Возвращение в Бандл Сити

Ни один зрелый йордл не мог не знать, как пользоваться порталами. Пространство в царстве духов искажено, и это идет на пользу жителям Бандл Сити. Скаут может сократить путь и сберечь время на поиски грибов, лишь прикоснувшись к рунам на дереве. К счастью, Кеннен по недавней вылазке смог запомнить, где находится блуждающий портал, ведущий в бандловый лес. Можно воспользоваться речными тропами на поле близь базы, но это потребует отличных знаний йордлских знаков, которыми, конечно, ниндзя вряд ли владел. Сообразив план и одевшись в фиолетовую мантию, с которой он не расстается, он прихватил с собой дюжину сюрикенов и отправился в самую глушь Ионии. Кеннен неоднократно входил в царство духов, но, к удивлению, никогда не посещал свой родной город. И наконец, он возвращается на родину. Привыкнув к казусам телепортации, йордл не удивился, что оказался в роще. Но он быстро нашел дорогу, а следовательно, путь домой. Небо было удивительное чистое, словно полотно, залитое голубой краской. Он очень давно не видел такой ярко-зелёной травы, сильно отличной от ионийской. Возможно, чувства йордла притупились и они привыкли к тусклоте остальных миров. Дрогнув ухом, он услышал шум. За деревом медленно проезжала повозка, в которой были лишь ящики. Кеннен не был чужим здесь, но лишнего внимания привлекать не хотел, да и кому приятен диалог с подозрительным незнакомцем в маске на дороге? К тому же, был негласный устой о постоянном ношении маски вне убежища. Тем не менее, йордлская прыть помогла ему протиснуться внутрь. Ходить в рясе было очень душно в такой жаркий день, он снял капюшон. Потрепав шерстистую голову, он, не обращая внимания на качку, начал быструю медитацию, в надежде почувствовать присутствие духов города, что направят его. Но внезапно веки начали смыкаться, и наконец, усталость от путешествия взяла вверх. Ночь. Шен, словно оживший доспех, встал у кострища, освещающее будущий штаб. Уже познавший горький урок, он не решил создавать постоянную базу, остановившись у древних, словно камней, руин. Пламя светило ярко, позволяя его давно не полированному шлему отражать малые силуэты. Начав речь, он поклялся перед всем осколком ордена Кинку, что не забудет преступлений Зеда и новорожденного Ордена Тени, и однажды они за всё заплатят. Огонь ясно выражал его скрытые, но подавленные эмоции. Казалось, что его голос повысился и отдавал нотами ненависти, но почти никто не заметил это. Кострище стало гореть тусклее, и блики, стреляющие из стали, замолкли. Укрощение чувств было самым лучшим качеством Шена. Неожиданно для некоторых он продолжил: "... не рубите лишних сучьев...". В тот момент йордл еще раз убедился, что перед ним больше не тихий парень, что вразрез не хотел метать сюрикены, а перерождение Ока Сумрака, овладевшего клинком духов. Многое было как желал старец Кусё. Но после холодного высказывания Шена, Кеннен обнаружил недовольство в лицах, особенно в глазах девушки в зелёном. Она была в едва заметной ярости и уже была готова встать и возразить, но сильный дух не дал дать волю эмоциям. Йордл всегда знал буйный нрав Акали и стремился в своих уроках не только научить её метать клинки, но и контролировать себя. К сожалению, каждая попытка усмириться долгими беседами и медитациями была неэффективна, но она, как и он, глубоко уважали и ценили друг друга. У девушки не было авторитетов, кроме её матери, Кулака Тени, сидящей напротив. Тем временем, Око Сумрака завершил речь, удалившись прочь. А над бандловым лесом сгущаются редкие тучи...