Как посадить дерево, построить дом и воспитать сына. Истории успеха

Кастиэль оказался буквально волшебником. Начать с того, что переезд на новое место занял всего три дня и полностью лежал на плечах Новака. Полностью. Совсем. То есть в первый день, когда грузчики увезли большую часть габаритных вещей, которые следовало перевезти, Кас попросил Дина собрать свои вещи и вещи Эммы, дабы их не забыли. На второй день, обнаружив, что валящийся с ног от усталости Винчестер-отец так и не занялся сборами, Кастиэль сказал, что вещи малышки возьмёт на себя. Теперь от Дина требовалось собраться самому, но, так как отложить переезд на выходные не вышло, и это было слишком тяжёлой задачей. На третий день Дин получил смс с предложением приезжать сразу по новому адресу, так как по старому ему делать нечего. И Винчестер, приехав домой к Касу, обнаружил в комнате, выделенной для него, все свои вещи. Разумеется, Дин и Кастиэль не собирались жить в одной комнате. Кас выделил любовнику комнату напротив своей и именно туда перевёз вещи Винчестера, которые тот так и не удосужился собрать. В аккуратно запакованных коробках обнаружилось всё. Диски, фотографии, даже нижнее бельё. И всё это Кастиэль аккуратно сложил, упаковал и перевёз сюда. Надо сказать, что хотя это и было приятно, да и напрягаться самому не пришлось, при мысли об этом холодок пробежал по спине Винчестера. Одно дело согласиться жить и спать с мужчиной, которого едва знаешь. Это партнёрство, обмен, ничего большего. Это даже хорошо. Никаких чувств, никаких отношений. Ничто не оскорбит память Лизы, более того, самого факта "другой женщины" не будет. И Бен с Эммой, конечно, не будут знать. Это очень удобно и даже хорошо. Но вот отношение к нему Кастиэля - дело другое. То есть, Кас говорит, что это союз, обмен. Вот только Дин даёт намного меньше, чем получает. Мало того, что он переезжает к Кастиэлю, мало того, что он привозит с собой своих детей, за которыми Новак будет присматривать, мало того, что Кас берёт на себя большую часть обязанностей Дина, так тут ещё и это. Надо же, аккуратно собрал и сложил все его вещи, ничего не забыл, ничего не выкинул хотя бы в качестве наказания. Дина начало это беспокоить уже первым же вечером. Вечером, когда его, приехавшего в новый дом в половине одиннадцатого, ждал на плите вкусный и сытный ужин, порция, любовно оставленная специально для него, о чём гласила короткая записка. Записка так же сообщала, что Кастиэль у себя в студии, работает, а когда он работает, его лучше не отвлекать. В тот вечер Дина хватило только на то, чтобы поцеловать на ночь Бена, который, кажется, впервые так чему-то радовался с момента смерти Лизы, вытащить из коробок вещи первой необходимости и лечь спать, радуясь тому, что завтра у него выходной. По крайней мере, он сильно на это надеялся. Субботнее утро началось непривычно поздно. Обычно Дин в девять уже был на ногах, малышка Эмма требовала внимания, её надо было кормить и развлекать, в противном случае она начинала развлекать себя сама, что часто имело плачевные последствия. Но на этот раз Винчестер, открыв глаза, обнаружил, что комната полна солнечного света, а часы показывают одиннадцать утра. Поднявшись с кровати он быстро обнаружил ванную, располагавшуюся в дальнем конце коридора, и умылся. Дин чувствовал себя непривычно бодрым и свежим, здоровый сон благотворно сказался на его настроении, так что он уже почти не был обеспокоен такой заботой со стороны Кастиэля, помня лишь, что его надо поблагодарить. Спустившись вниз, он обнаружил в гостиной Эмму, сосредоточенно чиркающую что-то в альбоме цветными карандашами. Эмма казалась довольной и увлечённой, и Дин почувствовал неприятный укол, когда понял, что посторонний мужчина поднял, переодел, накормил и усадил рисовать его малышку. Впрочем, надо было держать себя в руках. - Привет, папа! - Эмма помахала рукой, в которой был зажат красный карандаш, и погрузилась дальше в свой альбом. Дин улыбнулся и, подойдя и наклонившись, потрепал девочку по волосам. Эмма была похожа на него больше, чем Бен, и Дин, сам рано потерявший мать, жалел, что девочка вряд ли будет хорошо помнить Лизу. - Доброе утро, - раздался знакомый голос со стороны кухни. - Бен и Клэр на школьной экскурсии, я их накормил и собрал, так что не стоит волноваться, - Кастиэль стоял в дверях кухни и улыбался. - Завтрак мы не оставляли, он бы остыл, но, если хочешь, я могу приготовить что-нибудь для тебя. - Спасибо, я справлюсь сам, - Дин запоздало сообразил, что, по сути, сейчас Кас кормит Бена, Эмму и его из своего кармана. - Большое спасибо за всё, - Дин подошёл ближе и, обогнув Кастиэля, вошёл на кухню. - Слушай, по поводу денег. Я не знаю, сколько ты тратишь, и как будет удобнее рассчитываться за еду и... - Ну... - Кастиэль посмотрел на своего любовника и задумался. - Ты мог бы отдавать мне свои деньги. Я буду возвращать тебе некоторую часть в конце месяца, то, что останется, - предложил он после некоторого молчания. - Ты уверен, что это будет удобно? - уточнил Винчестер, доставая из холодильника колбасу и пакет с молоком. - Впрочем, если так, то я могу отдать тебе всю мою следующую зарплату, - Дин чувствовал, что зарабатывает не так много, чтобы Кас мог на нём нажиться. Конечно, отдавать все свои деньги было бы трудно, но, во-первых, Дин не хотел чувствовать себя ещё большим должником, во-вторых, он действительно плохо представлял себе, сколько теперь будет уходить на детей. - Но учти, у меня есть долги. - Я внесу их в список расходов, если ты мне всё про них расскажешь, - закрыв за собой дверь кухни, Кастиэль подошёл к Дину сзади и провёл руками по его бокам, от подмышек до бёдер. Дин невольно вздрогнул. - Извини. - Ничего, я расскажу, и... - Винчестер повёл плечами. Не то, чтобы ему не нравились прикосновения, просто он чувствовал смущение, когда мужчина так открыто ласкал его, да ещё и в такой близости от Эммы. - Нам следует договориться и об этом тоже? - Кастиэль отступил на шаг, опуская руки. Очевидно, он не желал смущать Дина или заставлять его напрячься сильнее. - О времени, может быть? - он спрашивал осторожно и мягко, и Винчестера это напрягало. Мало того, что он чувствовал себя обязанным, так ещё и обращались с ним, как с капризной девицей, от которой почти ничего и требовать нельзя. - Нет, - покачал головой Дин. Ему было смешно думать, что они будут обсуждать, где как и когда заниматься сексом, пусть даже это и было частью их союза, а не проявлением чувств. Что он должен сказать? Давай по средам и пятницам ровно в полночь по двадцать минут? Глупо. - Просто Эмма... - У неё талант, - перевёл тему Кастиэль, отходя ещё дальше и позволяя Дину свободно заниматься приготовлением к завтраку. - К рисованию. - А в таком возрасте уже можно что-то об этом говорить? - Винчестер повернул голову. Он не хотел бы думать, что мало понимает в детях, но ему упорно казалось, что Эмма ещё слишком мала для того, чтобы можно было обсуждать её будущее. - Она хорошо выбирает цвета. И явно старается. В её возрасте этого достаточно, чтобы сказать, что у неё есть задатки и стремление, - Кас улыбнулся. - Я мог бы начать заниматься с ней. Где-нибудь через год, - Дин дёрнул плечом. Ему почему-то не нравилась эта фраза. "Через год" - означало, что Кастиэль планировал, что эти отношения у них надолго. - Если ты не против, конечно. - Главное, чтобы ей нравилось, - нейтрально отозвался Винчестер, оборачиваясь и замирая, разглядывая Каса. Ему было тревожно. Ему казалось, что вся его жизнь начинает сосредотачиваться в руках этого человека, в то время, как они почти не знакомы между собой. То есть, они ведь мало что друг о друге знают, общаются меньше недели, а теперь Кас... - Ты неплохо обращаешься с детьми. - Тебя это беспокоит? - уточнил Кастиэль, опуская взгляд. - Понимаешь, я очень долго готовился к тому, чтобы завести ребёнка. Для меня было важно быть хорошим отцом, - он снова поднял взгляд на Дина. - Слушай, ты говорил, твоя жена уехала... С твоим любовником? - Дину хотелось как-то завести эту тему. Узнать, что же там были за отношения. Чтобы, по крайней мере, хоть что-то знать о Кастиэле Новаке. - А, тебе это интересно, - Кас прижался спиной к стене. - Хорошо, я могу рассказать. Я гей, никогда не интересовался женщинами. Я женился на своей коллеге, она была не очень успешной художницей. И до, и после рождения Клэр мы оба оставляли за собой право заводить любовников, но только так, чтобы Клэр и окружающие не знали об этом. У меня были довольно продолжительные отношения с мужчиной, но потом он заинтересовался моей женой. И они, очевидно, решили, что я буду против их романа, поэтому просто напросто сбежали. Через два месяца мы развелись, я её и видел с тех пор всего один раз. - И она не захотела забрать с собой дочь? - удивился Дин, которому этот вопрос не давал покоя. Он, кажется, уже спрашивал, но теперь решил сформулировать точнее. - То есть, она не пыталась? Или просто ты не позволил? - Пятьдесят на пятьдесят. Анна не была готова завести ребёнка, её новый любовник не очень любил детей, да и положение у них было шаткое. Но я бы не позволил забрать Клэр, если бы она попыталась, - в голосе Новака послушался холодок. Он явно не слишком жаловал бывшую жену и явно не врал относительно того, что не собирался позволять ей воспитывать дочь. - Ты не думаешь о том, что девочке нужна мать? - уточнил Винчестер. Его самого этот вопрос тревожил, но решения в своей ситуации он не видел. Он уж точно не собирался жениться снова в ближайшее время, да и мачеха никогда не заменит мать. - Нет, не думаю, - коротко отозвался Кастиэль, обжигая Дина холодным взглядом, но тут же смягчая этот взгляд улыбкой. - Может, к чёрту завтрак, - предложил он, подходя ближе и беря Дина за запястье. - Эмма занята карандашами. - Может, и к чёрту, - вздохнул Винчестер, позволяя поцеловать себя. - Только давай поднимемся в спальню, второй раз на кухне будет уже как-то банально. - Хорошо, убери продукты, а я пойду скажу Эмме, чтобы поиграла пока одна. Я обещал, что попозже, когда ты проснёшься и поешь, мы сходим с ней погулять, - Кастиэль, коснувшись губами шеи Дина, вышел из кухни, а сам Винчестер попытался подавить в себе мысль, что так было неправильно. Попытался, но не смог. Убрав продукты обратно в холодильник, Дин провёл рукой по своей груди и животу, стараясь отогнать странное ощущение, возникшее внутри при прикосновениях Каса. Вероятно, всё-таки не стоило позволять этому человеку подходить так близко. И, более того, возможно будет даже лучше, если они не будут много знать друг о друге. Стряхнув оцепенение, Дин вышел из кухни и направился в спальню.