала, по ней стекали реки пота, и глубокая отдышка заставили Мэй подскочить к Юдзу. — Юдзу. Успокойся. Всё хорошо... Теперь всё хорошо, — сказала Мэй, приобняв блондинку. — Тебе приснился кошмар? — К-кошмар? Значит.. это всё был сон… — с облегчением сказала Юдзу. — Что тебе приснилось? — они присели на кровать. — Что-то... что-то очень страшное и непонятное, — сказав это, Юдзу почувствовала сильную боль в промежности, — агх.. — Юдзу, судя по тому, что было вчера… тебе лучше прилечь. — А что было вчера? — «Что? Она не помнит? Наверное... она подумала, что это часть её сна. Или от шока она многое забыла, но это маловероятно, ведь сейчас она в порядке. Хотя. она тогда сильно ударилась головой. Может и в правду потеряла память?» — подумала Мэй, — забудь, ничего особенного. — Нет уж, говори, раз начала, — серьёзно сказала Юдзу, но потом у неё появилась резкая головная боль. Она моментально ослабла, и Мэй подхватила блондинку, уложив на кровать. — Тебе лучше этого не вспоминать. — Раз уж ты так говоришь… Ладно. Кстати, а где Ри? — Почему это ты вдруг про неё спросила? — Мэй начала волноваться. — Просто… Она мне приснилась, но эта часть сна была вполне реальной. — Ты же знаешь, у нас с ней не лучшие отношения, она мне не говорит, что собирается сделать. Наверное. она опять на тренировках, она же айдол. — Мэй врёт, и не краснеет... Хотя нет, краснеет. — Вот не умеешь ты врать, — держась одной рукой за голову сказала Юдзу. Мэй жалостливо посмотрела на Юдзу. Она, Мэй, помнит, что было в том страшном месте, но знает, что этого уже не изменить. — Что? Что это за взгляд? — Юдзу насторожилась. — А... ничего, — сказала Мэй, как провинившийся щеночек. — «Что она от меня скрывает? Она стала такой, после того, как я заговорила о Ри. Что случилось с Ри? Я должна это узнать», — думала Юдзу. — Айщ, почему так болит голова? — Ты ударилась головой, и пролежала так три дня, — снова соврала Мэй, сказав это почти сразу же после вопроса и без всякой запинки. — Три дня?! Почему я тогда не в больнице? И как я питалась всё это время? — Юдзу не ощущает сильного истощения. — «Упс, мой прокол, это же очевидно, как я могла забыть?». — Хей, Мэй, скажи правду. Брюнетка смотрит в пол. — Вообще-то мои глаза выше, — сказала Юдзу. Но вдруг, на радости Мэй, вбегает их мать, вся в слезах, а следом и отец. В дверях стоит дедушка. Какие-то подозрительные семейные сборы, думала Юдзу. — Юдзу, доченька, ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно подбежала к ней мама, взяв Юдзу за руки, и присев рядом. — Не особо. Мам… Что вчера произошло? Родители взглянули на Мэй и поняли, что Юдзу не помнит то, что было вчера. Её подсознание не желает вспоминать этого, и сильный удар по голове, который на самом деле был, помог Юдзу забыть об этом. — Вы все какие-то странные, а ещё и этот непонятный сон, — сказала Юдзу. — Сон? — переспросила мама. — А. Юдзу. Тебе стоит сходить в душ, ты долго тут пролежала. Мы тебя подождём в гостиной. Юдзу неловко. Она подскочила, и убежала в душ, там ей мама уже всё приготовила, она закрылась и сняла с себя одежду. — «Почему так пахнет спермой? И почему так болит снизу? Что вообще вчера произошло?!» — она зашла в душ, и начала мыться. Посмотрев на свои руки она испугалась. Юдзу со скривленным лицом смотрит на себя в зеркало. На её теле множество засов, на них больно смотреть. На руках ещё не прошли следы, от верёвок, которыми она была связана. Она положила свои руки на лицо. — Ч-что? — она помотала головой в стороны, и решила смыть с себя всё это. Она надеется, что это галлюцинации.

***

*Тем временем все остальные в гостиной.*

— Божечки, рано или поздно она обо всём вспомнит. — Мама (Я буду писать так, кто это говорит) — Мам, ты хоть видела её тело? Думаю, нам придётся объяснить всё после того, как она выйдет из ванной. — Мэй. — Но может что-нибудь придумаем в оправдание? Всё-таки её реакция будет не совсем… обычной. Боюсь, что это может повлиять на её психику. — Мама. — Когда мы пришли за ней, она всё помнила, но до суицида не дошло. Она быстро успокоилась. — Мэй. — Но.. но… — Умэ начала тихо всхлипывать. — Мам, успокойся, это ещё не конец света, надо подумать, что мы будем делать дальше. — Мэй. Они обе посмотрели на Отца и дедушку, которые, по всей видимости, пытались вникнуть в происходящее. И тогда Умэ и Мэй в один голос сказали: — Чего молчите? — Умэ и Мэй. Мужчины переглянулись. В их взгляде читалось сожаление. — В нашем случае, лучше думать молча. Юдзу может нас услышать, — придумал отговорку Шо. — Да, верно, — подтвердил дедушка. — Кстати, Мэй, где Риннэ? Вы ведь пошли за Юдзу вместе? — мама. Мэй сильно сжала губы. Смотря в пол, она в панике начала искать ответ на этот вопрос в своей голове. Как только она хотела хоть что-то сказать, они услышали грохот из ванной, что заставило их подскочить с дивана, и направиться на место, откуда недавно слышали звук. — Юдзу?! — в панике воскликнула Мэй, подбежав к входу в ванную.

*Пяти минут ранее*

Блондинка ополоснулась. Закончив принимать душ, она вновь посмотрела в зеркало, медленно открывая глаза. То, что она увидела, вновь повергло её в шок. Она надеялась, что ей показалось. Но теперь Юдзу сама во всём убедилась. Она начала догадываться, что с ней произошло. На её теле отчётливо видны гематомы и царапины, засосы, похожие на фиолетовую краску, и кровь, стекающая из её промежностях, которую раньше она не замечала. В её глазах начало темнеть, наворачиваются слёзы, перед глазами проплыл момент, где мужчина, с каштановыми волосами доминирует над девушкой. Это Амамия. Момент воспоминания был похож на момент из сна. — «Это был не просто сон», — говорила про себя Юдзу. В этом воспоминании отчётливо видно, как мужчина, возвышаясь над блондинкой, до потери её сознания, делает «это самое» с её невинным телом, которое принадлежало не ему. — «Он сделал это со мной... Я изменила Мэй... Почему? Почему это происходит? Почему я? Разве я сделала что-то плохое? Чем я заслужила всё это?» — блондинка сдерживается, чтобы не зарыдать. Она смотрит на себя в зеркало, не узнавая в нём себя. — «Когда я стала такой слабой? Если бы можно было всё вернуть... если бы я могла... то я…». Блондинка ничего не слышит, из-за сильного звона в ушах. Её кожа заметно побледнела. Она ощущает слабость, тошноту. Мелькание перед глазами, в которых она видит те моменты, которые ей пришлось пережить ранее. Странное расслабление мышц, ноги подкашиваются, и Юдзу падает, теряя сознание. Её глаза открыты, и зрачки сужены.

***

Мэй судорожно дёргает за ручку двери, ведущую в ванную, которая закрыта изнутри, каждый раз зовя блондинку. Не дождавшись от неё ответа, Мэй побежала вновь в гостиную. Достав ключи из комода она подбежала к двери, и начала пробовать открыть дверь всеми ключами, а их было не мало. К ней подбежала мама, приказав Шо и дедушке вызвать скорую на всякий случай. Всё равно Юдзу нужно осмотреться у врача, но Умэ сделала это для того, чтобы они не увидели обнаженную Юдзу. Наконец Мэй нашла нужный ключ, и распахнула дверь ванной. — Юдзу, Юдзу!!! — Мэй подбежала к девушке, лежащей на полу. — ЧТО ПРОИЗОШЛО??? — Юдзу, доченька, вставай!!! — Она нас не слышит. У неё редкий пульс, слабого наполнения, — сказала брюнетка, приложив указательный палец к шее девушки. — Мам.. у неё.. обморок… — глаза Мэй отдают влагой, она уже не может сдерживать себя, пряча свои истинные чувства под маской безразличия.

***

Скорая увозит блондинку, под покровом ночи. С ней поехали Умэ и Мэй. Дедушка и Шо уладят все дела в их отсутствие.

продолжение следует…