Хреновая Панда

У Майка такие внушительные мешки под глазами, что беспокоится начинает даже Джессика. Точнее, беспокойством это, наверное, назвать нельзя, потому что она только тонко, чисто в своем стиле намекает на здоровое использование ночного времени, но тем не менее. Донна уже всю последнюю неделю твердит Майку о том, что ему нужно пойти и поспать, потому что если он своим видом пытается добиться внимания от Харви, то лучше ему даже не пытатся. И уж точно не так. Рэйчел, когда встречается с ним в коридорах или библиотеке, бросает по-настоящему взволнованные взгляды и предлагает сделать ему кофе. Льюис ехидничает на тему панд и того, что такими тощими они быть не должны. Харви, естественно, даже не входит в список тех, кто беспокоится о нем и его темных кругах. А даже если он и беспокоится, только делая вид, что ему совершенно побоку, как там выглядит его супер-помощник и какие там у него проблемы, то это все равно не считается. Майк очень даже способен работать. Правда, довольно много времени ему приходится проводить на кухне, заваривая себе самый крепкий кофе, на который только способен, а еще иногда он спотыкается и теряется в документах, но в общем и целом работать способен. По крайней мере, убеждает он себя, до первого проваленного дела. Но провалить дело по причине недосыпа — немного глупо и совсем чуточку жалко. Майк совершенно точно не собирается выставлять себя настолько жалким человеком в глазах Харви Спектера. Не в очередной раз. На самом деле, это началось давно: у Майка всегда была привычка работать на износ. А после того как его приняли и юридическую фирму это успешно перепрыгнуло за любые рамки — теперь он мог спокойно не спать несколько ночей подряд, если попадалось особенно сложное или важное дело. Может, все дело бы в том, что ни в один другой промежуток своей жизни ему не приходилось трудиться особо сильно — с его-то памятью многое, разумеется, давалось легко. Да и не то чтобы было так уж и много вещей которые могли бы его по-настоящему взволновать. Возможно, быть юристом — стало для него первой по-настоящему важной целью. Потому он безумно обрадовался, когда Джессика начала разрешать ему браться за более серьезные дела, Харви со временем стал доверять все больше, да и в целом работа казалось идеальной. Его пустили за взрослый стол и отсутствие желания спать услужливо протянуло ему свою руку. — Льюис опять жаловался, что ты весьма хреново выглядишь для панды, — оповещает его о текущем положении ситуации Харви, стоит Майку только войти в его кабинет с очередной синей папкой. Росс замирает, переваривая внезапно ворвавшуюся в усталый разум информацию, но, благодаря пронзительному, выжидающему взгляду Харви, все-таки делает шаг вперед и передает ему папку. Тот переводит взгляд на нее и выгибает бровь. — Что это? — По делу Нормана Уоллта, детали его увлекательной личной жизни, — с готовностью рапортует Майк, присаживаясь напротив. — В каком смысле увлекательной… — начинает было Харви, но, выудив последнюю страницу, вскидывает брови. — О как. Да, выглядит, определенно, интересно. — Главное — убедительно, — соглашается Майк. — Это нужно использовать против него. — Так мы и сделаем, — Харви кивает, закрывает папку, и поднимает взгляд на возбужденного своей находкой Майка. Оценивающе разглядывает его, усмехается. — Возьми у Донны крем какой-нибудь, что ли. Или выспись уже наконец. Льюис не так уж и далек от правды со своими пандами. Майк раздраженно отмахивается. — Все со мной нормально, — заявляет он, но уже через несколько секунд сдается. — Так плохо? — Постарайся не напугать клиентов, — просит Харви, уклоняясь от прямого ответа. Сложно сказать, насколько все плохо, потому что может быть и хуже, просто Майк слишком странно выглядит с темными пятнами под глазами. Харви бы даже сказал, что они ему банально не идут. Майк больше создает впечатление человека радостного и веселого, даже несмотря на всю серьезность мышления и вечных эмоциональных метаний, а не депрессивно-невысыпающегося худощавого парнишку. — Постараюсь, — покладисто обещает Майк. Поднявшись из-за стола и уже направляясь к двери, он бросает, не оборачиваясь: — Очень мило, что ты за меня волнуешься. — Я не волнуюсь, а забочусь о том, чтобы фирма не полетела к чертям из-за одного неспящего работника, который, кажется, еще из старшей школы не вылез! — парирует ему в спину Харви, но Майк не слышит и половины, сосредоточенно куда-то шагая. Зато Донна, судя по всему, прекрасно услышала каждое слово. Она смотрит на Харви этим своим «ну что ты опять делаешь» взглядом и получается как всегда: Харви выразительно играет бровями, Донна закатывает глаза, Харви разводит руками, Донна стреляет взглядом в сторону только что ушедшего Майка, настоятельно поджимая губы, Харви улыбается и берет в руки папку, заканчивая дальнейшее развитие сомнительного разговора. Он отлично знает, что Донна хочет сказать и совершенно точно уверен в том, что не хочет это слушать.

***

Майк глотает кофе, упираясь поясницей в столешницу. Увлеченно читает о найденных секретах одного мужчины, который идет против его нынешнего клиента. В себе они не несут ничего хорошего: у Майка пока недостаточно доказательств его виновности и не достаточно улик в том преступлении, в котором обвиняют клиента. Информации по этому делу вообще удручающе мало — только те фотографии из клубов, ресторанов и отелей, которые он уже передал Харви вчера днем. Ему предстоят еще целые горы работы, определенно. Но, разумеется, если он сможет отстоять позицию своего клиента в конечном итоге — весь этот труд будет того стоить. Рейчел обеспокоенно косится на него, когда он уже снова сидит у себя в боксе, уткнувшись носом в экран компьютера, с заткнутыми ушами. Ее голос он распознает только тогда, когда девушка собственноручно, предельно осторожно, но все же рассерженно, выдергивает один наушник из его уха. — Эй, что с тобой? — спрашивает она, выпрямляясь. — В смысле? — не понимает Майк. — Ты совсем не спишь в последнее время, — говорит она, — и рассредоточенный какой-то. Все нормально? Потому что если что-то случилось, ты всегда можешь поговорить со мной об этом. — Я знаю, Рейчел, — улыбается Майк, откидываясь на спинку стула. — Все нормально, не волнуйся. Просто в последнее время много всякого навалилось. — В личном или… — Дело об убийстве, дело о неразглашении информации, которая может стоит важному человеку работы, дело о незаконном проникновении и еще что-то на тему двух компаний, которые не поделили работника. Рейчел несколько секунд удивленно моргает, после чего с сочувствием выдает: — Майк, это очень много всего сразу… — Ага, — просто соглашается Майк. — Харви? Джессика? — По большей части Харви, но за дело с компаниями попросила взяться Джессика. — Так ты у нас в высоких кругах, — она одобрительно хмыкает и легко хлопает его по плечу. — Но не забывай все-таки про нормальный сон, ладно? Майк кивает, но и в эту ночь сидит допоздна, спит меньше часа, зато закрывает первое — самое несложное, по сравнению с остальными, — дело.

***

На следующее утро Майк стоит в офисе Харви, у окна, и разглядывает верхушки небоскребов. Ни Харви, ни Донны нет на месте. Что крайне подозрительно. Но Майк с удовольствием потерпит, потому что в кабинете его начальника пахнет как-то особенно потрясающе — легким запахом виски, старостью потрепанных пластинок, дорогим одеколоном и тканью пиджаков. Он прикрывает глаза и плавно перетекает в почти медитативное состояние — пока за спиной не раздается вежливый, многозначительный кашель. — Донна, я смотрю, задерживается, — комментирует Харви, усаживаясь за стол и включая ноутбук. — Ты нашел что-то по делу? — Да, — кивает Майк, отдавая Харви сразу две папки, обе не слишком толстые, что, разумеется, не остается незаметным. Он поднимает взгляд на Майка, спрашивая «это все?». — Я искал всю ночь, и да, это все, что я нашел. Мужик отлично заметает за собой следы. А у Кейтлин Морон, — он указывает на одну из папок, — кажется, есть весьма хорошие способы… — У нее есть помощники, — поправляет Харви, хмурясь. — Что? — удивленно переспрашивает Майк. — Помощники, — повторяет Харви, закрывая папку и бросая взгляд на заметно уставшего Росса. — Ты не заметил, пока все это искал? Во всех делах, которые эта Кейтлин Монро проворачивает, отлично видно, как кто-то преданно подтирает за ней. Возможно, она оплачивает работу этих помощников, которые делают свою работу не слишком хорошо, а возможно… — …все снова завязано на личных отношениях, — заканчивает за него Майк, догадавшись. — Именно. — Харви сцепляет руки в замок, смотри на Майка и, кажется, опять планирует съязвить что-нибудь на тему сна, панд, слишком узких галстуков и неопрятной прически. Но Майк делает шаг вперед, забирает обе папки и разворачивается к двери. Хотелось бы ему думать, что великий и могущественный Харви Спектер способен на банальное беспокойство за него. Но не то чтобы ему в самом деле это нужно. Ни чуточку. Ну, может быть, совсем немного, совсем-совсем немного, и то, только потому, что он патологически мазохист, раз все время надеется на «я забочусь о тебе» или «ты мне дорог» от Харви. И даже несмотря на глубокую двусмысленность этих слов, которых так откровенно ждет Майк, многие в фирме могли бы его понять — а кто не хочет положительных слов от самого Харви Спектера? Хотя, иногда Майку все равно кажется, что Донна, разглядывая его, думает что-то вроде «бедный ты наш мальчик». Майк бы ей ответил — честное слово! — но не находит даже для себя правильных аргументов. Все сводится к тому, что он довольно жалкий парень.

***

Возвращаясь со встречи со своей клиенткой, Майк победно ухмыляется себе под нос, думая о том, какой он молодец. Ну, это звучит не так глупо в его собственной голове, а скорее больше походит на «отлично, еще одно дело сделано», но, в сущности, он банально радуется ожидающей его похвале от Харви. По дороге он умудряется врезаться в столб. Проходящая мимо женщина отнимает от уха телефон, и коротко спрашивает его, все ли в порядке. Майку приходится приложить немалые усилия, чтобы не огрызнуться: вы бы мне еще скорую вызвали. Но он вежливо качает ей головой и ускоряет шаг, шипя сквозь зубы, потому что лоб неприятно ноет. Господи, каким идиотом нужно быть, чтобы среди бела дня врезаться в металлический столб? Майк покупает себе и Харви кофе, прежде чем открыть двери и подняться на нужный этаж. Ему нравится помимо своей официальной, оплачиваемой работы еще и приносить кофе своему начальнику; просто так. Потому что хочется. Этот самый начальник, получивший горячий, бодрящий кофе, благодарит его обыкновенным «спасибо», прежде чем спросить, почему он сегодня решил опоздать. Майк отмахивается в ответ тем, что ушел поздно, а будильник не сработал, и проснулся он только благодаря реакции тела, которое привыкло вставать именно в это время. Харви с замедлением хмыкает и на удивление легко удерживается от комментариев по поводу количества сна, которое должно быть правильного размера, но не мешать при этом рабочему времени. Майк предпочитает не признаваться в том, что спал сегодня почти час. В офисе они обнаруживают Донну — она разворачивается и сообщает Майку: — Звонил Конрад Уокер. Просил, чтобы ты перезвонил ему, когда будешь на месте. — Оу, окей. — Майк кивает и отходит к окну, доставая телефон. — Спасибо, Донна. Харви делает глоток кофе, наблюдая за тем, как Майк оставляет кофе на столе, прикладывает телефон к уху и начинает говорить, сунув свободную руку в карман брюк. Хорошие брюки, темно-синие, прямые, и видно, что дорогие — прогресс на лицо. Они ему идут и это, к сожалению, сложно отрицать. Донна красноречиво поднимает брови. Что именно она так усердно пытается этим сказать Харви категорически не понимает и понимать не хочет. В сущности он и так догадывается, чего она пытается добиться вот уже последние несколько месяцев, если не вообще с самого начале работы Майка здесь. Но он предпочитает игнорировать эти ее попытки и вместо того, чтобы говорить это вслух, возвращает взгляд на Майка. Тот активно жестикулирует рукой, увлеченно что-то говорит и соглашается с чем-то, автоматически кивая. Хороший признак: значит, клиент попросил встречу и, может быть, готов дать те показания, которые им нужны. Харви размышляет о том, как скажет Майку, что он отлично поработал, после того, как они выиграют это дело. Боковым зрением он отмечает, как усмехается Донна и спрашивает ее почти раздраженно: — Что? — Ты улыбаешься, — отвечает она весело и брови Харви ползут вверх. Он начинает придумывать остроумный ответ, но секретарша подмигивает ему и покидает офис. Харви смотрит ей в след и задумчиво пьет свой кофе. — Сработало! — Росс удовлетворенно разводит руками, в одной из которых держит выключенный телефон, и улыбается. — Уокер готов встретиться и сознаться во всем. Он купился на фишку с встречной компанией. — Отлично. — Харви проходит к столу и садится на стул, доставая из выдвижной полки под ним документы, которые Джессика просила его просмотреть. — Удачи на встрече, — говорит он, уже погружаясь в бумаги, — и спасибо еще раз за кофе. Майк улыбается ему и забирает свой кофе, прежде чем покинуть офис. Он решает не произносить вслух того факта, что Харви уже благодарил его за кофе, а он никогда не благодарит два раза.

***

Ближе к вечеру Майк заявляется, чтобы сообщить, что дело выиграно, оформлено, и окончательно закрыто. Харви поздравляет его и после того, как Майк выговаривается о том, как круто они вместе надули этого мудака, напрямую спрашивает, как там поживают остальные дела. Росс сразу немного мрачнеет, но берет себя в руки и обещает, что к завтрашнему утру он разберется с еще одним, а послезавтра — с предпоследним. Харви недоверчиво щурится. — Да я гарантирую, что справлюсь с этим, — убеждает его Майк. — У меня есть все улики, указывающие на то, что Морон — права, а ее бывший просто вставляет ей палки в колеса! Я разберусь с этим за несколько часов, можешь не сомневаться. — Как скажешь, — скептично хмыкает Харви, увлеченно что-то выписывая. — Только не забывай про… — Да-да, я панда, хреновая панда, потому что мешки есть, а пушистой шерсти — нет, — договаривает за него Майк, закатывая глаза. Харви вскидывает брови. — Льюис, мне кажется, придумал уже целую книгу шуток на эту темы. Ты отстаешь, Харви. — Вообще-то я собирался сказать, что тебе не стоит забывать про рассмотрение ситуации в целом, потому что иногда ты концентрируешся только на деталях. — Да ладно тебе, я все равно все делаю идеально и за это ты меня и ценишь, — самодовольно заявляет Майк, разворачиваясь к двери. Харви тихо усмехается ему в спину. Но Майк вдруг пошатывается, замерев с рукой на стеклянной поверхности двери, так ее и не открыв. Харви оглядывает его недоуменным взглядом, собираясь спросить, вспомнил ли он что-то, или просто решил задержаться, потому что тут красиво, но рука Майка падает вдоль его пиджака, а сам он слегка наклоняется в сторону двери. Одно дело, когда ты несколько дней подряд не спишь, а другое дело — когда пошатываешься. Харви вскакивает с места и в считанные секунды оказывается позади Майка, чтобы подхватить его, когда он планирует падать спиной на пол. Но тот, что удивительно, не теряет сознание, а просто прикрывает глаза и уже через мгновение снова распахивает их, удивленно моргая. — Ты в порядке? — осторожно спрашивает Харви. — В полном, — отвечает Майк наигранно бодро, снова поднимаясь на ноги. — Извини, я просто… как-то потерял координацию. — Он нервно расправляет края пиджака и проводит рукой по волосам, готовясь к тому, чтобы открыть дверь и вылететь отсюда прежде, чем Харви успеет остановить его. — Подсказать от чего это? — услужливо предлагает тот, пряча руки в карманах. — Недосып. Знаешь, что это такое? Уверен, что нет, поэтому советую пойти и прочитать об этом книгу, а лучше сразу учебник по психологическому здоровью. — Ты все-таки беспокоишься обо мне? — ухмыляется Майк, радуясь тому, что Харви технически не способен слышать гулкий, частый стук его сердца. — О, да, безумно, — фыркает тот, возвращаясь к столу. Уже более серьезным, строгим тоном он произносит: — Работник, который не может делать свою работу из-за того, что не способен держать обычный здоровый ритм сна, мне, к твоему сожалению, не нужен. Имей в виду. Донна, наблюдающая за ними сквозь прозрачное стекло, хмурится — опять Харви весь из себя такой холодный, Майк будет обижаться. Хотя тот, на ее удивление, улыбается, повторяя: — И все-таки, ты волнуешься, — и выходит из офиса под пристальный взгляд Спектера.

***

Глубокой ночью Харви замирает возле дивана, со стаканом в руке, и задумчиво трет переносицу. Кажется, он забыл уточнить кое-что по делу Уоллта у Майка, перед тем, как уйти домой. Но все записано в бумагах, которые тот же и принес, так что можно спокойно вернуться в офис и проверить эту часть текста. Конечно, не слишком-то и хочется прямо сейчас бросать все, особенно чудесный виски, который весьма, весьма соблазнителен своим цветом и вкусом, но если он не уточнит то, что ему нужно, весь вечер не сможет расслабиться. Он хватает пальто, зашнуровывает ботинки и, позволив себе еще глоток виски, выбегает из теплой квартиры на холодный зимний воздух. В кабинете ищет нужную папку у себя на столе, роясь в стопке аккуратно сложенных документов, но та либо куда-то делась, либо Майк опять взял ее себе, чтобы добавить какую-нибудь внезапно найденную деталь по делу. Выругавшись себе под нос, Харви отправляется к месту своего помощника, мысленно прикидывая, способен ли тот был просто оставить ее у себя на столе, или снова устроил бардак, хаос и ужас. Правда, на его собственное удивление, вместо ожидаемой горы и беспорядка, он обнаруживает тихо посапывающего Майка, щекой прижатого к одному и листов. Компьютер все еще работает, а на столе, вокруг безмозглой башки Майка, валяются расчеты, записи, документы, папки, клочки бумаги и несколько ручек. Харви взглядом находит три голубые папки, аккуратно берет и мельком просматривает каждую. В той, что Майк принес ему накануне, а потом, как выяснилось, снова забрал, появились новые снимки и несколько листов, наотмашь заполненными показателями свидетелей — два официанта и еще какие-то люди. Харви хмыкает себе под нос — парень отлично постарался. И как у него только получается всегда так быстро и точно находить нужную ему информацию, которую, казалось бы, добыть было почти невозможно? Кажется, о таком работнике Харви мог только мечтать. Но самому Майку, разумеется, знать об этом совершенно не обязательно. Харви ищет глазами запомнившийся абзац в тексте, где указаны неоднократные оплаты номеров и еды, выискивая глазами нужную строку и ухмыляется, когда оказывается прав в догадке. Дело приобретает несколько более легкий окрасок, чему Майк, несомненно, жутко порадуется, когда узнает об этом утром. Или днем. Или вообще — послезавтра вечером, потому что этому парню обязательно нужно поспать. Кстати об этом. Харви хмурится, размышляя. Можно было бы прямо сейчас распинать его и под строгим взглядом отправить домой, а можно оставить тут, как будто Харви вообще сюда не заходил. Но все, что ему на самом деле хочется и кажется разумным сделать и близко не пересекается ни с тем, ни с другим возможным планом. И вид у этого дрыхнущего Майка слишком забавный и смешной, чтобы не посмеяться. Харви несколько минут разглядывает его опущенные веки, приоткрытый рот, растрепавшиеся волосы и галстук, неопрятно зажатый между грудью Майка и краем стола. Так и напрашивается поправить чудесную ткань: Харви и не сразу замечает, как наклоняется и разглаживает галстук. А потом, все также неожиданно и крайне внезапно даже для самого себя, просто со всей вселенской осторожностью берет Майка под спину и выносит из здания. Тот спит слишком глубоко и его организм явно не планирует разрешать просыпаться хотя бы следующие несколько часов.

***

Вообще, он мог бы — и ему однозначно стоило, — отнести Майка к нему домой, в эту забитую до отвала всякой хренью каморку. Адрес ему известен и каких-либо причин этого не делать у него нет от слова «совсем». Но, вопреки всем логичным аргументам, отвечающим за эту сторону, он так не делает. И объяснять он себе это будет однозначно не сейчас, а потом. Или, может, никогда. Вместо этого говорит водителю совершенно другой адрес и почти неосознанно придерживает Майка за плечи, чтобы тот не сполз с сидения, пока они едут вдоль шумных ночных улиц. Он открывает дверь очень аккуратно, поворачивая ключ как можно тише и пиная дверь ногой. Заносит Майка вглубь своей огромной, современно обставленной квартиры и укладывает его на свою кровать. Двуспальную, большую и уютную. Снимает с ног ботинки, стаскивает прямые штаны, стягивает с плеч темный пиджак, развязывает галстук и расстегивает маленькие, прозрачные пуговицы на белой рубашке. Все это проделывает спокойно, выверенными осторожными движениями, игнорируя бьющее в грудную клетку сердце. Майк никак не реагирует. Тихо сопит себе под нос, забавно хмурится и поворачивается на бок, когда Харви бережно накрывает его одеялом и пледом сверху. Он замирает в ту секунду, в которую Майк решает перевернутся, и с опасением смотрит, надеясь, что тот не проснется прямо сейчас. Выдыхает, когда Майк продолжает тихо сопеть. Он уходит в кухню, наливает себе на виски и медленно пьет, обдумывая то, что успел проверить в одной из синих папок на столе у Майка. Его нравится представлять себе, как завтра он позвонит этому Уоллту и скажет, что у него не выхода, потому что они поймали его с поличным. А еще ему очень нравится представлять себе лицо Майка, когда он проснется и поймет, где проснулся. Через полчаса с лишним он отставляет пустой стакан в сторону и, подперев рукой щеку, задумчиво пялится в потолок. Позади него обычный, достаточно большой и удобный диван, на котором ему предстоит спать сегодня ночью. Но что-то внутри протестует. Харви, естественно, предпочитает над этим кое-чем не задумываться. В комнате темно и тихо, когда Харви осторожно приоткрывает дверь и подходит к кровати. Майк спит очаровательно-уморительно: раскинулся почти поперек всей кровати, все еще немного смешно хмурится, волосы окончательно растрепались — явно долго ворочался. Интересно, он всегда так спит или просто перенервничал? Когда он в последний раз нормально спал? Харви залезает под одеяло, укладываясь рядом. Оплетает Майка своими руками и пользуется лучшим моментом своей жизни — притягивает к себе, утыкаясь носом в изгиб шеи. Майк не может возразить, не может отпихнуть его и сказать, что великая задница Харви Спектер как-то подозрительно сомнительно любит проводить свое время в компании коллеги. Может быть, он был бы и прав с подобным заявлением, но Харви до лампочки. Харви вдыхает этот острый запах усталости и измученности, теснее прижимается, и погружается в сон. Это, наверное, звучало бы глупо и даже чем-то нелепо (а еще, безусловно, пафосно), но Харви еще никогда не чувствовал себя так уютно рядом с кем-то.

***

— Где он? — переспрашивает Донна с таким видом, словно все уже поняла, но остро нуждается в чуть ли не письменном подтверждении. — У меня, — с напускным безразличием повторяет Харви. — Спит. И будет спать столько, сколько ему нужно, так что можешь не беспокоится. — А ты уверен, что это именно я тут беспокоюсь? — язвит она весело. Харви поднимает на нее взгляд в стиле «даже не начинай», открывает принесенную пять минут назад папку, которую взял со стола Майка, и улыбается. — Что, хорошее настроение? — не отстает Донна, заметив улыбку. — Вполне, — соглашается Харви, показывая ей папку. — Мы закрыли еще одно дело. — Вы с Майком? — уточняет Донна. — Мы с Майком. — Харви почти гордо кивает и провожает довольную им Донну насмешливым взглядом, прежде чем взять папку и направился к Джессике.

***

Когда Майк просыпается, в комнате темно, а за окнами виднеется почти черное, усыпанное едва заметными звездами небо. Около десяти минут он лежит, сосредоточенно пытаясь вспомнить, где он, как он сюда попал, сколько сейчас времени и какой сегодня день. Не получается вспомнить ничего из этого — все мысли в голове выражают потрясающее сходство с желе. Медленные, вялые, такие же сонные и усталые, как он сам. Единственное, что получается по крайней мере более-менее осознать — то, что ему размеренно дышат в шею. Он даже не начинает гадать, кто это так любезно приволок его к себе или ворвался к нему домой, чтобы поприжиматься ночью. Просто аккуратно смотрит через плечо и задерживает дыхание, когда натыкается на тонкие, заостренные ресницы Харви. Лежит тут, тихо дышит и расслабленно спит, как будто нет ровным счетом ничего странного в данной ситуации. Возможно, тут и правда ничего такого нет, но об этом Майк подумает позже, а может быть даже сразу обсудит с Харви. А сейчас желание поспать снова берет вверх. Он разворачивается в теплых руках и утыкается носом в грудь Харви, погружаясь в сон.

***

Утром он просыпается долго: потягивается, зевает, что-то ворчит и разминает виски пальцами. Харви стоит напротив него, завязывает галстук, и смотрит с этой ухмылкой. Майк неуверенно улыбается в ответ, прежде чем хриплым от долгого сна голосом спросить: — Расскажешь мне, как именно я сюда попал? Харви оставляет в покое свою одежду, делает глоток воды и рассказывает: — Позавчера ты, придурок, заснул у себя на столе. Мне нужно было вернуться и кое-что проверить, я тебя заметил и притащил сюда. Майк медленно кивает, не очень соображая. К счастью, через несколько секунд информация доходит до его мозга и пробуждает чувство ужаса. — И сколько я уже здесь сплю? — Сутки с лишним, — спокойно отвечает Харви. — Сутки? — переспрашивает Майк ошарашенно, резко поднимаясь с кровати. — Черт, мне же тогда нужно на работу! У меня целых три дела еще открыты и я не… — Я все доделал, успокойся. — Харви останавливает его, когда он судорожно оглядывается в поисках своей одежды. — И взял тебе отгул. Будешь лежать тут еще дней пять и отсыпаться, пока не превратишься из бледного зомби в нормального человека. Майк вскидывает брови, прекращая пытаться свалить. — Ты взял мне отгул? На пять дней? — Он удивленно хлопает глазами, пока Харви сверлит его взглядом. Несколько секунд так и стоит, неверяще вглядываясь в темные зрачки напротив, и все-таки продолжает искать одежду. Штаны находятся раньше всего — а он как-то и не успел посмущаться из-за того, что только что минуты три, наверное, разгуливал в обычных боксерах по комнате Харви. — Кто ты и что сделал с Харви Спектером? Харви усмехается, наблюдая за тем, как Майк принимается натягивать штаны. Он берет его за запястье и встречается с удивленным взглядом. — Ты не пойдешь сейчас на работу, — говорит он, отпуская. — Как и в следующие пять дней. — Харви, — укоризненно парирует Майк, — это, конечно, очень заботливо с твоей стороны, но мне нужно работать. Я не могу просто так валяться в кровати целых пять дней, это ж почти неделя, в конце концов это просто… — Тебе нужен сон, — прерывает его Харви. Майк подозрительно быстро замолкает, но уже через секунду готов продолжать и Харви, честно говоря, не очень знает, откуда у того взялось такое желание отказываться от официального отгула. — Я проспал сутки. По-моему, моему организму этого вполне достаточно, так что я бы хотел все-таки… Харви успевает снова перебить его, на этот раз, правда, более оригинальным способом. Делает шаг вперед, кладет руку на талию Майка, притягивает его к себе и целует. Недолго, но, очевидно, достаточно для того, чтобы заставить последнего передумать. — Ну, может быть, я смогу еще повалятся, скажем, денек, — говорит он, когда Харви отстраняется. Тот победно ухмыляется — откровенно счастливо, если бы Донна могла комментировать. Хотя она итак прокомментирует, как только Харви явиться на работу. — Как легко тебя, оказывается, можно уговорить. Майк улыбается. Он все еще стоит без рубашки, в одних только штанах, на его спину и кончики растрепанных волос падают солнечные лучи. — Ты только сейчас понял, — говорит он, — что мог избежать всех наших ссор, если бы использовал этот метод? Харви, весьма удивленный таким поворотом в своей жизни, усмехается. — Возможно. — Значит, ты — идиот, — констатирует Майк, делая шаг к Харви. — Что поделаешь, — пожимает плечами Харви. — А вот ты все еще похож на панду. Майк прожигает его пристальным взглядом, после чего резко разворачивается, и, схватив с кровати подушку, запускает ее в Харви без всякого смущения.