Записки Темнейшего

– Я все понимаю. Вы – взрослые разумные, вольные выбирать друзей и развлечения. Поэтому ничего не могу сказать против того, чтобы лорд Мол с рыцарем Кеноби по притонам с целью поиска похищенной девочки шлялись. Хочу, но не могу, ибо свобода выбора. Вы с собой еще и Энакина поволокли? Ладно, пусть. Парню шестнадцать, и отрабатывать боевое применение оружия в реальных условиях ему давно пора. Зачем при этом Кеноби прихватил с собой своего восьмилетнего падавана, которая еще и девочка, я не спрашиваю. Не мое дело. Но зачем вы с собой еще дюжину юнлингов потащили?! – Так эта… Кеноби в тот вечер Йоду подменял. А за похищенной девчонкой быстро ехать надо было. Еще бы чуть-чуть, и ее с планеты увезли бы. И малышню одних не оставишь. – Энакин мог присмотреть. – Он бы их плохому научил или темной комнатой пугал, пока с перепугу не описаются. – Будущим джедаям положено бояться Тьмы. Желательно до диареи. А чему такому плохому Эни может научить этих сопляков? – Прошлый раз – курить. – Ладно, проехали. Ты мне другое скажи: откуда вы берете информацию о всех этих униженных и оскорбленных, которым немедленно нужна ваша помощь? – С сайта. – С этого? Уже едва сдерживаю свой гнев, протягивая Молу датапад с нужной страницей. Тот кивает, не понимая причину моего неудовольствия. От чего я окончательно срываюсь и ору на младшего лорда уже не стесняясь. – Почему оно называется «Дарт Вейдер»? – Так чтоб джедаи не спалились. – Вейдер – это кто?       – Никто. Имя просто прикольное.       – И что же прикольного вы находите в имени Дарт Вейдер?       – А Тьма его знает.       – На одном из малоизвестных языков есть похоже звучащее проклятие: доннерветтер, - встревает в разговор С-3РО.       – Не-е-е, в кабаках на нижних уровнях так не ругаются, - не соглашается с секретарем Мол. – Вензель из букв ДВ пацаны на стенах с некоторых пор рисуют. Но это уж после того, как мы сайт запустили.       – И как он работает?       – Всякий, у кого возникли проблемы, с которыми власти не могут или не хотят справиться, посылают нам заявку. Мы реагируем. Когда сами. Когда достаточно сделать пару звонков. Поначалу давали рекламу. Сейчас хватает слогана на главной странице.       – Да уж… «Я – Тьма, летящая на крыльях ночи. Я - десница судьбы. Я – кулак Силы. Я – моль в шкафу криминала. Я – жвачка на его ботинке и гвоздь в шине его летающей тарелки. Я щит правды и меч воздаяния. Вы не ждете меня? Но я уже иду к вам! Я – Дарт Вейдер», – читаю я с экрана. – Что за бред!       – Это Мол мультиков пересмотрел, - голосом заправского ябеды сообщает возникшая в дверях голова Энакина.       – Каких еще мультиков?!       – Детских. Которые падаван Бена Асока смотрит.       Ну, да. Маленькая Асока Тано, которую в восемь лет сплавили из юнлингов в падаваны Кеноби, после того, как она с помощью подмешанной в шампунь зеленки победила седину гранд-магистра Йоды, очень любит смотреть мультики. И делает она это в основном у меня дома. Потому что таскать с собой на по сути боевые задания ребенка Оби-Вану совесть не позволяет, а оставлять падавана в Храме – джедайская этика. В результате пребывания в моем доме девочка под руководством Шми Скайкокер научилась печь пончики и хворост. Мои ученики помогли ей освоить наиболее подлые и эффективные приемы уличной драки с применением Силы. Играть в сабакк… Нет, это она где-то до нас освоила. Еще бы научилась называть меня «канцлер», а не «деда Шив», было бы совсем хорошо. Но я отвлекся.       – С-3РО вышел, Энакин вошел. Живо!       Мой приказ выполнен моментально и беспрекословно. В моем доме даже роботы чувствуют, когда со мной лучше не связываться. Стоило двери закрыться, как в учеников летит по молнии.       – Вы хоть поняли, во что ввязались? – обращаюсь к ученикам уже с куда меньшим внутренним накалом, пока те после удара в кучку себя собирают.       – Принц Ксизор? – шипит сквозь боль Энакин.       – Догадался. Только жаль, что умная голова дураку досталась!       Добавляю ученику пинком в печень и продолжаю.       – Ксизор практически подмял под себя все ОПГ столичного региона. Мечтает о галактическом размахе бизнеса. Для него показательное похищение ребенка попытавшегося встать на его пути комиссара полиции – даже не эпизод, так – фоновый шум. А тут вы все из себя благородные. Причем уши Храма из всех щелей торчат! Вы чем про последствия думали?       Теперь ученики предпочитают с ответом не торопиться. Не угадали. Стимулирую словоохотливость Мола ударом в рог.       – Так если джедаи с солнцевскими передерутся, оно же хорошо?       – Только Ксизор храмовников завалит едва ли. Значит, наоборот. А про рост авторитета джедаев-победителей кто думать будет? И это в лучшем случае. А как ребятки сообразят, что их нарочно лбами сталкивают, и сообща пойдут искать обидчика?       Ответить Молу нечего. Он только сокрушенно вздыхает. Только новых ударов не будет. Не потому что я считаю инцидент исчерпанным. Тут, похоже, все только начинается. Уж больно сильно и внезапно дернулись нити Великой. Действуем! Разбор полетов на потом отложим.       – Выяснить, что комиссар Кронал – латентный одаренный, кто должен был?!       – Что?       – Оторвали зады от пола и бегом в СИЗО, пока падший там все не разнес. И не вздумайте его сюда волочь! В схрон к Доку. И, Энакин, связь не обрываешь.       Последнее ору уже в коридор. Возможно, зря. Парни у меня, чисто волки, добычу увидели, значит – не упустят. Сделают четко, но творчески.       Опускаюсь в кресло и прикрываю глаза. Дальнейшее я вижу глазами младшего ученика. Вот Дарт Мол тормозит в гардеробной и бросает в руки висящий у нас чуть ли не с зимы джедайский плащ Кеноби. Сам набрасывает почти такой же. На первый взгляд от храмовой униформы едва ли отличишь.       Не прошло и нескольких минут, как неприметный пикап лихо затормозил у тюремного КПП. Пара джедаев: рыцарь и его падаван с низко надвинутыми на лица капюшонами возникли перед перепуганным караульным.       – Корпус Ликвидаторов. Где проблема?       Караульный только в сторону отскочил с нечленораздельным звуком. Да и не нужен им провожатый. Грохот ударов и скрежет рвущегося железа вполне слышен. Через пару этажей обнаружилась наспех сооруженная перед закрытыми железными воротами баррикада. Около нее суетились надзиратели.       – Что там?       – Бокс из четырех камер. Он сперва в своей всех перебил. Потом в соседние ворвался. Теперь наружу выскочить пытается.        – Все вышли. Живо! И свет за собой выключили.       Приказ выполнен моментально и с явным удовольствием. Почти всеми. Старший смены надзирателей неудачно споткнулся на ступенях и валяется сейчас под лестницей со свернутой шеей. Красиво сделанное силовое удушение в исполнении Скайуокера. Только с чего? Неужели, мальчик так нервно отреагировал на воспоминание покойного, как тот выполнил приказ кого-то из больших начальников о том, что арестованного по подозрению в вымогательстве и превышении служебного полномочий офицера полиции следует определить в камеру с пятнадцатью отморозками. Надо будет потом уточнить мотив. Но сейчас из воспоминаний просто стала понятна причина случившегося.       Намека на джедаев солнцевские не поняли. Решили, что освобождение ребенка организовал папаша. И нанесли ответный удар – обвинение в организации поножовщины. А чтоб дело в суд не тащить, обвиняемый до него должен не дожить. Ночь в компании полутора десятков разномастных рецидивистов шансов на выживание не оставляла. Если бы парень не был одаренным…       Тем временем мои парни вскрывать ворота не торопились. Подождали, пока Кронал ее изнутри раздолбает. Справился. В темноте коридора виден свет огненных глаз Падшего во Тьму. Я это уже видел. Мои ученики – еще нет. Это их первый опыт. Опыт боя с обезумевшим братом своим. Тут без лишних соплей: навалились с двух сторон, оглушили, скрутили и к выходу поволокли. Никто и опомниться не успел, как неприметный пикап исчез в интенсивном транспортном потоке.       Впрочем, флаер вывалился вниз из основного потока довольно быстро. Один широко известный в узких кругах знатоков и ценителей мастерства зашивания ран от светового меча специалист предпочитает нижние уровни. Не любит он сообщать о своих пациентах властям, а по джедайскому навету так вообще врачебной лицензии лишился. Зато пациента готов принять в любое время дня и ночи, и страхового полиса не требует. Интересно, в Республике реально застраховаться от падения во Тьму?       И вот избавившиеся от джедайских плащей ученики вновь замерли в моем кабинете. Серьезные и собранные. Понявшие, что игры в народных мстителей кончились. На войне – как на войне.       – Док говорит, Кронал часа через два очухается, - заканчивает доклад Дарт Мол.       Кивком отпускаю обоих. Погружаюсь в медитацию, но с расчетом, что до начала утреннего пленарного заседания надо успеть смотаться в схрон.

***

      Для этого мне вовсе не требуется, запахнув поплотнее ситхскую мантию, переться по лабиринту переулков вечно сумеречного корусантского дна на другое полушарие. Достаточно сесть в кабину грузового лифта и опуститься на минус второй уровень – проще говоря, в подвал знаменитого дома на Республиканской. Здесь Док и обосновался.       Док – он просто Док. Имени его никто не знает. Видовой принадлежности тоже. С виду – здоровый зеленокожий словно Йода громила с круглой башкой. Где едят – пошире, где думают – поуже. Пузо тоже весьма выдающееся. От Йоды-переростка отличается только ушами. У Дока они свернуты в трубочки. Короче, если и родня гранд-магистру то очень дальняя.       Только у клиентов Дока шутить на эту тему не принято. Вдруг обидится? А где вы еще найдете не связанного с Храмом специалиста, умеющего лечить раны и ожоги от светового меча, электротравмы от молний Силы, а еще разбирающегося в опасных для мидихлориан инфекциях?       Я молча кладу кредитку на стол, она тут же исчезает в кармане халата. Док растягивает губы в улыбке.       – Вообще-то у меня сдачи не бывает. Но вы переплатили, владыка Тьмы. С парнем все более-менее в порядке. Верно оттого, что он не великой силы одаренный, но умом он не тронулся и ярость его изнутри не спалила. Так, физическое переутомление и нервное истощение в рамках нормы, при условии, что человек плечом вышиб три металлические двери плюс решетку голыми руками рвал, а потом десяток-другой ублюдков этими же руками передавил.       – Это еще и за проживание. Парня сейчас небось всем Храмом ищут. Ему перекантоваться несколько дней надо…       – Без проблем. Только не надо этого воровского сленга, владыка Тьмы. Вам не идет.       – Учту.       – Хотите с ним пообщаться?       – Да.       Иду следом за Доком. Формально, он даже именами своих пациентов не интересуется. Но насколько мне известно, ко всем кроме меня он обращается на «ты».       В крохотной, но современно оборудованной палате усаживаюсь на стул напротив кровати. Док исчезает, а я рассматриваю больного. Молодой, но уже с изрядной лысиной человек с глубоко посаженными глазами, да еще огромными мешками под ними. Он в сознании. Взгляд спокойный только словно остывшим пеплом подернутый.       – Лорд ситхов? – губы Кронала трогает некое подобие улыбки. Страшноватое, следует заметить подобие.       Я не отвечаю. Просто скидываю капюшон.       – Даже так? Неожиданно.       – На том и стоим.       – Что теперь?       – Война с Ксизором, что ж еще.       – Я ситх?       – Пока нет. Просто Падший. Псих, к которому с одинаковым пренебрежением относятся и ситхи и джедаи.       – Я ни о чем не жалею.       Кронал с некоторым интересом опустил взгляд на собственные забинтованные руки. Те самые, которыми несколько часов назад рвал сталь и душил разумных. Я же предпочел его не услышать.       – Ксизор – ваш. Это справедливо. Сумеете убить это земноводное, не потеряв контроля над собой, станете ситхом.       С этим удаляюсь, не попрощавшись. А чего еще говорить? Цель я перед ним поставил. Пусть стремится.

***

      Теперь переодеться и в Сенат. Правда на пленарку я едва не опоздал. У парадного подъезда меня подкарауливал Кеноби.       – Что-то опять стряслось, рыцарь? – одариваю его милой улыбкой.       Уж больно забавно смотреть на его непрошибаемую серьезность. Он еще забавней смущается, краснеет, но с мысли не сбивается.       – Да, канцлер!       – Что же? – вмиг делаю серьезное лицо.       – Наши опять ищут ситхов. Тех, которые вчера увезли из СИЗО падшего во Тьму.       – Но в отчете городских правоохранителей сказано, что безумца увезли джедаи?       – Какое там! Публично наши конечно этого не признают и втихаря носами землю рыть будут… Это были Мол и Энакин?       – Да.       От спокойной обыденности ответа джедай опешил. Он от меня уверток и недосказанности ждал? Зря. На прямо поставленный серьезный вопрос отвечать следует столь же прямо и серьезно. Даю рыцарю обдумать сказанное мной, продолжаю.       – Мало того, это я приказал парням вмешаться. Я в курсе вашего проекта «Дарт Вейдер».       – Это оказалось опасным мальчишеством.       – Именно. А чтобы превратить это безобразие в нечто дельное, вам нужен опытный сыскарь со знанием оперативной обстановки на Корусанте.       – Но он падший.       – А иначе был бы мертвым.       Оби-Ван не знает, что ответить. Очевидная истина опять столкнулась с реальностью жизни. Помогаю определиться.       – Думаешь, Мол, когда мы встретились, был в сильно лучшем состоянии?       Не особо вру, между прочим. Я выменял у ночных сестер забраченка практически полудохлым. На бутылку марочного набуанского коньяка выменял. А он получил титул лорда ситхов, хладнокровно вырезав ту самую шайку датомирских любительниц издеваться над малолетними. Так что определенное сходство есть. Правда, не совсем то, о котором подумал Кеноби.       – Справка о том, что он слегка ку-ку, у Кронала будет. Официальной пенсии для него я добьюсь. Это справедливо. А чтоб молодой инвалид без дела не скучал, он устроится на тихое спокойное место модератора сайта «Дарт Вейдер». Его дело – планирование и аналитика. В поле вы, лоси здоровые, бегать станете.       – Иногда вы меня пугаете, канцлер…       – Только иногда?       Ждать, когда рыцарь Света найдется, что ответить, мне уже совсем некогда.

***

      В зале пленарных заседаний все то же. Обсуждение криминогенной обстановки. С уклоном на защиту попираемых гражданских прав и свобод рядовых граждан от произвола оборотней в погонах. С голограммой главного эксперта по вопросам попирания прав – принцем Ксизором.       – Здоровые силы общества должны решительно осудить факты полицейского произвола. А власти решительно избавляться от носителей всяческих нетолерантных идей. Кроме того, следует подумать о том, что предварительное заключение должно стать мерой исключительной почти что недопустимой. Мы не можем себе позволить, чтобы попавшие в камеру за мелкое правонарушение или вообще по недоразумению погибали от рук взбесившегося маньяка.       Ксизора слушают скорее с ленивым равнодушием, как ни старался принц распространять по залу феромоны обаяния. На прожжённых циников в сенатских ложах оно не действует. Впрочем, возражать принцу едва ли станут. Выслушают вежливо, примут к сведению и отправятся на перерыв. Собственно, всего, чего хотел, а именно – официального присутствия в коридорах высшей власти, Ксизор достиг.       Только желающие выступить с ответным словом все же нашлись. Сенатор от Набу. Кто ж еще возьмётся стыдить бесстыжего бандита и вслух называть вещи своими именами? Получилось так себе: эмоционально, сумбурно, бездоказательно. Хотя так откровенно вором и убийцей Ксизора, пожалуй, еще никто не называл. Зря она это. Принц – натура ранимая – обидеться может. А Наберрие еще и на джедаев наехать попыталась. Потребовала от Храма обеспечить безопасность защитившего себя и семью Кронала, ни много ни мало.       Ксизор ответил снисходительным замечанием о юношеском максимализме и провинциальной сентиментальности некоторых сенаторов и выразил надежду на более близкое знакомство, в ходе которого милая девушка изменит свое мнение о нем.       Представляющая Совет джедаев на нынешнем заседании магистр Шаак Ти высказалась куда более резко и безапелляционно. Для тьмы нет и не может быть оправданий. Ситхи и их прислужники вольные или невольные должны быть уничтожены. Все. точка. На этом и разошлись на обед.       В ходе которого я вызвал директора Айсарда.       – Ксизор становится проблемой.       Директор лишь чуть склоняет голову в ожидании продолжения.       – Влезая в политику, он перешел грань дозволенного.       Вновь молчаливый кивок. Мы об этом никогда не разговаривали, но суть моей линии на укрепление личной власти при ослаблении власти Сената и авторитета Республики, он уловил давно. И при всей сложности и извилистости этого курса четко ему следует. Анализы моей мочи он наверняка видел. Иначе он был бы плохим шефом главной спецслужбы Республики. Но движет им не страх. Во всяком случае, не только страх. Или не тот страх, который мешает думать и творчески подходить к порученному делу.       – Что-то я о сенаторе от Набу беспокоюсь. Как бы Ксизор ей мстить не вздумал. Это приглашение познакомиться поближе скользкое какое-то, - наконец вымолвил Айсард.       – И не говорите, Арманд!       – Мне следует вмешаться?       – Вам следует внимательно наблюдать.

***

      Ну, вот, как в воду глядели! Или у Арманда глаз черный? Недели с того разговора не прошло, как капитан Панака переводит с меня на Айсарда умоляющий взгляд. Директор же лишь руки разводит.       – Да что мы можем сделать? Вы сами говорите, что госпожа Наберрие улетела на переговоры во дворец Ксизора добровольно, без всякого принуждения. А то, что она третий день на связь не выходит – это еще не основание для вторжения в частные владения. Кроме того, если причина задержки сенатора в гостях у принца вовсе не так драматична, как нам сейчас кажется, очень неудобно получиться может.       – Попрошу вас впредь воздерживаться от столь гнусных намеков!       – Почему гнусных? Просто романтичных.       Старший охраны сенатора Наберрие аж задохнулся от возмущения, но скандал раздувать не стал, просто демонстративно отвернулся от директора бюро безопасности и теперь обращался исключительно ко мне.       – Канцлер! Хоть вы-то понимаете всю серьезность положения?       – Ах, более чем! Вот только что мы можем предпринять, чтобы не навредить нашей дорогой Падме? Боюсь, в рамках действующего закона – ничего…       – К ситхам такой закон!       Айсард предостерегающе кашляет за спиной Панаки.       – К ситхам? Вы правы, обратиться на «Дарт Вейдер», наверное, самое корректное, что мы можем сделать. Да-да, господин Айсард, я понимаю, действия этих парней весьма далеки от общепринятых норм республиканской законности. Но, согласитесь, они эффективны. Кроме того, нас-то в нарушении закона обвинять не станут.       – Да уж, если заказ охотникам за головами не считается среди сенаторов чем-то предосудительным… - многозначительно хмыкает Айсард.       Панака же кидается его убеждать в верности предложенного мной решения. Ага, представляете новостные ленты с сообщением о том, как верховный канцлер с директором бюро сенатской безопасности пишут письмо волонтерам с просьбой найти пропавшего сенатора? А я позабочусь о том, чтоб оно в новостные ленты попало. Удар по имиджу Республики, а косвенно и Храма, лишним не бывает.       Дожидаюсь, когда Айсард позволит себя уговорить, и принимаюсь оформлять обращение на сайт.       Ответа долго ждать не пришлось. Как и написано на главной странице «Дарта Вейдера» - «Ждите, с вами свяжутся». Сущий цирк с конями начался, и четверти часа не прошло. Гудок коммуникатора планетарной связи, и в объеме голопроектора возникает гражданин в плаще, из-под капюшона которого не видно лица. Плащик знакомый – Дарта Мола. Но это не ученик. Оби-Ван Кеноби, что ли? Голос несколько изменен, а вот искажать отпечаток в Силе ни мои, ни джедайские мальчики пока не умеют. Так что, он это.       Пока Панака излагает детали произошедшего «Дарт Вейдер» задает ему уточняющие вопросы. Весьма грамотно. Можно сказать – профессионально. Только с секундной задержкой. Не иначе как вопросы появляются на видеосуфлере перед Оби-Ваном, и задает их Кронал.       Бывший комиссар формально еще на нелегальном положении, хотя фактически живет совсем рядом – на уровне чуть ниже Республиканской 500. Джедаи его ищут, но где-то не там, бывшие коллеги из полиции только делают вид, что ищут, а люди Айсарда не столько ищут, сколько охраняют найденное. Кронал же живет себе почти припеваючи: к делу пристроен и к мести готовится.       Наконец фигура в плаще глубокомысленно вздыхает и сообщает о том, что возьмётся за поиски и освобождение госпожи сенатора Наберрие. О результатах заказчик узнает из программы новостей. Фигура исчезла.       Иду провожать Панаку до выхода. Так, на всякий случай, чтобы какой охламон в ситхском наряде в коридоре не встретился. Но нам встречается только маленькая Асока Тано. Почему-то с десятком сопляков и соплячек примерно одного с ней возраста и естественно юнлингов.       – Привет, деда Шив!       – Здравствуй, маленькое джедайское сокровище.       – Мастер Кеноби с Энакином опять по нижним уровням шляться собрались. А мы пока мультики в комнате Эни посмотрим?       Правда, вопросительной интонация была чисто формально. Хотелось бы думать, что из вежливости.       – Разве юнлингам можно покидать Храм?       – С магистром можно! – пищит сразу несколько голосков.       – С каким еще магистром?       Пригревшийся на кухне Йода как живой перед глазами возник. Не угадал, слава Великой.       – Магистр Дуку. Он с мастером Кеноби приехал! – развеяла мои самые мрачные опасения Асока.       – А вы здесь при чем? – все еще не до конца понимаю смысл присутствия юнлингов в моем доме.       – А мы готовимся вступить в аграрный корпус, и магистр Дуку позволил нам поработать с зимним садом на Республиканской!       В голосе сказавшего это мальчишки звенит восторг. Вот так вот, стоило Дуку провести несколько лет шефом аграрного корпуса, как юнлинги уже мечтают о карьере агронома. Чудеса, да и только. Только… Это они на моем зимнем саду практиковаться собираются?! Руки поотрываю!       Прячу гнев за покровительственной улыбкой и желаю интересного просмотра. Вот ведь, умри Дарт Плэгас вовремя, так уж в гробу бы три раза перевернулся от творящегося в доме лорда ситхов непотребства. Джедаи совсем страх потеряли. К слову, кто там славился умением пугать джедаенышей темной комнатой? А то младший ученик геройствует, и о ситхской чести думать не думает!       – Энакин, мальчик мой, зайди-ка ко мне.       – Да, учитель.       Энакин возник в дверях, стоило мне отложить комлинк. Уже в уличной одежде – свободной, немаркой куртке с капюшоном, под которой уютно и незаметно устроен световой меч.       – Сегодня ты остаешься дома за старшего. Ибо в доме полно джедаев, а я решил возглавить вылазку в логово Ксизора.       Хм, а еще несколько минут назад я про участие в освобождении сенатора Наберие и не думал. Предвидение, что ли? А, по ходу разберемся. От спонтанной идеи кровь по жилам побежала живей, про мидиков умолчу. Засиделся я в кабинете, похоже. А ситху нужно взбадривать себя видом пролитой крови врага.       Ученик же – молодец. Обиделся, но сдерживается. Опустил голову в почтительном поклоне и принялся помогать застегнуть надетую под плащ броню. Только в голубых глазах мелькают золотые искры. Одобрительно хлопаю ученика по щеке. Тот отводит взгляд и едва зубами не скрежещет. Хорошо. Сублимировать адресованные учителю обиду и гнев в издевательства над теми, кто слабее, молодому ситху давно пора. Благо, эти самые слабые под рукой. Дерзай, мой мальчик, а я пока развлекусь.       Ха, а забаву-то я нынче не только Энечке обломал! Сразу и не сообразил, что командовать парадом сегодня собирался магистр Дуку. Но подсознание – великая вещь. Ого, а с нами еще и Квай-Гон увязался? Ночь обещает быть забавной. Хотя бы потому, что открывать перед рыцарем Джинном и его бывшим учеником свою ситхскую сущность я не собираюсь. Но порезвиться планирую. И это не слишком сложно. Зря я что ли посылал Мола на публичные акции с двойным мечом? Вот именно, теперь всякая корусантская нетопырка знает, что если вы видите отсветы двух красных мечей, то это телохранитель канцлера Палпатина работает.       План Дуку-Джинна отличался особенной стратегической незатейливостью: прийти и всем навалять. Определенная логика в этом есть. Во-первых, ответ на демонстративную акцию Ксизора должен стать столь же демонстративным. Во-вторых, зная похотливость фоллинца, не за жизнь, так за честь сенатора стоит беспокоиться. В общем, подлетаем ко дворцу. Дуку как представитель Ордена ломится в парадные ворота, типа, предъявите документики, граждане, а то тут на вас сигнал от соседей поступил. Джинн с Кеноби тем временем лезут с заднего крыльца прямо во внутренние покои, а я с Молом – в помещение охраны, она же вероятная тюрьма.       Квай-Гон попытался по анархистской привычке возразить магистру, мол, не слишком ли опасное направление для пары недоситх-политик. Но Дуку – красавчик. Одного взгляда хватило, чтоб рыцарь заткнулся. Мне вмешиваться и не пришлось.       Все. Довольно разговоров. Начинаем. Свет во всем комплексе Энакин из дома с помощью какой-то хитроумной программы вырубил, стоило Дуку возникнуть у дверей. Пока шли по темным коридорам, только зубы счастливо улыбающегося Дарта Мола блестели. Байки о частной тюрьме принца Ксизора оказались несколько преувеличены. Скорее уж вытрезвитель для обдолбанных «быков» «Черного солнца». А вот и казарма. Или кабак? Неважно.       На чужих тут реагируют нервно. В лицо Молу летит пустая бутылка. Многоголосое ржание звучит многообещающе. Дарт Мол улыбается еще шире.       – Ну, что, девчонки, потанцуем?       Местные охотно схватились за виброножи. Мы активируем мечи. На то, чтобы дойти до центрального холла нам понадобилось около часа. На последних метрах прячу меч и подбираю тяжелый плазмомет. Не хочу выглядеть в глазах джедаев бесполезным довеском Дарта Мола. В холле же появляемся практически одновременно с джедаями. Вид у них, что твой призрак Дарта Малака, если к нему в гробницу без должного жертвоприношения явиться. Что, упустили?       Упустили. И пленницу, и Ксизора. Фоллиннец слишком быстро понял серьезность положения и сбежал. Джинну и Кеноби только и оставалось, что проводить взглядом улетающий флаер. Только получить заслуженных люлей рыцари не успевают. Я едва сдерживаюсь от желания рвануть на характерно боевой выброс Силы первым. Просто все дружно выскакиваем из горящего дворца, чтоб рвануть на Республиканскую.       – Энакин, чтоб тебя! Отзовись же!       Ору в комлинк. Очень хочется активировать канал «учитель-ученик». Нет. Контроль. Подставлю не только себя, но и мальчишку. А ответа нет. Контроль. Сублимировать страх в ярость, а ярость в Силу и отложить до поры. Подлетаем.       – Приведем же себя в должный вид, господа.       Сперва на меня смотрят с непониманием. Потом кивают и принимаются за дело. Через минуту наша машина неспешно опускается на центральную парковку пятисотого. Под ленивые вспышки камер вечно здесь отирающихся папарацци к центральному подъезду неспешно вышли верховный канцлер и член совета джедаев со свитой. Благостные выражения лиц, характерные для возвращающихся из ресторана для продолжения приятного вечера в домашней обстановке джентльменов мы обеспечили. Те оборзели и полезли с вопросами.       – Канцлер! Что вы можете сказать о сегодняшнем нападении на дворец Ксизора?       – На него напали? Надеюсь, замечательная коллекция произведений искусства в ужасной криминальной разборке не пострадает.       В спину летят еще какие-то вопросы. Таким замечательным поводом рвануть в подъезд почти бегом нельзя не воспользоваться. Странный кислый запах встречает нас у дверей моих апартаментов. Джедаи молча задвигают меня себе за спины. Дарт Мол вышибает дверь. В холле пусто. Только запах усиливается.       – Бражка для самогона, что ли? – удивленно принюхивается Джин.        Проходим в гостиную, где замираем в недоумении. По идее, с облегчением, но больно уж все странно.

– … Испекли мы каравай. Вот такой вышины, вот такой ширины…

      Это джедайские малолетки водят хоровод. Рожицы сосредоточенные. За руки друг друга держат, аж пальчики побелели. У иных на лбах пот, у иных на глазах слезы.       Вторым обнаружился Кронал с плазмометом в руках. Ствол отнюдь не полицейского оружия направлен на дверь гардеробной.       – Канцлер, вы обещали, что он – мой.       – Канцлер! Ради Силы Великой! Хоть вы скажите им, чтоб перестали! Оно же дверь вот-вот выдавит и весь дом затопит! – мешает мне хоть что-то ответить вопль подтыкающего тряпкой щель под дверью гардеробной С-3РО.       Кибер-паникер тут же получает полотенцем от стоящей рядом Шми.       – А ну, не отвлекайся, а то и правда на пол вытечет!       – Оно же окно выдавит! Представляете, какой будет скандал, если оно по внешней стене потечет? – гнул свое кибер-секретарь.       – Пока весь объем комнаты не заполнит – не выдавит.       – А вдруг уже?       – Нет еще, - мотает головой высунувшаяся из-за спины Кронала Асока.       О чем это они? Всматриваюсь в Силу и чувствую волну смертельного ужаса из-за двери. Асока же вдруг срывается с места и бросается к окну. Отдернула штору, распахнула створки. Давно пора, а то вонь такая… Только вместе с порывом свежего воздуха в комнату шагает Энакин с сенатором Наберрие на руках. И тут я не выдерживаю.       – Ситх вас всех дери! Кто-нибудь объяснит в конце концов, что тут происходит?!       – Сию минуту, сэр! – поспешно отзывается Скайуокер.       Только от моего рыка он вместо того, чтоб сенатора на диван положить, ее сильнее к себе прижимает. И тут же получает полотенцем. От чего сенатор едва на пол не падает.       – Ма-а…       Рыцари укладывают тихо стонущую Наберрие на диван. Дуку обнимает вдруг разрыдавшуюся Шми. И все это под непрекращающийся «Каравай».       – Она высоты боится. Вот и потеряла сознание, пока мы по карнизу из гардеробной сюда шли, - начал докладывать почему-то с конца младший ученик.       – По порядку можно? – почти ласково шиплю я.       – Да, сэр! – едва ни в струнку вытягивается передо мной Энакин.       – Начинай.       – Около часа назад в дом проник принц Ксизор с захваченной им Падме… сенатором Наберрие, то есть. Он потребовал вас. Но я почувствовал, что он не столько торговаться хочет, сколько убить госпожу Падме в нашем доме и свалить это на вас. Детали я не очень понял, но в сути уверен…       – Все, готов.       При внешнем спокойствии голос Кронала полон внутреннего торжества. О чем это он? О том, что из-за двери теперь не доносится никаких эмоций?       – Что там?       – Труп Ксизора и много-много дрожжевого теста. В котором принц, собственно, и утонул.       – Один?       – С двумя телохранителями.       Ладно, про прочие детали не спрашиваю. Их я от перевозбужденных участников сегодня добьюсь едва ли. Да и сперва от трупов избавиться надо. И от перекисшего теста. Чем переставшая всхлипывать Шми и отпустивший ее Дуку и занялись (Шми уборкой теста, граф – трупов).       Не вмешиваюсь. Опускаюсь на один из диванов, на котором оказалась нахохлившаяся Асока.       – Вы как про тесто додумались?        – Само как-то вышло. Нас Эня от телевизора прогнал и велел идти на кухню ужин зарабатывать. А там тетя Шми дрожжевое тесто на завтра ставила. Юнлинги еще предложили заставить его подниматься быстрее. Тут С-3РО вбегает, кричит, что террористы в доме. Мы побежали смотреть, а я зачем-то кастрюлю с собой схватила. Прибежали, а Эня бандитов в гардеробную загнал, только они сенатором прикрывались. Вот я кастрюлю внутрь и швырнула. А юнлинги запустили и поддерживали процесс лавинообразного размножения дрожжей.       – Бандиты сбежать не пробовали?       – Мы дверь Силой заблокировали. Они к окну свой флаер подогнать пытались, но дядя Падший его из ружья сбил. Потом Эня по карнизу полез спасать сенатора… А Падшего во Тьму теперь арестуют? - вдруг сбилась с мысли Асока.       – Почему ты спрашиваешь?       – Мне его жалко. Он… Он нам помог.       – Ну, падший он, или просто действовал в состоянии аффекта и в рамках необходимой защиты, специалисты пусть разбираются. Но я тебе обещаю проследить за тем, чтоб все было по-честному. Хорошо?       – Хорошо.       А чего не пообещать, если все соответствующие эксперты мною уже куплены? Только, подходящего момента ждали. Мне другое непонятно. Зачем я этой джедайке вообще чего-то обещаю?       С-3РО тем временем выводит всех детей, включая Асоку, в другое помещение, а джедаи световыми мечами принимаются расчищать гардеробную. Кронал с плазмометом присоединяется к ним. Джедаи не возражают. По дому разносится запах подгоревшего теста.       – Мам, ну ты чего? – скулит Энакин из объятий вновь разрыдавшейся Шми.       Дурдом, да и только.