Один отдых на двоих

      Крупные капли дождя скатываются по стеклу твоего окна, будто играя наперегонки друг с другом. Небо окутано серой пеленой, из-за чего Нью-Йорк кажется более мрачным и загадочным, чем обычно. Через некоторый промежуток времени твоя комната освещается ярким светом, а затем до ушей доносится звук грома, который ты обожаешь.       Тебе нравится эта погода, и для полной гармонии ты включаешь сборник песен на гитаре, подаренные твоими зелеными друзьями. Это, действительно, мило с их стороны, ведь ты не можешь работать без музыки на заднем фоне, да, по своей сути, ты не можешь жить без музыки, и включаешь её при любом удобном случае. Вспоминая, как тебя отчитывал за это Лео, на твоем лице расплывается довольная улыбка.       Ты решаешь сделать перекур, ведь твоя спина начала ныть от неправильной позы, в которой ты сидела. Ничто не сделает твою жизнь ярче, чем глоток капучино во время тяжелой работы. Твоя рука тянется за кружкой с нарисованным котом в очках, как снова раскат грома.       — Что за?! — музыка резко стихает, а вся квартира окунается во тьму. Благо, ты додумалась сохранить сделанную работу, но тебе нужен интернет, чтобы её доделать.       Твоя персона встает с любимого кресла и направляется в сторону окна. На улице, на твое удивление, ходит народ, хоть и спешит добраться до своего дома, чтобы согреться и выпить горячего чая.       Крайний срок сдачи — послезавтра, а тебе еще нужно сделать перепроверку, которая занимает целый день, поэтому в твою голову приходит только одна мысль — отправиться к братьям Хамато. К тому же, ты давно их не навещала, так как работа занимает всё больше и больше личного времени. Стыдно, и даже очень, ведь, что за человек не может выделить капельку времени для своих друзей?       Решив не мешкать, ты ложишь ноутбук в портфель, надеваешь непромокаемый плащ и идешь на выход из своей каморки. Ты решаешь не закрывать дверь на два оборота и идешь на улицу, надев на голову капюшон.       В лицо ударяет леденящий ветер, а ведь сейчас середина июля. Дождь бьёт по твоей голове, но это больше тебя успокаивает, нежели нервирует. Давно у тебя не было такого внутреннего отдыха. В душе всегда находиться необъяснимое волнение, которое невозможно унять, а в голове вертятся мысли о рукописях, словно детская карусель. Иногда ты работаешь сверхурочно, из-за чего страдает твой режим сна, но по другому никак, ведь на что-то нужно есть и платить аренду за квартиру.       Из мыслей тебя выводит грязная вода, которая ручьем капает с твоего плаща на асфальт, превращаясь в маленькие лужицы. Ты резко поворачиваешь голову в сторону, откуда на тебя вылилось это цунами, но все что ты можешь увидеть — пустую дорогу.       — Козел, — тихо выругавшись, ты замечаешь рядом с собой нужный люк. И как ты успела пройти такое расстояние так быстро? Впрочем, неважно.       Ты вертишь голову по сторонам. Убедившись, что посторонних глаз нет, ты открываешь люк, приложив при этом уйму сил, так как это штука весит 50 килограмм, правда, повезло, что он был уже кем-то немного сдвинут. Вот и знакомая (ненавистная) лесенка, на которой ты наворачивалась уже ни один раз. Пропыхтев и снова чуть не навернувшись, ты, наконец, спускаешься вниз на бетонный пол.       — Воу, а я и забыла, как тут пахнет, — воздух спертый и неприятный на запах, из-за чего слегка кружится голова. Хоть ты и не навещала своих друзей, довольно, длительное время, но маршрут помнишь на отлично. Надо добавить в работу часть о механической памяти…ах, ну вот, опять. ХВАТИТ ДУМАТЬ О РАБОТЕ, Т/И!       Ты было хотела повернуть налево, но вовремя замечаешь свет, который разливается по бетонной поверхности. Шаг, два, три, и вход в убежище у тебя перед носом, но снова это волнение. Мысль сменяется другой, не давая тебе успокоится. Сердце бешено бьётся в груди, а руки предательски трясутся.       Глубокий вдох, и ты заходишь внутрь, перешагивая через небольшой выступ. До твоих ушей доносится звук телевизора и лязг цепи, на которой висит, всеми избитая, груша. Почему-то в твою голову приходит мысль сделать необычное приветствие, а именно тихо спуститься, напугать и готовиться к тумакам от Рафа.       И так, операция начинается! Нога опускается на первую ступеньку, но ты не учитываешь одного — они натренированные ниндзя, поэтому рядом с тобой пролетает сюрикен, оставляя за собой небольшую полоску ветра. Из-за испуга, ты хочешь ступить обратно, но тебе не позволяет это сделать испачканная в грязи обувь, и ты падаешь, поцеловав носом пол.       — Т/И? Что ты тут делаешь? — голос настолько знакомый и приятный, что хочется, чтобы время остановилось, и ты слушала его вечность.       — Да так, решила устроить свидание с полом, — ты поднимаешь глаза на лидера команды. Ты хочешь встать с пола, но тебя перехватывают смертельные объятия черепашки с оранжевой повязкой.       — Т/И, тебя так долго не было, почему ты не приходила? — ты ничего не можешь ответить, потому что, во-первых, тебе нечем дышать, а, во-вторых, твой нос начал неистово гореть.       — Майки, прекрати её душить, она нужна нам еще живой, — саеносец дает подзатыльник твоему компаньону по проказам, и тот послушно, хоть и нехотя, отпускает. На душе стало чуточку спокойнее, но что-то все равно скребет тебя изнутри.       — Хэй, все хорошо? — Раф машет рукой около твоего лица, из-за чего ты вздрагиваешь и смотришь на него.       — Да все хорошо, а что не так? — ты делаешь максимально радостный тон, чтобы не повторилось снова той истории.       — Просто ты весь пол залила своим ДНК, а оттирать его будет, знаешь ли, запарно, — темперамент показывает на пол, где красовалась свежая лужа крови. Ты проводишь пальцами рядом с ноздрями, и те окрашиваются в бордовый цвет. Класс, вот и получился сюрпризец.       — А где Донни? — Лео кивает в сторону лаборатории. Понятно, не только ты одна погружена в свою работу с головой.Со скуки ты считаешь свои шаги, и до лаборатории ты тоже считала свои шаги, когда Майки был на патруле с Лео. Тогда Донателло рассказывал много научных фактов, помогая тебе с проектом по работе. По-твоему, Донни понимает тебя лучше всего и всегда готов прикрыть тебя в случае дедлайна. Вот и сейчас ты пользуешься его добротой, но для начала нужно подлатать нос, а потом слушать упреки совести.       Через семьдесят пять шагов ты уже стоишь на месте и стучишь в дверь. Не услышав ответа, ты решаешь зайти в лабораторию, при этом чувствуя на себе пристальный взгляд.В лаборатории, мягко говоря, полный бардак. Листы и чертежи лежат, где угодно, но только не на столе ровной стопочкой. В колбах бурлит какая-то гадость, значение которой ты и не представляешь и не хочешь даже знать, что это. А за столом сидит зачинщик этого беспорядка и что-то строчит на своем мощном компьютере, даже не заметив, что ты зашла в его харомы.       — Эм, Донни? — парень в фиолетовой повязке заметно вздрагивает и смотрит яростным взглядом на того, кто посмел оторвать его от работы, но тут же меняется в лице, как только видит тебя.       — Т/И, вот так сюрприз! Какими судьбами? — Черепаха встает со своего места и подходит к тебе, — Хэй, а что у тебя с носом?       — Да так, проводила курсы по тому как правильно пикапить девушек, поэтому решила взять в партнеры пол, а у тебя как жизнь? — парень лишь неодобрительно качает головой и подходит к шкафу, в котором находится аптечка. Ты решаешь посмотреть, что же так старательно печатал ниндзя.       На мониторе компьютера красивым шрифтом недописано письмо. Что-то начало сдавливать твою грудь, когда ты читаешь первую строку «Дорогая Эйприл». Донни усаживает тебя на кресло, на котором не так давно сидел он. Естественно, он заметил, как ты бегло прочитывала строчки письма, и думает, что ты сможешь дать ему дельный совет, как лучше его преподнести рыжеволосой девушке. От этого становится еще паршивее.       — Приподними голову, — скомандовал парень, хоть и нежным голосом, который так будоражит каждую клеточку твоего тела. Ты просто подчиняешься этому волшебному тембру, не смея возразить.       Через несколько движений, процедура закончилась, а ты, довольная результатом, плетешься к своему портфелю с ноутбуком. Только ты видишь, свой серый портфель, который безмятежно стоит рядом с дверью, в голову снова начинают лезть навязщивые мысли. Почему он никак не угомониться? Эйприл уже давно уехала из Нью-Йорка с Кейси. Так почему он не отпустит ее? Почему…почему… ПОЧЕМУ…ПОЧЕМУ?!       На глазах предательски собираются горькие слезы. Чтобы больше не думать об этом, ты решаешь начать, наконец, работать. Да, это неправильно. Да, это неуважительно по отношению к парням, но тебе нужно избавиться от этих мыслей, которые терзают тебя каждый день, не давая ни минуты на отдых.       Приоткрыв крышку, ты нажимаешь на кнопку включения, но ничего не происходит. Так повторилось несколько раз, пока до тебя не дошло, что он сломался, когда тебя облили водой. Вязкие руки страха сковывают тебя в своих объятьях, не давая выхода на спасение.       — Может возьмешь на работе небольшой отпуск? — ты вопросительно смотришь на друга, — И ты бы отдохнула, и нам бы в радость было с тобой подольше пообщаться, — ты ничего не можешь на это ответить, так как ком встал у тебя в горле, не давая проронить и слова. Донни…единственный лучик света во всей этой смеси беспокойства, страха и волнения.       На пол начали капать твои горячие слезы, обжигающие на своем пути все. Весь стресс, что ты копила годами в себе выплескивается через эти хрустальные соленые капельки. Тихие всхлипы эхом проходят по лаборатории, доходя, наконец, до ушей умника.       — Хэй, ты чего? — парень явно опешил от такого. И не удивительно, ведь ты редко плачешь, не желая показаться в чужих глазах слабой.       — Я…я…п-прости…пож-жалуйста, — захлебываясь в своих слезах и мыслях, ты была близка к новому срыву, как в прошлый раз, когда ты не спала три дня подряд, а доделывать работу пришла к друзьям. Ты помнишь все в смутных красках, но горький вкус таблеток тебе запомнился надолго.       Лицо начало краснеть, а нос залаживать, не давая тебе возможности вздохнуть. В мыслях крутятся ревностные мысли, от которых тебе становится хуже. В глазах виднеется лишь пелена разных цветов, но ты тянешься только к одному большому зеленому пятну, которое согревает своими объятьями все твое тело.       — Почему…она? — уже успокоившись, произносишь ты осипшим голосом.       — Что? — не поняв вопроса, черепашка смотрит на твою макушку, которая достает ему до груди.       — Почему Эйприл? Почему ты не можешь ее отпустить? — на минуту показалось, что цвет кожи парня стал более бледным.       — Я…я…я, — Донни не может подобрать и слова. Он и раньше редко мог говорить внятно, когда речь заходила об О’нил. Ты усмехаешься, ведь куда тебе до великой куноичи?       — Можно я просто посижу вот так, и затем уйду, и не буду больше тебя тревожить? — мышцы юноши напряглись, а руки начали сжимать твое тело сильнее.       — нет…не уходи, — чуть ли не губами произносит Донни, но ты его слышишь. Ты всегда его слышишь, не упуская ни одного звука, произнесенное им.       — Прости меня, прошу прости меня, — ты укрепляешь свою хватку, а слезы с новой силой начинают катиться по раскрасневшимся щекам.       — За что ты извиняешься, дурочка? — кажется, что проходит целая вечность, вместо пяти минут, но тебе этого мало. Ты не можешь насытиться им. Этот запах, улыбка, тембр голоса, все…тебе нравиться в нем все.       — За то, что люблю тебя, — он ничего не отвечает. Кажется, ты слышишь треск разбивающихся на осколки воспоминании, проведенные вместе с ним. Все те теплые моменты, которых так мало, рассыпаются на твоих глазах, и все из-за одной фразы. Но душевный груз, который был в тебе так долго, наконец, отпускает тебя. Ты чувствуешь полное облегчение.       Вдруг, что-то хватает твое лицо и поднимает вверх. Не успев ничего сообразить, ты чувствуешь на своих губах губы того, кого любишь всем сердцем. Все это кажется просто хорошим сном, но это реальность. Реальность, которой ты так жаждешь.       Воздуха постепенно начинает не хватать, и вы отстраняетесь друг от друга, но тебе хочется продолжить это блаженство, хочется утонуть в этом тепле и уюте, поэтому ты смотришь в эти нежные карие глаза, при этом ничего не говоря.       — Хэй, Донни, тут тостер начал барахлить, можешь почи… — в лабораторию заходит нунчаконосец с тостером в руках, но увидев эту картину, расплывается в широкой улыбке, — уу, РЕБЯТ…       — Майки, заткнись! — черепашка в фиолетовой повязке встал, а младший брат начал убегать от него. Ты одна в этой комнате, опять со своими мыслями, но на этот раз приятными.       — Я возьму завтра отпуск у босса, — говоришь ты в пустоту и выбегаешь из лаборатории, — Эй, подождите меня!

БОНУС

      «Дорогая Эйприл, Прошло два года с тех пор, как ты уехала из Нью-Йорка. Все по тебе скучают и ждут твоего возвращения, но я написал это письмо не для этого. Я хочу сказать, что ты показала мне, что такое любовь, за что и благодарен тебе, но у нас с тобой не было и шанса на подобные отношения. Я это понял только недавно, потому что полюбил другую и могу теперь двигаться дальше. Я хочу этим сказать, что без тебя я не смог бы зрело посмотреть на любовь в целом, и не был бы готов к чему-то новому, я не был бы готов к ней. Спасибо тебе и прощай.       Донателло.»