Love Is A Bitch

Чимин очнулся с дикой болью в голове, будто бы вчера он напился до беспамятства или же словно ему нехило так вдарили. Тело тоже заныло от неудобной позы на холодном бетонном полу, а руки, что сзади были сцеплены железными наручниками, готовы были отказать. — Вот ч-чёрт… — прохрипел омега, с трудом принимая сидячее положение. Он разглядывал старую подсобку, в которой находился, и разминал затёкшую шею. В сознании всплывали картинки того дня, когда его похитили. Он совершенно потерял счёт времени и не знал, когда это именно было, но хорошо помнил, как проводил своих мальчиков в торговый центр. После он отправился в спальню… там-то его и поджидал некто, резко захвативший испугавшегося омегу, сразу же поднося к его рту и носу тряпочку с хлороформом, усыпляя свою жертву. В первый раз, когда Чимин проснулся, сознание его было затуманено. Всё перед глазами плыло, он только слышал о том, что Чонгук обязательно после случившегося придёт за ним сам, что он пойдёт у них на поводу и сделает всё, что они скажут. Тогда же Чимин и попытался сказать что-то своему супругу через мобильник, но рот ему насильно закрыли и увели. После этого лишь темнота. — Эй, здесь кто-то есть? — прочистив горло, смог подать голос омега. Во рту дико пересохло, поэтому звучал он не так громко, как хотелось бы. Со второй попытки удалось поднять тон: — Кто-нибудь? Да не могли вы меня оставить без присмотра… Ало бля!!! Чимин дёрнулся всем телом, чуть ли не прокричав последнее. Ржавая дверь открылась, и в помещение просунулась голова худощавого мужичка: — Хватит кричать, спать мешаешь… — Ой, правда? Да мне похуй! — огрызнулся омега. — Кто вы такие? Что вам от меня нужно? — Тише, а не то мы заткнём тебе рот, — нахмурился тот. — Ну попробуйте, — злобно прищурился Чимин. — Вы все уже трупы, понимаете? Вы вообще в курсе, кто мой муж?! Зря вы меня тронули, суицидники… Когда дверь жалобно скрипнула, омега побледнел и прикусил язык. Он уже было побоялся, что договорился, однако дверь лишь закрылась. Никто не вошёл и ничего не сказал, что уже было странным. Чимин сглотнул, решив, кажется, всё же нарваться: — Эй, дайте мне воды, что ли. Я вам что, крыса помойная? Раз сами такие, то не приписывайте и меня в ваш вид! Вы глухие там? Мне долго ещё ждать?! Ох, нарывается Чимин, сам знает, сам боится и почти что трясётся от страха, но продолжает дразнить и дерзить, надеясь хоть увидеть своих, возможно, похитителей и что-либо узнать. Главное не получить по голове, ибо после скрипа двери в помещение вошёл уже другой мужчина. Лишний вес отнюдь его не украшал, как и лысина на круглой голове. — Захлопнись, мошка, иначе я лично тебя захлопну, — проворчал он. — А ты руку то осмелишься на меня поднять, яйцеголовый? Мужчина застыл, глазами хлопая глупо, разворачиваясь к напарнику. — Лин… ты слышал, как он меня назвал? Это он обидеть меня хотел? Почему он меня так назвал, Лин? Второй, значит, Лин, был выше намного и щуплый весь. Вдвоём «парочка» смотрелась весьма комично, учитывая придурковатость другого, у которого на лице искреннее недопонимание. — Не обращай на него внимания, Цзян. Пускай себе говорит, что хочет… — Я хочу сказать, что вам пиздец, кожаные ублюдки, — прошипел Чимин. — Думаете, мой альфа просто так всё это оставит? Только попробуйте меня тронуть, вонючие создания. Особенно ты, яйцо с волосками… У Цзяна, видимо, терпение лопнуло, ибо он весь насупился, взял притихшего омегу за ворот домашней кофты и встряхнул. Он уже занёс было руку для удара, но напарник его остановил, говоря: — Цзян, стой! Босс нам головы оторвёт: он же сказал, чтобы мы не калечили его и присматривали хорошенько… — Но почему он нас оскорбляет? — надулся тот, опуская омегу, который без сил плюхнулся на жёсткий бетон. — И что значит «присматривать хорошенько»?.. Лин же задумался над этим серьёзно. Тут не составит труда понять, что к Чимину приставили в охрану двух придурков. Омеге, кажется, напрочь выбило то ли мозги, то ли чувство самосохранения. — А это значит то, что вы нихера не делаете! Ваш босс не просто вам голову оторвёт, но ещё и другие части тела, идиоты! — демонстративно повышал голос Чимин, видя, как вытягиваются их лица. — Разве можно сажать в убогую подсобку того, за кем нужно «присматривать хорошенько»? — Ну нет, — в голос ответили мужчины. — Вот именно! Так почему я ещё здесь? — изогнул он бровь. Те переглянулись, не зная, что на это ответить. — А где ты должен быть? — Как минимум в номере отеля пяти звёзд. Чимин не понял, как это произошло, но когда с его головы сняли чёрный мешок, то замер от удивления. Ибо оказался он действительно в шикарном номере со всеми удобствами. — Ты чё ж такой шумный? — скривился Лин. — Кажется, я оглох на одно ухо. Омега лишь фыркнул. Конечно, как не орать и не изливаться отборным матом, когда тебе на голову напялили мешок, подняли самого над землёй, словно тот самый мешок с картошкой и кинули на заднее сиденье машины? Признаться, он не ожидал такого поворота событий, поэтому надеялся в глубине души, что ему удастся выбраться ещё и из наручников, а дальше уже он попытается сбежать. — Допустим, вы уже начинаете хорошенько присматривать за мной… но вот только эти железные штуки мне до крови уже натёрли кисти. — И чё? — Я скажу, что это вы меня избили, — захлопал глазками Чимин. Горе-охранники вновь переглянулись, и Цзян вынул из кармана ключик, наконец высвобождая руки парня. Тот сразу же потёр их, чуть скривившись, ведь на них посиневшие полосы и выступила кровь. — Вы грёбанные придурки! — неожиданно взревел ворвавшийся в номер довольно высокий мужчина мускулистого телосложения. Он взял за шкирки двух скукожившихся идиотов и отшвырнул их в разные стороны. — Какого хрена вы тут устроили?! Вы зачем привели сюда его? — Н-н-ну б-б-босс сказал нам присматривать за ним хорошенько, в-вот мы и-и-и… — заикался Лин от страха перед ним. Мужчина разгневанный взгляд метнул на прикинувшегося предметом интерьера омегу, и больно схватил его за кровоточащие запястья. — Ай, отпусти меня, баклан… — Сука, меня не проведёшь, в отличие этих распиздяев, — прорычал он и с силой пихнул Чимина на пол. Вот чуял омега, что не могло всё идти так гладко. Кажется, что под надзором у этого здоровяка был не только Чимин, но и те двое неумёх. — Хан, но босс сказал не бить его… — промямлил Цзян, но заткнулся, когда на него обратилась пара глаз. Хан присел на корточки рядом с лежащим омегой и вдруг взял его подбородок в свои пальцы, злобно оскаливаясь. — Какая смазливая куколка, — и после взглядом скользнул по шикарному телу. Чимин хотел было съязвить, но следующая фраза заставила его стиснуть зубы. — Не дурной у Чона вкус, хотя странно, что он именно тебя забрал себе, — он провёл по линии его подбородка и большим пальцем оттянул нижнюю пухлую губу, ухмыляясь: — Выглядишь ты как типичная шлюха… — А ты выглядишь, как мудак, которому даже шлюхи не дают, урод, — злобно сверкнул глазами Чимин и отбил руку наглеца. Мужчина явно разозлился и влепил ему звонкую пощёчину. — Слушай сюда, сука дрянная, — с угрозой начал тот, — я не собираюсь с тобой церемониться, в отличие от тех бесхребетных. Оставайся здесь, раз вашему сраному величеству так нужна роскошь. Но не смей вякать на меня, шавка. Лин и Цзян сглотнули, провожая взглядом мужчину. И удивились, когда Чимин встал, гордо вздернув нос и сказав вслед: — А ты не смей прикасаться ко мне, ублюдок. Мёртвые не выёбываются — запомни. Мой альфа тебя на куски порвёт… Спина Хана напряглась, он сжал кулаки и развернулся, выпуская из глаз яростные молнии. — Только и можешь, что прикрываться угрозами о своём ебыре, да?! Мужчина взял руки омеги и почти что заломил их за спиной, однако совсем не ожидал, что тот вдарит мощно ему ногой между ног, перекрутиться и высвободит руки. После Чимин, демонстрируя прекрасную растяжку, врезал прямо по челюсти зашатавшегося от удара беты. — Не только. А благодаря ему я знаю, как защищаться от мразей, вроде тебя, — хмыкнул Чимин, усаживаясь на стул, запрокинув ногу на ногу, в любой момент готовый кувырнуться назад через стол, чтобы увернуться. Этот нахальный жест вывел из себя Хана, который уже достал пистолет, чего не ожидал ни омега, расширивший глаза, ни притихшие в страхе другие охранники. — Хватит, — вдруг раздался строгий голос позади, где-то в дверях. — Хан, убери пистолет и больше не смей бить нашего пленника. Тот, скрипя зубами, медленно опустил оружие, сжимая его рукоятку, отвечая послушно: — Да, босс. У Чимина нешуточный такой холодок прошёлся по спине, и он готов был от страха задрожать, но продолжал держать ровно спину, на лицо натягивая маску дерзкой сучки.

***

Вена, Австрия. 14:43 В самом центре, чуть в сторону от красивого старого города, состоялась встреча генерального директора «Kim’s Corp.» с руководством «Федерального ведомства защиты конституции и борьбы с терроризмом». Забавно, что данная организация борется с незаконной торговлей оружия, но тесно сотрудничает с Ким Намджуном, даже не предполагая о его криминальном прошлом. А всё потому, что Намджун умело скрывает следы, умеет убеждать и теперь занимается лишь разработкой и созданием оружия, продавая его через посредников в легализированные организации. Здание защищено надёжно, охрана по периметру и на этаже. Ни у кого и шанса нет проскользнуть внутрь незамеченным или же как-то подобраться к кому-либо из присутствующих. Ни у кого, кроме Чонгука. Устроить масштабный дебош? Да как плюнуть. С тыльной стороны ювелирного магазинчика, что находился напротив места встречи, установлены бомбы, как и на фургончике с мороженным, куда Чонгук, проходя мимо, умудрился прилепить маленькое взрывное устройство. Фургончик стоял слева от здания. И, предварительно подключившись к системе видеонаблюдения кафе, что находилось справа, Чон отключил её. Чонгук сидел в машине, взглядом проводя по треугольнику из зданий, в котором и будут проходить основные действия. Он посмотрел на время и, дождавшись, когда минутная стрелка закончит свой бег, вышел из машины. В кафе играла медленная атмосферная музыка, люди наслаждались кофе и десертами, как некий мужчина резко вошёл внутрь, проходя в самый центр и на ходу доставая нечто длинное из большой сумки. С каменным выражением лица Чонгук начал стрелять по ветхому потолку из пулемёта. Громкие крики слились с быстрыми выстрелами. Люди попадали на землю, закрывали руками головы и сжимались калачиками. Чонгук глянул на любимые наручные часы — подарок Чимина, и перевёл взгляд на окно, видя, как полиция, что патрулировала у нужного здания, тут же среагировала на пулемётную очередь. Тогда Чонгук схватил за волосы первую же попавшуюся на глаза девушку, что в слезах запищала от ужаса, умоляя не трогать её и не убивать. — Заткнись, — холодно выплюнул мужчина на немецком языке, встряхивая заложницу. Он всучил ей в руки пулемёт, перестав бездумно стрелять в потолок, и достал пистолет. Полиция уже приблизилась к кафе, говоря в громкоговоритель на немецком, чтобы сдавались и опустили оружие. Они видели из больших окон, что нарушитель закона угрожал девушке, и требовали отпустить её. Двое всё же подошли ближе и уже было зашли внутрь, как Чон выстрелил в одного, а во второго кинул вскрикнувшую заложницу. В это же мгновение произошло сразу два взрыва. Ювелирный с шумом разлетелся в стороны, а фургончик подлетел вверх, задевая и стёкла офисов, что были рядом. Полиция в ужасе и недопонимании заметалась на месте, не представляя, куда вообще кинуться. В это время Чонгук уже вышел из кафе через задний ход, убив быстро троих из полиции, что поджидали рядом. Повсюду крики, гуляющие рядом люди в страхе разбегались, охрана порядка не знала, что делать, вызывали подкрепление, пожарных и скорую помощь. Под весь этот шумок Чонгук скрылся в хаотичной толпе. Отвлекающий дебош прошёл отлично — занятые неожиданными взрывами и его последствиями да и перестрелкой, никто и не заметил даже, как свернули шею вышедшему из подъехавшей крутой машины водителю, откинув тело за телефонную будку. Чонгук сел на его место и наблюдал из тонированных стёкол, как личная охрана выводит Ким Намджуна из здания заседания. Чон сжал руль до белых костяшек и подъехал ближе. Как только телохранители запихнули своего босса в его автомобиль, он сразу же газанул, не давая шанса сесть им самим. — Что ты делаешь, Чхве? — вскинул брови Намджун, не понимая, почему личный водитель не подождал охрану. Но как только разглядел, кто сидит за рулём, лицо его исказило самое настоящее удивление. — Чон Чонгук?! И дальше не успел он что-либо предпринять, как через салон к нему наклонились и заключили руки в наручники, ловко при этом ликвидировав пистолет на поясе. Машину из-за этого дёрнуло, и Кима потрепало сзади. Но Чонгук вовремя взял управление, продолжая гнать. — Что происходит?! — недоумевал Намджун, глядя ошарашенно то на свои заключённые руки, то на старого знакомого. — Слушай сюда… Блять! — жёстко было начал Чонгук, однако слева в него вдруг чуть не въехал такой же чёрный мерседес, пытаясь подрезать. Сзади догоняли такие же два. Люди Намджуна. Быстро всё рассчитав, Чон крутанул вправо, уходя от одной машины. И сразу же развернулся, потому что его движения заставили грузовик наехать на одну машину преследователей. Чонгук въехал на маленькую улочку, явно не предназначенную для машин, ведь идущие по ней люди в страхе распрыгивались в стороны. Один автомобиль следом шёл за ними. — Остановись, Чон, ты угробишь нас! — крикнул с заднего сиденья Намджун, жмурясь, когда машина подлетела на горочке и со скрипом приземлилась, тут же поворачиваясь, снося бампером цветочную лавку. Но Чонгук не слушал, продумывал дальнейшие действия, ведь города он не знал, впрочем, как и преследователи, которые уже шли ему на обгон, когда они выехали на дорогу пошире. Чон резко вдарил по тормозам, издав протяжённый скрип шинами, и включил заднюю, вовремя выкручивая руль. А водитель мерседеса противников не успел так быстро среагировать, как Чонгук, и вдребезги разбился о стену, выросшую вдруг спереди. — Ты… ты просто псих, — выдохнул Ким, тяжело дыша. Он выглянул в окно, заметив, что дорогу им перекрыла последняя машина. Деваться было некуда — сзади тупик и горящие обломки, а напротив рычащий чёрный мерс. — Может быть, — беспристрастно ответил Чонгук и вдруг вышел из машины, одновременно доставая пистолет. Он уверенно шёл навстречу автомобилю, что ехал прямо на него, и выставил оружие. Несколько выстрелов пришлось по лобовому стеклу, что не пробивало пули. Однако Чонгук в упор шёл на не сбавляющую скорость машину, продолжая стрелять. Когда патронов не осталось, а расстояние уменьшилось, он присел на одно колено. Чон прикрыл один глаз, прицеливаясь, и нажал на специальную кнопку необычного пистолета. Из второго отсека дула вылетела словно маленькая стрела. И, как только она вонзилась в шину, механизм тут же расширился и обволок всё колесо. Автомобиль потерял управление и начал петлять. Водитель дал по тормозам, останавливаясь буквально в метре от не дрогнувшего Чона. Люди Кима, что преследовали их, на мгновение застопорились, когда увидели это безэмоциональное лицо и глаза, что жаждали лишь убивать. Один не успел даже вылезти из мерса — сразу получил пулю в лоб. Другому же удалось пригнуться и выстрелить в ответ. Чонгук запрыгнул на капот, ногой выбивая оружие из руки охранника, после развернулся, врезая по лицу другого, подкравшегося сзади врага. Одновременно с этим сделал выстрел в безоружного и, спрыгнув ловко с чёрного капота, прострелил грудь последнему. Намджун смотрел на это с тихим ужасом, сидя на заднем сиденье. О таком Чон Чонгуке он только слышал, и он думал, что никогда не увидит. — Что с тобой, Чонгук? — сведя брови, спросил Ким, когда тот сел за руль и ловко выкрутил руль, выезжая из закоулка, тут же давая по газу. — Зачем ты это делаешь? Где Чимин…? Машина издала жалобный скрежет и качнулась: водитель резко вжал педаль тормоза, заезжая в некий отшельный район. Он громко хлопнул своей дверцей и, открыв заднюю, схватил за шиворот мужчину, с силой больно швыряя его на землю. — Где Чимин?! Это ТЫ у меня спрашиваешь, где Чимин, сукин сын?! — взревел Чонгук, и несколько разъярённых ударов пришлось по животу недоумевающего Кима. Следующим ударом по челюсти он развернул запыхтевшего мужчину на спину, чтобы тот смотрел на него и на дуло пистолета. — У тебя пять секунд, чтобы сказать, где мой муж и кому ты продал грёбанные ракеты Z, — со стальной угрозой в голосе проговорил Чон, снимая пистолет с предохранителя. — Успокойся, Чон. О чём ты говоришь? — прохрипел Намджун, как взвыл от боли, пронзившей ногу. Он схватился за окровавленное место выстрела, сжимая зубы. — Пять секунд прошло, — он присел, оказываясь примерно на одном с ним уровне и прислонил оружие к горлу Намджуна, чуть ли не злобно рыча: — Имена ублюдков, что похитили моего омегу и взорвали мой дом, кстати, с помощью твоего лимитированного оружия, что даже не поступило в продажу. Чонгук сильнее вжал дуло во вспотевшую шею, держа палец на спусковом крючке. — Блять, идиот, опомнись! — хрипнул Ким, сглатывая и чувствуя кадыком холодную сталь. — Мы оба взрослые мужчины с семьями, ты думаешь, что я стал бы это делать?! Что я могу быть причастен к похищению твоего супруга? — Я уже ничего, сука, не думаю! — вскрикнул Чон, и ударил кулаком по ноге, где застряла пуля. Намджун протяжёно промычал от боли, сжав челюсти, всеми силами терпел боль, стараясь не вскрикнуть. — Мне просто нужен мой омега, — спокойнее добавил он. И Ким заметил, что он тяжело дышит, что в глазах его помимо дикого холода — такой же дикий страх за своего мужа. — Чонгук, ты же знаешь, что я ни за что не стал бы ввязывать в это дерьмо чью-то пассию. Я сам испытал такое однажды на своей шкуре, и никому не пожелаю это пережить. Мужчина старался говорить ровным голосом, но иногда получалось с придыханием из-за боли. Чонгук сжал рукоятку пистолета, мысленно боролся с самим собой. Понимал ведь, что Ким не врал. Рука его начала трястись, и он с гортанным рыком вскочил на ноги: — Да блятство! Намджун смог выдохнуть, сильнее пережимая ранение, стараясь хоть так остановить кровь. — Успокойся ты… — Пиздец, если ты ещё раз скажешь мне успокоиться — я разобью тебе ебало об асфальт. — Понял, — тут же отмахнулся Ким. — Тогда выслушай меня: неделю назад на базе в Ванкувере, где, как раз-таки, и разрабатывался новый усовершенствованный вид ракеты Z произошла утечка информации. А на следующий же день некто пробрался средь бела дня и украл несколько завершённых образцов... Чону от злости хотелось застрелить ещё десяток людей. Он потерял столько времени на Намджуна, будучи уверенным, что он причастен к случившемуся. И он был единственной зацепкой на пути к Чимину. — Чонгук, я не знаю, что произошло, но я абсолютно не имею никакого отношения к этому — я клянусь, — Ким говорил искренне. И тот ему верил. Верил до скрежета зубов, потому что теперь он вновь был в неведении. Значит, это была маленькая подстава Ким Намджуна, у которого просто украли ракеты. Но если похитители смогли пролезть даже на одну из баз «Kim’s Corp.», то не удивительно, что Чимина украли прямо из дома, практически из-под носа. И, следовательно, в деле не какие-то новички, даже не любители. Чонгук, почему-то, уверен — это те, кто знают его, знают Намджуна и то, кем они являются в криминальном мире. Знают, но всё равно подставляют свои глотки под зубы Чона. — Что ж, в таком случае я хочу посетить вашу эту базу и просмотреть камеры. — Мы всё просмотрели — код зашифрован и… — Расшифрую — как нехер. С тебя нужен лишь доступ. У Намджуна больше не было выбора, кроме как согласиться. Согласиться и самому провести этого слишком уж вспыльчивого человека туда. Да и не мешало бы присмотреть за ним, а то уж слишком большой шум он поднял в Вене, чтобы только его одного достать. — Ты мог позвонить, кстати, — пробурчал Ким, когда они ехали в отделение частной больницы. — Ага, и сказать — хей, я хочу прострелить тебе череп, потому что под обломками моего дома нашлась твоя ракета, поэтому давай встретимся, подружка, — Чонгук изогнул бровь, глядя на ухмылку другого. — Ахуенно позвонил бы. Чон смотрел, как сгущаются сумерки над старым городом и взгляд метнул на наручные часы. Ещё один день подходит к концу. Ещё один день Чимин не рядом с собой и не известно, что с ним. Альфа старался о худшем не думать. Знает, что его муж не такой, как все, что он сможет хоть немного за себе постоять, что он выстоит и справится. Но в то же время для Чонгука он был маленьким беззащитным котёнком, который царапки свои выпускал лишь во время перепалок с ним и по ночам, оставляя на спине альфы длинные красные полосы. Чонгук должен был оберегать его, из своих рук не выпускать и глаз не сводить со своего прекрасного малыша. И обещал же, что не вернётся в криминал, что о нём забудет и не принесёт в их спокойную жизнь оружие. У Чонгука в груди защемило — понял, что сам же своего мальчика подверг опасности. Его словно током прошибло. Ведь действительно — это он нарушил данные мужу обещания. Одна маленькая сделка вернула его в мир убийств, крови и нелегального сбыта. Одна маленькая сделка напомнила о существовании Чон Чонгука в криминальном мире.