лунное сафари

Лалиса терпит вот уже часа два или три, сидя за своим ноутбуком в наушниках и отчаянно пытаясь сделать презентацию для своего проекта, который ей нужно сдать уже послезавтра. Но биты за стенкой прорываются даже через музыку, играющую практически на полную мощность, а у бедной второкурсницы, подпрыгивающей на своей кровати при каждом взрыве грохота за стенкой, ещё чуть-чуть и кровь пойдёт из ушей. Когда же подключается караоке неугомонного соседа, которого Манобан успела обматерить за последние полчаса больше пятнадцати раз, нервы у Лисы сдают окончательно. Она резко захлопывает ноутбук, сохраняя недоделанный файл, и вскакивает с места, через голову натянув толстовку, чтобы не выбегать в одном топе в коридор. Лалиса хлопает дверью, через шум из соседней комнаты этого даже не слышно, но Манобан настроена решительно. На часах пол двеннадцатого и ей очень (пиздец как, на самом деле) хочется спать. Сессия далась Лисе тяжело, пришлось готовиться две ночи подряд и на сегодня у неё были радужные планы лечь пораньше и проспать минимум до одиннадцати часов. Но сосед по общежитию решил иначе, но злой Лалисе уже как-то похрен на него, поэтому она от души ударяет пару раз ногой по двери. Приходится повторить, чтобы музыка всё-таки затихла и послышались тяжёлые шаги и мат. - Кого там блять ещё принесло? - Манобан успевает отскочить назад, чтобы не получить по лбу и не заработать ко всему прочему ещё и шишку. Из комнаты вырываются клубы дыма, отчего у Лисы режет глаза, но она не забыла, зачем пришла и высокая мужская фигура в проёме её не пугает. Невыспавшаяся Лалиса точно бы шарахнулась в сторону, опустила глаза вниз и исчезла бы в ближайшем тёмном углу, но вот сейчас... - Послушай сюда, - она ловко перехватывает парня перед собой за воротник рубашки, ничуть не смущенная тем, что та расстёгнута, и наклоняет к себе, чтобы быть на одном уровне, - если ты сейчас не вырубишь эту херню, из-за которой у меня вся комната ходуном ходит, я тебя придушу твоим же галстуком от гуччи, Ким Тэхён. Усёк? - Лалиса даже ухитряется встряхнуть его пару раз в порыве особенного вдохновения, пока её не перехватывают за руки и отрывают от себя. - Парни, посмотрите на нашу дерзкую гостью, - Лиса пытается было дёрнуться назад, но сузивший глаза Тэхён не отпускает. Приходится смириться и скривить губы, когда за плечом её соседа возникают две головы. Обоих Лалиса, к своему глубочайшему сожалению, узнаёт очень быстро. Мин Юнги и Чон Хосок. Она беззвучно шепчет тихое и значимое "блять", делая ещё одну попытку вырваться. - Она собралась меня душить, если мы не прекратим. - Эта дохлячка? - презрительно усмехается Юнги и снова исчезает в комнате. Хосок не уходит, улыбаясь и внимательно рассматривая Лису. Та в белые подопытные кролики ещё не записывалась, поэтому изловчившись, кусает отвлекшегося Тэхена за запястье. Он рычит и разжимает руку, выпустив Манобан за свободу. - Воу, - Хосок отступает на шаг назад, удерживая Кима за края многострадальную рубашку, чтобы он не кинулся на замершую у стены девушку. - Тэ спокойнее, - успокаивает он, хотя его самого эта ситуация скорее веселит. Когда Лалису только-только подселили к Тэхёну, тот был уверен, что она долго не протянет, сдастся и переедет, но тайка оказалась упорной. А ещё мстительной. И просто так уступать Киму не собиралась. Тем более доставить ему такое удовольствие, оставив две комнаты в его распоряжение, как было раньше. Сам Тэхён никак не ожидал того, что тихая, на первый взгляд, девушка посмеет приклеивать его дорогие ботинки супер-клеем к полу и тайком стирать светлые вещи Кима со своими яркими, чтобы получить великолепный эффект разводов. А она очень даже посмела и на этом не останавливалась. Впрочем, начал всё это безобразие именно Тэхён, однажды с утра вылив на голову новой соседки целое ведро холодной воды. - Я её сейчас вышвырну отсюда. Пусть поспит на скамейке на улице, если так тишины хочется, - Ким сбрасывает с себя руки Хосока и зло смотрит на Лалису, так и не сдвинувшуюся с места у стены и... уснувшую? Стоя? Тэхён щурит глаза, приглядываясь повнимательнее и не веря собственным глазам. - Погоди, она сейчас это серьезно? - Именно, - тихо хихикает Чон, а потом не выдерживает и заходится уже в голос, прикрывая ладонью рот. На поднявшийся шум выглядывает Юнги, оценив ситуацию и не найдя для себя ничего интересного, уходит обратно. Тэхён просто выпадает в осадок, потому что не знает, а что собственно делать дальше? Оставить её здесь возле стенки? Вообще, вариант ему нравится, но Хосок в этот раз выступает в роли голоса его совести. - Может отнесём её к ней в комнату? - Пусть здесь проспится, - мстительно отзывается Тэхён, поглядывая на своё запястье, с которого еще не сошли следы зубов проворной Манобан. Чон выгибает бровь и выразительно указывает глазами на мирно посапывающую Лалису, прислонившуюся щекой к стене и постепенно оседающую вниз. Выглядит это всё настолько мило и трогательно, что становится трудно представить, что девушка, матерившаяся на них сейчас открытым текстом, и эта спящая блондинка - одно и тоже лицо. - Ладно, - сдаётся Ким под смеющимся взглядом Хосока и злобно фыркает, шагая к Лисе. - А почему ты не отнесёшь её? - вдруг поворачивается Тэхён к Чону. - Не моя же соседка, - пожимает плечами старший, засунув руки в карманы широких спортивных серых штанов. - Это у тебя с ней - особые отношения, - Хосок с удовольствием делает в воздухе знак кавычек пальцами, а Тэхён кривится, но ловко поднимает Лалису на руки. - Она вообще ест? - Ким немного приподнимает брови, потому что девушка нереально лёгкая. А потом наступает неожиданность номер два. Манобан сладко причмокивает губами, дёргает рукой, едва не попав Хосоку по шее в узком коридоре, и утыкается носом в оголённый торс Тэхёна, вновь крепко уснув. У парня глаза вылезают из орбит, а Чон вновь катится со смеху, едва держась за дверной косяк и уползая в комнату к Юнги, гремящему бутылками из-под пива. Тэхён, оставшийся один, выдыхает сквозь зубы, неуверенно скашивает глаза вниз, глядя на светлую макушку. На разобранную кровать он её укладывает очень бережно и осторожно, потому что такую, как Лалиса, вообще может сломать от одного дуновения слабого ветерка пополам. Как-то раньше Ким об этом не задумывался, видя свою соседку только в огромной оверсайз-одежде: свободных футболках, широких джинсах и брюках. Тэхён убирает подальше ноутбук, ставя его на стол и мельком рассмотрев комнату, а потом даже расщедривается на то, чтобы укрыть обнявшую мягкую игрушку Лалису пледом крупной вязки. Затем отступает на шаг назад, рассматривая свернувшуюся калачиком девушку, и ловит себя на мысли, что хочет поправить длинную светлую прядь, упавшую девушке на нос. - Блять, что за хуйня? - шёпотом поражается Ким, мотая головой и тут же вылетая за дверь. - Это всё от пива. Точно от пива, - уверяет Тэхён сам себя и готовится к подколам Хосока насчёт того, почему он так мало пробыл у Лалисы. Лиса просыпается глубокой ночью от того, что рука, на которую она опиралась во сне, ужасно затекла. А ещё ей очень жарко. Окно закрыто, хотя Манобан всегда открывала его перед тем, как лечь. Она садится на кровати, сбрасывая одеяло и пытаясь размять колющую руку, а заодно пытается понять, почему одета в толстовку и спортивные штаны, в которых она...выскочила в коридор?! Лалиса обхватывает голову руками и утыкается лбом в колени, зажмурив глаза и отказываясь верить в очевидное. Она что, серьезно уснула прямо в коридоре? А кто тогда отнёс её в комнату и уложил в кровать? Ответ напрашивается сам собой и очень не нравится Лисе. - Пойду водички попью, - нервно бормочет Лалиса, вставая и тихо открывая дверь. Девушка зачем-то сначала осторожно выглядывает и только потом выходит, мысленно ругая себя за собственную глупость. И чего она вообще боится? Манобан одёргивает толстовку, прислушиваясь к руладам храпа из комнаты соседа, к которым она уже привыкла и смирилась. Стакан воды она выпивает буквально залпом, опираясь на столешницу. Лалиса остро чувствует, что что-то не так, а ещё понимает, что как-то совсем забыла включить свет и полагалась только на свет яркого полумесяца. Манобан стягивает с себя толстовку на ходу и плотно прикрывает за собой дверь, на минуту удивляясь наступившей тишине. А потом она поворачивается к окну и вжимается спиной в дверь, не смея даже пикнуть от страха. Колени у Лисы ощутимо дрожат, и она едва не теряет сознание. На подоконнике сидит широкоплечая мужская фигура. Из-за темноты Лалиса не может разглядеть лица, судорожно дёргая ручку побелевшими пальцами. Неизвестный некоторое время не шевелится, а потом перекидывает уже обе ноги и спрыгивает на пол, замирая в полоске лунного света. Манобан хочет уже заорать "помогите", но получается только жалко икнуть и окончательно осесть на пол, мысленно смирившись со своей смертью. Лиса резко вспоминает все те ужастики, которые когда-либо смотрела в своей жизни. - Не у-убивайт-те м-меня, - она зажмуривает глаза, отворачивается и отчаянно выставляет руки вперёд, пытаясь таким образом защитить себя. Она трясётся, слушая тяжёлые шаги неизвестного, медленно двигающегося прямо на неё. Потом они неожиданно затихают, а затем, Лалиса удивлённо приоткрывает один глаз и неуверенно поднимает голову на звук глухого удара, больше похожий на падение куда-то. В комнате ничего не видно, Манобан слишком страшно протянуть руку к выключателю и зажечь настенную лампу. Тишина угнетает, а когда до пытающейся встать на дрожащих ногах Лисы доносится очень знакомый...храп? она совсем теряется. Это всё настолько странно, что к девушке не сразу возвращается дар речи. - Т-тэхён? - наконец кое-как хрипит Лалиса, по двери поднимаясь вверх и помогая себе руками. Ответом ей служит новый взрыв храпа. Манобан испуганно отпрыгивает назад, успев сделать только пару шагов к своей кровати, где развалился ночной гость. Но Лиса берёт себя в руки, делает глубокий вдох, считает до десяти про себя и быстро подходит к постели, где развалился прямо поверх скомканного одеяла, в обнимку с любимой лисиной подушкой никто иной, как Тэхён. Луна очень удобно освещает его одновременно напряжённое и умиротворённое лицо и светлые пряди растрёпанных волосы. Ночная маска на всём этом безобразии только довершает картину. Лалиса молча садится на край кровати, запуская длинные пальцы в волосы и пытаясь осмыслить всю эту ситуацию. - Так, - Манобан усиленно трёт глаза и старается наладить мозговую деятельность, напрочь отказывающуюся работать в настолько раннее время. На часах, на противоположной стене стрелка указывает на три часа ночи. Лиса решает пойти путём наименьшего сопротивления - попытаться разбудить дрыхнущего Тэхёна. Спустя пятнадцать минут усилий она признаёт, что это был хороший вариант, но провальный. - Да будешь ты просыпаться в конце-то концов или нет?! - вымотанная Лалиса, практически сидящая на Киме, сдувает прядь с лица и от души даёт парню пощёчину, которая обязательно должна выдернуть его из сновидений, но всё бессмысленно. И тут происходит ещё кое-что неожиданное. Тэхён садится настолько резко, что Лиса от неожиданности сползает на его бёдра и пытается тут же скатиться вбок, но широкие ладони, сжавшие её талию мёртвой хваткой, не дают ей даже пошевелиться. Лалиса тяжело сглатывает и поднимает голову, уже собираясь открыть рот и спросить, а какого собственно хрена сейчас происходит, но замирает на полуслове. У Кима закрыты глаза и мерно вздымается грудная клетка - самые характерные признаки глубокого сна. Тэхён, оказывается, лунатик! Вот почему она не смогла его разбудить! Эта гениальная мысль обрывается в тот момент, когда парень падает обратно на кровать, подмяв её под собой таким образом, что можно даже не надеяться выбраться наружу. Лалиса с трудом высвобождает голову, поудобнее устраиваясь в "медвежьих объятиях", скрежеща зубами и решив дождаться утра. Тэхён глубоко вздыхает и утыкается носом в макушку девушки, прижимая Лалису к своему торсу. А Манобан нужно как-то постараться уснуть в подобном положении. Перед тем, как провалиться в сон, Лиса с удовольствием прикидывает, что именно скажет соседу по комнатам, когда тот соизволит очнуться от своего приступа лунатизма. Тэхён просыпается от того, что солнце светит в глаза, а ещё абсолютно отсутствует чувствительность плеча и левой руки. Он щурится, поднимает другую руку, протирая заспанные глаза и откинув длинную чёлку на лоб, и потягивается, разминая тело, оказавшееся в крайне неудобном положении. Но ему что-то мешает выдернуть руку, как будто прижатую чем-то к кровати. Или кем-то... Тэхён резко поворачивает голову, надеясь на то, что догадка его не верна и что рядом с ним просто уснул Хосок, не дошедший домой. Но надежда испаряется и улетучивается в открытое окошко, как только Ким сталкивается взглядом с мрачными карими глазами Лалисы. - Доброе утро? - она издевательски изгибает правую бровь и приподнимается настолько, чтобы позволить Тэхёну освободить верхнюю конечность. Ким растерянно кивает, прижимая затёкшую руку к груди и массируя её, чтобы восстановить кровообращение. Лиса садится рядом, подтягивая на груди одеяло, чтобы не щеголять перед соседом в одной майке. Ей тоже приходится хорошенько поработать плечами и спиной, разминаясь - Тэхён держал крепко всю ночь, не давая даже пошевелиться. Некоторое время они так и сидят в тишине напротив друг друга, словно надувшиеся мыши, не поделившие крупу. - Ничего объяснить не хочешь? - первой прерывает паузу Лалиса, исподлобья поглядывая на Кима. - Например? - лучшая защита - это нападение, но возмущённая Манобан так не считает, поэтому заводится с полуоборота, а нагловатый тон Тэхёна только подстегнул её. Она, забыв об одеяле и выпустив его из рук, хватает Кима за ворот широкой домашней футболки и встряхивает. - Тебе так нравится трясти меня, я не понял? - шикает Тэхён, но не вырывается - уж очень привлекательно выглядит растрёпанная Лиса в одной майке с выступающими ключицами. - А я вот не поняла, почему ты мне о своём лунатизме не рассказал хотя бы заранее?! А не залезал ко мне ночью через окно так, что я чуть коньки от страха не откинула! - Лалиса с каждым словом повышает и повышает голос, потому что действительно успела натерпеться ужаса. А ещё хотела нормально выспаться в заслуженный выходной, а не проснуться полу-задушенной, прижатой к соседу, с которым неплохо так поцапалась накануне. Тэхёну, наконец, надоедает трепыхаться в руках Лисы, словно осенний лист на ветру. Он резко сбрасывает с себя её руки и надвигается на затихшую девушку, всем весом опрокидывая ту обратно в ворох одеяла. Манобан успевает только пискнуть. - Ты чего творишь, лунатик чёртов?! - Не ори. Голова от тебя раскалывается, - хмыкает Тэхён, нависая над Лалисой. - Пить меньше надо было, - не удерживается от ехидного тона Манобан, забыв и о том, в каком положении сейчас находится, и о своём прикрытии "хорошей девочки". Хотя вот уж последнее она успела потерять и отстирывать раз пятнадцать за прошедший месяц. - Не учи меня как жить, малявка. - Всего на два года тебя младше, козёл. - Не обзывайся, - Тэхён предупреждающе ещё сильнее вдавливает Лису в матрас, заставляя её поморщиться. - А ты как себе это представляешь? - он возвращается в русло их изначальной "беседы". - Привет, я Тэхён и я лунатик? Так? - А почему нет, - Манобан под шумок пытается вывернуться и сползти с одеялом вниз, но её коварный план раскрывают и прерывают в зачатке. Ким угрожающе качает головой, и Лалиса сникает под его тигриным взглядом. - Я не идиот, это раз. И два, я проходил курс лечения от сомнамбулизма. Неделю назад, - задумчиво добавляет Ким. - Какие мы умные слова знаем, - вновь не удерживается Лалиса, а потом понимает, что вот это она, кажется, зря сказала. Очень зря. Глаза Тэхёна сужаются, что не предвещает Лалисе ничего хорошего. А уж когда он начинает медленно наклоняться к ней, вообще ударяется в откровенную панику, - я сейчас кричать буду! - Удачи, - с ухмылкой желает Ким и резко прижимается к распахнутым от удивления губам Манобан. Тэхён же ловко пользуется тем, что Лиса сделала глубокий вдох от неожиданности, и вовлекает в ещё более глубокий поцелуй. Лалиса возмущенно пытается вырвать руки из сильных ладоней парня, но Ким налегает сильнее и девушка невольно подчиняется, полуприкрыв глаза и решив извлечь из текущей ситуации максимум выгоды. Тэхён отрывается от пухлых губ, довольно улыбаясь и облизываясь, и невольно ослабляет хватку. Лиса тут же пользуется этим, делает рывок вверх и отскакивает от соседа по общежитию, залепив ему пощёчину. - За что?! - За всё, Тэхён, - девушка вскакивает с кровати, ловко заворачиваясь в одеяло, выдернутое ею из-под Кима, поражённо потирающего щёку и никак не въезжающего, а что сейчас, собственно, вообще произошло. - Ты что творишь? Сначала впёрся ко мне ночью в приступе сомнамбулизма, теперь целуешь. Объяснить не хочешь? - Лалиса застывает в своём коконе напротив окна, щурясь от солнечных лучей, больно бьющих по глазам. На часах, в лучшем случае десять утра. Манобан выглядит растерянной и растрёпанной от валяний на кровати, но отчаянно храбрится и нахохливается, точно недовольная ранняя пташка. Ким даже забывает, что именно хотел ей высказать ласкового за полученный удар. - Встречаться со мной будешь? - неожиданно для самого себя тихо выдаёт Тэхён, пододвигаясь к краю кровати. Лалиса едва не отпускает одеяло, в которое так отчаянно вцепилась. - Что ты сейчас сказал? - Лиса ушам своим не верит, даже делает пару шагов к Киму, чтобы лучше слышать. Чем он ловко пользуется, притянув девушку к себе за края одеяло и крепко обхватив за талию. На этот раз она вырываться даже не пробует, смотря на Тэхёна сверху вниз и молчаливо требуя хоть каких-нибудь объяснений. - Я предложил тебе встречаться со мной. Будешь девушкой лунатика? - смеётся он, потому что растерянное лицо Лалисы явно стоит этого. - Ну чего ты молчишь? - Манобан мотает головой, будто очнувшись. - Это отказ? - приподнимает бровь Тэхён. - Н-нет, это не отказ. Это просто немного...неожиданно? И странно? - Лиса совсем теряет связь с реальностью, когда Ким немного неловко усаживает её на свои колени, баюкая этот своеобразный кокон. Тэхён бабником никогда не был, но действовать всегда предпочитал напористо, но его отношения редко длились больше двадцати дней. Он стеснялся рассказывать девушкам о своём сомнамбулизме, проходил разнообразные лечения и принимал лекарства, прописанные врачом. Лалиса - первая, кто узнал об этом. - Даже мой сомнамбулизм напугал тебя меньше, чем предложение встречаться, - поддевает её Ким, несильно подбрасывая на своём колене. Манобан ойкает, смеётся и ударяет Тэхёна по плечу, чтобы прекращал. Парень поднимает руки вверх. - Я согласна, - Лалиса поворачивается к нему, поудобнее устраиваясь. Она соврёт, если скажет, что спать в объятиях Тэхёна было неприятно. Манобан было очень тепло, и она впервые за долгое время спокойно выспалась и видела приятные сны. - А ты больше не будешь музыку врубать так, что стены трясутся? - Не буду, - усмехается Ким, - а ты мои ботинки в покое оставишь? Те мои любимые между прочим были, а теперь даже ремонту не подлежат. - Ты первый начал, - бурчит Лалиса, стараясь спрятать покрасневшие щёки в складках своего одеяла. Тэхён недовольно морщит нос и осуждающе качает головой. Он, оказывается, может быть очень милым. - Могу извиниться. - Давай, - быстро соглашается Ким, - с тебя поцелуй, - подмигивает он ещё больше покрасневшей девушке. - Мало того что лунатик, так ещё и шантажист, - в сторону бормочет Лиса, потом собирается с духом и прижимается к губам Тэхён, ладонями обхватив его лица. Ким охотно отвечает, незаметно заваливаясь обратно на кровать. Солнце освещает их тела. У них есть целое заслуженное субботнее утро, которое можно провести с пользой, даже если рано проснулись.