Записки Темнейшего

      – Я боюсь, что электропроводка в этом дворце небезопасна для использования! Третья сгоревшая кафа-машина за неделю. Немыслимо!       Причитания кибер-секретаря С-3РО из-за неплотно прикрытой двери отвлекают от размышлений. Только обращается он не ко мне. Судя по пыхтению и позвякиванию инструментов, восстановить сгоревший электроприбор пытается Энакин. Точно, он. К механическим стонам присоединяется ломкий мальчишеский голос.       – Не-а, это не в сети перепады напряжения. Это у некоторых пользователей руки не из того места растут.       – Вы имеете ввиду верховного канцлера, мастер Эни? – ужасается секретарь.       – Либо это неуловимый ситх тайно пробирается в кабинет канцлера и кафейники жжет.       Откидываюсь на спинку кресла и тихо улыбаюсь самому себе. Я очень редко это делаю просто так – без корыстной цели. И обстановка вроде бы совсем не располагает. А вот надо же.       Наверное, это оттого, что мальчишка прав. Третья кафа-машина накрывается, не выдержав брошенной в нее Молнии Силы. Что поделать, нервы.       Мир в последние месяцы буквально с цепи сорвался. Впрочем, если быть точным, то не сам сорвался. С цепи его целенаправленно спустили. Кто, спросите вы. Дарт Плэгас, зараза мудро…ая. Легким, изящным движением он наглухо перекрыл финансирование проекта армии клонов. Мало того, история получила огласку. Со мной ее, правда, не связали. А вот джедаев вообще и Сайфо-Диаса в частности в СМИ полощут с особой жестокостью. Де, вот на что храм народные денежки тратит! И с кем это они воевать собрались? На словах с рабством борются, а на деле армией боевых холопов обзавестись решили?! А клонов-проституток для утех магистров Орден точно не заказывал? Это я самые безобидные заголовки пересказываю.       Под шумок скандала я успел вывезти первую партию в двести тысяч младенцев. Денег на их обучение и экипировку у меня хватит. Только о многомиллионной армии можно забыть. Как и об идее свалить Республику и Орден, ослабив их войной. Войной клонов, дроидов и джедаев, в которой трудоспособное население, инфраструктура и производственные мощности планет моей будущей Империи особо не пострадают. Руководство руинами галактики меня как-то не прельщает. Похоже, сепаратистские настроения Торговой Федерации надо тихо спускать в унитаз.       Одно хорошо. Я – в стороне. А вот по авторитету Храма не оттоптался только ленивый. Когда выяснилось, что на Камино партии клонов нет, джедаи наивно выдохнули с облегчением и даже вякнули на тему, а был ли мальчик. Но тут же схлопотали обвинение в том, что храмовые изуверы просто утопили несчастных младенчиков во главе с папой-Феттом в хладных водах каминского моря-океана словно котят. Дело едва не кончилось погромом.       Тьма - свидетель, я не знаю, кто заплатил всем этим толпам экологов, пацифистов, феминисток и секс-меньшинств, но судьбой несчастных деток они прониклись до полного озверения. Пришлось признаваться, что сироток в безопасное место вывез я. Слава Силе, это место активистов не заинтересовало. Ибо очень не хотелось бы, чтобы моих будущих псов испортили всякие сердобольные волонтеры с их заботой о ближнем и прочими розовыми соплями. Но обошлось. Журналисты, в отличие от общественников, могли и докопаться, но их пока отвлекает новый поворот скандала.       Джедаи смотрят на меня как на спасителя, но о том, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих, помнят. Ну, может и не Совет Ордена, а вконец затравленный магистр Сайфо-Диас лично постарался вбросить тему «Не мы такие – жизнь такая». Типа, крупные компании для своих нужд на Камино веками рабочих заказывают, а чем Храм хуже?       Тема зашла. Да так, что биржи по всей Республике месяц лихорадит. А джедаи послали несколько инспекционных проверок по мирам Внешнего Кольца в поисках неучтенного населения. И как вы уже догадались, с рыцарем Джинном во главе одной из них. Похоже, Совету совсем не терпится получить наконец известие о долгожданной невосполнимой утрате.       Только погасить скандал и вернуть былое уважение – совсем не одно и тоже. Вот для восстановления имиджа защитников всего хорошего от всего плохого Совет с новой силой ринулся искать, как вы думаете, кого? Правильно, ситха. Я только ума не приложу, почему все решили, что его поимка найдет живой отклик в сердцах простых разумных галактики. Но магистрам видней.       Только я, старый жадный политикан, денег на это богоугодное дело зажал из вредности. Ага, мне еще двести тысяч рыл на свои кормить. Послал в благотворительный фонд муунов. К Хего Дамаску, короче. Магистры пошли, куда им деваться, но интеллигентное хамство на меня затаили. И стоило Сенату принять бюджет на следующий год, как пошли в атаку: потребовали Дарта Мола на допрос. Он, де, единственная ниточка к ситху.       – Вам следует гордиться эдакой эксклюзивностью, друг мой.       Обращаюсь к забраку, прикрыв взглядом дверь поплотнее. Это читая наглое требование храмовников сдать им моего телохранителя, я, скромный верховный канцлер, молниями в бытовые приборы швыряться начинаю. При ученике же надо демонстрировать сдержанность и уверенность в себе.       – Да, учитель.       Мол хищно щерится, демонстрируя готовность единолично порвать весь Орден джедаев. Страх свой прячет, хорохорится. Правильно. Потому что бойся – не бойся, а идти придется. Не потому что так захотели джедаи. Так хочу я. Ибо зажрался последнее время ученик. Страх потерял. А это для ситха недопустимая роскошь.        – Что ж, в путь.       Откладываю документы и поднимаюсь с места. Единственным условием с моей стороны было мое присутствие во время допроса. Формально, сенатский контроль за сенатскими же секретами. Реально, чтоб светлые оппоненты за процессуальные рамки сильно не выходили. Провала я не опасаюсь, даже меч с собой не беру, но держать руку на пульсе следует. Да и просто интересно. Ситхи вне закона, так что и официальный перечень допустимых форм воздействия на них велик и разнообразен. Будет на что посмотреть.       – Ни пуха, Мол.       Энакин отрывается от разобранной кафа-машины и ободряюще улыбается.       – К ситху.       Непривыкший к столь неприкрытому проявлению поддержки забрак конфузится. Самое интересное здесь не это, а то, что я не ревную. Похоже, я слишком серьезно отнесся к заявлению Дарта Плэгаса об отмене «правила двух». Раньше бы я уж во всю бесился от невозможности делить внимание моего ученика с кем бы то ни было. Теперь моя задача – создать вокруг себя максимально широкую сеть одаренных. Победит тот, у кого она будет больше, а связи в ней крепче. Лишь бы самому оставаться в ее центре. Головой понимаю, а в душе все равно сам себе удивляюсь. Уж больно оно необычно. Ситх-авангардист, прости Великая.       К слову о Плэгасе. Он-то не слишком легко отдал мне Избранного? Судя по куче косвенных признаков, Энакин – плод его экспериментов по созданию жизни из Силы.       «Ты чего-нибудь, кроме статей госбюджета, считать умеешь, морда чиновничья?» - раздается в мозгу хрипловатый голос бывшего учителя.       Я едва на ступеньках Храма не споткнулся. Хотя… Почему бы, собственно, двум уважаемым ситхам не пообщаться через канал Силы именно здесь?       «Это вы о чем, мастер?»       «О том, что как с Силой не колдуй, а против природы не попрешь: из женской яйцеклетки без участия мужика не может родится мальчик с иным, чем у матери, цветом глаз и волос. По-твоему, Энакин должен был родиться темноволосой, кареглазой девочкой. Без вариантов».       «Но эксперимент же был?»       «Почему был? Он и сейчас идет. Просто быстро только фелинксы родятся. А девочка появится на свет на Джакку лет через сорок».       Так за почти светской беседой добрались до внутренних помещений Храма. Никаких темных подвалов – все светленько, чистенько, пристойненько. Если не считать сразу трех сильнейших менталистов Ордена, которые в мозгах у Мола ковыряться собираются. В общем, внешне, для меня – неодаренного все будет выглядеть культурно, без насилия. Эти уроды еще бы белые врачебные комбинезоны напялили для пущего лицемерия.       Мол покладисто сообщает собравшимся, что старого ситха зовут Дарт Сидиус. Росту он среднего, телосложения тщедушного, из особых примет – надвинутый на глаза капюшон. Обретается оный приметный паренек на нижних уровнях Корусанта. Точного адреса забрак не помнит, ибо неместный.       За дело принялись менталисты. Возникающие в мозгу накаченного наркотиками и чужеродной Силой Мола образы в целом соответствовали рассказу. Несколько раз картинка начинала двоиться, и тип в черном балахоне приобретал черты верховного канцлера. Тогда отвечающий за фильтрацию бреда специалист недовольно морщился. Присутствие нынешнего босса испытуемого очевидно искажало воспоминания забрака. В измученном мозгу прошлое путалось с настоящим.       Только я-то этих мыслей как бы и не вижу. От чего всячески изображаю скуку. Параллельно помаленьку высасываю боль Мола. Легче ему от этого не становится, но зачем добру пропадать.       Напоминаю собравшимся о том, что допрос разумного, проходящего по делу свидетелем, по закону не может продолжаться дольше шести часов. Со мной соглашаются. Джедаи и так уж поняли, что из затеи ничего путного не вышло. Только Молу после этого дней десять в постели проваляться придется.

***

      У болезни ученика оказался еще один не то, чтобы неожиданный или неприятный, но требующий внимания эффект. Оставшийся без тренировок Энакин Скайуокер.       Почти полгода все складывалось практически так, как я и планировал: черновую работу по обучению ребенка вместо Ордена выполняли Мол с Кеноби, бытовые вопросы решала Шми Скайуокер. Я же появлялся по выходным, чтобы похвалить, восхититься достижениями, сводить в кафешку или в кино, сунуть сотню кредитов на карманные расходы. В общем любовно взращиваю образ мудрого, заботливого дедушки. Непыльно и эффективно. Главное, редкий случай, когда я могу позволить себе роскошь быть искренним. С поправкой на возраст моего компаньона, но все же. Странное ощущение.       И вот, излечившийся Кеноби умчался вслед за своим мастером выявлять тайные плантации опиатов на Эндоре, а Мол валяется в постели с нервным истощением и последствиями болевого шока. Осталась одна Шми.       Хатт, как я раньше-то без нее управлялся? Идея предложить ей место экономки в моем доме родилась сама собой. Место всегда было вакантно. Лишние глаза мне ни к чему. Я дроидов и то предпочитаю менять чем чаще, тем лучше. Так что решение изначально показалось спорным. Да и особых надежд я на провинциалку без образования не возлагал. Сможет, что сможет. Главное, снят вопрос с мальчиком: мать работает в доме и сын при ней.       Но результат превзошел все самые смелые ожидания. Сама Великая не иначе как обалдела от получившегося, иначе бы подала мне сигнал заранее. У Шми Скайуокер оказалось редкостное чувство уюта. Необычную атмосферу домашнего тепла я почувствовал в ее хибаре на Татуине. Голый камень, нищета и убогость, а в нее хотелось войти. Это не чувство прекрасного. В искусстве Шми вообще разбирается так себе. Но до нее шикарные антикварные вещи в моих апартаментах делали квартиру похожей на музей. Шми вроде и не меняла ничего в интерьерах, но музей вдруг стал домом. Такое просто на запах вкусностей из кухни не спишешь.        Хотя Мол и Дуку на этот запах летели просто как мотыльки. И если молодого лорда влекли пирожки и чувство защищенности (не буду же я при даме молниями в него кидаться), а сама Шми относилась к нему почти как к племяннику, то мотивы графа, да и душевный отклик женщины оказались куда сложнее. Расшифровать его до конца у меня походя не получилось, а проявлять явный интерес показалось бестактным.       Конечно, Шми Скайуокер крепко держала в руках не только дом, но и сына. Так что несмотря на опасения, проблем в школе у парня практически не возникло.       Школу я для него выбрал правильно. Не слишком элитную, но добротную, где большинство учеников – дети съехавшихся в столицу по служебным делам из всех уголков Республики чиновников, офицеров, инженеров. Сглаживать пробелы в знаниях там умели, а ходить с невыученными уроками Шми сына отучила быстро. Одолжив у Мола ремень.       Впрочем, судя по массово благожелательным отзывам учителей, Энакин пользоваться очаровательной улыбкой с добавлением капельки Силы умеет мастерски. Драк с одноклассниками тоже, вроде, не отмечено. Во всяком случае таких, которые попали бы в поле зрения взрослых.       Только не стоит себя обманывать: неуемной энергии Скайуокера достаточно застояться без дела день-другой, и она закиснет и так в голову ударит – только держись! Не остановят ни мамин авторитет, ни Молов ремень. Чует мое сердце, сама Великая хочет, чтобы я не расслаблялся и лично занялся воспитанием Избранного. Против Силы не попрешь.       – Энакин! Давай-ка на тренировку.        – С вами, канцлер?       В мальчишечьих глазах мелькнул огонек юношеской снисходительности к старым и убогим.       – Ты думал я исключительно для Мола спортзал отгрохал?       Энакин кивает и бежит переодеваться. Я просто скидываю домашнюю куртку, демонстрируя приоткрывшему рот юнцу рельеф мышц.       Качественная, так, чтоб пар валил, разминка. Потом сам отправляюсь тягать железо, Энакина отправляю на беговую дорожку. Рано ему еще на силовые тренажеры засматриваться. А вот мной полюбоваться вполне может. Искреннее уважение без скидок на возраст оказалось приятным бонусом к радости активно работающих мышц.       – Ну-с, а теперь фехтование.       – А вы умеете?       – Баловался в молодости. Только, чур, без этой вашей Силы. Просто отрабатываешь четкость связок.       – Хорошо, - с забавной серьезностью пообещал «не обижать старенького» Энакин.       Мы взялись за мечи. Вообще-то, учебное оружие – первый шаг к безалкогольному пиву и резиновым женщинам. Не практикую. Но сегодня без вариантов. Что до самого боя, то все ожидаемо. Талант налицо: набор приемов и связок он за несколько месяцев усвоил впечатляющий. И действовать пытается нешаблонно. Только техника хромает на шесть лап и еще крыло подволакивает. Торопливость, небрежность и самонадеянность делают свое дело. Валяю соперника по ковру почти всухую. Тот начинает заводиться и совсем теряет контроль над собой.       – Спокойнее, юный падаван.       – Излишняя горячность на Темную Сторону ведет?       – Вернее всего она ведет в дурдом или на кладбище. Хотя, и иное возможно.       Энакин кивает, берет себя в руки и на злом кураже проводит весьма недурную атаку. У него почти получилось меня достать. Он даже успел обрадоваться вкусу победы. На этом я его и подловил. Едва заметное движение на грани возможностей неодаренных, и Избранный сидит на полу, мотая головой, глаза в кучку собирает. Собрал. И задал вопрос, от которого мне самому впору в обморок.       – Канцлер, вы ситх?       – На чем основано столь странное предположение, мой друг?       – Не знаю. Я вдруг сейчас догадался.       Н-да, Сила любит своего Избранного. И хочет для него лучшего. Здесь и сейчас – лучшего наставника. Меня, то есть. Интересно, если я попытаюсь тупо и незатейливо его пришибить, каким именно образом Великая меня остановит? В том, что остановит, я уже не сомневаюсь, а пробовать как – как-то не хочется. Поэтому сразу переходим в конструктивную стадию беседы.       – Что ж, ты прав. Но позволь и мне задать вопрос? Зачем ты об этом заговорил?       – Зачем? – Энакин задумчиво почесал нос, вздохнул и ответил. – Я хочу учиться владению Силой по-настоящему, а не походя, когда у кого-то есть на меня время. Среди джедаев мастера для меня не нашлось…       – Ты хочешь стать моим учеником? – осторожно пробую слова на вкус, потому что я еще и сам не понимаю, на что подписываюсь.       – Наверное.       – Ты сомневаешься?       – Да. Я не хочу причинять зло Дарту Молу.       – Ты слышал о правиле двух?       – Да, канцлер.       – Твои сведения устарели. Правило Дарта Бейна было отменено еще моим учителем Дартом Плэгасом.       Звучит так, словно произошло это многие века назад. Знать о том, что реально решение окончательно принято немногим более полугода тому как, молодежи рановато. Энакин облегченно вздыхает и вновь замирает, затаив дыхание, в ожидании моего решения. Я не затягиваю. Сейчас главное – быть искренним. С разумными вообще надо быть по возможности искренним. Сместить акценты, утаить или выпятить детали – это да. Но долго и эффективно изображать чувства, которые ты на самом деле ни капельки не испытываешь, задача невыполнимая.       – Хорошо, я готов стать твоим учителем, Энакин Скайуокер.       – Благодарю, мастер.       Достаю настоящий меч и салютую им ученику. Действие совсем необязательное, но красивый жест показался уместным. Ишь, глазенки-то как заблестели.       – Теперь же к делу, мой юный ученик. Прежде всего тебе следует научиться закрывать свои мысли и воспоминания от посторонних, даже если эти разумные сильнее тебя. Это займет несколько дней. В течение этого времени тебе не стоит выходить из дому. Думаю, больничный в связи со сломанной на тренировке ногой вполне подойдет.       – Хорошо, учитель. Только…       Нет, боли он не испугался. Его смущает нечто другое. Жду, пока соберется с мыслями. Понукать не пришлось. Собрался быстро.       – Мне завтра позарез надо быть в школе. Понимаете, я похвастался пацанам, что принесу новую версию World of Walkers… Ну, которая официально только через месяц появится… Теперь парни подумают, что я трепло.       – Что за ворлд? – делаю лицо максимально строгим.       – Игрушка такая про танчики… Мне ее Мол перед тем, как к джедаям пойти, на каком-то совсем пиратском торренте скачал. Типа, если что, память о нем будет…       Парень едва не плачет. Сам и не понимает, о чем. То ли о своей безнадежно загубленной репутации. То ли о глупой шутке Мола, которая оказалась слишком близка к истине. То ли собственную лодыжку жаль. Только будущему лорду ситхов нюни развешивать даже в десять лет не к лицу. Резкое колебание Силы, и Энакин тихо ойкает от неожиданности. Неестественно вывернутая вбок ступня болит, но он держится, чтобы не закричать.       – А приятелей своих можешь сюда пригласить, чтоб дурного про тебя не думали.       – Можно?       – Почему нет? Среди них нет одаренных. Значит, и опасности нет.        – В нашей школе вообще нет форсюзеров, - ворчит, рассматривающий стремительно распухающий голеностоп Энакин.       – В списочном составе нет. Но где гарантия, что завтра какому-нибудь рыцарю света шлея под хвост не попадет прочесть школьникам лекцию о ратном пути Ордена? А тут ты на второй парте весь из себя задумчивый.       – Вы правы, учитель. Я не подумал.       Сила великая! Что он своими глазищами со мной делает-то? Только и остается, что подать руки и помочь доковылять до своей комнаты.

***

      Друзей у Энакина оказалась целая свора. Конечно, частью мальчишек двигал простой интерес к новой игрушке и к возможности побывать в знаменитом доме на Республиканской. Но особой корысти в их помыслах нет. Так что пусть и не верными товарищами, но хорошими приятелями пришедших назвать вполне можно.       Нет, шокировать гостей своим появлением я не собираюсь. Хватит с них Дарта Мола. Забрак сегодня впервые поднялся с постели и пока еще слабым и вялым выполз в общую комнату.       – Это Мол – телохранитель его превосходительства канцлера Палпатина. Только сегодня он дома, потому что немного ранен, - представляет Энакин забрака приятелям. – И это он сумел скачать Walkerов.       Собравшиеся уважительно кивают. В их головах уже зреет картина предотвращенного Молом коварного теракта, в котором и Скайуокер вполне мог пострадать. А что, очень даже похоже. Пожалуй, именно эта версия завтра будет гулять по школе. Потом дети разнесут эту сплетню по домам. А уж родители сделают вывод о канцлере, умеющем заботиться о преданных ему людях. Неплохо.       Но катастрофически мало. Через несколько лет мне захватывать власть в Республике. А от задуманной миллионной армии клонов у меня жалкие двести тысяч осталось. О том, кем их заменить, мысли имеются. Друзья-однокашники моего младшего ученика – неплохое подспорье. Энакин общителен и дружелюбен. Он легко станет лидером молодежной компании, которая со временем начнет видеть мир его глазами и пойдет за ним хоть в соседнюю галактику. Но этого мало. И это не защищает от предательского удара в спину. Но на этот счет у меня пока только смутные наметки крайне мутного характера.       С мальчишками все ясно – упиваются своей стрелялкой обо всем забывши. А вот за дремлющим в уголке Дартом Молом наблюдать занятно. Вот ведь, ситхская морда, нежится в волнах светлой и незамутненной детской радости и в ус не дует. В душе колыхнулась надлежащая волна ревности, но справедливости ради следует отметить, я сам не тороплюсь отрываться от экрана видеонаблюдения вовсе не потому, что меня волнует результат танкового сражения. Может темный лорд ситхов позволить себе маленький каприз – чуточку погреться в лучах чужой бескорыстной радости?