Вселенная U: Кровавая История

Честно признаться, на момент своего пробуждения Джек ожидал увидеть кого угодно, учитывая то, что он и Луна устроили прошлой ночью. Но он никак не ожидал увидеть перед своим лицом морду Бегемота. На нем было очень озадаченное выражение. - Котяра? – сонно спросил черный пони и поднялся на локтях. – С добрым утром что ли… - Доброе, мессир. – таким же озадаченным, как и выражение на его морде, голосом ответил Бегемот. - Вижу, каникулы в Аду пошли тебе на пользу, мой компаньон. Выглядишь намного лучше. Либо же, это я отвык от созерцания твоей дьявольской моськи. - Спасибо за комплимент. А теперь, расскажи мне, что у вас тут происходило. Аврора в главной комнате чуть ли не рвет и мечет, и говорит, что ты с микропринцессой устроил тут какой-то дебош. - Было дело. – усмехнулся Темный, слез с дивана и, с громким хрустом, потянулся. – ЛСД – страшная штука. - Накачал сестричку солнцежопой наркотой, принял сам и решил устроить беспредел? – в голосе демона послышалось восхищение. – И я это пропустил? Вот же зараза… - Да брось, котяра, ты многого не пропустил. Честно сказать, лучше бы я пошел в Ад вместе с тобой, чем оставался бы здесь. - Так хреново? - А будет еще хреновее. - Что ты имеешь в виду? - Аврора у нас решила стать подобием свахи и активно топит за то, чтобы я был с Флаттершай. Уверен, она заговорит об этом, после того, как остынет из-за истории с ЛСД. - Хе, я даже не удивлен. - Ты на что намекаешь? - А я и не намекаю, а говорю прямо – ты слишком уж явно флиртуешь с той смертной, и я начинаю замечать ее влияние на тебя. За тот год, что мы провели в этом мире после твоего возвращения, я начал замечать то же самое, что видел, когда ты только-только нашел Аврору. Не знаю, что с тобой происходит, но, хоть и сомневаюсь, что у тебя что-то есть к смертной, оно делает тебя мягким, а это значит, слабым. - За это можешь не волноваться. Поиски Пространственной Комнаты будут возобновлены в скором времени. Тогда-то на этот мир и падет забвение, и о нас уже никто не будет говорить или вспоминать. - Надеюсь на это, мессир. Кстати, может, я сейчас скажу немного не по делу, но этот вопрос мучает меня уже достаточно долго. После той вечеринки, перед приходом Азраэллы, я зашел в одну из спален и обнаружил на покрывале несколько пятен крови. Они, конечно, небольшие, но само их наличие меня смутило, и я так понимаю, что эта та комната, куда ты отнес смертную. Что вы там такого делали, раз осталась кровь? - Ни за что не поверишь, котяра. – усмехнулся Джек и глубоко вздохнул. – Пришлось пожертвовать своими принципами и… - ЧТО!? – воскликнул Бегемот, когда черный пони озвучил свой ответ. На его морде уже не было того озадаченного выражения, которое было несколько минут назад. Оно сменилось огромным шоком. - Говорил же, не поверишь. - Ты… Ты… - все мысли в голове демона спутались в один большой клубок и не собирались развязываться, чтобы стать единым осмысленным предложением. – Трахался с пони в момент, когда на носу была битва с опаснейшим, на тот момент, врагом? Еще и выставил это как благородный жест для «особой гостьи». - Тебя что-то смущает? - Многое. – возмущенно сказал кот. – Ты, черт побери, громче всех кричишь, что все, что тебе нужно, это смерть Хедейра и полный покой, при этом, без привязанностей к кому-либо. Что ты делаешь вместо этого? Правильно – привязываешься к смертным до такой степени, что вы делите одну постель. Да еще и говоришь ей, что можно попробовать начать роман. Сука, чем ты думал в этот момент? - Учитывая мою анатомию, затрудняюсь дать ответ, где конкретно у меня мыслительный центр. – отшутился Джек. – Тем не менее, я не понимаю, почему тебя смущает эта маленькая забава со смертной. - Забава? - А ты как думал? Моя идея проста, как две копейки, - втереться к ним всем в доверие, чтобы они не мешали. А что может быть лучше, чем давать то, что они хотят – доброго меня? - Это очень тупой план. Не проще пойти и убивать их направо и налево без вреда самому себе и своей цели? - Может и так, но… Зачем? - Что значит «зачем»!? Мессир, ты либо не замечаешь этого, либо не хочешь замечать, как медленно, но верно становишься своей полной противоположностью. Тот ты, которого я знал до появления Авроры не стал бы сюсюкаться со смертными и изничтожил бы их всех на пути к своей цели! И что я вижу сейчас!? От того существа, которое уничтожило целый мир, поглотив души его жителей, не осталось и следа. И все дело в этой вшивой, трусливой су… Но договорить он не успел, так как Джек резко схватил его за грудки одним копытом и с силой пригвоздил к стене. - А теперь заткнись и слушай меня, маленький демон! – произнес Джек низким рычащим голосом, от которого веяло могильным холодом, таким, что даже Бегемот поежился. – Не знаю, с каких пор ты возомнил, что можешь перечить мне в таких вопросах, поэтому расставлю все точки над «ё». Ты – не более, чем простой компаньон на моем пути и должник, который выплачивает свой долг, всего-навсего. Но копаться у меня в мозгах и судить меня по тому, что я делаю, не имеешь ни малейшего права. Так же, ты не можешь указывать мне, что делать с моим временем. Главное, что ты должен знать, молодой Дьявол, Пространственная Комната будет найдена за это я ручаюсь. Но посмеешь указывать мне, что делать, и я превращу тебя и весь твой мир в горстку пепла, а мне это под силу. Есть вопросы? - Никак нет, хозяин. – с небольшим презрением произнес Бегемот, после чего Джек отпустил его. - Вот и прекрасно. – тем же тоном ответил черный пони. – Кстати, когда ты пришел, не видел микропринцессу? - Нет. – несколько обиженно буркнул Бегемот. - И это шикарно. И ты это, прекращай дуться. Ты сам знал, на что подписывался, когда решил заключить со мной сделку. - Знал… - выдохнул кот. – Ладно, там Аврора внизу и тебе предстоит еще объяснить ей, что с приходами везет далеко не каждому. На этом Бегемот вышел из комнаты. Его не очень хорошее расположение духа никак не задело Темного, так как он не сказал ничего, кроме правды. Но, по виду демона, можно было сказать, что он вообще забыл о том, что когда-то заключал сделку с ним. Оттягивать момент выхода не стоило, так как, если он не спустится, то поднимется Аврора, поэтому, поправив плащ и шляпу, Джек вышел из комнаты и направился в сторону лестницы. Как и сказал Бегемот, белая пегасочка ждала его в главной комнате, а в ее лице читалось отчетливое недовольство и нетерпение. Тут, мимо нее пробежал котяра. Она хотела было что-то сказать ему, но тот лишь отмахнулся и покинул ТАРДИС. Повернув голову в противоположную сторону, Аврора увидела черного пони. - Что это с ним? – спросила пегасочка, указав на входную дверь. - Да… - протянул Темный и махнул копытом. – Дуется из-за мелочи. Как обычно, в принципе. А ты, я так понимаю, хочешь устроить мне разнос за вчерашнее. - Верно подмеченно. – тон голоса Авроры с удивленного снова стал возмущенным. – Я, конечно, все понимаю, но наркота… Ладно бы, будь это твоя вечеринка с демонами, которая бы не распространялась за пределы ТАРДИС, но привлекать к этому принцессу Луну… - Микропринцесса сама пожелала оттянуться, как никогда. – протерев глаза, ответил Джек. – В чем моя вина, я понять не могу? - Ты мог остановить ее и предложить другой вариант, но, как я понимаю, эту версию ей предложил ты. - И что? - Пап, я понимаю, что это, в каком-то смысле, твоя работа – исполнять желания, но давай договоримся, что когда дело касается вот таких вот расплывчатых желаний, то ты будешь знать меру. Нездорово наблюдать своего отца в невменяемом состоянии, да еще и краснеть из-за него перед другими. - Ну прости… - усмехнулся Джек. Да только вот Авроре было не до смеха. - Это не смешно. – серьезно произнесла она. – Ты хоть понимаешь, что у принцессы магической силы, как лошадиных сил у «Bugatti»? И что она могла устроить, находясь в том состоянии, в котором была. - То был форс-мажор. Я и сделать ничего не успел, как микропринцесса свалила. - Да, но ты мог вернуть ей адекватность, когда мы нашли ее вместе с Селестией. Но ты просто начал охотиться на чертову бабочку. БАБОЧКУ, КАРЛ! - Не всем, знаешь ли, везет с приходами. – попытался отшутиться Джек. - КОРОЧЕ! – Аврора поняла, что ее попытки упрекнуть отца все равно, что биться головой об стену. – Надеюсь, ты меня понял. Луну, кстати, пришла забирать Селестия. Как раз, и я подошла к дому. Она пыталась достучаться и до тебя, но ты лишь что-то пробурчал во сне и перевернулся на другой бок. На том все и закончилось. - Ну и хорошо, что все закончилось. Но история с Луной – не единственное, что ты хотела обсудить этим утром не так ли? - Вообще, уже часов двенадцать дня, но это фигня. Да, есть кое-что еще, о чем я хотела бы поговорить с тобой. Флаттершай… - Ясно… - выдохнул Джек. – Видимо, мой упоротый вид вообще не понравился нашей общей знакомой. Аврора хотела было сказать, что называть так свою пасию, как минимум, странно, но прекрасно понимала, что он ей ответит, а потому лишь утвердительно кивнула. - Еще бы, ты ей таким понравился. Переживала она, когда ты улетел, но я заверила ее, что ты трезвеешь быстрее, чем пьянеешь. Вроде бы, она поверила. - Сама доброта… Это я про Шай. - А чего ты ожидал от Элемента Доброты? – усмехнулась Аврора. - Теперь же, ты скажешь мне, что я должен лично заверить ее в том, что все хорошо. – Аврора кивнула. – Ну конечно, чего еще ожидать… - Если тебе так докучают ее чувства к твоей персоне, то почему ты вообще решился начать? - Потому что, она, так и так, бы доставала меня этим. А в тот момент, когда мы остались наедине, мне просто было не выкрутиться. - Телепортация – не, не слышали… - саркастично сказала Аврора. – Мгновенное погружение в сон – такое себе, да просто сказать ей, что тебя это не интересует. А зачем? Куда интереснее наблюдать за ее мучениями от того, как ты игноришь ее. Шикарная тактика садиста. И раз уж ты открыто заявил, что тебе это не нужно, то почему бы не сказать ей об этом лично? - Потому что начнется третий акт Марлезонского балета, вопросы-допросы, слова о том, что все это из-за моей жажды мести и прочее. Короче, что бы я ни делал, Шай не поверит, что мне не нужны отношения. Поэтому, я решил пойти от противного – дать ей то, чего она так хочет. А когда мы найдем Пространственную Комнату, то сотру все из ее головы, да и из голов всех смертных этого мира. - Тогда, почему ты игнорируешь ее? - Потому что был занят. То Кризалис с ее миром с пони, то микропринцесса… - Ну а теперь-то ты свободен. А раз уж это все план-капкан, чтобы не выслушивать надоевшие тебе речи, то будь добр исполнять его пункты. - Ты… - Джек не нашелся, что ответить, и просто начал посмеиваться. – М-да, язык мой – враг мой. - Вот тут ты прав, пап. – засмеялась Аврора. – А теперь, будь взрослым Древнейшим и пригласи Флаттершай на свидание. Поверь, она будет счастлива. - Жаль, что на этот случай, я не изучил человеческие обычаи, которые касаются этого. Очень бы помогло. - Что же ты делал тогда? - Да много чего. Особенно мне запомнился период, который я провел в тюрьме. Там было весьма весело. - Чем дальше в лес, тем сильнее диву даюсь. Ты не рассказывал мне об этом. - Я посчитал, что ребенку необязательно знать об этом. Потому и смолчал. - Ла-а-а-адно… - протянула Аврора и хлопнула Джека по плечу. – А теперь иди-ка на свое новое «дело». Потом расскажешь, как все прошло. Сказав это, Аврора развернулась к входной двери и покинула ТАРДИС. - Чтоб вас всех… - тихо произнес черный пони, после чего и сам покинул свой дом.

[Дом Флаттершай… Спустя полчаса]

Тук-тук… Тук-тук… Тук-тук… Знакомый ритм… Довольно громкий стук, который невозможно было не услышать. Вот и Флаттершай услышала этот звук. Ей уже стало ясно, кто там стоит за дверью, и от этого ей было очень радостно, но вот события прошлой ночи не хотели выветриваться у нее из головы. На тот момент, она точно могла сказать, что видела Джека в любом состоянии. И веселым, и злым, и безумным, и пьяным, и добрым, а вот теперь… Она даже не знала, как называется такое состояние, но Аврора разъяснила ей, что это состояние очень похоже на алкогольное опьянение. Под кайфом, как выразилась она, сказав, что эти два состояния схожи, только это с несколько другим эффектом, но, так же, как и с алкоголем, временный, после чего добавила: «Ты не волнуйся, Флаттершай, отец трезвеет быстрее, чем пьянеет. С ним все будет в порядке.». И она поверила, так, как и сама видела, что может черный пони. И вот, она уже подошла к двери. Снаружи отчетливо чувствовалась аура Темного, а когда она открыла дверь, то увидела Джека в его привычном состоянии – на лице была небольшая улыбка, глаза чуть светились, на голове была коричневая шляпа с широкими полями, но самое важное было в том, что он был абсолютно трезвым. - Джек! – воскликнула пегасочка и бросилась ему на шею, заключив в крепкие объятия, после чего ткнулась носом в его щеку. Через пару секунд она почувствовала, как ее обняло широкое копыто Темного. - Да, я тоже рад тебя видеть, Шай. – ответил черный пони. – Разрешишь войти? - Конечно… - ответила пони, но отпускать его не собиралась. Так они и вошли в дом, после чего она услышала тихий смех Джека. – Как же я рада, что ты пришел. - Вижу. Может, отпустишь меня, Шай? – отсмеявшись, спросил он. Флаттершай лишь крепче обняла его. - Не отпущу. – притворно-обиженным голосом, ответила она. – Ведь, как ни соберусь прийти к тебе, ты либо занят, либо… Либо занят… Сначала, ты говорил, что помогаешь королеве перевертышей в заключении мира, то принцесса Луна… Что она такого пожелала, что ты решил сделать то… То, что сделал… - Ее желанием был простой выходной, полный развлечений. Если что, к наркоте я пришел далеко не сразу. Мог бы рассказать тебе об этом за чашкой чая, но… - А это хорошая идея. – сказала Флаттершай и заглянула Темному в глаза. – Пойду, поставлю чайник. Сказав это, она коротко поцеловала его, после чего засеменила в сторону кухни, радостно виляя длинным розовым хвостом. - На что я подписался? – выдохнул черный пони, успев уже миллион раз пожалеть, что вообще предложил ей «попробовать», и прошел вслед за пегасочкой на кухню. Чайник уже стоял на плите, а сама Флаттершай что-то тихо напевала себе под нос. Только Джек вошел в комнату, она обернулась. Ее рот растянулся в милой улыбке. Темный тоже попытался улыбнуться, но мысль о том, что он собирался предложить ей, не покидала его голову. Он уже несколько раз задавал себе вопрос о том, стоит ли ему свести все к шутке и слинять или все-таки «порвать» с пегасочкой, но понял, что и тот, и тот вариант сулит лишь одно – чудовищную нудятину со стороны Авроры о том, что ему нужно попытаться стать «счастливым». – Итак, пока мы ждем громкого свиста от старины чайника, можем о чем-нибудь поболтать. - Хорошо. – радостно ответила Флаттершай. – Ну так… Можешь рассказать, что там произошло с принцессой Луной? - Так и знал, что ты затронешь эту тему. – усмехнулся Джек. – Ну что сказать, после того, как я доставил Кризалис к макропринцессе, чтобы они обговорили свой мирный договор, я отправился домой, где меня и нашла микропринцесса. Для меня стало большим удивлением то, что она все-таки решила переступить через себя и пришла. Между нами завязался небольшой диалог, в ходе которого она сказала, что хочет исполнение желания. - Ты… Ты заключил с ней сделку? – в голосе пони послышался испуг, но он сменился сладостным облегчением, когда она увидела, что черный пони махнул копытом. - Нет, хоть я и предлагал. Точнее, не так. Я спросил, правда ли она считает, что ее желание, которое представляло собой выходной, полный веселья, по ценности, равно ее душе. Она немного помялась, но потом я предложил ей сделать это за просто так. - Это… Очень благородно с твоей стороны. – с улыбкой сказала Флаттершай. - Не, тут нет никакого благородства или альтруизма. По правде сказать, я думал, что микропринцесса быстро сдуется, и мои мучения закончатся, но… Меня ждал приятный сюрприз. Только, перед ним, был и неприятный, имя которому дождь. Ливень… Нам с Луной пришлось быстренько ретироваться в ТАРДИС, где мы и провели несколько часов времени. Сначала, мы играли в бильярд, потом ее величество потребовало поход в сауну, затем было несколько шуток про секс. – тут он заметил, как Флаттершай смотрит на него - с подозрением и осуждением. – Спокойно, то были только шутки и не более. Кхм-кхм… Итак, затем принцесса решила немного поиграть в искристую и… - Как это? – не поняла Флаттершай. - Я только собирался сказать, но ты перебила меня. – улыбнулся Джек. - Ой… Извини… - пегасочка неловко улыбнулась. – Продолжай… - Так вот, принцесса решила поиграть в искристую или же ученого, который хочет изучить неопознанное, то бишь, меня. Но ее обследование не успело начаться, как она обнаружила полное отсутствие сердцебиения, а потом наш разговор зашел о том, кто может предсказывать будущее. Тогда-то я и сказал, что ни я, ни Хедейр не можем делать такого. - Серьез… - начала было Флаттершай, но удивление намертво прижало ее язык к верхнему небу и сжало голосовые связки, не позволяя закончить свой вопрос. - Именно так, Шай. – подтвердил черный пони. – Как бы там ни было, и какими бы богами смертным не казались мы с Хедейром, но есть даже такое, что и нам не по силам. - Вы не можете предсказывать будущее? – наконец, спросила пони. Темный лишь утвердительно кивнул. - Как и не можем перемещаться во времени в будущее. – шок в глазах Флаттершай вырос в геометрической прогрессии. - В каком смысле? - В прямом. Вернуть время на события, что происходили в прошлом, нам по силам, но, во-первых, это чревато, а во-вторых, мало что изменило бы. Конечно, оттянуть момент каких-то трагических событий представлялось возможным, но это вряд ли что-то изменит. Рано или поздно, это все равно произойдет. - Именно поэтому ты не смог предотвратить смерть Авроры? – с некоторым сожалением спросила Флаттершай. - Угу. – ответил Джек. – Я пару раз откатывал время на небольшие периоды, но все равно все, что происходило, происходило вновь, пусть и с несколько большим периодом. Но, по такой логике, можно было бы сказать, что заглянуть в будущее – раз плюнуть, но нет… Мы этого не можем, так как настоящее, которое мы отматываем назад, стирается, а ему на смену приходит новое настоящее. Будущее же вообще еще не написано и никто, даже мы, не знает, что может произойти. Именно поэтому, мы не можем смотреть вперед. - Это сложно, но я, вроде, поняла тебя. - Не забивай этим свои мысли, Шай. – в голосе черного пони послышались заботливые нотки, но только на мгновение. – А потом… Потом была наркота… Было весело ровно до тех пор, когда у Луны случился приступ паранойи. А когда мы вернулись сюда, мне открылось кое-что, о чем бы я никогда не подумал. - И что же это? – пегасочка буквально сгорала от нетерпения. - Боюсь, этого я сказать не могу. – ответил Джек, решив опустить историю с Анинейрой. – Это касается только Луны, поэтому я не имею права так свободно рассказывать об этом. - Странно, ведь раньше ты говорил обо всем и не обращал внимания на то, что это может быть чем-то личным. - О нашем с тобой соитии я так никому и не сказал. – ехидно улыбнувшись, сказал Джек. Лицо Флаттершай резко покраснело. – Кроме Бегемота разве что, но он просто вынудил меня сказать об этом. Пегасочка залилась краской пуще прежнего. - Он, конечно, начал ненавидеть тебя пуще прежнего, но кому до этого есть дело, так ведь? - А Бегемот… Он ненавидел меня? – этот факт удивил Флаттершай больше, чем то, что Джек рассказал коту о самом личном, для нее, моменте. - Скорее, недолюбливал. Тут ты не какой-то уникум, ведь Бегемот недолюбливает всех смертных. Так и так он демон, и его работа заключалась в причинении мучений душам, попавших в Ад, а за многие тысячелетия это надоело бы любому. Вот и котяра подустал от смертных, отчего стал их недолюбливать. - А-а-а, понятно. И все? В смысле, с принцессой… - Да. Утром, конечно, пришлось выслушать немного упреков от Авроры, но все быстро замялось. И вот, я здесь. - Кстати об этом, Джек. – Флаттершай немного неуверенно опустила глаза. – Ты ведь не просто так пришел, да? У тебя опять какое-то срочное дело, и ты решил предупредить об этом, чтобы я… - Нет, Шай. – засмеялся черный пони, чем прервал поток теорий и вызвал лишь недоумение у пегасочки. – Как бы это ни было странно, я пришел практически без причин. По крайней мере глобальных, которые сулят ритуалами и прочей хренью, что связана со мной. - Тогда, зачем ты пришел? - А что, я не могу зайти к своей… Как это у вас называется? Особенной пони, вроде. Поправь, если ошибаюсь. Видимо этой, полной лжи и полной несостыковок с образом Темного, фразы хватило для того, чтобы Флаттершай поверила ему, ведь только он произнес это, как почувствовал, что его шею вновь обхватили теплые (если сравнивать с его температурой) копыта пегасочки, а сама она чуть ли не визжала от радости. - Ты… Ты это серьезно, Джек? – спросила она, когда эйфория немного отпустила ее, но с лица все еще не сходила широкая улыбка, полная искренней радости, и пони заглянула в глаза черного пони. - Абсолютно серьезно. – подтвердил Темный, за что тут же получил крепкий и очень страстный поцелуй. Так бы они и стояли многие и многие минуты, если бы их не прервал свист закипевшего чайника. Очень нехотя, Флаттершай отстранилась от Джека. На ее лице было отчетливо видно, что она очень не хотела делать этого, да и о чаепитие уже, скорее всего, успела забыть. - Нужно снять чайник… - тихо произнесла она и отошла в сторону плиты. - Хорошо. – так же тихо ответил Джек, когда пони только начала отходить от него. – Кстати, Шай, ты оказалась права в одном моменте. Я пришел не только для того, чтобы проведать тебя, но и спросить, свободна ли ты сегодня днем. - Да, я свободна. – ответила Флаттершай, будучи несколько удивленной тем, что Темный вообще спросил об этом. – А что? - Да просто хотел спросить… Может… Сходим куда-нибудь? Вдвоем… Я и ты… Наедине… По лицу черного пони было видно, что он и сам не верит в то, что сейчас говорит, но вот Флаттершай этого выражения не заметила – слишком сильным было удивление от того, что Джек спросил об этом. - Ты… Ты приглашаешь меня на… На свидание? - Ага… - выдохнул Джек, понимая на что он только что подписался. – Подумал, почему бы не устроить что-то типа того, что было, когда ты пожелала провести со мной целый день. - Кончилось не очень. – неловко улыбнулась Флаттершай, вспомнив, как Темный натурально слетел с катушек. - Обещаю, в этот раз не будет никаких предателей-ангелов. А если и произойдет что-то такое, то я клятвенно обещаю тебе, что буду держать себя под контролем. - Стоит ли мне упоминать твой извечный лозунг? – с улыбкой сказала Флаттершай. - В этот раз, я говорю правду, Шай. Да и не припомню, что я врал конкретно тебе. - Ну… Может, ты и не врал, но недоговаривал кое-что. - У каждого же должны быть свои секреты. Кроме того, это касалось тех аспектов моей жизни, которым лучше было бы не вскрываться. - Неужели, ты жалеешь о том, что делал то, что делал? - Никогда. И не пожалею, так как тот или иной поступок, совершенный мной, привнес что-то в продвижение к моей цели, но мы говорим не о том. Так что? Куда пойдем? - Оу… - протянула Флаттершай. Этот вопрос поставил ее в тупик. – Я… Я думала, ты предложишь что-то. - Ой… - Джек начал посмеиваться и пробил себе facepalm. – Черт… Да, извини, Шай, просто… Тут ты, наверное, мне не поверишь… Я впервые приглашаю кого-либо на свидание. - Правда? – удивленно спросила пони. Темный утвердительно кивнул. - Как это ни странно, да. Обычно, все ограничивалось исполнением желаний БЕЗ моего личного участия в этом. Тут же больше лично моя инициатива, а так как у меня это в первый раз, а я не особо разбираюсь в таких ритуалах, будем импровизировать. - Хорошо… И что ты предлагаешь? - Ну… Можем пойти в лес. На пикник или на простую прогулку. Погода, вроде, способствует этому. - В лес? Но там же… Там же Древесные волки. - И ты говоришь это тому, кто будет намного страшней любой мути, что обитает в том лесу? - Я не совсем это имела в виду, хотя, и это тоже. - Так-так, теперь я заинтересован. - Как бы там ни было, Древесные волки тоже животные, и я… Я не смогу смотреть на то, как ты будешь убивать их. - А-а-а, так вот оно что. – протянул черный пони. – Ну, во-первых, почему ты решила, что я буду убивать их? А во-вторых, я знаю несколько мест, где нет этих существ. - Ты знаешь такие места? - Ну жил же в этом лесу около полугода. - Кстати, а что ты делал в Вечнозеленом лесу зимой? В городе ты не появлялся, да и вообще не заявлял о себе. - Считай, что я впадал в зимнюю спячку. – улыбнулся Джек. Флаттершай ошарашенно уставилась на него. – Ну а что? Мне нужно было по-быстрому пропустить зиму, а более эффективного способа я не нашел. Уснул зимой – проснулся весной, здорово ведь… - Да, наверное… Что отвечать на такое заявление? Стоит ли пошутить про медведей? Все эти мысли вертелись в голове пони, отрезая ее от внешнего мира, но, спустя пару секунд, с небес на землю ее вернул тихий смех Джека. - Если хотела пошутить про медведей и зимнюю спячку, то надо было шутить. – хихикая, сказал он. – Мне нравятся хорошие шутки, а это подходило бы под эту категорию. - Буду знать. – улыбнулась пегасочка. – Так, что… Когда мы пойдем? Нужно ли взять что-то? - Не думаю. А выйти можем прямо сейчас, если у тебя нет каких-то срочных дел. Если есть, я подожду. - А, нет-нет, ничего такого. Идем? - Идем. – ответил Джек, и, вскоре, они покинули дом, направившись в лес.

[ТАРДИС… Какое-то время спустя]

- Вот и подошел к концу наш отпуск, и пора вернуться в дом родной… - пропела Аврора, войдя внутрь дома. - Но, надеюсь, нас не встретят ведрами с холодненькой водой. – закончил за нее Чешир. Они переглянулись, после чего тишину в комнате разорвал довольно громкий смех. - Ну, пока, вроде, никаких ловушек нет. – отсмеявшись, сказала Аврора. – Ты что-нибудь видишь, Чеш? - Не-а, миледи. – ответил кот, облетев комнату, после чего снова сел на спину белой пони. – Абсолютно никого. - Ошибаешься, Чеширский кот. – произнес немного гнусавый голос откуда-то со стороны бара. Через секунду оттуда вынырнул Бегемот. - Бегемот? – удивленно сказала Аврора. – Думала, ты ушел. - А я вот вернулся. – махнув лапой, ответил демон. – Куда же я денусь? - Мне казалось, что вы ругались с отцом. - А-а-а… - Бегемот снова махнул лапой. – Мы с мессиром постоянно препираемся из-за разности взглядов к нашему делу. Ему хочется изучать смертных и глумиться над ними, а мне же просто нужно закончить со всем этим побыстрее. - Тебе так не терпится убить Свет? Чем же Второй так насолил тебе? - Наверное тем же, чем и остальным демонам. Мы, конечно, исправно выполняем свою роль линчевателей и стражей душ, но за тысячелетия такой жизни начинаешь задумываться: «А есть ли что-то еще помимо этого?». Мессир помог свергнуть Люцифера, тем самым он дал нам возможность немного развернуться, да только этого не хватило. Так и так, нас сковывают правила, что установил Свет, поэтому демоны могут обрести полную свободу лишь тогда, когда Второй будет уничтожен. Вот, почему я хочу этой войны и буду рад помочь мессиру в этом, но его такое странное отношение ко всему, порой, вымораживает. - Хочешь сказать, пони отвлекают его от цели? - А как же, Аврора!? – всплеснув лапами, воскликнул Бегемот. – Конечно, эти смертные отвлекают его, а в особенности та желтая сучка, которая сохнет по нему чуть ли не с первой нашей встречи. Достала она меня до ужаса. - Хм, а ты не думал, что они с отцом могут заключить мир друг с другом, что пошло бы на пользу им обоим. Уверена, что и Ад получит свой кусок пирога. - Ха-ха-ха, не смеши меня. Мессир так ненавидит Свет, что ни за что не пойдет на мир с ним. Даже та ситуация с Азраэллой не сплотила их, а лишь показала, что Второй просто бесполезен. - Да только этот бесполезный Древнейший может уничтожить отца и его мир. Если бы они заключили мир, то смогли бы существовать обособленно друг от друга, не боясь, что кто-то один нападет на другого. - Так не бывает. Это только в сказках все кончается хорошо, а в реальном мире, зачастую, не бывает хэппи эндов. Уверен, что нет и не будет такой ситуации, которая заставит мессира пересмотреть свое решение мстить. - Это я понимаю, но кто сказал, что он не может просто оставить это и послать Свет на три буквы. Особенно, если будет кто-то, ради кого он сможет… - Только не говори мне, что ты поддерживаешь эту его интрижку с желтой сучкой. – но, когда Бегемот увидел взгляд Авроры, то понял, что только озвучил ее мысли. – Даже не думай подталкивать мессира на это… - Почему нет? – спросила Аврора. – Или, по-твоему, отец не заслуживает иного счастья? - По-моему, для мессира, истинным счастьем будет наличие мертвого Света и его детишек. А интрижка со смертной не даст ему того, чего он истинно хочет. - А мне вот не кажется, что месть принесет ему тот покой, к которому он стремится. - Ну, на это у нас с тобой разные мнения, Аврора. – Бегемот пожал плечами. – И мы оба будем придерживаться своего, как бы ни старались переубедить друг друга. - Это да… - выдохнула белая пегасочка. На несколько секунд повисло неловкое молчание, которое решил разорвать Бегемот после того, как оглядел главную комнату. - А где, кстати, мессир? – спросил демон.

[В лесу… Несколько часов спустя]

Они находились в Вечнозеленом лесу. Уже около двух часов они были на этой полыхающей жизнью поляне, главным украшением которой был высокий дуб, чуть загнутый во внутрь, отчего немного напоминал дугу. Эта небольшая полянка ярко выделялась на фоне остального леса – трава, деревья в округе, тот самый дуб, небольшое озерцо, которое находилось прямо перед дубом-дугой – все это выглядело куда более насыщенным, чем то, что выходило за этот радиус. Они не делали ничего особенного, просто лежали под деревом в обнимку и болтали о том, о сем, смеялись и перекидывались шутками. Джек иногда бросал небольшие камушку в воду, а Флаттершай неотрывно следила за ним, и в один момент он заметил этот ее взгляд. - Ты так следишь за мной, будто думаешь, что я сделаю что-то не то. – со смехом сказал черный пони. Засмеялась и пегасочка. - Ну почему же сразу слежу? – спросила она и положила голову на черное плечо (плащ лежал на земле неподалеку от них). – Просто смотрела на тебя или это что-то плохое? - Да нет, почему же. – ответил Темный и обнял Флаттершай своим копытом. – А говорят, что Тьма только разрушает. - А я знала, что ты можешь не только разрушать. – послышалось тихое хихиканье. – Но это же правда. Почему ты смеешься? - Сколько не говорил с тобой, ты всегда говоришь обо мне только в положительном ключе. Неужели, во мне нет ничего такого, что бы тебя бесило? - Ну-у-у… Есть, конечно, несколько вещей, но это такие мелочи. - Например? - Твои эти… Как их там… Сигары… Пусть ты и Тьма, Джек, но эта твоя привычка немного раздражает. А еще вечеринки с демонами, после которых ты ни живой, ни мертвый. - Ха-ха-ха-ха… - смех Джека перебил Флаттершай. – Это… Ха-ха… Это очень хорошее замечание, учитывая, что я… Ха-ха-ха… Что я и так ни живой, ни мертвый. - А еще желания… - смех мгновенно стих. - Тебя бесят мои сделки? – переспросил Джек. - Не то, чтобы бесят до белого каления, но… Есть и другие способы узнать окружающих тебя пони. - Удиви. - Ты мог бы подружиться с кем-нибудь, проводить с ним или ними время. Так бы и узнавал. Образы же не строятся на одних желаниях… - Может и нет, но… Мне нравятся мои сделки и души тех, кто получает желаемое. - Зачем ты вообще собираешь души? Раньше, я как-то не обращала на это внимания, но теперь стало интересно. - Я собираю души потому, что из них можно создать зародыша Монолита Хельрейма. - Из души можно создать жителя твоего мира? – переспросила Флаттершай. - Угу… Но не будем об этом, как и о прочем, что касается моего мира. - Хорошо. – улыбнулась пегасочка и прикрыла глаза. – Так здорово… - Что именно? Место, атмосфера или сам факт того, что я пригласил тебя? - Если я скажу «все», ты посчитаешь это за ответ? Или скажешь, что может быть только что-то одно? - Да нет, почему. Вполне себе хороший ответ. - Знаешь, что еще меня удивляет в тебе? - Валяй. Я внимательно тебя слушаю. - Твое несколько странное поведение. - Что ты имеешь в виду? - Ты то холоден и безэмоционален, расчетлив и не отвлекаешься ни на что другое, то своя полная противоположность – добрый, веселый и абсолютно невраждебный. Может, мне кажется, но ты словно сам не знаешь, какой образ хочешь представить – абсолютное Зло или простое существо, которое хочет скрыть то, что чувствует на самом деле. - Хе… - усмехнулся Джек. – А сама-то как думаешь, какой образ подходит мне больше? - Думаю, второй. - Доброе существо, которое руководствуется злобой и болью? - Угу. Доброе существо, которое немного зациклилось на своей злобе и не может отпустить это. Джек глубоко вздохнул. - Это твое мнение. – холодно ответил он. – Мнение, против которого я не смогу пойти, потому что ты будешь упрямо следовать ему. - А ты сам-то что думаешь? – спросила Флаттершай и подняла голову. Черный пони лишь пожал плечами. - Я не считаю себя ни тем, ни другим. – серьезным тоном ответил Темный. – Скорее, я – существо, которое стремится к вечному покою и не более. Неважно как, неважно, какой шлейф из трупов будет тянуться за мной, но я добьюсь того, чтобы существовать так, как существовал до Войны. - Почему ты уверен, что смерть брата принесет тебе покой? - Потому что тогда восторжествует справедливость. То, что сотворил Хедейр, можно отмыть только его кровью и ничем больше. - Разве нет другого способа? Я знаю, что Хедейр сделал с тобой, но… - В том-то и дело, что не знаешь. – перебил ее Джек. Пегасочка удивленно уставилась на него. – О том, что происходило в Хельрейме в последние несколько часов Войны знают несколько существ – я, Хедейр, его архангелы и одна смертная. - Аврора? - Нет. Нет, Ави знает об этой истории не больше тебя. - Но… Кто тогда знает больше? - Микропринцесса. - П-принцесса Луна? – переспросила Флаттершай. Джек утвердительно кивнул. – И что… Что ты ей рассказал? - Я показал… - Показал ей то, что с тобой делал Хедейр? - Именно. - Но зачем? Для чего ты показал ей это? - Спрашиваешь одно, но хочешь спросить другое – почему я не показал это ТЕБЕ. Все гораздо проще, чем тебе кажется, Шай. Микропринцесса, наравне с радужногривой, ненавидит меня всей своей душой, что немудрено, ведь именно я превратил ее в Найтмер Мун, которую отправили на Луну. Я показал ей это не для того, чтобы показать, что я не монстр, а просто потому, что мы с ней похожи. Нас обоих изгнали из родного дома в совершенно другой мир на десятки веков. Только вот я показал ей, что есть участь и похуже, чем то, что сделала с ней макропринцесса. Вряд ли это изменит ее отношение ко мне, но плевал я на это с высокой колокольни. А почему я не рассказывал тебе? Ты и так относишься ко мне не как к монстру. Зачем тебе знать больше, чем нужно? - Ну как же? Ведь ты мой особенный по… - У всех должны быть свои секреты. – совершенно спокойно ответил Джек. – Даю голову на отсечение, у тебя тоже есть тайны, которыми ты не хочешь делиться. Я мог бы вытянуть их из тебя, но мне это не нужно, так как такое я уважаю и, обычно, не уделяю этому внимания. - А сокровенные желания? – спросила Флаттершай. - Инструмент убеждения для заключения сделки на душу, не более. Редко встречаются те, кому не нужны подобные «услуги», но многие готовы отдать самое сокровенное, чтобы получить то, что приходит им только во сне. - Но ты же видишь желания и без фирменного вопроса. - Конечно, но задав его, я смогу расположить жертву к себе. - Значит, ты знаешь, чего желаю я? - Разумеется. Будучи Элементом Доброты, ты желаешь и пытаешься распространить эту доброту на окружающих, да только твоя застенчивость мешает сделать это в полной мере. А еще ты очень хочешь, чтобы я раз и навсегда отпустил и забыл о своей мести потому что, по твоему мнению, это сделает меня тем, кем я был до Войны. Также есть еще и «девчачьи» желания. - От тебя вообще ничего нельзя утаить? – в шутливой форме спросила Флаттершай и положила голову черному пони на грудь. На ее голову тут же легло прохладное копыто. - Ни-че-го… - протянул Джек и начал поглаживать ее гриву. Надо же, - пронеслось в голове черного пони, - Не думал, что настолько обычная ситуация может быть настолько успокаивающей. А она… Наивное, бедное дитя… Мне даже немного жаль ее. Но только чуть-чуть. Хм… А, может, вся эта чепуха со сменой приоритетов не является пустым звуком? Может… Мне и вправду стоит… Оставить свою месть… Оставить все это и жить себе в покое… НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! Черт, что я несу!? Оставить справедливую месть ради смертной!? Как я вообще до этого додумался!? Да и с чего я решил пригласить ее на свидание!? Что за блядская каша у меня в голове!? Н-е-е-ет, с этим цирком пора кончать, пусть это и выйдет мне в виде нудятины от Авроры! Не во второй раз! Его копыто уже не гладило Флаттершай по голове, а лишь лежало где-то в районе макушки. Почувствовав это, она подняла было голову, чтобы узнать, не случилось ли чего, но встретилась с очень задумчивым взглядом Темного. Сложилось ощущение, что он обдумывал какой-то очень серьезный вопрос (по типу умножения восьмизначных чисел (шутка хрень, я знаю)) или же задумался над ее словами. - Джек? – сказала пегасочка и потрясла черного пони за плечо. – Джек, ты меня слышишь? - М-м-м? – очнулся Темный. – Да-да, я тебя слышу. - Все в порядке? – в голосе Флаттершай слышалось небольшое беспокойство. – Ты словно задремал и… У тебя снова было видение? - Нет-нет, Шай. – засмеялся Джек. – Видений не было с тех пор, как я воскресил Аврору. Да и с чего бы им возникать? Осколка ее души в тебе больше нет, как и той половины, что покоилась во мне. - Ну, я не знаю… - облегченно выдохнула пони. – Учитывая то, что ты – это ты, может произойти что угодно. - Ладно тебе паниковать. Все в норме, правда. - Ну хорошо. – сдалась пони и снова положила голову на нагретое место. – Но мне все равно кажется, что ты что-то задумал. У тебя было такое сосредоточенное выражение. - Я просто задумался над тайнами бытия. – отшутился Джек. - Тайнами бытия? Думала, что ты все это знаешь. - Знаю. Я решил податься в философы. – черный пони буквально затрясся от беззвучного смеха. - Вечно ты шутишь. – улыбнулась Флаттершай, подняла голову и поцеловала Темного. - Не самое мое лучшее качество. – ответил Джек, когда лицо пони отдалилось от его. - Шутки, зачастую, глуповаты. - Да ладно тебе. Бывают же и хорошие. - Ну да – раз в год и палка стреляет. - Как-то невесело прозвучало. В ответ, Джек лишь тихо хихикнул. Только вот смешок получился каким-то сухим, хотя, раньше, черный пони смеялся куда искренней. Это несколько напрягло Флаттершай, но она решила не обращать на это внимания, так как знала, что на все ее подозрения, Темный лишь посмеется и скажет, что ей показалось. Да только он не говорил этого, хотя мог спокойно прочесть ее мысли и выдать все. Странно это все… Даже чересчур… Но приятная атмосфера и черное копыто, которое снова начало поглаживать ее по голове, мгновенно успокоили пегасочку. А сам Джек… Он вновь ощутил что-то странное где-то в глубине своего поросшего сорняком мести существа. Странное теплое ощущение, чем-то похожее на кота, который ложиться своему хозяину на грудь и начинает греть его своим теплом, впервые появившееся в тот момент, когда Флаттершай поцеловала его (в тот же день, когда он доставил Кризалис к Селестии). Он не мог сказать, доставляло ли оно ему дискомфорт или было приятным, но то, что он испытывал это только во второй раз, мог утверждать на все сто процентов. Странное ощущение… Неправильное… - Джек? – голос Флаттершай вырвал черного пони из размышлений. - Что такое? – спросил он, придя в себя. - Ты говорил что-то о «девчачьих» желаниях. Что ты имел в виду? - Стандартное «найти своего принца», «завести семью» и прочее. Ты же желаешь этого? Где-то в глубине души… Флаттершай заметно напряглась. - Ну… - протянула она. – Я никогда не задумывалась об этом, но… Наверное, да… Бывало, что, когда посмотрю на влюбленные пары, понимаю, что хотелось бы найти свою половину, но… - Значит, найдешь. – перебил ее Джек. Флаттершай аж прозрела и подняла на черного пони полный непонимания взгляд. - Ч-что? – заикнувшись, переспросила она. – Что значит «найдешь»? - Ну, то и значит. – абсолютно спокойно ответил Темный, заложив передние копыта за голову, отчего поза, в которой она находился последние минут тридцать, приняла более беззаботный вид. – Если хочешь найти свою вторую половину, то найдешь, я в этом не сомневаюсь. - П-погоди, Джек. А… А как же ты? Я же… Я же нашла тебя. - Я? – хохотнул черный пони. Пришло время снять так надоевшую ему маску. – А я-то что? - Как это что? – Флаттершай искренне не понимала, почему он решил заговорить об этом. – Но мы же… Мы же вместе, так? - Да как тебе сказать, Шай. – пегасочка напряглась еще сильнее, но в глубине своей души надеялась, что это очередная злая шутка Темного. Но как бы не так… - Даже самая дорогая и отличная игрушка рано или поздно надоедает. Тут что-то похожее. - Ты… - голос пони дрожал. – Ты хочешь сказать, что я… Что я – всего лишь твоя игрушка, которой можно попользоваться, а потом выбросить, как мусор!? Тут она вскочила на копыта и перешла на крик. Ледяной тон голоса Джека, сравнимый с морозом самой дальней точки бескрайнего космоса, давал ей понять, что это вряд ли шутка или, по крайней мере, черный пони отлично держится, чтобы не начать смеяться. Но это нужно было проверить, хоть Флаттершай и не хотела продолжать этот диалог. По ее щекам прокатилась пара слезинок, которые она постаралась утереть как можно быстрее, только вот, чем больше мыслей появлялось в ее голове, тем больнее становилось. Но финальную точку поставили не слова, а улыбка… Джек улыбался… Только краешками губ, но и этого хватило, чтобы увидеть такой же могильный холод, который стоял в его глазах. Безжизненная, такая искусственная, как на лице у манекена, но говорящая лучше любых слов. Все тало понятно – Джек не шутил. И от этого было только больнее… - Неужели, я всего лишь игрушка для тебя? – еле сдерживая слезы, сказала Флаттершай, но уже более спокойным тоном. Голос ее все еще дрожал. Джек же ничего не сказал, а лишь поднялся на копыта. Каждое его движение сопровождал довольно громкий хруст падающего на землю дерева, при этом он неотрывно смотрел прямо в глаза пегасочки. В них появилось что-то странное. То, чего она никогда не видела до этого раньше – сочувствие. Как бы это ни было странно, но в глазах черного пони, сейчас, было сочувствие, пусть и маленькое, как песчинка, но само его наличие могло удивить кого угодно. - Ты была не совсем игрушкой. – не спуская взгляда с Флаттершай, сказал он, потом о чем-то задумался на несколько секунд, после чего снова сосредоточил взгляд на пони. – Скорее, чем-то вроде временной подружки, для которой я хотел создать иллюзию того, чего она желала, но… Посмотрев на эту ситуацию под другим углом, я понял, чем может обернуться такая «игра» в добрячка. С этого момента, каждый идет своей дорогой. Прощай… - Нет… - обреченно протянула пегасочка, когда Темный поднял свой плащ и собирался уходить. Она тут же выскочила перед ним, преградив черному пони путь. – Джек… Что на тебя нашло? Все же было так хорошо. Или… Или это все из-за того, что ты постоянно занят чем-то своим и думаешь, что делаешь мне неприятно этим? Так это нестрашно, я могу подождать, ведь знаю, как это может быть важ… - Нет. – холодно ответил Джек. – Тут дело не в том, что я хочу или не хочу причинять тебе боль тем, что вечно, как ты говоришь, занят. Дело в том, что мне надоело прикидываться добрым. Да, думаю, это было заметно сразу. Мне, конечно, нравится притворство и издевательства, но это уже дошло до маразма. Нужно знать момент, когда просто необходимо поставить точку. И это – тот самый момент. Далее, каждый пойдет своим путем. Он снова попытался уйти, полагаясь на то, что Флаттершай достойно примет это, но… Не тут-то было… Пегасочка вновь выскочила перед ним, преградив ему путь. - Но, Джек… - сказала пони последнее, что только могло прийти ей в голову. Она понимала, что это вряд ли сработает, но попытка, как говориться, не пытка, да и сознание ее было несколько затуманено тем, что сказал Джек. – Ты же сам говорил, что мы вместе. - Я сказал немного не так. Я говорил о том, что мы можем попробовать. Попробовал – не впечатлило. - Так толком ничего не было. - Я очень быстро формирую мнение о том или ином действии или чем-то еще. Если нет эмоциональной привязанности, то и чего пытаться доить это? Сама-то как считаешь? А в прочем, лучше молчи и смотри на меня этим шокированным взглядом. За сим, я откланиваюсь и ухожу. Не успела Флаттершай что-то ответить, как Джек уже летел высоко над облаками. - Нет эмоциональной привязанности. – тихо повторила пегасочка. По ее щеке вновь потекла слеза.

[ТАРДИС… Через какое-то время]

Джек вошел в ТАРДИС совершенно неожиданно. Это отразилось во взгляде Авроры, когда она подняла голову в сторону входной двери. - Привет, пап. – несколько ошарашенно сказала она и посмотрела на часы, что висели над входом в соседнюю комнату. – Быстро вы… - У Шай появились внезапные дела. – радостно ответил Джек и плюхнулся на диван, что стоял рядом с диваном, на котором лежала Аврора. Через пару секунд, над его лицом нависло лицо белой пегасочки. - Впервые вижу у тебя такое счастье. По крайней мере, с тех пор, как ты оживил меня. Неужели прошло так идеально? - Ты даже не представляешь. – протянул черный пони. - Ну… Я рада, что все хорошо. А ты припирался. Надеюсь только, что ты не сделал чего-то свойственного тебе. - Я сделал все так, как было нужно. – туманно ответил Джек. Зная своего отца, Аврора немного напряглась от такого заявления. – Это оказалось даже проще, чем я думал. - И что же было проще всего? - Выражать свои чувства. - Ты ей что, в любви признался? - Ха-ха-ха… Нет, Ави. Все было куда интереснее… - Мне стоит волноваться? – улыбнулась Аврора. – Зная тебя, ты мог сказать, как что-то прекрасное, так и что-то ужасное. - Я просто сказал правду. – ответил черный пони и закинул передние копыта за спину. - Та-а-а-ак, могу я тогда спросить Флаттершай о том, как все прошло? - Как хочешь. - Хорошо… - вновь протянула Аврора и довольно быстрым шагом покинула ТАРДИС.

[Дом Флаттершай… Через полчаса]

Тук-тук-тук-тук-тук… Задорный, но неритмичный стук раздался в дверь дома Флаттершай. У Авроры было чудесное настроение от того, что она все-таки смогла добиться от своего отца хоть чего-то помимо разговоров о ритуалах и его мести. И то, каким радостным он вернулся… Это было то, чего Аврора пыталась добиться чуть ли не с подросткового возраста. Теперь же она хотела узнать у Флаттершай, правда ли все было так хорошо, как описывал Джек, но… Дверь долго не открывали, но потом белая пони все-таки услышала звук шагов. - Флаттершай, это я, Аврора! Открывай, я поговорить хотела! Спустя несколько секунд, дверь медленно приоткрылась, но не полностью. Это немного напрягло Аврору, и она решила выяснить, в чем тут дело. Когда она открыла дверь, то радостная улыбка, как и задорное настроение, медленно покатились в Тартарары. За дверью стояла Флаттершай с выражением настоящей вселенской боли, а под глазами были еще высохшие дорожки от слез. Все стало понятно. - Привет. – кисло улыбнувшись, сказала пегасочка. - П-привет… - ошарашенная тем, что видит, Аврора даже не знала, что и говорить. Но она быстро собралась, глубоко вздохнула и прошла внутрь. – Где у тебя тут чайник? Флаттершай удивленно посмотрела на подругу. Аврора ничего не ответила и, словно бы приходила сюда уже в миллионый раз, пошла в сторону кухни. Через несколько минут они уже сидели в гостиной и молча пили чай. Тягучая атмосфера грусти немного разразилась, сменившись напряженной тишиной. - Итак. – первой решила говорить Аврора. – Теперь, когда ты, надеюсь, немного расслабилась, мы начинаем наш сеанс психотерапии. Так вот, что тебя беспокоит? И под «что беспокоит», я имею в виду «что, черт побери, сделал отец на вашем свидании». Поскольку, то, что я вижу, кроме как депрессией ничем другим не назовешь. – тут она заметила, что Флаттершай опустила голову и начала тихо всхлипывать. Аврора снова глубоко вздохнула, и столько сочувствия было в этом вздохе. Как к маленькой собачке, которую хозяева выбросили в дождливую погоду. Не произнеся ни слова, Аврора подсела к Флаттершай и обняла ее. – Ну все-все… Теперь, расскажи, что произошло. Немного помявшись из-за того, что белая пегасочка обняла ее, Флаттершай аккуратно высвободилась из «захвата» и рассказала то, что произошло за эти несколько часов. Когда она закончила, на лице Авроры было недоумение, перемешанное с яростью. - Я его убью… - прошипела Аврора, стукнув копытом о копыто. Ее правый глаз на секунду вспыхнул. - Не надо, Аврора. – попыталась успокоить подругу Флаттершай и снова опустила голову. – Это не поможет… Просто… Успокойся… - Да как я могу быть спокойна, когда эта das Arschgesicht (сволочь) так поступила с моей подругой!? – вспылила Аврора, но как оказалось, этот вопрос был лишь легким ветерком перед парадом немецких ругательств. – Я этому der Schwanzlutscher (уебку) его темное эго запихаю прямо в der Arsch (задницу)! Чтоб этому der Fotzenlecker (пиздолизу) неповадно потом было! Удивительно, что ты остаешься такой пассивной в моменты, когда этот der Mistkerl (мудак) открыто шлет тебя в пешее эротическое! Далее же Аврора начала говорить на чистом немецком, да с такой экспрессией, что ей не хватало лишь усиков, чтобы полноправно называться Гитлером. Флаттершай пыталась остановить этот поток отменной брани, но Аврора все не могла успокоиться. Стихло это цунами само по себе, минуты через три. Теперь же, белая пегасочка часто дышала, а взгляд ее был устремлен в никуда. Так продолжалось еще около минуты, после чего она медленно перевела взгляд на полностью охреневшую подругу. Видя ее шок, Аврора прикрыла лицо копытом и начала тихо посмеиваться. - Извини… - сказала она. – Я и сама не ожидала, что во мне проснется Гитлер. - Г-гитлер? – переспросила Флаттершай. - Долго рассказывать. Вижу, от моей тирады, твое настроение немного улучшилось. - Не сказала бы… - выдохнула Флаттершай и отхлебнула из своей чашки. – Знаешь, я думала, что смогу достучаться до Джека. Точнее, до него настоящего, но… Он просто закрывается и старается уйти от этого, как от пожара. Не знаю, может, он боится показывать, что чувствует на самом деле или он действительно тот, каким показывает себя. Мне уже нет дела до этого… Если уж хочет быть монстром, то пусть будет… - ЧЕГО-ЧЕГО!? – воскликнула Аврора, но чай пошел не в то горло, и она подавилась. – Ты… Кхе-кхе… Ты сдаешься? - Наверное, да… - совсем уж тихим голосом ответила Флаттершай. - Ты, что, с ума сошла? - Думала, да… После всего того, что я видела и в чем участвовала, усомниться в своей психике – вполне логично. А Джек… Я… Я просто устала… Больше года я стараюсь достучаться до него, показать, что есть в этом мире что-то важнее его мести, но словно бьюсь головой в закрытую дверь. Кажется, что еще чуть-чуть, и я смогу открыть ее, дать волю тому, что он пытается удавить в себе, но каждый раз на этой двери появляется новый замок. Рано или поздно, терпение кончается у всех. - М-м-м… - понимающе кивнула Аврора. – Ты права, Флаттершай. Я не могу и не имею права уговаривать тебя дать отцу еще один шанс, но просто обязана сказать, что… Я тоже не смогла достучаться до него. – желтая пегасочка подняла на подругу удивленный взгляд. – Да, Флаттершай, я тоже не смогла, хоть и знаю его двадцать лет. Просто… Он такой, какой есть – саркастичный, холодный, кровожадный ублюдок, одержимый своей местью. Хочешь я скажу тебе то, что отец вряд ли кому-то скажет? – утвердительный кивок. – Отец полюбил меня не сразу, как нашел. Может, в своей интерпретации, он рассказывал, что полюбил меня чуть ли не с первого взгляда, но это не так. В первые годы, он часто оставлял меня на Бегемота, а сам пропадал в поисках информации, которая помогла бы ему попасть в Эдем, а когда мне стукнуло семь лет, что-то переменилось. Именно тогда он стал больше времени проводить со мной, играть, воспитывать. Делать то, что и должен делать отец. Семь лет потребовалось ему, чтобы понять, что он чувствует ко мне. Семь лет, Флаттершай… Конечно, я понимаю, что этот срок – пыль для Древнейших, а для простой смертной - огромный срок, но я не обижалась на него из-за этого. А все потому, что с момента, как он почувствовал себя отцом, я получала все то, что могла бы получить за эти семь лет, а, может, и больше. Он никогда не говорил мне: «Я люблю тебя, Ави». Никогда не говорил, но я понимала, что это так по тому, что он делал. Он раскрылся сам, без посторонней помощи или толчков, которые пытаешься сделать ты. Отец никогда не скажет того же и тебе, но он будет делать все, чтобы ты не усомнилась в этом. Я ни в коем случае его не обеляю, мой отец – та еще гнида, которая порушила и порушит еще не одну судьбу, но он никогда не испытывал чего-то кроме ярости и боли. Он слепнет из-за них, подчиняется им даже, когда улыбается и говорит, что все хорошо, но, на своем примере могу сказать, что даже из Тьмы может литься Свет. - Я знаю это, Аврора. – утерев очередную слезу, сказала Флаттершай. – И я пыталась донести это ему, но… - Да не нужно пытаться что-то вдалбливать ему в голову. Отец – не смертный и у него нет души, которая влияет на эмоции. Он и так прекрасно знает, что месть не принесет ему никакого удовлетворения и пытается найти того, кто сможет заполнить ту дыру, что пробита в нем. - Тогда, почему он всех отталкивает? Если уж ему кто-то нужен… - А-а-а, вот тут в силу вступает его ярость. То, что с ним сделал Свет, заставляет его думать, что никому нельзя доверять. Но где-то внутри себя он понимает, что нет ничего плохого в том, чтобы завести друзей. Как ты думаешь, почему он вообще начал общаться с тобой, остальными, с Бегемотом и демонами? - Бегемот – его должник. Он же заключил с ним сделку и… - Да не заключал он сделок с Бегемотом! – выпалила Аврора. – Устное соглашение не равно метка, которую он оставляет должникам. А если бы и так, то после же победы над Люцифером, отец бы поубивал всех демонов одним щелчком пальцев и пошел бы по своим делам, не спас бы меня и уже давно бы вырезал всю Эквестрию. Почему он не сделал этого, по-твоему? - Я не знаю. – тихо ответила Флаттершай. – Потому что находит во всех выгоду? - И не только. Он не уничтожил демонов потому, что чувствует в них что-то от себя. Он знает, что они могут понять его, так как, в каком-то смысле, они – это его создания. - Тогда, почему Джек не убил нас? - Да потому что вы стали ему интересны. Может, сначала, он и использовал вас для чего-то, но потом, когда стал изучать и к чему-то пришел. Если бы он был таким же, как и в мире людей в первые года моей жизни, то он бы не согласился «попробовать» начать отношения с тобой. - Он толком и не попробовал. Сразу все бросил будто бы… Не знаю даже… Испугался этого… - А-а-а, так вот оно что… - протянула Аврора и отвела в сторону задумчивый взгляд. – Знаешь, Флаттершай, мне кажется, что это неспроста. - Что ты имеешь в виду? – не поняла пони. - Хм, а ты не видишь? Ну тогда настало время спойлеров. Говоришь, отец мог испугаться того, к чему все шло? Ты права, только подобрала не то слово. Даю голову на отсечение, что отец что-то почувствовал, пока был в твоей компании. Что-то такое, что было ново для него. - Ново? – Флаттершай все еще не понимала, к чему клонит Аврора. - Что бы там ни произошло между вами, ты, скорее всего, пробудила в нем что-то такое, что заставило его усомниться в важности своей мести. А так, как месть, для него, - самое важное, он видит в этом смысл своей жизни. Он не видит других путей, а когда начинает видеть, то на сцену выходит его ярость, которая буквально кричит ему, что все это глупость, есть только один вариант и прочее. Я… Моя мысль понятна? Флаттершай на несколько секунд задумалась. Слова Авроры добрались до самых глубин ее сознания, и перед глазами встала одна простая истина – Джек просто душевнобольной, который вроде бы и пытался сделать задуманное, но при этом искал тех, кто сможет остановить его. Видимо, он понимал, что сам никогда не остановится, и ему просто был нужен тот, кто возведет между ним настоящим и его яростью непробиваемую стену. Нелогично и пахнет биполярным расстройством? Похоже, так оно и было… - Понятна. – кивнула Флаттершай. Аврора облегченно выдохнула. - Ну и слава Макаронному Монстру. А то мне уже кислорода не хватает. - Но… Я это понимаю… Но не Джек. Даже, если он, где-то в глубине себя, нуждается в ком-то, он об этом никогда не скажет и тогда точно сделает что-то непоправимое. А я… Я больше не могу и не хочу чувствовать себя лишь его игрушкой. Это слишком больно. - То есть, ты все-таки сдаешься… - разочарованно произнесла Аврора. – Что ж, это твоя жизнь и твой выбор. Тогда, я, наверное, пойду. Сказав это, белая пони пошла в сторону входной двери, но ее остановил голос Флаттершай: - Ты не подумай, Аврора, я все еще люблю Джека и хочу помочь ему. Просто… - Я понимаю, Флаттершай. – ответила Аврора. – Я все прекрасно понимаю… Когда дверь закрылась, белая пегасочка наконец-то смогла показать, что ощущала в этот момент. По крайней мере, это отразилось на ее лице – ярость. Чудовищная по силе ярость, которая выходила из нее вместе с тихим рычанием, походящим на рычание пантеры, после чего она расправила крылья и полетела в сторону Холма Тени.

[ТАРДИС… Полчаса спустя]

- ТЫ ИДИОТ! Эта фраза, которую Аврора проорала на всю ТАРДИС, когда с размаху открыла дверь и чуть ли не штормом влетела внутрь. Джек, все еще лежавший на том же диване (только теперь он подкидывал плюшевый мяч), поднял голову и уставился на дочь ошарашенным взглядом. - Что? – совершенно спокойно сказал он, понимая теперь, что его дочь все узнала. - Что, спрашиваешь!? – голос Авроры гремел как гром во время бури. – Охуенно ты себя, наверное, чувствуешь, не так ли!? ТЫ… Ты просто… Снова последовал поток немецкой нецензурщины. И вновь Аврору можно было назвать Гитлером – слишком уж эмоционально она материлась. Джек, хоть и понимал, что стало причиной этой вспышке ярости, все равно выглядел ошарашенным, так как уже долгое время не видел режим фюрера, как он это называл. ТАКОЕ возникало только тогда, когда у Авроры была вспышка настоящей и неконтролируемой ярости. Минуты через три поток отборной немецкой брани стих. Ошарашенное выражение на лице черного пони довольно быстро сменилось на абсолютное спокойствие, которому бы позавидовали шаолиньские монахи. - Спустила пары? – таким же спокойным голосом сказал он. На лице Авроры отразилось желание повторить все, что она только что сказала в тройном объеме. – Лучше не отвечай… Я и без того знаю, что ты наезжаешь на меня из-за того, что произошло между мной и Шай. И что ты хочешь сказать теперь? - Что ты невообразимых масштабов идиот и зацикленный на мести ублюдок, который настолько сросся со своей яростью, что просто боится проявить хоть немного «человечности» по отношению к кому-то другому. - Будешь говорить, что мне нужно постараться открыться Флаттершай, дать возможность выйти чему-то помимо злобы и прочее? Мы это уже проходили. - Ты даже не попытался. – в голосе белой пони появилось презрение. – Сам предложил ей это, но, в конце концов, бросил ту, которая любила тебя всем своим сердцем. - Плевать, на то, что я это предложил, как и на то, что эта смертная сохнет по мне, если это отвлекает от Цели. – голос Джека стал жестче. Он уже не был таким беззаботным, как раньше. Сейчас он напоминал гром. - А я никому и ничему не позволю вставать между мной и смертью Хедейра. Уясни это, Аврора, и реши, на чьей ты стороне! - Я на твоей стороне, пап, но… - Другое не имеет значения. И если ты хочешь пойти войной на Эдем, то должна быть хладнокровной. Такой, которой будет все равно на чьи-то беды, эмоции и прочее. Именно такое существо достойно того, чтобы стать новым императором Хельрейма. - Новым императором? – вся ярость в голосе Авроры тут же испарилась, сменившись недоумением. – Что… Что ты имеешь в виду? Джек глубоко вздохнул – скрывать правду теперь было бесполезно. - Не хотел говорить тебе об этом ДО победы над Хедейром, но раз уж это всплыло, то просто не имею права лгать тебе. – Да, я хочу сделать из тебя наследницу своего мира, Ави. После того, как мы уничтожим Хедейра и опустошим Эдем, нам придется уйти в Хельрейм. Я сольюсь с Ядром Тьмы и стану полноценной частью своего мира, но оставить его без правителя я не могу. А ты, Аврора, - единственная, кому я могу доверить что-то столь ценное для меня. - Это… Это, конечно, очень здорово и щедро с твоей стороны, пап, но мы сейчас не об этом говорим. Сейчас, мы обсуждаем то, что ты сказал Флаттершай. - А мне казалось, что с этим мы уже закончили. И эту тему я не собираюсь обсасывать с очередной стороны. Все закончено, и ты не переубедишь меня. - Просто поговори с ней, пап. Если уж ты хочешь порвать с ней, то разойдитесь мирно, чтобы обоим не было больно. Знаю, тебе, скорее всего, не больно, но вот Флаттершай... У нее натуральная депрессия. Все, о чем я попрошу тебя, это сходить к ней и разобраться во всем, как взрослые пони и Древнейший. Без всяких ссылок на то, что «так надо, потому что я должен мстить брату». Нормально объясни ей почему так случилось и все. - Уже объяснял и не раз. Если такая непонятливая, то я могу вбить эту мысль прямо ей в тыкву. Кстати, а это хорошая идея. Пожалуй, так и сделаю. С этими словами, он собирался было выйти из ТАРДИС, чтобы сделать что-то нехорошее, но его остановило копыто Авроры. - Что ты собираешься сделать? – настороженно спросила белая пегасочка. - То, что нужно было сделать давно, чтобы не было этого геморроя. – ответил черный пони. - Ты не убьешь ее. – прорычала Аврора и встала перед Темным, преграждая ему путь. - А кто сказал, что я убью ее? Так, только немного обезжизню… - Ты этого не сделаешь… - Иначе, что? – холодно спросил Джек и собирался было обойти дочь, но она не дала ему сделать этого. - Иначе, я остановлю тебя. Джек рассмеялся. Так, будто бы Аврора отпустила отличный анекдот. Он, конечно, знал, что в нынешнем обличии, его дочь была сильна, но никак не ожидал, что она решит пойти против него ради простой смертной. - Не смеши меня, Аврора. – отсмеявшись, сказал он. – Не стоит так пыжиться из-за какой-то смертной, коих во Вселенной миллиарды. - Каждый заслуживает жизни, отец. Прекрати даже думать о том, что задумал, и тогда никто не пострадает. - Вот значит, как. Неповиновение от собственной дочери. Отойди в сторону, Аврора, и не мешай. Обо всем поговорим, когда это закончится. На этом он собирался пройти мимо Авроры, как пегасочка с силой, которая свойственна только Древнейшим, отшвырнула его в сторону бара. На скорости, Джек разбил стеклянные полки, на которых стояли бутылки с алкоголем, как, в принципе, и сами бутылки, разлив их содержимое по полу, после чего, со звуком хруста стекла, плюхнулся на пол. Долго разлеживаться он не стал и резко вскочил на задние копыта, облокотившись на стойку передними. - Сильна… - тихо протянул он и втер с лица остатки не то коньяка, не то бренди. – На первый раз, спускаю тебе эту выходку, но во второй раз буду вынужден сделать то, чего очень не хочу. - А я предупреждаю тебя, что не дам совершить задуманного. Хочешь убить Флаттершай только потому, что считаешь, что чувство, которое испытал, неправильное? Только через меня. - Почему тебе так важно, чтобы у меня со смертной что-то было? - Потому что я вижу, каким ты становишься с ней - таким же, каким становился со мной – добрым и не зацикленным на злобе. Тем, кем ты являешься. - И что же ТЕБЕ принесла эта доброта, Ави? – ехидно улыбнувшись, спросил Джек. – Я помню, как ты убивалась по этому уроду, когда он поливал тебя помоями, а потом и вообще убил. - Это ты хороший пример привел. Очень хороший… Да только я все равно не позволю тебе сделать того, что ты задумал. - Ну тогда, мне придется сдвинуть тебя с места. – ответил черный пони, перепрыгнул через барную стойку и угрожающе пошел в сторону Авроры, полагая, что она все-таки отступит. Хрена с два... Аврора не то что не отступила, но даже шага назад не сделала, встав в позу «готова защищаться». Но, как выяснилось через несколько секунд, угрожающий подход Темного к ней был не более, чем фикцией, поэтому первый удар нанесла именно белая пони. Джек снова улетел в сторону бара, зацепившись задними копытами ха стойку, отчего резко перевернулся головой вниз, вновь оказавшись лицом в элитном алкоголе. - Ну нет, с меня хватит… - прошипел черный пони и резко выскочил из-за бара. Теперь же он решил действовать наверняка, чтобы поставить дочь на место. Нет, он не собирался наносить ей серьезные травмы (да и несерьезные тоже). Просто, ему нужно было повалить Аврору на лопатки, чтобы угомонить ее строптивость и неповиновение, но каков же был его шок, когда после своего замаха, он увидел, что Аврора увернулась и, с разворота, врезала ему задним копытом прямо в скулу. Удар был довольно мощным, и Джек вновь отправился в полет, да только не в сторону бара, а в один из своих диванов, только валяться долго он не собирался. Тут уже Аврора совершила ошибку – подошла слишком близко. Только она это сделала, как черный пони резко поднялся, схватил ее за плечо и поднял на расстояние своего вытянутого копыта. - Угомонилась? – совершенно спокойно спросил Джек и вытащил уз себя из лица застрявший в черной плоти осколок стекла. Белая пони же пыталась вырваться из хватки своего отца, но пока у нее не получалось. – Угомонись… Я не хочу причинять тебе вреда. - Я тоже не хочу, но ты меня вынуждаешь. – прошипела Аврора, качнулась назад, потом резко вперед и ударила Джека задними копытами в нижнюю челюсть. Хватка тут же ослабла, и белая пони была освобождена. Ждать, пока Темный придет в себя она не стала и пошла в нападение. Вот тут уже Джек решил действовать, да только в атаку пойти пока не мог, так как Аврора наносила удары довольно быстро. Это были бессистемные удары, которые относились и к каратэ, и к кунг-фу, и тхэквондо, и даже удары из бокса. Джеку не составляло огромного труда отражать их, но и Аврора тоже была не промах, и была быстра, как гепард. В ходе потасовки, они неслабо так помяли друг друга. У Авроры были рассечены бровь и нижняя губа. Кровь, одновременно черная, золотая и алая, вытекала тоненькими струйками и изредка капала на пол. Джек же почти не отличался от дочери, только вот каким-то невообразимым образом белой пегасочке удалось порвать ему щеку до уха, отчего она напоминала улыбку. Повсюду был настоящий хаос, перемешанный с брызгами черной жидкости и крови полукровки. Они стояли друг напротив друга и пытались отдышаться. - Ну что, достаточно тебе? – выпалил Джек, сплюнув на пол черный сгусток. – Видишь, что ты заставила меня сделать? И все из-за какой-то смертной. - Ага, из-за смертной, которая может вытащить тебя из болота ненависти. – ответила Аврора. – И если придется вбивать в твою голову эту мысль, то я сделаю это. Пап, я понимаю, что ты хочешь покоя, но его можно достичь и другими путями. - Ни за что… - прошипел Джек голосом, который был чем-то средним между его хрипловатым тоном и дьявольским голосом. – Этот поступок можно отмыть только кровью и ничем более. Хватит пытаться сделать меня счастливым, если это не относится к делу, поскольку это приводит именно к этому. – он окинул взглядом полуразрушенную главную комнату. – Если уж моя собственная дочь собирается надрать мне задницу из-за смертной, то к черту вообще какие-либо отношения. - Ты даже не пробовал. Так, пару недель поизображал, а потом выбросил. Хоть с кем-то, кроме меня, ты был искренним в этой жизни? Правильно, нет. А все потому, что не знал других эмоций, кроме ярости, которую сделал свей основной. Понимая, что эту демагогию можно продолжать вечно, Джек вновь попытался броситься в сторону Авроры, чтобы схватить ее и повалить на пол, но белая пегасочка перехватила его копыта. Держала она крепко, не с ангельской силой. - Ярость застилает тебе глаза. – продолжила она. – Говоришь о том, что император Хельрейма должен быть хладнокровным и не обращать внимания на боль и страдания других, но сам же руководствуешься одной яростью. – тут она заметила, что Джек начал угрожающе и злобно рычать. – И вот опять. Ты злишься, потому что, в глубине себя, понимаешь, что я права. Ты же и сам пытаешься найти себе компанию, чтобы заполнить дыру. Иначе, почему ты не убил Бегемота, прочих демонов, почему оставил меня и почему не начал убивать всех направо и налево. Оставь старый путь и начни двигаться вперед… - НЕТ! – зарычал черный пони и с силой оттолкнул Аврору. Она упала на один из диванов и перевернулась вместе с предметом мебели. Тут же она увидела, как в диван воткнулись два черный лезвия, после чего он быстро поднялся в воздух. На Джека уже было страшно смотреть. Было видно, что он потерял последние крупицы самообладания и теперь ничего не видел, и не соображал. Громко зарычав, черный пони разорвал диван надвое и начал втыкать свои «орудия» в пол, где лежала Аврора. Черные пики втыкались в нескольких миллиметрах от боков, шеи, копыт белой пегасочки, но ни одно не было направлено в голову. Через пару секунд, Аврора уперлась спиной в стену. Джек продолжал наступать и теперь замахнулся одной из своих пик, метя дочери прямо в сердце. Глаза его уже не то что светились оранжевым – из них выходила самая настоящая дымка того же цвета, взгляд был затуманен, что говорило лишь о полной потере контроля над собственными мыслями и действиями. Начали, как говорится, за здравие, а кончили за упокой. Но это не мог быть конец для Авроры… Только не так… Только не от орудия своего отца… С этой мыслью, белая пони с силой ударила Темного в район солнечного сплетения. Тот вновь улетел в сторону… На сей раз, тело Джека полетело в сторону рояля. Удар был настолько сильным, что музыкальный инструмент просто переломился на две половины, и они встали так, что, вместе с рваными краями, образовывали острый угол. А когда черный пони поднял голову, то стало видно, что Темный снова принял нормальный облик – взгляд был осмысленным, и он не пытался напасть вновь. Медленно, он перевел взгляд на Аврору, которая стояла в десяти метрах от него, а на ее лице было выражение, которое Джек боялся увидеть больше всего – страх. Увидев, что черный пони пришел в себя, белая пегасочка быстро сделала из своей темной материи нагинату, которую резко воткнула в его грудь, тем самым пригвоздив Темного к полу. На пару секунд повисло напряженное молчание. - Ты очень хорошо привел пример со мной и Бобби. – внезапно заговорила Аврора. – А знаешь, почему? Ты прав, были моменты, когда мне было несладко с ним, но я все равно любила его. Никого не напоминает? Например, тебя и Флаттершай… Я, как и она, любила Бобби так же, как эта смертная, как ты говоришь, любит тебя. А теперь, ты поступаешь так же, как и… Ну, думаю, ты понял мою мысль… Напомнить тебе, чем все закончилось. Пап, я знаю, что ты слишком долго закрывался за своей яростью, считая, что другое не имеет никакого значения, но в мире есть что-то куда более важное, чем месть. Она лишь пожрет тебя, как червь, что прогрызает яблоко, и не оставит ничего. Так просто нельзя жить… Говоришь, что ищешь веселья в полном хаосе? А приносит ли оно тебе истинное наслаждение? Я не говорю об опьянении, музыке, которая тебе так нравится и прочей аморальной фигне, за которой ты пытаешься закрыться. Я имею в виду истинный покой. Ты же почувствовал, что есть вариант без кровопролития, когда я была ребенком. Сам посмотри, тебе почти… Я даже не знаю сколько лет, а ты ведешь себя, как обиженный ребенок, который ломает все игрушки обидчика, надеясь, что этим он сможет как-то восстановить справедливость, но это никогда не принесет тебе того, что ты хочешь. И ты это знаешь не лучше меня. Сказав это, Аврора медленно отошла назад от полулежащего Джека, не вынимая орудия из его груди, после чего, довольно быстро отошла в сторону выхода из ТАРДИС. Но прежде, чем выйти, она снова повернулась к отцу и сказала: - Я понимаю, что ты, скорее всего не послушаешь меня и убедишь себя в том, что все это – хрень, но я прошу тебя лишь об одном – просто попробуй. Не так, как ты делал это до сегодняшнего дня, а нормально. Может, это принесет тебе нужный покой… На этом Аврора покинула ТАРДИС. Джек остался один, прикованный к полу, словно картина, повешенная на гвоздь. Так, черный пони просидел всего несколько секунд, после чего вытащил темную нагинату из своей груди и отбросил в сторону, но вставать и делать что-либо не спешил. Он просто откинулся назад, облокотившись на разломанный рояль и прикрыл глаза. - Нет мне покоя… - тихо произнес он. – Ни до, ни после…

[Дом Флаттершай… Вечером]

День выдался солнечным и довольно теплым. Самая погода для того, чтобы прогуляться на речку и искупаться в прохладной воде или для того, чтобы устроить пикник с друзьями где-то на окраине Вечнозеленого леса. А вечер… Теплый, безоблачный вечер, который иногда разбавлял прохладный несильный ветер. Идеально для прогулок… Да только депрессия убивала все желание выйти наружу и проветриться. Вот и Флаттершай сидела дома. Настроение было хуже некуда, даже разговор с Авророй не помог ей. Уже второй раз она впадала в такое состояние, но ощущения были странными. Они были такими же, как и в первый раз, но при этом, пегасочка могла обдумать эту ситуацию. Может, это было связано с тем, что она действительно начала уставать от закидонов Джека и смирилась с его полным безразличием, то ли просто наступило эмоциональное опустошение. Если в тот раз она знала, что Джек сделал то, что сделал под действием ярости, то здесь он был абсолютно спокоен и руководствовался лишь своим извращенным мировоззрением. И от этого было еще противнее. Ярость могла отступить, а вот переубедить настолько упрямое существо в его неправоте было куда сложнее, если не невозможно. Так, в депрессии, и закончился бы этот день, если бы во входную дверь дома пони не постучали. Видеть сейчас не хотелось никого, поэтому Флаттершай решила просто проигнорировать нежданного визитера. Да только гость не собирался уходить и продолжал стучать в дверь. Через пару минут стук начал действовать пегасочки на нервы, и она решила выяснить, кем был настойчивый некто. Но когда она открыла дверь и собиралась сказать, что гостей сегодня не принимает, просто встала столбом. За дверью никого не было. Неужели, показалось? Да нет, стучали довольно долго и продолжали стучать даже когда она подошла к двери. Не мог же некто просто провалиться сквозь землю. Хотя, учитывая то, какие существа могут жить, Флаттершай уже ничему не удивилась. Либо это был какой-то шутник, который успел спрятаться, либо… Закончить свою мысль пегасочка не смогла, так как буквально перед ней упало что-то крупное и черного цвета. От неожиданности пони отступила на несколько шагов назад, но когда пригляделась, то увидела, чем оказалось это нечто. Это был букет. Крупный, может быть тридцать или тридцать пять цветов. Странных, похожих на розы, только с более крупными бутонами, которые переливались черным и серыми красками. Стебель, как и листья, был чистого черного цвета. - Что это? – тихо спросила Флаттершай и дотронулась копытом до одного из бутонов. На ощупь они были приятными, словно покрытые бархатом, но такие холодные. Будто бы их долгое время держали в холодной воде. Но отрицать, что букет был прекрасным, даже она не могла. И тут она заметила небольшой то ли картонный, то ли бумажный квадратик, что был закопан в цветы. Вытащив его, Флаттершай увидела, что это была записка, написанная знакомым, идеальным почерком: «Приходи на Холм Тени к полуночи. Нужно поговорить.» И все… Ни имени, ни чего-то еще. Да только Флаттершай не требовалось ничего такого, чтобы понять, кто именно оставил эту записку и букет. К полуночи на Холм Тени? И о чем де он хочет поговорить? Хочет извиниться или снова скажет ей о том, что это лишь какое-то притворство непонятно для чего? И почему именно полночь? Вопросы, вопросы, а ответов нет. И способ узнать все это был только один – прийти на Холм Тени и увидеть все своими глазами. Только не к полуночи, а сейчас. Но прежде нужно было разобраться, что делать с цветами. Флаттершай могла сказать точно, что таких раньше никогда не видела, а потому не знала, нужен ли им какой-то уход и вода. В конце концов, пегасочка решила поставить их в воду, так сказать, на всякий случай. Какого же было ее удивление, что вода, которую она набрала в вазу, при контакте со стеблями быстро превратилась в лед. - Видимо, вода не нужна… - тихо сказала Флаттершай и отложила цветы на стол.

[Холм Тени… Через час]

Она стояла перед ТАРДИС. Уже около десяти минут Флаттершай просто стояла перед этой синей полицейской будкой полтора на полтора метра, только вот заходить внутрь не спешила. Ее сознание то и дело бомбили мысли о том, что все это ошибка, что наступать на те же грабли в третий раз не стоит, что даже, если Джек захочет извиниться, то надолго ли его хватит потом. Слишком уж хорошо она изучила его за то время, что они знакомы. Как же ей не хотелось, чтобы снова было больно, но другая часть ее сознания говорила о том, что нужно проверить, мало ли это не окажется обманом. И Флаттершай решила послушать именно второй голос. Но когда она открыла дверь, то увидела то, что уж никак не ожидала увидеть. В гостиной будто бы ураган прошелся, другими словами просто не описать. Тихо просочившись внутрь, пегасочка начала оглядывать помещение. - Шай? Хрипловатый голос Джека мгновенно оторвал Флаттершай от созерцания прошедшей бури. Видимо, черный пони сам не ожидал, что она придет к нему так рано. Это виделось в по-настоящему удивленном выражении его лица. - П-привет. – тихо сказала пегасочка. - Привет. Честно сказать, я ожидал тебя к полуночи, а не к девяти. Ты уж извини, у меня тут маленький беспорядок. - Что у тебя тут вообще произошло? Здесь словно дракон прошелся. - Ха-ха-ха, нет, Шай, драконов тут не было. - Тогда, что тут бы… Она не успела закончить свое предложение, так как, сделав шаг вперед, вляпалась во что-то. Подняв переднее копыто, пегасочка увидела, что этим чем-то была жидкость одновременно алого, золотого и черного цветов. - Я же говорил, что ты немного не вовремя. – улыбнулся Темный, видя реакцию пони. - Что это? – спросила Флаттершай. - Это… - протянул Джек, не зная, что ответить. Говорить о потасовке с Авророй не хотелось совершенно. Почему-то на это ему было не плевать. – Как тебе сказать, Шай… - Давай, как есть. - Это кровь Авроры. Сказать, что Флаттершай была в шоке, услышав такое заявление, это ничего не сказать. Тут же у нее возникло резкое желание вытереть копыто и уйти отсюда куда подальше. Видимо, Джек почувствовал это желание, поскольку снова начал посмеиваться. - Именно поэтому я написал про полночь. У меня вообще ничего не готово. - Что произошло? – более настойчиво спросила Флаттершай, а потом перед ее глазами встала сцена из ее дома, где белая пегасочка сказала: «Я убью его». – Вы что, подрались с Авророй. - Что? – спросил Джек таким тоном, будто слова пони его обидели. – Мы… С Авророй, да подрались. Ха-ха-ха… Ха-ха… Ха… - тут он заметил взгляд Флаттершай, который прямо говорил, что скрывать что-либо бесполезно. – Ладно… Да, у нас была небольшая потасовка. - Я… - только и смогла произнести она, после нескольких секунд молчания. – Я в шоке… Ты… Ты просто… Подрался со своей дочерью. Да еще и так, что разнес весь свой дом. - Не хочу тыкать копытом, но Аврора первая пошла драться. Комната так разнесена, потому что моя тушка, зачастую летала по ней, как истребитель в чистом небе. Я лишь пытался успокоить ее. Ну там… Поднял ее над землей, пытался удержать, чтобы она не атаковала… Хотя, я понимаю, что это не оправдание. - Тогда, откуда кровь!? - У Ави были рассечены нижняя губа и бровь… Если тебе интересно, победителем вышла она, после того, как пригвоздила меня к полу. Да ты не переживай, регенерация у нее не хуже, чем у меня, так что все заживет очень быстро. М-да… Наверное, надо было сказать, что ей не следует к тебе идти. Совсем я забыл, что за своих друзей, Ави любому порвет глотку. - Ага… - тихо произнесла Флаттершай, не зная, что говорить в такой ситуации. – Тогда, я, наверное, пойду. - Да чего уходишь, раз пришла? – усмехнулся Джек. – Тебя ведь привел интерес, не так ли? Ладно… Да ты проходи, не стесняйся… Мне нужно будет только несколько минут, чтобы закончить. - Закончить что? – не поняла пегасочка. - А это, моя дорогая, маленький сюрприз. Если расскажу, будет не так интересно. В голосе Джека было что-то необычное. Он говорил так жизнерадостно, без намека на прежнюю мрачность, а на лице была искренняя добродушная улыбка. - Хочешь узнать, что это за сюрприз? – заговорщицки спросил Джек. - Ты… Поговорить хотел о чем-то… - немного неуверенно сказала Флаттершай. На ее удивление, черный пони лишь дружелюбно рассмеялся. - Успеется еще. Кроме того, я не уверен, что ты хочешь идти домой под дождь. - Дождь? – как-то недоверчиво переспросила пегасочка и подошла к входной двери, после чего открыла ее. Джек был прав – лило, как из ведра. – Это ведь ты сделал, не так ли? - Допустим… - протянул Темный, неопределенно махнув копытом. – Да и какая разница, в принципе? - Джек… - тихо произнесла Флаттершай, опустив голову. – Чего ты от меня хочешь? Снова поиздеваться? - Поиздеваться? С чего ты решила, что я решил поиздеваться над тобой? - ПОТОМУ ЧТО! – внезапно воскликнула Флаттершай, резко повернувшись в сторону Темного, чем неслабо удивила последнего. - Потому что ты – озлобленный маньяк, которому нравится издеваться над другими. Потому что ты получаешь от этого удовольствие… Больше она сказать просто не смогла. Горечь, что душила ее весь день, сейчас, начала выходить в тяжелых слезах, начавших капать на пол. - Шай… - протянул Джек таким голосом, которого Флаттершай, до этого, не слышала ни разу. Она толком и сказать не могла было ли то, что она услышала правдой или очередной попыткой втесаться к ней в доверие, но, если уж это и было имитацией, то очень хорошей. А что же такого необычного было в тоне черного пони? Сочувствие и какое-то не то сожаление, не то что-то похожее. После этого послышался довольно глубокий вздох. – Хм… Наверное, это справедливо… Справедливо после того, что я наговорил тебе. Я знаю, что ты злишься на меня и думаешь, будто я пригласил тебя ради того, чтобы вновь стать твоим «другом», чтобы потом вновь поиздеваться над тобой. Я это знаю и понимаю, почему ты так думаешь. Но… Я бы хотел изви… - тут он запнулся. Флаттершай подняла на него заплаканные глаза полные удивления. - Что? – всхлипнув, спросила она. - Я бы хотел извити… - Джек говорил это так, будто последнее слово он выдавливал из себя, словно воду из губки. - Что!? – снова спросила Флаттершай и утерла глаза. - Я… Я просто хочу сказать, что… - черный пони натужно выдохнул. - J'aimerais m'excuser. - Что!? – в третий раз переспросила пегасочка. - Эх… - протянул Темный. – Я думал, это будет куда проще… - Проще, что? Послушай, если ты хотел просто как-то странно пошутить или, опять же, поиздеваться, то прошу тебя, не надо. Если мы все еще друзья, то… - Прости меня… - наконец выпалил Джек и снова глубоко вздохнул. – Ну вот, я это сказал. - Ч-что? – переспросила пегасочка и ошарашенно уставилась на Джека. – Ты… Просишь прощения? - Никогда этого не делал, так что понимаешь, насколько мне сложно говорить это, но да… Я действительно прошу у тебя прощения, Шай. Думаю, мне стоит пояснить, чем вызвана такая резкая смена поведения и… Прочего… Просто… Вы все оказались правы на мой счет. О том, что я слишком уж зациклился на своей мести и злобе по отношению к Хедейру. Я очень долго живу на этом свете, Шай, действительно очень долго, но за все свое бытие я не испытывал чего-то другого, кроме ненависти. А в один момент я почувствовал кое-что иное. Чувство, которое я считал неестественным и ненужным для себя. Я не говорил этого, но и отцом Авроры я почувствовал себя далеко не сразу, а только в тот момент, когда ей стукнуло семь лет. А когда Ави погибла, мое воспаленное местью существо сделало для себя не самый лучший вывод, о котором ты, скорее всего догадалась. Именно поэтому я закрыл для себя другие эмоции, искренне полагая, что мне не нужно ничего, кроме покоя. Я знаю, что мои слова кажутся слабой попыткой надавить на твою доброту и жалость, но нет… Жалость мне не нужна, как и нет желания давить на твои эмоции. Просто, я считаю, что должна это знать. А вот теперь я скажу тебе, почему я решил поставить точку в том, что предложил тебе сам. Понимаешь… Когда мы с тобой лежали под тем деревом, ты сказала, что увидела, что я о чем-то задумался, а я ответил, что это чушь. Это не чушь… - тут он цокнул языком, а на его лице вновь появилось задумчивое выражение. Такое, будто он пытался подобрать нужные слова. – Наверное, то, что я сейчас скажу, покажется тебе самой большой ложью или фантастикой, в особенности, если учитывать мой, как ты говоришь, лозунг «Все лгут», но… - Джек снова цокнул языком. – Я кое-что почувствовал… Странное, теплое ощущение, которое не могу описать словами, но оно появлялось в те моменты, когда ты целовала меня. Тогда, под деревом, я задумался о том, что, может, мне действительно стоит бросить все свои планы о мести и попробовать найти покой в чем-то другом. Но это новое чувство показалось мне неправильным, неестественным для меня и что моя месть – самое важное и единственное, что даст мне нужный покой. Головой-то я понимаю, что месть – далеко не единственный выход, но что-то внутри меня не дает мне принять эту истину. Хм… Можешь называть это проблемой с психикой, если так будет угодней. Короче… Я понимаю, что наговорил тебе всяких мерзостей, на что просто не имел права, и за это я действительно прошу прощения. Если уж ты хочешь остаться друзьями, то я как бы не против, но… Договорить он не успел, так как Флаттершай резко бросилась в его сторону и крепко обняла за шею. Тут же она почувствовала, как ее обняли прохладные копыта Темного. Когда она почувствовала это, то дала своим эмоциям взять верх и разрыдалась, уткнувшись лицом в плечо черного пони. - Ну, ну… - тихо сказал Джек и начал поглаживать пегасочку по голове. Хватка Флаттершай стала только сильнее. – Шай, ты меня задушить хочешь? Понимаю, что у тебя есть на то основания, но давай как-нибудь полегче. - Замолчи. – отрезала пони. – Просто, помолчи, пожалуйста. Дурак, дурак… Какой же ты дурак. - А обзываться-то зачем? – со смехом спросил Темный. Флаттершай подняла на него полные слез глаза. Тогда он понял одно – впервые, ему стало не по себе от такого взгляда. - Потому что, это ты. – снова уткнувшись лицом в плечо Джека, сказала пегасочка. – Такой древний, но такой… Дурак… Но… - сказала она после небольшой паузы. - Я рада, что ты понял насколько одержим. - Это еще не все, Шай. – ответил Джек. – Я и так знал о том, что одержим, но пытаюсь сказать совсем другое. Понимать, что у тебя есть проблема, а потом признать ее, это одно. Совсем другое – пытаться решить эту проблему. Я… Хочу попытаться стать… Добрее… Флаттершай, от переизбытка эмоций, уже и не знала, как реагировать на какое-либо заявление. Она просто продолжала висеть у него на шее, уткнувшись носом в холодное черное плечо. Но потом до нее таки дошел смысл слов, сказанных Темным. - Ты… Правда хочешь измениться? – спросила пегасочка и вновь подняла глаза на Джека. - Попытка, как говорится, не пытка. Только, на этот раз, я постараюсь сделать все по нормальному. Ну… Насколько у меня это получится, разумеет… Договорить ему не дали. Флаттершай, забыв все, что говорила Авроре до этого, и свою депрессию, вновь покорилась воле своих эмоций и резко подалась вперед к лицу черного пони. Этот поцелуй… Это чувство… Оно пришло не в виде теплой волны, как раньше, а словно мощный удар откуда-то изнутри. Джеку не было неприятно от этого, но и приятным это чувство не назовешь. Странное, такое неестественное. Оно не должно было возникнуть… Но почему-то, Темному не хотелось глушить это ощущение. Странное, непознанное – оно казалось ему чем-то интересным. Чем-то вроде начатого эксперимента, результат которого обещал сильно удивить ученого, что решил начать его. Тем временем, Флаттершай уже отпустила его и теперь просто крепко обнимала. - Джек… - тихо сказала она через несколько минут такого молчания. - Да, Шай? – также тихо спросил черный пони, не разжимая своих объятий. - Может… Эм… Пойдем, погуляем? Вместе… - А как же ужин? - Ужин? - Ага. – улыбнулся Джек. - Говорил это, но повторюсь, ты пришла немного не вовремя. Я уже заканчивал кое-что, но тут появилась ты. - Может, когда вернемся? – неловко улыбнувшись, сказала Флаттершай. Темный лишь пожал плечами. - Там дождь идет. Продрогнуть хочешь? - Ты же можешь его… ну… выключить. - И все-то она знает обо мне. – шутливо сказал Темный и провел копытом по гриве пегасочки. – Но, раз хочешь прогулку, то о’кей, пусть будет прогулка. Только… Не подождешь пару минут снаружи? Мне убраться нужно… Это быстро. Флаттершай, с улыбкой на лице, утвердительно кивнула и пошла в сторону выхода из ТАРДИС, все еще не веря тому, что смогла, наконец-то, смогла добиться начала изменений в Джеке. Но, когда она уже открыла дверь, то на секунду задумалась, а потом повернулась к Темному. - Джек, я… - начала она, но запнулась, будто бы подбирая слова. – Я очень рада, что ты хочешь измениться, и очень надеюсь, что тебе стало хоть чуть-чуть легче. На этом, она вышла. Как только входная дверь закрылась, улыбка на лице черного пони медленно поползла вниз, сменившись привычным холодным выражением. - Я тоже рад… - тихо произнес он. – Да только мне не легче… Сказав это, он взмахнул копытом. Весь беспорядок и поломанные вещи начали собираться и приходить в норму. Выглядело это так, будто черный пони отмотал время назад. Пока шел процесс, Темный подошел к двери и уже собирался было открыть ее, но снова повернулся в сторону главной комнаты. - Не легче… - повторил Джек и вышел на улицу, где его уже ждала Флаттершай.