В Хогвартсе

«Да что же такое мне может сниться второй день подряд?!» - жена с утра снова сказала, что, когда она зашла в комнату, я спал и улыбался во все 32. – «Почему я не могу вспомнить? Почему?» Тут, за своей спиной, я услышал звук открывающегося окна и, последовавший за ним, шелест крыльев. Тут же, на стол упала огромная пачка абсолютно ненужной мне макулатуры – письма от родителей, различные газеты… Среди этих газет была только одна годная – «Спортивный вестник». В ней были идеальны все разделы. Особенно про квиддич. Я, правда, не знаю, почему так люблю этот вид спорта, но… Я достал из этой кучи любимую газету, посмотрел на обложку и охнул. С обложки мне улыбался человек, которого, как мне показалось, я откуда-то знаю. Тут же, у меня жутко заболела голова, а перед глазами начали проноситься отрывки из моей жизни, о которых я даже не подозревал… - Здравствуй, Гарри Поттер. Я Драко Малфой. А это мои друзья: Крэбб и Гойл. А это… Ты что, общаешься с такими, как они? - Господи, как он красив… Профессор, я люблю его, - я разревелся. – Люблю этого придурка Поттера. - Повезло же тебе, - Снейп сочувствующе посмотрел на меня. - «Мой, только мой… Жаль, что лишь на время»… - Благодарю вас, профессор, за предоставленный кабинет. - Как прошло? - Я хочу умереть. - Ясно… - Будь счастлив, Поттер. - Чёртова Джинни. Хочу ей врезать. Почему она стоит с ним? - Это невыносимо. Надо наложить какое-нибудь заклятие на свою память. Но так, чтобы не забыть о том, кто я. Вспомнил! Тогда я нашёл только одно заклятие подобного плана. И в нём был один минус: если я увижу то, что замыкаю в себе, я сразу всё вспомню. Но что-то надо было делать. «Однако, почему я вспомнил это всё?», - удивился я и посмотрел на журнал. Дышать стало невозможно. Перед глазами сначала потемнело, затем посветлело… - Гарри? Гарри Поттер? Вернувшись домой, я потребовал от Астории развод.