Fuck again

Однажды ты уже заходила в этот ночной клуб. Тогда парень, которого удалось подцепить был донельзя хорош. Но... У тебя есть свои «правила». И самое главное из них: «Никогда не спать с тем, с кем познакомилась ради секса, дважды». Да-да, это делает из тебя шлюху или ещё кого похуже, но это было несокрушимое условие такого образа жизни. Ты хотела попробовать в этом плане всё. А с одним человеком это было бы проблематично. Поэтому и отношений у тебя не было никогда. Ты не создана для всей этой сопливой чертовщины. Ненавидишь зависимость, а потому и привязанность. Однако за очередным бокалом мартини, понимаешь, что чертовски не хватает в каждом сексе тепла. Наверное, этого тебе не удастся попробовать. Но тут кто-то аккуратно разворачивает твоё тело к себе лицом, автоматически раздвигая твои ножки. — Значит не ошибся. — эта ухмылка, эти тёмные растрёпанные волосы, эти мышцы, которые можно почувствовать толком не утруждаясь. — Чон... Как там тебя... — голова ходуном ходит, кажется, ты перебрала. — Отвали. — Чонгук, детка. — он шепчет тебе это на ушко и тут же принимается целовать в шею, отчего сразу становится жарко. — Отвали. — ты с силой отталкиваешь его и слазишь со слишком высокого для тебя барного стула. — Я не сплю с одним и тем же дважды. — Многое теряешь. «Зато ты времени зря не теряешь» — ухмыляешься ты, когда он зажимает тебя, запустив свою руку под твою и без того короткую юбку. — При таком плохом освещении я и не понял, что ты в колготках в сеточку. Теперь тем более не уйдешь. — он сжимает твои бедра и, говоря это все где-то в районе шеи, оставляет засос. — Блять. — только и произносишь ты, осознав, что ещё одно правило нарушено. — Я сказала, чтобы ты... Отвалил. — уже стонешь последнее слово ты, так как его шаловливые ручки добрались до поверхности трусиков. — Либо мы прямо сейчас поднимаемся в номер, либо я беру тебя прямо здесь. Кажется, этот мальчик зол не на шутку и от того сильнее возбуждён. «К черту правила.» — заключительным тоном оглашаешь у себя в голове ты, словно это ты сама так решила, когда закрывается дверь одноместной комнатушки в отеле над тем самым ночным клубом. Он очень сильно торопясь, снимает твою юбку, наслаждаясь тем, как черная достаточно крупная сетка обволакивает твой живот, того же цвета трусы и достаточно изящные ножки. Обувь вы оба оставили ещё на входе, а так же всю его верхнюю одежду, оголяя тем самым его изящный рельеф мышц. Он нависает над тобой, предвкушая стоны и уйму удовольствия, но просто отыметь тебя во всех возможных позах ему неинтересно. И это то самое, что ты искала всё это время. Хищника, который хочет наслаждаться трапезой, а не тупо утолять чувство голода. Он аккуратно снимает твой топ, оголяя грудь. К его удивлению на тебе нет лифчика. Не понятно, ему нравится это или же злит. Он приближается, уверенно расположив свою руку между твоих ножек, дразня тебя. Оставляя повсеместно иссиня фиолетовые синяки, он проводит кривую дорожку к «границе». То самое, что возбудило его более всего — время избавляться от лишнего. Покуда он медленно, наслаждаясь каждым твоим изгибом, снимает колготки, ты уже готова сменить позиции. А потому присаживаешься, когда он стягивает ненужную ткань с кончиков пальцев на ногах. Теперь его очередь оголяться. Да, верно, тогда тебе не показалось. Такого размера «мальчики» тебе встречались редко, особенно тут, в Корее. Но, черт, каждая венка на его стволе возбуждает и заставляет хотеть. Это тот самый вид членов, как из порнухи. Но так говорить об этом реальном произведении искусства неуважительно. Ты, убрав, рассыпавшиеся волнистые пряди своих волос, за ушки, принимаешься к делу. Верно, негласный закон гласит: «в той степени, в которой ты сумеешь возбудить член парня, с которым собираешься спать, он и отымеет тебя позднее». За столь лет ты повидала многое, поэтому в плане минета тебе не было равных. Зная, насколько мужчины нетерпеливы во время этого, ты сама насаживаешься, обволакивая настолько, насколько вообще это возможно его «малыша». Самой смешно так называть то, что даже наполовину не поместилось бы в твоём рту, не обладай ты одной очень интересной техникой и пухлыми щёчками, которые порой спасали. Внезапно он тормозит тебя и тянет к себе за подбородок. — Сегодня ты должна получить достаточно удовольствия, чтобы я больше никогда не услышал с твоих пошлых губ фразу «я не сплю с одним и тем же дважды». Со мной ты будешь. И не два раза, поверь. Я буду для тебя наркотиком, от которого ты не сумеешь отказаться. — он находит клитор и медленными вращательными движениями стимулирует его. Этот придурок запомнил, что у тебя так же чувствительная грудь, не упустив шанса поиграть с ней. Кажется, этот парень действительно хочет врезаться в твою память. А ещё... У него теплые руки. Нет привычного отвращения от его прикосновений. Нет ощущения, что это неправильно. Нет блядских разрушающих мыслей в головей. Только приятное тепло медленно распространяющееся тепло по всему телу. — Блять. — заключительно произносишь ты, осознав, что впервые кончила от прелюдий. Он выглядит очень самодовольно. Но, конечно же, не собирается останавливаться. Он вводит всего один палец, дразня тебя. — Какого хуя? — не выдерживаешь ты, запрокидывая голову от очередного приплыва приятного. «Как он блять вообще нашёл эту точку?!» — ты стонешь как девственница, которой посчастливилось наткнуться на опытного мальчика. Он ухмыляется, наслаждаясь твоими извиваниями, ты ведь даже не связана, почему же так приятно? И, словно прочитав твои мысли он делает это. В каждом номере этого отеля есть игрушки для секса и, понятное дело, в их числе есть различные верёвки и повязки. Он берет одну, заткнув тебе рот своим указательным пальцем, завязывает твои глаза. А после и аккуратно обвивает веревками руки, прикрепляя твоё тело к изголовью кровати. Наконец-то после минутной передышки ты ощущаешь его внутри. Кажется, ты отвыкла от таких размеров и он это понимает. Поначалу позволяя тебе привыкнуть он едва ощутимо двигается внутри, а после ощутив, а вернее услышав, твои стоны, а не лёгкие вскрикивания, он принимается за дело так, как и подобает молодому парню, которого что-то злит. Он вдалбливает тебя в эту ничтожную кровать, что кажется сейчас вовсе развалится. Но она держится из последних сил, так же как и ты. Едва стоит ему сбавить обороты, и ты, как и ранее, ощущаешь этот кайф. Только проблема в том, что это не второй раз за этот вечер. И далеко не третий. Ты уже не контролируешь это. Когда он наконец немного замедляется и, кажется, готов к разрядке, ты отключаешься. Утром на тумбочке рядом будет стоять обезболивающее, стакан воды и небольшая записка с извинениями. — Ну и за что ты, блять, извиняешься. Это был лучший секс за всю мою жизнь. Где твой номер, а? — психуешь ты, так как разъедающие изнутри мысли о том, что жить «так» неправильно вернулись.