Это правда?

— Оу, тебе было так интересно, что даже подслушивал как я дрочу? — издевался младший. — Ну ладно, ладно, не буду тебя ещё больше смущать. — Ой, спасибо, — саркастически сказал Тэтэ. — Спускайтесь, — крикнул Чимин. — Чонгук, Тэхён! — Сейчас, — Чон взял Тэтэ за руку и побежал по лестнице вниз. — Я всё решу, — сказал Намджун, — вы женитесь в следующую пятницу. «Вот блин, придётся пропустить баскетбол» — единственное о чем подумал черноволосый. — А… а как мы будем праздновать? — Тэ явно нервничал, не то что его жених. — Мы проведем празднования тут. — произнёс Джин. — Позовем репортёров, влиятельных людей, чтобы об этом скорее узнали. — А можно мне Бека и ещё кое-кого позвать? — спросил шатен, — это же всё-таки моя свадьба. — Ну тогда и мне Чанёля? — продолжил Чон. — Да, конечно, — произнес Джин. — Зовите кого хотите, ты думаешь, что здесь мало места для них? — Прекрасно, — успокоился шатен. — А почему вы так кричали наверху? — спросил Юнги. — А, да ничего такого, — Чон сорвался с места и подбежал к Тэтэ, закрывая ему рот, потому что тот хотел показать след от метки. — Только попробуй кому-то сейчас показать. — шепнул младший ему на ухо. — Ну ладно, — сказал Джин. — Мы уже наверное пойдем. — Так быстро? — спросил Чон. — Я надеялся, мы ещё немного побудем с Тэ вместе. — Тэхёну стало не по себе, когда он услышал как назвал его черноволосый. — Нет, уже действительно пора, — произнёс Юнги. — Вы же завтра встретитесь, так что нечего переживать. — Ну ладно. Тэтэ, дай мне, пожалуйста, свой номер, созвонимся, — Киму было плохо из-за того, что Чон его пометил, у него кружилась голова и, кажется, поднялась температура. — А, да, дай мне ручку и бумажку, — Чон дал ему ручку и протянул руку. — А может всё же бумажка? — Гук помахал головою. — Ладно, — он написал свой номер, но когда старшие уже стояли на пороге, Чон взял руку старшего в свою и поднес её к своим губам, целуя и вдыхая запах сицилийского апельсина. — Тэ, пошли уже! — крикнул Джин. — Мне пора, — шатен вырвал свою руку из руки Чона и побежал к родителям, попрощавшись с Чимином и Юном. — Мне показалось, что ты подружился с Чоном, — произнёс Намджун в машине. — Я слышал запах сегодня в аудитории. Это была вишня, — Тэхён задумался. — И сегодня Чон переодевался при мне, а потом резко подошёл, тогда я снова услышал вишню. — Действительно? — крикнул на весь салон Джин. — Это же прекрасно. Возможно, ты сможешь слышать запахи, твой истинный об этом позаботиться, — Джин улыбнулся и посмотрел на Нама, который вёл машину. — Как? Что он может сделать? — спросил Тэ тихо, едва слышно. — Хочешь мы пойдем к врачу? — предложил старший омега. — Давай уже после свадьбы, а то я не хочу ещё больше портить себе настроения, — шатен обернулся к окну и погрузился в свои мысли. Ему было страшно. Чонгук был хорошим при родителях, но когда они пошли в комнату, то Чон не совсем понравился шатену. Особенно когда тот поставил метку, из-за которой старшему было нехорошо. — Пап, а что происходит когда тебя метит альфа? — спросил Тэтэ. — Чего ты спрашиваешь? — обеспокоенно посмотрел на него Сок. — Чон что-то говорил о метке? — Нет, нет. Просто мне интересно как это, — расстроился Тэхён. — Я читал, что может подняться температура и закружиться голова. — Такие симптомы не только от метки, я тебе так скажу, — начал смеяться старший. — Ну да, тебе целый день плохо, меня даже тошнило, но пока у тебя любимый альфа, всё в порядке. Тэхён не мог дождаться приезда домой, он хотел затащить своего папу в комнату, чтобы проконсультироваться, как говорится. Хорошо, что ждать долго не нужно было, вот уже ворота их дома. Как только Джин переступает порог дома, Тэ берёт его за руку и тянет в свою комнату. — Тэтэ, то случилось? — Джин присел на кровать сына. — Пап, в чём преимущества истинности? — по-серьёзному спросил шатен. — Ну… во-первых, запах истинного заставляет тебя размножаться или защищать, — сказал старший. — Разве не все приятные запахи течных омег заставляют альф сходить с ума? — не понял Тэхён. — Да, запахи омег заставляют большинство альф размножаться, но истинный может контролировать эти позывы и, соответственно, защищать. То есть, когда у тебя будет течка, Чонгук сначала обеспечит тебе безопасность и удобство, и только тогда, если позволишь, будет размножаться, — Тэ очень сильно смутился, когда папа вспомнил Чона. — А метка? — спросил младший. — А что метка? Увы, метку может поставить каждый, но если ты принимаешь альфу, то она выглядит не просто как шрам от укуса, а как печать, у каждого свой рисунок, — Сок расстегнул верхнюю пуговицу и показал шрам, который был похожим на лилию. — Может ли омега пометить альфу? — Конечно. Каждый альфа, на самом деле, имеет нескольких истинных. Когда-то это было удобно, но теперь, когда эти омеги раскинуты по всему миру, можно только мечтать, чтобы ты нашел истинного. — произнес Джин. — Во-вторых, истинные чувствуют друг друга, особенно альфы. Этот навык почти исчез, но ещё всё равно есть альфы, которые могут найти своего помеченного омегу. В-третьих, истинные разделяют боль друг друга. То есть, Чонгук может забрать часть твоей боли себе, тогда ты, вместо сломанной ноги, почувствуешь боль, будто ты только вывернул колено, но он почувствует сломанную ногу. Правда, это всё психически, поэтому он с этой болью сможет тебя отнести в больницу, а ты нет. — пояснил Сок. — Почему ты не выбрал своего истинного? — достаточно логичный вопрос. — Потому что, он наносил мне больше боли, чем кто-либо другой, — помрачнел Джин. — Но вот Джун, хотя и не мог забрать боль себе, делал всё, чтобы мне было удобно с этой болью. — А отец никогда не встречался со своим истинным? — спросил младший. — Его истинный умер. Но он мне рассказывал, что он бы всё равно не был бы с тем омегой, — произнёс блондин. — Почему я у него никогда этого не спрашивал? — сам себя спросил омега. — Ну ладно. И ещё одно, пап, нечто сегодня произошло, я бы сказал, не слишком приятное, — Тэхён подошёл к своему папе впритул. — Посмотри. — Под рубашку? — Тэ кивнул. Джин снял платок с шеи сына и расстегнул две верхних пуговицы, этого было достаточно, чтобы увидеть кровавую рану на ключице. — О Боже! Что это?! Он поставил метку?! Тэхён, как ты мог позволить ему? — Пап, я не позволял Чонгуку это делать, но я и не против, мне страшно за него выходить. Сегодня мне показалось, что он меня изнасилует, он без рубашки резко подошёл ко мне и начал говорить, что не отпустит меня и поставил метку, — Тэ задыхался от страха. — Но я почему-то хочу ему довериться. Я не знаю почему, мне кажется, что я без него уже не смогу. Я не знаю как это объяснить… — И не нужно, — перебил его старший. — так ты не хочешь, всё отменять? — Нет, я хочу попробовать, — уверенно сказал шатен. — Если что-то произойдет – мы всё отменим. Не переживай, — успокоил того Джин. — Но он твой истинный, так, как с ним, уже не будет ни с кем, ты это понимаешь? — Да, — тихо сказал Тэ. — Из-за этого я и хочу попробовать, но то, как он озверел, когда увидел шрам пугает. — Не самое приятное, когда у твоего истинного, есть шрам от метки, — старший встал. — Я уже пойду, переоденусь. Можно я расскажу все Джуну? — Да, думаю, да, — вышел из транса Тэхён. — Только скажи ему, чтобы он не ругал Чона сам или через его родителей. — Ты уже за него переживаешь, — сказал Сок, закрывая дверь за собой. — Нет, больше себя, — шатен начал переодеваться, при этом смотря, что он завтра наденет. Но как только он снял рубашку, ему позвонил незнакомый номер. — Алло, — грубо сказал Тэхён. — Привет Тэтэ, — старший сразу узнал голос Чонгука. — Когда мы завтра сможем встретиться? — Ам… ну давай в одиннадцать у… — но шатен не успел договорить, Гук его перебил. — Я заеду за тобой в одиннадцать, будь готов, не люблю ждать, — сказал сладким голосом Чон. Только от этого голоса у Кима ноги подкашивались, а дыхание шло на второй план. — Хорошо, — единственное, что смог из себя выдавить Тэ. — До завтра, — Мин явно улыбался, неужели он настолько хорошенький и рад, что встретил истинного? — Ага, — Ким сбросил трубку. — Тэхён! — крикнул Намджун снизу. — Бегу, только переоденусь! — шатен ускорился, ведь не хотел, чтобы отец долго ждал. — Что случилось? — спросил шатен в Нама на кухне. — Почему ты мне не рассказал о метке? — старший присел за стол. — А, ты об этом… — Тэ налил себе стакан воды. — Я не хочу чтобы ты заставлял дядю Юна ругать Чонгука за это, я не очень против, ведь мы истинные, это и так случилось бы. — Тэхёну стало резко плохо, поэтому он тоже присел на стул и выпил стакан холодной воды. — Я должен рассказать, ты это понимаешь. — Джун начал нервничать. — Если он просто забавляется, это нехорошо, совсем нехорошо. Ведь метка останется навсегда, к тому же, от тебя всегда будет пахнуть истинным. — Я понимаю… — Тэхён упал лицом на стол. — Тэхён?! Тэ? — Джун подбежал к сыну и поцеловал в лоб, чтобы проверить нету ли температуры, шатен буквально весь горел. — Джин! Джин, беги сюда, Тэхёну плохо! — Нам взял сына на руки и отнес на диван, аккуратно положив его на мягкую поверхность. — Что случилось? — Сока не нужно было долго ждать, он уже приложил руку ко лбу шатена. — У него температура, неси сюда аптечку, — скомандовал старший. Когда Джун принёс коробку, блондин достал жаропонижающие и охлаждающую мазь. Нам принес стакан воды. — Пап… — тихо сказал Тэтэ. — У меня всё болит… — Выпей это, — старший протянул таблетку и стакан, когда омега улёгся на подушку, приспустил горло футболки и испугался, ведь на месте метки делался узор. Тэхён принимает Чона? — Тэ, это из-за метки. — У него делается узор? — напугано спросил Джун. — Как? Почему? Так быстро? Я пойду позвоню Чонгуку, он первый в списке тех, кто сейчас здесь должен быть, — Нам побежал к кухонному столу и начал набирать Чона. — Алло, Чонгук, приезжай сюда. Ты нам нужен. — Уже выезжаю, дядя Нам, — произнёс младший альфа, даже не задавая лишних вопросов. — Тэхёни, мы бессильны, — сказал грустным голосом Джин, — ты должен это перетерпеть, сейчас придет Чон и станет легче, хорошо? — Угу, — единственное, что смог сказать шатен. — Боже, я сейчас его убью, — прошипел сквозь зубы Джун. — Как он мог в первый же день поставить метку? — Нам, но Тэ принимает его, значит всё не так уж и плохо, — пробовал успокоить своего альфу Сок, а когда услышал звонок в дверь, подорвался с места и побежал к двери. — Что случилось? — спросил Чонгук, быстро проходя внутрь и едва не падая от резкого запаха апельсина. — Что-то с Тэхёном?  — Чонгук подбежал на кухню, где он получил кулаком по скуле. — Ты поставил ему метку и думал, что всё будет хорошо? — глаза старшего альфы горели от злости, но он пытался сдерживаться. — Потом поговорим об этом, иди к нему, он на диване. Сначала отнеси его в комнату, а потом забери его боль себе, его лихорадит из-за тебя. — Да, — Чонгук был зол на старшего, но в чем-то мог понял его, поэтому просто послушно подошёл к дивану. — Тэ? Это я Чонгук. — Чонгук… ты идиот, — еле слышно прошептал Ким. — Мне это уже все сказали, — Гук поднял Тэхёна на руки и понес на второй этаж, где были открыты двери, как он понял, в комнату шатена. — Что с тобой случилось? — спросил черноволосый в Тэ. — Это из-за метки, — альфа посмотрел на шрам и не на шутку удивился, когда увидел, что там делается узор. Правда, вся рана была в крови и выглядела, мягко говоря, болезненной. — О Господи. Тэхён, ты… — Закройся, — произнёс Ким, понимая, что младший хотел сказать, что удивлен тому, что омега его принимает как своего единсвенного. — Просто забери боль. — Я не умею, никогда такого не делал, — вдруг Гук почувствовал очень резкую боль в голове, а потом прилёг возле старшего и понял, что вот оно, он помогает своему истинному. — Чонгук, с тобой всё в порядке? — омега явно лучше себя чувствовал, поэтому посмотрел на младшего. — Чон, боже, ты весь красный, так больно? — Нет, пока тебе хорошо, всё хорошо, — в нём сейчас явно играют гормоны, но, возможно, это и к лучшему. — Я хочу спать, можно я здесь усну? — Конечно. Думаю, ты сегодня будешь здесь, пока рана не заживёт немного, — сказал старший, поворачиваясь спиной к альфе. — Давай просто проспим всю боль. Спокойной ночи. — Спокойной, — сказал Гук, обнимая Тэхёна сзади и прижимаясь к нему как можно ближе. — Чон, отодвинься, мне неловко, — устыдился старший. — Не-а, так я буду лучше спать, и тебе советую просто наслаждаться запахом, — улыбнулся альфа, погружаясь в царство Морфея.

***

— Тэхёни, вставай, — послышалось из-за дверей. — Пошли, поужинаешь с нами. — Встаю, пап, — Тэ перевернулся на другой бок и увидел Чонгука, который всё ещё мирно сопел. Шатен бы был не против, видеть такую ​​картину каждое утро, честно признался он себе. — Что не так? — Чон снова напугал старшего своим резким пробудженням. — Ты так смотрел, как будто хочешь во мне дырку сделать. — А, нет. Просто уже надо вставать, — произнес Тэхён, вставая с кровати. — Поужинаешь с нами и уже пойдешь. Насколько я понял, тебе лучше. — Я не хочу, — простонал младший, а затем, взял шатена за руку, потянул резко на себя, заставляя того упасть обратно в постель. — Я не хочу идти, — он обнял омегу. — У меня уже действительно ничего не болит, а у тебя? — У меня уже нет, — сказал Тэтэ, резко вырываясь из объятий Гука. — Подожди, — Чонгук резко поднялся с кровати. — Покажи, — он приспустил футболку старшего и увидел шрам, который был похож на цветущую вишню. — Тэ, там цветущая вишня. — И? — он вырвался из рук альфы и пошёл к двери. — Мы же двое понимаем, что это значит, — Гук улыбался нагло так, что хотелось ударить. — Ты принимаешь меня. — Я же пока не знаю, какой ты, поэтому и доверился, — оправдывался Ким, но когда почувствовал пухлые губы на своих не противился, а только нежно посасывал и обнял шею черноволосого, наслаждаясь запахом сладкой вишни. — Тэхён, — в комнату ворвался Джин, поэтому голубки сразу же отошли друг от друга. — Вы думаете я не видел? Да ладно вам, — протянул старший. — Чего здесь стесняться, вы же помолвлены. Давайте скорее спускайтесь, Намджун хочет ещё с вами поесть, прежде чем на работу ехать.  — Да, дядя Сок, — протараторил Гук, быстро идя на первый этаж, что сделал и Тэхён. — Нам, — начал Джин, как только они все прибежали в кухню. — Эти двое уже сблизились. — Тэхёни, с тобой уже всё в порядке? — спросил старший альфа. — Да, всё уже хорошо, шрам затянулся, — шатен присел за стол, где были уже наложен рис, овощи и рыба. — Покажи, — заинтересованно сказал Сок, опуская футболку Тэ. — Оу, вишня. Джун, у него цветущая вишня. — Прекрасно, только есть одна проблема, Чонгук, — младший вздрогнул, он надеялся, что до него не дойдет. — Хоть ты и помог с болью Тэтэ, но ты же эту боль сделал, поэтому это тебя не освобождает от ответственности. — Я понимаю… — Чонгук опустил подбородок. — Намджун, достаточно его пугать, у них всё хорошо, так что ничего страшного, — улыбнулся еще больше Джин. — Давайте уже поедим, а то все остывает. — Дядя Джин, — распахнул глаза Гук, когда попробовал кимчи, — это вы сделали?  — Да, — просто сказал старший. — Это так вкусно, — протянул черноволосый. — Я обожаю ваше кимчи. Научите и Тэ так готовить. — Ой, спасибо, — улыбнулся блондин. — А Тэхён уже так умеет, он вкусно готовит. — Это хорошо, — младший посмотрел на истинного. — Я люблю поесть. — Буду я тебе ещё готовить, — саркастично подметил шатен. — Я тебя заставлю, — тихо шепнул альфа на ухо Киму. — Ну всё, спасибо Джинни, было очень вкусно, я уже пойду, — сказал Джун, вставая из-за стола. — Я рад, что тебе понравилось, — тихо сказал старший. — Я уже тоже должен бежать, — грустно простонал Чонгук, после того, как помог убрать со стола. — Ладно, Чонгуки. Осторожно на дороге. Тэхён, проведи его, — Сок вытер руки и подошел поближе к альфе, тихо говоря йому. — Ты только не обижай Тэ, я тебя умоляю, он уже к тебе что-то чувствует, это видно, а ты не смей с ним просто играть. — Я и не собирался, дядя Джин, не переживайте, — ответил старшему черноволосый. — Ну всё, Чонгук, до завтра, — Тэ попрощался с Чоном у машины и уже хотел идти, но альфа привлёк его за талию к себе и чмокнул в губы. — До завтра, Тэтэ, — сказал Гук и ворвался уже взрослым поцелуем в приоткрытый ротик шатена, от чего старший простонал.  — Завтра в одиннадцать буду ждать тебя здесь, — произнёс омега и побежал к дому. — Какой няшечка, — Мин снова показал свою кроличью улыбку. — Тэ, — крикнул Джин, услышав, что кто-то закрыл двери, — подойди сюда, пожалуйста. — Что пап? — спросил младший, потирая тыльной стороной ладони покрасневшие губы. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Сок начал серьёзно. — Как вы могли за один день сблизиться настолько, что он тебя целует? — Пап, только давай без этого, — простонал шатен. — Ну просто он это делает, а я не против. Вот и всё. — Как омега может быть не против такого?  — издевался блондин. — Ну просто я доверяю ему, а запах вишни позволяет всё, — смутился Тэ. — Я почему-то переживаю, — старший всегда делал глубокий вдох, когда нервничал.