Порочное желание.

Очередной кошмар заставляет меня подорваться с кровати. Сколько лет, а эта херня все ещё не проходит. Вздохнув, выбираюсь из постели и иду в гардеробную за свежевыстиранными спортивными штанами. Свинцовое небо обещает скорый дождь, а мне вовсе не хочется вымокнуть во время пробежки. Поднимаюсь в спортзал, включаю телевизор, чтобы посмотреть деловые новости, и встаю на беговую дорожку. Спорт, как всегда, помогает прогнать ощущение конца света. Может, позвонить Елене? Одна мысль о ней поднимает настроение. Да. Пожалуй, позвоню. На днях встретимся и поужинаем. Выдохшись, выключаю дорожку и иду в душ — навстречу очередному тягомотному дню. Глядя в окно на панораму Сиэтла, я ничего не могу поделать и снова погружаюсь в привычную апатию. Вся эта рутина, моя распрекрасная жизнь, — бессмысленный бег по кругу. Настроение такое же серое, как и погода. Однообразные тоскливые дни сливаются один с другим, нужно хоть как-нибудь отвлечься от рутины. Все выходные проработал и сейчас, в замкнутом пространстве своего кабинета, ощущаю непонятную нервозность. После нескольких поединков с Бастилем этого быть не должно, и тем не менее мне здорово не по себе. Я даже не замечаю, что хмурюсь. Увы, единственное событие, вызвавшее мой интерес, — решение об отправке в Судан двух грузовых судов. Да, кстати, должна зайти Рос с расчетами и выкладками по материально-техническому обеспечению. Куда она, черт возьми, пропала? Сверяюсь с расписанием и тянусь к телефону. Твою мать, ещё проклятое интервью с мисс Кейт Каваной, которая с большим упорством вцепилась в мой системный — отдел, как клещ в собаку. Звонит телефон. — Да! — рявкаю я на Андреа, будто во всем виновата она. Хотя, ей стоит привыкнуть за столь длительное время. Ладно, в крайнем случае интервью я могу свернуть в любой момент. — Мистер Грей, к вам мисс Лейла Уильямс. — Уильямс? Я ждал мисс Кэтрин Кавана. — Пришла мисс Лейла Уильямс, сэр. Я поднимаю взгляд. Брюнетка. Ладно, хорошо. Мисс Уильямс явно умеет держать себя в руках. Во — первых, она не разинула рот, когда увидела меня, во — вторых, её взгляд. Невероятно твёрдый для девушки. — Мисс Каванна? Кристиан Грей. Присаживайтесь. Пока мы представляемся друг другу, незаметно рассматриваю её. Довольно привлекательная девица — стройная, бледная, с копной темных волос, которые рассыпаны по плечам. Девушка протягивает мне руку для рукопожатия. Ладонь прохладная и нежная, зато рукопожатие на удивление твердое. — Мисс Кавана заболела, я приехала вместо нее. Надеюсь, вы не возражаете, мистер Грей. Лейла Уильямс. Я изучаю правовую экономку. Невольно я удивился. Надо же, какая. Не дурнушка, хорошо владеет собой. Когда я встречал таких девушек? Достаточно давно. Пробегаюсь взглядом по одежде, отмечаю её неплохой вкус. Чёрные джинсы, темно — вишнёвый джемпер, и аккуратненькие сапожки на небольшом каблуке. Неожиданно она переводит на меня свои глаза виски — Бурбона, а затем снова их опускает. Меня пробирает чувство. Она не смотрит на меня. Это не раздражает, а наоборот пробуждает у меня воспоминая. — Приступим? Мисс Кавана, говорила вам о целях интервью? — Да, оно для студенческой газеты, поскольку я буду вручать дипломы на выпускной церемонии. — Вы очень молоды и тем не менее уже владеете собственной империей. Чему вы обязаны своим успехом? Эх, и она туда же! Прескучный вопрос. Оригинальности ни на йоту. Я разочарован. Выдаю свой привычный ответ про превосходных специалистов, которые на меня работают. Я доверяю им, насколько вообще способен доверять людям, хорошо плачу и прочая, прочая, прочая… Вижу по глазам мисс Уильямс неподдельный интерес и это смягчает меня. Я живу за счет чужих ошибок, которые так свойственны людям. Для меня это как два пальца об асфальт! Покупаю хилые, неграмотно управляемые компании и привожу их в порядок. Некоторые оставляю себе, не подлежащие восстановлению делю на части и продаю по самой высокой цене. Удивительно, как много можно извлечь из чужих провалов. Нужно лишь не иметь души, находить компании, летящие в пропасть, перехватить их в момент наивысшей слабости и назначить правильное руководство. Чтобы преуспеть в бизнесе, следует разбираться в людях, а уж в этом мне нет равных. — А как насчёт отдыха? Как вы проводите своё свободное время от работы? — У меня разнообразные интересы. Ух, если бы ты знала. — Вы инвестируете в производство. Зачем? — Мне нравится созидать. Нравится узнавать, как устроены вещи, почему они работают, из чего сделаны. И особенно я люблю корабли. Что еще тут можно сказать? А вы что об этом думаете? Посмотрим, детка, на сколько хорошо ты усваиваешь материал. — Целью любого инвестирования является приумножения вложенных средств. Умение правильно выбирать актив для вложений — залог успешной инвестиционной деятельности. Кивком головы соглашаюсь с ней. Впечатляет. Мне нравятся умные женщины. Их интересно покорять, хотя Елена говорит, что порой от них много проблем. — У вас есть своя философия? И если да, то в чем она заключается? — Своей философии как таковой у меня нет. Ну разве что руководящий принцип — из Карнеги: «Тот, кто способен полностью владеть своим рассудком, овладеет всем, что принадлежит ему по праву». Я человек целеустремленный и самодостаточный. Мне нравится все держать под контролем: и себя, и тех, кто меня окружает. Окей, да она мне нравится и у меня много не хороших мыслей, переодически возникающих в голове. Хотя, если подумать, мне нужна новая саба. Со времени расставания с Сюзанной прошло… сколько? Месяца два. Неудивительно, что я облизываюсь, глядя на эту девицу. Она задаёт мне ещё несколько вопросов, что-то отмечая у себя в бумажке. Неожиданно для самого себя спрашиваю: — Мисс Уильямс, как думаете, человека можно изменить? Девица вскидывает свои брови, чуть пожимая плечами. — Зачем? Я имею ввиду, в этом нет необходимости, если он сам этого не хочет. Делать что-то, только, потому что некоторых это не устаивает — глупо. — Вы уже нашли место где будете работать? Мне нужно ещё что-то о ней знать. Я хочу этого. — Да, конечно. Я позаботилась об этом. Спасибо, что согласились на интервью. Вновь пожимаю руку, и с удовольствием отмечаю, что её зрачки расширены. Прекрасно. Мне не хочется, что бы уходила. — Было приятно с вами познакомься, — говорю я, ни чуть не кривя душой. — Как и мне, — отвечает она, улыбаясь. — Если вы не против, то я пойду. Мне ещё нужно добраться до Ванкувера. Меня бросает в холод. Выглядываю в окно. Путь не ближний, к тому же идет дождь. Ей не следует вести машину в такую погоду, но не могу же я ей запретить. И меня это здорово раздражает. Девушка может разбиться, я никак не могу это контролировать. Она свободна. Она не моя. Мне приходится дважды повторить эту фразу про себя, чтобы прийти в чувство. — Езжайте острожно! — Обязательно, сэр, — отвечает она мне, и я слышу в её милом голосе сарказм. Она уходит, а я остаюсь стоять в кабинете, как громом прокаженным. Ещё никто никогда не разговаривал со мной в таком пренебрежительном тоне. Велю Андреа найти Уэлча. Звонит телефон. — Мистер Уэлч на проводе, — сообщает Андреа. — Соедини меня с ним. — Да, сэр. — Уэлч, мне нужно навести справки об одном человеке.