Пленка воспоминаний

      Морозный воздух неприятно ударил меня по щекам, стоило мне только выйти из теплой красной иномарки, из-за чего я поежилась, тут же кутаясь в свой шарфик, раздраженно сдувая пряди коротких красных волос с лица. Все же, в машине, слушая песни АС/DC, было намного лучше. И теплее. Намно-о-ого теплее. И почему я все еще не могу запомнить, что зимы в Англии такие холодные? Во Франции хоть немного теплее…        — Бр-р-р, ужасно! Я понимаю, что сейчас зима, но из-за этого воздуха моя кожа пересыхает! — воскликнул Грелль, со всей силы закрывая дверь моего авто.        — Что ты делаешь, изверг?! — кажется, я перешла на ультра звук, мигом подскакивая к Сатклиффу и внимательно осматривая не пострадала ли моя крошка. Облегченно вздохнула, понимая, что на ней ни царапинки, и аккуратно провела по дверце рукой, облаченную в перчатку, — Милая, этот человек совсем тебя изуродует, да?       Грелль обиженно фыркнул и ревниво посмотрел на машину, будто она виновница тому, что все внимание адресовано не ему. Гордость я его так задела, что ли? Но что поделаешь, в своей жизни я люблю только двоих: мою малышку Рейчел и мою крошку ауди.       Быстренько взяв меня под руку, он потащил меня к моему же дому. Открыв двери и бесцеремонно затолкав меня вовнутрь, зашел следом за мной. Какие джентльмены, о чем вы?! Кажется, они вымерли еще в 19-м веке!       Грелль Сатклифф был невероятно заносчивым, самолюбивым, но, тем не менее, любимым нарциссом. Мы познакомились с ним в моей больнице, куда он попал из-за аварии. Что самое примечательное, сбили его, но он всеми силами старался сбежать из больницы через окно пятого этажа. Бесстрашный человек! Или очень глупый. Хотя… Для Грелля подходят два эти словосочетания. Сатклифф был странным, не в меру энергичным, а его любимым хобби был вынос мозга. Уж не знаю, что там с именем, но фамилию Сатклифф я знала. В 19-м веке орудовал серийный маньяк — Джек Потрошитель и, как потом выяснилось, виновным был человек с фамилией Сатклифф. Смотря на Грелля, понимаю, что маньяк вышел бы из него просто потрясным. По крайней мере, оскал у него был тем еще… Тем не менее, его очень заботит собственная внешность и, с недавних пор, моя тоже. Наверное, это влияние его давней мечты — стать то ли актером, то ли дизайнером.       Потрясла головой, высвобождая из головы все ненужное, и зашла в холл, который сверкал от мерцающих гирлянд.        — Больше гирлянд, больше! — звучал из гостиной знакомый голос, который я и не надеялась услышать еще, по крайней мере, месяц.       Мы с Греллем зашли в комнату, в центре которой была большая наряженная елка, на верхушке которой мерцала звезда. На елке висели красивые игрушки разных цветов и даже несколько самодельных, но внешний вид елки от этого совсем не портился.       Около елки стояла моя старшая сестра, задорно улыбаясь кому-то и говоря, что больше украшений будет уже чересчур. На ней было теплое вязанное платье кремового цвета, которое было немного выше её острых коленок. Золотые волосы были собраны в домашний неряшливый пучок, из-за чего Рейчел становилась еще милее.       Услышав звуки наших шагов, она обернулась и, ярко улыбнувшись, подбежала ко мне, обнимая. Через несколько секунд она отстранилась от меня и приветливо обняла Грелля, из-за чего он немного растерялся, но все равно аккуратно обнял её за плечи, почти что не касаясь.       Эти двое и не особо знакомы были. Так, несколько раз Грелль заскакивал к нам, так они и познакомились. Назвать их друзьями язык не поворачивался даже у других людей, так как Рейчел не особенно стремилась к общению столь огненного человека, а Сатклиффу, как он говорит, и меня достаточно. В общем, это было даже странно, что приветливая Рейчел не смогла найти общего языка с этим мужчиной, хотя, как она сама призналась по секрету, он ей нравился, несмотря на странности. Но, все же, он был слишком ярким для неё, и сестра просто терялась, не зная, о чем можно с ним говорить. Странно, что в обществе Фантомхайва она может расслабиться.       Меня непроизвольно перекосило, будто я только что съела целый лимон.       Винсент Фантомхайв был человеком хитрым и самоуверенным, как на мой взгляд, но почему-то Рейчел нравился. Нас с ним познакомили наши родители на приветственном банкете, который они устраивали. Да-да, мы не были бедны, более того, мой отец владел несколькими довольно-таки известными больницами в Лондоне, которые перешли ко мне, хотя, по идее, должны были к Рейчел, как старшей из семьи Даллес. Но её, в отличии от меня, совсем не привлекал путь медицины, предпочитая больше творчество, а именно — фотографии. Уж не знаю, как так вышло, но Рейчел разговорилась с Фантомхайвом именно о искусстве. Обычная светская беседа, как казалось бы на первый взгляд, если бы только я не видела, как у сестры сверкали в тот момент глаза. Возможно, я и не была бы против её общения с этим человеком, если бы не видела, что, во-первых, эта беседа совсем не задевала его и была просто формальностью и способом скрасить скуку и время, а, во-вторых, не знала бы, кто он такой. Винсент Фантомхайв — владелец больших и надежных банков в Англии, известный своей безупречной репутацией и, конечно же, внешностью. О деньгах и говорить нечего!       Тряхнула головой, возвращаясь в реальность, и ехидно приподняла бровь, смотря на Сатклиффа, стоило только моей сестре отстраниться от него. Это что такое было? С каких это пор он настолько скромен и аккуратен перед женщинами?       Увидев мой взгляд, мужчина лишь шикнул и отмахнулся, смотря на еще одного гостя, с которым до этого времени говорила Рейчел.       На меня буквально налетели, душа объятьями так, что у меня даже в глазах потемнело, и глуша приветственным визгом.        — Анджелина, дорогуша, как я рада тебя видеть! — прощебетала девушка, отрываясь от меня и сверкая счастливым взглядом из-за очков.        — Нина?! — удивилась я, тут же улыбнувшись и обнимая её повторно, — Рада тебя видеть! Но что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть в Милане?       Нина Хопкинс, отойдя от меня на несколько шагов назад, гордо откинула свои каштановые кудри, собранные в высокий хвост, и посмотрела на меня так, будто для неё нет ничего невозможного и для неё сущий пустяк приехать из Италии, скинув свою работу на коллег, и приехать в Англию.        — Я не могла не приехать в свою родную страну в Новый год! Тем более, когда ты меня пригласила, — ответила Нина, повернув голову в сторону Грелля и будто только что его замечая.       Её улыбка тут же померкла, стоило ей только встретиться с ним взглядом. Впрочем, и сам Сатклифф не отставал от неё, сверля её высокомерным взглядом. Они одновременно фыркнули и поправили сползшие очки, из-за чего мы с Рейчел хихикнули, немного отворачиваясь от них. Зеркальное отражение, честное слово.        — Чего тут забыла? — «приветственно» бросил ей Грелль, высокомерно окинув её взглядом, но я смогла увидеть жадный огонек в его глазах. О нет, это не была похоть или что-то в этом роде, а обычная зависть к одежде.       Нина Хопкинс — начинающий дизайнер и модельер уже была немного известна своими работами и великолепным вкусом одежды. Линию её одежды с маркой «Хопкинс» уже сейчас раскупают как горячие пирожки, а что будет дальше… Уверена, её ждет большое будущее и не только в плане работы. Нина была безумно красивой девушкой с правильными округлостями там, где надо, её будут носить на руках, стоит ей только щелкнуть пальцами.        — О, поверь, я в таком же «восторге» видеть тебя здесь, если не большем, — фыркнула Хопкинс, подходя к нему и, вцепившись ему в руку, таща за собой, попутно причитая, что он должен посмотреть на её работы, из-за чего Сатклифф сам как-то умолк и незаметно начал шагать быстрее от нетерпения.       Мы с Рейчел переглянулись и одновременно засмеялись. Какие же они, все же, забавные — Нина и Грелль. Терпеть друг друга все так же не могут, но, тем не менее, зависят от мнения друг друга. Например, Нина всегда показывает Греллю свои наброски, с тяжелым сердцем принимая тот факт, что вкус у него есть, а Грелль теперь постоянно закупается у неё в магазинах, зная, что товары у неё лучшие.        — Что там с праздничным столом? — деловито осведомилась я, рукой причесывая свои волосы.        — Курочка уже в духовке! — проинформировали меня, тут же упорхнув на кухню. Мне только и оставалось, что последовать за ней.       Рейчел порхала по кухне, как бабочка, и это даже завораживало.        — Пирожки? — склонила голову на бок, уточняя.        — Готовы.        — Хорошо. Тогда на мне глинтвейн, — потерла руки я, предвкушающее улыбаясь. Сестра с усмешкой посмотрела на меня, — Что?        — Кто о чем, а Анна о вине, — «обреченно» покачала головой Рейчел, отворачиваясь от меня, принимаясь за нарезку салата.       Поперхнулась от возмущения. И чем ей, интересно, вино не угодило?! Благородный напиток, между прочим. А что может быть лучше глинтвейна в столь зимний день и вообще в Новый год?       Закатила глаза и гордо прошествовала к тумбе, в которой была моя маленькая домашняя коллекция вина. Глаза сами метнулись к одной бутылке, которую я вижу впервые. Аккуратно взяла в руки, со всех сторон рассматривая бутылку.        — О! Это мистер Габриэль сегодня принес! — воскликнула сестра, смотря на неё через мое плече.        — Доктор? — удивилась я, разворачиваясь к сестре, — Он уже тут?        — Да. Думаю, тебе стоит навестить его — он наверняка сейчас работает, — посоветовала она мне, наклоняясь и смотря, не готова ли курочка.       Благодарно кивнула, тут же уходя. Быстро прошмыгнула через Нину и Грелля, которые чересчур активно обсуждали какую-то новую модель одежды, и поднялась на второй этаж. Как, все же, хорошо жить в доме, а не в маленькой квартирке.       Он сидел за столом и, как говорила Рейчел, работал, заполняя наверняка важные бумаги. Доктору Брикману было около шестидесяти лет, может, немного больше, но он не выглядел сильно старым, разве что седые волосы указывали на это и несколько глубоких морщин на его лице. Оперлась об косяк и с улыбкой начала наблюдать за ним. Не думала, что когда-нибудь скажу это, но ему идет эта серьезность.        — Даже в такой день работаешь? — спросила я, уже не особо скрывая своего присутствия.       Габриэль поднял на меня глаза и улыбнулся, откидываясь на спинку кресла, при этом поманив меня рукой. С улыбкой подошла к нему и, наклонившись, поцеловала его в щеку, садясь на стол.        — Чем быстрее начну, тем быстрее закончу, — наставительно произнес он, по привычке начиная поглаживать подбородок, потому что раньше он был с бородой, — Рад тебя видеть.       Улыбнулась, ничего не говоря. Мы были женаты около месяца, но никакого дискомфорта не чувствовали, хотя у нас приличная разница в возрасте. Только неисправимый романтик скажет, что мы вместе по любви, все остальные — что этот брак фиктивен. Да, мы вместе лишь по расчету, но это даже к лучшему. Ни мне, ни ему не нужны лишние отношения, лишний груз, который ограничивал бы нашу свободу и затуманивал разум. А так: мы объединили наш бизнес, становясь более влиятельными, при этом мы можем жить, как и раньше. Разве не это предел мечтаний каждого?..              

*****

       — Глинтвейн? — недоуменно спросил Лау, склоняя голову на бок, при этом довольно поглаживая по бокам свою сестру Лан Мао, сидевшую на его коленях. Кажется, им обоим было все равно на то, что на неё выведено отдельное место.       За столом сидели все наши знакомые, и только когда они собрались все вместе, я поняла, насколько эта компания странная и разношерстная.       Лау Тао кормил со своей тарелки Лан Мао, специально подавая ей самые лучшие кусочки. Если бы не знала, что они брат и сестра, решила бы, что они пара. Ну, слишком нетипичное для родственников было их поведение. Тем не менее, я не лезла в их прошлое, я даже не знаю, кем они работают. Знаю, что они из Китая приехали по работе в Англию.       Адриан Кривер, более известный на работе как Гробовщик, с радостью пил предложенный сестрою чай, закидывая в себя маленькие печеньки в виде косточек, испеченные мною по его рецепту. Как ни странно, получились они немного хуже, чем у Адриана, что немного понижало мою самооценку. Как понятно по его псевдониму, мужчина работал гробовщиком, имея весьма примечательную и немного странную внешность. Правда, после знакомства с Греллем я уже ничему не удивляюсь. Адриан был знакомым Фантомхайва и именно он нас и познакомил. Гробовщик, как он просит всех нас его называть, был личностью неординарной, и я не раз задавалась вопросом — как Винсент познакомился с этим человеком?       Грелль сидел недалеко от меня, с удовольствием вгрызаясь зубами в сочное мясо, время от времени чопорно вытирая с лица соус, что было скорее смешно.       Нина сидела подальше от него и выглядела весьма довольной жизнью, время от времени рассказывая нам свои смешные истории и благодаря Винсента за то, что он знает свое дело, и она может не переживать о своих деньгах, которые хранятся у него в банке.       Фантомхайв с улыбкой кивал на её благодарности, рассказывая что-то свое и подкалывая Дитриха, который даже не обращал внимания на курочку в центре стола, доедая последние на тарелке бутерброды.       Рейчел сидела около него, что-то тихо отвечая на его вопросы, смущенно хихикая и краснея над комплиментами, которые ей бросал Фантомхайв под мой ненавистный взгляд. Но прерывать их общение все равно не спешила — не культурно, да и, раз уж у сестры сегодня такое хорошее настроение, то кто я такая, чтобы его портить?       Френсис, единственная моя подруга, с которой я познакомилась в довольно-таки популярном и известном институте, была моей отрадой, несмотря на то, что приходилась младшей сестрой Винсенту Фантомхайву.       Около неё сидел её муж — Алексис Леон Мидфорд — известный меценат и коллекционер оружия. Он с восторгом обсуждал национальные китайские оружия вместе с Лау и даже Лан Мао вставила несколько коротких слов в их диалог, что уже показатель, так как от неё в свою сторону я никогда не слышала ни слова.       Я сидела по правую руку от своего мужа, что меня более чем устраивало. Только с ним я могла поговорить о чем-то на тему медицины, хотя за столом мы и не разговаривали об этом, предпочитая забыться в канун Нового года.        — Ты ни разу его не пробовал? — удивилась я, посмотрев на китайца. Увидев отрицательный кивок с его стороны, продолжила, — Тогда тебе должно это понравится! Это самое лучшее, что можно попробовать в новогоднюю ночь.        — Кажется, ты только о вине рассказываешь с таким энтузиазмом, — скептически протянула Френсис, тем не менее не опровергая мои слова и с удовольствием делая глоток теплого напитка, прикрывая глаза.       Только её мимика и жесты показывают, что она на самом деле чувствует и от понимания того, что она на самом деле ничего против этого не имеет, становилось легче. Не первый раз замечаю, что я очень завишу от мнения своих близких, а не чужих людей. Правда, иногда даже мне кажется чересчур то, как я реагирую на слова родных и знакомых.        — И о Рейчел, — хмыкнул Фантомхайв, подперев рукой подбородок.        — А тебя никто не спрашивал, — резко ответила я, гордо отворачиваясь от него и, судя по смешкам некоторым, это выглядело скорее смешно и по-детски, нежели грозно.        — И о машине, — обижено буркнул Грелль, на что я закатила глаза. Да-да, я поняла, что он обижен на то, что я его «проигнорировала» и больше внимания обратила на свою малышку, нежели на него, но какой человек в здравом на это обижается? А да… Здравый ум… Тогда Сатклифф точно обижается.        — И о работе, — одновременно заметили Габриэль и Адриан, переглянувшись. Спелись, что ли?        — Это все, или кто-то еще что-то скажет о моих недостатках? — уязвленно спросила я и, видя, что Лау уже открывает рот, чтобы что-то сказать, резко приподняла руку, — Молчи.        — Не умеешь слушать, — заметила Лан Мао.       О. Прелестно. Я задела её брата, а значит — её тоже. Просто блеск.       Видя, как я мрачнею, Рейчел тут же встала с места, из-за чего все обратили на неё внимание, и, немного тушуясь, произнесла:        — Тост. Давайте я его начну и каждый его подхватит? — с надеждой посмотрела на нас Рейчел.       Я тут же закивала головой. Рейчел, ты настоящий ангел!        — Давайте, чтоб в следующем году все-все было хорошо!        — Чтоб каждый из нас получил то, что хочет, — подхватил Винсент и мне совсем не понравился тот взгляд, который он бросил на Рейчел. Мысленно сделала заметку следить за ним еще сильнее.        — Чтоб следующий год был для нас легким, полным вдохновения и сил, — заголосила Нина, поднимая руку с бокалом вверх.        — Чтобы каждый нашел свою любовь, — мечтательно пропел Грелль, плотоядно улыбаясь, прикрыв глаза. Наверняка представляя себя со своим начальником.        — Чтобы никогда не забывали о том, кто мы есть и кто около нас, — с видом заядлого философа протянул Лау, будто уже находясь в нужной для себя кондиции.        — Чтобы в следующем году у каждого из нас было мно-о-ого клиентов, — протянул Адриан, на что я выразительно прокашлялась: уж очень это жутко звучало, особенно учитывая его профессию, — Ну, и много смеха, конечно же! Хи-хи, без него было бы слишком скучно! — вовремя исправился Гробовщик.        — Чтобы раздражающие нас личности уехали далеко и надолго, — бросил Дитрих, многозначительно глянув на Винсента.        — Ты ж мой хороший! — улыбнулась я, потянувшись через весь стол к немцу и от души его обнимая.        — Вы прямо-таки излучаете доброжелательность! — наигранно огорченно сказал Винсент, ничуть не обижаясь. А жаль.        — Здоровья всем, — улыбнулся Габриэль Брикман, легонько дернув меня за руку, заставляя сесть обратно около него.       А я мысленно сделала заметку, что здоровья нам всем обязательно надо, особенно если не хотим в ближайшем времени оказаться в конторе Адриана в качестве его клиентов.        — Чтобы следующий год удался и не прошел хуже, чем предыдущий, — величественно, как графиня 19-го столетия, кивнула Френсис.        — Чтобы все мечты сбывались, — улыбнулся Алексис Мидфорд, с нежностью взглянув на свою жену.       Я поднялась и еще раз внимательно оглядела всех. Они смотрели на меня, ожидая последнего слова, и я поняла, что за этот год я действительно успела много чего сделать: научиться ездить на машине, руководить отцовским бизнесом, выйти замуж, в конце концов! Но, что самое главное, познакомиться со всеми этими людьми.        — Чтобы в следующий год, и следующий, и все последующие мы проводили вместе, — улыбнулась я, еще раз оглядывая всех, и задержав взгляд на одном человеке. Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, — Черт возьми, не верю, что я сейчас это скажу… Но даже с тобой, Фантомхайв!       Все счастливо загалдели, чокаясь бокалами с глинтвейном, который уже немного остыл.        — С НОВЫМ ГОДОМ!