Вселенная U: Кровавая История

      В замке принцесс началась жуткая толкучка. Прошло всего лишь несколько часов с тех пор, как вернулись Джек, Хедейр и, что удивило всех и вся, Дискорд. Было видно, что они что-то узнали за свой достаточно длительный поход. Принцессы даже спрашивать не стали, что именно произошло на территории, на которой находилась Кристальная Империя. Собственно, братья и сами не собирались посвящать кого-то в увиденное — слишком торопились. Начался самый настоящий переполох, в котором принимали участие абсолютно все: стражники Кантерлота, перевертыши, даже кристальные пони пытались как-то помочь в сборах. Твайлайт моментально перенеслась в Понивиль и вернулась назад с Элементами Гармонии. Единственными аутсайдерами во всей этой ситуации оказались Чешир и Аврора, узнавшие о том, что происходит лишь со слов Твайлайт, когда она была в Понивиле. Собственно, они тоже не собирались сидеть в сторонке — Аврора уж точно. Ей и раньше хотелось придушить Лилит, а теперь еще и повод появился. Когда же они с котом оказались в замке, происходящая там толкучка очень сильно удивила их. И ведь не соврала Твайлайт, когда говорила о том, что начинается что-то большое.       — Что здесь происходит? — ошарашенно произнес Чешир, оглядывая бегающих туда-сюда пони, кристальных пони и перевертышей, после чего подлетел к одному из подчиненных Кризалис и остановил его. — Уважаемый, не подскажите, почему такая паника?       Перевертыш явно был бывалым солдатом, так что вид говорящего и летающего кота с длинным телом не сильно смутил его.       — Королева и принцессы приказали собрать все войска, какие только можно, — ответил он, отмахнувшись от демона. — Все, мне некогда.       На этом он скрылся в толпе.       — Ну что? — спросила Аврора, когда Чешир подлетел к ней. На его морде было очень озадаченное выражение.       — Был приказ собрать войска, — ответил демон. — Большего мне не сказали.       — Да уж… Даже Твайлайт отмолчалась и удрала… Давай найдем отца и узнаем, что тут да как?       — Да, пожалуй. Думаю, он прольет свет на то, что здесь происходит.

***

      — Сколько у нас солдат? — спросил Джек, подойдя к принцессам и Кризалис. Все трое тут же повернулись к нему.       — Если брать из тех, кто на данный момент находится здесь, включая добровольцев, около тысячи. Может, больше… — сказала Селестия. — Но окончательный сбор еще не закончился. Может быть, будет больше.       — Сколько времени требуется на окончательные сборы? — спросил Хедейр, появившийся будто бы из-под земли.       — Думаю… — Кризалис немного задумалась. — Думаю, несколько часов. День — максимум.       — Это если не брать того, что нам еще нужно будет посвятить этих ребят в то, с кем они будут вынуждены сражаться, — сказал Хедейр Джеку на языке Древнейших.       — Да уж… — ответил черный пони на том же языке, после чего продолжил на обычном. — Ладно, продолжайте собирать армию и… Вам бы и самим не мешало подготовиться. Так как вы трое — маги, вам бы потребовались какие-нибудь заклинания: защитные, атакующие — мне все равно. Главное, чтобы они были достаточной мощности, чтобы противостоять демонам.       — Тогда я присмотрю за тем, как идет подготовка, — сказал Хедейр. Джек утвердительно кивнул ему, и второй Древнейший вылетел из окна.       — Что ж, тогда надо бы заняться…       — Пап?       Джек резко обернулся. Принцессы и Кризалис уже отошли в сторону, так что Темный находился один среди взбудораженной толпы. И тут, среди всей этой толкучки, показались Аврора с Чеширом. Пожалуй, среди всего происходящего, именно она была тем, что хотелось увидеть больше всего.       — Ави… — Джек подошел к дочери и приобнял ее. — Чешир… Рад видеть вас обоих.       — Я тоже, пап, но… Что тут происходит? Что-то выяснилось про Люцифера?       — Да, и многое… Первое — наш переломанный засел в Кристальной Империи, и я знаю, где именно находится это пропавшее королевство. И второе — начинается сбор войск, с которыми мы пойдем атаковать Люцифера.       — Сильно… — сказала Аврора. — Очень сильно, но… Ты уверен, что стоит брать их всех? Думаю, нас двоих вполне бы хватило…       — Нет, нет и еще раз нет, Ави. То, что у нас есть большая сила не значит, что мы сможем противостоять им с перевесом. Кроме того, у Люцифера есть армия, а это уже большой плюс им в копилку.       — Да брось… Ты же мне сам говорил, что Тьма — сильнейший Элемент.       — Ави, да, я помню, что я говорил, но… Но… У Люцифера тоже есть эта сила, так что… Подмога никогда не будет лишней. Кроме того, ты и сама понимаешь, что моя сила огромна, но далеко не бесконечна. И тем не менее, ее нужно держать под контролем.       — Ладно-ладно… Хорошо… Тогда нам тоже бы надо подготовиться и…       — Вообще-то… Я бы не хотел, чтобы ты принимала в этом участие.       — Ч-что? — Аврора встала, как громом пораженная. — Но… Но почему?       — Потому что я помню твое последнее столкновение с архангелом. Рафаэль тогда неслабо помял тебя, а мне не хотелось бы, чтобы ты пострадала.       — Со мной будет хорошо, пап. Это было давно, и я тогда не…       — Аврора! — более строгим голосом сказал Джек. — Нет, значит, нет. И это не обсуждается.       — Но я смогу защитить себя! И я хочу помочь!       — Я все сказал! Ты останешься здесь, в более-менее безопасном месте, и точка! Чешир, только попробуй отпустить ее, и я с тебя три шкуры спущу.       — К-как скажешь, хозяин… — заикаясь, сказал демон, уверенный в том, что его эта буря обойдет стороной.       — Ну уж нет! — Аврора выскочила перед Джеком, уже собравшимся уйти по своим делам. — Мне не пять лет, чтобы защищать меня от всего и всех. Я вполне могу защитить себя сама.       — Ты и понятия не имеешь о том, с кем нам предстоит сражаться, Аврора, а говоришь с такой уверенностью, будто это простой разведчик. Заруби себе на носу, что есть противники гораздо опаснее.       — Тогда, тем более, раз он такой опасный, тебе не помешает помощь! — не сдавалась полукровка.       — У меня достаточно тех, кто будет прикрывать спину, а ты, моя дорогая, останешься здесь.       — Мне удалось повалить на лопатки ТЕБЯ — Древнейшего, и ты говоришь, что я не смогу помочь?!       — Тебе удалось это сделать потому, что я дрался не в полную силу. Даже не на процент… Продолжать эту демагогию не вижу смысла — ты все равно останешься здесь.       С этими словами черный пони прошел мимо дочери, направившись к выходу из тронного зала. Удивительно, но за тот небольшой период времени, что они общались, помещение успело опустеть, так что Чешир и Аврора остались в гордом одиночестве.       — Миледи… — осторожно сказал кот и подлетел к пегасочке. — Если посмотреть на всю ситуацию под иным углом… Может, хозяин действительно прав?       — И ты туда же… — пробурчала Аврора. — Ну сколько можно говорить, что я уже не маленькая девочка, за которую нужно переживать. Что-то когда мы все шли в Гидриону, он не особо возмущался.       — Видимо, хозяин знает о старом короле что-то, чего не знаем мы. Его желание уберечь тебя от опасности вполне логично.       — Да я понимаю, но… Надоело сидеть без дела… А еще его забота… Я знаю, он хочет, как лучше, но…       — Хозяин уже один раз потерял тебя, Аврора, и не хочет допустить этого снова. Так почему это кажется тебе чем-то удивительным?       — Просто он… — Аврора глубоко вздохнула. — Наверное, ты прав, Чешир… Он сильно боится потерять меня, но… Не понимает, как при всем этом я боюсь потерять его. Раз уж в Люцифере засело что-то, о чем отец молчит, там заварилось что-то серьезное. Выяснить бы только что…       — Миледи… — более строгим тоном сказал Чешир. — Мне не нравится тот тон, который я слышу. В прошлый раз, когда мы играли в шпионов, хозяин застукал нас, а мне бы не хотелось, чтобы его угрозы стали реальными.       — Ты что, боишься? — с усмешкой сказала Аврора.       — Конечно, да, и мне не стыдно это признавать. Пусть энная часть угроз хозяина так и остается лишь словами, никому бы не хотелось сделать это реальностью.       — Отец ни о чем не узнает, — заговорщицки улыбнулась Аврора. — Это я беру на себя.       — Миледи, хватит! Тебя так и тянет к неприятностям!       — Такой уж у меня характер, — усмехнулась пегасочка и собиралась было выйти из зала, как увидела, что перед дверями кто-то стоит. Определенно, этот субъект не был знаком Авроре — высокий, крепкий, тело заковано в очень плотно прилегающую к телу броню, однако, где-то внутри себя она почувствовала что-то странное и, неожиданно, знакомое. Так же было, когда на нее напал Рафаэль, но тогда она могла объяснить это тем, что и сама была ангелом, пусть и отчасти. Однако, аура того, кто стоял перед ней, была намного… НАМНОГО… больше.       Тут уже и Чешир впал в ступор… Он ясно чувствовал, что в зале нет никого, кроме него и Авроры, а сейчас, когда увидел этого странного пони, всей своей сутью ощутил этот подъем энергии. Она буквально ударила ему в голову, отчего перед глазами поплыло, а сознание слегка затуманилось. Очень мощная аура, но слабее той, что была у Джека. Немного слабее…       — За те годы, что я следил за Салдавейроном и в последующее время, я многое слышал о тебе, но ни разу не видел воочию, — на лице незнакомца появилась улыбка. Его голос был низким и приятным для слуха, однако улавливалось в нем что-то, что было у черного пони. Возможно, интонация, с которой он произносил эти слова были схожими, а может, что-то еще.       — М-мы знакомы? — слегка ошарашенно произнесла Аврора, сделав шаг назад. За то время, что она жила в Эквестрии, у нее было достаточно времени, чтобы привыкнуть к ощущению аур вокруг живых существ. В том числе, и к ауре ее отца, так что она привыкла ощущать ее силу. Однако то, что она почувствовала от этого незнакомца, вызывало у нее лишь страх. Где-то внутри себя Аврора почувствовала, что ей следует держаться от него подальше. Или нет? В этот момент за ощущением опасности она ощутила, что может не бояться этого пони, словно сама ее суть разделилась на две половины, одна из которых буквально кричала ей об опасности, а вторая пыталась успокоить, заверяя, что все в порядке.       — Возможно, твой отец рассказывал обо мне, — ответил незнакомец и подошел ближе. Шкура его была серебристого цвета, короткая грива и пышные усы сияли своей белизной, а глаза переливались желтым и белым. — И я сомневаюсь, что в хорошем ключе.       — Я так погляжу, вы с ним знакомы… Только вот, с чего бы ему рассказывать мне о каком-то странном по…       — Он — не пони… — перебил ее Чешир и вылетел перед Авророй, словно загораживая ее своим телом. — Свет…       — Что? — не поняла Аврора и вновь взглянула на незнакомца, а в ее голову вновь ударило. Вновь что-то внутри нее говорило ей о том, что этот некто опасен и что все в норме.       — Думаешь, что раз убил ее единожды, я позволю тебе сделать это снова?! — необычным для себя голосом сказал Чешир — в нем отчетливо улавливалась агрессия и жажда защитить Аврору. — Я ни за что не позволю причинить миледи вред!       — Я не собираюсь причинять ей вред, демон, — ответил незнакомец и подошел чуть ближе. Чешир не отступал. — Мне нет нужды делать это…       — С чего я должен тебе верить, монстр?! — прорычал Чешир. — Я могу казаться слабым, но даже во мне есть сила, какая только может быть у демона.       ─ Кто-нибудь мне объяснить, что происходит?! — воскликнула Аврора и оттолкнула демона в сторону, после чего повернулась к незнакомцу. — Кто вы такой, черт побери?!       — Миледи, отойди от него! — воскликнул Чешир и собирался было вновь вылететь между полукровкой и странником, но его остановило черное щупальце, которое еще секунду назад было копытом Авроры. — Миледи, что ты делаешь?! Не подходи к нему!       — Успокойся, Чешир, — спокойно ответила Аврора и повернулась к незнакомцу. На его лице было небольшое удивление.       — Хм… У тебя есть его сила… Я удивлен…       — А я удивлена, что, зная меня и моего отца, вы все еще не представились, — огрызнулась полукровка и подняла свое второе копыто, ставшее лезвием, уткнув его незнакомцу в область шеи. — Кто вы такой?!       — Мое имя Хедейр, — представился незнакомец. — Я… Кхм… Брат твоего отца, Салдавейрона.       У Авроры глаза поползли на лоб, а в голове резко, подобно выпущенной из пистолета пули, пронеслись тысячи мыслей и воспоминаний о том, что ей рассказывал Джек: все те истории о предательстве, агонии и ненависти, которые происходили в его жизни. Но самой яркой оказалась та, в которой черный пони признался ей, что именно с подачки Хедейра ее бывший со своим дружком убили ее.       — Ты… Ты… — в глазах Авроры появились сразу несколько эмоций: страх, непонимание, но самое главное — ярость. — ТЫ УБИЛ МЕНЯ!        Хедейр не успел опомниться. Хотя, в глубине души понимал, какой будет реакция на его появление, однако все равно не успел остановить ее. Удар пришелся точно в нос, и Древнейшего отбросило назад. Пролетел он порядочно — метров двадцать, заодно распахнув своим телом двери, приземлился на пол, проехав еще пару метров. Аврора же угрожающе шла в его сторону. Из ее спины начали появляться щупальца, что оканчивались похожими на клинки сабель лезвиями, некоторые из которых моментально метнулись в сторону Хедейра, воткнувшись в его копыта и грудь, после чего подняли его тело над полом. Когда он взглянул в глаза Авроры, то увидел очень привычную для него картину. Раньше он всегда думал, что некровные родственники будут совершенно не похожи друг на друга, и это, если умолчать о том, что сам Джек был Древнейшим, а Аврора наполовину ангелом и наполовину смертной, но теперь… Теперь, он даже усомнился в том, что эта разозленная полукровка была неродной дочерью его брата.       — Твои последние слова… — прорычала Аврора, и одно из ее щупалец встало прямо напротив горла Света, грозясь в любой момент перерезать его.       — Я понимаю, что ты разозлена, но…       — Разозлена? РАЗОЗЛЕНА?! — даже голос ее исказился, став похожим на дьявольский голос Темного. — НЕТ, Я НЕ РАЗОЗЛЕНА… Я ПРОСТО В БЕШЕНСТВЕ… КАК ЕЩЕ МОЖНО СЕБЯ ЧУВСТВОВАТЬ, КОГДА ТВОЙ УБИЙЦА СТОИТ ПРЯМО ПЕРЕД ТОБОЙ?!       А он бы не стал так долго мусолить, пронеслось в голове Хедейра. Или стал бы? Черт его разберешь, после того, как черный пони пожил в этом мире… Но одно он мог сказать точно — Аврора была намного эмоциональнее, чем ее отец. По крайней мере, она не скрывала свои эмоции за маской сарказма и неуместных подколов в его адрес. Возможно, несмотря на то что в ней отчетливо ощущались светлая и темная ауры, где-то внутри этой пони осталось что-то от смертной, эмоции которой не были подавлены.       — Успокойся, дитя… — сказал Хедейр. — Я здесь не для того, чтобы воевать с тобой и не хочу драться.       — Я бы тоже не хотела с собой драться, — выдохнула Аврора и воткнула одно из своих лезвий в глотку Света. По лезвию, а потом и по всему щупальцу, потекла густоватая золотая жидкость. Однако Хедейр не умер… Не мог бы умереть даже от такой раны, которая прибила бы любого смертного или демона. Может, даже ангел бы скопытился от такого, но…       Аврора прекрасно понимала, что подобным ей не убить Хедейра — так говорил ей разум, однако эмоции редко, когда слушают голос первого, оставаясь глухими даже в такой ситуации. Тем не менее сейчас эмоции и разум решили послушать друг друга, потому полукровка резко притянула Хедейра к себе, после чего, с разворота, ударила второго Древнейшего в грудь. Щупальца тут же вырвались из тела второго Древнейшего, позволяя ему пролететь очередные десятки метров.       Когда Хедейр поднялся на копыта и оглядел свое тело, поняв тем самым, что повреждения совершенно не критичны, просто сел на пол, подняв передние копыта вверх в знак того, что он сдается. Аврора с Чеширом явно не были готовы, и в таком, опешившем состоянии, все, что они смогли сделать, это переглянуться.       — Что он делает? — спросила Аврора у Чешира.       — Не знаю, миледи… — полушепотом произнес кот. — Но нам нужно быть осторожными, а лучше — убежать. Кто знает, что творится у него в голове…       — Согласна, но… — в голову пегасочке вновь ударила ярость. Вот он — тот, кто ответственен за ее столь раннюю смерть — стоит перед ней в паре десятков метров, безоружный и совершенно беззащитный, даже не атакует — просто подойди и убей, однако… Однако ей стало интересно, потому она повернула голову к Хедейру. — Что ты делаешь?! Сражайся!       — Я не собирался и не собираюсь сражаться с тобой, дитя, — совершенно спокойно ответил Хедейр. — Вообще я здесь не ради тебя.       — Да?! Значит, ты здесь за моим отцом!       — Да, но не за тем, чтобы убивать его, — перебил еще не вырвавшийся поток слов из уст Авроры Хедейр. И полукровка, и демон еще более ошарашенно уставились сначала друг на друга, потом на второго.       — Что? — в один голос спросили Аврора и Чешир.       — Если позволите, я все вам объясню. Но, поверьте, я не собираюсь никого убивать или атаковать.       — Ну что будем делать, миледи? — тихо спросил кот.       — Не знаю… Не слышу в его словах лжи, — ответила пегасочка. — Но… Он же Древнейший… Они могут маскировать ложь?       — Скорее всего. Но… Если бы он хотел атаковать нас, уже сделал бы это, причем, не один раз. Да и хозяин все еще на этой территории — я это чувствую. Сомневаюсь, что Свет пришел бы сюда, зная это вот так, в открытую.       — А это аргумент… — Аврора вновь повернулась к Хедейру. — Если он не атакует нас прямо сейчас, может, не будет атаковать и потом. И раз отец все еще здесь… — она глубоко вздохнула. — Хорошо, Хедейр, мы выслушаем тебя, но одно неверное движение, и…       — Прямо как твой отец, — на лице Света появилась ироничная улыбка. — Но да ладно… В общем…

[Новый Ад]

      Люцифер сидел на своем троне, держа в правом копыте Кристальное Сердце. С тех пор, как он попытался поглотить его, прошло уже достаточно много времени, так что можно было начинать говорить о каких-то результатах или, хотя бы, предположениях. За все это время артефакт ни разу не попытался как-то противиться тому, что холодное копыто Дьявола дотрагивалось до него. Поверхность кристалла была покрыта тоненькими полосками, принимающими форму молний. Откуда-то с улицы доносился шум бега мелких демонов, голоса Лилит и Азазеля, активно раздающих указания, казалось, всем, кто только попадался под руку. Сначала Люцифер пытался не обращать на это внимания, однако со многими своими способностями ему приходилось знакомиться заново — в том числе, и с обостренным слухом, который и позволял ему слышать происходящее снаружи, однако потом его это начало забавлять. Прошло больше тысячи лет с тех пор, как он мог услышать голоса тех демонов, кто был приближен к нему, так что послушать то, о чем говорят Азазель с Лилит, было весьма любопытно. Конечно, было понятно, что эти разговоры, скорее всего, ограничатся приказами мелким тварям и другим генералам, либо же бесконечными спорами о том, кто будет главным. Впрочем, Люцифер не услышал ничего нового… Надо было посмотреть, что там происходит.       Прошло достаточно много времени с тех пор, как Азазель с Лилит собирали армию и распределяли ее по всем концам Империи, так что у Шайнинг Армора было немного времени, чтобы оклематься после атаки Падшего, однако он ярко ощущал, что несколько костей были, если не сломаны, то, как минимум, треснули от того мощного удара. Сам же Люцифер понимал, что после его ударов остаться в живых — это самый настоящий подарок свыше, либо же этот пони оказался гораздо прочнее, чем выглядел. А его преданность… Пускай она и была подкреплена любовью к той смертной принцессе, но тем не менее. Он был готов отдать собственную жизнь за то, чтобы она была жива и спокойна. Достойно уважения…       — Смертный, а такой самоотверженный… — задумчиво произнес Люцифер, смотря на бессознательного Шайнинг Армора, лежавшего на полу и прикованного цепью за заднее копыто. Внезапно единорог начал шевелиться, после чего приоткрыл глаза и поднял их на Падшего.       — Ты… — обессиленно сказал он. — Что тебе нужно в этот раз?       — Просто стою и восхищаюсь тому, насколько смертный может быть храбрым, — ответил Люцифер, пожав плечами. — Я долго живу на этом свете и видел многое. Разумеется, большую часть в Аду. Тебе ведь известно, что это за место?       — Что-то слышал…       — Мир, в котором мертвые проживают все свои прегрешения целую вечность. Сборище камер, в которых и томятся смертные… По сути множество миров в одном, где время течет по-другому, а все настроено на то, чтобы твое существование там было максимально невыносимым и заставляющим тебя жалеть о том, что ты когда-то делал это или что-то другое. Многие ломаются уже в первые дни пребывания, а кто-то может держаться годами. Редкость, но все же… И лишь единицы из целых миллиардов остаются несломленными. У таких есть несколько вариантов — они либо живут в своих камерах до того момента, пока все-таки не сломаются, либо так и остаются несломленными, либо… И это самое невероятное — выбираются из камеры.       — Вы… Выбираются? — переспросил Шайнинг Армор.       — Да, как это ни удивительно. Камеры Ада устроены таким образом, что, пока ты чувствуешь вину за те или иные грехи, все вокруг будет мучить тебя раз за разом на протяжении целой вечности, но, как только ты перестаешь испытывать вину, камера позволяет тебе выйти, поскольку в ее функциях больше нет смысла, а засорять одну ячейку бесполезной душой — крайне глупо. Таков Ад, если знать, что он такое на самом деле. И на моей памяти еще не было души, которая покинула бы свою камеру.       — Зачем… Зачем ты мне это рассказываешь? — выдохнул Шайнинг Армор. — К чему это откровение по поводу Ада? Ты устроил Ад здесь, так зачем тебе посвящать меня в это?       — Потому что ты не похож на других, Шайнинг Армор. Ты — несломленный.       — В смысле?       — Твоя храбрость и самоотверженность поражают. Ты без колебаний атаковал врага, который был сильнее тебя, зная, кто я и что. Шел в другой мир, чтобы остановить мое воскрешение и, как я подозреваю, побывал где-то еще. Что руководит тобой, Шайнинг Армор, — желание спасти всех пони или только жизнь твоей жены?       — Какая тебе разница?       — Я тысячу лет был мертв. Мне интересно узнать, что изменилось за то время, что я был «в отставке».       — Тут я огорчу тебя — мне гораздо меньше тысячи. Раз этак в тридцать…       — Не сомневаюсь, но мне все еще интересно. Твоя храбрость — это временный выброс адреналина в голове или же нечто такое, за что я смогу с полной уверенностью назвать тебя несломленным.       — С чего такой интерес к смертному? Я же ничто для вас — демонов.       — Просто мне хочется узнать, как быстро ты сломаешься в своей камере… — зло улыбнувшись, ответил Люцифер. — Тем более, в пространстве, где нет тех, кто смог бы поддержать тебя.       — Тогда чего ты ждешь? Давай убей меня и выяснишь все сам.       — А кто сказал, что я собираюсь убить тебя? По крайней мере, сейчас…       — Тогда что тебе надо от меня?       — Смертные всегда были интересны мне. Даже в Аду я заимел привычку наблюдать за теми, кого мучил мой собственный мир. И ты стал мне интересен, дружище.       — Я не друг тебе, тварь… — прорычал Шайнинг Армор. — Думаешь, что Джек не прихлопнет тебя? Еще как прихлопнет… Ты — не жилец…       — А я и не отрицаю этого, — единорог ошарашенно уставился на Падшего. — В конце концов, у всего есть начало и конец, в том числе, и у моего нового тела. Моя задача лишь в том, чтобы оттянуть этот момент на более длительный срок.       — Если ты навредил Каденс, твои сроки резко сократятся…       — Всегда удивлялся тому, насколько смертные готовы поступиться за тех, кого не знали какое-то время назад. Неужели все дело в физическом влечении? Сомневаюсь, так как самки взаимозаменяемы.       — Взаимо… ТЫ — ПСИХ!       — И что же тут странного?       — Как ты можешь говорить, что того, кого ты любишь, можно заменить? Да еще и с таким спокойным лицом… Вот поэтому ты монстр…       — Я — монстр, или смертные, которые и сами прекрасно понимают, что незаменимых нет? Не пытайся корчить из себя моралиста — если твоя жена умрет, ты погрустишь, максимум, пару лет, но потом найдешь новую жену. И так по кругу…       — Ты ошибаешься, Люцифер…       — Логика не ошибается — она либо есть, либо нет.       — Чувства — нелогичны… Думаю, раз ты жил еще во времена, которые предшествуют созданию всего, тебе это известно.       — Значит, тобой руководят эмоции, — с небольшой издевкой усмехнулся Люцифер. — Тогда ты очень быстро сломаешься, друг мой. Что ж, очень жаль — ты похоронил весь мой интерес к тебе всего лишь парой фраз.       — Как же жаль… — саркастично ответил Шайнинг Армор. — Жаль, что расстроил твои планы.       — Сарказм тут ни к чему… — ответил Падший и направился в сторону выхода из зала. В этот раз единорог решил промолчать, дабы не нарваться лишний раз и не лежать на полу в полумертвом состоянии. Тем более, у него появился шанс разбить цепь и попытаться найти Каденс, а потом благополучно сбежать. В тот момент ему почему-то не пришло в голову, что цепь может быть зачарована на неразрушимость и его магии просто не хватит, чтобы разбить это заклинание, что Каденс может находиться под достаточно сильной охраной и что ему не справиться с демонами. Жажда освободиться перевешивала, и он довольно быстро понял, что ему лучше поспешить. Однако вместе с тем логика подсказывала ему, что нужно выждать наиболее подходящий момент — Люцифер мог вернуться в любую секунду и, увидь он попытку побега, точно бы прихлопнул его. Да и силы… Их фактически не было. У него просто не оказалось выбора, потому в этот раз Шайнинг Армор решил послушать логику, какой бы суровой она ни казалась…

[Тем временем…]

      — Как идет подготовка?       Азазель и Лилит резко обернулись, когда услышали этот голос. От неожиданности обоих демонов слегка передернуло, а Лилит тихо вскрикнула, прикрыв рот копытом. Люцифер стоял всего лишь в десятке метров от них, осматривая то, как мелкие демоны бегали туда-сюда, словно ища несуществующий кусок мяса.       — Кхм… Все… Все хорошо… — собравшись с мыслями, сказал Азазель. — Основная масса мелких тварей распределена по всем крайним точкам этой территории, так что мы готовы временно сдерживать нападение. Однако этой силы может не хватить для того, чтобы отразить атаку Древнейшего.       — Отвратительно… — произнес Люцифер. — Как мы планируем защитить свои территории, если наша армия недостаточно сильна, чтобы отразить атаку столь сильного врага?!       — Но, Люци, — сказала Лилит, — ты же и сам прекрасно понимаешь, кем являются мелкие твари. Кроме того, ты сам сказал…       — МОЛЧАТЬ! — прорычал Дьявол настолько громко, что вся жизнь в Новом Аду словно замерла на несколько секунд, после чего продолжила свое движение. — Мне неинтересно, что я там говорил в прошлом, но интереснее то, почему никто из вас не попытался сказать об этом ранее, — и Лилит, и Азазель потупили взгляды. Тем не менее, вскоре гнев Падшего сменился милостью. — Ладно, не так страшно, как может показаться в самом начале. Армия мелких тварей должна будет сдерживать смертных, в наличии которых я не сомневаюсь. И… Прошу прощения за свою чрезвычайно резкую реакцию…       — Ваше величество, вы не обязаны… — начал было Азазель, но Люцифер остановил его:       — Не обязан, да, но тем не менее, с моей стороны было некрасиво нападать на вас без причин. И нам все еще нужно придумать, как среди армии смертных мы сможем сдержать Древнейшего. Пойдемте в замок… Думаю, нам еще многое нужно будет обсудить…       — Как скажете, Ваше величество/Хорошо, Люци… — в один голос ответили Лилит с Азазелем и пошли за Падшим в сторону бардового замка.

[Кантерлот… Тем временем]

      — … и поэтому я здесь, — сказал Хедейр, чем закончил свое объяснение Авроре и Чеширу причину своего нахождения здесь и то, что он действительно не собирался нападать. Сами же полукровка и демон выглядели очень озадаченными. Аврора в большей степени, так как она буквально выросла на историях о том, что есть добро, а что есть зло, и что у них могут быть совершенно не те лица, к которым привыкли все. В том числе, и истории о том, что Свет не такой уж яркий и тоже омрачен, потому у нее выработалась стойкая неприязнь к тем религиям, которые возвышают своего «бога», а особенно, к тому, о ком постоянно рассказывал ее отец. Доверия, как стало понятно, не было от слова совсем, да и Чешир постоянно поглядывал на Хедейра, будто пытался выловить что-то эдакое в действиях и поведении Света. Тем не менее, тот не давал какого-либо повода усомниться в себе.       — То, что ты рассказал… — пытаясь подобрать нужные слова, сказала Аврора, однако все же сомневаясь, стоит ли ей вообще что-то говорить. И каких же огромных трудов ей стоило не поддаться той агрессии, которая хотела вырваться наружу. — Это звучит очень странно и не похоже на отца. Учитывая то, что он рассказывал ранее…       — Я понимаю, тебе сложно поверить в происходящее, как и в то, что твоему отцу вновь нужно разрешать проблемы моей семьи, но… У Люцифера с ним личные счеты, так что под удар попадут все. Возможно, именно поэтому он захотел, чтобы тебя кто-то охранял.       — ЧТО?! — буквально взорвалась Аврора.       — Тише-тише, дитя, я понимаю, как это выглядит, но…       — Заткнись… — прошипела Аврора. — Во-первых, я уже давно не ребенок и могу постоять за себя, так что не стоит приставлять ко мне нянек, тем более… Таких…       — Я здесь не для того, чтобы охранять тебя. По правде сказать, я искал твоего отца здесь, но, вижу, что ошибся комнатой. А раз уж мы встретились, мне хотелось бы прояснить то, что произошло в тот… Роковой день…       — Не хочу об этом говорить… — пробурчала Аврора и опустила голову. Страшные воспоминания начали всплывать перед глазами в виде жутких призраков.       — Тем не менее, думаю, мне стоит хотя бы попросить у тебя прощения. Это очень плохое оправдание, но в те времена я был на грани безумия, и все, чего хотел — его смерти любыми путями. Моральной и физической… А когда мне доложили о том, что у него появилась ты… Я совершил ужасную ошибку…       — Ты заставил моего бывшего меня убить, причем наиболее грязными способами, — в голосе Авроры вновь появился гнев. — То, что он со мной сделал…       — Миледи, не надо, — ласково и сочувствующе сказал Чешир, подлетев к полукровке, и повернул голову к Хедейру. — Давайте, закончим на этом. Вам нужно найти хозяина — думаю, он находится где-то вне пределов замка. Попробуйте выйти и почувствовать его, а там уже разбирайтесь с насущными проблемами.       — Чеш, успокойся… — более бодрым голосом сказала Аврора и смогла поднять голову. — Как ты и сказал, давайте закроем эту тему…       — Ладно… — выдохнул Хедейр. — Просто хочу, чтобы ты знала, Аврора, — мне искренне жаль…       С этими словами, Свет ускорил свой шаг и довольно быстро скрылся за ближайшим поворотом. Вспышка же означала лишь то, что второй Древнейший просто телепортировался куда-то. Аврора и Чешир сразу поняли, что он отправился на поиски Джека, но, стоит ли предупреждать его об этом, они не знали. Раз Хедейр так спокойно ходит по этой земле, и драка еще не началась, в его словах могла быть доля правды о том, что он хочет помочь.       — И что… Что будем делать, миледи? — спросил Чешир, после некоторого времени мертвой тишины.       — Не знаю, Чеш… Учитывая все, что происходит, мне очень хочется помочь отцу, но вот как…       — Я все-таки предлагаю не вмешиваться в конфликт. Пусть я, как и многие, не доверяю второму Древнейшему, его слова не кажутся таким уж бредом. У старого короля действительно есть счеты с хозяином, так что он будет пытаться искать рычаг давления. И, не хочу тыкать пальцами, но для хозяина рычагом давления являешься…       — Да, да, я знаю… Я — тот самый рычаг… Тем не менее, сидеть на заднице ровно я тоже не стану. Если мне не удастся самой пойти в атаку, думаю, можно будет найти способ оставаться в тени.       — Не нравится мне этот твой тон, миледи, ой как не нравится.       — Не волнуйся, Чеш… Люцифер меня даже не увидит, — улыбнулась Аврора. — Однако нужно придумать, что именно будем делать.       — Эх… Да уж… Если провалимся, хозяин достанет нас из могилы в прямом смысле этого слова…       — Из могилы… — задумчиво произнесла Аврора, и в ее глазах появилось озарение. — Ты прав, Чеш… Могила, вот, что нам нужно… Много могил… Целые кладбища…       — О нет, миледи! — воскликнул Чешир и вылетел перед пегасочкой. — Я все могу понять — желание помочь и твое безрассудство… Но воскрешать мертвых просто не позволю. Некромантия — это уже перебор… И это после того, как я закрыл глаза на то, что ты создала защитные заклинания.       — Чешир, все будет в порядке. Я знаю, что хочу сделать…       — А цена… Миледи, воскрешение мертвецов — один из самых черных ритуалов, которые только существуют. И цена этого ритуала — жизнь.       — Да, но не обязательно моя. Думаю, маленькой жертвы будет достаточно… Кого-то по типу кролика или кого побольше. Флаттершай, конечно, будет не очень рада такой новости, но…       — Миледи, нет! — категорично сказал Чешир. — Ритуалы тонки как нить паука, и, если что-то пойдет не так, может произойти самое плохое.       — Я справлюсь… Уже воскрешала мертвых, так-то…       — Это было давно, и воскрешаемый был свежим — некроэнергия лишь исцелила ему все раны, но не дала новой жизни, а то, что хочешь сделать ты — совершенно иная грань и это не игра.       — Чешир, хватит! Это война, и тут хороши все средства, и я не собираюсь слушать предостережения, когда у нас есть шанс расплодить маленькую армию до более-менее средней.       С этими словами Аврора круто развернулась и быстрым шагом ушла вглубь коридора. Чешир же остался один, ошарашенно смотря вслед пони, после чего глубоко вздохнул.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, сестра… Потому что, если ты ошиблась… Черт… Я не могу оставить это так…       Пока Чешир говорил это, его тело медленно, но верно растворялось в воздухе. Вскоре от тела демона осталась лишь одна голова, которая, тем не менее, тоже начала распадаться. Вскоре в коридоре не осталось ни единой души.

***

      Чешир… Старый-добрый Чешир… Всегда беспокоится о том, как чувствует себя Аврора — даже в те моменты, когда это абсолютно неуместно. Однако это было очень мило с его стороны. Кроме того, он пусть и был котом, но все еще оставался демоном, так что за маской улыбчивого графа могло скрываться и то, что могло бы удивить даже Аврору. Впрочем, она понимала это, как и то, что он прав относительно ее плана — воскрешение мертвецов. А действительно ли это была та идея, которую уместно было бы воплотить в реальность? Возможно, действительно, стоит отказаться от нее в пользу другого менее экстравагантного плана. Да и с самим Чеширом получилось не очень красиво — поссорились на пустом месте.       Обо всем этом Аврора думала уже после того, как вышла из замка. Погода, на удивление, стояла приятная и теплая — никто бы и не сказал, что на повестке самая настоящая бойня с… мертвецом… Воскресшим мертвецом… Авроре все не давала покоя мысль о том, как легко он согласился помочь Лилит в ее авантюре, даже несмотря на то, что у него к ней была очевидная неприязнь. Возможно ли то, что какие-то чары суккуба смогли подействовать даже на Древнейшего? Если это так, то демонесса обладает куда большей силой, чем может догадываться, а это делает ее достаточно мощным противником. А если догадывается, то становится еще опаснее. Да и Люцифер… Она не видела его, однако Джек говорил о нем далеко не как об обычном архангеле, по типу того же самого Рафаэля. Да и странно, что другие архангелы не принимают участия в конфликте. Вопросы-вопросы, одни только вопросы, а ответов нет. Это начало угнетать Аврору, как и осознание того, что, если с ней что-то случится, Люцифер может потребовать всего, что угодно. Но если все-таки ей удастся что-то нарыть…       — Аврора?       Внезапно за спиной пегасочки послышался знакомый голос. Тем не менее она вздрогнула и резко обернулась. Ну, конечно, это был такой же аутсайдер, как и она сама — Дискорд. Однако аутсайдером, видимо, он считал только себя, оттого был слегка удивлен увидеть полукровку в гордом одиночестве.       — А, это ты, Дискорд… — облегченно выдохнула Аврора. — Ты до смерти меня напугал.       — Извини, — виновато улыбнулся хаосит. — Не хотел появляться так резко.       — Ничего-ничего… Уже в курсе того, что тут происходит?       — Еще как. Даже видел кое-что мерзкое…       — Ха-х… Отец затащил?       — Нехотя, но да… Он и… Как его там звали? На «Х» как-то…       — Хедейр… Второй Древнейший.       — Точно… Они оба сейчас в Понивиле — собирают всех, от кого будет хоть какая-то польза в штурме Кристальной Империи.       — Тогда что ТЫ делаешь тут? Мне казалось, что раз нужны все, отец обратится и к тебе.       — Понимаешь… Тут такое дело… Короче, я должен буду присмотреть за тобой.       — Чего? — ошарашенно спросила Аврора. — Погоди-погоди, попридержи коней… Хочешь сказать, ты — моя нянька?       — Ну, «нянька» — это громко сказано, но… Да… Джек поручил мне последить за тобой до их возвращения.       — Ну твою же… — раздраженно выдохнула Аврора и прикрыла лицо копытом. — За что мне все это?       — Эй, не расстраивайся, — попытался приободрить подругу Дискорд. — Каждый в данный момент полезен. Только по-своему…       — Эх, я могу понять, почему он не хочет, чтобы я отправлялась с ними, но приставлять ко мне сиделку… Будто мне пять лет, честное слово…       — А сколько тебе?       — Двадцать, — пробурчала Аврора.       — Ну тогда ничего удивительного — ты еще очень молодая и вспыльчивая.       — Ой, прошу, не начинай… Молодой и вспыльчивой я была в шестнадцать, а сейчас вполне могу отдавать отчет своим действиям. И уж тем более постоять за себя.       — Ну… Кхм… В отличие от тебя, я, например, живу больше тысячи лет, так что…       — Ага, а отец почти триллион, — Дискорд ошарашенно уставился на Аврору. — Вот тебе и разница…       — Ого…       — Да уж, сама была в шоке, когда… А впрочем, закрыли тему… — в глазах полукровки блеснул озорной огонек. — Слу-у-ушай, а ты, часом, не знаешь, где находятся кладбища здесь, в Эквестрии?       — К… Кладбища? — переспросил Дух Хаоса. — Зачем тебе кладбища?       — Надо, раз спрашиваю, — отмахнулась пони.       — Аврора… Ты что-то задумала, я прав?       — Да, есть кое-что… Я, конечно, сомневалась поначалу, но теперь уверена на все сто, что хочу довести это до конца.       — И как это связано с кладбищем?       — Увидишь… Главное скажи, ты знаешь, где они находятся?       — Допустим, знаю, но, прежде чем я скажу тебе, ты мне скажи одно: что ты задумала? У тебя в глазах горит такой же огонь, как у твоего отца, когда он думает о чем-то жутком.       — Быстро ты узнал моего отца, раз по взгляду можешь понять, что я задумала, а что нет.       — Тут даже телепатом быть не надо, чтобы понять это.       — Короче, отец собирает свою армию, а я хочу собрать свою. И у меня есть способ, как сделать это, только… Мне будет нужно кое-что.       — И что же это?       — Какое-нибудь животное… Скажем, размером с волка.       — Ничего себе… Это что же за армия такая, раз тебе нужен волк?       — Расскажу на месте, а пока скажи мне, где здесь находится хоть какое-нибудь кладбище.        — Ладно… Ладно, убедила, но, если окажется, что это что-то жуткое…       — Поверь, Дискорд, я сомневаюсь, что ты видел нечто более страшное, чем то, что я собираюсь сделать, — Аврора заговорщицки улыбнулась. И как-то зловеще даже…       Дискорду очень сильно не понравился настрой Авроры, как и то, как она говорит о том, что замыслила. Захотелось сразу сказать ей, что все отменяется, что он не будет принимать в этом участие, использовать магию, чтобы пегасочка не наломала лишних дров, однако что-то в ней ярко сказало ему, что ее не удержит то, что он может выкинуть. Тем не менее, он решил хотя бы посмотреть на то, что решила устроить его подруга, потому назвал место, где должно было находиться кладбище, обозначив, что оно располагается рядом с лесом.       — Отлично… — со странным облегчением выдохнула Аврора. — Тогда встретимся там через… Эм… Сколько времени тебе понадобится на то, чтобы найти кого-то размером с волка.       — Я смогу телепортировать его прямо на место. Магия все-таки…       — Ладно, тогда… — Аврора взмахнула своим копытом. Тут же ее собственная тень начала увеличиваться в размерах, пока не приняла форму идеального овала, в центре которого оказалась сама кобылка. Однако что-то в этой тени было странное… Дискорд, конечно, не мог утверждать наверняка, но ему показалось, что эта тень была намного темнее, чем может быть обычная тень.       — И… Что ты сделала?       — Хотела переместиться в нужное место, — как ни в чем не бывало ответила Аврора и подняла взгляд на Дискорда. — Все-таки кое-какие фишки я подцепила у отца, в том числе и перемещение сквозь тени.       — Могла бы просто попросить меня телепортировать нас.       — Не хотела утруждать тебя. Кроме того, мне было интересно проверить эту способность.       С этими словами Аврора буквально провалилась в свою тень. Выглядело это так, будто она нырнула в воду, разве что без брызг. Дискорд же не был в восторге от подобного трюка, но все же решился испытать этот способ перемещения на себе, а потому осторожно наступил на тень. Ощущение было, мягко говоря, не самым приятным — словно его козлиную ногу поместили в ящик с колотым льдом. И тем не менее, оно немного прошло внутрь, как будто бы он наступил в воду, находясь на мелководье. Глубоко вздохнув и обругав себя за то, что он согласился на это, хаосит сделал один резкий шаг вперед и провалился под землю, тут же вынырнув на другой стороне. Длилось это всего лишь долю секунды, однако ему удалось ощутить на своей шкуре весь спектр малоприятных ощущений, заставив эту долю секунды растянуться до минуты.       — О, Дискорд, а вот и ты, — услышал он голос Авроры и с удивлением для себя обнаружил, что вышел из стены какого-то склепа. По крайней мере, так ему показалось поначалу, да и заострять внимание на этом не хотелось, потому он молча повернулся к стене спиной и быстрым шагом подошел к Аврора.       — Надо было телепортироваться самому, — пробурчал он, подойдя ближе.       — Ладно тебе ворчать… — шутливым тоном сказала Аврора. — Слушай, а у тебя есть черные свечи?       — Это еще зачем?       — Надо для одного ритуала, а я так спешила, что совсем забыла об этом.       — Боюсь спросить, что это за ритуал…       — Увидишь, Дискорд, все увидишь… Только послушай… Пообещай мне одно: что бы ни случилось, ты не будешь мешать мне. Договорились?       — Так, Аврора, а теперь поясни мне, в чем суть ритуала. А то, чем дольше я тебя слушаю, тем страннее все становится.       — Эх… Ладно, но знай, как бы ты меня не отговаривал, я уже все решила. Кстати, ты мне свечи дашь?        — Какие-то особенные или просто черного цвета?       — Подойдут и самые обычные, — ответила Аврора.       Все еще сильно сомневаясь в том, что хочет сделать полукровка, Дискорд щелкнул пальцами. Рядом с ним тут же появились толстые черные свечи в количестве пяти штук, однако, когда Аврора протянула свое копыто к нужным ей предметам, Дух Раздора сделал так, что свечи отлетели в сторону.       — Дискорд… — в голосе Авроры начало появляться раздражение. — Дай мне свечи.       — Пока не расскажешь, что тут будет происходить, не получишь, — также раздраженно ответил он. — Кладбище, черные свечи, какой-то ритуал… У меня уже подозрений выше крыши, а ты все молчишь и молчишь. Да еще и животное размером с волка.       — Эх… — выдохнула пегасочка и поднялась на копыта, после чего развернулась к хаоситу. — И? Что будешь делать дальше?       — Аврора… — более снисходительно сказал Дискорд. — Я просто хочу, чтобы ты мне доверяла. Мы ведь друзья, верно?       — Да, друзья, но… Эх, ладно, я скажу… Если коротко, я немного некромант.       — Некро… — Дискорд тряхнул головой. — Погоди-погоди… Это же воскрешение мертвых, да?       — Да-а-а… — протянула пегасочка. — И нет… Некромантия — это больше общение с мертвецами, то есть, с остатками их души на земле, но только, если кто-то помер недавно, а так… Да, мертвецов тоже можно воскрешать.       У Дискорда аж челюсть отпала. Он понял, ради чего Аврора потащила его на кладбище.       — Нет, нет и еще раз нет! — воскликнул он, замахав лапами. — Все могу понять, но воскрешение мертвецов — это слишком даже для меня.       — Дискорд, остынь, — взяв его копытами за лапы, сказала Аврора. Вроде бы, он чуть-чуть угомонился. — Послушай, у нас начинается война — самая настоящая. И не с пони, перевертышами или кем-то еще, а с архангелом, в которого напихали столько сил, что он, скорее всего, стал равен отцу по силе, и с демонами, чьи силы тоже выходят за грань простых солдат. И раз отец со Светом собирают армию, я просто не могу отсиживаться в стороне.       — Твой отец попросил меня проследить за тобой и тем, чтобы ты не наломала дров. Теперь я понимаю почему…       — Меня на поле боя даже не будет… Только они, — Аврора окинула взглядом все кладбище. Глаза у Дискорда поползли на лоб.       — Нет, Аврора,. — выдохнул он. — Это перебор. Даже для тебя… Твой отец не просто так заставляет других присматривать за тобой. Может, он знает что-то такое, что неизвестно нам, потому и…       — Хочешь открою секрет, почему он так сделал? Он «попросил» тебя проследить за мной, потому что думает, что я не смогу защитить себя. И если окажусь у Люцифера в плену, ему будет достаточно помахать этим перед носом у отца, и тогда выигрыш у него в кармане.       — И это очень разумные слова и действия. Аврора, я понимаю, что ты пони боевая, но не надо пороть горячку.       — Понятно… — сказала Аврора и глубоко вздохнула. Тут Дискорд своей собственной кожей почувствовал, как что-то в его подруге начало меняться. От нее повеяло опасностью.       Однако он не успел ничего сделать, так как секунду спустя почувствовал, как его тело сдавило что-то холодное и шершавое, как наждачная бумага. И оно продолжало оборачиваться вокруг него с бешеной скоростью, сковывая руки, ноги, даже пальцы, после чего резко прижало его к тому же склепу, из которого он вышел парой минут назад. Двигаться Дух Раздора не мог, потому и сделать что-то не представлялось возможным. Что и говорить — ему не удалась простая телепортация. Стало ясно, что темное щупальце, которое обернуло его и которым стало некогда белое, как снег, но омраченное черным рисунком, напоминающим пламя от кромок копыт до локтей — копыто Авроры. И вот оставшаяся темная материя, отделившаяся от той массы, что удерживала Дискорда, вернулась к пегасочке, после чего вновь стало обычным копытом.       — Аврора, что ты делаешь?! — воскликнул Дискорд и попытался пошевелиться, как-то разорвать прочное щупальце, однако оно не поддалось. — Отпусти меня! Почему… Почему я не могу телепортироваться?       — Потому что я блокирую твои силы своими, — ответила Аврора и подошла ближе. — А раз уж мне хватает сил, чтобы удерживать самого Духа Раздора, — она повернулась к могилам, — я смогу сделать и то, ради чего пришла сюда.       С этими словами она подошла к черным свечам, что упали на землю после того, как она схватила Дискорда, и пошла на середину кладбища. Там находилось достаточно большое пустое пространство, в которое и из которого исходило множество дорожек, распространяющихся по всей территории кладбища — идеальное место для проведения ритуала. Однако с нахождением места приходила и самая неприятная часть всей этой затеи — нужно было найти жертву и начертить пентаграмму. И пентаграмму нужно было нарисовать уже после того, как нашлась бы жертва, ибо время в этом ритуале играло очень важную роль — жертва должна была быть «свежей», потому Аврора расправила крылья и улетела куда-то вглубь леса. Это время нужно было использовать правильно, однако, сколько бы Дискорд не пытался освободиться от крепкой хватки того, что его удерживало, черная жижа оказалась крепче, да и использовать свои силы он все еще не мог.       Вскоре вернулась Аврора. Удивительным было то, что Дискорд вообще узнал в приземлившемся существе свою подругу, ибо оно не походило на ту белую пони, которая улетела отсюда десять минут назад. Существо было гораздо больше и куда сильнее напоминало что-то вроде некой пародии на птицу и дракона в одном теле. Тело его было покрыто черными, как ночь перьями, длинным изящным телом и довольно крупным волком в когтистых лапах. Однако существо представляло собой «птицу» всего лишь несколько секунд, после чего в темной дымке приняло более привычный облик. Аврора удерживала волка передними копытами, а через плечо у нее была переброшена сумка, из которой угрожающе торчала подозрительная деревянная рукоятка. Тут же из спины пегасочки показалось черное щупальце, которое схватило эту рукоятку и вытащило предмет из сумки. Как и подозревал Дискорд, этим предметом был достаточно крупный кинжал, на лезвии которого были нанесены странные символы. Этот нож Аврора взяла в зубы, а щупальце взметнулось над ней и волком, разорвавшись на четыре части, каждая из которых схватила волка за лапу. Отростки же, которые оторвались от общей массы глубоко впились в землю, те же части, что держали зверя за лапы, начали растекаться по всему телу, сковывая движения и не позволяя волку сдвинуться с места, так что Аврора смогла отпустить его и спрыгнуть на землю.       — Фух, думала не донесу… — выдохнула пегасочка и повернулась к Дискорду. — Так брыкался, что мне показалось, что я его выроню. Повезло, что перехватила поудобнее и…       — Ты собираешься убить его?! — воскликнул Дух Хаоса. Аврора тяжело выдохнула.       — Жизнь за жизнь… — сказала она. — Небольшие частички энергии для каждого трупа, которых хватит, чтобы поднять тех, кто здесь есть… Пусть, скорее всего, не всех, но будем надеяться, что большинство. Надеюсь, одной жизни хватит…       — Аврора, это неправильно! Некромантия — это не выход!       — Я справлюсь, можешь не волноваться, — улыбнулась Аврора, хотя внутри понимала, что такое количество мертвецов воскрешает впервые, и что-то может пойти не так. А если все полетит к черту, ритуал может потребовать больше, чего пегасочке было не нужно. — Но, я могу отпустить тебя, если пообещаешь не мешать.       — Воскрешение мертвецов — это самое безумное, что когда-либо происходило. Даже если все выгорит, твой отец пришибет тебя и меня.       — Дух Хасоа не собирается делать что-то иррациональное, — саркастично хмыкнула Аврора. — А я думала, ты собирался перевернуть здесь все вверх дном.       — Но даже у меня есть предел, за который я не переступлю. Да, мне нравится беспорядок, но мертвецы — это…       — Ясно, значит, сидеть тебе на стене до конца ритуала, — ответила Аврора и отвернулась от Дискорда. — Я не прошу тебя принимать то, что сейчас произойдет… Будет достаточно твоей поддержки…       С этими словами она отошла в центр кладбища и оглядела место. Территория была достаточная, чтобы разместить на ней ритуальные знаки и основную пентаграмму, так что нужно было начинать. Все начинается с крови, и Аврора прекрасно об этом знала, потому поднесла тот самый кинжал к свободному копыту и… Воткнула лезвие в предплечье… Сильная боль разнеслась по всему ее телу, однако это было лишь началом — крови требовалось куда больше, потому, прикусив язык и стараясь не закричать, пегасочка продолжила резать свое копыто вдоль. На землю начала литься ее собственная кровь — алая на первый взгляд, но с золотым отблеском и черными пятнами. Когда рана оказалась достаточно крупной, Аврора резко выдернула кинжал из своего копыта и перехватила щупальце, которое все еще выглядывало из-за ее спины. Очень больших усилий ей стоило собраться с силами и продолжить задуманное, перевернув разрезанное копыто порезом вниз. Кровь полилась необычно тонкой струйкой, хотя должна была брызгать фонтаном. Боль немного отступила, хотя копыто все еще неприятно пульсировало. Понятное дело, все происходило под восклицания Дискорда о том, чтобы Аврора прекратила, однако уже ничто не могло остановить ее.       Начертание пентаграммы — которая была достаточно крупной и несмотря на то, что пони была сильно ранена, идеально ровной — заняло у нее гораздо больше времени, чем Аврора предполагала. Сначала она хотела вывести ее здоровым копытом, однако быстро поняла, что находиться в раскоряченном состоянии было максимально неудобно, потому вновь подключила темную материю, которую контролировала уже на инстинктивном уровне. Уже второе тонкое щупальце появилось у нее из-за спины и аккуратно, стараясь не задеть все еще выстреливающую болью рану. Однако даже с этим возникали сложности — пегасочка буквально всем своим существом чувствовала, как ее собственная плоть натягивалась, словно резинка рогатки, оттягиваемая маленьким хулиганом. Она знала причину этого странного состояния — исцеляющий фактор — однако, пыталась удерживать себя от заживления раны и от этого становилось только больнее. Тем не менее с помощью своих щупалец, Авроре удалось вывести крупную метку, так что теперь можно было дать волю своей регенерации. Рана затягивалась не так быстро, как она предполагала, а от кровопотери начала кружиться голова и пересохло во рту. Оставалось сделать еще несколько рывков — небольших, но очень важных, потому Аврора переключила свое внимание на черные свечи, которое черное щупальце учтиво подтянуло поближе к пони. Со стороны, наверное, вся эта картина с щупальцами выглядела достаточно жутко, однако Авроре было наплевать на это — ритуал прежде всего.       Когда же пентаграмма со всеми вытекающими была нарисована, а свечи подожжены и расставлены по местам, пришла пора переходить к самому страшному и важному — жертвоприношению. Жизнь за жизнь… Дискорд все пытался образумить пегасочку, однако, лишь взглянув в ее глаза, когда она подняла на него свой взгляд, увидел в них невероятную уверенность в том, что она делает. А потом полукровка подошла к прикованному к земле волку и оторвала его от резко похолодевшей почвы, бормоча что-то себе под нос. Поднялся ветер — его нельзя было ощутить — он оказывал влияние только на гриву Авроры, да огонь черных свечей, резко переставших плавиться. Сам же огонь окрасился в нефритово-зеленый и начал колыхаться от странного ветра. А Аврора продолжала бормотать себе под нос какую-то тарабарщину на неизвестном Дискорду языке, волоча по земле совершенно не сопротивляющееся животное, пока оба не оказались в центре ужасного кровавого рисунка. В этот момент тихое бормотание кобылки начало становиться громче, пока не перешло в крик голосом, который что-то сильно искажало, придавало ему жутких мертвых ноток, после чего Аврора вновь затихала, продолжая читать заклинание громким полушепотом, сменяя тембры и громкость раз в несколько минут. Зеленое пламя на свечах разгоралось все сильнее, но на свечах не было даже малейшего намека на плавление от того жара, который должен был возникать в этот момент. И тут пегасочка начала поднимать в воздух тот огромный кинжал, которым еще некоторое время назад вскрыла себе вены. Через секунду Дискорд услышал свист, а потом и тихий скулеж волка вперемешку с бульканьем и звукам капающей жидкости. Раненое животное дернулось еще несколько раз, после чего замерло навсегда, а Аврора начала читать заклинание с тройной громкостью и экспрессией, разбрызгивая кровь умерщвленного зверя за пределы пентаграммы, попадая на могилы. Однако такими темпами ей не удалось бы поднять из мертвых абсолютно все кладбище, потому полукровка предприняла кое-что другое. Учитывая то, что кровь сворачивается достаточно быстро, действовать нужно было незамедлительно, потому вновь вонзив лезвие в плоть волка, — который, к ужасу Дискорда, вновь дернулся, что говорило о том, что он все еще был жив и просто не мог пошевелиться или издать какой-то звук — взяла одну из ярко полыхающих свечей с помощью черного щупальца и пошла куда-то вглубь кладбища. Что она делала, Дискорд не мог сказать, однако предположил, что кровь волка — своеобразный маркер, которым Аврора хотела пометить те места, из которых потом должны были выползать живые мертвецы. Это же объясняло то, почему зверь оставался жив до сих пор — жизнь за жизнь… А можно ли раздробить одну жизнь, чтобы воскресить нескольких?       Несколько раз она возвращалась, но лишь за тем, чтобы вновь и вновь погружать холодную сталь в плоть волка, после чего вновь скрывалась за могилами, однако Дискорд продолжал слышать слова заклинания так, будто бы пегасочка нашептывала ему их на ухо. Он не понимал смысла этих слов, однако раз за разом его тело покрывалось мурашками и холодным потом. Начала появляться легкая тошнота и сухость в глотке — было ощущение, что весь процесс высасывает из него жизнь.       Наконец Аврора вернулась в центр пентаграммы и поставила черную свечу на место. Как только свеча коснулась земли, пламя на ней и на остальных свечах, вспыхнуло с такой силой, что Дискорду на секунду показалось, что еще чуть-чуть и начнется пожар. Но потому пламя резко уменьшилось, приняв форму обычного огонька, который должен быть на свечах. Но вместо этого хаоситу стало видно, что подобное пламя вспыхнуло на копытах Авроры. Оно не сжигало ее плоть — лишь обволакивало ее, черпая топливо черт знает откуда. Из закрытых глаз кобылки так же лился белесый дым, после чего послышался звук удара, а волна, которая возникла при этом, ударила сверху-вниз — от головы Авроры до задних копыт. Земля под полукровкой треснула, после чего из трещин полился яркий зеленый свет. Сама же пони резко обмякла и упала на землю без чувств — тут же ослабли и путы, что удерживали Дискорда, развалились на тысячи сухих, как песок, кусков, и он уже собирался было броситься к Авроре и перенести ее подальше отсюда, — от всего этого хаоса и вакханалии — но не смог даже подойти, завороженно смотря на то, что происходило дальше.       Казалось, что вся земля вспыхнула. Яркий свет, переросший в настоящий огонь, толстыми лентами пополз в сторону тех могил, что были обрызганы кровью волка. Такой же зеленый огонь обвил и самого зверя, давая Дискорду возможность увидеть то, что происходило с бедным животным: его тело резко исхудало, став болезненным, кости было видно сквозь натянутую до предела кожу, глаза ввалились, шкура начала опадать. Через несколько секунд от волка остался лишь скелет с редкими остатками кожи и шерсти. Тут же потухли и зеленые огненные линии, но зато вспыхнули сами могилы. Вновь послышался треск, только теперь этот звук напоминал треск расколовшегося камня, только в тысячи раз громче, земля начала трястись, а потом в воздух взметнулись сотни кусков почвы вместе с облаками из пыли. Поначалу все было тихо, но секунду спустя из первой могилы показалось копыто… То, что от него осталось… Сгнившее, с проглядывающими, кое-где почерневшими костями. Было видно, как странная энергия начала наращивать плоть вокруг мертвых костей, однако, видимо, того, что было, оказалось мало, так как вскоре из могилы показалось то, что никак нельзя было назвать пони. Это была лишь бледная тень того, кем этот некто являлся при жизни — полностью искалеченный, с сочащейся отовсюду темной гнойной кровью. Черви, что уже нашли себе пристанище в разваливающихся костях, повылезали наружу, начиная осыпаться на землю отвратительным мертвым дождем. Глаза же покойника… Хотя, там были далеко не глаза, а пустые глазницы, лишь в некоторых местах обтянутые чем-то, что с натяжкой можно было назвать кожей. Они горели… Тем самым нефритовым огнем, который сопровождал весь этот ритуал.       Наконец-то Дискорд смог совладать с собой и резко бросился в сторону Авроры. Огонь черных свечей уже давно потух и единственное, что напоминало о его наличии, это длинные полосы сизого дыма, пахнущие гниющей плотью и влажной землей. Как только Дух Хаоса оказался над полукровкой, он резко схватил ее за плечи и начал трясти, пытаясь привести ее в чувства, попутно оглядываясь по сторонам и наблюдая за тем, как из могил и склепов продолжают вылезать отвратительные существа, которые лишь пытались имитировать жизнь. Они шипели, рычали и булькали, попутно образуя плотный круг, в центре которого находились сам Дискорд и бесчувственная Аврора.       — Аврора! — не сдавался хаосит и принялся с новой силой трясти пегасочку за плечи, иногда легонько шлепая ее по щекам. — Аврора, очнись, черт возьми! Аврора! Ав…       Тут он вновь поднял голову. Круг мертвецов стал плотнее, а сами они продолжали медленно, но упорно наступать. В их мертвых глазах не было ничего, кроме жажды убивать. Дискорд понял — сражения не избежать, потому резко вскочил на ноги, оборачиваясь вокруг себя и прикидывая, какая из тварей нападет первой. Однако к своему удивлению увидел, что мертвецы перестали шевелиться и издавать какие-либо звуки, когда первые из ряда оказались на расстоянии всего лишь трех метров от центра круга.       — Какого?.. — произнес было Дискорд, но его отвлекло шевеление в его собственных лапах и тихий голос:       — Дискорд?       — Аврора? — хаосит резко наклонился к ней. Аврора уже пришла в себя, однако выглядела так, будто только-только проснулась от очень долгого сна. — Боги мои… — он тут же убрал рыжую прядь, свалившуюся ей на лицо. — Ты в порядке?       — Ритуал… Удался? — спросила пегасочка.       — Ну, судя по тому, что нас окружают мертвецы, да.       — Отлично… — сказала Аврора и попыталась подняться, однако это у нее не получилось.       — Спокойно-спокойно… — сказал Дискорд, подхватив ее так, что она находилась лицом к нему. Первое, что почувствовал Дух Хаоса, когда полукровка оказалась у него в руках, это холод. Аврора была холодна, как ледяная глыба, но это было не самым необычным. — Боги мои… — одна лапа Дискорда оказалась на груди пони. На лице Авроры появилась достаточно ехидная улыбка.       — Слушай, мы с тобой не настолько близки, чтобы…       — Какая близость, Аврора? У тебя сердце почти не бьется! — тут он увидел раздраженное и даже слегка расстроенное выражение на лице пегасочки. — Что-то случилось?       — Значит, подозрения отца вполне себе могут оправдаться, — тихо сказала она.       — Ты о чем? — не понял Дискорд.       — Это только даст ему почву для того, чтобы еще больше опекать меня… — казалось, Аврора даже не обращает на него никакого внимания.       — Аврора, черт возьми, ты о чем?! — не выдержал Дух Хаоса.       — О том, что я все еще смертна! — воскликнула Аврора и резко отвернулась от Дискорда. Тот же озадаченно уставился на нее.       — В смысле?       — А ты еще не понял? Я ведь тоже, по сути, живой мертвец. Я должна быть там же, где и все эти уродцы…       — Аврора, не говори так… Ты живая, а они…       — А чем я лучше? Я… Я думала, что раз у меня есть сила Тьмы, я стану бессмертной и докажу отцу, что ему не стоит следить за каждым моим шагом. А теперь… Мы опытным путем доказали, что ритуал воскрешения забирает не только жизнь жертвы, но еще и мою, доводя меня до предсмертного состояния…       — И почему ты думаешь, что смертна? Раз ритуал забирает твою жизнь, это значит, что он опасен, а не что…       — Ага, только у бессмертного все будет хорошо, после подобного ритуала. И даже не спрашивай, уверена я или нет — мне довелось видеть это своими глазами. И раз уж я в таком состоянии, то… Я действительно смертна…       — Тебя это так угнетает? — спросил Дискорд, помогая Авроре встать и удержаться на всех копытах. Сама же пегасочка чувствовала сильное головокружение и слабость во всем теле, однако ее радовало то, что она видит собственную мини-армию в количестве сотни — плюс-минус — единиц. Это значило только одно — нужно было провести еще три, в лучшем случае, четыре, ритуала, а это гарантированная смерть.       — Да, меня угнетает то, что у меня есть сила, но нет того времени, которое требуется для ее раскрытия, — отмахнувшись от лапы Дискорда, сказала Аврора и сделала несколько неуверенных шагов, после чего осмотрела собственное войско. Ее глаза тут же начали светиться тем же светом, каким светились у мертвецов. Тут же армия нежити встала идеально ровно. Если бы не торчащие из-под плоти кости и опарыши на гнилых телах, их можно было бы с натяжкой назвать «живыми». — Однако у нас нет времени на то, чтобы стоять и болтать попусту — нам нужно продолжить собирать армию.       — С-собирать армию?! — послышался голос Дискорда, а сам он выскочил перед Авророй. — Ты с ума сошла?! Тебе только один этот ритуал чуть не стоил жизни, а ты хочешь продолжить? — полукровка недовольно выдохнула. — Аврора, я понимаю, что тебе хочется доказать твоему отцу, но ты перегибаешь. Давай остановимся хотя бы на пару минут и подумаем над тем, что мы можем сделать. Главное, остынь… Пожалуйста…       — Аргх, ладно… Ладно! И что ты предлагаешь?       — Пока что, тебе нужно остыть. Когда успокоишься, тогда и продолжим.       — Да я спокойна! — с вызовом сказала Аврора. Дискорд же просто цокнул языком.       — А вот и нет… — скрестив лапы на груди, сказал он. — Либо ты НОРМАЛЬНО остываешь, либо я разрушу всю твою армию и перемещу нас в замок Селестии и Луны, откуда не дам тебе выйти до прихода Джека.       — Ты мне не мамочка… — прорычала пегасочка.       — Да, не мамочка, однако меня поставили следить за тобой. Так что, да… Я сделаю все то, о чем говорю.       — Р-р-р… Ладно… Ладно… Хорошо… Наверное, ты прав.       — Тогда, просто сядь на землю и выдохни. У тебя чуть сердце не встало, ты провела опасный ритуал — после такого неплохо бы отдохнуть. А еще лучше — я могу перенести нас обратно в замок. Там всяко лучше, чем в глуши леса. Только вот… — Дискорд оглядел толпу мертвецов. — Что будем делать с этими?       — Спокойно… Это место можно окружить какой-нибудь защитой от посторонних, чтобы никто не пролез и не наткнулся на них. А насчет самих наших подопечных… Они могут остаться неподвижными настолько, насколько будет необходимо. Слушают-то они меня…       — Это радует… — ответил Дискорд и щелкнул пальцами орлиной лапы. Тут же вокруг всего кладбища образовался прозрачный купол. — Вот, теперь сюда никто не пройдет и даже не подумает о том, чтобы подойти близко.       — Спасибо… — улыбнулась Аврора и снова оглядела свои войска. Ее глаза на секунду сверкнули зеленым, после чего все мертвецы замерли в одной позе, как статуи. Дискорд даже помахал лапой перед одним из сгнивших костлявых лиц. — Теперь и они не станут действовать, пока им не прикажут. А теперь, ох… — Аврора снова начала проседать, словно собиралась упасть в обморок. Благо, ее поймали.       — Так, давай-ка доставим тебя в замок, — сказал Дискорд и снова щелкнул пальцами. Вмиг они оказались в одной из комнат замка Кантерлота. Когда же Дух Хаоса помог полукровке устроиться поудобнее, в комнате показался Чешир. Как только он увидел свою сестру в таком разбитом состоянии, в его глазах сверкнула ярость. Дискорд даже объяснить ничего не успел, как почувствовал на своей шее жгучую боль от кошачьих когтей. Потом снова и снова, и снова, и так по всему своему телу. Удивительно, но Чешир стал чуть ли не истинным воплощением кота Шредингера — вроде бы он был в комнате, но в то же время не было — настолько быстро он переключался между видимым и невидимым состояниями. А атаковал… Уже через несколько секунд все тело хаосита было покрыто мелкими и крупными царапинами, а Чеширского кота словно и не было в комнате. Аврора к тому моменту отключилась, так что даже не видела того, кто и когда заходил в зал, да и что происходило вообще.       — А я же предупреждал тебя, тварь… — послышался голос Чешира со всех сторон комнаты. — Я говорил тебе, что не стоит причинять миледи вреда. Теперь ты ответишь за содеянное…       Его голос был полон ледяной ярости. Казалось, еще немного, и кота просто разорвет от злобы и жажды крови того, кто, по его мнению, причинил вред дорогой сестре. Самому Дискорду же было не так весело, как в тот раз, когда он впервые встретил Чешира — сейчас, это был не тот кот с манерами графа, которым он представился тогда. Сейчас это был кот-демон, который мог спокойно разорвать на куски кого угодно.       — Я ничего с ней не делал! — воскликнул Дискорд, оглядываясь по сторонам. Использовать магию он не хотел — не хватало еще причинить вред любимцу Авроры, да и нужно было разъяснить ситуацию. Этот кот мог выслушать и поверить. — Я пытался отговорить ее, но, будто сам не знаешь, какой у нее характер — сделает то, что задумала, несмотря ни на что!       — И что же она такого сделала? — спросил голос. Духу Хаоса даже показалось, что он мельком увидел огромные желтые глаза Чеширского кота. Успокоило его только то, что в голосе демона появился интерес, однако с легкой нотой настороженности.       — Один ритуал… Она… Она воскресила целое кладбище в Вечнозеленом лесу. Мы были там последний час с небольшим, а когда ритуал закончился, она оказалась в таком состоянии.       Послышался такой звук, будто кто-то очень глубоко вдыхает воздух. Или принюхивается…       — От вас пахнет некро-энергией… — произнес голос Чешира где-то позади Дискорда. Резко обернувшись, он увидел, что кот сидел рядом с Авророй, смотря то на нее, то на самого хаосита очень строгим взглядом, при этом он размеренно поглаживал Аврору по голове своей лапой. — Она — несмышленое дитя, сэр Дискорд, но вы… Вы живете на этой земле уже не первое тысячелетие и не смогли отговорить ребенка?!       В голосе Чешира Дискорд отчетливо услышал осуждение, от которого ему стало не по себе. Однако, его обрадовало то, что кот вернулся к своей прежней манере разговора на «вы».       — Она куда более сильная, чем простая смертная.       — Она не ведает, что творит. Уже то, что она некогда прикоснулась к Некромантии — плохой знак, но использовать эту силу для воскрешения столь большого количества падших… А сколько… Сколько жертв она использовала во время ритуала?       — Одну — крупного волка, — Чешир разочарованно вздохнул.       — Вам обоим повезло, что вы все еще живы. И ладно вы, сэр, живы за счет своей бессмертной сути, но миледи… Ей повезло больше всех… Ритуалы Некромантии — это самая отвратительная ветвь магии Ада. Даже для многих демонов эта наука остается табу в то время, как смертные активно пытались ее обуздать. Хм, не удивительно, что никто из них не остался в живых. Именно поэтому даже хозяин говорил ей о том, что лучше бы она не трогала то, что не сможет взять под контроль. И именно это вы должны были контролировать — ее пыл. Боюсь, мне стоит доложить хозяину о том, что вы провалились с этой миссией еще в самом начале. Может, тогда он найдет кого-то, кто сделает это лучше…       — Чешир, я понимаю, ты злишься из-за того, что произошло, но этого уже не отменить. Авроре будет лучше, если ты, как ее брат, останешься рядом. Мы с ней наломали дров, конечно, но что изменит твой донос Джеку… Единственное, мы все получим по головам, потому лучше будет промолчать. Давай пока подождем, когда Аврора очнется?       Чешир на несколько секунд задумался, после чего кивнул.       — Ладно… — сказал он. — Ладно, в первый и последний раз я промолчу о подобном, хотя долг требует иного. Принесите тазик с холодной водой и тряпкой — у миледи начинается жар…

[Тем временем]

      — Ты тоже это почувствовал? — спросил Хедейр, резко подняв голову и повернувшись к Джеку. Тот тоже был напряжен и навострил уши, как будто услышал очень громкий взрыв.       — Да… — задумчиво протянул черный пони. — Это я ни с чем не спутаю — всплеск некро-энергии…       — Люцифер?       — Сильно сомневаюсь… — по лицу Джека стало ясно, что он понял, чем или кем, был источник этого выброса. Однако вместе с тем в глазах появилось волнение, однако, Хедейр этого не заметил.       — Тогда что это может быть? — спросил второй.       — Скорее всего, наличие демонов в этом мире вызвало всплеск… Все-таки, некоторые демоны обладают способностями в Некромантии, так что…       — Уверен? — настороженно спросил Хедейр. — Почему-то мне кажется, что это не так.       — У нас будет только один шанс проверить это, но не сейчас… Ты мне лучше скажи — армии собраны?       — Да… Но, не думаю, что их хватит на полноценный штурм. Все-таки они смертны… Их любой демон может пришибить одной рукой и даже глазом не моргнет. Потому спрошу еще раз — ты уверен, что нам стоит брать их с собой? Учитывая то, кто мы с тобой, нашей силы может быть достаточно для этой операции.       — Кто-то же должен прикрывать тылы. Физически сильный стражник при должных разъяснении и подготовке, вполне сможет отразить удар разведчиков.       — Что ж, ладно пони-стражники, но перевертыши… Они же ослаблены отсутствием необходимой энергии. Если на поле боя они упадут в обморок или, что еще лучше, умрут от истощения, это будет серьезный удар по численности нашей армии, а это даст Люциферу и его демонам больше шансов.       — Это да… Ничего, с этой проблемой разобраться несложно — создать маленький амулет, что будет генерировать и хранить в себе нужную энергию, которую перевертыш сможет поглощать так долго, как потребуется во время битвы. Займись пока разработкой подобной штуки, а я отойду на пару минут.       — Салдавейрон… — сказал Хедейр, остановив Джека своим копытом. — Ты точно в порядке? Вид у тебя… Обеспокоенный.       — Я в норме, — ответил черный пони и стряхнул копыто брата со своего плеча. — Просто… Нужно кое-что проверить…       С этими словами Темный пошел прочь. Проследив взглядом за ним, Хедейр подметил, что его брат пошел в сторону замка принцесс-сестер, а это могло значить всего два варианта: он решил о чем-то поговорить с самими принцессами, либо же, что казалось ему более вероятным, проверить свою дочь. И, скорее всего, так и было, потому что, как помнил Свет из докладов Эдаэля — своего главного шпиона за жизнью Джека — малышка Аврора имела некие способности в подобной темной магии и могла использовать ее для воскрешения, скажем, маленьких зверушек. Но нынешний выброс был очень мощным — явно воскрешали не кого-то одного, а достаточно большой объем мертвых. Хедейр мог бы плюнуть на все и поискать этот парад живых мертвецов, но осознание того, что это могла сделать Аврора, несколько успокаивало его, говоря лишь о том, что подобная мера была предпринята полукровкой не просто так. Это напомнило Хедейру о его собственных детях-архангелах, которые чуть ли не наперебой стремились показать ему, чего они стоят. Это даже слегка иронично… Аврора была так похожа на его архангелов своим несколько вспыльчивым характером. И пускай тут улавливалось явное влияние самого Джека на характер девушки, вот эта частица Света становилась все ярче и ярче. Возможно, стоило бы пойти за Джеком, чтобы как-то повлиять на строптивую Аврору, но он посчитал, что это не его дело и отправился вглубь Кантерлота, попутно размышляя о чертежах будущего артефакта.

***

      Это было очевидно… Запрети ребенку что-то, и он (или она) сделает противоположное, потому что запретный плод сладок. Но ведь это было не про Аврору. Она же не ребенок… Нет, ребенок… По крайней мере, по сравнению с теми, кто окружает ее. Конечно же, она будет думать, что мало кто принимает ее всерьез, а потому и решила доказать, что она тоже чего-то стоит. Она точно хотела доказать это ему…       — Доказать мне… — тихо говорил Джек, бродя по белым коридорам замка. — Она хочет доказать мне, что может… Ох, девочка моя…       Однако не успел Темный в очередной раз повернуть за угол, как столкнулся с Дискордом. Из того, что он успел заметить, когда оба разошлись друг от друга, это некоторая обеспокоенность на его лице. Когда же хаосит пришел в себя после столкновения и осознал, кто стоит перед ним, его лицо исказила гримаса страха. Джек понимал, отчего могла проявиться такая реакция, но разозлиться почему-то не смог. Ярости не было, а все, что хотелось узнать, — как чувствует себя Аврора и… Осталась ли она жива после проведения ритуала.       — Она… Жива… — ответил Дискорд и почесал затылок. Было видно, что он хочет сказать что-то еще, однако не то боится, не то просто не желает.       — Но? — более нетерпеливым голосом сказал Джек.       — Аврора пока что без сознания… — выдавил из себя Дух Хаоса, но тут же осекся, ибо реакция черного пони на такую новость грозилась стать очень бурной. — Но она жива-жива! Это точно могу сказать.       — Когда я тебе говорил присмотреть за ней, какую часть ты не понял?! — зло прорычал Темный, подходя все ближе и ближе к драконикусу, пока не прижал того к стене.       — Я… Я помню, что ты просил, чтобы с ней ничего не случилось, но…       — НИКАКИХ НО! — зарычал Джек и ударил копытом… по стене, но всего лишь в сантиметре от головы Дискорда. Последний аж почувствовал волну, последовавшую после этого удара, и от этого сердце у него ушло в пятки. Из-за накатившего страха он даже слегка сполз по стене, ожидая дальнейшего. — Запомни раз и навсегда, Псевдо-Хаос, — голос Джека был холодным и твердым, как титан, что вызывало еще больший страх. — Аврора — самое дорогое, что есть в моей жизни. Если с ней случится что-то, я по полной программе верну все это тому, кто позволил беде случиться. Я понятно изъясняюсь?       — Понятно-понятно… — выдохнул Дискорд.       — Надеюсь… — ответил Джек и собирался было уходить, но остановился в паре шагов от хаосита. — Если… Если Ави попытается выкинуть что-то подобное, не стесняйся применять свои силы.       — Я бы и применил их… — ответил Дискорд, все еще не поднимаясь с пола. — Но Аврора каким-то образом заблокировала их…       Тут он заметил, что на лице Темного появилась странная улыбка.       — Моя девочка, — ответил Джек и пошел дальше.       Хоть настроение было немного приподнятым от того, что Аврора смога заткнуть за пояс самого Духа Хаоса, гнетущие мысли все еще не покидали голову черного пони. Нужно было проверить, как она там. Но Хедейр сто процентов ждал его, дабы рассказать о том, какую схему выдумал для этого чертового артефакта для перевертышей. Нет, дочь важнее… К черту все это…       Найти полукровку не составило никакого труда. Запах мертвечины оказался гораздо сильнее, чем приторные запахи, вечно царящие в этом замке. Там же оказался и Чешир. Демон аккуратно укладывал намоченную тряпку Авроре на лоб, как делают, чтобы снизить жар, однако когда услышал скрип двери и повернулся в сторону звука, выронил тряпку.       — М-мой хозяин… — кот совершенно растерялся, не зная, что ему говорить, стоит ли становиться невидимым или лучше просто попытаться объяснить, что произошло.       — Молчать… — тихо ответил Джек и подошел ближе. Аврора все еще была без сознания, но отчетливо слышалось ее относительно ровное дыхание и слегка замедленное сердцебиение. — Что произошло?       — Я… Я толком не знаю, но… Миледи говорила о том, что хочет воскресить мертвецов. Я пытался отговорить ее… И сэр Дискорд пытался, однако миледи проявила себя не с лучшей стороны…       — Сожалеть о содеянном сейчас — глупо и бесполезно, так как она уже сделала это, — ответил Темный и положил свое копыто Авроре на голову. Сквозь свою прохладную оболочку он почувствовал жар. — У нее лихорадка…       — Ей вообще повезло, что она осталась жива, — сказал Чешир. — Это же надо, использовать только одну жертву, чтобы оживить десятки мертвецов.       — Это странно, что она решила прибегнуть к таким рискам. Учитывая то, что Ави изучала Некромантию, ей должно было быть известно о подобном.       — Видимо, она решила оставить эту информацию за порогом, — с некой иронией в голосе ответил Чешир, после чего поднял голову к черному пони. — Вы же… Можете улучшить ее состояние, верно? — Джек повернул свою голову к коту. — Хозяин, я понимаю, что могу показаться чересчур дерзким, да и вы всегда говорили, что никогда не примените своих сил, чтобы вылечить миледи по понятным причинам, но… Может, вы могли бы сделать исключение?       — Чешир, ты и сам знаешь, насколько опасны мои силы, если применять их к смертным. И ладно, болезни — их можно вытянуть без прямого заражения, но здесь… Здесь же из нее выкачивали жизнь — энергию, которая хранится в душах, а ее душа ополовинена и ослаблена. Если попытаюсь что-то сделать, велика вероятность, что она умрет.       — Тогда… — Чешир на пару секунд задумался, после чего в его глазах блеснул странный огонек. — Тогда, почему бы вместо того, чтобы забирать, нам не дать ей нужное.       — Ты о чем? — не понял Джек.       — Ритуалы Некромантии высасывают жизненную энергию из жертвы или из того, кто проводит ритуалы, наполняет ее некро-энергией, и эта смесь позволяет мертвецам вернуться с того света. Если у миледи забрали ту самую энергию, что находится в душах, то почему бы не взять немного энергии из других и дать ее ей.       — Ты… Ты даже не представляешь, что ты сейчас сказал, Чеширский кот. Мало того, что разрыв души сама по себе опасная процедура, так ты еще предлагаешь мне вытащить душу АВРОРЫ, чтобы смешать две души! Ты сошел с ума, если думаешь, что я пожертвую дочерью ради идиотского эксперимента.       — А без этой энергии миледи может умереть. — голос Чешира стал тверже и почти полностью лишился страха перед тем, кто был его хозяином. — Хозяин, я понимаю, что ситуация форс-мажорная, однако я прошу… Нет, я молю вас о том, чтобы вы спасли жизнь Авроре. Ведь она ваша дочь…       — Я знаю это, знаю… — прошипел Джек и отвернулся. Мысли мощным потоком хлынули на его голову, а вместе с ними появились и опасения. Если что-то пойдет не так, могут погибнуть двое — та душа, которая будет использована для восполнения, и, что было самым страшным, душа самой Авроры. Однако черный пони понимал одно — Чешир был прав. Душа белой пегасочки была ополовинена и от того ослаблена, так что тот ритуал мог забрать немалую часть энергии, а это очень плохо. Обычный человек, может быть, и не умер бы после такого ритуала, но… — Ладно… Ладно, я сделаю это… Все равно бы сделал…       С этими словами он снова взглянул на Аврору, отчетливо уловив, что ее сердцебиение стало еще слабее. Все равно бы сделал… Конечно бы сделал, но никому бы не пришлось рисковать, послушайся Аврора хоть раз.       — Что будете делать с теми, кого миледи воскресила? — спросил Чешир, увидев, что черный пони начал процедуру извлечения души из себя. Будучи уже полностью сосредоточенным, Джек не особо расслышал вопрос, а потому кот повторил его. Послышался довольно тяжелый вздох.       — Оставлю, — ответил Темный. — Ави никогда не простит мне, если с ее питомцами случится какая-нибудь беда. Будто не знаешь, как она относится к подобному.       — Но мертвецы — это несколько иное.       — Что делать с нежитью, будет решать Аврора, — более жестким голосом ответил Джек. — В конце концов, это ее солдаты.       — Думаете, это правильно? — спросил Чешир, наблюдая за тем, как к горлу, а потом и к пасти Джека подступал оранжевый огонек. — Оставлять этих тварей.       — Это не мне решать… — тихо произнес черный пони и приоткрыл рот.       Послышался достаточно громкий щелчок, который по звучанию можно было сравнить со звуком откалывающегося стеклянного осколка, только во много раз громче. Тело Древнейшего достаточно сильно тряхнуло, после чего изо рта у него повалил дым, который ярко подсвечивался оранжевым. Когда этот дым слегка рассеялся, стал виден небольшой восьмигранный кристалл, ярко светящийся огненно-оранжевым светом. Несмотря на то, что процедура изъятия не заняла и минуты, по Джеку можно было сказать, что это сильно ударило по его состоянию — черный пони стал выглядеть так, будто из него выжали все соки. Тем не менее это не помешало зажать душу в своей руке.       — Хозяин, все в порядке? — с беспокойством в голосе спросил Чешир, подлетев к Темному. Последний лишь отмахнулся от него.       — В норме… — пропыхтел он, крепче сжав кристаллик. — Это именно то, почему я так не терплю всю эту процедуру — забирать души приятно, а вот вынимать их из себя… Хреновое ощущение… Но ладно, это мелочь — самое страшное начнется сейчас.       — Почему же?       — Потому что во всем нужно знать меру — душа Ави ополовинена… Если переборщим с энергией, ее тело просто разорвет на части.       — Я верю, что вы сможете, хозяин.       — Мне не нужна чертова поддержка, Чеширский кот, — отмахнулся Джек и подошел ближе к лежащей Авроре. — Что ж, сейчас или никогда… Что касается тебя, демон, — сторожи вход в комнату. Мне не нужны лишние глаза.       — Есть, — ответил Чешир и отлетел в сторону входной двери.       Оставшись один на один с Авророй, черный пони приступил к процедуре. Перво-наперво, нужно было открыть изъятую душу, а уже потом начать процесс передачи энергии. Чья душа была той, что Темный взял для проведения операции, он не знал, да и не важно это было на тот момент — куда больше опасений вызывала душа самой Авроры — поврежденная и неполная — черт знает, что могло бы пойти не так в случае мельчайшей ошибки. Нельзя было допустить это…       Единственным способом «открыть» душу было сильное физическое воздействие, — настолько, что с подобной силой можно было легко сдавить целую планету в сплошной блин. Так что, когда Джек с силой сжал этот маленький и такой хрупкий с виду кристаллик, приложив при этом далеко не маленькие усилия, и увидел, что оранжевый свет между его пальцев стал гораздо ярче, то сразу понял — ситуация принимает вид «пан или пропал». Мысль о том, что нельзя перебарщивать с энергией, крутилась в голове черного пони, вытесняя оставшиеся мысли — даже ту, что один из тех, кто приглядывал за Авророй, может спокойно телепортироваться, и что будет делать это с превеликим удовольствием. Собственно, именно звук телепортации несколько отвлек его от уже начатого процесса переливания энергии. Мельком обернувшись, — больше рефлекторно, чем из интереса — Джек увидел, что пришедшим был Дискорд, которого Чешир уже пытался удержать от того, чтобы прервать процесс.       — Что здесь происходит?! — уже в который раз воскликнул Дух Раздора, наблюдая за тем, как из пятипалой конечности черного пони исходил поток энергии оранжевого цвета и входил прямо в глаза и рот бессознательной Авроры. Или выходил… Со стороны было сложно сказать наверняка, что именно происходило в данный момент. Отчасти Дискорд понимал, что Джек, скорее всего, пытался помочь, однако его сильно смущало то, как выглядела эта помощь. — Чешир, да отпусти ты меня!       — Успокойтесь, сэр Дискорд! — попытался отговорить его демон. — Хозяин знает, что делает, просто доверьтесь!       — Как я должен реагировать на то, что…       Дискорд не успел договорить, так как весь процесс вмиг прекратился. Погасло оранжевое свечение, а тело Авроры, немного приподнявшееся в ходе этой процедуры, опустилось. И когда все более-менее угомонилось, Джек решил разъяснить то, что происходило. В принципе он подтвердил все то, что Чешир рассказал Дискорду о ритуале, что провела Аврора, и о том, что одной жертвы оказалось мало для того количества мертвецов, которое воскресила полукровка.       — И ты восполнил ту энергию энергией из другой души? — спросил Дискорд прежде, чем сам черный пони успел сказать это. В ответ на это Темный лишь хмыкнул.       — А ты быстро учишься, Псевдо-Хаос. Даже понял, какая операция проводилась здесь.       — Не пойми неправильно — со стороны это выглядело так, будто ты ЗАБИРАЕШЬ ее душу, а не ДАЕШЬ что-то.       — Понимаю, как могу понять и твою бурную реакцию — все-таки, вы подружились. Однако тебе следует быть куда осмотрительнее, когда будешь следить за ней.       — Ты… Оставляешь меня с ней после того, как я позволил ей провести тот ритуал? — переспросил Дискорд, полагая, что это какая-то очень хитро закрученная шутка Джека. Но серьезный настрой последнего убедил драконикуса в обратном.       — Когда дело касается моей дочери, я всегда серьезен, — твердо ответил черный пони. — Так что, оправдай мое доверие к тебе, приятель…       — Ладно, я постараюсь сбе…       — Не старайся, а просто делай, — перебил его Джек. — Не стесняйся прибегать к радикальным методам задержания, но постарайся без членовредительства.       — Легко тебе говорить — Аврора куда сильнее, чем выглядит.       — Это так — она сильнее тебя, Дискорд. А ты будь хитрее… Но это уже тебе додумывать. Когда она очнется… — Темный глубоко вздохнул. Что он мог посоветовать им в подобной ситуации? Чтобы они связали ее и спрятали в семи сундуках из металлов Проталий? Но это же чушь… Во-первых, потому что бесполезно — в Авроре столько силы, что она выберется даже из такой комнаты сдерживания, а во-вторых, глупо, как концепция.       — Мы проследим за ней, хозяин, — сказал Чешир, заметив замешательство на лице черного пони, — можете не беспокоиться об этом.       — Да уж надеюсь… — ответил Джек. — Что ж, ладно… Ладно… Тогда вон отсюда оба.       — ЧТО?! — в унисон воскликнули Дискорд и Чешир, однако Темный оставался спокойным, как скала.       — Вы все отлично услышали — вон отсюда до поры до времени. Мне надо будет кое о чем поговорить с дочерью.       — Но она без сознания, хозяин, — возразил Чешир, однако Джек взмахнул копытом, как бы говоря о том, чтобы демон замолчал. Собственно, это и произошло — Чешир резко замолк.       — Это не просьба, кот, а приказ. В третий раз повторять не буду.       — Ладно, Чешир… — сказал Дискорд. — Думаю, нам и вправду стоит выйти…       — Но… Но… — попытался возразить кот, однако ясно увидел, что Джек не шутит, как и Дискорд, а потому сдался и глубоко вздохнул. — Ладно… Хорошо, хозяин, я подчиняюсь…       С этими словами и Чешир, и Дискорд вышли из комнаты, оставив черного пони наедине с его дочерью. Джеку же оставалось только ожидать, пока она очнется. А как скоро это случится, не мог сказать никто — все зависело только от самой Авроры и от того, как ее тело отреагирует на ту процедуру, которую он произвел несколько минут назад. Потому черный пони просто прикрыл глаза и, видимо, ушел в глубину своих собственных мыслей.

***

      — О-о-о… — послышался голос Авроры. Судя по интонации, самое меньшее, что у нее было сейчас — это сильная головная боль. Тут уже и Джек открыл глаза и принялся наблюдать за тем, как полукровка приходит в себя. Поначалу это были несколько ленивые, даже слегка нелепые, движения копытами — будто бы кобылка пыталась ухватиться ими за что-то, но потом она смогла-таки приподнять голову, ухватившись за нее копытами.       — Наконец-то ты очнулась, Ави, — строгим тоном произнес Джек. Однако же в его голосе промелькнули нотки облегчения, ведь его эксперимент с душами удался.       — Папа? — слегка ошарашенно спросила Аврора и опустила копыта, попытавшись сфокусировать взгляд на черном пони, что удалось не с первого раза, ибо, как она успела понять, наступило ночное время — солнце уже полностью скрылось за горизонтом, погрузив Эквестрию в полумрак, освещаемый лишь светом луны. — Что… Что ты здесь делаешь? Да и… — пегасочка вновь оглянулась, совершенно не узнав место, в котором находилась. — Да и где мы?       — В замке макропринцессы, — все тем же тоном ответил Джек. — Псевдо-Хаос перенес тебя сюда после того, как ты решила поиграть в Виктора Франкенштейна.       — Откуда ты… А, конечно… Они уже все рассказали тебе… — слегка обиженно выдохнула Аврора и приложила копыто к голове.       — Я узнал об этом до того… Ритуал воскрешения сопровождается выбросом энергии, если ты забыла, а подобное отлично ощущаю, что я, что Хедейр.       — Ясно… Ну и? Теперь ты будешь ругаться на меня из-за того, что я нарушила твои запреты, подвергла опасности себя и Дискорда, что я действовала безрассудно и так далее… Прошу избавь меня от этих нотаций…       — А ты сама не понимаешь, что это действительно так? — более снисходительно спросил Джек и сел рядом с Авророй. — Мы с тобой уже много раз говорили о Некромантии, и каждый раз ты делаешь диаметрально противоположное тому, что я говорю тебе. Нотациями, конечно, я от тебя ничего не добьюсь, да и ты девочка взрослая… А впрочем, в последнем я уже сильно сомневаюсь.       — Что?! — воскликнула было Аврора, но тут же схватилась за голову от нового приступа боли. — Оу… Черт, моя голова…       — Ави, чего ты хочешь этим добиться? Вроде бы, ты должна быть более рациональной и понимать, что у подобного рода ритуалов существуют последствия. И раз ты изучала Некромантию, ты должна была узнать об этом еще в самом начале.       — Я… Я просто хочу показать тебе, что я не слабая… — процедила Аврора сквозь зубы и опустила копыта. — Понимаешь, мне надоело, что ты считаешь меня маленькой девочкой, за которой нужно следить.       Голос Авроры на секунду дрогнул. Джек понимал — ей очень обидно из-за всей ситуации, однако кобылке нужно было понять — на любого сильного найдется кто-то посильнее.       — Ави… — тихо произнес Джек и подтянул Аврору к себе, приобняв ее одним копытом. — Я понимаю, что ты хочешь проявить себя, но все может оказаться гораздо, ГОРАЗДО, серьезнее, чем мы видим сейчас. И я знаю, как ты сильна, девочка моя, но и ты должна понимать, что не сможешь быть самой сильной. Я просто пытаюсь уберечь тебя…       — Да не нужно меня так оберегать, пап… — также тихо произнесла пегасочка.       — Но и рваться в битву против того, чьи силы нам толком неизвестны, тоже глупо.       — Я знаю, но…       — Ави… — Джек провел своим копытом по гриве Авроры. — Я знаю, что ты у меня девушка боевая, но давай направим эту энергию в более мирное русло. Если ты хочешь помочь, хорошо, ты сможешь помочь нам всем.       — Ага, тем, что буду сидеть здесь и никуда не лезть… — саркастично пробурчала полукровка. Послышался легкий, слегка хриплый смех.       — Не совсем… — Аврора озадаченно взглянула на отца. — Дело в том, что мы с Хедейром обсуждали то, что идти на Люцифера неподготовленными — это просто самоубийство. И если у меня и Хедейра есть козырь в виде бессмертия, то вот говорить так об остальных… М-да уж… Тут уж выступишь ты, моя дорогая.       — Я? — переспросила пегасочка. — И как же?       — Так как нам нужно толково объяснить всем, что демоны — угроза посерьезнее, чем все их расы вместе взятые, надо будет показать им, как можно будет обхитрить мелких тварей и побороть демонов рангами выше. Ты, моя дорогая, обучишь их техникам боя, которые знаешь.       — С ума сошел, что ли?! — воскликнула Аврора и отстранилась от отца. — Ты… Ты хоть понимаешь, что на изучение всего этого спокойно могут уйти годы и то на одного. А ты предлагаешь мне тренировать целую армию.       — Я не прошу тебя обучить их боевым искусствам до того уровня, который у тебя. Просто покажи им несколько тактик, как можно будет окучить подобного врага.       — То есть, я стану грушей для битья? — саркастично спросила Аврора и не менее саркастично улыбнулась.       — Нет, Ави, ты станешь тренером. По крайней мере, для одной группы.       — Одной?        — Солдаты будут разделены на несколько групп. Какие-то буду натаскивать я, какие-то Хедейр, а какие-то ты.       — Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам… — натянуто улыбнувшись, ответила Аврора. Натянуто, поскольку еще не все ее силы восстановились полностью.       — Несомненно, Ави, — улыбнулся Джек и потрепал пегасочку по голове, — но солдат слишком много, да и подходы нужны разные, так что я готов опустить этот свой принцип и доверю тебе эту нелегкую миссию. Кроме того, Шай ты натренировала так, что она смогла повалить меня.       — Ты ей поддавался, — хмыкнула полукровка.       — Немного, — улыбнулся черный пони. — Однако ты же смогла научить ее тому, что она может.       — Она просто схватывает все на лету. Я и сама удивилась тому, что за несколько часов она освоила то, что я осваивала неделями.       — Потенциал воина, сокрытый где-то глубоко.       — Да уж… Скромный вояка…       Прошло буквально несколько секунд после чего и Джек, и Аврора дружно рассмеялись. Гнетущая атмосфера практически сошла на нет, но ее остатки все еще проглядывались в глазах Темного.       — Но, Ави, давай договоримся — ты не трогаешь Некромантию без моего непосредственного наблюдения. Хорошо?       Аврора тяжело вздохнула.       — Ты снова пытаешься сделать это… Пытаешься отгородить меня…       — Ави, я не отгораживаю тебя от чего-то — лишь от безрассудств, которые могут привести к твоей смерти. Милая, я понимаю, что ты хочешь проявить себя, как-то впечатлить меня, но я не хочу, чтобы ценой подобного была твоя жизнь. Я… — тут Джек запнулся. Он понимал, что сказать это нужно, но вместе с тем вновь начал переживать те эмоции, которые испытывал, когда нашел Аврору мертвой. — Я… Ави, я просто не переживу еще одной твоей смерти. Тысячелетие я винил себя в том, что не сберег тебя, а потому могу немного перегибать, и я это понимаю, но… Прошу тебя… Оставь то, что может забрать твою жизнь.       Аврора молча слушала монолог Джека, после чего взглянула ему в глаза. В этот момент она увидела то, чего никогда не видела в глазах своего отца, — страх. Внезапно ей и самой стало страшно… Так же страшно, как и в тот день, когда она узнала о том, что была мертва тысячу лет. Тогда она этого не показала, но наедине с собой позволяла эмоциям брать свое. И это было самое отвратительное чувство, которое она когда-либо испытывала в своей жизни и испытывать его вновь ей не хотелось совершенно.       — Хорошо… — тихо и, опустив голову, сказала Аврора. — Хорошо, пап… Я… Я больше не притронусь к Некромантии.       — Ави, девочка моя, я не запрещаю тебе обучаться этой ветке магии… Просто будем делать это вместе, как… Как, например, рыбалка… Помнится, пока ты была маленькой, тебе нравилось ловить рыбу.       — Да ни хрена… — встрепенулась Аврора. — Было скучно и уныло…       — Ага, а потом, когда сама попробовала, тебя было не оторвать от удочки.       — Ну… Ну… — кобылка не нашлась, что ответить, а потому лишь показала Джеку язык и скрестила копыта на груди.       — Вот-вот… А говорит, что не маленькая… — улыбнулся черный пони и начал посмеиваться. — Ладно, тебе нужно немного отдохнуть после всего, что ты учудила. Если хочешь, я могу посидеть с тобой.       — Нет-нет, пап… Вам с… Хедейром… — имя второго Древнейшего она произнесла как-то зло. Джек это заметил, однако не стал перебивать, потому что понимал, чем было вызвано подобное. — Вам нужно просветить солдат в то, с кем им предстоит сражаться, а я… А я подойду чуть позже…       — Мне стоит оставить с тобой кого-то? — более серьезно спросил Джек. — Или мне не стоит волноваться, что ты устроишь что-то подобное?       — Не стоит, пап, — улыбнулась Аврора и протянула свои копыта к нему. Он понял этот намек, придвинулся к дочери, после чего они оба крепко обняли друг друга. — Ты… Ты и вправду настолько беспокоишься за меня?       — Конечно, Ави… Разве могло бы быть иначе?       — Нет… Конечно, нет… Прости меня, пап… За этот глупый ри…       — Ничего страшного, милая… Все обошлось, и хорошо… Ладно, отдыхай, девочка моя… Приходи, как будешь готова.       — Конечно, пап… — улыбнулась Аврора и проводила своего отца взглядом, после чего откинулась назад и прикрыла глаза. Сон пришел к ней мгновенно…

***

      — Как она? — спросил Хедейр, стоявший за дверью в комнату Авроры, когда Джек вышел изнутри.       Джек несколько опешил от того, что второй мало того, что ожидал его здесь, так еще и интересуется состоянием его дочери, до которой ему не должно быть никакого дела.       — А ты, как я погляжу, любишь подслушивать… — хмыкнул черный пони и пошел прямо по коридору.       — Просто поинтересовался… — недовольно ответил Хедейр, догнав Темного. — Я ведь тоже ощутил этот импульс. Мощный, должен сказать… Скорее всего, воскресли десятки, если не сотни мертвецов.       — Не наше дело.       — В… В каком это смысле, не наше? Мертвецов следует ликвидировать, так как…       — Не наше дело… — более жестко повторил Джек. — Эти мертвецы — собственность моей дочери и ничьи более. Что с ними делать, решать ей и только ей, потому я настоятельно попрошу тебя не трогать эту тему.       — Ладно… — выдохнул Хедейр. — Ладно, оставим тварей Авроре, но… Как она там?       — Ритуал Некромантии с малым количеством жертв — как думаешь, хорошо ли Аврора чувствует себя?       — Н-да уж… Но… Жива хоть?       — Жива… — ответил Джек и несколько раз тряхнул головой. — Черт, если бы прошел еще час или полтора, а я бы не дал душе Авроры ту энергию, она могла умереть… А еще колебался… Дьявол, нужно было не думать об этом, а идти сразу. Чем я только думал, когда начал размышлять об опасности?!       — Дал ее душе энергию? Ты что, переливание сделал?       — Да… Но шутка-то в том, что я колебался, когда нужно было не думать об этом, а просто делать.       — Ну… Значит, у тебя на то были причины… Переливание — не такая уж простая процедура, тем более, для ополовиненной души.       — М-да, наверное… И тем не менее, я помедлил…       — Ладно-ладно, остынь… Аврора жива, а нам нужно оповестить солдат о том, с кем им придется сражаться.       — Да… Это будет непросто… Собрались все, кого мы нашли?       — Угу… Солдаты Селестии, Луны, Кризалис и с Кристальной Империи — все готовы и ждут нас.       — Сколько голов?       — Около четырех сотен, плюс принцессы, королева, Твайлайт с ее друзьями и мы с тобой. Крайне немного, как видишь…       — Немного, но… Когда дело дойдет до обучения, мы оба взвоем от того, что их так много.       — Думаешь, будет сложно?       — Да и очень… Многие из этих стражников — жутко любят бахвалиться. Мне даже не нужно видеть будущее, чтобы сказать, что обязательно найдется тот, кто начнет выпендриваться.       — Выпендрежники есть везде и всегда, так что я готов полностью. Однако давай договоримся, что, когда ты будешь ставить такого или таких на место, обойдемся без эксцессов.       — Ну, это насколько он, она или они начнут выпендриваться.       — И все же… Я знаю, что порой ты слабо контролируешь себя в отношении подобных товарищей.       — Опять из шпионажа?       — Эдаэль оказался весьма полезен, когда следил за тобой. И достаточно умен, чтобы оставить твою силу, дабы не выдать себя.       — А я думал, ты просто выжег всю мою Тьму в нем.       — Не… Там было куда сложнее, но… Я не думаю, что тебе приятно говорить об этом.       — Мне больше интересно то, каким образом ты разбил нашу с ним сделку. Подобные узы могу разбить только я…       — Ну… Тут тоже пришлось постараться — разбить подобное заклинание оказалась не так уж просто — Эдаэль чуть было не погиб во время процедуры. Да и… Взрыв был очень мощный — одно из наших зданий было уничтожено полностью и задело еще с десяток.       — Хм… Вам еще повезло… Сделка не должна была быть разрушена, по крайней мере так, чтобы носитель метки остался жив.       — А передача меток по наследству?       — Это стало сюрпризом даже для меня. Как ты понимаешь, никто из носителей до этого не жил столько, чтобы метка ушла, так что… То, что она передалась по наследству, — маленький побочный эффект.       — Но… Мне казалось, ты знал об этом.       — Быстро догадался, так как в воздухе еще витала аура тех меток, но настолько слабая, что почти что не ощущалась. Да и… Мои метки не дают бессмертия, а потому остался только один логичный вариант — по-семейному, так сказать.       — М-м-м… Ладно, допустим… Просто выглядело так, будто ты об этом знал заранее.       — А ты прекрати наблюдать за мной и тогда будет меньше вопросов, — саркастично бросил Джек. Он-то понимал, что Хедейр, скорее, продаст свою душу, — если бы таковая имелась — чем прекратит свою слежку. Однако к своему удивлению черный пони увидел, что второй утвердительно кивнул.       — Хорошо, Салдавейрон… — ответил Хедейр.       — Чего? — не понял Темный. — То есть вот так просто?       — Послушай, я все еще не потерял надежду наладить с тобой отношения.       — О че-е-е-рт… — прошипел Джек. — Думал, тебе уже плевать на дружеские отношения. Особенно после того, как я забрал душу Азраэллы.       — Да… На тот момент мне казалось, что этот твой поступок похоронит все мои надежды, однако… Когда я начал остывать, я понял, что моя дочь, пусть и была жертвой, могла бы отречься от своих идей.       — Хм… И ЭТО ты сказал бы ей, увидь ее вновь?       — Нет… Нет, я бы… Я бы просто обнял ее. Пусть она бы пыталась убить меня, отталкивала, но я бы не отпускал.       — Это… Необычно для тебя, Хедейр, — несколько озадаченно сказал Джек. Второй слегка разочарованно посмотрел на брата.       — Думаешь, я — законченный выродок без сердца?       — Раньше сказал бы «да» и даже не задумался об этом, но теперь… В глазах у тебя появилось что-то… Что-то такое, чего не было в Одэре.       — У тебя тоже, Салдавейрон… — слегка улыбнувшись, сказал Хедейр. — Раньше я видел в тебе только зверя, но сейчас… Сейчас я проклинаю себя за эти мысли, брат…       — Несмотря на то, что в тебе есть некоторое подобие раскаяния, нельзя отрицать того, что ты сам все это начал. Ты даже не слушал меня, когда я пытался молить о пощаде, а лишь кромсал меня на части.       — Да оставь ты меня с этим… Знаю я, что так не делается.       — Это хорошо, что ты понял… Правда, теперь нам от этого ни горячо, ни холодно — остается лишь расхлебывать последствия твоего косяка, Хедейр. Потому советую тебе собраться — не к лицу капитану показывать слабости.       — Да-да… Знаю…       — Кстати, обо всем… О твоей кровной связи с Люцифером лучше не говорить — будет меньше вопросов и поводов у солдатиков поднимать бунт.       — Ложью тоже углы не сгладишь, — ответил Хедейр. — Рано или поздно узнают.       — Когда узнают, тогда и будем вскрываться. Сейчас наше дело — обрисовать смертным, как и с чем они будут вынуждены сражаться.       — Я все еще не считаю, что это хорошая идея — привлекать смертных к этой битве.       — Это их мир, Хедейр, а не наш, так что и воевать им — мы лишь можем подсказать и помочь.       — Решил включить режим бога — не встреваем, но действуем из тени? — улыбнулся Свет.       — Не то, чтобы режим бога… Мне, в целом, наплевать на этот мир, как и на то, что Люцифер сделает с ним, но… Никогда не оставлю то, что меня одурачили, как ребенка.       — Лилит?       — Лилит.       — Ну, слушай, Салдавейрон, если тебя одурачила та, с кем у тебя был роман, могу предположить, что…       Договорить он не успел, так как Джек резко схватил его за грудки, поднял над полом и прижал к стене, причем настолько легко, будто второй не был чем-то большим, нежели тряпичная кукла.       — Это ничего не значит! — грозно прошипел Джек в лицо своему брату. — Роман с Лилит не был ничем иным, кроме как идиотизмом с моей стороны. Не более…       — И тем не менее, ты не убил ее сразу, как она рассказала тебе о Люцифере, не стал проникать в ее голову… — прохрипел Хедейр. — Ты доверился ей, Салдавейрон… Просто взял и доверился…       — И что с того?       — Был бы это ты, каким был в мире людей, не доверился бы, а просто сделал все то, о чем я тебе говорил. Этот мир… Пускай тебе плевать на его судьбу, но его наполнение изменило тебя — ты стал добрее.       — Если доброта делает из меня доверчивого идиота, то к черту все это, — сказал Джек и резко отпустил Хедейра. — И уясни раз и навсегда — я еще не решил, что мне делать с тобой и пока не решу, держи язык за зубами.       — Ладно-ладно… — прохрипел Свет, держась за горло. — Ладно, прости… Совсем забыл, что подобное для тебя больная тема.       — То-то же… — ответил Джек и пошел дальше. Оставалось всего лишь несколько поворотов, прежде чем он и Хедейр бы вышли к месту, где собрались солдаты со своими лидерами.       — Кстати, Салдавейрон… — послышался голос второго справа от Темного. — Ты заметил, что Селестия и Луна больше не шарахаются от нас?       — И?       — Ты не находишь это все странным? Особенно то, что у них есть ауры обоих Элементов…       — Этому должно быть логичное объяснение. Разумеется, если ты не скрываешь ничего.       — Я бы не интересовался этим, если бы скрывал что-то, — пробурчал Хедейр. — Особенно меня, кстати говоря, интересует Луна, ведь ее аура очень схожа с твоей.       — Она была Найтмер Мун — темной версией самой себя, — ответил Джек и прикрыл глаза. — Думаю, когда мы столкнулись с обеими принцессами тысячу лет назад, я случайно заразил ее Тьмой, вот и…       — И она жива? Темная материя — штука токсичная.       — Возможно, там была капля или даже меньше, так что…       — Это не объяснение, а отговорка, Салдавейрон. Ты лучше меня знаешь, что даже одной такой каплей можно отравить смертного гораздо крупнее и сильнее Луны.       — Тогда у меня нет предположений, — отмахнулся Джек. — Не знаю я, почему у Луны схожая с моей аура. Не знаю!       — А, что, если она — Эвелим? — спросил Хедейр. — Это объясняет то, почему у вас схожие ауры и…       — Это совершенно невозможно, — перебил его черный пони. — Эвелимы — дети Элементалей, но и я, и ты, как Древнейшие, бесплодны. Да и появился я здесь только за несколько недель до того, как превратился в дерево, то есть принцессы уже жили и процветали. Иначе говоря, даже, будь я плодовит, она бы просто не успела уродиться и вырасти. Да и кроме ауры, твоя теория с Эвелимами ничего не объясняет — сил моих-то у нее нет.       — Ты же знаешь, что они могут быть в спящем состоянии. И Древнейшие тоже Элементали, пусть и несколько отличные от основной четверки. А их я создал, основываясь на нас с тобой…       — Опять же ничего не доказывает. Что первая твоя мысль, что вторая… Ее аура может быть лишь продуктом заражения тысячелетней давности.       — Может, конечно, и так, но я бы не отрицал второго исхода. Если это так, то…       — Нет, ты определенно что-то знаешь, Хедейр, — резко остановившись, сказал Темный. — Ты бы не стал настаивать на этой дурацкой теории, построенной на череде невероятных случайностей, либо на чьем-то вмешательстве, если бы что-то не знал. Или бы не принимал участие в этом… И лучше тебе сказать сразу, потому как я все равно узнаю.       — Думаешь, я бы скрывал что-то такое? По крайней мере, в такой ситуации?       — Не думаю, а уверен. У тебя всегда одна ложь и молчание, так что, можешь считать меня параноиком, но я убежден, что ты о чем-то молчишь.       — Да не молчу я ни о чем! — взорвался Хедейр. — Молчал бы, если бы что-то было, да ситуация не та!       — Злишься, значит, скрываешь. Уж поверь мне, я видел подобную реакцию на раскрытие тайн. Твое счастье, что читать твои мысли я не могу, как и считывать ложь на раз-два, потому молчи, если хочешь, но я все равно докопаюсь до правды.       — Боюсь, ты останешься разочарован тем, что ничего не найдешь, — ответил Хедейр и пошел вперед. Джек несколько секунд смотрел ему вслед, после чего и сам начал движение.       — Все лгут, Хедейр… — тихо произнес черный пони. — А ты — самый крупный лжец.

[Новый Ад]

      Воинственная атмосфера — бушующие ветры, огненный песок в резко потяжелевшем от напавшего на Кристальную Империю жара, запах серы и гниения и резко опустевшие улицы, по которым лишь изредка пробегали редкие демоны-разведчики, и каждый из них был готов к атаке. Все находилось в жутком напряжении и состоянии ожидания одного единственного приказа от короля. Однако тишина, настолько глубокая, что можно было услышать, как перекатывается одна крошечная песчинка, не разрушалась рычанием, визгом или каким-либо другим отвратительным звуком, который издали бы часовые, а это говорило лишь о том, что все было спокойно. Люцифер, находясь в облике пони, покрытого черной кожей, молча наблюдал за тем, как его войска были готовы уничтожить любую мелкую тварь, дерзнувшую просочиться на территорию демонов. Из-за подобной тишины он услышал, как к нему кто-то приближается — звук шагов становился все отчетливее и отчетливее. Или же от обострившихся донельзя органов чувств он слышал эти шаги так, будто существо, идущее к нему, находилось всего лишь в нескольких шагах.       — Ты сошла со своего поста, — не поворачиваясь, сказал Люцифер. Судя по звуку шагов, тот, кто вошел в зал, потерял свою уверенность и начал неловко топтаться на месте.       — Сейчас затишье… — послышался голос Лилит. Люцифер поначалу не обратил на этого внимания, однако то, как он слышал голос своей жены, будучи полностью покрытым своей черной кожей, и когда его голова была «оголена», заметно отличалось в зависимости от состояния. То, что это было так, Падший понял по аналогии со звуком шагов. Сейчас было очень просто понять, откуда он доносился, причем сам звук оставался таким отчетливым и даже громким, словно оба существа находились в одном помещении. Точно так же было и с голосом демонессы — Падший слышал его настолько хорошо, будто она стояла у него за спиной, а не в нескольких метрах в стороне. — Так что, я подумала, что…       — Если у тебя нет никаких дельных мыслей, тебе следует вернуться на свой пост. В противном случае ты нарушила прямой приказ своего короля о боевой готовности.       — Люци, если бы Салдавейрон хотел напасть, то уже сделал бы это. Он — помешанный на собственной силе ублюдок, который привык делать все своими силами, — звук шагов приблизился к Дьяволу почти что вплотную. Своей новой кожей Падший ощутил теплое дыхание демона. — Так что, не стоит ли немного ослабить хватку? — Нет, не стоит… — строго ответил Люцифер. — Салдавейрон, пусть и одержим и со своими тараканами, но он далеко не идиот. Раз он не напал сейчас, значит, он накапливает силу.       — Не стоит ли нам тогда послать небольшой разведывательный отряд?       — Куда и сколько? Если это, допустим, два или три демона, которых мы разобьем на десяток групп и разбросаем их по предполагаемым местам, и в одном из них окажется Салдавейрон, они будут быстро уничтожены, и мы не получим никакой информации. Если же мы будем посылать целые отряды, центральная территория может остаться незащищенной, и тогда с помощью смертных они могут оккупировать территории Нового Ада.       — Но если здесь ты и другие генералы, то…       — Никто не отрицает того, что Салдавейрон мог дать этим смертным что-то такое, что позволит им сдерживать даже генералов. Так что, ослабление войск — крайне глупый и нецелесообразный ход.       — Ну ладно… — сдалась Лилит и встала по правую сторону от своего мужа. — Однако ты так или иначе услышишь сигнал, не правда ли?       — К чему ты клонишь? — повернув голову к демонессе, спросил Люцифер и по ее лицу понял, что маленькая королева просто истосковалась по архангелу, за которым привыкла прятаться. Однако прежде, чем Падший успел что-то сказать, Лилит решила брать быка за рога, причем в прямом смысле этого слова, ибо в тот момент, когда она поцеловала Люцифера, ее копыта легли именно на рога.       — Думаю, ты понимаешь, чего я хочу от тебя — моего мужа… — шепотом произнесла Лилит, заглянув в алые глаза Дьявола.       — Прекрасно, моя дорогая… — голос Люцифера несколько смягчился, как и сам настрой Падшего. — И, думаю, что с этого будет своя польза…       — В смысле? — переспросила было Лилит, однако внезапно почувствовала где-то внутри себя, что все ее вопросы не имеют никакого значения — что все они настолько крошечные, что их можно просто проигнорировать, ибо во многом холодный интерьер замка Люцифера сменился на невероятной красоты природный пейзаж. Это место явно находилось не в Эквестрии, либо же сама Лилит просто не видела подобного места за то время, пока изучала тот мир. Но, оглядевшись, демонесса лишь утвердилась в своем первом мнении — место, в которое она попала находилось далеко, намного дальше, чем был мир пони.       Небо, сочетающее в себе градиенты черного, темно-синего и фиолетового, было усыпано мелкими точками звезд. Однако самым ярким телом в этом небе была невероятно большая луна. Земля в этом месте была чуть прохладная, а трава оказалась покрыта мелкой росой. Деревьев в округе не было, сколько бы Лилит ни осматривалась — видимо, она была на каком-то странном поле, которое, помимо холодной от росы травы, было покрыто цветами, ярко светящимися не только от света огромной луны, но от странного источника света, находившегося внутри самого растения, а цветные лепестки и придавали окраску каждому из цветков. Лилит была поражена тем, что открылось ей — это место показалось ей самым настоящим раем среди миров смертных. Да и не была она уверена в том, что находится в мире смертных — слишком идеальным было все вокруг. Но не хватало одной детали, чтобы для самой демонессы этот миг стал воистину идеальным — Люцифера. Король демонов словно и не собирался следовать за своей королевой, оставив ее здесь просто ради того, чтобы она не мешалась. Лилит отказывалась верить в то, что это было действительно так, ибо это было не в его типаже.       — Когда-то давно, — послышался голос Люцифера, от которого Лилит слегка вздрогнула и начала оглядываться по сторонам. Падшего нигде не было, но его голос продолжал слышаться со всех сторон, — еще до того момента, как дорогой Отец изгнал меня из нашего тепленького дома, я частенько бывал здесь. Отец называл этот мир «Керадон», ибо он был самым прекрасным из миров, которые уродились в этом проклятом пространстве. Ну а ты, дорогая жена, что думаешь об этом месте?       — Я… — Лилит продолжала оглядываться, дабы понять, откуда конкретно шел голос. Однако все, что ей удалось увидеть, это странный алый туман, который покрыл собой небольшой участок земли вокруг самой демонессы. Сначала он расстилался только по земле, но потом начал подниматься, покрывая собой не только траву, но и тело самой Лилит. Ощущения оказались весьма двоякими — само облако странного не то пара, не то дыма было теплым, даже горячим, отчего чувство было достаточно приятным, но с другой что-то в этом облаке вызывало чувство настороженности, даже опасности. Было в этом что-то непонятное, и именно оно вызывало эти жуткие чувства. Так было до тех пор, пока среди тумана Лилит не разглядела лицо Люцифера. Как и все остальное оно представляло собой это самое облако, только собранное в целостный образ. Но она увидела это лицо всего лишь на несколько секунд, после чего оно растворилось. Растворился и весь туман.       — Так что ты думаешь? — послышался голос Люцифера над ухом Лилит. Демонесса резко обернулась и даже несколько отстранилась от того, кто стоял позади нее. Это был Люцифер. Падший предстал перед ней в том же самом облике, в котором вернулся в замок: не было более той черной кожи-брони, что покрывала его тело целиком и полностью. Лишь то копыто, что некогда было искажено недостатком времени, оставалось таким же черным, что и ранее. Даже его глаза более не светились тем алым светом, что так пугал Лилит своей полной безэмоциональностью.       — Здесь… — демонесса наконец-то нашла в себе силы сказать хоть несколько слов. — Здесь невероятно… Но… Но зачем… Зачем ты перенес нас сюда?       — Мне казалось, ты поняла, — на лице Люцифера появилась легкая улыбка, а сам он подошел чуть ближе. — С того момента, как вы с Азазелем любезно вернули меня к жизни, у нас с тобой не было времени для того, чтобы остаться наедине. Я подумал, что этот маленький мир без жизни идеально подойдет для того, чтобы наверстать целое тысячелетие разлуки.       — Ты… — Лилит почувствовала, что ее собственное сердце забилось быстрее. Так много лет прошло с тех пор, как она испытывала подобное чувство. — Ты говоришь правду?       — Стал бы я лгать тебе — той, кому я обязан своей жизнью? — спросил Люцифер и встал практически вплотную к своей жене, после чего приподнял ее голову, направив к своему лицу. — И я никогда не перестану быть благодарным за то, что снова могу дышать, чувствовать и наслаждаться тем, что нахожусь рядом со своей любимой женой.       Сказав это, Падший медленно, словно растягивая момент, но верно приблизился к лицу Лилит. Демонессу очень быстро поглотили чувства, причем настолько, что она оказалась не в силах даже на то, чтобы произнести хотя бы одно слово. Да и ей это было не нужно, ведь все, чего она хотела, находилось прямо перед ней. Нужно было лишь потянуться, чтобы взять. И она сделала это… Губы Люцифера оказались прохладными — куда холоднее, чем то, что обычно ожидаешь почувствовать от живого тела. Нет, Падший, скорее, напоминал собой оживший труп — такой же холодный и неживой, как тело, которое вот-вот должны погрузить в могилу. Отчего-то ощущения показались Лилит знакомыми. Скорее всего, это было связано с тем, что в теле ее мужа большей частью была темная материя, из которой и состоял тот эмбрион. Но довольно быстро демонесса привыкла к этим не слишком приятным ощущениям, позволив себе отдаться той страсти, которая хотела выйти из нее все то время, что она была в разлуке с Падшим и, за исключением этого мертвенного холода и неприятной влаги, которую она почувствовала своей спиной, оказавшись лежащей на траве, ее муж оставался таким же, каким и был до своей смерти.

[Кантерлот… Замок принцесс… Тем временем]

      Толпа уже была собрана — принцессы и королева отлично постарались, когда рассказывали о том, что у древних братьев есть, что рассказать им. В том числе, и в этом Джек был уверен на сто процентов, свою лепту внесли выжившие кристальные пони и те из стражей, кому не повезло встретить Люцифера и его армию во всей красе. Страх отлично чувствовался среди всех тех, кто теперь стоял перед небольшой сценой, специально собранной для сегодняшнего объявления. Тут были собраны все: пегасы, земные пони, кристальные, единороги и перевертыши — единственная раса, которая выделялась на общем фоне. Определенно, здесь были те, кто не понимал, что происходит, и те, кто прекрасно осознавал, на что он или она подписалась. Конечно, Джек понимал, что среди бравых стражников-мужиков найдутся и представительницы прекрасного пола, у которых, по его мнению, шило было в заднице. По многим факторам черный пони осознавал, насколько женщины бесполезные в качестве пехотных солдат в силу своей эмоциональности — видел таких еще в мире людей. И каким бы сексизмом это ни было, таких было куда проще сводить с ума, нежели солдат мужского пола. Учитывая все обстоятельства и полное отсутствие осведомленности о том, какие силы есть у Люцифера, кроме, разумеется, ледяных, отсутствие банального телекинеза отсекалось сразу. Падший легко бы свел с ума тех, кто, по его мнению, был слаб. Но, что бы там ни было, в данный момент, как бы Джеку не хотелось съязвить и отпустить нечто очень сексистское, нужны были все. Да и Темный знал немало примеров, которые были сюрпризом даже для него. Конечно, он понимал, что, скорее всего, в силу эмоциональности тренировки будут сложными, опыт у него был, так что…       — Кто будет начинать? — тихо спросил Хедейр, встав по правую сторону от Джека.       — Начну я — будут очень ехидные высказывания относительно всего. Начнешь ты — все сразу узнают о том, что мы будем воевать с твоим чадом.       — Думаешь, они не знают? Принцессы и Кризалис, скорее всего, успели сказать.       — Если эта троица хоть немного уважает тебя, они смолчат. Да и не к теме это…       — Да, но сказать надо будет. Иначе, сам понимаешь…       — Вот ТЫ и скажешь им всем об этом, когда я дам тебе слово, — ответил Джек и сделал несколько шагов вперед. На него уставилась целая орава глаз. Волнения не было, ибо не в первый раз он выступает перед толпой. Одно отличало этих ребят от тех, с кем черный пони привык общаться — наличие разума и свободы воли. Отчасти из-за привычки Темный пару слов произнес на языке Древнейших, после чего осекся, прочистил горло и заговорил на более привычном:       — Итак… Учитывая то, что вы все собрались здесь, думаю, вам разъяснили, ради чего все это мероприятие было организованно. Для тех же, кто прослушал наставления или подумал, что происходящее — бред больных на голову, буду вынужден повторить — Кристальная Империя захвачена очень сильным врагом, — толпа тут же начала шушукаться. Джек даже расслышал, как кто-то, видимо, кристальный пони, сказал: «А ты говорил, сумасшедший. Я же тебе говорил!». — Но в одном вам повезло — я и мой коллега, — черный пони кивнул в сторону Хедейра головой, чем вновь привлек внимание толпы, — знакомы с этим врагом настолько хорошо, что можем рассказать о них все, что вас интересует. И, сразу отвечая на ваш невербальный вопрос, скажу — начинается война. По крайней мере, если мы не сможем побороть их сразу, а это будет непросто. Отчасти именно поэтому мы все сегодня здесь — научить вас противостоять и выживать в сражениях с этим врагом.       — Да, но что за враг? — послышался голос откуда-то из толпы. Судя по тому, как он звучал, голос принадлежал перевертышу-жеребцу, явно скептично настроенному на всю эту ситуацию. — Вы так и не сказали, с кем нам предстоит сражаться, хотя так красочно их расписываете.       — Как раз подходил к этому, но у тебя, друг мой, видимо, настолько длинный язык, что не помещается во рту, — не менее ехидно ответил Джек. Говоривший тут же стушевался. Не столько от высказывания черного пони, сколько от интонации, с которой он говорил — достаточно угрожающая и говорящая о том, что языка он может лишиться за пару секунд. — Так вот, возвращаясь к теме врага. Раса этих существ называется демоны. Они пришли сюда из совершенно иного мира, который называется Ад. Это мир, в который попадают мертвые после того, как умирают, и где страдают от совершенных ими в процессе жизни грехов. Проще говоря, чем больше вы сделали зла в своей жизни, тем сильнее будет ваше наказание. И именно демоны отвечают за то, чтобы ваше пребывание в их мире было сродни великому ужасу. Демонам не ведомы жалость и сострадание, они не знают ваших эмоций, а все, ради чего они существуют, — это мучить всякого, кто встанет у него на пути. И неважно, к какому классу принадлежит демон — каждый из них убьет вас без каких-либо угрызений совести.       — К-классов? — вновь послышался голос перевертыша. Однако в этот раз голос был женским, и Джек мог отчетливо увидеть его владелицу — совсем юная, казалось, ей было не более двадцати лет, если брать на глаз, однако под правым глазом уже красовался тонкий белесый шрам.       — Именно, дорогуша… — ответил Темный. — Их не так много, как может показаться на первый взгляд, но абсолютно каждый — повторюсь, каждый — способен убить любого из вас без особых сложностей. Первый класс демонов — низшие. Как понятно из названия, это самый слабый класс демонов. Ими руководят исключительно животные инстинкты, и они подчиняются тем, в ком видят силу и угрозу для своей шкуры. Их существует несколько подвидов, но отличает их только территориальная принадлежность, с чем вы познакомитесь несколько позже. Что касается функций этих демонов, то тут все зависит от того, кто и что им прикажет. В основном они патрулируют Ад на случай, если в него попадет кто-то живой или же случайная душа выберется из своего плена — чего не случалось еще ни разу — наружу, ибо это аномалия, а в Аду с этим достаточно строго.       Второй класс или же ранг — архидемоны. Вот здесь уже поинтереснее, ибо у этих существ есть разум и, как следствие, умение оценивать обстановку. Их можно часто встретить, просто гуляя по Аду. Обычно они заняты тем, ради чего созданы — обеспечивают мертвецам прекрасное времяпрепровождение в мире бесконечных мучений, но… Среди архидемонов есть и те, кто называют себя генералами — эти демоны наиболее приближены к королю всех демонов Люциферу и имеют особые навыки.       Далее в иерархии идут короли. Опережая вопросы, скажу, что сам Люцифер не относится к этому подвиду, хотя и является таковым. Но это лишь титул… Сами же короли — это архидемоны, которые разделили между собой территории всего Ада. Их восемь, но, на наше счастье, они не в подчинении Люцифера лишь потому, что пока не осведомлены о нем. Наверное…       И, наконец, последний класс в этой иерархии и одни из самых сильных демонов — падшие. Справедливости ради стоит сказать, что они и не совсем демоны — по крайней мере, стали ими не сразу, но об этом вам расскажет мой коллега, так как в этой теме он более осведомлен. О падших могу сказать лишь то, что к этим демонам вам ходу нет, сколько бы мы вас не натаскивали. А все из-за того, что вы, дамы и господа, смертны.       А теперь касательно того, что вам предстоит в ближайшие пару дней, если не недель. Мои методы тренировок могут показаться вам грубыми, негуманными, вы можете думать, что я предвзято отношусь к вам, но здесь нет ничего личного. В организационные моменты мы вас посвятим, когда начнется первая тренировка, то есть завтра в семь утра. Пока что обмозгуйте все, что услышали сегодня и поделитесь на несколько групп. Встречаемся здесь же в назначенный час.       На этом Джек отошел назад, встав рядом с Хедейром. На лице второго читалась некоторая озадаченность.       — Умеешь ты приободрить перед сражением, ничего не скажешь, — сказал он, повернувшись к черному пони.       — Я и не говорил, что буду как-то приободрять их, — холодно ответил Тёмный. — Наверное, мне еще стоило сказать, что это их война, потому что это их мир и что мы вообще не обязаны сражаться за него.       — Рад, что ты не высказал эту неимоверно эгоистичную мысль, Салдавейрон. Так бы ты окончательно похоронил их надежды на спасение.       — Ну они же должны знать, что Элементали — не боги, и что мы не творим чудеса.       — Я знаю, но… Кстати, меня удивляет, что ты дал им возможность отдохнуть.       — Вечер уже… — ответил черный пони. — Пусть отоспятся и со свежими головами приступят к тренировкам, нежели будут делать это сейчас. Кроме того, им еще надо осознать, что намечается. Принятие ситуации даст им стимул к сражению.       — Думаешь?       — Убежден. Могут, конечно, найтись и дезертиры, и, если завтра придет треть из тех, кто был сегодня, я просто уйду из этого мира. Зачем воевать на стороне, кому их собственный мир не нужен?       — Они умрут.       — Да, умрут, и я, возможно, почувствую себя виноватым, но только на полшишечки, — даже меньше — но это уже будут их проблемы.       — Когда ты успел потерять надежду?       — Я и не терял… — улыбнулся Джек. — Просто нас очень тактично подслушивают, — далее Темный продолжил более громким голосом, — и я упорно не понимаю, почему все еще не разошлись!       Послышались звуки толпы. Черный пони понял, что так просто никто из них не уйдет, ибо его слова оказались весьма и весьма грубыми по отношению к ним, так что найдутся особи, желающие высказать свое. Разумеется, недовольные начали покрывать Темного самыми последними словами, а кто-то начал откровенно угрожать. На все это Джек лишь рассмеялся.       — Что ж, если вы настроены так по-боевому, наша тренировка начнется прямо сейчас. Вы хотите узнать, какого это — сражаться с демонами… Что ж, я дам вам эту возможность… Итак, эни-майни-мэйни-мо, ты, ты и ты… — Джек указал на троицу особо буйных — двое перевертышей и земной пони, закованный в золотые доспехи — типичные для стражников Селестии. Конечно, те, что были очевидцами событий в Кристальной Империи, пытались утихомирить их, однако те уже были настроены на драку, потому чуть ли не со скоростью пули оказались на «сцене». — Отлично… Итак, смоделируем ситуацию с самым простым разведчиком Центральных Земель — существо достаточно сильное, но его вполне можно победить. Вас трое, демон один — численное превосходство налицо. Ваши действия?       — Атаковать! — чуть ли не в унисон ответили солдаты. Джек же хищно улыбнулся.       — Отлично… — ответил он. Его собственная тень тут же выползла из-под него, немного проплыла по полу и под ошарашенные взгляды троицы смельчаков, которые, видимо, совсем забыли о прежних проблемах между своими расами, остановилась буквально в нескольких метрах от них, после чего начала подниматься, образовав достаточно крупный черный сгусток чего-то желеобразного, пока не приняла форму отвратительного, длинного существа. Голова его была маленькой и плоской, глаз видно не было, зато отлично выделялись далеко не маленькие руки с не меньшими когтями.       — Итак, это — макет типичного разведчика, — сказал Джек, чем вывел троицу из небольшого ступора. — Он обладает силой, поведением и инстинктами оригинала, и это то, на чем будут тренироваться все, кто присутствует здесь. Без исключений… Разве что я буду менять подвиды демонов, однако, это уже потом… Итак, начнем с вас троих. Вы без тени сомнения выбрали атаку. Хорошо, я вам устрою атаку…       Сказав это, черный пони взмахнул своим копытом. Существо тут же оживилось, оскалилось и бросилось на солдат со стремительностью молнии. Те даже опомниться не успели, как их уже раскидали по трем сторонам, после чего все тот же макет демона, продолжая двигаться со скоростью пули, просто раскидывал трех хвастунов на потеху Джеку.       — Салдавейрон, — послышался голос Хедейра по левую сторону от черного пони. — Тебе не кажется, что ты немного перегнул?       — Перегнул. Однако я не терплю таких вот выскочек. Да и разведчики действительно могут быть настолько быстрыми.       — Могут, не спорю, но ты даже не подготовил их к атаке.       — Как я и говорил ранее — терпеть не могу выскочек. Кроме того, они сами хотели атаковать. Для остальных это может стать неплохим уроком — не атакуй врага, не узнав о нем ничего.       — Уроком? Ты сам спровоцировал их! — Хедейр искренне не понимал, к чему клонит первый.       — Это и есть их второе задание и урок — в бою нужно оставаться хладнокровным, что бы ни произошло. Первое же — знание о враге. Стоп!       Как только Джек произнес это слово, макет демона резко перестал откровенно издеваться над тремя несчастными солдатами и медленно отошел от них. Для самих же солдат подобное стало благодатью, ибо они уже были не в силах не то, что сопротивляться, но даже просто двигаться. По всему их телу разносилась достаточно сильная боль, однако не было чувства, что какая-то из их костей была сломана — существо постаралось на славу, действуя жестко, но аккуратно.       — Итак, — сказал Джек, встав над покалеченными, — вы только что испытали на себе то, как будет действовать самый обычный демон-разведчик с Огненных или же Центральных Земель Ада, послужив, тем самым, примером для всех тех, кто думал, что демоны — это просто очередная раса, которую можно будет легко нейтрализовать. Результаты просто отвратительные — такими темпами вы не сможете прожить и нескольких секунд после встречи с реальной тварью.       — Но… — попытался сказать солдат-перевертыш. — Но вы даже не дали нам шанса подготовиться к атаке.       — И ни один демон не даст, голубчик. В этой битве либо ты, либо он — третьего не дано. Нет оружия — используй то, что дано тебе от природы: земным пони — их физическая сила, перевертыши, единороги и аликорны — магия. Вас, перевертышей, было двое, но ни один не додумался атаковать с помощью магии.       — Демон… Ах… Демон был слишком быстр, — выдохнул солдат-пони, помогая встать второму перевертышу — более потрепанному, чем остальные.       — Да, быстр, однако вам нужно стать быстрее. Если возникает тупик, можно превратиться во что-то огромное и просто раздавить демона массой, можно превратиться в самого демона и ускользнуть — в конце концов, не мне вас учить превращаться. Но это касается исключительно перевертышей. Что касается остальных — тут нужно проводить тесты. Думаю, для наглядности, стоит начать с тех, кто посильнее, а именно с аликорнов. Макропринцесса, прошу на наш подиум.       Разумеется, обе принцессы и королева были там, слушая и наблюдая за всем, что будет делать Джек. Разумеется, то, что он выкинул, было ожидаемо, даже то, что он решит продемонстрировать из собственную слабость на глазах у всех, потому Селестия не стала возражать и медленно полетела в сторону черного пони.       — Салдавейрон, что ты задумал? — услышал Темный голос Хедейра у себя над ухом.       — Хочу кое-что проверить, — ответил он и подошел чуть ближе к подлетевшей принцессе. — Советовал бы тебе снять свое золото — в бою против демонов оно не пригодится.       — Обязательно учту это, — ответила Селестия. Ее рог тут же начал светиться.       — Хм… Вижу, ты уже готова к бою, — черный пони улыбнулся одними уголками губ. — Хорошо… Думаю, финальный показательный бой на сегодня начнется без всяких подсказок. Или мне лучше сказать тебе еще что-то про демонов?       — Насколько они прочны? — спросила Селестия, удерживая взгляд на макете, который вновь начал шевелиться.        — Макет уничтожить ты не сможешь, однако реальные низшие демоны прочнее среднего смертного и не прочнее стали. Но они достаточно выносливы и могут пережить не одно и не два серьезных ранения, в том числе, и урон в голову. Потому, если собираешься бить, то старайся снести именно тыкву. АТАКА!       Селестия слегка не была готова к тому, что демон начнет атаковать ее на полуслове, однако, так как и сама была не промах, успела увернуться от рывка и оказалась у фальш-демона за спиной. Медлить она не стала и решила воспользоваться советом Джека о том, что надо бить в голову и достаточно сильно, чтобы демон больше не смог встать. Желтый луч сорвался с ее рога и попал манекену прямо в затылок. Принцесса не была уверена, умер бы обычный демон после ее залпа, но этот просто свалился на пол.       — Достаточно! — сказал Джек. Демон медленно поднялся на лапы и замер, став похожим на статую. — Это то, о чем я говорил только что, — аликорн использовала свои крылья и магию, чтобы одним ударом уложить демона. Вам тоже следует использовать свои особенности, чтобы добиваться максимальной эффективности за наименьшее количество телодвижений. Но мне интересно, как наш испытуемый справится с рыбкой покрупнее.       С этими словами черный пони медленно поднялся на задние копыта, после чего сбросил свои плащ и шляпу и расправил свои плечи. Послышался громкий хруст поломанного дерева, перемешанный с возникшим галдежом со стороны толпы.       — Салдавейрон, и что ты собираешься делать? — спросила Селестия, хотя внутри себя уже поняла, что будет далее.       — Как я и сказал, мне интересно, что ты будешь делать с тем, кто посильнее обычного низшего демона. Можешь не беспокоиться, я не буду сражаться с тобой так, как это было ранее — лишь на уровне достаточно сильного архидемона. Справишься со мной?       Принцесса ничего не ответила и лишь приготовилась отражать предстоящую атаку. Однако если с макетом демона было все понятно: он действовал, как обычный дикий зверь и шел в лоб —то сам Джек был разумен и способен составлять достаточно сложные схемы нападения. Но сейчас он всего лишь осматривал ее, словно подмечая, куда ему атаковать, либо же ожидая, когда атакует она. Одно было плохо — черный пони был достаточно быстрым, чтобы успеть уклониться от большинства ее атак. Продумать все ей не дали, и Темный достаточно быстро переместился к ней и замахнулся своим копытом. Ударить он ее не ударил, однако подхватил под грудину и отбросил на достаточное расстояние от себя. Больно, конечно, но не критично, потому Селестия достаточно быстро вскочила на копыта и выстрелила в Темного. Ему не составило труда увернуться от ее луча. И от следующего тоже, но для него стало небольшой неожиданностью то, что принцесса решила телепортировать себя ему за спину. Когда же он развернулся, чтобы нанести последний удар, его лицо уже озарил очередной энергетический снаряд, а в следующий момент черный пони оказался на полу. Селестия нависала над ним, готовясь в любой момент прервать его попытки освободиться. Джек это понял, потому поднял передние копыта в знак того, что сдается. Как только принцесса немного расслабилась, а это стало видно по тому, что ее рог потух, да и сама она расслабленно выдохнула, Темный обхватил ее задними копытами и перевернул себя и аликорна так, чтобы последняя оказалась под ним, после чего приставил одно из своих лезвий ей к лицу.       — Урок номер три! — громко сказал Темный. — Всегда добивайте поверженного врага! ВСЕГДА и БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЙ. Демоны не станут вам поддаваться и всегда будут идти до конца. Это понятно, макропринцесса?       — Более чем… — ответила Селестия, все еще будучи зажатой между задних копыт Джека.       — Отлично, — ответил он и отпустил принцессу. — Чудно, за сим наш первый урок окончен. Продолжим завтра с утра…       Сказав это, Джек поднял свои плащ и шляпу и направился в сторону выхода из зала. Не успел он пройти до первого поворота, как его окликнул знакомый голос. Обернувшись, он увидел Флаттершай. На ее лице было некоторое волнение.       — Что-то не так, Шай? — слегка озадаченно спросил Джек. — Вид у тебя обеспокоенный.       — Нет-нет, я в порядке, просто… Все так… Сумбурно, что ли…       — Сумбурно?       — Ну… Все случилось так быстро… Прошло всего несколько дней с того момента, как Люцифер воскрес, а Кристальная Империя уже захвачена, и ты буквально говоришь, что у нас война с демонами.       — Я не сказал ни капли лжи, да и смысл лгать в нашей ситуации. Так или иначе, нам всем придется штурмовать Кристальную Империю, а мы с Хедейром причиним больше вреда, чем пользы, если будем бить в полную силу. Так что, каким бы наш порыв втянуть во все это пони ни был эгоистичным, отчасти он подкреплен тем, чтобы самим не прихлопнуть вас. Если ты об этом, конечно…       — Ну и об этом тоже, конечно, однако… Я понимаю, что есть те, кто захочет отомстить Люциферу за то, что он захватил Кристальную Империю. А перевертыши…       — Им это важно ради мира во всем мире, — улыбнулся черный пони. — Если они не примут в этом участие, Кризалис и все ее королевство потеряет мирный договор. А учитывая то, что при определенных условиях я могу договориться с макропринцессой обо всем, Кризалис опасается еще и того, что я просто-напросто сотру ее расу с лица этой планеты.       — А ты…       — Не сделаю этого, не боись. Мне нет дела до перевертышей и не будет, что бы мне там ни предложили. Кстати, шла бы ты спать — подъем ранний для всех.       — А… А что ты будешь делать?        — Для начала проверю, как там Аврора. Прошло уже достаточно времени — может быть, очухалась. А раз Чешира все еще нет — нет и плохих новостей, что очень хорошо.       — С Авророй произошло что-то серьезное? — в голосе пегасочки послышалось более сильное беспокойство. Послышался глубокий вздох со стороны черного пони.       — Она провела ритуал из Некромантии, что чуть не стоило ей жизни.       Голос Темного был слегка приглушенным, и Флаттершай услышала в нем не то чтобы беспокойство, но даже некоторую панику. Не в том смысле, в котором можно было подразумевать это по отношению к кому-то обычному, но другое слово просто не подходило.       — Некро… Некромантия… — задумчиво произнесла пегасочка, после чего ее озарило. — Погоди, Некромантия… Аврора же говорила, что это связано, — пони нервно сглотнула, — с мертвыми…       — Это так, Шай. И Аврора использовала Некромантию по прямому назначению. Одно «но» — одной жертвы оказалось мало, и ритуал начал вытягивать ее собственную жизнь.       — Боги мои… — прикрыв рот копытом, прошептала Флаттершай. — С ней… С ней все в порядке?       — Когда я видел ее перед тем, как оказаться в зале со всеми вами, была в порядке. И, как я говорил ранее, раз Чешир не несет мне плохих новостей, то пока что все в порядке.       — Кстати, Джек… Насчет тренировок, про которые ты говорил… Зачем ты попросил всех разделиться на группы?       — Затем, что тренировать вас всех в куче будет очень непросто, потому тренировки будут под разными началами.       — То есть, ты и Хедейр?       — Именно.       — И… И нас с девочками тоже?       — Вас — нет… — Флаттершай озадаченно уставилась на Джека.       — В смысле?       — Вами займется мой лучший боец, — улыбнулся черный пони. — Аврора.       — А… Аврора?       — Именно… Надеюсь, что к завтрашнему утру она оклемается, а там и начнете.       — А… А почему не ты или Хедейр?       — Вас и без того много, а нас всего двое, — псевдо-страдальческим голосом произнес Темный и тихо засмеялся. — Ну а если серьезно, то вас действительно чересчур много, да и твои друзья, не будем тыкать копытами, не особо любят слушать указания.       — Ты про Дэши?       — И не только, Шай… Опять же не хочу тыкать, но радужногривая, ржавая и алмазная голова наиболее строптивы и относятся ко мне с куда большей неприязнью. А с Авророй, как я успел заметить, вы подружились, потому вам будет легче работать с ней. Да и учитель она неплохой, раз ты так быстро разобралась со своим оружием.       — Это так удивительно… — голос пегасочки стал более воодушевленным, и она провела своим копытом по холодному металлу, что обволакивал ее плечо. — Я уже и забыла о нем, но чувствую, что если что-то на меня нападет, то… Эх… Не нравится мне это…        — Что именно?       — То, что я так быстро привыкла к этой штуке. Это же… Оружие, а я… Какой же из меня воин…       — Сказала пони, которая повалила меня на лопатки, — улыбнулся Джек. Флаттершай тоже улыбнулась.       — Ты поддавался мне.       — Немного… Но тем не менее, ты меня очень удивила и порадовала. Аврора все нахваливала то, что ты схватываешь все на лету.       — Она преувеличила… — щеки пегасочки покраснели.       — Из того, что я видел, могу сказать, что ты приуменьшаешь свои умения в обладании мечом. Шай, я знаю, ты у нас пацифистка, но иногда даже уметь махать мечом бывает полезно.       — Я понимаю это… — выдохнула Флаттершай. — Что ж, ладно… Но можно кое-о-чем тебя попросить?       — О чем же?       — Потренируешь меня?       — Пот… Да ты не торопись так, Шай. Я понимаю, ситуация у нас дрянь, но хотя бы выспись. На уставшую голову делать что-либо бесполезно.       — Я знаю, но… Я не хочу, чтобы ты поддавался…       — Что?       — Ты слышал меня — я не хочу, чтобы ты поддавался мне.       — То есть, ты хочешь, чтобы я атаковал тебя, как Древ…       — Нет… Давай… Давай как тогда, с принцессой…       — Ла-а-адно… Хорошо, Шай, сделаем так — будут тебе личные тренировки, но… Не сегодня… Пока что иди спать.       — Хорошо… — выдохнула пегасочка, подошла ближе к черному пони и поцеловала его в щеку. На ее слегка покрасневшем лице появилась немного неловкая улыбка. — Спокойной ночи, Джек.       — Спокойной, Шай. — улыбнулся Темный и слегка взъерошил розовую гриву пони, после чего развернулся и направился в комнату Авроры.       Темнота ночи наступила очень быстро — с того момента, как закончилось совещание по поводу того, что будет происходить утром и до нынешнего времени, прошло не больше получаса. Единственное, что освещало мглу в ту ночь, это луна, необычно крупная и яркая. А тишина в замке стояла мертвая — словно и не было тут такого огромного количества солдат, однако это было только на радость Джеку. Солдаты или поняли, что ситуация куда более острая, чем они думали поначалу, а потому не будут пытаться вскрыть друг другу глотки из-за прежней вражды (по больше части это касалось пони и перевертышей, которые были в явном меньшинстве, так что, в случае чего просто бы не вытащили). Либо же, что было более вероятно, они всем скопом обсуждали слова черного пони и его достаточно пофигистичное отношение к их миру. Однако им не стоило знать, что Темный слегка слукавил, когда говорил об этом…       Уже на подходе к комнате Авроры Джек начал усиленно прислушиваться, дабы услышать сердцебиение своей дочери. Когда он уходил, ее сердце билось слабо — гораздо слабее, чем должно было, однако… И тут он услышал заветные стуки… Он находился в десятке метров от двери в комнату и за достаточно толстыми стенами, что разделяли их, однако услышал все отчетливо и когда понял, кому принадлежат эти стуки, смог выдохнуть с облегчением. Однако вместе с тем, он услышал еще две вариации стуков: более медленные и более быстрые, от которых так и веяло взволнованностью. Определить владельцев стучавших сердец было несложно — то, что билось медленнее, не могло принадлежать кому-то, кроме Чешира. Пускай он и был котом, но все еще оставался демоном и как бы ни переживал, на сердцебиении это бы не сказалось. А вот со вторым получилось интереснее, ибо это был Дискорд. Конечно, он мог чувствовать вину за то, что случилось с Авророй и теперь просто пытался хоть как-то помочь, а заодно не попадаться на глаза самому Джеку. И как же он, да и сам Чешир, перепугался, когда двери открылись, а в проходе оказался Джек собственной персоной. Сама же Аврора уже немного пришла в себя и выглядела практически так же, как и до того… Как только она увидела отца, на ее лице появилась улыбка.       — Вижу, тебе уже лучше, Ави, — полностью игнорируя Дискорда и Чешира, сказал черный пони и подошел к дочери. Пегасочка утвердительно кивнула головой.       — Да, пап, мне лучше… — ответила Аврора. — Только… Только снилась какая-то бредятина…       — Это нормально… Ритуал забрал у тебя достаточно энергии, так что пришлось добавить ее тебе извне. Вероятно, с этим тебе передались и какие-то воспоминания.       — Мне следовало сдержать ее, но я…       — Самоистязаниями будешь заниматься потом, Дискорд, — не оборачиваясь, перебил его Джек. — Да и не важно это сейчас. Так, для тебя, Ави, утром будет особое задание.       — И какое же? Убить тех, кого я воскресила?       — Что делать с нежитью, решишь ты — ни я, ни Хедейр, ни кто-то еще их трогать не будем. Но я не об этом… Ты будешь тренировать шестерку.       — Чего? — послышался голос Дискорда, после чего он и сам вышел перед Джеком. Аврора тоже озадаченно взглянула на Темного.       — Шестерку? — переспросила она. — То есть Твайлайт и остальных?       — Да, зануду, хвастунью, лицемерку и… Для остальных прозвища сами придумаете — мне не принципиально. Ави… Постарайся не учудить чего-то до утра.       Аврора неловко улыбнулась.       — Да уж… Хватит с меня ритуалов Некромантии… На всю вторую жизнь хватило…       — Ну и отлично, — улыбнулся Джек и повернулся к Чеширу. — Проследи за этим.       — Есть, хозяин, — немного неуверенно сказал Чеширский кот и проводил черного пони взглядом. Тоже самое сделал и Дискорд, однако не решился сказать Темному даже малейшего слова.       Как только дверь закрылась, Джек облегченно выдохнул. Ему стало спокойнее и тогда, когда он услышал сердце Авроры и понял, что там все хорошо, однако после того, как убедился лично, спокойствие обволокло его голову приятным облаком. С ней все хорошо… Главное, что она жива — остальное было менее важно.       Тишина ночи несколько гипнотизировала… Говорят, что бесконечно можно смотреть лишь на три вещи: горящий огонь, текущую воду и на то, как кто-то работает… К этому списку с лихвой можно приписать еще и звезды на ночном небе… На это не просто можно смотреть бесконечно, но и фантазировать о том, кто или что может обитать по ту сторону бесконечности пространства и времени. Это было бы банально для людей, однако и сам Джек, пусть и будучи Древнейшим, не без интереса всматривался в небо, прекрасно осознавая, что в световых годах от этого и прочих миров, существуют и другие, куда более интересные, чем можно было бы представить. Наверное, если бы не его заточение в мире людей и бесконечная война, он бы с удовольствием попутешествовал по Алиомейнрейму и изучил бы те миры, о которых еще много не знает. Хм, а может, все это — начало для того, чтобы положить конец этому бесконечному террору обеих сторон? Хедейр не проявляет никакой враждебности и уже так долго пытается добиться мирных переговоров несмотря на то, что Джек, очевидно, против. Поразительное упорство ради того, чтобы просто… А может, действительно стоит пойти на это? Ведь война двух Элементалей — это бойня, в которой главная цена — жизнь самой Пустоты.       — О Пустота, мать всея жизни и нас, Элементалей… — тихо произнес Джек на языке Древнейших, поднял голову к небу и прикрыл глаза. — Дети твои не были примером для гордости твоей, ибо пытались убить друг друга в страшной битве. Нет между мной и братом доверия и никогда не было, но… Но может, стоит все-таки поговорить с ним о мире между Тьмой и Светом? Я прошу у тебя совета, матерь Элементалей… Как нам лучше…       — Джек?       Темный резко открыл глаза и так же стремительно повернул голову к источнику потревожившего его звука. Это была Кризалис, которой почему-то не спалось в столь поздний час. Королева с интересом смотрела на черного пони, а, судя по повернутым в его сторону ушам, еще и подслушивала его монолог.       — Уже за полночь… — монотонно произнес черный пони. — И был дан ясный приказ — отдых. Понимаю, ты королева и не привыкла слушать приказы, однако глупо не слушать того, кто дает вам время удовлетворить свою самую крупную потребность — сон.       — Не спится как-то… Да и… Перевертыши требуют от меня объяснений, что и как… Кто-то даже говорит, чтобы я оповестила другие улья, чтобы…       — Другие улья? — переспросил Джек. — Вы тоже на подвиды делитесь или…       — Нет… — ответила королева и села на подоконник, на котором сидел Темный. — Просто наше королевство, когда переживало не лучшие времена, то есть смерть моих отца и матери, раскололось на более мелкие поселения, которые разбрелись кто куда… Только относительно недавно мне удалось восстановить с ними связь и сделать так, чтобы они признали меня, как королеву.       — А они не признавали? — Кризалис отрицательно покачала головой.       — Честно сказать, меня не признавали с рождения. Все надеялись, что у великого Хайвора Третьего родится НАСЛЕДНИК, а уродилась я… Старейшины, что были на тот момент, считали меня слабой и недостойной трона, но убивать не спешили. Отец же перекрывал им кислород всеми возможными путями. Его боялись и слушали, однако всем все четче становилось ясно, что королевство ждет разлом. Отец им тогда сказал, что, мол, пускай отделяются, — не пройдет и года, как они или передохнут все, или сами приползут назад.       — Хм… Как я понимаю, они оказались куда более упертыми, чем ожидал твой отец.       — Угу… Они выжили, правда, повезло далеко не многим… Из четырех отделившихся групп в живых осталось две и небольшая часть третьей, которая слилась с одной из выживших.       — И как же ты вышла на них?       — Потратила на это годы, но нашла… Они бы и не стали меня слушать, если бы я не сказала о том, что у нас с пони идет процесс заключения мира, а это значит, что…       — Они бы получили ту любовь, в которой так нуждались мирным путем, — закончил за Кризалис Джек. — Разумеется, ты не сказала им о том, что в ваши дела с пони вмешался Элементаль Тьмы, который и стал катализатором всего.       — Ну… Не уверена, что старейшины поверят в твое существование…       — При том что я могу показаться им во всей красе…       — Джек, я тебя прошу, не стоит…       — Да расслабься… — улыбнулся Джек. — Не буду я этого делать… Кстати, раз уж ты заговорила об этом, — ты оповестила тех старейшин о том, что у нас происходит?       — Да… Сказала, что у нас тут намечается война с опасным врагом, и чтобы они были готовы к тому, чтобы отступить в заранее заготовленные безопасные места, так что… Они оповещены…       — Воевать, я так понимаю, не пойдут?        — Какое там, Джек… Наше-то королевство живет лишь на случайных охотах. Что уж говорить о тех, кто живет очень далеко…       — Понятно…       — Кстати, Джек, я об этом как раз спросить хотела. Как я и мои перевертыши будем воевать, если мы зависим от любви? Не думаю, что во время битвы у нас будет что-то, откуда можно будет черпать энергию.       — За это я бы не волновался — Хедейр уже разработал наброски артефактов для того, чтобы генерировать для вас эту энергию. Или заканчивает — тут не могу сказать… Тем не менее, нам нужен образец той энергии, которую будет вырабатывать механизм.       — Ч-что? — у Кризалис челюсть упала от услышанного, а копыта слегка задрожали. — Вы… Вы с Хедейром создали ар… артефакты для того, чтобы у нас всегда была любовь?       — На войне любые средства хороши. Кроме того, вас убьют даже, если на вас будут доспехи из темной материи. В особенности из-за вашей особенности с любовью.       — Это да, но… Как? Как вы это сделали?       — Небольшой механизм из темной материи, который будет превращаться вместе с вами, если уж решитесь. Он будет бесконечно прокручивать эту энергию внутри себя и с помощью одного компонента будет генерировать ее в том объеме, в котором будет нужно отдельному перевертышу. В общем, за энергию можете не переживать.       — Надо же… — ошарашенно сказала Кризалис. Ее взгляд устремился в пустоту. — У нас будет то, чего не доставало никогда… Да еще и столько, сколько захотим…       — Не обольщайся — это вундервафля для бойни. После же Селестия сто процентов заключит с вами мир, как со стороной, которая оказала помощь в войне с опасным соперником, так что, оно вам более не понадобится.       — Думаешь?       — Уверен… Конечно, я не политик и привык управлять своими войсками, как пустыми рабами, но кое-что понимаю.       — Кстати… А что за воины?       — Жители Хельрейма — моего мира…       — Ага… А они будут, ну… Помогать нам во всем этом?       — Нет.       — Почему же? — не поняла Кризалис. Учитывая то, что Джек создал целую расу, она была уверена, что его раса была достаточно сильной.       — Кризалис, Хельрейм находится по ту сторону Пустоты. Открыть портал туда — это уже затраты по энергии, а перенос… Кроме того, я не уверен в том, как атмосфера вашего мира скажется на них. Может, они начнут загибаться, как только шагнут на эту землю.       — А ты не проверял до этого?       — Нет… Был случай, когда мертвеца превратил в одного такого воина. Учитывая источник, из которого был создан воин, он обладал некоторым иммунитетом к атмосфере того мира. А вот про чистокровных такого сказать не смогу.       — Понятно… Эх, думаю, они бы нам пригодились…       — Да… Монолиты — крайне сильная раса существ. Но, кстати, я все еще не говорил о том, что команда «спать» отменена. Иди и отдыхай…       — Успеется еще… Не отдохну в кровати, так в могиле…       — Нормальный настрой, ничего не скажу… — саркастично ответил Джек.       — Да ладно… Я думала, ты понял, что я шучу… Просто хотела поговорить с тобой.       — Поговорила… Теперь можешь идти спать.       — Кстати, а что происходит с Авророй? Я не видела ее в том зале, а Хедейр говорил, чтобы я спросила у тебя.       Джек глубоко вздохнул.       — Ави совершила одну глупость и теперь лежит и отдыхает…       — С ней все в порядке?       — Воскресила под несколько десятков, если не сотню, мертвецов, и чуть сама не умерла… Но теперь все в норме…       У Кризалис уже во второй раз челюсть упала.       — В-воскресила мертвецов? — переспросила она. — Ты шутишь?       — Если бы… Однако Ави немного некромант, так что…       — Надо же… Она не говорила, что так может.       — Она привыкла молчать о таком, так как я говорил ей держать это в секрете.       — Почему же? Это же чудесно — воскрешение мертвых…       — Нет в этом ничего чудесного. Даже демоны побаиваются этой ветви магии, что уж говорить о людях, в мире которых мы жили на тот момент. А второе заключается в том, что в мире людей не было магии как таковой. Может, когда-то давно что-то и было, но со временем все исчезло, а тот мир, в котором жили мы, состоял из дикарей, лишь прикидывающихся цивилизацией. Чуть что, что отличается от их стандартов, и все — начинается чуть ли не всемирный геноцид.       — Ужас… — выдохнула Кризалис. — Но… Но почему они так делали?       — Потому что они трусливые твари… А у всякой твари включается инстинкт самосохранения, когда на пути встречается что-то, что представляет «опасность», — Джек сделал жест «кавычки» копытами. — И это достаточно лицемерно — говорить, что жаль, а на деле чуть ли не убивать своими собственными руками. Например, у тебя болезнь и на лице огромная такая опухоль. Из ста человек только десять или даже меньше проявят сочувствие, а девяносто попытаются прервать твое существование. Отчасти поэтому я ненавижу людей, как биологический вид. И потому я уничтожил их всех до единого…       — Ты… Ты уничтожил целый вид?       — Давно это было, Кризалис… Еще до попадания сюда…       — Да уж… Не удивлюсь, если люди боялись и тебя… — на лице Джека появилась холодная улыбка.       — Боялись, но я — исключение, ибо представляю реальную опасность не только людям, но и мирам в целом. А люди… А люди — просто люди… Они малы, как самый маленький жук, — всего лишь еще один вид в Алиомейнрейме и не более. И наглости же еще хватало возводить себя в божества — сам неоднократно видел подобных.       — Да уж… А… А пони… Как ты смотришь на их вид? Ну как Древнейший…       — Пони более… Простые… Скажем так, их вид не такой зазнавшийся, как люди, хотя, я всего лишь чуть больше года изучаю этот мир и этот вид.       — А… Перевертыши?       — Твой вид все еще под завесой тайны для меня. Если все, как и ты, то есть способны вонзить нож в спину тому в чьей власти, положить конец твоим страданиям за миг, то… Вы ничем не лучше людей…       — Я думала, мы замяли этот вопрос…       — Замять-то замяли, но я сказал лишь о том, что вижу и видел. А все познается в сравнении.       — Понятно… Что ж, думаю, нам всем нужно отдохнуть…       — В этом плюс быть Элементалем — у меня нет ни физической, ни психологической потребности во сне — весь день и вся ночь в моем полном распоряжении, и я собираюсь использовать это время с пользой.       — Куда-то собрался?       — Угу… Подлечу к Кристальной Империи и посмотрю подходящие места, на которых можно будет высадить войска. Кроме того, вам всем нужно будет обеспечить защитой от, простите за тавтологию, защиты… Не волнуйся, к утру вернусь и тогда начну прессинговать вас с принцессами и ваших солдат.       — М-меня и принцесс?       — Ага… Хедейр будет тренировать одну группу, я другую, в которую входит и ваша троица. А Ави… Она будет тренировать шестерку Элементов.       — У вас, я так смотрю, уже все схвачено, — улыбнулась Кризалис. Улыбнулся и Джек.       — А то… Грамотная стратегия — быстрая победа… — сказал Джек и уже хотел было выпрыгнуть из окна, но королева остановила его копытом. — Та-а-ак… Ты еще о чем-то спросить хочешь?       — Просто… — Кризалис пыталась соображать быстро, чтобы ее причина звучала менее лживо. — Просто хочется абстрагироваться от мысли о том, что начнется в ближайшее время.       — Понимаю… — ответил Джек и вернулся в предыдущее положение. — Однако меня не покидает ощущение, что ты пытаешься клеиться ко мне, причем самым неприкрытым способом.       — ЧТО?! — взвизгнула Кризалис и резко покраснела. — Я не пытаюсь! Я… — тут она увидела взгляд Джека, который говорил яснее любых слов. — Да ладно… От тебя хоть что-то скрыть можно?       — Нет. Чтение мыслей — чертовски полезная штука. И, насколько я помню, мы обговорили этот момент сразу — никакой романтики между тобой и мной.       — Я это знаю и помню разговор, но… Но это все равно не отменяет того, что ты мне нравишься. Ты сильный, смелый и за тобой любая бы почувствовала себя, словно за горой, даже несмотря на твои минусы. И… Учитывая то, какой ты и кто, мне удивительно, что ты выбрал себе в пару обычную трусиху-пони.       — Быть может, она была такой в прошлом, однако все меняются, и Флаттершай не исключение — это раз. Во-вторых, я уже несколько раз дал тебе понять, какие между нами существуют отношения, и что помощь тебе с этим заключением мира — моя последняя услуга тебе — далее каждый сам по себе. Яснее сказать я уже не смогу…       — Я понимаю, но… Это же не значит, что ты не можешь нравиться мне.       — Конечно, это ничего не значит, но и ты должна понимать, что ничего не будет. Зря промучаешься… Нашла бы кого-то другого… Скажем, раз тебе нравятся Древнейшие, Хедейра…       — Х… То есть твоего брата?       — А почему нет? Авось еще влюбится и сделает ангелом, — Джек начал тихо посмеиваться. Кризалис же поняла, что эта тема зашла куда-то вообще не туда.       — Ну… Нет, вряд ли… Мне нравятся плохиши… Да и после того, каким ты описал его, хочется держаться в стороне.       — Это зря… Если Древнейший испытывает какие-либо чувства, то это на всю его бесконечную жизнь.       — По себе судишь? — улыбнулась Кризалис. — По твоей истории с Авророй?       — И поэтому тоже… Но все-таки первой моей эмоцией была ярость, и как бы мы с Хедейром ни ладили на протяжении всего этого времени, и чем бы оно ни казалось, я всегда буду его ненавидеть. Даже если война между нами окончится… И он всегда будет бояться меня, а я ненавидеть его… Вот такая вот грустная правда…       — И с этим ничего не сделать?       — Не-а… По крайней мере, я не знаю таких способов. Иначе я, скорее всего, забил бы и на Хедейра, и на всех остальных еще с самого начала, то бишь после освобождения.       — А ты пытался? Ну забыть обо всем этом…        — Конечно, пытался… Когда я только-только освободился, у меня в голове постоянно крутились мысли о том, что я должен был кого-то убить, что кто-то когда-то причинил мне страшную боль, но толком не помнил, кто и зачем. А по мере того, как восстановился и все вспомнил… Конечно, и тогда я пытался абстрагироваться, а потом понял, что все это несправедливо и что подобное нужно отмыть кровью. Его кровью… Так и начался мой путь по этой дорожке…       — Жуть какая…       — Это не самое жуткое… Будучи в том мире, я понимал, кто я и что, но при этом находился в совершенно другой эпохе… При мне прошло целых пятьдесят веков, и я видел диких людей, колонизаторов, как возводились города, а потом резко оказался в городской гуще. Просто с лету — БАХ! Куда идти, что делать… Я знал лишь одно — имя того, кто что-то мог знать. А далее все пошло по всем известному сценарию — после десятков лет пребывания в том мире и окончательно убедившись в том, что люди — те еще мрази, я опустошил их мир и попал в этот.       — Слушай, а ты задумывался о том, что будет после того, как ты победишь? Конечно, если это случится…       — Думал, конечно… Если мы дойдем до такого, и я выйду победителем, то просто уйду…       — И куда же?       — Куда-нибудь подальше от смертных. Скорее всего, в Хельрейм, ибо его нужно достраивать, либо же в Керадон, где животных нет вообще… Отстрою себе дом где-нибудь на озере и буду покрываться паутиной и старостью оставшуюся вечность.       — Старостью… — Кризалис засмеялась.       — А что тут такого? — улыбнулся Джек.       — Просто я не могу представить тебя старым… Вот не могу и все — словно старость тебе не к лицу.       — Ха-х, ну… Может, я и не постарею в привычном смысле, но… Отращу бороду и стану этаким лесником.       Тут Кризалис засмеялась пуще прежнего. Многое она слышала и видела от Джека, но вот представить его в образе старца никак не могла.       — Что? — с наигранным удивлением спросил черный пони. — Такое ощущение, будто Древнейший не может постареть.       — Сказало бессмертное существо, — отсмеявшись, сказала Кризалис. — А на самом деле… Думаю, всем на пользу бы пошло ваше с Хедейром перемирие. Смотря на вас двоих сейчас, сложно сказать, что вы вообще когда-то враждовали. Выглядели пусть и не как любящие друг друга братья, но какие-то зачатки уважения между вами все-таки появились.       Темный как-то иронично усмехнулся.       — Да, это было бы чудесно, но… Это не значит, что война окончится. Всегда найдутся те, кто будет против и попытается вставить свои пять копеек. В случае Хедейра — это оставшиеся в живых архангелы и те ангелы, которые просто пропитались его темой про то, что я «наивеличайшая угроза всему Алиомейнрейму». Однако не могу не отметить, что в его словах есть доля правды, — я действительно опасен для них.       — А ты себя не переоцениваешь? Да, я понимаю, что ты Древнейший и очень силен, но все же… У всего есть предел.       — Это да… Даже у меня есть свои лимиты, и я далеко не всесилен, как могут подумать смертные. Хотя, для ваших видов Древнейшие действительно выглядят как боги. Так что, нет… Я не переоцениваю свои силы, а полностью отдаю им отчет. Потому я и решил подтянуть ваш вид к этой битве.       — Не поняла… Раз ты силен настолько, насколько говоришь, ты мог бы прекратить все это на раз два, так почему бы не сделать это и покончить быстро и без потерь.       — Я бы сделал, но… У всего есть последствия, в том числе и у моей силы, — Джек повернулся к Кризалис. — Ты даже не представляешь, как порой тяжело контролировать силу, с помощью которой можешь стереть половину Алиомейнрейма одним ударом.       — Ого… — королева всем видом пыталась показать, что она находится не под таким впечатлением, под которым находилась на деле.       — Да… Сложно вообразить, что в столь скромном теле может быть подобное могущество, однако я не стремлюсь показать его. Хотя бы из соображений того, чтобы не уничтожить землю, по которой хожу.       — То есть… Чисто теоретически, если бы ты ударил кого-нибудь в полную силу, то разнес бы половину всего?       — Ну… Может, я преувеличиваю, а может, и приуменьшаю — честно сказать, не пробовал, однако… И не собираюсь, собственно.       — Понятно… Это… Это хорошо, что ты не показываешь подобную силу. Боюсь, представить, что было бы, сделай ты это.       — Не бойся — не сделаю… Даже если буду в самой невероятной ярости, не сделаю.       — Немного… Обнадеживает…       — Расслабься, — ответил Джек, поднялся на копыта и повернулся в сторону пропасти. — Я вас не трону…       С этими словами черный пони выпрыгнул из окна и улетел куда-то в сторону Вечнозеленого леса.       — Да уж… — выдохнула Кризалис. В этом выдохе отчетливо послышалось облегчение, словно она сбросила очень тяжелый груз со своих плеч. — Надеюсь, боги, какими бы они ни были в этом сумасшедшем мире, ни за что не допустят того, чтобы мы увидели твою истинную силу, Джек Салдавейрон.       На этом королева спрыгнула с подоконника внутрь замка и пошла в сторону комнаты, которую ей выделили для личного пользования на время конфликта. И пока шла, продолжала размышлять о том, насколько сильным может оказаться существо расы, к которой принадлежал Джек. О том, что он уже успел показать за свое пребывание в их мире. И ведь это была даже не полная сила… Что же тогда крылось за его истинной природой? С этими мыслями Кризалис медленно вошла в свою комнату, взглянула на луну, которая отлично проглядывалась в одном из окон коридора, что было напротив нее, глубоко вздохнула и закрыла дверь.

[Керадон… Ночь]

      Керадон — рай среди миров смертных. Экзотично выглядящий и такой теплый, но, что самое главное, без всяких животных. Абсолютно пустой мир, порабощенный растениями и идеальный для полного уединения. Однако это было лишь днем. Ночью же наступало совершенно иное время с иными растениями и иной температурой воздуха. Это можно было бы сравнить с тем, что происходит в пустынях — днем жарко, а ночью холодно настолько, что порой поверить сложно. Тут было что-то похожее — ночь Керадона была намного холоднее, чем среднестатистический день в этом же мире. Оттого попади туда кто-то, будучи абсолютно неподготовленным, велик шанс того, что несчастный не переживет даже одной ночи.       Однако же нынешние гости Керадона были устойчивы к его крайне недружелюбным ночам. Кровь демона сама по себе была достаточно горячей, однако в связке с огромным бревенчатым костром, чей свет можно было увидеть за целые километры от самой точки, жар только усиливался. Жар, как в смысле температуры воздуха, так и в интимности момента для Люцифера и Лилит, ставшими гостями недружелюбного мира. Целый день оба демона провели за удовлетворением всем известных потребностей и сейчас, ночью, лишь наслаждались спокойствием и тишиной, при этом находясь в непосредственной близости к костру. Лилит довольно улыбалась и поглаживала грудь Люцифера, нависающего над ней и целующего ее в шею.       — Тебе спину-то не опалит? — хихикнув от ощущений, спросила демонесса и заглянула Дьяволу за спину. Он лежал всего лишь в десятке сантиметров от раскаленного полена.       — Я… Не чувствую жара… — слегка отстранившись от Лилит, ответил Люцифер. — Потому тебе не стоит беспокоиться, моя дорогая.       — Ну как же… — улыбнулась Лилит и провела копытом по лицу Падшего. — Ты несколько дней как вернулся, захватил целое государство и подготовил войска к обороне и ни разу не пытался отдохнуть, а лишь контролировал и командовал. Кто же еще позаботится о тебе, если не твоя собственная жена?       Люцифер усмехнулся.       — Праздная жизнь вернется к нам, когда мы вернем себе Ад, а потом и заполучим Эдем.       Лилит приподнялась на локтях и озадаченно уставилась на мужа.       — Э-эдем? — ошарашенно переспросила она. — Ты имеешь в виду тот самый Эдем — мир Света?       — Именно, — ответил Дьявол, а взгляд его из более мягкого вновь стал серьезным. — То, что происходит здесь и сейчас, — это лишь верхушка айсберга — начало финальной войны, в которой оба Элементаля будут уничтожены. В конце концов, утопия наступит лишь тогда, когда тирания во всех ее смыслах будет ликвидирована.       — Люци, это, конечно, хорошо, и я предполагала это, но… Тебе не кажется, что ты переоцениваешь свои силы?       — Да… — задумчиво произнес Падший. — Именно поэтому я должен буду сделать некоторые вещи, о которых промолчу. Пока что…       — Даже мне не скажешь? — заговорщицки улыбнувшись, спросила Лилит.       — Пока что да… — совершенно спокойно ответил Люцифер, после чего его лицо вновь стало мягче, а копыто опустилось на пышную красную гриву. — За все это время я даже не успел сказать, что новая прическа тебе очень идет. Красный цвет тебе к лицу.       — Да? — щеки демонессы слегка покраснели, а сама она машинально начала теребить прядь волос. — Ну что ж, я рада, что тебе нравится.       Она старалась этого не показывать, но где-то на уровне подсознания вспомнила Джека и то, что сменила имидж уже после их знакомства, не в последнюю очередь из-за того, что хотела произвести впечатление на Темного Элементаля, однако все, чего добилась от него, когда показалась в таком виде впервые, это полностью холодный взгляд с его стороны и слово: «Пойдет». Тогда она тоже сыграла в дурочку и не показала всего того разочарования, которое испытала от такой реакции. «Да пошел он, — пронеслось в голове Лилит, — слишком долго я страдала под гнетом этого темного урода, зацикленного на своей злосчастной мести. Если уж ты и Свет пересечетесь, я даже помогу второму уничтожить тебя, «Салди». Однако что-то начало скрести у нее на сердце, когда она взглянула в глаза Люциферу. На фоне костра ей показалось, что его радужка блеснула алым. Что-то в этом блеске было не так… В них читалось что-то странное, холодное и не принадлежащее тому Люциферу, который был раньше. Но она решила, что ей просто показалось, потому попыталась вернуть себе ту расслабленность, которая была несколько минут назад. Видимо, волнение отразилось на ее лице, и Люцифер заметил его.       — Все в порядке, моя дорогая? У тебя было очень озадаченное выражение.       — Нет-нет, милый, все хорошо, просто… О своем задумалась… И о том, что я была бы не против провести еще один день так, как мы провели его сегодня.       С этими словами она вновь ласково провела своим копытом по лицу и шее Люцифера, однако тот мягко отстранился от нее. Настолько, что она поначалу не поняла, что Дьявол явно не желает повторной близости. Сейчас, по крайней мере…       — И я был бы рад оставить все и просто наслаждаться жизнью с тобой, дорогая Лилит, однако у нас есть еще несколько незаконченных дел, в одном из которых у тебя будет главная роль.       — Даже так… — улыбнулась Лилит и кокетливо перевернулась на спину, приняв весьма соблазнительную позу. — И что же за роль ты уготовил мне, мой король?       — То, что вы с Азазелем сделали для моего воскрешения, поражает. Пока мы были в Северных Землях, я задумался о том, что не существует пределов для развития того или иного вида. В том числе, и для демонов… — Лилит смерила Люцифера озадаченным взглядом.       — Думаешь, демоны способны эволюционировать во что-то большее, чем являются сейчас?       — Я убежден в этом, моя дорогая, — ответил Падший и поднял свое копыто. По нему тут же проползли несколько черных щупалец. — Мое превращение — прямое доказательство тому, что гибридизация — это то, к чему мы должны стремиться, если хотим выйти из той ямы, в которой оказались. И сегодня, моя дорогая, мы стоим на пороге величайшего шага в эту сторону.       — Что ты задумал, Люци? — уже менее игриво спросила Лилит. Видимо, его слова произвели на нее куда большее впечатление. — И… И причем тут я?       — Ты — самый главный элемент в нашем развитии, дорогая моя, ибо именно ты породишь новую ветвь демонов.       — Я… — демонесса аж подавилась керадонским воздухом от такого заявления. — П-погоди, ты хочешь сказать, что… Что я должна буду сделать новый выводок?       — Я никогда не сомневался в том, что ты догадлива, — Люцифер улыбнулся одними уголками губ. — И именно потому я выбрал этот мир — никто ни за что не догадается, где родятся новые демоны.       — То есть… То есть все это — наше свидание, долгожданное удовольствие… Все это было ради того, чтобы я создала несколько десятков коконов.       — Конечно, нет, Лилит. Я был искренен в том, чтобы провести время с тобой, однако даже сейчас нельзя забывать о нашей цели. Не смотри на эту мою просьбу как на обычный приказ короля подчиненному — воспринимай его как… Мое желание иметь детей… Ты ведь тоже хотела этого в прошлом…       — Это да, но… — тут у Лилит засвербело где-то внутри… Она вспомнила то, что последний ее такой опыт оказался крайне неудачным, а их дитя слишком строптивым.       — Ты ведь и сейчас хочешь этого… — растягивая слова, произнес Люцифер. Его голос, интонация, с которой он говорил, несколько гипнотизировала и успокаивала Лилит, так что достаточно быстро она отбросила всю ту мерзость ситуации, о которой думала еще минуту назад, ведь и вправду хотела этого…       — Прошлый раз был не очень удачным…       — То, во что уродилось это существо, никогда не было нашим ребенком, моя дорогая, — более жестко ответил Люцифер. — Однако мы начинаем уходить немного не туда… Я знаю, ты хотела бы спокойствия и счастья для нас двоих, моя дорогая, и я обязательно дам тебе это, — в этом клянусь своей жизнью — но для этого нам нужно создать все условия. А потому нам нужна армия, куда более мощная, чем то, что есть у нас сейчас, тем более что не все демоны на нашей стороне.       Лилит опустила голову. Весь игривый и задорный настрой как ветром сдуло.       — Ладно… Я понимаю, как это важно, Люци…       — Я только прошу тебя, не воспринимай все это как жесткий приказ… Думаю, ты и сама понимаешь, как это важно.       — Да, Люци, понимаю… — ответила Лилит и поднялась на копыта. — Что ж, полагаю, мне нужно будет приступить к этому как можно быстрее.       — Желательно, но… — Люцифер встал практически вплотную к демонессе и приподнял ее голову своим копытом. — Думаю, было бы непростительно для меня, как для любящего мужа, отпускать свою жену в столь грустном настроении.       — Люци, я… — прошептала Лилит и крепко обняла Падшего за шею. — Я бы тоже хотела продолжить нашу вторую брачную ночь, но… Я понимаю, что нужно сделать сначала, так что… Лучше будет приступить сразу…       Однако Люцифер не собирался отпускать Лилит просто так. Вместо этого он начал слегка заигрывать с ней, что с его стороны, как от серьезного короля демонов, выглядело как-то странно, но… Черт возьми, сказать, что демонессе это не понравилось, будет ложью. На ее лице вновь появилась улыбка, а возбуждение мягкой волной начало накрывать ее. И она решила больше не сдерживаться, вновь положив Люцифера на землю. А яркий костер, подпитываемый поленьями, продолжал полыхать и трещать, словно гремучая змея, притаившаяся в высокой траве. Ночь медленно, но верно начала переходить в свою финальную фазу…

[Кантрелот… Тренировочная площадка… Утром]

      Как и было обещано Джеком, тренировка началась с утра пораньше. На удивление черного пони в назначенном месте присутствовали абсолютно все те, кто был на вчерашним собрании, вплоть до той троицы, которая пыталась показаться наиболее «умными». Отчасти это показало Темному, что пони и перевертыши не такие уж трусливые существа, способные и жаждущие воевать за свой мир даже с тем врагом, о котором они не имеют ни малейшего понятия. Что удивило еще больше, так это наличие нескольких грифонов. До этого принцесса Селестия говорила о том, что эти существа чересчур упрямы и скорее в лепешку расшибутся, чем будут помогать пони в каком-либо конфликте. Тем не менее, как оказалось позже, тем, кто стал катализатором к нахождению грифонов здесь, стал Хедейр. Джек не уточнил у него, каким именно образом ему удалось — появились, значит, им сказали именно то, что было нужно. Луна тоже не осталась в стороне и добавила к общему войску своих собственных солдат, пусть и несколько позже — ближе к началу тренировки. Заключенные в броню цвета индиго, с перепончатыми крыльями, тусклой серой шкурой, глазами, как у змей и клыками, что были крупнее остальных зубов — весь вид этих пони вызвал у Темного ассоциацию с вампирами. Но эту теорию опровергла сама Луна, сказав, что за исключением внешнего вида фестралы (или же бэтпони) мало чем отличались от остальных.       — Мне все равно, как они выглядят, — сказал Джек, когда Луна с нескрываемой гордостью представила ему своих солдат. — Главное, чтобы сражаться могли. И почему их не было на вчерашнем брифинге по поводу демонов?       — Я передала им всю нужную информацию уже после того, как все разошлись, — ответила принцесса. — Так что за их осведомленность можешь не беспокоиться.       — Я не беспокоюсь, — хмыкнул черный пони и осмотрел каждого солдата оценивающим взглядом. — Они — твои солдаты, так что волноваться следует только тебе, микропринцесса. Интересно лишь то, почему я не видел их раньше…       — Потому что они, так сказать, войска особого назначения, — Луна было хотела продолжить восхвалять свою личную армию, но ее перебил смешок.       — То есть, когда я проснулся от заточения, это не было чрезвычайной ситуацией? Когда Дискорд пришел, когда Кризалис с ее войском оказались здесь? Ну да ладно, это все на твоей совести… Пусть отправляются к остальным на площадку — тренировка начнется через десять минут.       Джек сдержал свое слово, начав полномасштабную баталию между пони и манекенами демонов, не забыв напомнить всем, что с демонами нужно быть быстрыми и хитрыми, ибо идти в лоб бесполезно. Кому-то понять удавалось быстрее, а кому-то были необходимы дополнительные втыки и синяки, чтобы прогресс начал появляться. В принципе черный пони был удовлетворен подготовкой солдат Селестии, Кризалис, Луны и кристальных пони. Однако удивило его то, как слаженно работали все группы — пегасы и фестралы атаковали с небес физически, перевертыши активно использовали магию и свои способности к перевоплощениям, единороги просто били магией, а земные пони орудовали мечами и копьями. Это значило, что он не напрасно продемонстрировал, что может сделать обычный разведчик на троице выскочек, которые сейчас были тише воды и ниже травы.       Однако не обходилось и без тех групп, которым не удавалось вовремя прочесть соперника, из-за чего солдаты падали на землю по порой достаточно глупым промашкам.       — Запомните, ребята, — строго говорил черный пони, когда видел таких вот «везунчиков», — демон всегда будет быстрее и сильнее вас. Не можете победить его в честном бою, используйте нечестные методы. Их глаза недостаточно защищены, так что горсть песка или земли может вполне себе дезориентировать их.       — Сложно будет дезориентировать их, когда они такие шустрые… — ответил солдат-перевертыш и сплюнул на землю. — Только зачерпнешь земли, а он уже тут как тут…       — Так зачерпни еще до того, как демон заметит тебя, — холодно отозвался Джек. — Или используй свой рог — он ведь дан тебе не только для красоты. Не можешь стрелять — бей. Теперь для тех, у кого есть крылья — забыть о том, что у вас есть такое преимущество — смерть. Тот вид демонов, с которыми вы сражаетесь сейчас, не могут летать, но… Всегда есть свое «но»… В нашем случае это летающий подвид демонов, однако вам до него пока что рановато.       Эх, если бы профанов было чуть меньше, чем Джек наблюдал за время этой вводной тренировки, все прошло бы куда проще — ребята-то были действительно неплохими, но частенько допускали мелкие ошибки, из-за которых сформированная структура рушилась на корню. У Хедейра ситуация была ничем ни лучше, но и не хуже — примерно, то же самое, что и у Темного, но в отличие от своего брата Свет старался быть немного лояльнее к своим подопечным и куда больше подсказывал им некоторые хитрости. Джек одобрял такой метод лишь отчасти, ибо истинное учение — это практика без каких-либо подсказок, однако и сам начинал подсказывать, как и что делать.       Авроре же выпало удовольствие тренировать шестерку Элементов Гармонии. Когда Твайлайт и остальные увидели свою подругу, заключенную в угольно-черные гладкие доспехи со свободной головой, то сразу поняли, что их ждет нечто куда более серьезное, чем можно было подумать сначала.       — Итак… — сказала полукровка, осмотрев своих подопечных. — Давайте начнем…       — А… А что нам надо будет делать? — спросила Эпплджек, осмотрев Аврору. — И к чему этот прикид?       — Я не очень хочу остаться в синяках, — улыбнулась белая пони. У всех тут же округлились глаза. — Конечно, если до этого дойдет…       — Что ты имеешь в виду, Аврора? — спросила Твайлайт.       — Перво-наперво, я хочу посмотреть, как вы деретесь. Что и как обстоит с Флаттершай, я знаю, так что, Флатс, прости, но ты пока не участвуешь.       — Л-ладно… — ответила пегасочка и отошла в сторону.       — А теперь вы, дамы… Мы поступим следующим образом — вы нападете на меня, а я буду защищаться и атаковать вас. Таким образом я смогу увидеть ваши сильные и слабые стороны. Надеюсь, у матросов нет вопросов?       — А ты не боишься, что нас пятеро, а ты одна? — в слегка задиристой манере спросила Рэйнбоу Дэш. Численное превосходство было на лицо, а потому им не составило бы труда повалить Аврору на лопатки за несколько секунд. Аврора же мягко улыбнулась.       — Не стоит недооценивать соперника, моя дорогая, — внезапно тон голоса полукровки стал настолько похож на тон голоса Джека, что у всех закралось очень нехорошее предчувствие. И оно только обострилось, когда все увидели, что в правом копыте Авроры появился не очень крупный и элегантный меч, который она очень ловким и быстрым движением спрятала за спину, попутно вскочив на задние копыта. — Что ж, начнем-с, ребята. Предупреждаю сразу — бить буду аккуратно, но больно. И, чтобы было более честно, я дам вам тридцать секунд, дабы обсудить тактику.       — Да чего тут обсуждать?! — воскликнула Рэйнбоу Дэш и со скоростью пули бросилась в сторону Авроры.       — Рэйнбоу, стой! — воскликнула было Твайлайт, однако пегаска уже была в сантиметре от того, чтобы сбить полукровку с ног.       Но какого же было удивление Рэйнбоу Дэш, когда Аврора, особо не напрягаясь, уклонилась в сторону от удара, перехватила свободным от меча копытом ее за хвост и отшвырнула назад с такой легкостью, будто тело радужногривой не весило ничего.       — Какого?! — воскликнула пегаска, как только поняла, что ее тушка врезалась в остальных и раскидала их по сторонам. — Что это было, черт возьми?!       — Я же предупреждала — не недооценивай соперника, — улыбнулась Аврора, задорно подпрыгивая на месте. — Скорость — твое преимущество, но всегда найдется тот, кто будет быстрее и хитрее.       — Аргх, я была не готова! — Рэйнбоу Дэш начала кипятиться. Аврора это отчетливо видела, потому решила преподать пегаске первый урок.       — Да ну? — в тоне полукровки послышалась издевка, которую узнала Флаттершай. Так что она быстро поняла, что задумала Аврора, — вывести ее подругу на эмоции. — Видать, слухи действительно не врут, Эр-Ди, — ты действительно самая быстрая пони в Эквестрии.       — Да, я дейст…       — Ты даже сливаешься быстро… — ехидно улыбнувшись, сказала Аврора.       — ЧТО?! — воскликнула пегаска, чувствуя всем телом, как напряглась каждая мышца, и насколько сильно было задето самолюбие.       — Ты проиграла схватку всего лишь за две секунды, — продолжила полукровка все с той же улыбочкой, хотя сама уже приготовилась к отражению атаки. — Это рекорд… Так что да, ты точно быстра во всем. Будь я демоном, ты бы уже сдохла, неудачница.       — Да я тебя!.. — воскликнула Рэйнбоу Дэш и вновь полетела в сторону подруги. Голова ее горела самым настоящим огнем, а в глазах отчетливо виделось желание убивать.       — Молодец… — только и произнесла Аврора, после чего с легкостью и плавностью балерины уклонилась от атаки. Рэйнбоу Дэш на этом не остановилась и продолжила летать вокруг белой пони со скоростью истребителя, периодически нанося удары, однако последней удавалось уклоняться, что лишь сильнее бесило радужногривую.       — Да стой ты на месте, черт подери! — ругалась про себя Рэйнбоу Дэш, после чего решила окончательно забить на атаки издалека и пошла в лоб. Ее скорости и массы тела, которые она хотела вложить в удар, должно было хватить, чтобы стереть с лица Авроры эту самодовольную улыбку. Однако такой мощный удар был остановлен с не меньшей легкостью, чем остальные ее атаки. Единственное, из-за резкого торможения и от скорости, которую развила пегаска, в сторону остальных Элементов полетела достаточно мощная волна из воздуха. Сбить с копыт не сбила, но несколько пошатнула.       — Стою… — улыбнулась Аврора и с силой, которая не свойственна кобылкам, припечатала Рэйнбоу Дэш к земле, после чего повернулась к остальным. — Так, а остальные актеры почему не на сцене? Понимаю, боитесь, но вам нужно выступить.       — Что? — не поняла Твайлайт, все еще смотря на голубую пегаску, лежащую на земле.       — Что, что? — передразнила ее Аврора, чем начала вызывать чувство злости у молодой принцессы. — Твайли, ты задаешь слишком много вопросов для гения, которым тебя представляли.       — Аврора, дорогая, что ты делаешь? — слегка испуганно спросила Рарити. Лицо полукровки приняло какое-то странное выражение.       — Что делаю я? Просто пытаюсь защитить ваш мир от нападок демонов… Но откуда вам знать о реальной угрозе, когда чуть что вы закрываетесь за Элементами Гармонии. Универсальное средство, не так ли? Вас считают героями только за то, что вы научились использовать побрякушки очень хренового ювелира, так что я с полной уверенностью могу назвать вас хреновыми бойцами. Я даже не знаю, что будет с вами, если кто-то ненароком разобьет вашу бижутерию.       — Ты считаешь нас плохими бойцами только потому, что мы используем Элементы? — спросила Твайлайт, чувствуя, что не хочет знать ответа. Не потому, что он был очевиден, а потому, что не хотела нарваться на ехидное замечание. Однако ее удивило то, почему Флаттершай стоит с таким спокойствием на лице, хотя уделила этому крайне мало внимания, — первоочередной целью было выяснить, почему Аврора стала такой хлесткой.       — Конечно… А ты как думала? Наверное, это позорно — быть лучшей ученицей правителя Эевестрии и при этом быть настолько отстойным воином, который прячется за силой артефакта, которым может пользоваться любой мало-мальски сильный маг.       — Ты ошибаешься! Элементы выбрали нас не просто так и…       — Тогда как же Селестия пользовалась ими, чтобы изгнать Луну на… Ну вы поняли куда… Как они использовали их, чтобы победить Дискорда? Вас-то тогда не было… Потому, да, ваша избранность — это лишь ширма, за которой прячутся достаточно простые пони: заучка, которая не вылезала из книг, типа крутышка, которая, — Аврора слегка пнула Рэйнбоу Дэш задним копытом, — м-да… Пони, чью речь порой сложно понять из-за скорости, с которой она говорит и которая пытается натужно шутить, модельера, брезгливого настолько, что удивительно, как она вообще согласилась участвовать в битве против демонов. И да, фермерша, которая может сбивать яблоки с деревьев…       — ЭЙ! — воскликнула Эпплджек. — ПРЕКРАТИ ОБЗЫВАТЬСЯ!       — А я разве сказала что-то не то? — улыбнулась Аврора, вновь приготовившись к атаке. — Или правда глаза режет? Давайте хотя бы возьмем пример с Дискордом… Он бы победил вас на раз два, а вместо того, чтобы победить его с помощью ваших талантов, вы просто отправились искать Элементы Гармонии. Эх, если бы отца рядом не было, то… Ха-ха-ха… — этот смех был настолько фальшивым и ехидным, что пятерка почувствовала, как их ярость начала буквально выливаться из ушей в виде пара. — Ой, уморили… Ха-ха… Да вы же и мухи не обидите — какие вы там героини… Удивительно, что отец вообще вами заинтересовался — вы же тряпки…       — ДОВОЛЬНО! — воскликнула Твайлайт и резко телепортировала себя Авроре за спину, собираясь отрубить ее ударом магического луча в голову. Полукровка была готова к подобной подлянке, а потому не менее резко уклонилась от луча, перехватила Твайлайт за талию и припечатала ее к земле ударом «на прогиб».       Остальные не стали стоять в стороне и начали атаковать Аврору с такой яростью, которую полукровка еще ни разу не видела. Это чувство буквально слепило их, что делало пятерку легкой добычей не только для демонов, но и для простых хищников, которые обитали даже в их мире. Эпплджек пыталась атаковать с помощью задних копыт и своего лассо, Пинки активно использовала пати-пушку, Рарити и Твайлайт использовали свои магические способности. Однако это не возымело должного успеха и одна за другой подруги оказывались на земле, полностью выдохшимися и немного покалеченными. Аврора была права, когда говорила, что будет бить аккуратно, но больно, ибо действительно так и было. Сама же Аврора получила всю информацию, которую хотела, потому решила прекратить свою «саркастичную атаку» и протянула копыто Твайлайт.       — Что… Что тебе надо? — огрызнулась аликорн, оттолкнув копыто полукровки.       — Урок первый окончен, — улыбнулась она и вновь протянула принцессе копыто. Твайлайт озадаченно уставилась на нее.       — Что? Какой урок?       — «В бою надо всегда оставаться хладнокровным», — ответила пегасочка, перехватив подругу под копыто и помогая ей подняться. — И вы его провалили… Пока что, разумеется…       — То есть, все твои подколы и замечания…       — Не более, чем попытка вывести вас на эмоции, — ответила Аврора, подняв на копыта Рарити. Единорожка также ошарашенно смотрела на нее.       — Все это было шутками, чтобы вывести нас на эмоции? — переспросила Рарити.       — Ага. Я дала вам выбор — обсудить тактику атаки или атаковать сразу. Благодаря вспыльчивости Рэйнбоу, вы выбрали второй вариант, так что я решила давить на него и, как вижу, успешно. Вы совершенно не контролируете свои эмоции в сражении, — с этими словами Аврора помогла Пинки оказаться на копытах и пошла к Рэйнбоу Дэш. Эпплджек же оказалась в стоячем положении и без помощи, хотя чувствовала, как ныло ее тело.       — Ну ты даешь, сахарок… — выдохнула ковбойша. — Почему ты не сказала, чтобы мы просто атаковали тебя?       — Потому что вы начали бы сопротивляться, мол, как так, ты же наша подруга и так далее… Ярость — это самый лучший двигатель к действиям, потому я решила воспользоваться именно ей. Вон Флаттершай соврать не даст — я пробовала эту тактику и на ней.       — Так вот, почему ты сказала ей, чтобы она отошла в сторону, — сказала Твайлайт. — Потому что на нее это бы не подействовало.       — Отчасти, — улыбнулась Аврора и отряхнула пришедшую в себя Рэйнбоу Дэш. Пегаска все прекрасно слышала, так что, как и все, пребывала в легком шоке. — Но, по большей части, потому что она чуть более подготовлена, чем вы, и я знаю ее минусы и плюсы. Ваши же я увидела только что, так что не обижайтесь, когда я буду называть их — тут ничего личного, как, в прочем, и в моей провокации. Начнем с тебя, Рэйнбоу Дэш — ты очень быстрая, в этом споров нет, но твоя вспыльчивость делает из тебя легкую мишень. В настоящем бою, как бы противник не пытался оскорбить тебя или подтрунивать над твоей мнимой слабостью, ты не должна поддаваться. Знай, если соперник давит на твои слабости, он понимает, что слабее тебя и пытается таким способом дезориентировать тебя, подавить твою уверенность в себе, дабы подловить момент, когда ты наиболее уязвима. Поняла?       — Угу… — пробурчала Рэйнбоу Дэш, все еще находясь под впечатлением от провокации Авроры.       — Да ты не дуйся, — улыбнулась белая пони и хлопнула подругу по плечу. — Я же сказала, ничего личного — только провокация, чтобы вы атаковали. На деле я так не думаю.       — Ладно… — выдохнула пегаска. — Ладно… А что там с остальными?       — Ах да… Твай, ты молодец — пять баллов. Трюк с телепортацией — это отличный способ застать противника врасплох. Если бы я не знала тебя и то, на что ты способна, уже лежала бы на земле. Есть только одно «но» — ты недостаточно быстра. Советую тебе держать заклинание телепортации в паре с чем-нибудь еще, чтобы сразу после переноса огорошить соперника. Сможешь так?       — М-м-м… Думаю, да… Надо будет попробовать…       — Чудненько… Пинки, пати-пушка — штука хорошая, но очень громоздкая, то есть таскать с собой двадцать четыре на семь ее не получится. Тебе надо будет подыскать какой-нибудь более мобильный аналог. А так, пользуйся своими пинки-приколами, чтобы застать демонов врасплох.       — Оки-доки-локи… — улыбнулась Пинки.       — Рарити, магия — хорошая штука, но, будем честны, Твай в этом аспекте покруче тебя. Я не говорю, что ты плохой маг, однако тебе, помимо магии, нужно будет найти еще какую-нибудь вундервафлю, с помощью которой ты сможешь компенсировать недостаточную огневую мощь. Эпплджек… Бей всех задними копытами — демоны, конечно, покрепче деревьев, однако грудину ты волне сможешь сломать. И используй свое лассо, получится отличное комбо.       — Поняла, — улыбнулась ковбойша.       — Хо-ро-шо… — протянула Аврора и стукнула копытом о копыто. — Это были те основные плюхи, которые я увидела при первом сражении. Далее будем смотреть по ходу более индивидуальных тренировок, которые начнутся прямо сейчас… Итак, вы готовы, дети?       — Да, Аврора! — в унисон сказали пять подруг и дружно засмеялись. Тут же к ним присоединилась и Флаттершай.       — Отлично… — улыбнулась полукровка. — Тогда, начинаем…

***

      — Очень плохо, Кризалис, — сказал Джек, когда королева в очередной раз оказалась лежащей на земле. — Ты совершенно не следишь за своими ногами, отчего они остаются уязвимыми для противника.       — Ты… Ты слишком… Быстрый… — пропыхтела королева. Ее тренировка продолжалась уже полчаса, так что она начала немного выдыхаться. Не только в физическом плане, но и в плане недостатка энергии любви в ней.       — Я атакую тебя с той же скоростью, с которой атакует обычный разведчик. Если для тебя это слишком быстро, ты не переживешь атаки и одного существа — что говорить о целой армии.       — Просто дай мне немного передохнуть… Я… Во мне осталось очень мало энергии любви…       — Ни один демон не сделает скидку на то, что ты оголодала, Кризалис, — ответил Джек и замахнулся когтистой лапой, целясь королеве прямо в грудь. Если бы она не успела поставить щит, пусть и достаточно хиленький, когти вонзились бы прямо в ее тело. Однако это не смутило черного пони, и вторым копытом он разбил этот щит. Ударная волна отбросила Кризалис еще на несколько метров в сторону от Темного. — Запомни раз и навсегда: демон всегда хочет убить, и он будет делать это вне зависимости от того, какая у тебя ситуация.       — Но… но вы с Хедейром так и не выдали ни мне, ни моим перевертышам обещанные артефакты, — тяжело дыша, сказала Кризалис. — Как прикажешь сражаться без источника энергии, особенно во время голода?!       — Это ты хорошее слово подобрала… Приказываю сражаться до тех пор, пока либо не умрешь, либо не заберешь с собой как можно больше врагов. Именно это и подразумевает сражение во время войны.       — Ты… Ты хоть понимаешь, как жестко звучит то, что ты говоришь?       — Война — это всегда жестко, как бы ее не романтизировали. Это всегда реки крови, сражения до потери пульса и горы трупов, так что будь добра забудь слова о том, что жестоко, а что нет.       — Ладно… Ладно… Но, давай сделаем небольшой тайм-аут? Пока мы не на поле боя…       — Хорошо, отдохни пока, — более снисходительным тоном ответил Джек, чувствуя, что действительно начал перегибать, и что смертные существа не такие крепкие, как он, Хедейр или ангелы с демонами. — Макропринцесса!       Селестия стояла неподалеку и наблюдала за тем, как происходит тренировка Кризалис, так что могла предположить, по какому сценарию может пойти и ее тренировка. В одном она была уверена на сто процентов — Джек будет действовать куда жестче с ней, чем с королевой, ибо у нее не было слабостей перевертыша.       — Итак… — сказал Джек, когда она поднялась к нему. — То, на что способна ты, мне известно, потому предлагаю сразу перейти к спаррингу, а не к тренировке. Заодно увижу сюрпризы, которые ты от меня прячешь.       Принцесса в принципе была готова к любому развитию событий и знала, что Джек будет атаковать ее не как Древнейший, а как демон, то есть атаки не прекратятся, пока он не упадет на землю. А чтобы свалить такое существо силы нужно немерено. Или же чуть меньше, если учесть особенности его атаки.       — На счет «три»… — произнес Джек, встав в позу, в которую встают разведчики перед атакой. — Раз… Два…       Однако до трех он не досчитал и, выждав некоторую паузу, которая должна была слегка дезориентировать принцессу, стремительно бросился в сторону аликорна. Подобный ход был вполне очевидным, так что принцесса не поддалась на провокацию и смогла отразить удар когтями с помощью магического щита. Как только когти Темного вонзились в энергетический барьер, принцесса отбросила от себя и свою защиту, и черного пони вместе с ним, после чего перешла в наступление. Ей удалось нанести несколько ударов, но далее пришлось защищаться самой. Удары Джека были быстрыми и точными, и все они были направлены только в одну точку — в голову. Несколько раз черный пони пытался откусить ей голову, но вовремя поставленные щиты успешно защищали принцессу от нападок. Так продолжалось до тех пор, пока Селестия не почувствовала, как где-то внутри нее что-то зашевелилось. Что-то теплое и приятное, но сильно давящее на голову и начавшее вызывать приступы боли, схожие с мигренью. Принцесса, защищаясь от атак, пыталась понять, что могло стать причиной такого: грядущая драка, бессонная ночь и усталость из-за этого или что-то иное. Определенно, это было что-то иное, поскольку аликорн вспомнила момент, когда ей довелось испытать подобное чувство ранее — свадьба в Кантерлоте. В тот момент, когда Джек был готов оторвать королеве Кризалис голову, она тоже ощутила странную боль, которая достаточно быстро перетекла в ее рог, вылившись в виде энергетического луча, который и остановил черного пони от убийства. Тогда его это сильно удивило, да и сама принцесса осталась в шоке от того, что это могла быть за энергия, которая заставила Древнейшего — существо, способное размазать ее по земле одной лишь мыслью, —отступить от своей затеи. А если учитывать то, что Темный был упрямее любого, его капитуляция стала еще большим сюрпризом, чем сама боль и эта энергия. Селестия думала об этом спустя время и даже пыталась повторить те ощущения, когда оставалась наедине с собой, так как думала, что, овладей она этой силой, ей удастся контролировать Тьму, если она зайдет слишком далеко. Однако ни ощущений, ни энергии… И вот теперь это ощущение возникло вновь, только вместо того, чтобы уйти в рог, оно разлилось по всему ее телу, порождая чувства присутствия внутри чего-то, что напоминало мыльный пузырь — одно неверное движение, и он лопнет. И чувство это нарастало с каждым ударом Джека по щиту принцессы. Что бы это ни было, оно было гораздо сильнее самой Селестии, а потому и держаться долго она не смогла.       Джек же уже был готов высказаться по поводу того, почему принцесса не атакует его во всех прелестях его сарказма, однако с удивлением обнаружил, что сначала глаза, а потом и все тело Селестии вспыхнули ослепительным белым светом. Не прошло и пары секунд, как произошел небольшой взрыв, что отшвырнул черного пони в другой конец зала. Ошарашенные подобным стечением обстоятельств солдаты разошлись в стороны, наблюдая за слегка дымящимся телом Темного.       — Боги, вы в порядке? — послышался знакомый Джеку голос. Это была та самая кобылка-перевертыш со шрамом на лице, так рьяно расспрашивающая его о демонах. Она было протянула ему копыто, чтобы помочь подняться, как ее окликнул голос другого солдата:       — Лучше не трогай — он может быть горячим… Видишь, как дымится…       — Спасибо, я в норме… — приподнявшись, сказал Джек и легонько оттолкнул копыто перевертыша. — Только головой о пол слегка приложился…       — Вам точно не нужна помощь? — уточнила перевертыш.       — Нет-нет… Древнейшего не так просто завалить, но все равно спасибо, эм…       — Кайра… — улыбнулась перевертыш. — Меня зовут Кайра.       — Очень приятно… — ответил Джек и поднялся на все копыта. К ним тут же подлетела Селестия.       — Салдавейрон, я… Даже не знаю, как это произошло… Мое тело, оно… Оно словно загорелось, и я…       — Спокойно, макропринцесса, спокойно… — перебил ее Джек и молча кивнул Кайре. Та вмиг испарилась. — Если используешь этот мини-взрыв на поле боя, цены тебе не будет. Пожалуй, потренируй этот прием без меня… Пойду гляну, как там прочие возятся. Да, и передай Луне, что ее занятие откладывается на час-полтора.       — Хорошо, но… Ты точно в порядке? Мне кажется, я тебя слишком сильно приложила…       — Не задето ничего, кроме моего самолюбия, — ухмыльнулся Джек. — Ибо, как это — меня повалила обычная смертная, пусть и аликорн.       — Ха-ха, ну что ж… — Селестия смогла расслабиться, видя настрой черного пони. — Хорошо, тогда я… Пойду и передам Луне то, что ты сказал.       — Дерзай, — ответил Темный и проводил принцессу взглядом. Как только она и все очевидцы отошла достаточно далеко, его лицо приняло куда более серьезные черты.       Так и знал, пронеслось в его голове, после чего взгляд метнулся в сторону Хедейра — тот был так увлечен своими подчиненными, что даже не заметил взрыва. По правде говоря, взрыв заметили только те, в чью сторону улетело тело Джека.       — Ты действительно лжец, братец… — вполголоса сказал Темный. — Хватило же наглости врать прямо в глаза о том, что ты не имеешь отношения к тому, что произошло сейчас. Ну ничего, ЭТО я тебе еще припомню, Хедейр.       И с этими словами Джек пошел обратно к тому месту, где тренировались его подчиненные, попутно подмечая про себя то, как с шестеркой Элементов занималась Аврора. Да, несмотря на то, что ей было не так много лет, опыта было предостаточно, как и навыков в обучении, ибо то, что видел Темный вселяло ему гордость за то, как его дочь могла обучать, и опасения из-за того, что умения, полученные шестеркой, рано или поздно, пойдут против него. Однако до этого момента было еще очень далеко, потому Джек решил продолжить то, на чем остановился.

[Керадон… Две с половиной недели спустя]

      — Как поживают наши малыши? — со странной и даже хищной улыбкой спросил Люцифер, подойдя со спины к Лилит и тому, над чем она трудилась все это время, отдавая каждую крупицу своей демонической силы. Демонесса слегка вздрогнула от звука его голоса, так как услышала не те ласковые ноты ее мужа, которые были тогда, когда он перенес их сюда, а металлический и холодный искаженный голос своего короля… Короля всех демонов. Медленно обернувшись, она увидела, что не только голос соответствовал статусу Падшего, но и его внешний вид. Вновь его тело было покрыто той черной, как уголь кожей, глаза вновь светились алым и не было в них той теплоты, которую Лилит видела ранее.       — Гибридизация крови простых демонов-разведчиков и того материала, что дал мне ты, мой король, прошла успешно, — отчеканила демонесса ту фразу, которую повторяла себе с тех пор, как Люцифер ушел на несколько дней, не объяснив ни причины, ни сколько он будет отсутствовать. Единственное, что было сказано перед тем, как он ушел: «Мы создаем новую эпоху, так сделай же так, чтобы они были идеальными». Когда Лилит услышала эти слова, у нее в горле пересохло от того, насколько безжизненным голосом он сказал это. Но, что удивило ее еще больше, — он оставил ее здесь — в незнакомом ей мире, без никого и абсолютно беззащитную, создающую идеальную ДНК и коконы для выводка новых демонов. Тех, которые будут предвестниками их победы. И вот сейчас он вернулся, как ни в чем не бывало. На секунду Лилит овладела злость. Как он мог оставить ее здесь совсем одну, да еще и в столь уязвимом положении?! Однако она быстро поняла, что ей не стоит раскрывать свой рот на то существо, что стояло перед ней. Это явно был не тот Люцифер, который был несколько дней назад.       — Эмбрионы уже готовы? — подойдя ближе спросил Люцифер и протянул свое копыто к тому, над чем работала Лилит. А именно к огромному кокону из странного материала, который до безумия напоминал покрытую тонкой бежевой кожицей плоть со многими и многими буграми разного размера, которые с виду казались очень мягкими, но, когда черное копыто опустилось на один из бугров, стало ясно, что он был достаточно твердым, более напоминая исковерканную версию бородавки. По покрытой омерзительной и липкой прозрачной жижей кожице пронеслось несколько алых молний.       — Да, они созданы и развиваются. Но, когда именно выводок будет готов к рождению, не могу сказать. Все-таки семя содержало в себе темный элемент, и элементу демонов нужно время, чтобы пересобрать тело отдельно взятого демона.       — Темный элемент станет катализатором к ускоренному развитию — мне для этого понадобилось несколько дней с момента воскрешения. Если существа родятся без выраженных признаков, надо будет дать им еще немного времени.       — Мой король, могу я спросить вас о том, куда вы уходили? — спросила Лилит, искренне надеясь на то, что Падший лишь посмеется и скажет, что не стоит ей говорить с таким почтением. Однако он никак не отреагировал и лишь смерил ее взглядом своих алых глаз.       — Я осмотрел миры в относительной близости от Керадона, в том числе и его луну. Чтобы взрастить истинную армию и остаться незамеченными, нам будет нужно облагородить не один мир. Кстати, какое количество коконов ты произвела за то время, что мы здесь?       — Тысячу, Ваше величество.       — Отлично, очень хорошо… — погладив один из коконов, как самое дорогое, что у него было, сказал Люцифер, после чего повернулся к Лилит. — Ты хорошо постаралась, моя королева. Ты заслужила небольшой отдых от всего этого…       — Благодарю тебя, Лю… — тут она запнулась. — В-ваше величество…       — Не стоит, моя дорогая жена, — более снисходительным и менее королевским тоном ответил Падший. — Здесь неподалеку есть небольшая речушка… Думаю, тебе нужно немного остудиться. Ты отлично потрудилась за это время.       — Да, пожалуй, мне действительно нужно отдохнуть, — несколько неуверенно ответила Лилит, думая, что Люцифер может сказать что-то о том, что она может отдохнуть лишь после войны, а она совершенно не сомневалась, что начинается война. Однако, к ее удивлению, Падший лишь обнажил свое лицо и озадаченно посмотрел на нее.       — Что-то не так, милая? — более теплым и внушающим доверие голосом осведомился Люцифер и тут же улыбнулся. — Только не говори, что я тебя напугал своим возвращением.       — Ну… Я… — слегка замялась демонесса, но потом скрестила копыта на груди и отвернулась в сторону. — Нет, ты не напугал меня своим возвращением, но я… Я очень возмущена тем, что ты оставил меня, а потом явился весь такой красивый и начал расспрашивать так, будто ничего не было, да еще и своим… Королевским тоном… Мог бы хоть поинтересоваться о моем самочувствии. Неделя, знаешь ли, не самый малый период…       — Понимаю… — услышала она голос Люцифера и буквально каждой клеточкой тела почувствовала, что он оказался рядом с ней. — И прощу за это прощения… Цель имеет немаловажное значение для меня, да и для всех демонов, однако мне действительно не стоило забывать о том, что я не только король, но и муж.       Сказав это, Дьявол нежно провел своим копытом по гриве Лилит. Несмотря на то, что некоторая злость все еще теплилась в сердце демонессы, ласковый и даже учтивый тон голоса Люцифера быстро растопил ее и заставил, так сказать, простить его за такое долгое отсутствие.       — Хорошо, я прощу тебя… — Лилит лукаво улыбнулась. — Но только при одном условии.       — И чего же ты жаждешь, моя королева? — улыбнулся Падший. Скорее всего, она могла потребовать чего-либо из двух категорий. Первая — секс, что очевидно. И вторая — какой-нибудь боевой трофей. Несмотря на внешнюю миловидность, Лилит была достаточно опытным и кровожадным воином и одной из тех, кто оказала немалый вклад в то, чтобы после захвата Ада падшими архангелами, установить те правила, которые сохранились и по сей день, так что вполне имела право потребовать у него кого-то «особого».       — Полукровку — отродье Салдавейрона… Ты же помнишь, что я рассказывала тебе о ней?       — О да… — протянул Люцифер. — Дитя, что покорила сердце первого Элементаля. Честно сказать, я не все еще не верю, что подобное существо вообще есть.       — Я и сама была в шоке, когда впервые узнала. Но в еще сильнее удивилась, когда почувствовала, что в ней сочетаются силы обоих Элементалей.       Люцифер ошарашенно уставился на Лилит.       — Обоих Элементалей? — переспросил он. — Ты, верно, шутишь, моя дорогая… Тьма и Свет не могут сочетаться в одном существе без последствий. И еще удивительней, что ты не сказал об этом сразу.       — Знала, что ты проявишь к ней интерес… — расстроенно сказала Лилит, поняв, что зря подняла эту тему. — И что не позволишь мне вонзить меч в ее сердце.       — Хм… Раз в ней сочетаются силы обоих спектров, ее тело куда более устойчивое, чем может показаться на первый взгляд. Хоть я и не видел ее, так что будет весьма интересно провести с ней беседу.       — Аргх… — прошипела Лилит. — А я уж надеялась, что смогу убить эту подозрительную сучку. А то все, что она могла, — это разбрасываться пустыми угрозами.       — Вся в своего «отца»… Но ты можешь не волноваться, любовь моя… Как только я выясню все, что мне будет нужно у этого существа, она будет в твоем полном распоряжении. Разумеется, если мы захватим ее. Если же она умрет раньше, тебе будет поручено доставить ее тело лично мне, а потом все по вышеописанному сценарию. Что делать с трупом после опытов, решать тебе.       Лилит хищно улыбнулась.       — Благодарю тебя, мой король… — протянула она и облизнула губы. — Ах, я уже чувствую ее кровь на своих копытах…       — Не советовал бы торопиться, моя дорогая. Если, как ты говоришь, в отродье Салдавейрона сочетаются две стороны спектра, она может быть куда сильнее, чем мы думаем, если не на одном уровне с Древнейшими. Если же худший сценарий окажется правдой, на стороне соперника находится достаточно мощный союзник. Но мы ушли в мечтания и отклонились от темы — тебе нужно немного расслабиться.       — Да-да, речушка… — Лилит тихо усмехнулась. — Я помню…       — Тебя проводить? — спросил Люцифер, провожая демонессу взглядом. Она повернула к нему свою голову и мило улыбнулась.       — Нет, спасибо, Люци… Думаю, речушек тут немного — не заблужусь.       — Ну смотри… — усмехнулся Люцифер. Через секунду, Лилит скрылась в чаще керадонского леса.       В каком-то смысле Падший вздохнул с облегчением, когда его жена оставила его наедине с собой. Теперь можно было уделить время тому, что действительно было важно, не отвлекаясь на что-то, что имело куда меньшее значение. Вновь он провел своим копытом по бугристой поверхности одного из коконов, ощущая, как внутри него что-то дернулось. Неделя… Прошла всего лишь неделя, а внутри кокона уже что-то зародилось. Для Люцифера, как для того, чья трансформация прошла куда быстрее, это было медленно, однако он не мог толком сказать, сколько зарождалось его тело — куда более сложное в своей структуре и с содержанием совершенно разных геномов. Только на то, чтобы совестить подобное в одну цепь, могли уйти месяцы, хотя, судя по тому, что рассказывали Лилит и Азазель, времени прошло не так много, по большей части, благодаря темной составляющей его тела. Возможно, этот темный фактор действительно ускорил развитие того, что находилось внутри кокона, однако, дабы выиграть эту битву, ему нужны были совершенные солдаты здесь и сейчас, а не через недели или месяцы.       И тут он почувствовал, как внутри него что-то зашевелилось. Ощущение было больше странным, чем неприятным и явно тянуло Падшего в сторону кокона, и отчего-то он решил не противиться, потому в третий раз протянул копыто. Чем ближе оно становилось относительно кокона, тем отчетливее становились деформации черного копыта. Относительно ровная структура начала меняться, приобретая черты корней растений, что переплетались друг с другом от локтя до кончика копыта, а уже далее расходились в разные стороны и начинали искриться алыми молниями. Так продолжалось до тех пор, пока первый из отростков не дотронулся до оболочки кокона. В тот же момент остальные отростки резко устремились в сторону кокона и начали обволакивать, пока не покрыли его полностью, после чего последовал мощнейший разряд энергии Колодца Ада.       — Люцифер, что ты делаешь?! — послышался испуганный голос Лилит, а вскоре и сама демонесса оказалась перед Падшим, пытаясь отдернуть его от коконов, хотя понимала, что тот не остановится. Собственно, так и получилось, — Люцифер не сдвинулся с места и лишь продолжил держать свое копыто до тех пор, пока не опустил его самостоятельно. И щупальца, что обвили кокон втянулись обратно в копыто. — Ты… Что на тебя нашло?!       — Я решил немного ускорить процесс… — совершенно спокойно ответил Люцифер и плавно вырвал свое копыто из хватки Лилит, после чего указал на кокон. Повернувшись к нему, демонесса увидела, что находящийся внутри демон уже начал подавать признаки жизни и пытался разорвать кокон. — Видишь? — голос Дьявола заставил Лилит вздрогнуть. — Он уже жаждет выйти наружу, так почему бы не дать ему выйти?       — Он может быть недоразвит… — тихо ответила Лилит. — Что, если солдат окажется недостаточно крепким, чтобы сражаться?       — За это можешь не беспокоиться… — протянул Люцифер и повернул голову демонессы в сторону кокона. Тут же она стала свидетелем того, как из кокона вырвалась рука. Длинные пальцы темного, практически черного цвета, не менее огромные и толстые когти, широка ладонь — вся видимая часть конечности была намного больше той же части тела у обычного разведчика с Огненных Земель. Медленно ладонь начала подниматься вверх, после чего ухватилась за один из краев кокона. За этим из разрыва появилась вторая ладонь… Можно было бы сказать, что она оказалась идентична первой, однако… Не совсем… Она была такого же черного цвета, все с теми же длинными пальцами с массивными когтями, однако преобладание черного цвета было значительно меньше, чем на первой. Вторым цветом оказался более привычной для разведчиков желтоватый оттенок.       Спустя мгновение демон рванул края кокона в разные стороны, и на Люцифера с Лилит полилась густоватая прозрачная жижа, а вскоре из кокона вывалилось и то, что томилось там все это время. Определенно, это существо было намного крупнее, чем обычный разведчик. Учитывая размер самого кокона, сложно было поверить, что такое существо свободно помещалось внутри, ибо оболочка была несколько меньше конечного результата. Сам демон был очень крупным, кожа, с явным преобладанием черного цвета, имела на себе желтоватые пятна разного размера. Руки были значительно длиннее ног и несмотря на то, что выглядели достаточно тонкими, но были они достаточно мощными для того, чтобы разорвать соперника крупнее самого демона. Тело тоже было относительно стройным, но не лишенным мускулатуры, которая, в отличие от тех же самых разведчиков, проглядывалась куда более отчетливо. Ноги оказались короткими, но с виду не менее сильными, чем руки, а массивные когти на пальцах говорили о том, что они точно не были предназначены для украшения самого зверя. Голова была округлой и гладкой, по форме напоминая несколько раздутый мяч для регби. Пасть была очень широкой и содержала в себе множество мелких, чем-то похожих на акульи, клыков. Глаза… Они были очень мелкими относительно самой головы и на фоне черной кожи проглядывались слабо, создавая эффект полного их отсутствия. Чего-то большего на голове существа не было.       Медленно, но довольно проворно, существо поднялось и теперь просто поворачивало голову то в сторону Люцифера, то к Лилит, как-то странно порыкивая.       — Люци… — несколько обеспокоенно сказала демонесса, боясь даже повернуть голову. — Оно… Это существо точно не нападет на нас?       — Точно… — совершенно спокойно ответил Падший и подошел к твари. Демон не предпринял никаких попыток к тому, чтобы атаковать его. Более того, он покорно повернул свою голову в сторону копыта Дьявола, явно получая удовольствие от того, что его создатель начал гладить его. — Видишь, Лилит? Он не видит в нас с тобой никого, кроме своих родителей.       — Это… Это хорошо… — не зная, как реагировать на такое заявление, сказала Лилит и решила подойти ближе. Существо тут же повернуло свою голову к ней и начало изучающе осматривать. — Что-то мне не очень нравится то, как оно смотрит на меня.       — Не волнуйся, сейчас перестанет, — ответил Люцифер и одним рубящим движением отсек демону голову. Из разреза хлынула черная, густая жижа, которая только чудом — и благодаря прыжку назад — не попала на Лилит.       — Люцифер, что ты делаешь?! — воскликнула она, переводя свой взгляд с упавшего на землю тела на Дьявола и обратно. — Он только родился, а ты его у…       — Смотри… — совершенно спокойно ответил Падший и указал копытом на демона.       Когда демонесса повернула свою голову к мертвому телу, то с удивлением обнаружила, что вытекающая из разреза жидкость словно ожила и начала собираться в небольшие отростки, тянущиеся к голове. Через несколько секунд голова существа была полностью насажена на эти отростки, которые начали подтягивать ее ближе к телу. Вскоре существо начало медленно подниматься на ноги. Рана затягивалась параллельно тому, как демон принимал ту же позу, из которой его вывел удар Люцифера, пока не восстановилось полностью. Для Лилит же подобные трансформации стали достаточно большим шоком, хотя она и понимала, что темный элемент привнесет свои плюсы, но чтобы одним из них была настолько мощная регенерация…       — Видишь, моя дорогая… — голос Падшего вернул демонессу в реальность, и она резко повернула свою голову к нему. — Мощнейшая регенерация достигается за счет объединения регенерации демона и темного элемента, делая этих существ не убиваемыми для обычных атак. Да и для большинства магических, я так думаю, тоже. Воистину идеальное создание — бесстрашное, покорное и абсолютно бессмертное. Замени ими половину Ада, и наша победа в этой войне будет обеспечена.       — Да, но… Тысяча — это не миллионы. Ты не думаешь, что их могут задавить числом?       — Это мы узнаем непосредственно во время сражения. А теперь нужно пробудить остальных детишек и начать процесс их перемещения на земли нашего временного пристанища.       — Думаешь, это возможно? Перенос из мира в мир — достаточно затратное по энергии действие. Возможно, ты останешься полностью без сил.       — Я готов рискнуть, — ответил Люцифер и подошел к остальным коконам. — Даже пробуждение заберет у меня чересчур много энергии, потому я не особо переживаю относительно этого…       Сказав это, Падший начал делать то, что сделал до этого с одним единственным коконом, однако масштабы были увеличены в сотни раз. Черные искрящиеся щупальца буквально уничтожали все, что вставало у них на пути, сжигая с помощью молний и разрывая ветки, стволы деревьев собственной массой. То, что началось в этот момент, можно сравнить лишь с бушующей грозой, часто рассыпающуюся молниями и громом. И все это создавало небольшой «островок хаоса», где все гремело, пульсировало, чмокало и сгорало, но… Ровно до той поры, пока все резко не затихло.       — Люцифер… — тихо произнесла Лилит, подхватив ослабленного демона под переднее копыто, чтобы он не упал. Однако, когда она сделала это, то услышала то, что несколько напугало ее — смех… Люцифер тихо смеялся, причем без ведомой на то причины. Но неведомой она была лишь до тех пор, пока не услышала звуки шевеления и звуки рвущихся коконов, из которых уже начали вылезать новые существа, которые мало чем отличались от самого первого монстра Франкенштейна — различались лишь количество и размеры желтоватых участков на коже, а в остальном они были идентичны.       — Наконец-то… — послышался голос Люцифера, после чего сам демон смог выпрямиться, избавившись от помощи Лилит. — Наша армия создана! Бессмертные, могучие — истинные демоны! Ха-ха-ха!       — Люци-Люци, успокойся… — смех Падшего начал сильно напрягать демонессу. — Я понимаю, момент достаточно волнующий, но…       — Слуги мои! — голова Дьявола вновь приняла свой демонический облик, а голос исказился до того, что ранее звучащие интонации практически полностью исчезли. — Восстаньте из грязи и встаньте рядом со своим королем! Встаньте на путь победителей!       Не прошло и секунды, как тихий до того момента Керадон, сотряс мощный вой тысячи существ, созданных с помощью крови демонов и Темного Элементаля. И все они жили ради одной цели — убивать всех, на кого укажут. Безжалостно и быстро — так, чтобы у противников не было возможности реабилитироваться. И если Люцифер смотрел на всю эту картину с восхищением и хищным оскалом, предвкушая то, как пустит этих существ в бой, то Лилит смотрела на беснующихся существ и своего мужа со страхом, прогоняя в своей голове мысли о том, что могло выстрелить ему в голову, что в жажде сражений, он стал так похож на… Салдавейрона… Злобный хищник, готовый наброситься в любой момент… И это было очень странно и вызывало множество опасений.

[Кантерлот… За пределами города]

      Открытое поле… Оно подходило как ничто лучше для того, чтобы вместить всех тех солдат, которые подвергались достаточно жестким тренировкам последние две недели. Несмотря на достаточно жесткий режим, который Джек устроил солдатам, их дух не падал, а в самом процессе даже появился некий задор. Иллюзий не было ни у кого — им ясно дали понять, что сражению быть, и оно может оказаться куда страшнее, чем обычная тренировка, в которой, даже если вы не выйдете победителем, то хотя бы останетесь живы. Тем не менее, вместе с настроем поднялся и уровень командной работы: солдаты начали больше общаться и куда меньше обращать внимание на расовое различие, особенно это касалось пони и перевертышей, которые еще несколько месяцев назад грызли друг другу глотки. Сейчас же они общались так, будто бы и не было никакой многолетней, если не многовековой, вражды, и это было интересно. Для Джека в первую очередь… По большей части он лишь наблюдал за тем, как они взаимодействуют и старался скорректировать их. По сути, вся его роль как тренера заключалась в том, чтобы наблюдать со стороны, а не в том, чтобы показать на какие-то мелкие точки, с помощью которых можно было бы нейтрализовать демонов куда быстрее. Он бы продолжил это делать, если бы это не заняло всего лишь несколько дней, которые уже остались в прошлом. Пони, перевертыши, фестралы, те грифоны, что согласились помочь, на удивление схватывали все практически на лету, что было огромным плюсом. Так что, оставалось лишь наблюдать за тем, как они усвоили тот материал, что давался им на протяжении всего этого времени.       Проблемы никуда не уйдут, так что утверждать о вечном мире не мог никто, ибо в пылу какого-нибудь спора все это могло бы спокойно всплыть и стать причиной нового, куда более острого конфликта. Так что, да, он не верил в то, что мир между расами, которые воют так долго, проживет долго или же вообще останется навечно. Ничто не вечно, даже мирные соглашения… Но, тем не менее, наблюдения тоже не врали — общение между бывшими врагами налаживалось и становилось все более фривольным. Черному пони это казалось забавным, однако наблюдая за тем, как общались представители враждующих рас, он, сам того не желая, сравнивал их мир с тем, что могло бы произойти между ним и Хедейром. Сразу вспоминались слова, которые ему сказала Кризалис: «Думаю, всем бы на пользу пошло ваше с Хедейром перемирие». Перемирие… Джек долгое время вообще не признавал, что такое возможно, однако сейчас, смотря на ситуацию, он понимал, что в его отношениях со вторым начал проглядываться значительный сдвиг в более положительную сторону. Если раньше — еще до ситуации с Азраэллой — он смотрел на Хедейра исключительно как на своего врага, то сейчас желание оторвать ему голову постепенно отходило на второй план. Конечно, он понимал, что все это, скорее всего, было связано с тем, что Люцифер угрожает им обоим, а как известно, враг моего врага — мой друг, их сотрудничество было бы взаимовыгодным, а что произойдет дальше — уже другой вопрос. До этого нужно было дожить, однако семя сомнений уже было посеяно и апофеозом этих сомнений было то, что Джек обратился к Пустоте. Он знал, что пространство не сможет ответить ему или дать совет, но точно так же понимал, что ему было просто необходимо озвучить те мысли, которые все-таки сорвались с его языка.       Но, какие бы там ни были сомнения относительно дальнейшего сотрудничество с Хедейром, сейчас нужно было сосредоточиться совершенно на ином — в первую очередь на солдатах, в подготовке которых все еще были некоторые шероховатости. В частности, в подготовке главных — принцесс и королевы. Нет, Селестия и Кризалис значительно выросли с тех пор, как начались тренировки. Проблемы оставались только у Луны, в частности, его волновал ее быстрый выход на эмоции. Если раньше Джек думал, что в этой тройке самой вспыльчивой окажется королева перевертышей, то ныне он точно мог бы сказать, что еще никогда так не ошибался. Луна вспыхивала с удивительной быстротой, хотя все время до каких-либо сражений была достаточно спокойной. Даже тысячу лет назад, когда она с Селестией на пару победили его, она не была такой эмоциональной, а сейчас… Но даже это было не самым странным. Куда страннее было то, что вокруг принцессы начала нарастать некая аура, которая не просто казалась Джеку знакомой, но и все больше убеждала его в правдивости теории, которая могла бы перевернуть все, что было до. И чем дальше это шло, тем сильнее становилась аура и тем более Луна становилась похожа характером на самого Темного. Говорить о том, что было правдой, а что нет, тем не менее, было еще рано, да и опять же, не так важно.       — Следи за задними копытами, — в который раз повторил черный пони после того, как сбил Луну с ног с помощью щупальца. — Понимаю, ты в пылу боя, однако помни, что помимо врага ты должна видеть еще и саму себя, причем так же хорошо, как и оппонента.       — Я стараюсь… — прорычала принцесса и поднялась на все копыта. Дыхание ее было тяжелым и с негромким рычанием, которое, тем не менее, Джек услышал отчетливо, и это удивило его в который раз, потому что он нашел в этом звуке очень многое из того, что замечал в себе. В том себе, который только-только начинал свое существование, — более зверообразный и хищный, чем тот, которым он стал в последствии. И опять же все это шло в пользу невероятной теории. — Но у меня не выходит смотреть за всем сразу!       — Прошло уже две недели, а ты не научилась этому. Ты или пытаешься меня надурить и выдать что-то куда более интересное, чем показываешь сейчас, либо воин из тебя куда хуже, чем я думал.       — Аргх… И что я должна делать?       — Для начала успокойся… Одним из первых уроков было хладнокровие, которое следует выработать в себе как можно быстрее. И то, чего в тебе все еще нет.       — Сложно оставаться спокойной, когда ты постоянно используешь одну и ту же атаку — бьешь по копытам.       — Я делал то, что будет делать любой здравомыслящий демон — атакую по слабым точкам. А теперь прекрати истерить и слушай, что тебе говорят.       — Р-р-р… Ладно… Ладно… — выдохнула Луна и несколько раз глубоко вздохнула и шумно выдохнула. Рычание понемногу сошло на нет, а дыхание стало ровным и спокойным. — Ладно, Салдавейрон… Давай попробуем еще раз…       — Уверена? Каждый раз ты вспыхивала, как подожженная петарда, так что, думаю, тебе нужен отдых.       — Я в порядке… — ответила Луна и снова встала в стойку. — Давай…       На этот раз принцесса старалась держать себя в руках гораздо лучше, чем в предыдущие три попытки, хотя моментами ей казалось, что еще немного, и она вспыхнет, сорвется и кинется в сторону черного пони и начнет рвать его на куски своими собственными когтями. Секунду, когтями… Почему в ее голове вообще возникла мысль о когтях, если у нее и лап-то нет? Только вот мысль оказалась чересчур навязчивой, и принцесса не могла избавиться от нее, сколько бы ни пыталась, и даже после конца собственной тренировки. И еще… Ей показалось, что Джек как-то странно на нее посматривает… Будто бы пытается высмотреть то, чего она сама в себе не видела, однако, видимо, не увидел, так как его взгляд вновь стал более сосредоточенным на том, чтобы найти ее слабые точки. И тут в голове Луны выстрелила мысль о том, что нужно оборонять задние копыта, которые уже не в первый раз оказались беззащитными. В этот раз защита прошла куда более успешно, чем в предыдущие, что определенно обрадовало принцессу, однако и заставило ее напрячься еще сильнее, так как атака продолжилась. И Джек определенно атаковал не так, как атаковал бы обычный низший демон — этот этап они уже прошли, так что и атаки стали куда серьезнее. Что радовало черного пони, так это то, что Луна не пропустила его совет мимо ушей в этот раз.       — Отлично, Луна, — сказал Джек, когда принцесса отразила последний удар. — Отлично…       — Спасибо… — выдохнула аликорн… С нее градом стекал пот, напряжение в мышцах было чудовищным, но она была счастлива — в кои-то веки она не лежала на полу, истекая яростью и жаждой крови, а стояла на своих четырех и слушала, что ее не называют слабачкой. — Фух… Боги, я не чувствую ни копыт, ни рога…       — Иди и отдохни пока что… — ответил Джек, подошел ближе и положил свое копыто Луне на плечо. Холод, который источало это копыто, несколько остудил принцессу, но и вызвала волну мурашек по спине. Однако несмотря на приятное ощущение, она почувствовала где-то внутри себя странное шевеление. Это чувство… Оно было похоже на то, что Луна испытала, когда увидела Хедейра и когда стояла рядом с ним, но, в отличие от того странного страха, сейчас она ощутила некое умиротворение.       — Да, пожалуй… Послушай, Салдавейрон… — Луна повернулась к Джеку, который уже собрался уйти. Темный остановился и повернул голову в ее сторону.       — Да?       — Эм… Ты, наверное, слышал от Хедейра о том, что я несколько бурно отреагировала на его пришествие?       — Было дело… Хедейр сказал, что ты сильно побледнела и постоянно прожигала его взглядом. Словно он сильно тебя напугал, хотя не сделал ничего от слова «совсем». Интересно было бы знать, что с тобой произошло из первых уст.       — Честно сказать, я и сама не поняла… — задумчиво ответила Луна. — Просто… Просто я почувствовала, что от него шла угроза лично для меня… Селестия же была спокойна и меня это удивляло, но… Теперь я начала чувствовать что-то схожее по отношению к сестре и… Меня это начинает пугать… Такое ощущение, что мы с ней все сильнее и сильнее становимся чужими друг другу.       — Селестия знает об этом?       — Нет… — Луна отрицательно покачала головой. — Я не говорила ей об этом…       — А с чего мне решила сказать?       — Не сказала бы раньше, но… Почему-то сейчас я чувствую, что могу довериться тебе. Наверное, все началось с того дня, когда я пришла к тебе со своим желанием.       — Хм, понятно… Одно могу сказать, Луна, не только ты испытываешь странные ощущения — Селестия тоже говорила мне о странностях, что происходили с ней еще в Гидрионе. Они чем-то… Схожи с твоими…       — Но… Тогда, значит ли это, что происходящее со мной и Тией, — одного поля ягоды?       — Не знаю, Луна… Не знаю, потому что еще не нашел причину ваших «симптомов». Слушай… Если тебе совсем худо, может, тебе не стоит участвовать в дальнейшем?       — Нет-нет, это… Это не мешает настолько сильно. Просто порой возникают все эти ощущения, и они… Смущают, то есть вызывают определенный дискомфорт.       — Угу… Понятно… Ну, я надеюсь, что с Хедейром у тебя полегче.       — Да, стало проще… По крайней мере, мне уже не хочется выдать весь свой последний прием пищи, когда он рядом.       — Хорошо… Но опять же я предлагаю тебе остаться, чтобы просто не погибнуть.       — Нет-нет… Я буду на поле боя… В этом можешь не сомневаться.       — Как скажешь — это твое дело…       — Не нравится мне все это… Ну то, что происходит со мной и с Селестией… Про себя, наверное, я могу сказать, что всему виной Анинейра и наше с ней разделение, но… Раз ты говоришь, что с Тией происходит что-то похожее, дело не в этом…       — Не вижу в этом повода для беспокойства. Пока что ваша странность ограничивается лишь относительно легким дискомфортом, так что…       — Хорошо… Ладно я пойду и немного остыну… Сегодня у нас с тобой еще будут тренировки?       — Вряд ли… Дело близится к вечеру, так что я думаю, пора заканчивать и у остальных. А мне очень хочется поговорить с Хедейром относительно того, что будем делать далее. Надо подготовить план того, как и куда мы будем переносить войска, да и сам план атаки не мешало бы обсудить более конкретно. Это я еще молчу о том, что нужно закончить с генераторами любви для перевертышей.       — Понимаю… Кстати, разве обсуждение плана атаки не должно проходить при непосредственном наличии нас с Тией и Кризалис?       — Не совсем… Вам тоже обо всем будет доложено, однако, чуть позже…       — Понятно… Ладно, тогда увидимся еще…       На том они и разошлись. Хедейра же на поле не оказалось — ему было поручено изготовить прототип «генератора» любви для перевертышей, так что Второй практически безвылазно сидел в выделенной ему лаборатории. По крайней мере, в последние несколько дней… Потому в том, чтобы найти его, не было никакого труда. Однако Джек настолько погрузился в свои раздумья относительно того, что происходило с обоими принцессами, что его поход растянулся на гораздо большее время, чем он рассчитывал в самом начале. Странности, что происходили с аликорнами, все больше и больше заставляли его убеждаться в той самой безумной теории, которую высказал Хедейр, как и то, что сам Второй определенно что-то знал. И Джек решил сделать финальный ход, так сказать, в своем стиле, — вытрясти из Хедейра все с помощью физической силы.       Лаборатория Света, на удивление черного пони, была обставлена настолько аккуратно, что любой перфекционист пустил бы скупую слезу. Хотя, это можно объяснить и тем, что аппаратуры и ингредиентов было не так много, как полгалось в самом начале, а сам Хедейр больше экспериментировал с оболочкой для самого артефакта. Как и многие, он был полностью погружен в работу, так что даже не обратил внимание на то, что в комнате возникла такая знакомая ему темная аура.       — Вижу, тебе нравится быть этаким изобретателем… — послышался саркастичный голос Джека. Хедейр резко прекратил свою деятельность и повернулся к брату.       — Салдавейрон… — несколько ошарашенно сказал Свет. — Не заметил, как ты вошел.       — Еще бы… Ты так погрузился в собственное изобретение… Кстати, как дела с ним?       — Я решил немного пересмотреть концепцию этого… «Генератора»…       — И что надумал? — спросил Темный и подошел ближе.       — Смотри… — Хедейр указал на то, что лежало на столе перед ним: на кучу разнообразных деталей, сделанных из металла, визуально похожего на сталь, только куда более яркую, из-за чего покрытие слегка напоминало кристалл. — Первоначально, мы с тобой определили концепцию амулета, который будет находиться непосредственно на телах перевертышей. Однако я тут подумал и понял, что, если они будут надевать какие-либо доспехи, а они будут, артефакт будет вызывать лишь дискомфорт при ношении. Потому я решил, что целесообразней будет соединить артефакт с доспехом.       — Перевертыши не смогут перевоплощаться, так как ты взял иной материал, хотя мы договаривались на темную материю, которая более пластична и податлива к разного рода трансформациям. А я вижу сверкающий металл, схожий с тем, из чего сделано оружие твоих ангелов.       — А в этом-то и штука — доспех не будет сковывать перевертышей в плане трансформаций, поскольку этот металл — это сплав из твоей темной материи и, как ты выразился, металла для оружия ангелов.       — Соединение наших стихий? А перевертышей не порвет на части?       — Поначалу да, сплав был нестабилен, но… Мне удалось вывести нужную формулу — достаточно стабильную, чтобы не было негативных последствий для носителя, прочную и гибкую, дабы сохранить главную способность наших товарищей…       — Угу… Допустим… А что с самым важным компонентом? Да и куда ты собираешься всунуть его так, чтобы он не находился на линии огня?       — Сам источник должен находиться как можно ближе к телу перевертышей. Но я прекрасно понимаю, что один источник может быть уничтожен, потому здесь будет не один большой, как мы с тобой предполагали ранее, а несколько маленьких, которые будут разбросаны по всей броне. Маленькие достаточно, чтобы оказаться незаметными для атаки.       — Хм… И при повреждении одного остальные будут функционировать, как я понимаю… — Хедейр кивнул. — Что ж… Должен признать, ты приятно удивил меня и еще более наших энерго-вампиров.       — Да уж… Одно пока что меня тревожит — доспех получается не таким легким и элегантным, как я планировал. Над его мобильностью придется еще немного подумать.       — А как же способность к трансформации? Почему бы не сделать схожий механизм при надевании и снимании?       — Это я знаю, да и говорил не об этом… Сам доспех получается весьма массивным и тяжелым… Нужно бы как-то уменьшить массу, однако пока что, я не знаю, как запихнуть такую большую схему в столь малый объем.       — Не проще уменьшить саму схему?       — Да, я тоже думал об этом, но получается с переменным успехом. Сам знаешь, упрощение — это не всегда польза.       — Что конкретно будет уходить в минус?       — Толщина листа, из которой будет изготовлена оболочка, а, следовательно, и прочность. Конечно, сплав темной материи и эдемийских металлов сам по себе достаточно прочный, но…       — Ладно-ладно, я тебя понял…       — И потому я хотел узнать, на какую дату планируется атака. Чтобы я мог понять, успеваю я или нет.       — В идеале чем скорее, тем лучше. Однако Люцифер — не тот противник, на которого нужно идти с голой задницей и палицей на перевес. Так что, точного времени пока что нет.       — Ясно, значит, время пока есть.       — Кстати, ты Шай не видел? А то она уболтала меня на персональные тренировки, и время подходит…       — Личные тренировки, значит… — приподняв одну из частей доспеха, протянул Хедейр. — Я надеюсь, ты понимаешь, что это мероприятие носит несколько иной характер, нежели простое занятие один на один.       — Что плохого в том, чтобы потренироваться один на один?       Хедейр глубоко вздохнул.       — А мне кажется, что Флаттершай просто хочет побыть рядом с тобой, в отрыве от всего этого. Ну а так, да, конечно, ничего плохого в том, чтобы тренироваться один на один…       — Не думай, что я настолько слепой… — взяв одну из деталей и повертев ее в руке, сказал Джек. — Я понимаю, чего она пытается добиться, однако надеюсь, что сама прекрасно осознает происходящее…       — А по мне, тебе стоило бы немного отвлечься… Даже солдаты уже говорят о том, что ты стал чуть более жестче с ними.       — А что мне еще делать, если они сливались на большинстве из тренировок — по голове их гладить?       — Ладно-ладно, не ворчи, Салдавейрон. А по поводу Флаттершай… Я ее не видел… Кстати, Селестия говорила, что некоторое время назад, когда ты тренировал ее, она использовала «особую силу», которую она не контролировала… Не знаешь, что это за сила?       — Понятия не имею… — ответил Джек, однако ему самому хотелось начать то, ради чего он, собственно, и пришел сюда. Жаль, что время поджимало, а потому черный пони решил отложить это напоследок. — Ладно, с этим разберемся позже — пойду найду Шай.       — Уверен, ты найдешь ее даже быстрее, чем думаешь… — сказал Хедейр, однако вместо ответа услышал хлопок закрывшейся двери. — И я рад был поболтать, Салдавейрон…

***

      Уверен, ты найдешь ее даже быстрее, чем думаешь… — это было то, что услышал Джек прежде, чем закрыть дверь в лабораторию Хедейра и… Чуть ли не столкнулся лбами с той, кого искал — Флаттершай…       — О… — произнес черный пони, а в голове промелькнула мыль: «И как я сам ее не почувствовал?». — А я как раз тебя искал, Шай. Ты же помнишь, что у нас, так сказать, индивидуальное занятие?       — Конечно, помню… — улыбнулась пегасочка. Настроение у нее было достаточно боевым несмотря на то, что, как и многие стражники, она была на тренировке. И подобный настрой несколько раззадорил Темного.       — У-у-у, смотрю, ты уже рвешься в бой… — улыбнулся Джек. — И не устала за сегодняшний день? Вроде бы Ави гоняет вас, как в самых жестких армиях.       — Со временем привыкаешь к подобному… — немного неуверенно произнесла Флаттершай. — Не могу сказать, что мне нравится подобное, но… Иного пока что не дано, верно?       — Да… Что ж, пойдем?       — Да, только… Подождешь меня в зале? Мне нужно кое о чем поговорить с Хедейром…       — Так-так-так… — протянул Джек, улыбнулся и скрестил копыта на груди. — И что же за заговоры вы строите там с ним?       — Ничего такого, правда… — замахала копытами пегасочка. Это было странно, но ей показалось, что в голосе черного пони она услышала некое подобие ревности, хотя и понимала, что он шутит. — Хедейр просто попросил меня протестировать броню, которую он готовит для всех.       — М-м-м… Погоди, это не те доспехи, в которые он пытается запихнуть генератор для перевертышей? — Флаттершай пожала плечами. — Ясно… Что ж, ладно, подожду тебя в том же зале, где мы и тренировались ранее. Только не задерживайся…       — Хорошо, — улыбнулась пони и прошмыгнула мимо Джека в лабораторию Хедейра.       Самому же Темному не оставалось ничего, кроме как отправиться на место проведения личных занятий. Зал находился относительно недалеко от спальни самой Флаттершай в замке, и выбор был достаточно обоснованным — сложно идти за «тридевять земель» после достаточно изнурительных занятий, а само помещение представляло собой не особо крупную и полностью пустую комнату, отделанную так же, как и многие иные помещения в замке. Точнее в том же стиле… Объема пространства хватало на все непосредственные нужды, которые подразумевали эти занятия, так что, это шло лишь в плюс к выбору помещения.       Ожидать Джеку пришлось не более пяти минут, после чего в дверном проеме появилась кто угодно, но не та Флаттершай, которую черный пони привык видеть. Доспехи, которые ей выделил Хедейр, напомнили Темному то, как выглядел сам Свет в своей более-менее истинной форме — блестящий, даже слегка светящийся металл, кристально чистый, и тем, что он видел в лаборатории своего брата всего десять минут назад. Однако в отличие от тех экземпляров, от этих не исходило никакой энергии. Тем не менее Джек подметил одно — Флаттершай выглядела в этих доспехах крайне необычно, становясь похожей на… Ангела… Когда он подумал об этом сходстве, ему даже стало слегка противно, однако это была вся та же пони, которую он знает уже на протяжении практически двух лет.       — Воу… — слегка ошарашенно произнес черный пони, когда закончил осматривать пегасочку. — Должен признать, ты в броне — это самое необычное, что я видел за последние годы.       — Знаю, это может выглядеть слегка… Вырвиглазно… — смущенно сказала Флаттершай. — Но Хедейр заверил, что эти доспехи очень прочные и хорошо защищают.       — Это хорошо, и я не вижу причин не доверять ему в этом аспекте, однако проверять это я не очень хочу. Кстати… Быстро ты одела доспехи… Думал, что для надевания подобного тебе понадобится больше времени.       — Я тоже, но… Это схоже с моим мечом… То есть оно раскладывается из малого в это…       — М-м-м… Понятно… Ну что ж… — Джек встал на задние копыта и расправил свою косу. — Правила все те же: тот, кто первым повалит второго на лопатки, победит. Можешь использовать любые приемы и бла-бла-бла…       — Угу… Ну так что… — Флаттершай развернула свой меч, который настолько слился с доспехом, что черный пони поначалу его даже не заметил. — Начинаем?       — Экая ты боевая… — улыбнулся Джек и переместил пятку косы с одного плеча на другое. Однако, как только он сделал это, резко замахнулся и направил лезвие в сторону пегасочки.       Флаттершай среагировала моментально и подняла свой меч навстречу лезвию косы. Послышался звук удара о металл, а их обоих отбросило в разные стороны. Видимо, доспех обладал какой-то частичкой собственной воли, ибо когда пегасочку отбросило от Джека, ее голову полностью закрыл шлем, который отчасти напоминал обтягивающую маску. Грива полностью скрылась под металлом, так что обзор был великолепным, и Флаттершай решила пользоваться этим по полной, а вместе с этим и пойти в атаку первой. Если бы Темный не знал, что под маской была именно та самая пони, ему было бы очень тяжело поверить в то, что это непрофессиональный боец, который-то и мечом орудует лишь несколько недель. Пегасочка была быстрой, ловкой и активно использовала свой меч, явно перестав бояться той силы, которая пришла к ней, когда оружие слилось с ней. Порой Джек даже атаковать не успевал, так как ему приходилось отражать атаки этого хлыста с лезвиями. Конечно, начни он действовать в полную силу, у Флаттершай не было бы шансов, однако… Ему это было незачем… Пони показывала отличные результаты с минимальным количеством тех ошибок, которые могли бы стоит ей жизни, а сила, с которой она наносила свои удары… Опять же, не знай Джек, что там была именно та пони, ни за что бы не поверил.       Но спустя несколько минут простого отражения атак черный пони решил пойти в наступление и проверить то, как Флаттершай будет действовать в защите. Вновь и вновь лезвия меча и косы сталкивались друг с другом, причем сила, с которой хозяева направляли свои орудия друг на друга, становилась все больше и больше, и, спустя несколько минут, спарринг уже не выглядел таковым, больше напоминая настоящее сражение. И в один момент Флаттершай заметила, что задние копыта черного пони совершенно никак не защищены, что было достаточно глупой ошибкой с его стороны, а потому в ее голове появилось несколько мыслей, одной из которых была та, что говорила о подставе. Если это было так, и она клюнет, то он сможет достаточно быстро уложить ее, так что нужно было подготовить возможное противодействие.       Если он подумает сделать подножку, после чего придавит копытом к земле, мне нужно будет вовремя уклониться в сторону, после чего я нанесу один сокрушительный удар по голове, чем смогу дезориентировать его. А потом… Потом, нужно будет попытаться сбить его с копыт одним ударом.       Флаттершай и сама поразилась тому, что ее мысли собрались в единое целое за те доли секунд, за которые она успела отразить один из ударов Джека, после чего саданула его по лицу достаточно сильным режущим ударом справа-налево. Это слегка выбило черного пони из колеи, так что пегасочка решила нанести несколько добивающих и закончить этот бой. Резкий взмах, и удар, что пришелся по задним копытам, один достаточно высокий прыжок, и вот Флаттершай уже сидит на черном пони, прислонив лезвие своего меча ему к горлу. Атаковать было бы бесполезно, потому Темный отпустил косу и поднял копыта вверх в знак того, что сдается.       — Сдаюсь… — с улыбкой произнес черный пони. Шлем на голове пегасочки тут же раскрылся, обнажив ее голову. На ее лице было достаточно обеспокоенное выражение. — Ты молодец, Шай… Отличный прогресс за две не…       — Боги-боги-боги… — Флаттершай резко убрала свое лезвие от горла Джека и начала осматривать его шею. На ней был небольшой, но достаточно глубокий порез. — Боги мои… Я тебя порезала…       — Шай-Шай, успокойся… — взяв пегасочку за плечи, сказал черный пони. В его голосе послышались успокаивающие нотки. — Не забывай, для меня все это абсолютно безвредно, — он повернулся к ней тем местом, на которое пришелся порез, и она увидела, как края раны довольно быстро срослись. — Видишь? Я в норме… И давай прекращай вот так волноваться…       — Как же мне не волноваться… Я… Я немного увлеклась всем этим…       — Все нормально, Шай. Ты показываешь все более и более хорошие результаты, так что не вижу повода грустить из-за этого.       — Да, наверное… — ответила Флаттершай и смогла улыбнуться. — Тем не менее, я тебя победила.       — И что же ты хочешь получить от побежденного? — улыбнулся Джек, почувствовав, что его так просто не отпустят. Пегасочка тихо засмеялась и наклонилась ближе к лицу черного пони, после чего мягко обняла за шею и нежно поцеловала. Поцелуй был достаточно долгим, и пони очень не хотелось разрывать его, однако через какое-то время ей пришлось прекратить. — Ах… Вот теперь… Теперь я почувствовала, что сильно устала…       — Понимаю… — так же тихо, как и она, произнес Джек. — Давай сделаем так…       Сказав это, черный пони резко поднялся на задние копыта, причем так, чтобы Флаттершай оказалась лежащей у него на передних копытах. Поначалу она даже не поняла, что произошло, однако когда все закончилось, и до нее дошло, что да как, ее копыта медленно заползли Темному за шею и крепко обняли его. Голова пегасочки медленно легла ему на плечо, а глаза медленно закрылись. Легкая качка, приятная прохлада, исходившая от тела Джека, и достаточно теплый вечер, который уже практически перетек в ночь, — все это навалилось друг на друга, создав очень успокаивающую атмосферу, и от всего этого Флаттершай начала довольно быстро погружаться в сон. И вот до ее улетающего в царство Морфея сознания донесся легкий скрип открывающейся двери. Повеяло легким сквозняком, из-за которого по коже пони пробежали мурашки. И снова скрип, а после легкий хлопок — дверь закрылась, а вместе с этим утих сквозняк. Прошло еще несколько секунд, после которых пегасочка почувствовала своей спиной прохладную простынь собственной кровати и одеяло, которое, словно облако, накрыло ее. И все это несмотря на то, что на ней все еще была надета ее броня. Или уже нет… Флаттершай не чувствовала той легкой скованности, которую ощущала в те минуты, когда броня была на ней… И вот, как бы невзначай, она провела копытом по собственной груди, не почувствовав металла под ним. Лишь ее собственная шкурка… А это значило лишь то, что броня снялась сама по себе… Впрочем, ее это не взволновало, однако она вздрогнула, когда почувствовала, как в ее гриву вошли несколько длинных, как оказалось позднее, пальцев, чьи фаланги напоминали лезвия, однако они не резали ее, а ласково гладили, успокаивая сознание все сильнее и сильнее и вызывая очень теплое чувство в сердце. Приоткрыв глаза, она увидела, что это действительно был Джек. Смотря на нее с какой-то несвойственной ему теплотой, он продолжал гладить пегасочку по голове. Когда он заметил, что она проснулась, на его лице появилась теплая улыбка.       — Я уж думал, ты спишь, — тихо произнес черный пони, не прекращая поглаживать пони.       — Я не спала… — ответила Флаттершай и протерла глаза копытом. — Просто задремала… Кстати, — пегасочка приняла сидячее положение, откинула одеяло и осмотрела себя — брони не было. Лишь на ее шее красовалось что-то вроде воротника из металла. — Смотри, доспехи исчезли.       — Вижу… — усмехнулся Темный. — Они сложились почти сразу, как я подхватил тебя… Видимо, они реагируют на настроение владельца… Это… Даже интересно.       — Думаешь?       — А почему нет? — сказал Джек и сел на кровать. — Обычные доспехи стражей макропринцессы — дрянь, и она это понимает… И Хедейр понял… А судя по тому, что я видел, это — достаточно мощная штука. Раз уж мои удары выдержали, удары демонов и подавно. Кроме того, как я вижу, они очень удобны для тебя.       — Это да, но… Ты мне поддавался… — улыбнулась Флаттершай. Черный пони улыбнулся тоже.       — Ударь я в полную силу, и земля, на которой мы сейчас находимся, прекратила бы свое существование. Ты, собственно, тоже… Все-таки я посильнее буду, чем кто-то еще.       — Угу… — протянула пегасочка и вновь опустила голову на подушку, после чего раскинула копыта в стороны. — Ах… Как же спокойно… В такие моменты забываешь, что происходит…       — М-да… — ответил Темный и поднял глаза к потолку. — Но, все мы знаем, что тишина всегда прерывается шумом.       — Знаешь, кажется, теперь я начинаю понимать твои слова о том, как хороша тишина — когда никто и ничто тебя не волнует, и ты просто можешь расслабиться. Нет никакого волнения, раздражения или чего-то еще, но и… Никакой радости… И вот это пугает меня…       — Почему же?       — Сложно жить без радости, — вновь сев в кровати, ответила Флаттершай. — Когда ничто не может вызывать у тебя приятные ощущения, смех.       — Хм… Может, ты и права, Шай… Ладно, давай не будем начинать философствовать, а то ты вообще не уснешь.       — А ты… Ты опять улетишь из замка? — в голосе пегасочки Джек услышал отчетливую просьбу остаться здесь, рядом с ней.       — Надо бы, конечно, так как черт его знает, что происходит в Кристальной Империи, но… Раз на нас еще не напали демоны, они либо разведывают территории, либо осваивают те, на которых живут.       — Думаешь, Люцифер не пойдет в лобовую атаку?       — Нет… Даже несмотря на то, что у нас, в большинстве своем, смертные в армии, он может предположить, что и демоны, а тех, что на нашей стороне, куда больше, чем на его, так что нападать в лоб будет опрометчиво.       — А он знает, что еще и Хедейр с нами?       — Вряд ли, Шай… Знай он это, скорее всего, уже явился бы сам…       — Думаешь?       — Уверен… Как и я, Люцифер ненавидит Хедейра всем своим существом и, узнай он, что его отец здесь, сразу бы атаковал. И не меня, а именно его…       — Кого-то мне это напоминает… — без какой-либо радости сказала Флаттершай. Джек же, напротив, улыбнулся. — Но… Я надеюсь, что вы с Хедейром более-менее хорошо общаетесь друг с другом…       — Да… — протянул черный пони и провел копытом по затылку под шляпой. — Несмотря на все, мы с ним, похоже, начали ладить.       — Это же отлично! — улыбнулась Флаттершай. — Может, вы полностью помири… — тут она запнулась, вспомнив, что Джек достаточно агрессивно реагирует на подобное. Однако, к ее удивлению, черный пони вновь улыбнулся.       — Я и сам подумывал об этом, Шай. И я прекрасно понимаю, что мир пошел бы на пользу всем, однако… Ты и сама знаешь, как у меня с доверием к нему.       — Ну, по крайней мере, ты больше не говоришь, что это невозможно… — сев рядом с Темным и положив свою голову ему на плечо, сказав Флаттершай и тут же почувствовала, как на ее талию легло прохладное копыто.       — Да… Теперь это, если не невозможно, то бесполезно.       — Почему же?       — Хедейр, может быть, и готов пойти на этот шаг, но вот остальные — первые архангелы — те, которые остались живы, архангелы второго порядка, простые ангелы… Им же вбивают в головы, что я — опасность номер один для всех.       — Ну, может, если ты покажешь всем, что более не опасен, они поверят…       — Ты слишком наивна в этом плане, Шай, — усмехнулся Джек. — Кроме того, ты же помнишь, что все лгут, а Тьма лжет больше всех.       — Да уж… Ситуация…       — Кроме того, сейчас это не самое важное… Важно сейчас продумать правильную стратегию и отвоевать Кристальную Империю.       — Звучит так, будто ты переживаешь… Ну за Шайнинг Армора и принцессу Каденс.       — Да какое там… Может быть, я просто допускаю, что их смерть была бы досадной. Из-за того, что искристая потом не слезет с меня со своими причитаниями.       — Понятно… И… У вас есть какие-нибудь идеи?       — Пока что никаких, Шай… Никаких… Что радует, так это абсолютная пустота вокруг самой Империи.       — Угу… Кстати, Джек…       — М-м-м?       — Я… Я понимаю, что это не относится к теме, и что ты должен уходить сейчас, но…       — Хочешь, чтобы я остался? — повернув голову к пегасочке, сказал Джек. Если бы не определенная интонация, можно было бы сказать, что черный пони не спрашивает, а утверждает то, что было очевидно для них обоих, и сделал из предложения вопрос просто ради приличия. Так что, его даже не удивило, когда он почувствовал, что Флаттершай обняла его крепче и кивнула. На лице Темного появилась улыбка. — Что ж, я и сам не против этого.       — Правда? — переспросила пони, не поверив своим ушам, и почувствовала, что слегка покраснела, когда легкая прохлада сместилась с талии чуть ниже. Ответом ей стал кивок.       — Посижу с тобой, пока ты не уснешь… — все с той же улыбкой сказал Джек и ласково провел свободной рукой по лицу пегасочки, убирая упавшие на лицо розовые пряди ей за ухо. Румянец на щеках Флаттершай начал довольно быстро распространяться по всему ее лицу, а сама она начала медленно, будто бы все еще была не уверена в том, что делает, подтягиваться к лицу Темного, чувствуя, что возникшая между ними атмосфера начала становиться куда более интимной. Копыта ее все так же медленно и аккуратно проскользнули под плащ черного пони и начали стягивать его с темных плеч.       — Тогда… — прошептала она, находясь всего лишь в паре сантиметров от лица Джека, чувствуя на своем лице его прохладное дыхание и вечно преследующий его запах цитрусовых и сигар. Он не отступал назад и, как показалось Флаттершай, даже сам слегка приблизился к ней. — Я ни за что не усну этой ночью…       С этими словами она более резко приблизилась к нему и крепко, но нежно поцеловала его в губы. Движения ее копыт стали куда более смелыми и вскоре она полностью стянула плащ с черного пони, после чего потянулась к шляпе, чувствуя, как ее сердце начало стучать с тройной силой, а приятное, горячее, пьянящее чувство ударило ей в голову, полностью отключив какое-либо стеснение. Когда же Флаттершай ощутила, что поцелуй плавно переместился с ее губ на шею и грудь, чувства полностью завладели ей, и она становилась все более и более настойчивой, но в один момент решила полностью отдаться воле своего партнера и уплыла куда-то вдаль, чувствуя, что сейчас находится на седьмом небе от счастья.

[Новый Ад… Несколько часов спустя]

      Уже двадцатый… Или двадцать первый день с того момента, как в Кристальную Империю вторглись существа, именовавшие себя демонами и полностью оккупировавшие эти территории, которые превратились из прекрасных кристальных земель в подобие огненной пустыни с торчащими в разные стороны острыми багровыми скалами, на верхушках которых находились омерзительные существа с желтоватой кожей. Три чертовых недели, которые длились целую вечность, наполненные самой ужасной безнадежностью и печалью для двух единственных пленников этого ужаса. Однако малая доля надежды промелькнула, когда по всему Новому Аду разошлась новость о том, что главного нет в мире. Что он ушел куда-то очень далеко и неизвестно, когда вернется. Для одного из пленников эта новость стала самой яркой вспышкой надежды, которую он когда-либо испытывал. В первый же день, когда он узнал об этом, единорог понял, что нужно было действовать. Однако, что именно ему нужно было предпринять, он не знал. Разбить цепь? Шайнинг Армор взглянул на звенья, которые были прикреплены к кандалам, что удерживали его за заднее копыто. С виду это была самая обычная цепь, которую, если постараться, можно было легко разбить, однако за то время, что он находился в таком состоянии, силы медленно покидали его тело, так что использовать свою магию было чревато. Камень… Единственным разумным вариантом был камень… Он уже не в первый раз оглядывал зал и все больше подмечал про себя, что материал, из которого были сделаны пол, потолок и стены этого ужасного замка, явно отличались от той породы, что валялась под копытами. Возможно, она была куда прочнее, но проверить это можно было лишь одним способом — отколоть такой образец. И далеко не с первой попытки ему это удалось… Камень оказался достаточно прочным, чтобы выдерживать его магию, однако она была такой слабой, что конечная податливость материала вызывала больше вопросов, чем давала ответов. И вот последовал первый удар. По залу прокатился достаточно звонкий звук удара камня о цепь, и Шайнинг Армор тут же начал оглядываться, чтобы понять, потревожил ли он кого-то или нет. В первый раз ему повезло, но он понимал, что, если повезет и во второй, и в третий, и в четвертый, на двадцать четвертый найдется случайный демон, который застукает его за этим занятием. Взять хотя бы этого вездесущего рыжего демона по имени Азазель. Смотря на него, можно было сказать, что он — простой громила, который сначала делает, а потом думает, сложно было заметить весьма и весьма умное существо, которое натурально видит и слышит все, что нужно Люциферу и, в этом единорог был уверен на все сто процентов, докладывает ему об этом. Так что, спались Шайнинг Армор перед ним, и Люцифер мгновенно бы узнал о его попытках сбежать. Однако укол надежды был слишком ощутимым, потому единорог продолжал время от времени пытаться разбить цепь этем камнем. О том, каково было Каденс, он даже думать не хотел — нужно было лишь разбить цепь, а там уже смотреть по ситуации. И так день ото дня он продолжал стучать по цепи… Если бы не демоны, частенько проходящие мимо зала, он бы уже смог вырваться наружу.       И если Шайнинг Армору было чем заняться, то вот Каденс оказалась куда более ограничена в пределах своей камеры. Лишь изредка, но с точностью до секунды, к ней приходили трое — либо Азазель, либо паукообразный Асмодей со своим спутником — демоном, которого он называл Молох. Огромный, как гора, мясистый, тело было болезненно-красного цвета с мелкими пятнами бежевого и белого цвета, шерсти на нем не было, да и в целом демон выглядел так, будто горел заживо, но успел вовремя погасить пламя. Голова его была сокрыта под массивным металлическим шлемом темного цвета с рогами, что торчали по бокам и были загнуты назад, создавая схожесть с рогами барана. А вот из-под щитка, закрывавшего лицо Молоха, ясно проглядывалось горящее пламя, так что Каденс боялась даже представить, что происходит с его лицом. Его передние копыта были не менее деформированы, чем все остальное тело. И заключались эти деформации в том, что болезненно выглядящая плоть Молоха была спаяна с металлическими цепями, к концу которых были приделаны два огромных, удивительно чистых, крюка с зазубринами на концах и покрытый странными рунами. Сами же крюки были также соединены с копытами, как и цепи, только в отличие от последних, не представляли собой единое целое с плотью демона. И всякий раз, когда этот бугай, вместе со своим куда более мелким другом, — которого, к слову, был выше головы эдак на три — у Каденс возникало чувство, что, если она скажет что-то не то, или сделает, этот монстр разорвет ее пополам и даже не напряжется. Однако в обязанности троицы входило лишь наблюдение и ежедневный принос пищи, которую они доставали невесть откуда. Было среди всего этого и мясо… Каденс, будучи пони, была также вегетарианкой, так что наличие мяса в ее «сухпайке», вызывало у нее чувство тошноты. Видя это, Азазель холодно говорил, что у нее нет выбора, а Асмодей пытался как-то приободрить, мол, нужно расширять гастрономические горизонты, авось еще понравится и так далее. Вообще, если бы не факт того, что паукообразный был демоном в подчинении у Люцифера, принцесса могла бы сказать, что он славный парень. А вот Молох вообще молчал. Все, что он произносил, это «угу» или «нет» на вопросы Асмодея, да какое-то бормотание себе под нос на языке, которого Каденс не знала, но точно могла сказать, что это не тот же язык, на котором говорил Джек. В целом он создавал ощущение того, кому было не в радость обслуживать ее, и принцесса могла его понять. Для нее вообще стало удивлением, что Люцифер не убил ее или Шайнинг Армора. К чему было такое вот содержание их обоих, она не могла сказать, однако была благодарна всевозможным богам, что Падший решил оставить их. И так день изо дня… Каденс даже начало казаться, что она попала в бесконечную петлю, а время перестало существовать на корню, отчего большую часть дня она занималась тем, что просто лежала на полу камеры, смотря в потолок или же почитывала единственную книгу, которую попросила у Асмодея, с которым за неделю у нее сложились отношения, которые с натяжкой можно было бы назвать дружескими. И он принес, сказав лишь, что это в первый и последний раз, пусть Люцифер и наказал обращаться с ней как можно мягче. И вот тут у Каденс возникло еще больше вопросов, самым главным из которых был: «Почему?». Почему Люцифер приказал так внимательно следить за ней? Возможно, у принцессы было бы время подумать об этом и выдать несколько теорий, каждая последующая была бы безумнее предыдущей, однако у нее начались свои проблемы. Внезапное головокружение, сильная тошнота, усталость… Однако Каденс списывала все это на стресс и мясо, которое было в том, что приносили демоны, но сами симптомы были достаточно неприятными. Но принцесса старалась не показывать своей «слабости» перед надзирателями, а демоны либо не видели этого, либо старались игнорировать.       Однако такая рутина длилась до тех пор, пока в тронный зал не вошел виновник всего торжества. Он был совершенно один, без Лилит, которая вместе с ним пропала из замка, но на его лице было такое выражение, будто с ним явилась целая армия. И какого же было его удивление, когда он не обнаружил, одного из пленных на месте. Зато там была разбитая цепь и достаточно крупный багровый камень.       — Сучий сын… — выругался Азазель, когда Падший вызвал его, дабы тот увидел, что смертный может быть хитрее демона.       — Мне неважно, что ты будешь ругаться, как и то, что ты винишь себя в этом — это уже неважно, — сказал Люцифер. — Лучше уж скажи, дорогой Азазель, как это могло произойти. Как мой лучший следопыт смог профукать заключенного у себя под носом?       — Я… Я не знаю, ваше величество… — Азазель чувствовал себя раздавленным и униженным, и теперь в его крови вспыхнула жажда убийства. — Но, когда я найду его, то…       — Ты его и пальцем не тронешь, — перебил его Люцифер в приказном тоне. Это прозвучало очень грозно, отчего демон резко остыл. — Ни его, ни самку… А до тех пор, пока я не придумал, что с тобой делать, найди мне его.       — Слушаюсь… — ответил Азазель и спешно покинул зал. Сам же Люцифер еще какое-то время просто рассматривал разбитую цепь, после чего проронил: «Умно». И сам вышел из зала, направившись в сторону подземелья, в котором содержалась вторая заключенная, ведь это было единственное место, куда мог бы пойти любящий муж — за своей женой.

[Подземелье… Несколько минут спустя]

      Последним, что услышала Каденс, прежде чем обернуться и увидеть самое ненавистное существо, была очень тяжелая поступь. Люцифер стоял буквально в нескольких шагах от ее камеры и осматривал помещение, будто бы искал кого-то, игнорируя пленницу. Его голова не была закрыта черной кожей, так что принцесса видела тот облик, который был дан ему после возрождения. Это было бы странно, и принцесса сама бы проигнорировала его, если бы он не подошел к ее камере, однако заводить диалог не собирался и лишь осмотрел дверь — замок был не тронут, так что исключалось воздействие извне, а значит, не было попыток сбежать, что несколько удивило Падшего, но указало и на то, что здесь не было второго. Лицемер, пронеслось в голове у Дьявола, говорил, как сильно любит жену, был готов порвать мне глотку, а сам сбежал, даже не поинтересовавшись, где его благоверная. И потом заявляет мне, что не существует взаимозаменяемых… Точно лицемер…       — Что тебе нужно? — послышался голос принцессы Каденс. В нем слышалась тихая агрессия, что было неудивительно. Что и говорить, она старалась даже не смотреть на него.       — Пришел проведать вас, Ваше высочество, — в необычной для себя — учтивой — манере сказал Люцифер. Каденс озадаченно уставилась на него.       — К чему такая лесть от вероломного захватчика?       Люцифер улыбнулся одними уголками губ.       — Вежливость — то немногое, что нужно для получения доверия к собственной персоне и то, что заставит второго участника диалога выслушать первого. В данном случае, вы послушаете меня, — голос Падшего был холоден и тверд, как плотный лед. — Кроме того, в вашем положении игнорировать то, что я могу сказать, крайне неразумно.       — Неразумно?! — в голосе Каденс послышалась уже не та ярость, что была раньше. Теперь же это чувство хлестало из принцессы, словно фонтан, а сама принцесса оказалась прямо перед решетками. — Неразумно что? Слушать монстра, захватившего Кристальную Империю и не оставившего ничего от того, что было ранее, и выгнавшего всех кристальных пони?! Какого черта я вообще должна слушать тебя?!       — Вы даже не представляете, во что был втянуть ваш мир, Ваше высочество, — голос Люцифера стал намного серьезнее. — И, хотя мне это претит, у меня просто нет выбора… Дом демонов был оккупирован одержимой войной существом, а на троне восседает шут, который ведет наш мир к провалу. Сама суть демонов, как линчевателей мертвых может быть поставлена под угрозу этим самодурством и уже теряет актуальность. И будет терять, пока у руля стоит Салдавейрон. Адом может править только архангел, но уж никак ни демон-кот и уж тем более ни Элементаль.       — Но и ты ведь не очень похож на архангела…       — В этом есть доля правды, Ваше высочество. Телом я более не архангел, однако Ад принадлежит мне не только по крови. Лишь только я был низвергнут туда, началась кровопролитная война за владение троном всего Ада. То, что начнется в этом мире, если, конечно, начнется, будет не настолько кровопролитным, как то, что началось тогда. Все девять королевств объединились против кучки архангелов, которые оказались там на правах незваных гостей. Миллионы демонов… И именно поэтому Ад принадлежит мне — я воевал за него в такой битве, которая смертным не снилась и не потерплю, чтобы мой мир оказался во власти монстра. И это несмотря на то, что изгнал меня в него еще больший монстр — Элементаль Света, который, будучи трусом и лицемером, испугался собственных творений, одного из которых наделил частицей Тьмы, сказав, что он должен ее охранять.       Во взгляде Каденс появилось удивление.       — Частицы Тьмы? То есть… Части Джека?       — Вижу, Салдавейрон посвятил вас в детали этой истории, — все с той же холодной улыбкой сказал Люцифер. — Что ж, значит, вы сможете понять меня. Или, по крайней мере, попробуете и, может быть, поймете мою ненависть к обоим Элементалям.       — Но… Как в этом может быть виноват Джек? Вы ведь… Вы ведь просто напали на него и разорвали на части.       — Я и не говорил, что одобряю действия своего отца, но в тот момент задача была поставлена четко — уничтожить Темного Элементаля, не обращая внимания ни на что. Это не оправдание, однако у архангелов тогда не было особого выбора. Что и говорить, у нас не было толкового сознания, и мы выполняли все, что нам говорили. Потому что, как и зачем, нас не касалось.       — Тогда… Тогда за что ты ненавидишь Джека? — спросила Каденс. — Он не был виноват в том, что произошло между ним и его братом, как не виноват и в том, что вам был отдан приказ разорвать его на части. Знаешь, я даже могу сказать, что вы с ним очень похожи. Вас обоих бросили на произвол судьбы, вы оба потеряли тех, кто был вам ближе всего. И от этого вы оба несчастны…       На ее удивление Люцифер слушал ее очень внимательно, хотя принцесса думала, что, раз они так похоже с Джеком, он перебьет ее и будет угрожать. Тем более, если она говорит о сходстве с тем, кого он ненавидит так сильно.       — Есть такие существа, которых ненавидишь просто за то, что они есть. Салдавейрон относится именно к таким. Салдавейрон своим существованием уничтожил жизнь двух архангелов, но вы правы в одном — винить только его — глупо. И больше, чем нашего темного знакомого, как и он сам, я ненавижу только одно существо — Элементаля по имени Хидейрокларион. Моего отца…       — Но это же… Это же отвратительно — ненавидеть собственного отца!       — А какого было бы вам, родись вы лишь для одной цели — быть безвольным оружием в руках психа? — тут он уловил взгляд Каденс — удивленный и испуганный. — Да, Ваше высочество, все первые архангелы были созданы лишь для того, чтобы уничтожить Тьму, хотя были созданы, как воплощения самой сути Света: сила, красота, мудрость, храбрость, доблесть и преданность. Шесть архангелов на каждое качество. И все как один — орудия против одного единственного Элементаля. Просто вещи… — в голосе Люцифера послышалось презрение, однако Каденс толком не поняла, на кого именно было направлено это чувство — отца Падшего, Джека или же, что было сюрпризом даже для нее, самого себя. — А теперь подумайте, каково это — родиться вещью…       — Но это не повод идти войной на мирных жителей!       — Вы еще не поняли? Вы нам не нужны… — Каденс вновь озадаченно уставилась на Люцифера. — Да… Все, что нужно мне и моим демонам, — это временное убежище, достаточно близкое для того, чтобы дразнить Салдавейрона, а так… Демонам не нужна ни эта земля, ни ее обитатели. Собственно, почему я отослал ваших подданных подальше отсюда — в так называемый Понивиль. К слову, об этом, вас с мужем тоже надолго не задержат.       — Что? — ошарашенно переспросила принцесса.       — Об этом чуть позже, однако, как я и сказал, вас с мужем не задержат тут надолго. Тем более в вашем положении.       — Что ты имеешь в виду? — с подозрением в голосе спросила Каденс.       — Вы ощущали легкое недомогание в последнее время? Скажем, резкие перепады настроения, тошноту, головокружение…       — Ну… Да, было, но… К чему это?       — Все очень просто — у вас под сердцем зарождается жизнь.       — Ч… Ч-что?! — Каденс буквально потеряла дар речи от услышанного. Люцифер же, к ее еще большему шоку, кивнул.       — Я могу видеть гораздо больше, чем многие мои подчиненные, Ваше величество, так что вам стоит мне поверить. Как я и сказал, ваше положение не позволяет мне ни как архангелу, ни как правителю, который еще не потерял чувство чести, ни просто как понимающему существу, удерживать вас здесь дольше необходимого.       — Но… Но… — принцесса все еще не могла связать и двух слов от услышанной ранее новости. — Но тогда к чему все это? Почему ты просто не отправил меня с Шайнинг Армором в Понивиль, как и всех?       — Все очень просто — мне… Нужен… Салдавейрон… — Люцифер хищно улыбнулся. — Удерживать вас здесь — его друзей — дает ситуации два исхода: первый — он нападет на эти земли и отобьет вас двоих, второй — он не будет нападать только потому, что вы как раз-таки здесь. Он будет думать, что демоны прикроются вами, как живым щитом, и будут удерживать вас столько, сколько будет нужно до окончания войны, но повторюсь, мне, как существу чести, позорно удерживать вас в вашем положении. Да, и, кстати, я надеюсь, что мои слуги были достаточно вежливы с вами на протяжении всех этих дней, ведь им был отдан соответствующий приказ.       — Если не считать, что в первый день моего заточения меня буквально забросили в эту камеру, после чего кормили мясными продуктами, то приходившие сюда были просто душками…       — Асмодей… — сквозь зубы процедил Люцифер. — Прошу простить им их грубость по отношению к вам. Я лично займусь этим паукообразным ублюдком, но, тем не менее, я рад, что с вами обращались должным образом.       — И это ты говоришь сейчас… После всего, что сотворил с Кристальной Империей, ты говоришь, что рад вежливости своих прихвостней?!       — Пардон?       — Ты чуть не убил Шайнинг Армора, забросил меня в темницу, а теперь говоришь, что рад подобному?! Да что с тобой не так?!       — Успокойтесь, Ваше высочество — в вас говорят гормоны… И я бы не убил вашего мужа, ведь контролирую силу, с которой наношу удары. Кстати, о вашем муже… Он сбежал…       — Что?! — ошарашенно воскликнула Каденс.       — Отчасти поэтому я здесь… Учитывая то, что вы его жена, мне показалось, что первым делом он побежит искать вас, однако его здесь нет. Вопрос лишь в том, куда он делся и на этот счет у меня есть две теории. Либо он еще не дошел сюда, и тогда он порядочный муж, либо сбежал из замка и, скорее всего, уже находится за пределами Нового Ада, если его не убил какой-нибудь низший демон. В таком случае он или мертв, или лицемер, который пытался доказать мне, что взаимозаменяемых любовников нет.       — Пытаешься настроить меня против моего собственного мужа? Не выйдет!       — Ни в коем случае — лишь констатация фактов. На случай, если вы его больше не увидите… Но я вижу и чувствую, что вашего благоверного здесь нет, так что и мне здесь больше делать нечего, потому… До следующей встречи, Ваше высочество…       — Подожди! — воскликнула Каденс. Люцифер, сделавший всего пару шагов в сторону выхода, остановился и повернулся к ней. — Ты говорил, что нас тут надолго не задержат…       — Ну пропажа вашего мужа несколько осложняет эту процедуру, однако, если его найдут в скором времени, то…       Тут Люцифера прервал Азазель, внезапно ворвавшийся в подземелье. Выглядел он слегка уставшим, но на лице была торжествующая улыбка.       — Его нашли? — спросил Падший.       — Да, Ваше величество… Он был неподалеку отсюда — разведывал окружение. Возможно, готовил побег для… — Азазель выглянул из-за плеча Дьявола и взглянул в сторону Каденс. — Для своей самки.       — Что ж, раз мы с ним разминулись, сюда он подошел не так давно.       — Да, Ваше величество… До этого он прятался по разным залам, обезвреживая мелких тварей каким-то усыпляющим заклинанием.       — Смертный вырубал демонов? Именно поэтому мы с Лилит отправились на другой край галактики. А ты спрашивал, зачем, зачем…       Азазель тут же потупил свой взгляд.       — Что прикажете делать со смертным?       Люцифер медленно повернул голову в сторону принцессы Каденс. В ее глазах он успел заметить сразу несколько эмоций: волнение, безнадежность и мольбу о пощаде. И в этот раз он решил поступить более-менее по-доброму…       — Посадите его в соседнюю камеру и придерживайтесь прежнего плана, — ответил Падший. Азазель ошарашенно уставился на своего короля.       — И после того, что он сделал, вы предлагаете продержать их до определенного момента, а потом просто отпустить?       — Боишься сбегут, мой воин?       — Нет, но…       — Тогда какие вопросы? Придерживайся прежнего плана и не задавай лишних вопросов. Смертного задержали?       — Угу… Пришлось вырубить, так как он сильно сопротивлялся.       — Тащите его сюда и в соседнюю камеру, а дальше… Кажется, у меня появляется чувство дежавю…       С этими словами Люцифер прошел мимо Азазеля и ушел из подземелья. Когда он прошел уже несколько лестничных пролетов, навстречу ему шел Молох, державший у себя на спине бессознательное тело Шайнинг Армора с небольшим кровавым подтеком на голове. Самое страшное, что ждало его, сильное сотрясение мозга из-за удара, так как кровотечение уже остановилось. Падший хорошо знал своего воина, потому мог с полной уверенностью сказать, что тот бьет больно, но аккуратно, потому был уверен, что единорог жив. На том его полномочия здесь заканчивались, потому он просто покинул подземелье и отправился в сторону тронного зала, где его уже ждала Лилит вместе с несколькими особями из нового вида…

[Комната Флаттершай… В это время]

      Несколько часов пролетели, как одно мгновение. Однако это было мгновение, наполненное лишь удовольствием и теплом, и эти чувства хотелось растянуть на как можно большее время, а лучше и вообще не отпускать — никогда и ни за что. По крайней мере, так думала Флаттершай, положившая свою голову на грудь Джека и наслаждающаяся тишиной, перемешанной с горячим ощущением и сонливостью, которые почти полностью поглотили ее тело и сознание. Тяжесть была ощутимой, но не вызывала дискомфорта, а вот сонливость по-настоящему мешала ей полностью наслаждаться моментом. Тем не менее, она была счастлива… И, взглянув в лицо черного пони, она могла сказать, что произошедшее не прошло даром и для него, ведь он тоже улыбался и ласково поглаживал ее по голове. И лишь луна освещала эту темную комнату своим тусклым светом.       — Джек?       — Что такое, Шай?       — Сколько мы здесь с тобой?       — Не знаю, Шай… Часа три, наверное… А что?       — Ничего… — улыбнулась пони и только крепче обняла Темного. — Просто, так хочется, чтобы подобные моменты длились целую вечность. Когда спокойно, тихо и не нужно ни о чем волноваться. Как жаль, что таких моментов между нами очень мало.       — Ну… Такова моя жизнь, Шай… По крайней мере, на данный момент.       — На данный? Ты что-то задумал?       — Не то чтобы задумал, просто… Кое-какие мысли относительно будущего есть.       — Мне стоит начать беспокоиться? — улыбнулась пони. Джек тихо усмехнулся.       — Не стоит, Шай. Это всего лишь мысли. До действий пока не дойдет.       — И что же ты задумал? Или это какая-то тайна?       — Я тебя умоляю — ну какие тайны… — засмеялся Джек. — Это… Это касается того, что ты говорила о Хедейре.       Флаттершай немного приподнялась и удивленно уставилась на черного пони.       — Ты… Ты хочешь сказать, что готов пойти с ним на мировую? — не веря тому, что говорит, сказала Флаттершай.       — В принципе… От мира всем стало бы лучше… Но об этом мне нужно будет переговорить с Хедейром, и… Я думаю, что чем скорее, тем лучше…       — То есть… — Флаттершай поняла, к чему ведет Джек, и от этой мысли ей стало слегка грустно. — Сейчас ты уйдешь?       Темный глубоко вздохнул и полностью повернулся к пегасочке.       — Если тебя это успокоит, я отойду ненадолго… — улыбнулся он и мягко приподнял опущенную голову Флаттершай своим копытом. Она смогла улыбнуться, подползла ближе к Темному и поцеловала его.       — Возвращайся быстрее… — прошептала она, на секунду разорвав поцелуй.       — Хорошо, Шай… — также тихо ответил черный пони и мягко отстранился от нее. — Хорошо…       С этими словами он спрыгнул с кровати, подцепил свой плащ и направился в сторону выхода из комнаты, остановился в полуоткрытых дверях, повернулся к Флаттершай и подмигнул ей, после чего покинул комнату.       Как и несколько часов назад, коридоры были пустыми. Лишь изредка на пути к лаборатории Хедейра ему попадались стражники, которых принцесса Селестия ставила в патрули. На все вопросы о тренировках солдаты отвечали, что подготовка подготовкой, но приказы главнокомандующей еще никто не отменял. Поняв, что на этом продолжать разговор бессмысленно, Джек просто проходил мимо них, подходя все ближе и ближе к цели. И ему повезло — Хедейр был на месте. Второй Древнейший продолжал ковыряться в собственных механизмах, отчаянно пытаясь «впихнуть невпихуемое».       — Как я вижу, ты все еще не придумал новую схему к генераторам, — сказал Джек, встав рядом с ним.       — Да… — протянул Свет и отложил одну из деталей в сторону. — Это оказалось даже сложнее, чем я думал днем.       — Ты же просто можешь создать это… Из воздуха…       — Э не, Салдавейрон… Это ты у нас полиморфен во всем. Я так не могу…       — Серьезно? Или ты просто не пытался?       — Пытался и еще как… Но это не самое важное сейчас… — на лице Хедейра появилась странная улыбка. — Ты не убил там Флаттершай?       — С чего бы это? — озадаченно спросил черный пони.       — Возможно, я сейчас залезу не в свое дело, но… Ее комната находится не так далеко от меня… А звуки были достаточно… Неоднозначны…       — Неужели так громко? — усмехнулся Джек, поняв, к чему ведет Свет.       — Ну… Думаю, наши смертные друзья вас вряд ли слышали вас, за исключением, наверное, патрульных. Что и говорить, они и ко мне порой заглядывали и спрашивали, как у меня дела и так далее — но я-то Древнейший… У нас с тобой слух куда острее.       — Извращенец… — усмехнулся Джек и поднял одну из деталей, после чего положил ее обратно. — Самому, небось, завидно.       — Не особо, Салдавейрон, ибо я не совсем понимаю смысл подобных взаимоотношений, однако… Откровенно говоря и после неоднократных наблюдений за тем, как подобное происходит у людей, я рад, что у вас с Флаттершай все больше налаживаются такие отношения. И знаешь… Возможно, эта смертная гораздо сильнее, чем выглядит на деле… Я помню тебя еще до того, как ты попал в этот мир, и могу сказать, что за те пару лет и за последующие годы, если все между вами будет идти так, как идет сейчас, она окажет на тебя огромное влияние.       — Уже оказала… — ответил Джек и поднял со стола еще одну деталь. Хедейр ошарашенно уставился на брата.        — Да? Что ж, это… Это хорошо… Действительно хорошо…       — Кстати об этом, Хедейр… Я помню, что ты говорил о том, что хочешь мира со мной… — Свет вновь ошарашенно уставился на Темного.       — И… К чему ты это?       — Я думал о тех твоих словах с того самого дня, как услышал их. Тогда я бы сказал, что в них нет смысла, ибо между нами никогда не будет мира, но… Сейчас я более не уверен.       — Ты… Ты хочешь сказать, что… Что не против этого предложения?       — Ну… Делать такие громкие заявления пока что рано, но… Возможно, смертные, как третья сторона, видят больше нас двоих — тех, кто ослеплены войной друг с другом, и их слова о том, что от нашего с тобой мира всем бы стало легче, имеют какой-то смысл. Но опять же о таком еще рано говорить. Для этого нужно посмотреть, что будет дальше. В том числе, после этой войны с Люцифером.       — И как ты думаешь, что будет? Начнем ли мы снова грызть друг другу глотки или же сможем войти в эру, где Тьма и Свет станут теми силами, которые будут строить новую, мирную, жизнь?       — Пока не знаю, Хедейр… Все зависит в первую очередь от тебя, ведь именно с твоего нападения на меня началась вся эта заварушка со всеми вытекающими. Если ты сдержишь свое слово и истинно не лжешь мне о том, что хочешь мира — Алиомейнрейм и Хельрейм войдут в истинно мирную эпоху. В противном же случае наша битва продолжится с большим огнем.       — Просто… Это все так надоело… Война, война — одна за одной… И самое смешное, что ты прав, — положить этому конец могу только я… Наверное, и ситуацию с Люцифером, смогу разрешить я…       — Вот тут я бы поспорил… Люцифер ненавидит тебя даже сильнее, чем Азраэлла. И, в отличие от твоей дочери, он менее эмоционален и руководствуется рационализмом и четкой целью.       — Кого-то мне это напоминает… — буркнул Хедейр. — Думаешь, идти с ним на переговоры — глупость?       — Не просто глупость, а идиотизм, да и я сомневаюсь, что Селестия, Луна и Каденс дадут тебе сделать это, и их можно понять.       — Н-да уж… Кстати, о грядущем… Несмотря на все, что произошло, мне кажется, что солдаты не слишком-то готовы к битве.       — Думаешь?       — Угу… Демоны могут оказаться не настолько предсказуемыми, как те манекены, что ты ставил. Тем более, это были мелкие твари, но есть генералы, что преданы Люциферу. В том числе. и среди падших.       — Это я знаю… Насколько я знаю, падших удерживает что-то вроде моей сделки рядом с Люцифером.       — Угу… Только там все гораздо жестче. Просто смерть за предательство — это было бы слишком легкое наказание. Люцифер же сделал из этого чуть ли не самую страшную пытку на тот момент, что стало одной из последних капель…       — То есть ты какое-то время терпел его?       — Он стал выказывать неповиновение и гордыню с тех пор, как я поручил ему роль стража твоей части. И в этом их различие с Азраэллой — она, хоть и была достаточно близка с ним, но отличалась тем, что смертные называют «простотой».       — Хм… Видимо, я слишком плохо знал об этой твоей воительнице…       — Думаю… Возможно, если все сложится хорошо, ты узнаешь ее с другой стороны.       — Хочешь полностью обнулить ее, когда вернешь ее душу? Совесть не загрызет?       — Мне было тяжело, когда я наблюдал за изменениями своих детей и ничего не мог сделать… И раз уж… Раз уж у меня есть надежда на то, чтобы исправить хотя бы что-то, я сделаю это.       — Хм… с точки зрения морали смертных, ты поступаешь крайне аморально, не ища способа поговорить с дочерью и наладить контакт иным путем.       — С точки зрения морали… Это не их дело… Учитывая то, что я и сам еще не решил, что точно буду делать с Азраэллой после ее возвращения.       — Понимаю… Что ж, давай посмотрим, как можно будет впихнуть генераторы в эту твою броню…       — Разве ты не обещал Флаттершай, что уйдешь от нее ненадолго?       — А ты, значит, подслушивал не только начало, но и конец.       — Хотел убедиться в твоей дальнейшей правоте… — улыбнулся Хедейр и повернулся к Джеку. — Иди, брат… С броней я разберусь сам…       — Уверен?       — Я создал все это, так что… Да, я разберусь, как запихнуть туда генераторы…       — Ну ладно… — озадаченно сказал Джек и повернулся в сторону выхода. — Тогда доброй ночи, Хедейр.       — Доброй ночи, Салдавейрон…       — Ах да… — сказал Джек, уже находясь на полпути к тому, чтобы выйти за дверь, однако остановился и вошел обратно в комнату. — Забыл кое-что сказать тебе…       — И что же? — озадаченно спросил Хедейр и повернулся было в сторону Джека, однако и понять ничего не успел, как Темный схватил его за грудки, поднял над землей и с силой приложил о стол. Поднялся жуткий грохот, однако Свет даже не успел начать сопротивляться, заметив лишь, что двери закрылись на замок.       — Лицемер и лжец… — прорычал черный пони на языке Древнейших. Хедейр не особо понял и этот момент, однако решил узнать, в чем может быть причина.       — Да что с тобой?! — воскликнул Второй на том же языке.       — Ты — лжец, Хедейр… — повторил Джек.       — С чего ты взял?! Относительно чего я тебе соврал?       — Принцессы… Они обе жаловались мне на симптомы какого-то неизвестного состояния, которое несвойственно смертным. Уверен, что даже аликорнам…       — Да о чем ты говоришь? — прохрипел Хедейр.       — В Гидрионе Селестия сказала мне, что видит воспоминания души, которую я использовал для запитки комплекса… На свадьбе Кадди она использовала силу, которой у нее не было до этого, и во время одной из тренировок проявилась та же сила… Но знаешь, что самое интересное? Жжение, которое я испытал, когда эта энергия коснулась меня… Я не перепутаю это ощущение ни с чем… Догадываешься, на что была похожа та боль? На тебя, Хедейр… — видя пустой и даже немного растерянный взгляд своего брата, Джек надавил сильнее. — А теперь объясни мне одно, каким образом принцесса Селестия — аликорн из Эквестрии — может быть Эвелимом, обладающая силой стихии Света?!       Хедейр промолчал, однако по его лицу было понятно, что Темный попал в точку. Видя подобную реакцию, Джек просто отпустил шею Второго и отступил на несколько шагов назад.       — Ты громче всех говоришь о том, что хочешь мира со мной, однако скрыл то, что знаешь о чем-то подобном! И как после этого ты предлагаешь доверять тебе?!       — Салдавейрон, если ты дашь мне сказать… — начал было Хедейр, за что тут же получил по лицу увесистым копытом и отлетел в сторону стены, после чего вновь оказался лежачим на столе. Вновь холодные когтистые руки Темного сжали его шею — в этот раз гораздо сильнее, чем в прошлый.       — ТЫ СОВРАЛ МНЕ О ТОМ, ЧТО НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ О СТРАННОСТЯХ СЕЛЕСТИИ. А ТЕПЕРЬ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я ТЕБЯ ВЫСЛУШАЛ?! — прорычал Джек с такой сильной яростью, что Свет даже слегка струхнул. Казалось, еще секунда, и он раздавит любого, кто попадет под горячую руку. Однако вспышка ярости оказалась менее длительной, чем думал Второй — это отразилось на лице черного пони. — Ладно… — было слышно, что спокойствие давалось ему с куда большим трудом, чем раньше. — А теперь говори все, как есть. И в этот раз без прикрас.       — Хорошо… — выдохнул Хедейр. — Ладно… Но говорить о таком, тем более тебе…       — Выкладывай, что бы там ни было… Мне ОЧЕНЬ интересно узнать, каким образом у Селестии есть ТВОЯ сила?       — Ну… Ты и без меня понял, что Селестия — Эвелим.       — Это да… Однако я жду пояснений того, почему она Эвелим с ТВОЕЙ силой!       Джек снова начал распаляться. Это было слышно в резко понизившимся тоне голоса, тенях, что начали заполонять эту относительно небольшую комнату и резко похолодевшему воздуху. Хедейр понимал, что, если он сейчас выложит то, о чем пытался умолчать, между ним и черным пони начнется драка. Но и если промолчит или же вновь попытается соврать, то положит конец зарождению доверия между ними.       — Итак… — Джек подошел практически вплотную к Хедейру, чем приковал его к стене. — Как… Селестия… Может… Быть… ЭВЕЛИМОМ?!       — Ты не хуже меня знаешь, что Эвелимы — дети Элементалей, Салдавейрон… — ответил Свет, все сильнее и сильнее ощущая ту ярость, которая исходила от его брата. — Однако с Селестией вышла немного другая история.       — Думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы поведать ее мне… — прорычал Темный, изо всех сил стараясь держать себя под контролем. — Или же ты скажешь, что забыл ее, ибо она происходила в незапамятные времена?!       — Если ты точно хочешь услышать нечто подобное…       — Горю от желания выяснить, какую тварь ты создал… — прошипел Джек, поднял Хедейра со стола и пригвоздил его к стене, держа словно тряпичную куклу. — Говори или останешься в этом замке в качестве шкуры.       — Я знал… Еще тогда, в Одэре, знал, что чтобы я ни предпринял, мне не удастся удержать тебя под контролем — слишком сильную прыть ты показывал во время битв между мной и моими детьми. Так что я был уверен, что рано или поздно ты освободишься даже от моего заточения на земле людей и пойдешь за мной. Ты… Воистину могущественный противник — а у меня самого начались разлады в рядах архангелов, так что на их поддержку я перестал надеяться. А моих сил не хватало, чтобы победить тебя в Пустоте, это я ощутил на собственной шкуре, так что… В каком-то смысле я был уверен, что не смогу… Победить тебя… Тогда… Тогда я начал разрабатывать запасные варианты… Отколол от себя миллионы мелких частиц и наделил ими смертных самок. Результат ты видел своими глазами — родился первый Эвелим стихии Света.       — И сколько таких вот сюрпризов ты мне уготовил по всему Алиомейнрейму?       — Селестия — единственная, кто выжил… Однако я узнал об этом, как и ты, только после прибытия в этот мир, считая, что нет в этом пространстве тех, кто смог выдержать подобную силу. Я думал, что все существа умерли, и для меня такой результат стал провалом невероятных масштабов, потому я больше не прибегал к подобному. Так что… Принцесса Эквестрии — единственная в своем роде. Но… Мои планы на нее были несколько иными, нежели то, что происходит сейчас.       — И что же ты хотел сделать с ней? Наплодить мелких Эвелимов, поскольку вы, теперь будете совместимы, чтобы потом докучать МНЕ?!       — Не совсем… Как я и говорил, я не ты в плане полиморфии… Однако кое-что я все-таки умею — переносить свое сознание в тех частицах, которые отделены от меня… Знакомая способность?       — То есть ты… — лицо Джека приняло ошарашенный вид, что стало сюрпризом для Хедейра — редко, когда можно увидеть Темного Элементаля настолько шокированным. — Ты… Зная, что, возможно, умрешь, ты поселил частицу себя в смертную, чтобы родилось существо, которое будет способно к перерождению во что-то куда более сильное и способное выдержать твое сознание? Ты… И меня они называют монстром…       С этими словами он отпустил Хедейра и отошел от него, стараясь не спускать взгляда. Второй же, немного прокашлявшись и проведя копытом по своей шее, медленно поднялся на ноги.       — Вот оно… — более тихим голосом сказал Джек. — Подтверждение того, что все лгут — самое, блять, огромное! И как прикажешь верить тебе, когда всплыла информация о том, что тайком от меня ты готовил себе новое тело?       — Ты бы… Ты бы сделал то же самое, зная, что тебя может убить твоя полная противоположность.       — Нет, Хедейр… В этом мы с тобой отличаемся — я не трус и сражаюсь до последнего вздоха, что тоже доказывал тебе в наших битвах. Ты же, дорогой братец, прикрываешься всеми, кем только можно: архангелами, простыми ангелами, а теперь выясняется, что еще и твоя новая шкура разгуливает в таком мире, на который никто бы не подумал.       — На то и был расчет, как бы прискорбно это ни оказалось.       — Просто блеск! — выдохнул Джек и с силой топнул копытом по полу. На каменной поверхности появилась паутина из трещин.       — Расскажешь ей? — спросил Хедейр. — О том, что она — Эвелим?       — Нет… — ответил Темный после минуты молчания и повернул голову ко Второму. — Я не расскажу ей о том, кто она на самом деле, но и ты будешь молчать. Отчасти поэтому я все еще говорю с тобой на нашем языке. И чтобы ни один живой, мертвый, демон или смертный не узнал об этом разговоре. Пока что… Возвращайся к работе…       — Я знаю, что, — сказал Хедейр в спину уходящему Джеку, — ты, возможно, опять перестанешь доверять мне из-за всей этой ситуации, но… Я надеюсь, что ты не похоронил с концами те мысли, которые озвучил несколько минут назад.       — Теперь то, что будет далее, зависит от тебя целиком и полностью. За Селестией придется присматривать мне и, рано или поздно, она узнает о том, что с ней происходит, и тогда я не стану скрывать ничего. А до тех пор ты будешь молчать… Я, соответственно, тоже…       — Ладно… Но… Когда Селестия начнет подозревать, нам будет необходимо рассказать ей об этом.       — Ага, и пополнить список тех, кто был создан тобой в качестве вещи, чем вызовешь уже у нее огромную по силе ярость и создашь себе второго меня. Если такой вариант тебя устраивает — вперед, рассказывай ей об этом хоть сейчас. Это, кстати, к слову о том, что ты так и не рассказал о том, кем тебе приходится Люцифер.       — Это тяжелее, чем кажется, Салдавейрон… Представь, что было бы, будь на месте Люцифера твоя Аврора… Тебе тоже было бы очень сложно признать, что ты облажалась настолько, что…       — В этом, опять же, разница между нами — я знаю, как воспитывать детей, ты — нет. И самое важное во всем этом отношение… Ты относишься к ним всем как к вещам, я же отношусь к Авроре, как к своей плоти и крови. И на этом я оставляю тебя — продолжай заниматься доспехами для перевертышей, потому что для обычных пони броня получилась удовлетворительной.       — Не за что, Салдавейрон, и… Мне жаль, что я не посвятил тебя в это сразу…       — Молчи и продолжай работать.       — Доброй ночи, Салдавейрон… — сказал Хедейр и повернулся было к деталям, но, словно что-то вспомнив, вновь окликнул Джека. — Погоди…       — Что еще? — выйдя наполовину из комнаты спросил черный пони.       — Когда ты пришел сюда и начал говорить о Селестии, ты сказал «принцессы» — во множественном числе. Луна тебе тоже жаловалась?       — Что? — вновь войдя в комнату, спросил Темный. — Что значит «тоже»?       — Дело в том, что… Я тренировал Луну в твое отсутствие. И… Заметил несколько странностей.       — Поясни…       — Повышенная агрессия, сопротивляемость к указаниям и… В некоторых моментах, я бы сказал, нетипичное для пони поведение, схожее с… Поведением зверя…       — Поведением зверя? — в более насмешливом тоне переспросил Джек. — Выдумывай дальше — каждая твоя история охерительнее предыдущей.       — Я не шучу! Ты и сам должен был заметить эти изменения, и по твоим глазам я вижу, что так и есть. Ее повадки изменились, а поведение, аура стали напоминать мне… Тебя, Салдавейрон…       — И на что ты намекаешь?       — Мы уже говорили с тобой об этом… Тогда я впервые высказал, что принцессы могут быть Эвелимами… Обе…       — Принадлежность Селестии к Эвелимам подтвердил ты, и я видел, что она способна вызывать свои силы Света. Луна Эвелимом быть не может, ибо они не близнецы, а ее поведение можно объяснить куда проще: она непослушный подросток даже на фоне Селестии, которая противится всему, что видит. В данному случае ее не устраивает, что ее высочеством командуют два Элементаля. Ей нужно немного времени, и она придет в себя, а ее вспышки ярости — это всего лишь детская глупость.       — Хотелось бы, чтобы это оказалось так, Салдавейрон, однако… Ты и сам должен был почувствовать ее ауру.       Джек уже в который раз оказался наполовину вышедшим из комнаты, однако слова Хедейра об ауре Луны заставила его задуматься. А ведь он и вправду почувствовал это — подъем…       — Ее поведение — это ее дурной характер… — бросил черный пони и покинул комнату, направившись обратно в сторону спальни Флаттершай, по пути размышляя о том, что услышал. И самое главное, подтвердил свою теорию о том, откуда у Селестии была та сила, которая вызывала знакомые ему ожоги. Касательно того, что она была Эвелимом, он начал догадываться еще со времен свадьбы в Кантерлоте, однако быть уверенным на сто процентов он не мог и нужны были определенные доказательства этой безумной теории. Взрыв, слова Хедейра… Второй говорил слишком много, и, помимо того, что выдал ПОДОБНУЮ информацию, начал говорить что-то о том, что происходящее с Луной автоматически приравнивает ее к Эвелимам. Это был бред… Был бы, не почувствуй Джек то, о чем говорил Хедейр. Если в первую встречу или же после своего возвращения, черный пони мог бы сказать, что аура у Луны такая же, как и у обычных смертных, которая отличалась лишь тем, что была несколько сильнее, чем у остальных, однако сейчас… Сейчас ее аура кардинально отличалась от той… И в ней действительно было то, что Джек называл «темным началом», отчего схожесть принцессы Ночи с ним все сильнее и сильнее стремилась к большей схожести.       Пока он думал обо всем этом, то даже не заметил, как оказался у окна, облокотившись на каменный подоконник? и смотрел куда-то вдаль. Прохладный воздух ночи, виды на лес и общая атмосфера ночи начинали медленно, но верно заманивать Темного в свои сети, вызывая, тем самым, желание плюнуть на все и просто полететь куда-нибудь. Плюнуть на то, что он говорил Флаттершай о своем недолгом пребывании у Хедейра. Однак, чем дольше он думал об этом, тем меньше смысла находил. Конечно, было понятно, что пегасочка простит его за то, что он обманул ее, но смысла в этом было очень немного… Да и не мог он сказать, что ему прямо хотелось сбежать… Природа и ее чары — это, конечно, здорово, однако внутри Джека что-то сказало ему, что не стоит обманывать Флаттершай. В этом не было никакого смысла, так что, разок поступиться со своими принципами он мог.       Как это ни удивительно, на пути назад ему так же мало кто встретился. Единственным был лишь кто-то из патрульных, который как-то странно улыбнулся Джеку и даже похлопал его по плечу, пройдя мимо. Причину такой реакции Джек понял сразу — видимо, не только Хедейр любит подслушивать. Когда же он вошел в комнату, то сразу увидел, что пегасочка не спала и сидела в кровати, пытаясь услышать даже малейший шум. И из-за такой сосредоточенности, она сильно вздрогнула, когда черный пони оказался внутри комнаты.       — Джек… — выдохнула она. — Боги мои… Ты меня напугал…       — Извини, Шай, — усмехнулся Джек и подошел к кровати. — Я думал, что ты спишь.       — Я… Просто я услышала какой-то грохот со стороны лаборатории Хедейра… Джек вы же… — она взглянула ему в глаза. — Вы же там не подрались часом?       — Что? — Джек начал смеяться. — Подрались? Да какое там, Шай… Просто… У Хедейра взорвалась одна из деталей — слишком высокая была нестабильность у одного из элементов.       — Боги мои… — Флаттершай прикрыла рот копытом. — Он в порядке?       — Жить будет, Шай, — улыбнулся Джек и чуть более внимательно осмотрел пони. В ее копытах он заметил свою шляпу, которую оставил в комнате после своего достаточно резкого ухода. — Вижу, тебе очень нравится мой гардероб.       — Ох, ты об этом… — смущенно сказала Флаттершай и протянула шляпу обратно Джеку, однако тот лишь опустил ее копыто.       — Оставь пока у себя — эта красавица в надежных копытах.       Пегасочка мило улыбнулась ему и только сильнее прижала шляпу к себе.       — Кстати, — сказала она, — а о чем вы говорили?       — О том же, о чем я говорил тебе перед тем, как уйти, но… — тут Джек вспомнил неприятные детали их разговора, и, видимо, Флаттершай это заметила, так как на ее лице появилось беспокойство, а сама она подсела ближе к нему.       — И все-таки между вами что-то произошло… Джек, ты совершенно не умеешь скрывать раздражение.       — Аргх, ну… Да, мы немного повздорили… И подрались…       — Джек… — разочарованно сказала пегасочка. — Что могло произойти, раз вы опять подрались?       — Ну, когда я сказал, что подрались, то слегка преувеличил… Скорее, я просто прибил его сначала к столу, а потом к стене.       — И что же стало причиной?       — Маленькое недопонимание, идущее из прошлого. Как оказалось, этот ублюдок пытался создать армию у меня за спиной еще в те дни, когда я жил в мире людей. Мы слово за слово случайно затронули эту тему, ну и…       — Боги… — выдохнула Флаттершай. — Джек, мне жаль, что так по…       — Да ты не волнуйся… Все созданное умерло еще до рождения.       — В смысле?       — Хедейр пытался сделать новые войска, которые будут чем-то похожи на архангелов, однако их развитие должно было проходить непосредственно в телах смертных женщин. А рожденные полукровки потом бы перерождались во что-то совсем иное. Однако, как бы это ни было смешно для меня, ни одна из его тварей не выжила.       — Оу… И… Это Хедейр сказал?       — Угу.       — Думаешь, он врет?       — Врет, конечно, однако докопаться до правды невозможно. По крайней мере, на данный момент.       — И… И что ты будешь делать?       — Пока что придется верить ему на слово, а потом… Потом посмотрим…       — А что… Что, если кто-то из тех существ, что создал Хедейр, все-таки выжил?       Джек на секунду задумался, вспомнив то, что подтвердилось. Да, одно такое существо жило и даже правило целой страной в этом мире, однако… Нужно ли рассказывать Флаттершай о том, что ее принцесса принадлежит к совершенно иному миру, ведь это может изменить очень многое как в жизни самой принцессы, так и в жизнях всех ее подданных, и со стороны тех, кто мог иметь на нее зуб. Если посмотреть со стороны, то оглашение того факта, что принцесса обладает силой чуть ли не божественного существа, — пускай и не может пока полностью ее контролировать — было бы очень большим шагом в сторону того, чтобы раз и навсегда прекратить попытки недружественных государств как-то повздорить. Страх врага перед кем-то ТАКИМ — пусть и очень грязный, однако эффективный способ установить нейтралитет… Однако с этими же мыслями в голову черному пони ударила еще одна странная мысль, касающаяся ауры Луны… Напоминает его ауру… Но это же ерунда… Она не может быть…       — Джек? — обеспокоенный голос Флаттершай вывел Темного из раздумий. — Все в порядке?       — А? — черный пони несколько раз тряхнул головой, поняв, что совершенно потерял нить разговора. — Да… Да, я в порядке, Шай… Просто задумался о своем…       — А-а-а… Но… Ты так и не ответил… Что, если кто-то из тех существ выжил? Неужели они будут обладать силой Хедейра или какой-то схожей?       — Вряд ли такие существа есть, — соврал Темный. — Энергия Света не менее разрушительна для смертных, чем темная материя, так что эксперимент Хедейра был обречен на провал еще в тот момент, когда он только выдумал его. Потому можешь не переживать на этот счет.       Флаттершай глубоко вздохнула. Сама мысль о том, что Второй пытался создать что-то похожее на архангелов, начала ее напрягать, но то, что Джек так спокойно говорит об этом, вызвало у нее еще больше вопросов, однако… Однако ей стало понятно, почему Темный решил вновь подраться с Хедейром. Пускай она и не одобряла подобного, но…       — Знаешь… — слегка натянуто улыбнувшись, сказала пегасочка. — По правде сказать, я думала, что после разговора с Хедейром, ты снова улетишь из замка. Я-то… Я-то понимаю, что это очень важно и все-такое…       — Я же обещал, что вернусь, Шай… Собственно, вот он я.       — Ну… Просто… Я же тебя знаю — сначала важное, а потом все остальное.       — Честно сказать, я действительно хотел отправиться в Кристальную Империю, — ответил Джек и сел на кровать. — Но… Я же понимаю, что тебе будет неприятно чувствовать себя обманутой.       Флаттершай немного приподнялась на локтях и полу-радостно полу-шокировано смотрела на черного пони.       — Да и почему ты подумала, что я плюну на свое обещание тебе?       — Просто… Ну… — пегасочка слегка замялась. — Просто, я знаю, что ты не брезгуешь подобным… Сказал бы, что одно действительно важно, а другое может подождать… Так что… Я не обижусь, если ты и сейчас скажешь, что тебе надо будет уйти.       — Твое великодушие не знает границ, Шай, — улыбнулся Джек и, что было ему не совсем свойственно, подтянул к себе Флаттершай и мягко обнял. Она тут же ошарашенно уставилась на него. — Однако я все-таки предпочту сдержать свое обещание тебе и останусь. Тем более, мне действительно нра…       Договорить он не успел, так как Флаттершай резко и сильно — настолько, насколько ей хватало сил — обняла его, уткнувшись лицом в грудь. Смотреть на это без улыбки было невозможно, потому Джек даже не старался сохранять каменное выражение лица и по-доброму улыбнулся.       — А теперь тебе нужно ложиться спать — завтра будет большой день и, я так думаю, последнее занятие.       — П-последнее? — тихо спросила пегасочка и подняла свою голову. — Думаешь, они… Мы… Готовы?       — Если Хедейр вовремя закончит доспехи для перевертышей, то вы вполне сможете сдерживать мелких демонов какое-то время. Его, я надеюсь, будет достаточно, чтобы я проник в логово Люцифера и, если не убить его смог, то хотя бы вытащить Армора и Кадди. А далее будем смотреть по ситуации.       — То есть ты хочешь просто спасти их, а потом отступить?       — Нет. Убийство Люцифера — цель номер один. Убьем его, остальные разбегутся тут же — мелкие твари в первую очередь, что даст вам вздохнуть с небольшим облегчением. Если на вас попрут генералы, старайтесь отходить назад и не попадать под их атаки, но… Это нужно будет сказать всем — не только же ты сражаться будешь. Однако… Я понимаю, что сражения тебе поверх горла, Шай, так что… Если захочешь остаться здесь, я пойму и не буду как-то ругаться или злиться на тебя.       — Я… Я понимаю это, но… Но я не отступлю… В этом можешь не сомневаться.       Твердый, ровный и уверенный голос Флаттершай несколько обескуражил Джека. И это ему говорила пони, которая пару лет назад боялась собственной тени и ходила на тренинги по уверенности в себе. Невероятный контраст…       — О Великая Пустота… — все с той же улыбкой сказал Джек. — Что там с тобой сделала Аврора, раз ты стала такой боевой?       Пегасочка более весело улыбнулась.       — Мир полон сюрпризов, не правда ли? — сказала она, поднялась ближе к лицу черного пони и нежно поцеловала его. Сладкий, отдающий нотками апельсина — разрывать этот поцелуй очень не хотелось, но, тем не менее, прерваться было нужно, ибо дыхания уже не хватало.       — М-м-м… — протянул Джек, когда лицо Флаттершай немного отдалилось от его. — Выглядит, как затравка к продолжению того, что мы начали какое-то время назад.       Пегасочка тихо захихикала и уткнулась носом в нос черного пони.       — Я бы… — ее лицо начало быстро краснеть. — Я была бы не против этого, но… Я очень хочу спать…       Она неловко улыбнулась. Темный ответил ей тихим смехом и той же доброй улыбкой.       — Ничего, я и не заставляю тебя… — ответил он и мягко уложил Флаттершай, после чего и сам устроился рядом с ней, тут же оказавшись в ее объятиях.       Не прошло и пяти минут, как Джек услышал тихое сопение спящей пегасочки. Атмосфера, царившая в комнате, приобрела куда более спокойные оттенки, позволяя даже Темному немного расслабиться. Однако его все еще угнетало то, что он решил потратить время на, по сути своей, бесполезное занятие. И тут в его голове что-то щелкнуло. Раз он сам не может непосредственно быть там, где нужно, почему бы не послать парочку шпионов… Конечно, это не так приятно, как самому заниматься чем-то подобным, но…       Поняв, что думать можно долго, но дело это не продвинет, Джек успешно создал двух «шпионов», на которых вполне себе можно было положиться. С виду они были похожи на него, однако так можно было бы сказать, увидь смотрящий этих существ откуда-то издалека, поскольку, за исключением сходства в строении тела, эти существа представляли собой больше объемные тени, нежели реальных живых существ. Черные, с легким фиолетовым отливом, проявляющим себя на лунном свете, так обильно попадающим в окно комнаты, с кожей, которая постоянно покрывалась рябью, без глаз и ртов, эти существа сильно напоминали манекены, которые какой-то сумасшедший решил сделать из достаточно плотного желе.       — Отправляйтесь в сторону Кристальной Империи и ведите наблюдение за территориями, — тихо произнес Джек. — И отправляйтесь немедленно.       Обе тени тут же начали превращаться в жидкое состояние, после чего поползли в сторону окна, перемахнули через него, а потом черный пони наблюдал картину того, как два черных силуэта улетали вдаль. Теперь же Темному оставалось только наблюдать за тем, что найдут около Кристальной Империи два его солдата. Хотя, более уместно сказать, что это только разведчики, которые не были пригодны для боя, тем более с демонами, а по силе были примерно равны среднему солдату, которых было навалом у принцессы Селестии. Создавать же более сильных существ было куда энергозатратнее, а Джеку совершенно не хотелось тратить больше сил, чем необходимо. Потому ему оставалось лишь наблюдать за тем, что увидят эти двое. В итоге оставшись в полной тишине, Темный прикрыл глаза, открыв себе доступ к тому, что видели его ночные солдаты.       И вот внизу пролетали пейзажи Вечнозеленого леса вместе с его обитателями, которые видели, однако старались укрыться от безглазых взглядов ночных путешественников и того холода, что сопровождал их на протяжении всего полета. Джек отлично видел это и прекрасно понимал причины такого поведения у диких животных — не каждый день можно увидеть существ, которые не только внешним видом, но и всей аурой отличались от всего привычного настолько, что начинали вызывать страх. Но чем глубже улетали странники, тем меньше становилось живности, а вскоре лесной массив начал сменяться на пустые поля, сначала участками, а потом и полностью затянувшиеся белой пеленой снега. С неба начали падать мелкие белые хлопья, но вскоре местами безмятежная и даже обычная погода сменилась практически сплошной снежной стеной, что могло значить только одно — цель оказалась достигнута. Теперь можно было приостановиться и более детально осмотреть эти земли. Послышался легких хлопок и рядом с двумя странниками появились еще двое. Потом еще… И на этом деление было окончено… Если смотреть от лица самих странников, то сказать конкретно, откуда появилась еще одна полностью идентичная парочка. И еще одна… Однако со стороны было отлично видно, что странники буквально разделились, что потом сделали и их копии, после чего начали расходиться в разные стороны, осматривая, словно бы вынюхивая, каждый сантиметр этой территории. Но сколько бы Джек не желал увидеть хоть какое-то перемещение демонов за пределы оккупированной территории, — даже если таковое и было — в реальности столь сильная буря могла бы с легкостью стереть все следы, но странники могли бы почувствовать и увидеть то, что буря не скрыла бы ни за что, и этого не было. Не было никаких следов перемещения демонов за пределы «своих» земель. Ничего интересного… Так продолжалось несколько часов, после чего Джек понял, что ему действительно тут больше нечего ловить, потому начал планомерно уничтожать странников. Но не успел он уничтожить того, с чьих глаз вел наблюдение в данный момент, как буквально своей шкурой ощутил, что его кто-то схватил за голову, да еще и с такой силой, что, будь странник живым существом, его голова разлетелась бы, словно арбуз, подстреленный из достаточно мощной винтовки. И тут же его резко развернуло в сторону. Перед взглядом предстало знакомое лицо с черными глазами, что вмиг вспыхнули алым. Люцифер…       — Ну здравствуй, дорогой шпион, — прошипел Дьявол в лицо страннику и с размаху ударил его голову о землю, чуть более мягкую от снега, но с такой силой, что никакая мягкость не спасла бы. Вмиг перед глазами черного пони всплыла темнота, заставившая его открыть глаза и вновь очутиться в комнате Флаттершай.       — Черт… — прошипел Темный и провел копытом по своей гриве. — Черт… — он тяжело дышал, но как только повернулся к пегасочке, начал тихо рычать. — Чертово обещание…       Сам Люцифер явился ради того, чтобы прихлопнуть его шпиона… Интересно, с какой стати… Настучали? Так пусто было… Либо же зона видимости для самих демонов с той стороны, оказалась куда более широкой, либо же подобная плюшка была доступна самому Люциферу. Однако он вышел. Самостоятельно, что говорило лишь о его нахождении на тех территориях. Осознавая это, Джек и сам не заметил, как по его лицу медленно расползлась достаточно хищная улыбка.       — Ничего, Люци… Уже скоро мы с тобой свидимся… — тихо произнес черный пони и вновь прикрыл глаза, не убирая своей страшной улыбки. Он этого не заметил, однако Флаттершай видела и слышала то, какой у него настрой, и, откровенно говоря, ей он не понравился.

[Кантерлот… Утро]

      Утро началось не с чашки кофе, а с приезда совершенно неожиданного гостя. Без объявления и без какого-либо предупреждения в замок принцесс объявился принц Блюблад и… Неслабо так охренел от того, что предстало перед его глазами. А именно огромное количество самых разнообразных солдат, выглядящих так, словно они не первый день подвергались чем-то сродни пыткам — уставшие, вспотевшие и грязные, однако это не мешало им перешучиваться между собой. Но что удивляло принца еще больше, так это разнообразие самих солдат: кристальные пони, пегасы, простые земнопони, единороги, но самыми интересными оказались перевертыши, грифоны и фестралы. Первых и вторых ожидаешь увидеть меньше всего, хотя Блюблад и слышал про то, что между пони и перевертышами идет процесс заключения мира. Сам принц подобное не поддерживал, но понимал, что его слова будут значить крайне мало в подобных вопросах. Тем не менее Блюбладу были нужны принцессы для обсуждение очередного «очень важного» вопроса, на который в прошлый его приезд они толком не ответили из-за какого-то должника, существа, которое хотело его забрать и так далее. Лишняя суета, как показалось принцу, которая не стоила внимания столь высокопоставленных лиц. Что его удивило, так это, как на него посмотрели оба аликорна — как на полного идиота. Но вопрос все еще стоял на повестке дня, потому постоянно ругаясь и получая ответные ругательства от солдат, он пытался пробраться сквозь толпу. А в один момент принц почувствовал, как кто-то из солдат буквально столкнулся с ним, хотя и не хотел этого. Оглянувшись, он увидел, что этим солдатом оказался перевертыш. Заядлого вояку в нем выдавали шрамы на лице, один из которых проходил через затянутый бельмом глаз. Будучи несколько раздосадованным от такого столкновения, перевертыш прошипел что-то вроде: «Чертов гражданский. Какого черта он здесь делает?» — солдат хотел было вернуться к прерванному столкновением диалогу с солдатом-земнопони, — с которым они, видимо, слегка подружились — однако услышал в спину: «Мерзкий перевертыш» пусть и благородным, но из-за интонации таким отвратительным голосом, определить владельца которого не составило никакого труда.       — А ну-ка повтори… — прорычал солдат-перевертыш, резко повернувшись к принцу. От тона голоса и резкости, с которой он действовал, Блюблад слегка вздрогнул, однако возмутился из-за столь невежливого отношения к его персоне.       — Что слышал… — пренебрежительно ответил принц. — Кто вообще пустил вас, паразитов, в этот дворец?!       — Паразитов?! — воскликнул перевертыш, а его рог окутала кислотно-зеленая аура. — Да я тебя, чертового расиста, сейчас…       — Роук, остынь… — в спор вмешался тот самый солдат-земнопони, с которым и беседовал перевертыш, остановив своего товарища копытом и встав между ним и принцем. — Этот ублюдок того не стоит…       — Простите?! — возмутился было Блюблад, однако осел под грозным взглядом второго солдата.       — Но, Миднайт, он…       — Я знаю… Но он того не стоит… А тебе, — Миднайт повернулся к Блюбладу, — я бы советовал уйти от греха подальше. Пойдем, Роук… Этого кадра лучше проигнорировать.       Что-то прошипев, перевертыш выдохнул и кивнул, после чего и он, и его товарищ просто растворились в толпе. Принц же, бросив что-то не менее пренебрежительное, продолжил свой путь в сторону покоев принцесс, бурча о том, как это было унизительно — сдаться под натиском какого-то солдата. И до чего же странно было то, что пони заступился за перевертыша — того, кто спокойно может превратиться в того, кого этот чудной солдат любит, высосать из него эту любовь и выбросить, как мусор. Мир с перевертышами… Как же это нелепо…       Несмотря на то, что поток солдат несколько поиссяк, они не исчезли полностью и многие, по крайней мере те, кто были пони, сопровождали Блюблада либо легкой насмешкой, либо же пренебрежительным взглядом — будто бы смотрели на червя. Это сильно возмущало принца, и он решил высказать все обеим принцессам относительно этого — даже начал бормотать себе под нос все то, что вертелось у него на языке, но из-за того, что он полностью погрузился в свое возмущение, Блюблад даже не услышал голоса, которые с каждой секундой становились все ближе и ближе, из-за чего, после поворота за угол чуть не столкнулся с кем-то, кто был явно крупнее перевертыша. Как только принц пришел в себя и смог сфокусировать свой взгляд, то увидел, кем был тот, кто чуть не врезался в него: очень высокий пони, вроде бы пегас — крылья-то есть, угольно-черного цвета, одетый в плащ до земли и шляпой с очень широкими полями того же коричневого цвета, что и сам плащ. На правом переднем копыте у него был надет браслет в виде серебряного дракона с зелеными глазами-изумрудами, а глаза его были огненно-оранжевыми. И рядом с этим громилой шел не менее мелкий пони, хотя и был пониже, чем первый. Шкура у него была серебристого цвета, глаза ярко-желтыми, короткая грива и пышные усы белыми, а тело оказалось заключено в доспехи, которых Блюблад не видел ни разу — плотно прилегающие к телу, словно вторая кожа, состоящая из многогранных плоских щитков и чем-то похожая на серебро, только… Они (доспехи) словно светились, отчего создавался весьма необычный эффект. И если второго, принц видел в первый раз, то вот насчет первого ему показалось, что он уже видел его. Когда-то давно…       — Koir? — явно в вопросительно тоне сказал усатый (перевод: «Новичок?»). — Kir denon seri hir bewein («Я не видел его ранее»).       — Kir to («Я тоже») — ответил угольный — как про себя его назвал Блюблад — и начал осматривать принца. Блюбладу стало некомфортно под его взглядом — будто бы на него смотрел не пони, а хищник, который был готов напасть в любой момент. Однако это продолжалось недолго, после чего черный пони повернулся в сторону своего спутника и заговорил на такой тарабарщине, что у Блюблада натурально закружилась голова. При этом на лице говорившего появилась какая-то странная, слегка садистская, улыбка. И тут до принца дошло… Словно лампочка в голове зажглась… Он действительно уже видел этого здоровяка — как раз в тот день, когда приезжал, дабы поговорить с принцессами. Конечно, ему пришлось сделать небольшую остановку в Понивиле, ибо на тот момент поезда до Кантерлота пришлось немного подождать, однако этот «угольный» был там… В компании прекрасной пони по имени Азраэлла… Как она там звала его? Какое-то чудное слово… Сад… Слалва… Салд… Салдавейрон… Да, вроде бы так… Однако вместе с именем в памяти Блюблада всплыли и совершенно неприятные картины того, что он увидел в тот день: как личико прекрасной пони превратилось в голый череп с двумя светящимися синими глазами, и то, как лицо этого вот «пони» приняло достаточно жуткий вид. И это воспоминание заставило его отнестись к этому субъекту несколько более осторожно. А что насчет второго… Про него сказать что-то было непросто, ибо его принц видел впервые, но то, что они говорили на одном языке, — а Блюблад был уверен в этом, ибо такой говор, какой был у них, могли понять только они сами — говорило о том, что эти двое прибыли из одного места.       — Я тебя помню… — в прежней пренебрежительной манере сказал Блюблад и выпятил грудь вперед, стараясь всем видом показывать, что он ничуть не испугался.       — И я тебя вспомнил… — ответил Салдавейрон холодным, как лед, и хриплым, как шуршание иссохших страниц, голосом.       Черт побери… От услышанного принц был готов провалиться сквозь землю от испуга, однако продолжил отчаянно делать вид, что с ним все в порядке, хотя копыто уже начало потряхивать.       — Новенький солдат, что ли? — подал голос «усатый». Его голос понравился Блюбладу сильнее, так как в отличие от первого был куда более глубоким и мягким, однако принцу не понравились две вещи: первая — его назвали солдатом, и вторая заключалась в том, что этот бронированный как-то странно поглядывал на него. Как-то оценивающе, будто не был осведомлен о том, кто стоит перед ним. — Хилый какой-то, хотя и сложен неплохо…       — Он не солдат, — ответил пони по имени Салдавейрон и повернулся к своему спутнику. — Просто маленькая выскочка, которая, о совпадение, является родственником макро- и микропринцессы.       — Как смеешь ты так обращаться ко мне и к моим тетушкам?! — взорвался Блюблад. — Вы знаете, кто я?!       — Да, — ответил черный пони и жутко улыбнулся. — Ты — недопринц. А еще бабник, каких поискать.       — Да… Да… — принц был готов взорваться как бомба от возмущения. — Да как ты смеешь так обращаться к принцу?!       — Ого… — тихо произнес «усатый». — Давненько я не видел подобных кадров.       — Жил бы среди смертных столько, сколько это делал я, Хедейр, и понял бы, что таких навалом. В Аду, кстати, с такими веселее всего.       — Иди ты… — пробурчал Хедейр. — Ад — не место для развлечений.       — Зануда… — бросил Темный и вновь повернулся к принцу, который несколько потерял нить разговора, а потому решил перейти к требованиям.       — Эхем… Я приехал, чтобы увидеться с принцессами Селестией и Луной и требую немедленно отвести меня к ним.       — Борзый… — все с теми же нотками шока сказал Хедейр, удивленно приподняв бровь. Это подорвало Блюблада пуще прежнего.       — Прекратите так обращаться ко мне! Я требую немедленно отвести меня к принцессам!       — А потом, Хедейр, ты спрашиваешь, почему я затыкаю таким рот самыми радикальными методами, — улыбнулся Джек и сделал несколько угрожающих шагов в сторону принца, однако его остановило копыто Хедейра.       — Думаю, не стоит, Салдавейрон, — осторожно сказал Свет.       — А я ему ничего не сделаю… Только язык вырву из пасти и отпущу на все четыре стороны. С принцессами, правда, уже не поговорит…       — Что?! — взвизгнул принц, ошарашенный тем, с каким спокойствием говорил Джек и, что удивило его не меньше, Хедейр реагировал так, будто слышит это по нескольку раз на дню. — Ты не посмеешь сделать это!       — О, ты меня недооцениваешь, приятель… — ухмыльнулся черный пони и сделал еще один угрожающий шаг, однако его все еще останавливало копыто в броне. — Хедейр, поверь, этот чудак еще успеет накапать на мозги тебе и мне, так что вскоре ты сам будешь молить меня о том, чтобы я насадил его на кол. Если, конечно, сам этого не сделаешь.       — Что?! — вновь взвизгнул принц, однако тут же осел под взглядом Хедейра. Все возмущение испарилось, словно и не было.       — Мы удовлетворим вашу просьбу, принц, — более дипломатичным тоном сказал Свет, повернувшись к жеребцу. — Однако дайте нам пару минут. Мне нужно успокоить своего коллегу, потому как, в противном случае, он действительно сделает то, чем грозится — то есть посадит вас на кол.       Под ошарашенный взгляд Блюблада Хедейр отвел Джека в сторону. Темный недоуменно смотрел на брата.       — Ты что, серьезно прогнешься под этого идиота? — спросил черный пони на языке Древнейших. В его голосе слышалась тихая ярость.       — Послушай, — ответил Второй на том же языке, — я понимаю, что ты хочешь вывернуть его наизнанку. Ты прав, он весьма… Раздражает… Однако ты и сам понимаешь, что этот дурачок не стоит нашего внимания, потому целесообразней будет подчиниться его просьбе, чем потом расхлебывать последствия с Селестией и Луной, что ты ненавидишь куда сильнее.       — Я никому не подчиняюсь… — более грозно ответил Джек.       — Понимаю, но сейчас тебе надо заткнуться и засунуть свое эго куда поглубже. Иначе нас будет ждать очень долгая лекция по поводу того, как нужно относиться к их родным.       — Они сами его ненавидят, — хмыкнул черный пони. — Но… Р-р-р-ладно… Ладно, делай, что считаешь нужным.       — Я? — переспросил Хедейр.       — Инициатива наказуема, — ухмыльнулся Темный и повернул голову к ошарашенному принцу. — Мой коллега отведет тебя к принцессам. Будь так любезен, вынеси ему мозг по полной программе — может, Хедейр тебя прибьет, отчего станет легче всем нам — даже твоим тетушкам…       Сказав это, Джек медленно и даже вальяжно проплыл мимо Блюблада, оставив того под потоком из собственных гнетущих мыслей. До чего же сильно черному пони захотелось припугнуть принца какой-нибудь страшной рожей в этот момент, однако ему все-таки удалось удержать этот порыв внутри себя. Сам же жеребец все с тем же ошарашенным взглядом повернулся к Хедейру, смотревшему на него со смесью отвращения и даже некоторого сочувствия. Второй и сам прекрасно видел, что Блюблад явно не душа компании и стоит поперек горла даже самым близким к себе пони, но он также понимал, что ему и самому очень хочется свести общение с этим субъектом к минимуму.       — Идем, приятель… — произнес Свет, и Блюблад с небольшим страхом осознал, что Древнейший стоит в шаге от него и отрезвляюще похлопывает его по плечу.       — Да-да, конечно… — тихо, что было ему не свойственно, ответил принц и на ватных копытах пошел за своим провожатым. — Ваш… Коллега очень… Груб…       Хедейр глубоко вздохнул — очень уж не хотелось ему вести какой-либо диалог с ним, однако нужно было ответить.       — Салдавейрон может быть несколько… Некорректным в общении, однако в его словах есть смысл — за те пару минут общения между нами тремя, ты, принц, успел произвести не самое лучшее впечатление о своей персоне. Высокомерие, самолюбование и полностью пренебрежительное обращение к собеседнику недопустимо, если желаешь получать адекватные ответы и реакции. Ты такого желания не изъявил, на что и получил определенный ответ, так что будешь ли ты про себя поливать Салдавейрона грязью или нет — мне нет дела. Куда интереснее то, что ты просто не скажешь ему это в лицо.       — Это провокация?       — Нет, просто совет — не лезь на льва. Под львом я подразумеваю Салдавейрона. Кроме того, сейчас несколько не та ситуация, чтобы показывать свое «фи» к определенному фактору.       — А что здесь вообще происходит? Несколько необычно видеть ТАКОЕ количество солдат, тем более в компании паразитов и этих птиц…       — Перевертыши и грифоны изъявили свое желание оказать поддержку в войне против демонов, — совершенно без эмоций отчеканил Хедейр, чем ошарашил принца еще сильнее.       — В… Война?! — взвизгнул он. — Ч-что значит в-война?!       — То и значит, принц Блюблад, — ответил Хедейр.       — То есть вы серьезно хотите сказать, что… Минутку… Как вы узнали мое имя? Я, вроде, не называл его…       — Еще одна промашка в составлении нормального диалога. И мне не обязательно слышать твое имя непосредственно от тебя, чтобы знать его, ибо я спокойно могу прочитать это в твоих мыслях.       — Вы… Читаете мысли?       — Все вопросы попридержи на потом… — ответил Хедейр и остановился напротив двери в комнату принцесс. — Кажется, тебе было нужно это помещение…       — Ага… — тихо сказал Блюблад и подошел к двери, повернулся было ко Второму Древнейшему, собираясь сказать что-то еще, однако увидел лишь то, что провожатый исчез. Осмотревшись вокруг себя, принц не обнаружил совершенно никаких следов его пребывания здесь, и, поняв, что тот вряд ли появится, он слегка постучал в дверь, после чего прошел внутрь.

***

      — А я уж подумал, ты от него не отвяжешься, — послышался знакомый хриплый голос позади Хедейра. Принц остался сам по себе, да и до нужного места оказался доведен, так что Второму не оставалось ничего, кроме как уйти в сторону, дабы избежать дальнейшего выслушивания этого субъекта. И этот голос, который Свет услышал позади себя, заставил небольшую злость появиться на его лице.       — Ты — ублюдок, Салдавейрон… — обернувшись, прошипел Хедейр. Джек стоял от него всего лишь в нескольких метрах, облокотившись на стену спиной и скрестив передние копыта на груди. — «Инициатива наказуема»… Ты мог просто телепортировать его.       — Но и ты не спешил избавиться от этого субъекта этим способом, — ухмыльнулся Темный. — А значит, за неимением общения со смертными, тебе стало интересно узнать этого товарища поближе. С солдатами это не прокатило, так как они тебя слушаются и, кроме как о деле, мало о чем говорят. А тут такой интересный кадр… Честно сказать, могу понять тебя, Хедейр, — сам изучал смертных, пока был, так сказать, в забвении.       — И смысл мне изучать избалованного, высокомерного принца, от которого начало тошнить даже Древнейшего.       — Ты сам сделал свой выбор, однако мне это неважно. Я так и не успел спросить насчет брони — ты полностью закончил доспехи для перевертышей?       — Угу… Пришлось повозиться с новой схемой, чтобы при сложении ничего не поломалось, однако, — Хедейр поднял свое копыто и материализовал над ним металлический воротник, который был похож на то, что носила Флаттершай, только в его центре была небольшая выемка, в которой отчетливо проглядывалась небольшая розовая сфера энергии, — пришлось несколько урезать количество энергетических точек.       — Это критично?       — С пяти до трех, так что… Тут все будет зависеть от того, как часто и сколько будет потреблять отдельно взятый перевертыш.       — Ты же обещал самовосстанавливающийся источник.       — Не-не, энергия восстанавливается — это условие выполнено, однако это не значит, что первичный объем не может быть «разряжен».       — Какова первичная емкость?       — Сомневаешься в том, что я сделал достаточно емкую батарею?        — Сомневаться я буду, если они быстро сдохнут на поле боя, — более серьезно ответил Джек.       — За это можешь не переживать, Салдавейрон — батарея, по моим расчетам, при самой сильной нагрузке может выдержать двадцать четыре часа. А их тут три…       — Три дня и самовосстановление — мне нравится… — на лице Джека появилось удовлетворенное выражение, и он взял самоделку Хедейра, после чего начал осматривать.       — Ну насчет строгих двадцати четырех часов на батарею, я могу и ошибаться, так как тут все зависит от отдельно взятой особи — у кого-то потребление будет больше, у кого-то меньше, так что цифры могут варьироваться.       — Но то, что батарея вывозит больше двенадцати часов при столь малом размере самой батареи и ее самовосстановлении, — это уже успех. Что ж, пожалуй, пойду найду королевскую особь — она должна быть самой прожорливой.       — А что делать мне?       — Тебе… Доводи до ума броню для всех солдат, после чего раздадим все это им, проведем пару тренировок, дабы они освоились, а потом… Потом уже более детально начнем планировать наступление.       — Осторожничаешь… Зная тебя, я бы предположил, что ты пойдешь в лоб.       — Будь я один — да, пошел бы в лоб, но я понимаю, что количество все-таки имеет значение. Кроме того, я толком не знаю, какие силы Азазель и Лилит запихнули в новое тело Люцифера, так что было бы неплохо прикрыть тылы и сосредоточиться на основной цели.       — Понятно. Что ж, тогда я в лабораторию.       — Угу… — кивнул Джек и отправился искать Кризалис, почувствовав спиной, что Хедейр решил уйти к себе посредством телепортации — жгучая боль от энергии Света оказывала на него влияние, для каких бы целей она ни была задействована.       Теперь же вопросом дня стало местонахождение самой королевы перевертышей, однако и он решился намного быстрее, чем можно было бы подумать — она находилась на пару этажей выше и, кроме того, с ней была еще одна душа, сигнал которой намного сильнее отличался от остальных, и Темному не составило труда понять, что малышка Аврора решает с ней какой-то вопрос. Был ли это вопрос ее подготовки или что-то подобное, можно было сказать лишь после того, как он увидел бы это своими глазами. Тени сыграли свою роль, так что черный пони смог перенести себя в нужную ему комнату, при этом оставаясь незаметным. Как он и ожидал, их встреча действительно оказалась вопросом подготовки Кризалис. Либо же Авроре стало скучно с основной шестеркой, и она решила разнообразить свой досуг, либо это было в педагогических целях, а, зная свою дочь, Джек, скорее, предположил бы первое. Но наблюдать за их дуэлью было воистину любопытно — Темный даже начал слегка гордиться королевой: она давала вполне хороший отпор той, кто тренировался многие годы и, в добавок ко всему, обладала его силами. Конечно, в движениях перевертыша было еще много шероховатостей, однако то, что она уже умела, давало ей немалые бонусы — для начала, она могла отражать атаки достаточно сильного противника, а судя по тому, как Аврора атаковала ее, она не особо старалась держаться, по крайней мере, в атаках своим мечом.       Вскоре Джек вышел из теней и перестал скрывать свое присутствие здесь, однако вторгаться в дуэль также не собирался, он просто стоял в стороне и наблюдал за всем этим, перебрасывая металлический воротник из копыта в копыто. А дуэлянты настолько увлеклись процессом, что и не заметили его. Правда, ждать долго черному пони не пришлось — Аврора решила действовать куда более радикально и перешла в более агрессивную атаку. Кризалис отражала эти выпады как могла, однако не поспевала за всем, после чего полукровка выкинула то, чего она ожидала меньше всего: прыгнула в сторону перевертыша. Королева встала в необходимую для отражения атаки позу, но, к ее удивлению, Аврора не собиралась атаковать ее в лоб — она перелетела через нее, перевернулась в воздухе и подцепила Кризалис под передние копыта. Последняя и понять ничего не успела, как ощутила на своей коже холодные как лед когтистые руки, после чего ее резко потянуло в воздух и перевернуло спиной к земле. Еще миг, и она уже лежала на земле, а Аврора нависала над ней, держа перед ее носом свое лезвие. На лице полукровки играла победоносная улыбка.       — Ха! — задорно выдохнула Аврора и спрыгнула с Кризалис. — Я победила.       — Ничего себе… — выдохнула королева и поднялась на копыта. — Ты шустрее, чем кажешься.       — Говорила же тебе… — все тем же тоном сказала Аврора. — А ты не верила.       — Ладно-ладно, признаю — ты куда быстрее, чем выглядишь. И сильнее… — Кризалис потерла копытом ушибленную голову. — Ауч… Неплохо ты меня приложила.       — Извини… — пегасочка неловко улыбнулась. — Наверное, я немного перегнула…       — Ничего… Да уж, Джек не врал, когда сказал, что научил тебя всему и даже больше.       — Мне льстит, что ты так лестно отзываешься о моих скромных педагогических способностях, — послышался голос черного пони. И Аврора, и Кризалис слегка вздрогнули и повернулись на звук, увидев Темного, стоящего у стены с легкой улыбкой на лице.       — Дж-Дж-Джек… — ошарашенно произнесла королева. — И… И д-давно ты там стоишь?       — Всего лишь пару минут, но и этого времени мне хватило, чтобы увидеть две вещи: первая — моя дочь — профессиональный боец, которая надрала задницу королеве, и вторая — эта самая королева очень внимательно слушала мои наставления и запоминала, а потом применяла, так что способна отразить атаку такого сильного бойца, как Эвелим, в котором соединены силы Тьмы и Света.       — Но… Вряд ли она била в полную силу…       — Конечно, не в полную силу, ибо ты оказалась бы в могиле, ударь она посильнее. Но… То, что я увидел в вашем маленьком спарринге, меня порадовало. Со стороны обеих… Однако я не за этим пришел…       — А зачем же? — удивленно спросила Аврора. Джек же смотрел на Кризалис, чем начал вызывать у нее чувство дискомфорта, после чего подошел ближе и извлек из глубин своего плаща причудливый металлический воротник с небольшой розовой сферой в центре. И королева, и полукровка озадаченно уставились на артефакт.       — Что это? — спросила перевертыш, а в ее глазах появился небольшой блеск. — Погоди-погоди… Это… — она еще более удивленно посмотрела на Джека. — Это то, что я думаю?       — Отчасти… — ответил черный пони. — А теперь подними волосы.       — Что ты собираешься сделать? — спросила Аврора, наблюдая за тем, как Джек расстегнул этот артефакт и надел его ей на шею.       Послышался достаточно громкий металлический щелчок, после чего Темный резко отпустил артефакт. Кризалис на секунду просела под весом далеко не маленькой металлической конструкции, однако смогла выпрямиться, после чего артефакт словно ожил. Несколько уменьшившись, он стал куда плотнее прилегать к ее коже, пока не стал похож на единое целое с ней.       — Боги мои… — тихо выдохнула королева. — Что это было, черт побери?       — Хедейру надо было продумать менее «шумный» способ застежки, — сказал Джек, осматривая конечный результат. — Я даже представлять не хочу, сколько паникеров будет среди простых солдат.       — Просто это так необычно… — сказала Кризалис и постучала копытом по артефакту.       — Так, ладно, — сказала Аврора, — я пойду поищу шестерку… А то что-то я расслабила их в последние два дня.       — Беги, Ави… — улыбнулся Джек, проводив дочь взглядом, после чего вновь повернулся к Кризалис. — Все осмотрела?       — Такой мощный заряд… — тихо сказала королева, проведя кончиком копыта по розовой сфере. — Надо же… В таком маленьком объеме такая мощь…       — Я же говорил, что вы получите маленькую батарею. А чтобы не громоздить множество артефактов, Хедейр решил совместить приятное с полезным — батарею с нужной перевертышам энергией и броню, достаточно прочную, чтобы выдерживать удары демонов.       — Но… — Кризалис озадаченно посмотрела сначала на артефакт, потом на Темного. — Но я не вижу никакой брони.       — А это самый интересный момент, — улыбнулся Джек, повернулся к перевертышу спиной, после чего резко развернулся обратно, собираясь ударить ее своим копытом. Кризалис не успела толком среагировать, только тихо вскрикнула и закрыла глаза, приготовившись почувствовать сильную боль, однако ощутила лишь то, что ее тело отлетело на какое-то расстояние. Боли не было…       Думая, что боли нет по причине быстрой смерти, Кризалис медленно приоткрыла глаза. Черный пони сместился от нее на добрый десяток метров и смотрел со смесью удовлетворения и некоторой насмешкой, будто бы ее страх оказался какой-то шуткой. И, оглядев себя, королева поняла причину подобной реакции — ее тело было покрыто чем-то, что поначалу показалось перевертышу какой-то странной вариацией кожи. Состоящая из множества мелких многоугольных щитков, ярко светящихся металлическим блеском, покрывающая все тело, за исключением головы… С виду и не скажешь, что доспехи…       — Ого… — тихо сказала Кризалис, оглядывая себя. Розовая сфера, что была отчетливо видна еще пару секунд назад, скрылась, так что теперь это была практически полностью герметичная броня. — Интересно…       — Как видишь, даже мощная броня может уместиться в малый объем, — сказал Джек, подойдя ближе к королеве. — Правда, у Хедейра, с его слов, возникли проблемы с тем, чтобы соединить батареи с броней без нарушения схемы.       — Схемы? — не поняла Кризалис и подняла голову к черному пони.       — Сложная комбинация из множества компонентов, образующих единый механизм. Хедейр, как оказалось, способен не только чесать языком о мире со мной, но еще и на то, чтобы мастерить подобное. А батареи были внедрены уже после окончательной чистовой сборки брони, поэтому у него возникли некоторые трудности, так что, тебе благодарить за полученное нужно Хедейра.       — Да, но… Идея-то была ваша общая…       — Тем не менее, я — теоретик, а Хедейр — практик, но не суть. Прочности доспеха оказалось достаточно, чтобы выдержать не самый слабый мой удар. Демона вполне выдержит, хотя нужно будет провести еще пару тестов.       — Снова тесты? — страдальчески спросила Кризалис.       — Готовясь к битве с таким противником, как Люцифер, нужно быть готовым ко всему, хочешь ты этого или нет.       — Я понимаю, Джек… Да, кстати… А надолго хватит заряда? Я так понимаю, источник энергии один, так что…       — Вообще-то их три, по словам Хедейра. Точно так же, как и то, что одной батареи хватит на плюс-минус сутки в стресс-ситуации.       — Ого… — на лице королевы появилось ошарашенное выражение. Прорезалась кривоватая, но счастливая улыбка. — Я… Я даже не знаю, что сказать… Впервые у перевертышей есть что-то такое, что сделает нас независимыми от пони в плане голода.       — Что, решишь послать мир с макропринцессой в задницу? — ехидно осведомился Джек. Кризалис же уставилась на него, как на умалишенного.       — Нет-нет, что ты… Рвать устанавливающийся мир просто из-за того, что у нас появилось то, что позволит нам избегать нашего… «Вампиризма»… Короче, это не причина… Хлипкий мир все-таки лучше войны.       — Соглашусь… И раз ты сама говоришь об этом, то видишь насколько ваша вражда была бесполезной.       — Угу… — утвердительно кивнула Кризалис и снова осмотрела свою броню. — Эх, если бы мои родители видели все это сейчас…       — Они бы не слабо охренели — практически по всей территории Эквестрии и прилегающих королевств началась война с существами из другого мира. Удивлен, что ты сохраняешь самообладание.       — Я, конечно, тоже в шоке, что все сложилось так, как получилось, однако… Надеюсь, мы положим этому конец.       — Твой боевой дух льстит мне, однако повторюсь: если не хотите воевать, я не потяну вас за собой. И пойму…       Кризалис покачала головой из стороны в сторону.       — Нет, нет и еще раз нет, Джек. Ты прав — это наш мир, и мы должны показать тварям, что им тут не рады.       — Что ж… Ладно… — ответил черный пони и повернулся в сторону выхода. — Тогда увидимся позже.       — Погоди, Джек… А… А как снять эту броню?       — Хм… — Темный на секунду задумался. А действительно, как… Хедейр-то промолчал об этом. Хотя, помня то, что броня у Флаттершай снялась, когда та полностью успокоилась. — Вероятно… Вероятно, они реагируют на эмоции носителя. Думаю, простого успокоения или мысленного сигнала будет достаточно.       С этими словами Джек покинул комнату. Ну и… Куда теперь идти? Скорее всего, к Хедейру, дабы помочь ему завершить финальную подготовку брони.       Искать Второго долго не пришлось. Последние несколько дней он находился в своей лаборатории. На столе уже лежало около сотни подготовленных артефактов, а сам Свет в очередной раз осматривал уже порядком надоевшие ему «ожерелья», а услышав звук открывающейся двери, медленно обернулся.       — М-м-м, Салдавейрон… — произнес Хедейр. — Я еще не закончил с броней… Как видишь, осталось еще множество единиц.       — Я здесь не за тем, чтобы торопить тебя, — ответил Джек и подошел ближе. — Кроме того, лучше работать в четыре руки, чем в две, согласен?       — То есть… — Хедейр не поверил тому, что услышал. — Ты здесь, чтобы помочь?       — Чтобы ускорить процесс. Я надеюсь, что ты не слишком сильно изменил нашу схему.       — Броней для перевертышей займусь я — там схема чуть изменена, а ты займись остальными.       — Понял, — ответил Джек и поднял один из артефактов. — Итак… Начнем…

[Время спустя]

      Через несколько часов Джек и Хедейр смогли на сто процентов сказать: «Наконец-то». Процедура проверки, тестов и финальных симуляций заняла куда больше времени, чем они могли предположить, однако не настолько много, как если бы Хедейр работал один. В таком случае все подготовки могли бы занять сутки, если не более, так что… Можно сказать, что это был выбор меньшего из зол… Теперь же оставалось самое главное — раздать броню. Это было одновременно и просто, и сложно, ибо народу было много.       — Теперь надо бы найти Селестию, Луну и Кризалис, — сказал Хедейр, отложив последний артефакт. — Раздадим доспехи и можем начинать…       — Кстати об этом… — сказал Джек. — Для макропринцессы какие-то особенные доспехи или как у всех?       — Как у всех. Не хотелось бы, чтобы вопросы возникали раньше времени.       — Ясно… Ну а если ее… Симптомы проявят себя на поле боя… Доспех выдержит, если что-то пойдет не так?       — Ты опасаешься за доспех, за Селестию или за войска?       — Я опасаюсь за себя и только за себя. Если с Селестией случится то, что произошло на одной из тренировок, на поле боя, да еще и в тройном объеме разрушения могут быть сильными. Я потому и спрашиваю — своя задница, как ты знаешь, важнее.       — Предлагаешь пересобрать ее схему, чтобы в случае чего она поглотила выделяемую ей энергию?       — Думал, после твоего признания ты уже сделал это. Твоя сила, как и моя, разрушительна не только для тел смертных, но и для окружения. Хочешь устроить маленький ядерный взрыв?       — Хм… Поглощение энергии, значит… Это может создать определенные проблемы. Если настроить поглощение неправильно, из этого может вытечь множество неприятностей. В том числе, броня может начать поглощать собственный магический потенциал Селестии. Кроме того, сплав сам по себе способен поглощать энергию.       — Кинетическую от удара или же элементарную от выброса? Это немного разные вещи, Хедейр. Конечно, я не так много понимаю в этом, но различия вижу — наша сила будет помощнее, чем удар среднего демона, а поскольку… — тут Джек оглянулся, будто бы услышал, как за ними подглядывают, после чего вновь повернулся к Хедейру. — А поскольку Селестия — Эвелим, твоя сила может оказаться неприятным сюрпризом на поле боя.       — Думаю, классическая схема сможет выдержать.       — Твоя уверенность не вселяет доверия. Однако… Выбора, как я чувствую, у нас нет.       — Если хотим сделать все в наикратчайшие сроки, да, времени на переделки у нас нет. И учитывая, что у Самаэля далеко не добрые намерения, нам нужно избрать первый вариант.       — Хм… Называешь его старым именем. Мне казалось, он ненавидит все, что связано с тобой в нем самом. В том числе, и имя.       — Эх да, в этом есть доля правды. Но давай не будем о печальном и перейдем к делу.       — Как скажешь, — ответил Джек и встал из-за стола. Послышался знакомый звук хруста, схожего с хрустом поломанного дерева.       — Тебе что, нравится этот треск? — чуть более раздраженно спросил Хедейр.       — Отвянь, Хедейр, — ответил черный пони, продолжая разминаться. — Я просидел много часов на одном месте — естественно, мне нужно немного размяться.       — Ты можешь делать это и без хруста.       — Тебя это смущает?       — Нет, немного раздражает.       — Вы посмотрите, какой он нежный… — голос Джека приобрел издевательские нотки. — Хруст его раздражает… Эх… — тут он особо громко хрустнул своим правым копытом. — Вот теперь намного лучше. Собирай всю броню в кучу и приходи в тот зал, где бы первый брифинг — созовем всех туда. Пойду искать наших вояк.       И на этом Темный покинул комнату. Хедейр же, что-то пробурчав на языке Древнейших по поводу хруста своего брата, начал понемногу собирать созданные артефакты.

***

      Через полчаса, как и обещал Джек, в нужной комнате были собраны абсолютно все, кого только можно собрать было: солдаты, местные власти, главная шестерка, даже Аврора с Чеширом и Дискордом решили присутствовать на этом мероприятии. Долго разжевывать не стали и сразу объяснили, что та броня, которая имеется на вооружении сейчас, — дрянь, и что была изготовлена куда более прочная и мобильная. Учитывая то, что многие находящиеся в зале уже знали о том, что Джек и Хедейр — не пони, а Элементали, в чьих силах создать что-то подобное, скептиков набралось не слишком много, однако без них не обошлось. Правда, даже такие ребята решили не возникать, памятуя о том, что произошло с теми тремя, которые решили как-то выразить свой скепсис, ограничившись лишь тихим диалогом со своими сослуживцами или новыми знакомыми. Сама дискуссия не заняла слишком много времени — что-то около получаса, после чего солдатам начали раздавать броню. Некоторых ее первичный вид немного повеселил — оно и не мудрено — какой-то металлический ворот-ожерелье, на котором были выведены небольшие символы-руны. Однако после того, как они его надевали, и сам артефакт начинал уменьшаться и подстраиваться под анатомию своего носителя, солдатам стало не до смеха, а радость сменилась шоком и любопытством. Как только вау-эффект немного спал, Джек и Хедейр объяснили метод использования этих доспехов, после чего вызвали одного добровольца. Ею оказалась Флаттершай, так как была первой, кто протестировала эти доспехи. Конечно, пегасочка сильно волновалась из-за того, что ей нужно было продемонстрировать, но вскоре смогла собраться с силами и раскрыла свои доспехи. По залу прокатилось восторженное и удивленное: «Вау!». Далее последовали объяснения того, насколько этот доспех прочный, более подробно о том, как им пользоваться, — об этом рассказывал Хедейр — после чего Джек сказал, что подходит то время, когда все те знания, что пони, грифоны и перевертыши получили о демонах за время тренировок, предстоит применить на практике, однако до того момента им еще предстоит провести некоторое время дабы освоиться с тем, что они получили. Естественно, вдохновленные тем, что получили нечто настолько интересное, солдаты изъявили огромное желание опробовать полученное. Джек и Хедейр молча переглянулись, после чего черный пони кивнул Свету. Поняв, что от него требуют, Второй сказал, чтобы солдаты следовали за ним. В зале остались лишь Джек, Селестия, Луна и Кризалис. Смотря на них, черный пони отметил про себя, что все три главы выглядели куда более взволнованно, чем раньше.       — Случилось чего? — спросил Темный, подойдя ближе к троице. — Вид у вас такой… Не знаю даже… Опустошенный.       — Все в порядке, Салдавейрон, просто… — начала Селестия, а Луна продолжила:       — Просто приближение подобного грандиозного сражения вызывает определенные эмоции. Откровенно говоря, несмотря на все тренировки, которые вы с Хедейром организовали для нас, сомнения все еще не ушли. Просто хочется сказать, что мы, конечно, надеемся на лучшее, но… Хотелось бы знать, нет ли каких-то подводных камней.       Джек глубоко вздохнул и мельком взглянул на Селестию. Конечно, подводные камни были, однако пока что, еще не время говорить о таком. А вот про Люцифера он не мог сказать многого, ибо и сам не располагал необходимой информацией.       — Боюсь, что тут я не могу сказать со стопроцентной точностью — толковой информации о том, что может Люцифер нет, за исключением того, что он обладает силой бывшей королевы Северных Земель Ада.       — Это очень плохо? — спросила Кризалис.       — Да не очень здорово, ибо Хелла была достаточно мощным существом. А ее сердце — источник ее силы. Силы мороза Северных Земель. То есть такие способности сделают из покалеченного Люцифера куда более сильного соперника, чем можно было бы ожидать. Это если не считать того, что мы и сейчас толком не знаем о том, на что он способен после рождения. А судя по тому, что Кристальную Империю они захватили очень быстро, силы ему не занимать. Даже в его состоянии.       — А что там с его состоянием? — спросила Селестия. — А то я все слышу и слышу об этом, однако не особо понимаю.       — Когда мы пришли для того, чтобы помешать Лилит закончить возрождение Люцифера, он уже находился в предфинальной стадии, однако его тело было еще не до конца развито. В ходе небольшой потасовки удалось нарушить целостность капсулы, так что процесс был несколько прерван. Как оказалось, та форма, в которой он был на тот момент, была полностью жизнеспособна, однако какая-то часть тела оказалась недоразвита в полной мере. Это несет за собой те или иные неудобства. Но, что произошло с ним с тех пор, мне неизвестно.       — Не было никакой разведки? — спросила Селестия.       — Я исследовал только окрестности на предмет передвижения демонов на тот случай, если они решат перейти в наступление. Люцифер в эти моменты не появлялся, как и сами демоны. Кроме того, я разведывал наиболее удобные территории для высадки войск.       — И что с этим?       — Об этом поговорим чуть позже, когда Хедейр закончит знакомить солдат с их новой броней. Вам троим тоже не помешало бы чуть подробнее изучить механики работы с доспехом для того, чтобы на поле боя не случилось нежелательных сюрпризов.       — А таковые могут быть? — с улыбкой спросила Кризалис, хотя в глубине себя надеялась, что Джек ответит отрицательно.       — Взаимодействие с броней зависит только от носителя и от его контроля над ситуацией, так что, все-таки советовал бы присоединиться к Хедейру.       — Что ж, ладно… — сказала Селестия, и троица правительниц собиралась было отправиться к Второму на очередную тренировку, однако их остановил голос Джека:       — Луна, тебя попрошу задержаться.       Принцессы и королева озадаченно переглянулись, однако ночной аликорн все-таки оторвалась от троицы и подошла к Джеку.       — Редко, когда можно услышать, что ты называешь меня или Селестию поименно, — улыбнулась она, хотя по глазам черного пони, неотрывно смотрящим на нее, поняла, что он хочет сказать что-то серьезное. И это начало ее беспокоить. — Что-то случилось? Ты какой-то озадаченный…       — Хедейр тут рассказал о твоем неповиновении во время тренировок. Не пояснишь?       Было заметно, что эта тема несколько смутила Луну.       — Ну… Он постоянно повторял и повторял то, что я и так знаю, а это бесит. Я ему говорила: «Дай сосредоточиться, я знаю, как это сделать», а он все продолжал и продолжал… Ну я и… Немного перегнула палку…       — А именно.       — Ну… Выстрелила ему в лицо… — смущенно сказала Луна. — Понимаю, это поведение недостойно принцессы Эквестрии, но, помилуйте, я тоже пони и мне не чужды эмоции, свойственные всем.       — Он сказал, что в твоем поведении появилась не только агрессия, но и «…повадки зверя». Это мне не пояснишь?       Принцесса озадаченно уставилась на Темного.       — Конечно, я могла перегнуть палку и понимаю, что Древнейшие, возможно, смотрят на обычных смертных, как на существ низшего класса, но называть мое обоснованное раздражение «повадками зверя»… Это отвратительно даже для Хедейра.       — Для меня нет значения в том, что конкретно ты там сделала с Хедейром — меня интересует другое. То, что ты лжешь… Скрывать это не нужно, как и отмазываться, — я могу слышать ложь, даже если ты поклянешься мне на крови, что говоришь правду. Потому я желаю услышать истину. То, на что ты мне жаловалась, возымело новую силу?       Луна вновь потупила взгляд.       — Я не знаю, имеет ли это отношение к моей ситуации, однако… Если имеет, то ты можешь сказать, что со мной происходит?       — Боюсь, что пока нет. И тем не менее твое поведение недопустимо, потому ты отстранена от дальнейших боевых действий.       — Ч… Что?! — ошарашенно воскликнула Луна. — Но… но…       — Никаких «но», микропринцесса. Твое неповиновение на тренировочном мероприятии не дает гарантий того, что ты не перестанешь подчиняться на поле боя. Я не могу допустить, чтобы и без того высокая опасность, переросла ту черту, которую хотелось бы подвести в итоге, потому, ты останешься в замке на все время проведения наступления. Это не обсуждается…       С этими словами он прошел мимо невероятно ошарашенной подобной новостью Луны и направился в сторону поля, на котором должна была пройти очередная тренировка. Сама же принцесса даже не обернулась, а просто продолжила смотреть в никуда. Единственное, что она почувствовала внутри себя, так это то самое шевеление… Будто бы змея решила переползти из одного положения в другое. Луна буквально ощущала каждое движение неведомого нечто внутри себя, однако оцепенела настолько, что не смогла даже выдавить из себя малейший звук — хоть как-то показать Джеку, что с ней вновь произошло что-то странное. Однако почему-то ей показалось, что черный пони уже осведомлен об этом. Как и о том, что является причиной подобного состояния. И подобное наплевательское отношение начало раздражать принцессу. И его решение об отстранении… Возможно, не стоило придавать этому какого-то особого значения, однако раздражение уже начало нарастать. Одно дело, если бы ее отстранили за неповиновение на поле боя, но из-за такой ерунды, как вспышка агрессии, и совсем другое, когда из-за обоснованной реакции фактически обнуляют весь твой труд, проделанный за эти недели. Это было чересчур несправедливо… Нужно было найти его и поговорить еще раз… Возможно, как-то надавить, ранить, если придется… И тут принцесса тряхнула головой. Ранить… Откуда в ее голове появилась эта враждебная мысль?       — Боги великие… — тихо произнесла Луна. — Да что же со мной происходит?       — Что-то случилось? — послышался знакомый голос. Обернувшись, принцесса увидела Аврору с Чеширом, сидящим у нее на спине.       — Нет-нет, я в порядке… — натянуто улыбнувшись, ответила Луна. — А что вы здесь делаете? Думала, вы с Салдавейроном и Хедейром осваиваете новые доспехи.       — Хозяин не позволяет миледи принять участие в дальнейших действиях, — сказал Чешир, из-за чего получил несколько обиженный и злой взгляд со стороны Авроры. Луна же удивленно посмотрела на парочку.       — Странно… Думала, раз Салдавейрон так хвалит твои боевые навыки, ты будешь одной из первых, кого он возьмет с собой.       — Если бы… — выдохнула пегасочка. — Отец не хочет, чтобы я участвовала — считает, что я могу пострадать.       — И его можно понять, миледи. Один раз хозяин уже потерял вас…       В голосе Чешира послышалось отчетливое осуждение.       — Ой, да брось, Чеш, — я уже не маленькая.       — Миледи, мне стоит напомнить тебе, что пару недель назад эти твои слова чуть не стоили тебе жизни.       По лицу Авроры было понятно, что поднятая Чеширом тема сильно задела ее самолюбие, однако Луна, оказавшаяся вне понимания ситуации, просто продолжала озадаченно смотреть на демона и полукровку.       — Спасибо, ты уже напомнил… — саркастично пробурчала пегасочка.       — Аврора, прости, если я лезу не в свое дело, — осторожно начала Луна, — однако хотелось бы понять, о чем именно говорит Чешир.       — О ритуале Некромантии, который я провела пару недель назад. Немного не рассчитала количество восставших на количество жертв и… Сама чуть души не лишилась.       — Восставших… Погоди-погоди, ты говоришь о… Мертвецах?       — Да, именно о них. Насколько я знаю, отец еще не уничтожил их, так что… Наверное, они все еще стоят на том кладбище у Вечнозеленого.       — Кладбище у Вечнозеленого леса… — более задумчиво произнесла Луна. В ее глазах практически мгновенно появился страх. — Но… Там похоронены те, кого вырезал Салдавейрон тысячу лет назад. Это более сотни тел…       — Да, я уже поняла, что жмуриков было много. Но они все еще стоят там в неактивной фазе и лишь ждут приказа к действию.       — Но это же… Отвратительно… Оживлять мертвецов…       — На войне любые средства хороши — слышали такую отличную поговорку? Но мне интересно, за что отец посадил вас, принцесса, на скамью запасных.       — За то, что не подчинялась приказам Хедейра во время тренировок. Сказал, что такое поведение недопустимо и… Я оказалась на скамье запасных…       — Ого… — сказала Аврора. — Это странно, потому что отец предпочитает использовать все силы, только если не… — тут полукровка начала внимательно всматриваться в глаза Луны. Видимо, она что-то разглядела, потому что на ее лице сменилось множество эмоций, которые объединяло одно — удивление. — И снова, ого…       — Что?! — воскликнула Луна. — Что не так?!       — Принцесса, я боюсь, что не мы с миледи должны говорить вам об этом, — в своей манере ответил Чешир.       — Чешир, хватит! Я слушала это от тебя дни, что мы были тет-а-тет. «Не я/мы должен (-ы) рассказывать вам об этом, принцесса». Хватит! Просто дайте мне ответ, что со мной, черт возьми, происходит!       — Принцесса, прошу вас, успокойтесь… — сказал Чешир, взлетев над Авророй, после чего глубоко вздохнул. — Послушайте, то, что с вами происходит, — это загадка для всех, кто находится в этом замке, в особенности для тех, кто может чувствовать то, что чувствуем мы.       — Отбрось ты все эти заморочки и высокопарные словосочетания! Просто скажи, что со мной происходит.       — Дело в том, принцесса… — сказала Аврора за Чешира. — Ваша аура…       — И что с ней?       — Она изменилась… — продолжил Чешир. — Я не могу сказать, из-за чего конкретно это произошло, но ваша аура претерпела значительные изменения. Она словно раскрылась, обнажив… Не то, что бы вы хотели услышать…       — И… — тихо и ошарашенно сказала Луна. — И что это?       Чешир с Авророй озадаченно переглянулись, будто бы спросив друг у друга, стоит ли им говорить ей об этом, после чего синхронно повернулись к принцессе.       — Ваша аура, принцесса… — сказал демон. — Для начала она стала намного сильнее, чем раньше… И… Она очень похожа на ауру… Х-хозяина…       На несколько минут повисла неловкая пауза. В голове Луны сразу всплыли миллионы вопросов о том, что она сейчас услышала. Однако поначалу она хотела спросить, не сошел ли Чешир с ума и каким образом ее аура могла быть похожа на ауру Джека.       — Я понимаю, как это звучит, леди Луна, однако…       — Чш-ш-ш… — прервала кота принцесса. — Объясните мне только одно, каким образом то, что я услышала может быть правдой…       — Ну… — в голосе Чешира послышалась неловкость. — Есть… Кхм… Есть несколько объяснений того, почему ваши с хозяином ауры похожи. Первое — вы вступили в контакт с темной материей, после чего она попала внутрь вашего тела, вызвав тем самым заражение, и тогда вы в огромной опасности, ведь вышеописанная материя невероятно токсична. Однако эта теория рушится из-за отсутствия ухудшения состояния вашего организма. Второе не менее ошарашивающее предположение — вы носите под сердцем дитя, созданное Тьмой, — тут он заметил, насколько неописуемым стало лицо принцессы Ночи — оно буквально кричало о том, что подобного не случилось и никогда бы не произошло. — НО… Прежде, чем вы отправите меня в Ад за столь смелое заявление, мне стоит сказать, что такое невозможно из-за физиологических особенностей хозяина и его неприязни к вам и леди Селестии…       — Это все? — более раздраженно спросила Луна. Отчасти из-за того, что демон буквально обвинил ее в том, что она переспала с Джеком настолько, что это дало… Подобное предположение… Но слова о том, что это невозможно, лишь немного успокоили ее, ведь по морде Чешира было понятно, что есть что-то еще.       — Вообще-то… Есть еще одно предположение, однако оно точно так же невозможно, как и предыдущие две теории.       — И в чем же оно заключается? — все также раздраженно сказала Луна. — Я готова к чему угодно.       — Оно заключается в том, что… — Чешир провел копытом по затылку. — Что вы, леди Луна, принадлежите к роду так называемых Эвелимов — детей Элементалей.       В который раз аликорн ошарашенно уставилась на кота-демона. Он был прав по всем фронтам — подобное предположение было абсолютно невозможным, учитывая то, что она услышала ранее. Да и… Да и подобные заявления были просто оскорблением не только для чести принцессы, но и для чести ее матери, которая, по мнению Луны, никогда бы не пошла на то, чтобы изменять их с Селестией отцу. Тем более с кем-то вроде Джека…       — Ты прав, Чешир… — более возбужденно от накатившей злости сказала принцесса. — Это —самая невозможная теория, которую я когда-либо слышала о себе… И она ни черта не объясняет моего состояния!       — Как раз-таки, наоборот, принцесса, — задумчиво сказала Аврора. — Если вы действительно Эвелеим, это может объяснить многое. В том числе и то, что я тоже чувствую сходство в вашей ауре и ауре отца.       — Но Чешир же сказал, что это невозможно из-за того, что Салдавейрон чисто физически не может иметь детей. Тогда как бы появилась я, если бы… Если бы наша с Селестией мама пошла бы на нечто подобное… С таким-то чудовищем…       — Леди Луна, я прошу прощения, если подобное оскорбило вас, но…       — Твои слова оскорбляют не меня, демон, а честь моей матери! — принцесса разошлась не на шутку. И чем сильнее была ее ярость, тем ярче становилась темная аура, что отчетливо улавливалось Авророй и самим Чеширом. — Потому я требую немедленно прекратить подобные заявления и теории!       — Как скажете, леди Луна… — смиренно сказал кот и поклонился аликорну. — И прошу простить мне столь резкие заявления, и, если я задел честь вашей матушки.       — То-то же… — грозно ответила принцесса и быстрым шагом ушла из зала.       Боже, что же я делаю, пронеслось в голове у Луны уже спустя минуту после того, как она оказалась вне пределов зала. То, как она общалась с Чеширским котом, было недопустимо для нее не то, что как для принцессы, но и как для простой пони. Чешир был ни в чем не виноват, когда выдвигал свои теории — он просто старался помочь ей прояснить происходящую ситуацию. Однако вновь эта вспышка агрессии.       — Быть может, Салдавейрон был прав… — пробубнила Луна, открыв дверь в свою комнату. — И я действительно начинаю терять над собой контроль, из-за чего мне лучше не вмешиваться в дальнейшие события…       Он лжет…       И снова этот голос… Голову принцессы внезапно пронзила головная боль, а вместе с тем вернулся и голос. Тело свело судорогой, из-за чего принцесса Ночи просто рухнула на свою кровать, приняв позу эмбриона.       Ты прекрасно знаешь, что он лжет… Как и все… Все лгут, Луни, и тебе еще предстоит убедиться в этом.       — Заткнись… — схватившись за голову, прошипела Луна. — Заткнись-заткнись… ЗАТКНИСЬ!       И… На этом все стихло… Боль в голове и судорога в теле стихли, позволив принцессе двигаться. Как только она почувствовала свободу, сразу подскочила со своей кровати, начав судорожно оглядываться. Луна и сама не поняла, кого она пыталась высмотреть во внезапно появившихся по всей комнате тенях. По крайней мере, до тех пор, пока ее взгляд не упал на достаточно крупное зеркало, стоявшее в дальней части комнаты и, как следствие, самой затемненной. Темнота все же не скрывала того, кто прятался за холодной гладью стекла, в котором должна была отражаться сама Луна, однако… Ее отражения там не было. Но там кто-то стоял. Кто-то гораздо выше принцессы Луны, сливаясь с темнотой. Принцесса бы проигнорировала это, ссылаясь на собственную тень, однако было в этом облике то, что вызывало у принцессы неподдельное чувство страха — два ярких голубых глаза с вертикальным зрачком, насмешливо смотрящие на нее. Найтмер Мун…       — Т-ты… — тихо произнесла Луна, медленно начав подходить к отражению. На ее удивление, отражение синхронно ей двигалось в ее сторону. Шаг за шагом — движения были полностью идентичными и синхронными движениям принцессы, и чем ближе они становились друг к другу, тем отчетливее становились очертания той, кто была по ту сторону зеркала. — Н-нет… Т-ты… Это не можешь быть ты…       — И, тем не менее, это я, — послышался знакомый, слегка хрипловатый и более низкий голос Найтмер Мун, а сама она показала свое лицо на свет. Черная шкура, эфирная грива синего оттенка, окруженная фиолетовым обрамлением, светло-голубая тонкая броня, покрывающая ее голову и клыкастая улыбка. — Рада снова увидеть тебя, мое дорогое альтер-эго.       — Н-нет… Я — настоящая, а ты — всего лишь плод моих эмоций.       — Но я живее всех живых, несмотря на то, что ты пыталась избавиться от меня и не один раз.       — Что… Что тебе нужно от меня? Я… Я больше не испытываю тех чувств к Селестии, так что не дам тебе выйти на свет.       — Знаю… — Найтмер Мун хищно улыбнулась. — Точно так же, как и то, что это все временно. Настанет день, моя дорогая, когда я освобожусь от тебя навсегда, и вот тогда Эквестрия будет погружена в вечную ночь и ни ты, ни твоя сестра, ни ваши питомцы-Элементали не смогут остановить меня.       — А если мы снова используем Элементы Гармонии… — Луна зацепилась за ту единственную соломинку, которая у нее была. — Один раз они тебя уничтожили — уничтожат и во второй.       На лице Найтмер Мун появилась странная, отчего-то знакомая принцессе улыбка. Такое лицо обычно делал только… Джек… В те моменты, когда хотел показать никчемность своего оппонента.       — Элементы причинили мне вред лишь потому, что я была заперта в ТВОЕМ теле. И когда я обрету СВОЕ тело, ничто меня не остановит.       — Этого никогда не произойдет, ты… Чудовище…       Послышался низкий грудной смех со стороны зеркала. Очевидно, что смеялась Найтмер Мун, однако из-за тени, опустившейся на ее лицо, саму пони видно не было.       — Чудовище… — издевательски произнесла Найтмер Мун. — Ты и без меня знаешь, кто среди вас настоящее чудовище… А из нас двоих… Кто угрожал мне смертью? Кто использовал силы Тьмы, чтобы извлечь из себя зарождающееся тело? Ты фактически убила меня, так что, дорогая Луна, я сделаю все, что будет в моих силах, чтобы превратить твою жизнь в Ад. В лучшем случае ты сама полезешь в петлю…       — ЗАМОЛЧИ! — воскликнула Луна. — И уйди из моей головы, монстр!..       — Как скажешь, Луняша… — ответила Найтмер Мун и повернулась к Луне спиной. — Сейчас я уйду, но вернусь вновь и так будет до тех пор, пока ты не сломаешься… До встречи, принцесса… Еще уви…

***

      — А-А-А! — воскликнула Луна и резко поднялась в своей кровати.       За окном уже стояла глубокая ночь. Комната была погружена в темноту, а единственное, что освещало и без того темное помещение, это луна. Быстро взглянув в сторону зеркала, принцесса не увидела никого, кроме себя — испуганной, покрытой холодной испариной и тяжело дышащей пони-аликорна. Еще раз оглядевшись и никого не обнаружив, Луна смогла облегченно выдохнуть и снова положила голову на подушку.       — Это всего лишь сон… — тихо произнесла принцесса. — Всего лишь чертов сон…       Она могла бы скинуть все это на сон, однако несмотря ни на что, в ее голове все еще теплились мысли о том, что не все увиденное ею было сном. Но Луне не удалось поразмышлять об этом, так как дверь в ее комнату открылась. Памятуя об увиденном во сне, принцесса Ночи сильно напряглась, но не успела ничего сделать, так как увидела, что в проеме стоит Селестия.       — Доброй ночи, Луна… — тихо произнесла принцесса Солнца и прошла внутрь комнаты.       — Боги мои, Тия… — выдохнула Луна. — Ты меня напугала…       — Извини… — улыбнулась старшая принцесса. — Но… Все в порядке?       — Да, я в норме, но… А когда кончилось ваше занятие с Салдавейроном и Хедейром?       — Несколько часов назад. Солдаты очень быстро освоились со своими новыми доспехами, так что… Думаю, в ближайшие дни мы будем выступать против Люцифера.       — Да уж… — выдохнула Луна. — Это хорошо…       — Послушай, — Селестия села рядом с кроватью Луны, — я знаю, что Салдавейрон отстранил тебя от дальнейших действий, но… Я не думаю, что это повод расстраиваться.       — Я не расстроена, Тия, просто… Кошмар приснился.       — М-м-м… Расскажешь, о чем он был?       — Да так… Я уже и не помню…       — Луна… — более строгим голосом сказала Селестия. — Твой кошмар… Он о Найтмер Мун?       Младшая принцесса глубоко вздохнула.       — Да… — тихо ответила она. — Да, Тия, мой кошмар был о Найтмер Мун.       Селестия что-то задумчиво пробурчала.       — Думаешь, я сошла с ума? — с грустной иронией спросила Луна. — Почти три года прошло, а я все еще… Зациклена на этом… Но… Клянусь, я все еще слышу ее голос в своей голове… Она обещает, что выберется, что подчинит себе Эквестрию и никто не сможет ее остановить.       Далее Луна говорить не смогла, так как почувствовала, как к ее горлу подкатил тяжелый и горький ком, а на глаза начали наворачиваться слезы. Селестия же сочувственно посмотрела на свою сестру, села на кровать и обняла ее. Она понимала, что тема Найтмер Мун для Луны является самой больной, потому разговор об этом должен был быть наиболее мягким, а лучше и вообще не поднимать эту тему. Однако избежать очередного разговора об этом не представлялось возможным, не теперь.       — Я понимаю, что это непросто, Луна… — как и в прошлые разы сказала принцесса солнца. — Однако…       — Да-да, я знаю, что ты скажешь… — пробурчала ночная принцесса. — Что это надо преодолеть, что все будет хорошо… Я уже слышала это…       — Но я не перестану повторять это, ведь хочу, чтобы у тебя все было хорошо.       — Я понимаю это, Тия, но… Давай обойдемся без этого. И без этого странностей хватает.       — Знаешь, по правде сказать, странности не только у тебя, — Луна озадаченно уставилась на сестру.       — Ты о чем?       — Понимаешь, у меня тоже… Появилось что-то странное. К примеру, когда мы были в Гибрионе, и Салдавейрон использовал душу для того, чтобы активировать тамошние технологии, я… Я буквально увидела то, что пережил владелец этой души. Когда я сказала об этом Салдавейрону, он выглядел чересчур озадаченно. Откровенно говоря, в тот момент я впервые увидела его в таком состоянии.       — Ого… Интересно, почему это его так удивило…       — Думаю, из-за того, что увиденное явно для моих глаз не предназначалось. Смертные, по мнению Салдавейрона, не способны на такое, если у них нет каких-то особых талантов.       — Мир полон сюрпризов, как мы видим, — улыбнулась Луна и утерла глаза. Улыбка появилась и на лице Селестии.       — Его любимая фраза…       — Угу… Кстати, ты так и не рассказала, что вы видели в тех мирах, в которых были.       — Ну… Не было подходящего времени…       — Теперь, ты можешь рассказать… Будет любопытно послушать.       — Гидриона, по крайней мере, из того, что мы видели, как бы это попроще сказать… Мир — желе…       — Желе?       — Угу… Земля там липкая, влажная и холодная, а еще очень прочно удерживает тебя и, подобно зыбучим пескам, может утянуть тебя вниз.       — Боюсь представить, как местные существа выживали там и какими вычурными они были.       — Боюсь огорчить тебя — те миры, в которых мы были, оказались вымершими. То есть никаких живых существ там не было.       — М-м-м… Жаль… Ну да ладно, и… Что было в этой… Гидрионе?       — Холодно, мокро и тягостно… А еще нам пришлось немного побороться с местной системой охраны.       — Так-так-так… Ты же сказала, что мир мертвый.       — Я имела в виду, что там нет коренных жителей, а система охраны… Какие-то мелкие механические твари.       — Ого…       — Да уж… Салдавейрон говорил, что раса того мира была высоко развита в этом плане, так что… Можно сказать, они продемонстрировали это.       — Понятно… А что там с другим миром.       — Знаешь, Луна, второй мир, который мы посетили, был, пожалуй, самым необычным, с точки зрения поведения самого Салдавейрона в нем. Помнишь тот параллельный мир, в который отправилась Твайлайт за своей короной?       — Угу…       — Тот мир был чем-то похож на тот, однако, как я говорила раньше, тоже мертвый. Огромные здания, практически достающие до неба, множество следов некогда мощной цивилизации, однако все это поросло разными растениями, сотворив просто неописуемый пейзаж. Это… Это сложно объяснить на словах… Такое надо увидеть своими глазами.       — Надо же… Другой мир настолько заворожил тебя, Тия. Аж глаза засверкали.       — Да, наверное… — несколько неловко засмеялась Селестия. — Однако затем произошло совсем уж необычное. Как оказалось, у Салдавейрона там был свой дом и… Аврора говорила о том, что та земля — ее родная. И они жили там, как я поняла, с самого ее детства. Дом был действительно большой — почти такой же, что сейчас стоит на Холме Тени, по объему. Ха-ха… Помню, Шайнинг Армор и Салдавейрон очень быстро уехали от нас на какой-то механической штуке. Ох, как он потом ругался на него… Но так по-доброму…       — Хм… Ну, это неудивительно — Шайнинг Армор и Салдавейрон довольно неплохо сдружились за то время, что прошло со свадьбы.       — А потом мы все дружно провели время в том доме. Салдавейрон восстановил его, и я увидела, каким он был века назад… В то время, когда тот мир был жив…       — И что? Все — темное и мрачное? — улыбнулась Луна.       — Как раз-таки наоборот… Дом был ярким и светлым… Я бы сказала, что в нем больше улавливается характер Авроры, нежели ее отца.       — Хм… Удивительно даже, что он не решился сделать что-то в своем духе.       — Знаешь, Луна, даже здесь, в его эквестрийском доме, есть что-то схожее с тем, что я видела в том мире. То ли стилистика в полном смысле, то ли какие-то детали… Не могу сказать точно.       — Знаешь, что я могу сказать? — улыбнулась ночная принцесса. — Что мы на полном серьезе обсуждаем жилище Салдавейрона.       — Ха-ха, да уж… Это самое странное, что можно обсуждать в данной ситуации, — усмехнулась Селестия. — Но… Хм…       — Что такое, сестра?       — В том доме… Все было как-то… Я даже не знаю, как это объяснить…       — Не торопись — подбери слова.       — Тут дело не в том, чтобы подобрать слова, Луна. Просто вспоминая ощущения, которые я испытала в том доме, можно описать, как… Теплые…       — Теплые?       — Угу… Несмотря на то, что в том доме одновременно находились Древнейший, демон и несколько смертных пони, атмосфера была такая, будто бы мы все были соседями и просто зашли к одному из нас в гости. Такие странные ощущения, из-за которых ты забываешь, что находишься в другом мире.       — Надо же… Видимо, это путешествие произвело на тебя куда большее впечатление, чем я могла подумать.       — А ты думала, что я заскучаю? — улыбнулась Селестия.       — Думала, что Салдавейрон из-за неприязни к тебе не возьмет тебя, а попробует решить все сам.       — Хм… Прикрыть тылы никогда не бывает лишним и, мне кажется, он понимает это.       — Да уж…       — Ну раз я рассказала, что было, теперь и ты поведай, как вы с Чеширом сработались.       — Смотря на Чешира, я понимаю, что в нем больше от кота, чем от демона. Будь наоборот, он не был бы таким добрым и заботливым. Кроме того, у него есть… Опыт в дипломатических переговорах.       — Ты о том, что было по прибытию королевы Кризалис?       — И о Каденс тоже. Сама понимаешь, настроена она несколько… Враждебно по отношении к Кризалис, и ей хотелось высказаться о своем недовольстве прямо на переговорах. Как ты понимаешь, это могло бы стать помехой, причем достаточно сильной, и все это понимали. Чешир, как оказалось, тоже, потому он на каждое эмоциональное слово Каденс находил по три, с твердыми аргументами. В конце концов, она сдалась и перестала пытаться вставить свои пять битс.       — Надо же… Кризалис, я так чувствую, была в полном восторге.       — Если и так, она постаралась не показывать этого, но, что происходит за закрытой дверью, остается за закрытой дверью, так что я не исключаю пламенные благодарности в адрес Чешира. В остальном… Он показал себя как тот, кто не лишен эмпатии. Я бы даже сказала, что это чувство в нем порой доходит до критической точки.       — Слишком заботлив? — улыбнулась Селестия.       — Не то чтобы… Просто очень много внимания, а я… Я к такому не привыкла.       — Понятно… Что ж, теперь же остается надеяться, что у Салдавейрона и Хедейра есть план дальнейших действий.       — Это было бы отлично… И, судя по тому, как подходят к вопросу оба Древнейших, они настроены серьезно.       — Меня беспокоит только одно — Салдавейроном движет чувство мести по отношению к Лилит.       — За то, что она его одурачила?       — Угу… По правде сказать, она одурачила всех нас и понять его можно. Но волнует меня то, что он может действовать чересчур импульсивно.       — Он не выглядел как тот, кто хочет действовать как можно быстрее.       — Но он поддается эмоциям. Помнишь, что было, когда Хедейр пришел впервые?       — Да… Тот удар мы почувствовали даже здесь. Ладно, Тия, тебе нужно ложиться спать. А то я пропустила весь день, а вы работали.       — Не такая уж напряженная была работа, — улыбнулась Селестия, после чего ее лицо приняло куда более серьезные черты. — Если ты уверена, что все в порядке, то…       — Я в порядке, Тия, — улыбнулась Луна, поднялась с кровати и направилась в сторону выхода из комнаты. — Куда, кстати, подевался Блюблад? Последний раз, когда я его видела, он выносил нам мозг одной из своих претензий.       — Хотела предложить Салдавейрону записать его в солдаты, но что он, что Хедейр ответили категоричное нет, после чего выслали его.       — Боюсь даже спросить, когда он успел вынести мозг ИМ… — Селестия неопределенно пожала плечами. — Понятно… Что ж, спокойной ночи, Тия.       — Луна, ты точно уверена, что все в порядке? В последнее время слишком много странностей происходит, так что…       — Я точно в порядке. Да и помню, что Салдавейрону все нужны выспавшимися, то есть я еще приду.       — Что ж… — сдалась Селестия. — Как скажешь…       С этими словами Луна покинула собственную комнату. При Селестии она старалась не показывать этого, однако на душе у нее скребли кошки. Найтмер Мун вновь дала о себе знать, причем еще и настолько ярко. Новое тело… Неужели то, что Джек вытащил из нее некоторое время назад, росло в качестве тела для?.. А что бы стало с ней самой, дойди все до конца? Думать об этом Луна не хотела… Раз того… Существа в ней больше нет, значит, и Найтмер Мун не обретет тело. Однако ее слова о скором возвращении все равно не внушали спокойствия в сознании принцессы. Надо было найти Джека и поговорить с ним об этом. Но где его искать? Темный был таким существом, которое в ночное время можно было бы назвать вездесущим. Кроме того, он мог продолжать разведывать территории вокруг Кристальной Империи. И, вероятней всего, так и было, так что… Но Луна не успела толком подобрать слова, которые она будет говорить черному пони, если встретит его, как чуть не врезалась в кого-то… Отойдя на пару шагов назад и подняв голову, принцесса увидела, что это был Хедейр. Его доспехи, слегка светящиеся на солнце, под покровом ночи чуть ли не сверкали настолько ярко, что хотелось отвести взгляд.       — Боги, Хедейр… — выдохнула Луна. — Ты меня напугал…       — Прости за это, Луна… — улыбнулся Свет. — Надеюсь, твое состояние стало лучше, чем было днем.       — Селестия рассказала?       — Она беспокоилась о тебе, поскольку тебя долго не было видно. Насколько мне известно, проявление сестринской заботы — одна из черт смертных. По крайней мере тех, что связаны родственными связями.       — Да уж… Твои слова звучат так, будто тебе все это чуждо…       — Не то чтобы чуждо, Луна, просто… Как бы это сказать… В новинку… Я не жил со смертными бок о бок, как брат, поэтому многого о них не знаю. Хотя, если отталкиваться от его слов, что и он не все знает о вашем виде, можно сказать, что мы недалеки друг от друга. По крайней мере, он разбирается в отношениях между отдельными представителями лучше меня. Так что… Что произошло с тобой?       — Сонливость накатила… — соврала Луна, хотя понимала, что врать Древнейшим бесполезно. И по лицу Хедейра она поняла, что он прекрасно осознает ее ложь. — Ты же понял, что я говорю неправду?       — Да… Но я также понимаю причины лжи, которыми может быть что-то личное, потому я не стану тебя расспрашивать. Но мне крайне любопытно узнать, как твое самочувствие на данный момент.       — М-м-м… Все в порядке… Я немного вздремнула и мне стало лучше, так что…       — Хм… Что ж, меня это радует… Однако все еще удручает то, что вы с Салдавейроном разошлись на достаточно громких тонах… Как я понял, он отстранил тебя от дальнейших действий.       — Угу… — выдохнула ночная принцесса. — Сказал, что не потерпит неподчинения, которое я высказала, когда… Вмазала тебе…       — Возможно, он отреагировал слишком бурно…       — С ним можно будет поговорить? Если он в замке, конечно.       — Нет, здесь его нет, Луна, так что… Я могу передать ему твои слова, когда он вернется.       — Нет, мне бы самой с ним поговорить… Это… Касается только его и меня.       — Даже боюсь представить, что может связывать вас. По крайней мере, если это настолько лично.       — Ничего такого! — воскликнула Луна. — Просто… Он помог мне кое с чем некоторое время назад и мне хотелось бы поговорить с ним об этом.       — Понятно… Что ж, не стану допрашивать, однако повторю, что Салдавейрона здесь нет.       — Не знаешь, когда он вернется?       — Скорее всего, утром. Он говорил, что примечал места, где будет удобнее всего разместить войска, но сейчас ему нужно убедиться в их «чистоте».       — А ты почему не с ним? — с интересом спросила Луна.       — Не хочу раздражать брата дольше необходимого. Кроме того, у меня есть еще работа, которую нужно закончить — некоторые перевертыши пожаловались на то, что не могут забирать энергию из своих батарей. Таких случаев всего с десяток, но нужно найти проблему до того, как начнутся боевые действия.       — Понятно… Что ж… Кхм… Думаю, тогда нам нужно разойтись…       — Тебя что-то беспокоит? — внезапно спросил Хедейр. — В твоих глазах отчетливо видно, что ты умалчиваешь о чем-то серьезном — о том, что может породить кучу проблем в нашей ситуации, потому я рекомендую тебе поделиться этим.       — Ты же сказал, что не будешь лезть в это…       — Тем не менее… Изменения в твоем поведении настораживают, а умалчивание о волнующих тебя вещах лишь утверждает мою теорию о серьезности всей ситуации. И ты можешь не говорить, что это все ложь — Древнейшего сложно обмануть подобным.       — Р-р-р, ну и?! И что ты хочешь сказать?! Раз уж ты Древнейший, то, скорее всего, знаешь о том, что происходит. А раз знаешь ты, знает и Салдавейрон и, так как живет тут дольше, то и понял он что-то раньше.       — Скажем так… У нас есть несколько теорий того, что происходит с тобой и твоей сестрой.       — Значит… Значит, то, что происходит с Селестией, имеет какое-то отношение ко мне?       — Не факт… Скорее всего, твое состояние объясняется тем, кем ты была раньше. Точнее, как последствие…       — Хочешь сказать, что я спятила?! Тогда каким образом Салдавейрон вытащил из меня паразитическое существо, состоящее из темной материи?       — Твое тело породило… Паразита из темной материи? — переспросил Хедейр. По нему было видно, что он удивился подобному заявлению Луны и, слыша правдивость в ее голосе, понял, что она не шутит. Сама же принцесса поняла, что скрывать подобное особенно после сказанного, бесполезно.       — Да… Был момент, когда он почувствовал это существо внутри меня и извлек, сказав, что оно больше не потревожит меня. И подобное меня более не тревожило, но… Во снах мне все еще продолжает приходить то, во что я превратилась тысячу лет назад… Она тихо нашептывает, угрожает мне, говоря, что рано или поздно вырвется наружу и тогда ее уже не остановят. Учитывая то, что один раз я уже превращалась в нее, я очень сильно беспокоюсь из-за того, что все может повториться.       — Понимаю… Но… Почему ты считаешь, что Салдавейрон сможет помочь тебе?       — Потому что, как он говорил, тот паразит создан из темной материи, так что, он допустил, что мог занести это нечто внутрь меня во время своей атаки, когда… Ну… Когда началась кровавая бойня.       — Хм… — задумчиво произнес Хедейр. — Не пойми меня неправильно, однако будь это заражение темной материей, ты бы достаточно быстро умерла.       — Почему же? — не поняла Луна.       — Темная материя как субстанция чрезвычайно токсична. Даже для ангелов… Так что, попади эта материя тебе в кровь, ты бы умерла, причем достаточно быстро.       — Тогда… Тогда что со мной происходит? Почему, когда с Найтмер Мун было покончено, я все еще вижу и слышу ее?       — Есть несколько теорий относительно этого, но они все рушатся на корню, потому озвучивать их нет смысла. Мы с Салдавейроном успели проговорить их и поняли, что они и гроша не стоят.       — То есть вы, Древнейшие, все-таки ничего не знаете.       — Если это касается тех неточностей, о которых мы говорили с братом, да — нам мало что известно, но я думаю, что ты придаешь призракам своего прошлого слишком большое значение. В этом, кстати, ты сильно напоминаешь мне Салдавейрона. Можно было бы даже сказать, что у вас куда больше общего — как у отражения в зеркале — присмотрись, и ты найдешь схожести и различия.       — Ха-х… Похожи… — саркастично прошипела Луна и медленно подошла к Хедейру, после чего ткнула его копытом в грудь. — Я никогда не была или буду похожа на то существо, коим является твой брат. Каким бы добрым он ни казался или как бы ни помогал пони, он был, есть и останется чудовищем, которое похоронило по меньшей мере больше сотни пони и, если верить рассказам о пустых мирах, миллиарды других существ. Так что не смей сравнивать меня с тем, кто сотворил столько зла.       — Очень странно слышать подобное от тебя — той, кто смогла найти общий язык с ним.       — То, что мы хорошо общаемся, не значит, что я забыла обо всем. И вряд ли когда-нибудь забуду то, что увидела в тот день.       — Как скажешь, Луна… И думаю, тебе нужно пойти и отдохнуть. Если Салдавейрон вернется раньше, чем утром, я передам ему твои опасения относительно Найтмер Мун, но пока что, постарайся не придавать этому особого значения — так будет легче.       — Ладно… — невесело кивнула принцесса. — Ладно… Доброй ночи, Хедейр.       — Доброй ночи, Луна… — ответил Свет и проводил принцессу взглядом. Тогда он не сказал ей, но отчетливо почувствовал, как витавшая вокруг нее аура становилась все сильнее и сильнее. Чем-то она напомнила Хедейру снежный ком, скатывающийся по заснеженному склону горы, которой можно было бы дать невероятную высоту, однако в свете того, что Второй увидел, он сильно усомнился в высоте данной вершины. Скорее, это был небольшой холм, а ком превратился в ледяную бомбу, собирающуюся взорваться в любой момент.       И как только дверь, в которую вошла Луна, закрылась, Хедейр начал меняться. Его тело несколько вытянулось вверх, блестящая до того момента броня, стала резко тускнеть, пока не сменила серебристый блеск на черный матовый оттенок. Яркие желтые глаза стали огненно-оранжевыми. И после нескольких секунд метаморфоз на месте Хедейра стоял Джек собственной персоной. И выглядел он явно озадаченно. Он не подтвердил ту теорию, которую ему высказал и посоветовал проверить Второй, однако появилась почва для того, чтобы сильно задуматься о том, кем или чем является принцесса Луна на самом деле… Если теория окажется подтвержденной, то… Но так не могло быть…

***

      — Как там Луна? — спросил Хедейр, когда услышал звук открывавшейся двери. Тут же позади него раздалось хриплое «Хм».       — Жалуется на то, что ее темное альтер-эго вновь себя проявляет, — ответил Джек, облокотившись на стену спиной, и скрестил копыта на груди.       — Понятно… А что с ее аурой? Подтвердилось то, о чем мы с тобой говорили или нет? На несколько минут повисло молчание. Хедейр сразу понял — его брат ищет такой ответ, чтобы отмазаться и проигнорировать реальность, которая могла подложить ему неожиданный сюрприз. Чувствуя это, он повернулся к черному пони, — Темному достаточно сложно давалось сокрытие эмоций от чего-то подобного, он действительно обдумывал ответ. Или же делал вид…       — Салдавейрон? — Джек тут же пришел в себя и повернул голову к брату. — Все в порядке?       — Да, я просто… Задумался о дальнейшем, если тебе так угодно. О плане действий на последующие дни.       — И что надумал?       — То, что завтра или послезавтра надо будет начинать полный сбор войск и дальнейшую их высадку на территорию Кристальной Империи.       — Считаешь, что пора объявлять наступление? — спросил Хедейр, после чего перешел на язык Древнейших. По нему было видно, что он что-то услышал или почувствовал, потому черный пони решил обойтись без вопросов. — Каковы шансы, что первый же демон не размажет их по полу?       — Они значительно выше из-за брони, что ты собрал, — ответил Джек на том же языке.       — Не сыграет ли тут эффект консервной банки? Снаружи броня будет целой, но внутри нее мертвое мясо…       — Не думал, что ты будешь сомневаться в своем же детище.       — Я и не сомневаюсь, однако и ты сам говорил о том, что не знаешь, с чем нам предстоит сражаться.       — Демоны есть демоны, однако… Когда я пролетал в последний раз мимо Кристальной Империи, то почувствовал странный всплеск. Темный, как, если бы там находилась целое озеро из темной материи. Поэтому, что бы Люцифер там ни строил, он активно задействует для этого свежеприобретенную силу. И раз там улавливается подобная сигнатура, это значит, что тело Люцифера не только адаптировалась к темной материи, которую использовала Лилит, в чем я не сомневаюсь, но еще и способно воспроизводить ее. Сложим это и то, что в нем есть сила Хеллы, и уже получаем существо, которое может потягаться с нами силой. Потому Люцифера возьму на себя.       — Потянешь его? Я создал Самаэля, как олицетворение истинной силы… Физически он может быть лишь несколько слабее меня, а ты и сам знаешь, сколько во мне силы.       — Да… — слегка потянувшись, ответил Джек. — Я помню, что ты тот еще танк, если сам того желаешь… — тут он повернулся к Хедейру, что с задумчивым видом сидел за столом. — Разрабатываешь очередную побрякушку?       — Какое там… — ответил Свет. — Я вот думаю… Ха, наверное, это прозвучит глупо, но… По меркам смертных… Кем мы с Селестией приходимся друг другу? Получается, я породил ее, стало быть…       — Ты не ее отец, если хочешь сказать об этом, — совершенно спокойно, даже холодно, ответил черный пони. — И объяснить почему? Ты сам признал, что создал ее, как свою новую оболочку. Рискну предположить, что и ее становление, как аликорна, не прошло без участия той частицы, которая была в ней.       — Ее сила находилась в спящем состоянии. Ты и сам знаешь, что это ничего не значит для обладателя.       — А ты плохо знаешь Эвелимов. Их сила никогда не находится в дремлющем состоянии. Просто из-за отсутствия контроля над ней, отдельно взятый субъект может как проявлять, так и не проявлять никаких экстраординарных способностей. Чаще всего, второе… Взять хотя бы тех двух девчушек, которых я встретил в мире людей. Если память не изменяет, в их силы входили воздух и вода. И их ауры не были скрыты — напротив, чувствовались отлично. Быть может, с Элементами первого порядка так и есть — они видны тем, кто может видеть, но сами носители могут использовать их разве что после получения контроля. Про второй не знаю… Сталкивался с одним из таких уже тогда, когда его сила цвела и пахла. Да и был он, отчасти, демоном, так что… Тем не менее, не накручивай себя по поводу того, что можешь стать папашей. Первое, я уже говорил, ты создал Селестию, как новую оболочку. Второе, ей уже за три тысячи лет. Немного по меркам Древнейших, но для смертных это невероятный срок, за который наша общая знакомая успела повзрослеть и выйти из тех времен, когда ей был нужен отец. Да и, кроме того, отец ты хреновый…       — Пошел ты, Салдавейрон…       — Разве же я неправ? Но не об этом… Лучше тебе не привязываться к ней. Хорошим это не кончится.       — Думаешь?       — Уверен, Хедейр. Я — тот, кто на своей шкуре прочувствовал, какого это — иметь на себе такую привязанность, что и сам готов умереть. Несмотря на то, что я люблю Аврору всей своей сущностью, нести на себе такой крест — очень непросто. Кроме того, говорить о таком на фоне начала наступательных действий — не менее глупо. И ты понимаешь почему…       — Да уж… — выдохнул Хедейр. — Наверное, с моей стороны это выглядит странно, да? Я начинаю задумываться о том, кто для меня Селестия.       — Да, это очень странно и, что не менее важно, глупо. Потому что у тебя есть и свои дети, с которыми ты не наладил контактов и которых также создал, как вещи. Ты не меняешься, Хедейр: думаешь, что все, созданное тобой, — просто зверушки, за которыми интересно наблюдать и использовать. Я тоже так относился к ним, но не смотря на порочность этого вида — его лицемерие и алчность — я начал видеть в них нечто больше, чем просто зверей. Тебе же еще предстоит пройти тот переломный момент, однако вряд ли он произойдет, так как война с Люцифером окончится, и ты просто уйдешь. Впрочем, это не мои проблемы. А тебе… Тебе нужно абстрагироваться от этих мыслей.       — И как же? — с иронией спросил Хедейр.       — Ну… — протянул Джек, подошел к Свету и по-дружески хлопнул его по плечу. — Есть множество способов… К примеру, напиться…       — Хм… Пить просто ради вкуса… Ну такое себе…       — Поверь, даже Древнейший может напиться — по своему примеру знаю. Но, учитывая нашу воинственную природу, я могу предложить тебе спарринг.       — Предлагаешь подраться? — с усмешкой спросил Хедейр. — Разве это не то, чего мы пытаемся избежать?       — Спарринг — это не полноценная драка, а симуляция драки. По сути, тренировка между нами… А то солдат тренируем-тренируем, а про себя забыли.       — Хм… А мы замок-то не разнесем? Все-таки мы посильнее, чем простые смертные.       — Так я и не говорю, что надо сражаться в полную силу, — усмехнулся Джек. — Просто легкий спарринг… Нас, скорее всего, даже не услышат…       — Хм… Что ж, ладно… Давай наведем здесь чистоту и начнем — не хочу разгромить всю свою лабораторию.       — Погнали… — ухмыльнулся черный пони, и началась уборка.

***

      Два часа ночи… Именно такое время показывали часы в комнате принцессы Селестии. Было достаточно тихо — лишь шаги от патрульных солдат изредка слышались в коридоре. Умиротворение и спокойствие — в такое время редко что может пойти не так или разрушить ту мертвую тишину как-то иначе, однако сейчас случилась форс-мажорная ситуация. В комнату буквально ворвался один из часовых, которому просто невероятно повезло, что принцесса уже проснулась — как раз-таки из-за его торопливых шагов. В моменты мертвой тишины слух сильно обостряется. Настолько, что начинаешь распознавать тех, кто проходит мимо комнаты. Аккуратная, тихая поступь, легкий шепот, который легко улавливался даже в той тишине, что окутала комнату принцессы солнца, говорила о том, что это был стражник, спокойно осматривающий отведенные ему территории замка, а вот настолько быстрая, даже торопливая — в ней явно улавливалась если не паника, то очень взволнованное состояние. И вот в комнату ворвался патрульный — чем-то напуганный, несколько потрепанный — видно, что торопился, речь сбивчивая, ибо он и двух слов связать не смог. Однако через несколько секунд к патрульному пришло прозрение, и он смог выдавить из себя:       — Принцесса… Элементали…       Как только Селестия услышала слово «Элементали», в ее сердце закралось очень нехорошее предчувствие. Несмотря на то, что Джек и Хедейр, вроде как нашли общий язык самая маленькая проблема между ними могла зажечь пламя давней вражды, а учитывая то, что они все были на пороге того, чтобы начать полномасштабное наступление на Кристальную Империю, подобная потасовка была не нужна никому. Однако нужно было дать договорить пришедшему, ибо все могло быть куда страшнее, либо же куда проще.       — Что случилось?       — Элементали… — выдохнул патрульный, после чего глубоко вздохнул. — Элементали начали драку в лаборатории…       — ЧТО?! — воскликнула принцесса. — Как давно это началось?       — Толком… Толком не скажу… Услышал звуки… Заглянул, а там… Ну я сразу сюда и…       Однако в этот раз договорить он не успел, так как принцесса быстрым шагом покинула комнату. Все, что оставалось делать солдату, это идти за ней. Вскоре же ему удалось поравняться с правительницей.       — Итак… — слегка запыхаясь, сказала принцесса. — Какие-либо предпосылки к этому были? Вы слышали хоть что-то, что могло стать началом конфликта: ссору, поддразнивания друг друга?       — Ничего такого, Ваше высочество. Если они что-то говорили, я не особо понял.       — В каком смысле?       — Наречие, на котором они говорили… Никогда подобного не слышал, да и повторить не смог…       — Язык Древнейших, — вполголоса произнесла Селестия. — Неудивительно, что ты ничего не понял — этот язык доступен только им двоим, но… По интонациям ты мог что-то понять…       — Никаких намеков на конфликт, Ваше высочество… Они общались… Спокойно… Я бы даже сказал, настороженно… Из всех слов, что я услышал, самым понятным оказалось «Самаэль». Не знаю, что оно точно значит, но звучит как имя.       — Самаэль… — задумчиво повторила принцесса. — Обязательно уточню это у них, когда и если сможем разнять их.       Долго идти не пришлось. У распахнутых дверей уже собралось несколько пони, которые точно так же, как пришедшие, не понимали, что могло стать причиной для прямого столкновения двух Древнейших. Да, они были врагами слишком долго, однако же парочка смогла найти общий язык и не проявляла открытой вражды. Тогда вполне вероятно, что скрытая агрессия и напряжение между братьями накапливались и росли подобно снежному кому, стремительно катившемуся вниз до тех пор, пока на пути не встанет достаточно крупный камень, который раздробит и даст выход тому, что было внутри. Но… Откровенно говоря, принцесса ожидала увидеть самое страшное — разрушения, удары, по своей мощи сопоставимые со взрывом десятка самых крупных звезд, однако происходящее внутри комнаты между двумя Элементалями, скорее, напоминало какой-то странный танец, размах которого покрывал весь зал. Грациозные, плавные, но быстрые, как молния, движения, взмахи орудиями, лезвия которых соприкасались друг с другом раз в несколько секунд с силой, которая лишь немного превышала показатели среднестатистического жеребца. Выглядело это очень красиво, однако все же больше комично, чем серьезно, причем, судя по лицам пришедших, их это зрелище даже несколько развлекало, а сами Джек и Хедейр, очевидно, узнав, что за ними наблюдают, были рады показать, что не зря стали тренерами для остальных и что их слова не были пустым звуком, потому начали переходить в более активную фазу взаимного отражения достаточно вычурных, а иногда нелепо карикатурных, атак. Кажется, в образованной небольшой толпе даже послышался смешок — радостный, восторженный или настороженный, сказать было сложно, ибо он был достаточно тихим — настолько, что его можно было услышать лишь краем уха, и то вам бы показалось, что этот звук всего лишь обман вашего слуха.       Однако же сама реакция собравшихся не ограничивалась подобными смешками и пестрила куда большим количеством эмоций, чем могло показаться на первый взгляд, но, тем не менее, чем дольше все это продолжалось, тем спокойнее становилась атмосфера, а кто-то даже начал возвращаться в свои комнаты, дабы продолжить прерванный возникшей паникой сон. Вскоре же напротив двери остались только сама Селестия, которая уже не знала, какими словами будет ругать Древнейших за то, что они вызвали столь бурную реакцию, и Флаттершай, явно успокоившаяся от осознания того, что драка между братьями оказалась чем-то вроде тренировки. Когда же стало понятно, что представление более не имеет смысла, Джек и Хедейр резко остановились и убрали оружие.       — Да уж… — произнес черный пони. — Честно сказать, когда мы с тобой начинали, я не думал, что у нас появятся зрители.       — Если мне не изменяет память, ты говорил, что нас никто не услышит, — прохрипел Хедейр.       — Во-первых, все лгут, а во-вторых, стены все-таки не звукопоглощающие. Но, справедливости ради, ты не растерял формы с наших предыдущих встреч.       — Не так много времени прошло с нашей последней стычки.       — Только она завершилась не начавшись. Побарахтались в том озере да вынырнули.       — Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?! — послышался голос Селестии. — Какого черта посреди ночи мы все узнаем, что между сильнейшими существами на территории Эквестрии началась потасовка?!       — Да, Джек… — более робким, чем у принцессы голосом, сказала Флаттершай. — Что между вами снова произошло? Какое-то время назад вы уже схлестнулись здесь, а сейчас что?       — Отвечая на ваш вопрос — это была маленькая тренировка, — сказал Джек. — Учитывая происходящее, и нам с Хедейром было бы полезно посмотреть, кто на что стал способен с годами. Пардон, если наша «встряска» разбудила вас. В следующий раз будем тише.       — Давайте уж без следующего раза, — сказала Селестия. — Не хватало, чтобы замок оказался разрушен или, что еще хуже, кто-то пострадал.       — Есть, Ваше высочество… — саркастично отозвался черный пони, чем вызвал лишь изменение выражение лица принцессы с более спокойного на раздраженное.       — Остынь, Салдавейрон… — сказал Хедейр, подойдя ближе и словно преграждая проход между Селестией и своим братом. — Нам не нужна реальная драка.       — А никто и не собирается драться, — улыбнулся Темный. — Просто я не мог упустить шанс съехидничать над т… — тут он хотел было перейти на язык Древнейших, однако его взгляд на мгновение метнулся в сторону Флаттершай, после чего Джек мгновенно прикусил язык.       — Т?.. Что еще за «Т»? — спросила Селестия.       — Да так, макропринцесса… Слово с языка Древнейших, которое означает нечто очень грубое — то, чего тебе лучше не слышать.       — Что-то я не припомню чего-то по… — задумчиво сказала Флаттершай, после чего ее глаза округлились, а на щеках вспыхнул румянец. — О… Боги… Мои…       — И что там? — спросила Селестия, видя реакцию пегасочки.       — Нечто очень… Непристойное и пошлое… Поверьте, принцесса, вам действительно лучше не знать значения этого слова.       — Потому давайте отойдем от моих грехов к иным темам. Мы с Хедейром закончили, так что вы, как и все остальные, можете отправляться спать. Кроме того, макропринцесса, завтра мы начнем более детально прорабатывать план наступления. Начнем, пожалуй, часов в шесть утра. То есть у тебя есть еще четыре часа, чтобы выспаться.       — Кто еще будет участвовать в обсуждениях? — спросила принцесса.       — Я, Хедейр, ты, Кризалис и искристая. Сообщать тем, кто не присутствует здесь, нет необходимости, — они придут. Встретимся в вашем тронном зале до половины седьмого утра. Желательно, конечно, чтобы все началось раньше, но… Не хочу показаться расистом, но фактор смертных не идет вровень со строгой пунктуальностью. За сим, всем спокойной ночи…       С этими словами Джек прошел мимо Хедейра, Флаттершай и Селестии, покинув комнату. Несколько секунд спустя, послышался достаточно громкий хлопок, а это значило, что черный пони покинул замок. Куда он направился, было очевидно для всех, как и то, что иного выбора, кроме как подчиниться, не было, потому все довольно быстро разошлись по своим комнатам — Хедейр же остался в лаборатории. Несмотря на то, что в округе достаточно быстро стало тихо, в голове Света все еще стоял шум. В первую очередь от его собственных мыслей — в голове все не могло уложиться, что он и Джек снова дрались, но… Только не так, как раньше. Без злобы, без жажды убийства и прочего — больше для развлечения, даже несмотря на то, что это была тренировка. В конце это и вообще превратилось в игру со зрителями. И подобное нравилось Хедейру намного больше, даже несмотря на то, что они не отошли от своих «канонов». Второй даже не заметил, как на его лице появилась улыбка — добрая, явно счастливая, однако она быстро сменилась выражением предвкушения того, что будет далее. И по глазам было видно, что ничего хорошего не могло намечаться. Это будет большой день…

[Утром]

Это будет большой день… Эти слова летали по замку сестер-принцесс словно призрак, будоража сознание каждого, в чьей голове они были. Напряжение ощущалось превосходно, как и ощущение того, что надвигается нечто куда более страшное, чем могло бы показаться на первый взгляд. Однако, об этом предпочитали не говорить — не хватало поднять уровень накала до невидимого предела. Но напряжение теплилось не только в душах воинах, но и у тех, кто собрался в тронном зале. Как и было обговорено, собрание началось в шесть часов утра и ни минутой позже. Все собрались в удивительно — даже поразительно — точные сроки, так что затягивать не пришлось. Карта местности, кофе, небольшие шоколадные кексы — Джек подготовил все, что можно было для того, чтобы день начался куда более приятно, чем ожидалось в самом начале. Несмотря на серьезность мероприятия, подобный знак внимания со стороны черного пони вызвал улыбку у остальных. Однако времени думать о внезапно появившейся заботе Темного, времени не было, так как объявились и сами Древнейшие — ровно в шесть часов. Стандартные приветствия не заняли много времени, после чего началось обсуждение.       — Кристальная Империя, — сказал Джек, — окружена полусферой ледяной энергии, которая создает непроходимую ледяную бурю.       — Обойти получится? — спросила Селестия.       — Нет. Империя окружена полностью, и буря образует герметичную полусферу, диаметром в двести километров. Вместе с самой Империей… Так что, это что-то вроде щита. Пройти насквозь можно, однако трупы заледенеют на входе.       — Броня, что у нас есть, выдержит? — спросила Кризалис. — Она ведь состоит из эдемийского металла и темной материи, если верить вашим словам.       — Проверить прочность брони на этом этапе не удалось, — ответил Хедейр. — Потому мы обойдемся без риска.       — То есть? — не поняла королева.       — Я открою портал в ту часть Империи, которая не закрыта ледяной стеной, — ответил Джек. — По моим подсчетам это примерно пятьдесят седьмой километр от самой начальной точки. Думаю, это вполне возможно, так как никаких других защитных полей мне обнаружить не удалось. Но тут есть маленькая загвоздка.       — Это какая? — спросила Твайлайт.       — Он будет ждать нас, — ответил Хедейр и скрестил копыта на груди. — А вместе с ним и его армия, численность которой нам по-прежнему неизвестна.       — То есть попытаемся пойти в наступление, и сами окажемся под ударом? — сказала Селестия.       — Это неизбежно, — сказал Джек. — Мы считаем, что наилучшей тактикой будет рассредоточение войск по всему периметру. С каждым отрядом пони будет несколько перевертышей — по два-три солдата. С их способностями к трансформации и броней, пони смогут принять первый удар на себя, после чего остальные будут заниматься зачисткой тех особей, что остались вне зоны удара, — тут он заметил, что Кризалис несколько напряглась. — Все в порядке?       — Да, просто… — чуть приглушенным голосом ответила королева. — Просто… Просто мне не очень нравится, что моих солдат выставляют на передний план.       — Это необходимая мера, — сказал Хедейр. — Ты можешь быть спокойна за своих подданных. Если уж доспех выдержал удар Салдавейрона, то демонов выдержит точно.       — Уже все рассказал? — саркастично спросила Кризалис, повернув голову к Джеку.       — Хедейру требовались точные сведения относительно его брони — я дал ему наиболее точную и свежую информацию, а что может быть лучше стресс-теста прямо на месте, — Джек перевел взгляд на Хедейра, после чего вновь повернулся к королеве. — Так что, ты действительно можешь не беспокоиться — доспех выдержит.       — Ладно, и каков дальнейший план? — спросила Селестия.       — Количество отрядов будет равно двадцати. Они будут высажены здесь, здесь… — пока Джек говорил, он указывал когтем на отмеченные на карте точки. — Двадцатый и последний, в котором окажемся и мы с Хедейром, будет несколько больше остальных и пойдет прямо в лоб. Как только мы разгромим первую волну демонов, скорее всего, пойдут генералы и вот тогда придется повозиться.       — Есть что-то такое, что мы должны знать о генералах? — спросила Твайлайт. — А то за все это время нас тренировали только для боя с «первой волной».       — Потому что эти демоны — то, что вы будете сдерживать, — ответил Темный. — Генералов на себя возьмет Хедейр, благо, их немного. Кроме того, не все из них в подчинении Люцифера, так что…       — Кстати, все спросить хочу… — сказала Кризалис. — А где Бегемот? Что-то его не видно и не слышно уже с месяц.       — Демон сейчас в Аду, — ответил Хедейр. — Укрепляет тамошний фланг.       — И пытается связаться с остальными королями, — продолжил Джек. — Которые, судя по всему, не слишком-то верят ему.       — Не верят правителю своего мира? — спросила Твайлайт. — Как-то это… Странно…       — Я бы и сам не поверил, если бы не видел, — ответил черный пони. — Так что их реакция весьма и весьма понятна. И, хотя меня огорчает отсутствие поддержки со стороны владык тех территорий, если удержим Люцифера здесь, сможем избежать потерь среди населения Ада.       — То есть ты ставишь демонов в приоритет пони? — спросила Селестия, ошарашенная тем, что услышала.       — Нет, однако короли неспроста стали королями. Эти демоны обладают силой, гораздо большей, чем у простых демонов. И, помня пример Хеллы, — одной из королев, у каждого из них есть то, в чем заточена их истинная сила. У Хеллы это было ее сердце. И Люцифер смог поглотить ее силу… Но мы несколько отклонились от темы…       — Ты так и не ответил, что там с этими генералами. Если они нападут на нас, надо знать, чему мы противостоим.       — Из всех у Люцифера есть несколько «любимчиков» — с Азазелем и Лилит вы уже знакомы. А вот Асмодей и Молох — это уже другие ребята. Они живут словно в симбиозе и представляют собой самую типичную пару — мозги-мускулы. Асмодей — паукообразный демон и обладает схожими способностями: отличная маскировка, вместо крыльев четыре крупные хитиновые лапы с когтем на конце. Молох же — чистая грубая сила и невероятная ловкость для его габаритов.       — Габаритов? — переспросила Твайлайт. — И насколько он… Крупный?       — Его масса может нарастать, пусть и не бесконечно, — сказал Хедейр. — Однако если он захочет, то может стать крупнее меня и… Салдавейрона… А это определенно дает ему увеличение силы.       — Это не значит, что он нам не по силам, — перебил его Джек. — Для смертных может быть, но ты сможешь удержать его с его… Придатком…       — Кто-нибудь еще? — спросила Кризалис. — Из тех, за кого стоит волноваться?       — Многие из тех, что были с Люцифером с самого их попадания в Ад, в последствии стали королями, — сказал Хедейр. — А они, как я понимаю, подконтрольны действующему королю Ада.       — Угу… Насчет Аннет, Ортраса, Тамиэля, Хазакииля и Аркиэля можно быть уверенными, а это большинство королей. Если Люциферу не удастся прорваться в Ад, все будет отлично. А вам, ребята, — Джек повернулся к принцессам и королеве, — не стоит беспокоиться. Вашей основной задачей будет отражение первой волны и только.       — Тогда нужно будет разделить солдат на отряды, про которые ты говорил., — сказала Твайлайт.       — Уже, — ответил Джек. — Во время тренировок им было сказано разделиться по группам, так что и по поводу этого можно не волноваться. Единственное, Хедейр, выдай бравым ребятам мечи.       — Мечи? — в унисон переспросили главы.       — Ты уверен, Салдавейрон? — спросил Хедейр. — Орудия из чистого Света — это не игрушки.       — Сделай так, чтобы орудия были острыми, как бритва и не наделяй их большей силой. Этого вполне будет достаточно.       — Салдавейрон, погоди… — сказала Селестия. В ее голосе слышалась осторожность и опаска. — Разве это не чересчур? То есть это же еще тренировки ради подготовки, а, судя по тому, что ты созвал это собрание, наступление планируется в ближайшее время.       — Это будут самые обычные мечи, отличие которых сводится к остроте, практически безграничной прочности и все. За исключением этого, то будут обычные мечи, так что никакие особые тренировки не понадобятся.       — Оу… Ясно…       — Хедейр… Обеспечишь?       — После собрания, — ответил Свет.       — Отлично, — ответил черный пони и вновь повернулся к остальным. — Основную идею и план того, как будем действовать, я изложил, потому предлагаю вам изложить какие-либо свои идеи относительно расстановки войск и действий.       — Хм, а прозвучало так, будто у вас все схвачено, — улыбнулась Кризалис.       — Может быть, и схвачено, однако мы приветствуем любые изменения, потому что, честно говоря, план был составлен на коленке, — сказал Хедейр. — В основном потому, что многое на поле боя решит случай. Да и… Разделение войск на группы… Фактически это ослабление войск на переднем фронте, в котором будем мы все. Однако идти сплошной волной тоже не выход, ибо уже их войска к тому моменту могут быть разбиты на группы, которые будут атаковать со всех сторон. Кроме того, нам толком неизвестно количество солдат, которые есть у Люцифера, — только теоритически можно предположить, что может ожидать нас.       — Насколько все может быть плохо? — спросила Твайлайт.       — В худшем случае нас будут ждать целые легионы и орды демонов, — сказал Джек. — В лучшем — небольшая армия, но в этом можно усомниться из-за того, что Кристальная Империя быстро сдалась.       — И… Когда планируется наступление? — спросила Селестия. — То есть к какому времени?       — Об этом мы пока что думаем, — сказал Хедейр. — Но красная цифра на данный момент, — десять часов утра завтрашнего дня. Думаю, об этом нам еще предстоит переговорить с Салдавейроном, после чего объявить это всем солдатам разом, дабы они были готовы.       — Как будет проходить наступление? — продолжила принцесса.       — Мы с Хедейром ворвемся прямо в «горячую зону», разбив первые ряды демонов изнутри, попутно принимая на себя атаки дальнейших и пробивая путь дальше. Если же поползут генералы, их на себя примет Хедейр. Люцифера же я беру на себя… Что касается вас и остальных солдат — вы будете сдерживать тех, кто прорвется мимо нас. Как только Люцифер падет, демоны почувствуют тех, у кого есть сила, то есть меня и Хедейра, так что, прикажи им остановиться, и они остановятся. Такой вот план…       — Эм, Салдавейрон… — сказала Твайлайт. — Понимаю, что может прозвучать глупо, но… Понадобятся ли Элементы Гармонии? Просто как запасной план…       — Сильно сомневаюсь, искристая. Элементы — штука хорошая, но в нашей ситуации они могут оказаться полностью бесполезными, ибо Люцифер — не уроженец этого мира, да и… Думаю, в нем есть моя темная материя, а она способна выдержать влияние Элементов. Так что… Сама понимаешь…       — Да, конечно… — ответила молодая принцесса. — И… Что будем делать дальше?       — Я отправлю теневых разведчиков для финального осмотра территорий, — сказал Джек. — Если будут какие-то изменение, мы еще раз обсудим план действий. Если нет — нынешний план останется в силе. Думаю, ближе к вечеру-ночи, станет понятней, как и что. За сим, полагаю, наше маленькое собрание окончено.       — Полагаю, да… — сказала Селестия и повернула голову сначала к Кризалис, — королева ответила утвердительным кивком — потом к Твайлайт — та тоже молча кивнула. — Да, на этом все… На данный момент. Если будут какие-то изменения, я очень надеюсь, что вы сообщите об этом.       — Несомненно, — ответил Хедейр, и они вместе с Джеком начали собираться.       — Но я попрошу тебя задержаться, Салдавейрон, — продолжила Селестия. Черный пони озадаченно посмотрел на принцессу. — Я хотела бы поговорить с тобой тет-а-тет.       — Хорошо, останусь… — ответил Темный и спокойно кивнул Свету. Тот кивнул ему в ответ и пошел в сторону выхода. За ним направились Твайлайт и Кризалис. Вскоре послышался звук хлопка закрытых дверей. — Итак, ты хотела поговорить со мной наедине. Что-то срочное?       — М-м-можно сказать и так… — сказала принцесса и подошла ближе к черному пони. — Касательно того, что… Ну, что произошло в Гидрионе, когда я увидела воспоминания того человека… Алана Крамера…       — Случилось что-то еще? — в голосе Джека послышался интерес. — Ну что-то такое экстраординарное?       — Можно и так сказать… Понимаешь, прошлой ночью я… Когда тот солдат вошел ко мне в комнату, чтобы сообщить о вашей драке с Хедейром, я уже не спала. И дело в том, что… Что я проснулась от того… В общем, я видела странные символы во сне… Откровенная белиберда, если честно, но… Чем дольше я всматривалась в них, тем больше смысла начала видеть в них. В один момент показалось, что я даже смогу прочитать то, что означает этот символ. Однако они так быстро сменяли друг друга, что…       — Сможешь опознать эти символы? — спросил Джек. Селестия на секунду задумалась, после чего кивнула. — Что ж, тогда давай сделаем так…       С этими словами Темный начал выводить на полу достаточно вычурный символ, который был чем-то между адской пентаграммой, древнескандинавской руной и символами китайского (или японского) языка. Возможно, можно было бы дать более подробное описание того, как выглядел этот символ, однако подобрать слова к такому описанию куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Даже принцесса могла с трудом подобрать более-менее логичные ассоциации к этому, чтобы сформировать в своем сознании цельный, описываемый простыми словами образ написанного. Тем не менее, она узнала этот знак — он был одним из первых, который всплыл в ее сне, но тогда он промелькнул так быстро, что сама Селестия толком не разглядела его. Но образ, видимо, отпечатался куда сильнее, чем можно было бы предположить, потому аликорн опознала знак. На секунду ей даже показалось, что она поняла его смысл.       — Значит, такой знак ты видела… — задумчиво произнес Джек. — Хм… Это интересно…       — Почему? Что значит этот знак?       — Anineyrum… Паразит… Дословный перевод с языка Древнейших.       — Д-Древнейших? — в голосе принцессы послышался испуг. — Но… П-погоди, что это значит? Почему в моей голове возникает образ символа вашего языка? Это… Это какая-то твоя особо извращенная шутка?       — Меня всю ночь не было в замке, макропринцесса. Хотел бы я поиздеваться, принимал бы в этом непосредственное участие. А то, что ты видишь наш язык может означать две вещи… Первое — ты уже видела эти символы, что маловероятно, и второе — каким-то образом тебе удалось сломить тот блок, который был установлен Хедейром, дабы закрыть некоторые аспекты, касающиеся Древнейших от ваших хрупких разумов. В противном случае это чудо, которое даже я не смогу объяснить.       — Разве такое возможно? Сломать блок, установленный Древнейшим явно не для того, чтобы его было так легко сломать… Я ведь толком ничего не делала…       — Невозможно, в том-то и дело. Однако везде существуют свои исключения.       — Памятуя о том, что этот язык знает Флаттершай, я рискну предположить, что ее блок тоже был сломан.       — Да, только его сломал я. Это не заняло много времени, но я — Древнейший. Каким образом, в теории, это сделала ты, мне непонятно. И опять же, как в случае со многими другими «странностями», я бы посоветовал пока что игнорировать их, если они не причиняют достаточного дискомфорта для дальнейших действий. В таком случае, как и Луне, я рекомендую тебе воздержаться от дальнейшего наступления.       — Нет-нет, я в порядке, просто… Просто эти сны показались мне странными, и я решила поговорить об этом с тобой.       — Понятно… Рад, что ты не лжешь.       — А… А я должна была? — непонимающе спросила Селестия. Джек неопределенно пожал плечами.       — Для лжи всегда есть повод. В случае с такими вот видениями и твоим статусом непоколебимого властителя — нежелание признать себя уязвимой. Все просто, как видишь. Но я — не твои подданные, и меня беспокоит лишь твоя способность участвовать в бою.       — С этим все в порядке, можешь не волноваться.       — Отлично… — ответил черный пони и слегка топнул передним копытом по полу. Его собственная тень тут же начала искажаться, принимая образ чего-то бесформенного, но обладающего сходством с пятиконечной звездой. Пять округлых «концов» этой звезды вытянулись вокруг Темного, после чего отделились от его тени и… Встали… На тех самых местах, где еще секунду назад на полу находились лишь бесформенные теневые пятна, сейчас стояли пять пони-подобных существ, которые лишь анатомически были схожи с теми, кого можно было назвать пони. В остальном эти существа были чуждыми… Безликие, полупрозрачные — они напоминали призраков. И вызывали схожие с обнаружением призраков чувства.       — С… Салдавейрон… — тихо и испуганно сказала Селестия, указывая копытом то на одно существо, то на другое. — Кто… Что это такое?       — Мои тени, — слегка бахвалясь, сказал Джек и провел копытом по спине одного из призраков. Материя, образовывавшая тело существа, начала изгибаться, словно желеобразная масса, однако была куда воздушнее, слегка напоминая нечто вроде облака. Вскоре же материя вернулась на свое место, вновь образовав силуэт пони. — В прошлый раз, когда я посылал шпионов, Люцифер довольно быстро разобрался с ними, так как они были более материальны, то есть имели аналог плоти. Эти же больше напоминают духов. Если их раскроют и попытаются уничтожить, они смогут довольно быстро испариться.       — А те не могли?       — Как оказалось, нет.       — Ясно, но… Как эти существа передадут нам нужную информацию?       — Все просто — я могу смотреть их глазами, следовательно, узнаю все, что нам будет нужно. Но тут есть маленькая неувязочка…       — В смысле? — не поняла Селестия.       — Мне нужно концентрироваться, дабы видеть все точно, и чтобы увиденное не перемешивалось во что-то непотребное. То есть, чтобы не получилось мешанины, мне нужна тишина, спокойствие и из-за этого я не смогу делать что-то иное. И… Поскольку «красное время» назначено уже на завтра, мне придется мониторить территории в течение всего дня, так что… Если кому-то будет что-то нужно, ему придется обращаться к Хедейру. Если я увижу какое-то передвижение, я сообщу об этом.       — Хорошо… Хм… Надо же… Мне во снах является язык Древнейших…       — Слышу некоторую радость в твоем голосе, — улыбнулся черный пони.       — Ну… Конечно, это странно, и я бы хотела знать, почему, но… Думаю, как той, кто тесно общается с носителями этого языка и для достижения возможного взаимного мира… — тут принцесса заметила достаточно озадаченный взгляд Джека, из-за чего начала неловко улыбаться. — Ну и… Для общего развития тоже неплохо.       — Нормально ты так замахнулась, макропринцесса — «…для достижения возможного взаимного мира»… Хе-хе… Смотри, играть с огнем опасно — легко можно обжечься.       — Я понимаю, но… — Селестия вновь посмотрела на тени. — Бр-р-р… Какие же эти существа жуткие.       — Не бойся, они не кусаются. Или тебя смущает то, что они слушают? — ответа ему не потребовалось, так как на лице аликорна все было видно, потому он повернулся к призракам и что-то прошептал на языке Древнейших. Тени тут же растаяли, вновь приняв вид этаких «луж», которые тут же поползли в сторону окна, рядом с которым находились Джек и Селестия. — Ну вот… Теперь они отправились в сторону Кристальной Империи, так что, ты можешь говорить дальше. Кажется, ты закинулась о мире?       — Я это просто ради примера… Но… Мало ли что…       — Ты это о мире между мной и Хедейром? Хочешь стать третьей стороной в этом конфликте? — однако принцесса не успела ответить. — Дам совет — не лезь в это. Я никогда и никому не позволял и не позволю лезть в этот конфликт. Как я и сказал, не играй с огнем — обожжешься. Если у нас с Хедейром наклюнется мир, что, возможно, пойдет всем на пользу, тебе я сообщу об этом первой и уже тогда ты сможешь стать третьей стороной, но сейчас не лезь.       — Ладно… — выдохнула Селестия, обрадовавшись тому, что ее не постигло что-то куда более страшное, чем простые слова. — Ладно, прости за это.       — Не извиняйся, — жестко отрезал Джек, после чего его тело начало… Таять. Сначала на его лице начали образовываться очень густые, похожие на капли, сгустки, но секунды спустя они становились более жидкими. — Просто не встревай…       С этими словами тело черного пони мгновенно превратилось в жидкость, образовав на полу черную лужу, которая довольно быстро всосалась в пол, забирая с собой то немногое, что говорило о присутствии Темного в этом зале. Для Селестии подобное было неожиданным, а потому какое-то время она просто смотрела на то место, где еще недавно находился Джек, думая лишь о том, что только что произошло. Однако оцепенение все-таки спало, а учитывая то, что черного пони могло не быть в замке на протяжении всего дня, нужно было чем-то себя занять. Осталось лишь понять, чем…

[Тем временем]

      И снова лес… Утренний солнечный свет еще не полностью осветил бескрайние зеленые поля, образуя достаточно живописный и мягкий вид. Как жаль, что у призраков не было ни чувств, ни понятия о том, что есть «прекрасное», потому они не могли пропустить все это через себя и понять, насколько может быть прекрасна дикая природа, что окружала их в данный момент. Тени деревьев медленно и гипнотизирующе двигались в такт меняющемуся под влиянием двигающихся из-за ветра листьев. Холодные потоки воздуха мягко обволакивали стволы деревьев, их ветви, траву, что мягким ковром покрывала холодную землю. Зверьки, выглядывающие из своих норок и случайно натыкающиеся на призраков, старались как можно скорее убежать подальше, надеясь лишь на то, что неведомое существо не погонится за ними, однако они не знали и вряд ли бы узнали, что призракам не было до них никакого дела. Они пролетали этот лес с одной единственной целью — сбор информации. Их пустые лица, казалось, осматривали каждый миллиметр тех территорий, который они проходили по пути в сторону Кристальной Империи. Лес оставался тихим и спокойным на протяжении всего их пути и через несколько часов начал планомерно сменяться полями, которые, в свою очередь, сменялись ледяными пустынями. Поначалу здесь был штиль, но чем дальше они продвигались, тем сильнее становился ветер, пока не началась самая настоящая буря.       И вот спустя еще несколько часов похода призракам открылась ледяная стена Кристальной Империи. Никого… Только тишина, прерываемая дуновением мощного северного ветра. Цель была достигнута, но не исполнена полностью, потому тени начали делать то, ради чего были созданы — проводить слежку. В основном она ограничивалась тем, что призраки сливались с естественными тенями и наблюдали оттуда за тем, будет ли перемещение или же нет. Однако что могло бы произойти, заметь их какой-нибудь шальной демон? Конечно, он бы атаковал незваного гостя, но убить бы не смог, ибо полупрозрачные существа были не только не неосязаемыми, но еще и способными растворять плоть по желанию их создателя. Конечно, подобная способность не была гарантом того, что Люцифер не сможет убить существ, однако Джек и не думал, что Падший выйдет. Предыдущий раз был нонсенсом, ибо существа оказались недостаточно замаскированы, что было исправлено сейчас.       Часы медленно сменяли друг друга, однако не происходило ничего. Демоны, словно законсервировали себя внутри Кристальной Империи, а это могло значить одно — Люцифер, как и вся его армия, ждет неизбежного прихода гостей. Но могли ли они все знать, что наступление планируется со всех сторон? Разумеется, черт возьми! Только идиот не стал бы перестраховываться и не выставлять отряды по всей территории, на которую планируется наступление от далеко не слабого врага. Это же так очевидно — защитить границы своей страны, однако… Вряд ли Люцифер мог знать на все сто процентов о том, куда будут высажены отряды противника, а Кристальная Империя была достаточно крупной, то есть шанс разминуться был достаточно большой, хотя на подобное полагаться было бы ребячеством и верхом наивности. Нужно было перестраховаться и…       — Джек… Джек…       Знакомый, ласковый, тихий голосок вырвал черного пони из созерцания заснеженных пустошей, раздумий о том, что их будет ждать на той стороне, и о том, что стоило бы попробовать загнать призраков за стену и провести их до другого края, чтобы увидеть все, что могло быть сокрыто за бесконечной снежной стеной. Приоткрыв один глаз, дабы не терять картинку, Джек увидел Флаттершай. В тот момент в голове Темного пронеслось сразу множество мыслей о том, каким образом эта пегасочка смогла найти его в одной их самых темных частей замка принцесс. Можно было бы расспросить, однако Темному не очень хотелось уделять этому внимание. Кроме того, она была уже в полном обмундировании — только шлем не закрывал голову. Тем не менее, на лице ее была ласковая улыбка.       — Привет, Шай… — улыбнувшись и стараясь не терять связь с призраками, сказал Джек и окинул взглядом одного глаза комнату. Было темно… Намного темнее, чем тогда, когда он пришел сюда с утра пораньше. Оно и понятно — прошло достаточно много времени с той поры, однако… Черный пони совершенно потерял счет времени, наблюдая за окружением глазами теней. — Который час?       — Около шести вечера, — ответила пони.       Да, это было быстро, промелькнула мысль в голове Темного.       — Понятно… Как день прошел?       — Хедейр объявил нам с девочками, что наступление на Кристальную Империю намечается на завтрашнее утро. Да и Твайлайт утром говорила об этом… Про солдат не знаю, но, вроде бы, нет.       — Что ж… — тихо произнес Джек. — Значит, Хедейр решил сделать все в одиночку… Ну да ладно… Что о времени говорили?       — Десять утра, — ответила Флаттершай и заметно напряглась. Это было понятно по позе, которую заняла пони — более закрытую, словно она хотела свернуться в комок и более не принимать прежнего положения. Хотела спрятаться…       — Все хорошо, Шай? — заметив реакцию пегасочки, спросил черный пони.       Она подняла на него немного растерянный взгляд, после чего резко приблизилась и прижалась всем телом. Вскоре Флаттершай почувствовала, как ее обняло копыто Темного.       — Понимаю… — донесся до ее ушей голос Джека. — Ты беспокоишься по поводу того, что произойдет.       — Угу… — уткнувшись лицом ему в грудь, сказала Флаттершай. — Н-наверное, так и должно быть… Хотела бы я сказать, что не волнуюсь, но…       — Шай, ты не обязана скрывать какие-то свои эмоции. Особенно, если тебя что-то беспокоит.       — Я понимаю это, но… Так сложно начать говорить о чем-то подобном, особенно в такие моменты.       — Моменты?       — Когда начинается что-то большое… А сомнения…       — Ты ведь боишься того, что будет завтра, так? — Флаттершай вновь заметно напряглась.       — Да… — тихо ответила пегасочка. — Даже не так — я в ужасе…       — Понимаю, Шай… Однако это необходимо сделать.       — Я знаю это…       — Кстати… Как ты меня нашла? Мне казалось, что я ушел достаточно глубоко, чтобы не попадаться кому-либо на глаза.       — Честно сказать, я нашла тебя случайно. Сейчас наступило такое странное время… Вроде бы ты понимаешь, что нужно сделать хоть что-то, но… Совершенно не знаешь, что.       — Патовая ситуация.       — Угу… Кстати, а почему у тебя закрыт один глаз? Я увидела это сразу, но…       — Просто, я слежу за территориями Кристальной Империи. С помощью своих теней.       — М-м-м… И что? Как там?       — Пока все тихо, но… Это только с внешней стороны. Надо бы загнать их внутрь и посмотреть, что там… Раз завтра все начинается.       — Я думала, ты делал это раньше.       — Не было нужды, ибо наступление не планировалось. А сейчас… Единственное, время… Надо будет переговорить с Хедейром о переносе наступления на более позднее время. Скажем, на несколько часов… И… Кстати, надо бы найти его…       — Кажется, он в своей лаборатории… По крайней мере, я видела, как он направлялся в ее сторону.       — Понятно… Спасибо за подсказку, — улыбнулся Джек. Улыбнулась и Флаттершай, после чего подтянулась к лицу черного пони и коротко поцеловала.       — Не за что… — тихо произнесла она. Со стороны Темного послышался слегка задорный смешок.       — Какова чертовка… — услышала пегасочка голос Джека, что несколько смутило ее. Не только из-за содержания самого предложения, но и от тона, с которым он произнес эти слова. Но Флаттершай не успела что-то ответить, как почувствовала, что Джек, став чем-то наподобие призрака, прошел сквозь нее и оказался возле двери. Его голова медленно повернулась в его сторону. На лице была достаточно добрая улыбка. — Увидимся позже.       И с этими словами он вышел из комнаты — даже выплыл, словно призрак, после чего направился в сторону лаборатории Хедейра. На какое-то время связь с тенями пришлось разорвать, однако черный пони дал им четкий приказ — не попадаться на глаза кому-либо и слиться с естественными тенями, так что, шанс оказаться пойманными таял буквально на глазах.       Сам же Свет словно почувствовал, что его брат отправился на его поиски, так что пошел ему навстречу. Долго разъяснять не пришлось, потому оба Древнейших довольно быстро вновь собрали всех тех, кто мог как-то повлиять на ход всего наступления. Разумеется, скорые сборы весьма и весьма уставших принцесс и королевы был встречен несколько нежелательно, однако, когда они услышали о том, что есть возможность более подробно узнать о том, какие войска могут ждать их в Кристальной Империи, их настроение заметно поднялось. Вскоре же компания вновь собралась в тронном зале.       — Итак, — сказала Селестия и повернулась к Джеку, — ты сказал, что у тебя есть информация о позициях врага.       — Не то чтобы есть… — ответил черный пони. Принцессы и королева озадаченно посмотрели сначала на него, потом на Хедейра. — Однако она может появиться прямо сейчас.       — Что ты имеешь в виду? — спросила было Твайлайт, однако Селестия ответила на ее вопрос за Темного.       — Ты послал туда своих шпионов…       — Угу… Пока что их не обнаружили, так как я все еще чувствую их ауры и надеюсь, что не обнаружат, поэтому сейчас мы сможем отметить точки на карте, где находится наибольшее скопление демонов. Кроме того, нам стоит отметить наиболее ослабленные места и продолжить наблюдать за перемещением. Завтра, с утра пораньше, я еще раз прослежу за этим и доложу вам всем. Оттуда и будем думать…       — То есть время нападения переносится? — спросила Кризалис.       — Вероятнее всего, — ответил Хедейр. — Но не на слишком большой срок… Скорее, на пару или на пять часов, но это зависит от того, как будут передвигаться демоны.       — Угу… — тихо сказала Селестия и вновь повернула голову к Джеку. — Что ж… — она указала на карту Кристальной Империи, лежащей на круглом столе перед ними. — Думаю, раз там твои шпионы, то и тебе отмечать.       Черный пони молча кивнул, подошел ближе к столу и прикрыл глаза. Для некоторых подобный ход стал несколько ошеломительным, однако, судя по выражению на лицах обоих Древнейших, они прекрасно понимали, что делают. Джек в большей части…       Какое-то время Темный сидел неподвижно — на секунду могло показаться, что он превратился в статую, однако подобная пауза длилась не более нескольких минут. Началось все с того, что Джек достаточно резко поднял голову и начал словно оглядываться по сторонам. Выглядело это достаточно странно, в иных обстоятельствах и не зная, кто такой Джек, можно было бы сказать даже комично, однако ни первое, ни второе не располагало к веселью. Напротив, напряжение, которое и без того царило в этом зале в данный момент, лишь возросло. И нарастало все сильнее с каждой минутой. Прошло несколько минут, и Джек, наконец, поднял свое копыто, после чего поднес его к карте. Конечность начала медленно разрываться, образовывая пятипалую руку, которую он тут же сжал в кулак, оставив оттопыренным указательный палец и занес его над центром карты — тем местом, где был замок Кристальной Империи. И… Черный пони вновь начал поворачивать голову из стороны в сторону — то медленно, то куда более резко, как будто кого-то увидел или услышал и старался держаться в тени. Вместе с этим его рука двигалась над картой, периодически опускаясь на лист пергамента в определенных местах, оставляя на месте более или же менее крупные пятна темной материи. Ни для кого не было секретом, что означал размер этих пятен, — количество демонов на той или иной позиции и для Селестии стал некоторым облегчением тот факт, что большая часть оказалась сосредоточенна ближе к главной улице Империи, в то время, как остальные войска, в большей или меньшей степени, разбросаны то там, то сям — без какого-либо рассредоточения. Однако несмотря на это, мог быть отдан четкий приказ — уничтожать все, что отличается от привычного им. И тут либо Люцифер был настолько уверен в своих силах, раз оставил на границах не так много демонов, как в центре, либо… Нет, второго тут не дано… Стало понятно, что Падший не верит в те силы, которые могут пойти против него. Разве что, он осознает силу Джека — Хедейра-то он не ждет. Возможно, это сыграет свою роль — этакий эффект неожиданности, хотя и тут сказать наверняка было непросто, ибо оба Древнейших были чуть ли не на ладони у Дьявола, то есть он чисто теоретически мог почувствовать что-то иное. Однако это были лишь теории.       Прошло всего несколько минут, Джек открыл глаза и опустил свое копыто. Лицо его было несколько озадаченным.       — Собственно, вот… — указав на карту, сказал он. — Надеюсь, всем понятно, что размер отметин означает количество демонов на той земле.       — Угу… — сказала Кризалис и осмотрела карту. — Больше всего в центре… Боги, если у него многотысячная армия, я даже боюсь представить, сколько монстров будет поджидать нас там.       — Мелкие демоны — это еще полдела, — сказал Джек. — Меня больше беспокоят новички.       — Новички? — переспросил Хедейр.       — Угу… Побольше, чем простой солдат, да и покрепче выглядит. Я бы даже сказал, что телом они больше похожи на… Монолитов, чем на простых демонов.       — На твоих Монолитов? Это невозможно…       — Сам знаю, Хедейр, но… Это только телосложением… Что там по способностям, сказать не могу.       — Ясно, значит, нас может ожидать сюрприз… Много насчитал?       — Что-то около тысячи…       — Это плохо… — сказал Хедейр. — У нас появились новые демоны, о которых мы толком ничего не знаем.       — Ерунда… — ответил Джек. — Демоны есть демоны — что бы там ни было… Если чуть сильнее физически, мы с тобой сможем побороть их.       — Уверен? — спросил Свет. — Не хотелось бы напороться на какой-то сюрприз.       — Нет, Хедейр, я не уверен, но и тянуть дольше уже нельзя. Мы толком не знаем, чем там занимается Люцифер, так что… Сюрпризы будут… Это сто процентов.       — Они разбросаны по всей территории? — спросила Твайлайт. — Если уж рассылать войска по территориям, нужно знать, сколько этих… новых демонов присутствует там.       — Они сосредоточенны в центре, — ответил Джек. — И только там…       — Значит, они думают, что мы не будем разбрасываться войсками, а пойдем в лоб, — сказала Кризалис.       — Нет… — ответил Хедейр. — Люцифер знает, что мы будем заходить со всех тылов и неважно, насколько они защищены. Он прекрасно понимает, что демоны гораздо сильнее смертных. Даже малое количество может убить достаточно крупный отряд…       — Но он же не знает, что у нас есть достаточно хорошая защита? — спросила Твайлайт. — И оружие…       — Вряд ли… — сказал Джек. — Хотя, тут толком нельзя сказать, ибо, когда мы с Дискордом и Хедейром находились непосредственно внутри ледяной стены, нас могли засечь. То есть его ауру… — Темный указал копытом на Второго. — Но, скорее всего, вряд ли… Итак… Идеи? Как будем раскидывать наших оловянных солдатиков? В основном вопрос касается вас, макропринцесса, и Кризалис — солдаты-то ваши.       — Вообще… — сказала Селестия и несколько озадаченно переглянулась с Кризалис. — Это надо бы обсудить отдельно…       — Боюсь, на аудиенции между вами у нас нет времени, — сказал Хедейр. — Финальное обсуждение состоится завтра, примерно за несколько часов до непосредственного наступления. Примерную тактику мы вам рассказали еще вчера, так что нам остается обсудить лишь то, какое количество будет находится в той или иной точке. Понимаю, подобные решения сложные, но их нужно принимать здесь и сейчас, а завтра лишь закрепить.       — Я понимаю, но… — сказала Кризалис. — Не кажется ли вам, что мы несколько торопимся с нападением? Если уж, как вы говорите, нас могут ждать сюрпризы.       — Нашей с Хедейром задачей было научить вас бороться с демонами низшего порядка, — сказал Джек. — Генералы и Король лежат на нас и чем быстрее мы закончим со всем этим, тем меньше жертв окажется потом. Это выбор меньшего из зол, Кризалис. И пока что, если ничего не изменится, небольшое преимущество будет на нашей стороне. Однако в этом мы убедимся лишь завтра, непосредственно перед наступлением. Пока что, ситуация такова…       — Нельзя сказать, что все идеально, — сказал Хедейр, — но надежда на сдерживание их сил есть, так что не все плохо. И… Думаю, нужно бы сообщить солдатам о том, что завтра все начнется.       — Это, я думаю, мы возьмем на себя, — сказала Селестия. — Будет лучше, если они услышат это от своих правителей.       — Как скажешь, — ответил Джек. — На этом все… Доложите своим обо всем и идите спать. Чувствую, завтра будет ранний подъем.       На том, пожелав друг другу доброй ночи, они все разошлись. Время было вечернее, однако до ночи было еще достаточно долго, а это значило лишь одно — нужно было найти себе занятие до утра следующего дня. Хедейр сказал, что пойдет вместе с Селестией и остальными, дабы, если что, провести еще один спарринг. Разумеется, если того потребует ситуация. Кроме того, он мог бы помочь принцессам и королеве успокоить солдат в случае вспыхивания волнений. Джек ответил на это молчаливым согласием, так что вскоре он вновь остался один. В принципе ему от этого было ни горячо, ни холодно. Он, конечно, мог бы послушать то, как солдаты, возможно, будут возмущаться, однако этих возмущений он наслушался и за предыдущие недели. Но и делать было нечего — только наблюдать за перемещением демонов. Что ж… Раз уж иного выбора нет, придется продолжить наблюдение. Но возвращаться в старое место было бы глупо — там его уже нашли. Потому надо было найти другое, где его гарантированно бы не обнаружили, но говорить так про замок было невозможно — тут в любом месте можно было оказаться найденным. Оставался только один вариант — тени. Из всех, кто был здесь, подобной силой обладал только Темный, так что… Он выбрал тени…

[Утро… Замок принцесс]

      День «Икс» наступил… Это чувствовалось во всем, даже в воздухе витало ощущение того, что начнется что-то большое. Откровенно говоря, это стало понятно еще после того, как две принцессы и королева перевертышей объявили о том, что наступление начнется ближе к часу дня. Солдаты этого особо не показали, однако где-то внутри себя, в особенности после заявлений принцесс и королевы, почувствовали некоторое волнение. Конечно, они уже видели, что представляют из себя эти демоны, однако… Все равно оставался некий осадок. Не особо приятный, кстати…       Особое волнение испытывали как раз-таки Селестия, Твайлайт и Кризалис. Джек не появлялся в замке с вечера прошлого дня, соответственно, доклада о перемещении войск демонов не было, а это создавало определенные проблемы в дальнейшем. Время «Икс», тем не менее, неумолимо подступало к красному значению, а это значило лишь то, что так или иначе, придется начать наступление — с Джеком или без него. И пускай отсутствие одного Древнейшего вызывало вопросы, все уже начали понимать неизбежность дальнейших действий. Но у черного пони нашлись свои сюрпризы.       Многие из числа солдат уже даже начали подшучивать по поводу того, что самый главный тренер просто струхнул принимать участие и попросту прячется где-то в глубинке. Те, кто был ближе знаком с Темным, волновались же из-за другого — что он решит пойти на Люцифера в одиночку. Учитывая то, что Джек полностью осознает, какой силой обладает, ради того, чтобы не было лишних жертв, о наличии которых он высказывался крайне негативно, черный пони мог вполне пойти один. И что было страшнее всего, мог перестать сдерживаться, потому как несмотря на то, что Темный уже успел зарекомендовать себя, как достаточно сильное существо, истинных пределов не знал никто, даже Хедейр. Однако все были удивлены, когда Джек вошел в зал в довольно хорошем расположении духа. Доклад не занял много времени — демоны оставались на тех же позициях, на которых были тогда, так что можно было потихоньку начинать открывать порталы в сторону Кристальной Империи. Выглядел он как никогда бодро и спокойно, будто не в наступление собирался идти, не на бойню с существами из другого мира, а на пикник с друзьями. Хотя, учитывая его силу…       — Откровенно говоря, мы тут подумали, что ты решил пойти в одиночку, — сказала Кризалис.       — Хотел… — ответил Джек. — Честно скажу — хотел, однако, пойди я один, ваш мир был бы уничтожен. Не демонами, а… Мной, как это ни прискорбно… А так как это не входит в наши планы, я решил придерживаться прежнего плана. Касательно демонов я вам рассказал, так что… Думаю, начинать можно, но… Для начала мелкими отрядами в тылы — в те точки, про которые мы говорили вчера, и уже после этого входить самим.       — А ты не думаешь, что демоны могут отправить тех новичков, про которых мы ничего не знаем, в стороны отрядов, что пойдут первыми?       — Если они будут действовать по-тихому… Да и Люцифер не идиот — тратить основные силы на разборки с мелкими отрядами, когда тебе в лоб пойдет кто-то посильнее.       — Ты уверен в этом? — спросила Селестия.       — Нет, макропринцесса. Я не уверен, однако, как мы уже говорили, идти в лоб всей массой тоже не выход, поскольку может пойти наступление со всех сторон, и тогда жертв будет куда больше. Так же, есть шанс, что некоторые отряды будут разбиты. Вот и делайте выводы…       — Мой брат хотел сказать, что у нас просто нет выбора, — сказал Хедейр. — Так будет лучше…       — Что ж… — сказала Селестия. — Тогда, думаю, нам нужно начинать… Если, конечно, нет каких-либо изменений в плане?       — Никаких, — ответил Джек. — Мы с Хедейром идем вперед и разбиваем тех, что будут идти в центре, где могут находиться генералы. Ваши войска сдерживают проскочивших и тех, что шли в начале. Люцифера я беру на себя.       — Хорошо… — ответила принцесса. — Только дайте пару минут… Нужно сказать солдатам, что все начинается.       — Конечно… — ответил Хедейр.       Вскоре Селестия, Твайлайт и Кризалис покинули комнату, оставив Древнейших наедине друг с другом.       — Даже не верится, что все начинается, — послышался голос Света.       — Не верится, что придется идти против своего чада? Мы это уже проходили с Азраэллой. И у нее, кстати, тоже была армия.       — Я не об этом, Салдавейрон… Мне не верится, что все дошло до подобного. До войн с собственными детьми.       — Рано или поздно детям нужно показывать, что зря они полезли на родителя. По крайней мере, если они сами нарвались, а Люцифер и Азраэлла нарвались. Как, собственно, и Михаил, Гэбриэл… Все они нарывались, однако Люцифер вырос в самое опасное существо.       — Ты так думаешь?       — Я в этом уверен. Ни один из твоих архангелов не обладает таким даром красноречия, как Люцифер, и ни у одного нет его силы. Если нынешний Люцифер был создан из остатков того, кем он был ранее, с сердцем Хеллы, моей темной материей, могут возникнуть серьезные проблемы.       — Думаешь, сможешь противостоять ему?       — Я — Элементаль, Хедейр. И буду посильнее, чем какой-то недоархангел.       — Рад слышать, что ты уверен в себе, но… Если позволишь, я бы хотел сказать Самаэлю несколько слов.       — Думаешь, сможешь воззвать к его отсутствующей совести? — хмыкнул Джек. — На твоем месте, я бы даже не стал пытаться. Кроме того, Люцифер начнет поливать тебя грязью, и ты, как я думаю, так и не рассказал нашим солдатам о своей связи с Люцифером. Если он скажет, а он скажет, о том, кто вы друг другу, это может поднять бунты среди солдат.       — Да уж…       — Однако за это можешь не волноваться. Тут я окажу тебе услугу и в случае чего успокою их своими силами.       — Предлагаешь использовать на них…       — Не предлагаю, а сделаю — мне бунты не нужны. Тебе, собственно, тоже.       — Но… Но это же неправильно…       — Ты хочешь, чтобы войска повернулись к нам задницами? Да, в наших силах уничтожить Люцифера и всю его армию разом, но тогда разрушится их мир. Ни тебе, ни мне это не нужно, потому, черт возьми, я не допущу бунта. Какими бы средствами мне не пришлось пользоваться. В таком случае у нас будет только два варианта: первый — они это проглотят и забудут, второй — нам обоим надают по головам. Поэтому я предпочту выбрать меньшее из зол…       — Ладно… — сдался Хедейр, видя, что Джек не отступит. — Ладно, Салдавейрон. Делай, как считаешь нужным.       И как только он произнес это, в зал вошла Селестия. Она была уже в полном обмундировании и буквально всем видом своим говорила, что готова идти в наступление. Собственно, принцесса подтвердила это и на словах, как и то, что все остальные тоже ждут отправления в Кристальную Империю. Все уже были разделены на отряды, так что… Оставалось только начать… И Джек с Хедейром решили более не тянуть и пошли за принцессой.

[Кристальная Империя… Северо-западная граница… Отряд 1]

      Горячий темно-серый песок под копытами, жар которого чувствовался даже сквозь броню. Отвратительно теплый воздух, вызывающий отвратительные ощущения в легких… Душераздирающий визг существ, которых никогда не существовало в Эквестрии, и огромные заостренные скалы бардового цвета… Оранжевое небо, затянутое черными тучами, из которых периодически били алые молнии. Этот пейзаж был тем единственным, что увидел первый отряд, отправленный в Кристальную Империю. Их было не так много, как можно было бы предположить — всего лишь пятеро, но и были они больше разведчиками. Двое перевертышей, пегас, единорог и земной кристальный пони. Как только их глаза привыкли к несколько более темному окружению, чем за несколько секунд до этого, они смогли в полной мере рассмотреть эту ужасающую картину.       — Боги мои… — выдохнул один из перевертышей. — Это… Это точно Кристальная Империя? Помнится, между нами ходили истории о том, насколько это место прекрасно, но это…       — Да уж… — ответил кристальный пони с явной тоской в своем басовитом голосе. — Была прекрасной… Когда демоны захватили Империю, произошло это. А тот, который главный у них, шел мимо нас с такой самодовольной рожей, будто он тут бог, а мы…       — Эй… — сказал пегас и подошел к другу. — Мы вернем Кристальной Империи ее прежний вид. В этом я уверен.       — Хотелось бы… — ответил кристальный пони. — Ладно, давайте осмотримся и…       Однако не успели они толком рассредоточиться по территории, как перед ними возник их первых соперник. Это был самый обычный разведчик, который отнесся очень агрессивно к незваным гостям и особо мусолить не стал, набросившись практически сразу. Их было больше, потому особых проблем с тем, чтобы окружить демона у них не возникло, а вот с тем, чтобы атаковать… Здесь они немного запнулись, разглядывая тварь. Да, тот манекен, что использовал Джек, был во много раз симпатичнее, чем та тварь, которая предстала перед ними. Тем не менее, внешний вид смущал их в последнюю очередь, так как тварь начала издавать достаточно неприятный высокочастотный звук. Это стало сигналом к тому, чтобы прикончить эту тварь, так как подобные сигналы со стороны демона могли подозвать ее сородичей. Вскоре демон оказался лежащим на лопатках с мечом, воткнутым в глотку. На землю тут же хлынула очень темная кровь, а вместо отвратительного звука тварь начала издавать булькающие звуки, пока не стихла и не замерла.       — Фух… — выдохнул перевертыш и пнул мертвого демона копытом. — Ну и скотина…       — Согласен, — сказал пегас. — Никогда не видел ничего подобного…       — И таких тварей тут сотни, — сказал кристальный пони. — Ладно, давайте вернемся к тому, ради чего мы здесь.       — Как думаете, много тут подобных уродов? — спросил единорог. — А то принцессы как-то умолчали об этом.       — Нам еще повезло, что живы, — сказал второй перевертыш. — Если я правильно помню слова того в шляпе, местный король мог бы убить нас сразу, после нашего тут появления, так что… Будем осмотрительнее, ребята…       На том бравые молодцы продолжили проходить глубже в территории этой ужасной земли, даже не подозревая, что за ними уже ведется наблюдение. Он мог бы вмешаться и убить их сразу, как только портал за их спинами закрылся, но был дан четкий приказ — не трогать. Лишь наблюдение… Пришельцы двигались в восточную часть, то есть ближе к центру, а там практически не было существ, которые могли бы помешать им. Тем не менее, приказ был ясным — оставалось только доложить о том, что наступление началось, пускай и с малого. Собственно, это и сделал рыжий демон — полетел в сторону замка.

***

      — Мой король… — Азазель вошел в зал несколько неожиданно, однако не нежданно. Вид у него был несколько взволнованный, но в нем была видна полная боеготовность.       — Началось? — послышался голос Люцифера откуда-то из тени.       — Да, мой король.       — Отлично… — голос Падшего принял куда более рычащие нотки, после чего его фигура показалась из темноты. Вспыхнули два алых глаза. — Собирай войска и готовься встречать наших дорогих гостей.       — А что делать с партизанами?       — Пускай пока что погуляют по нашим землям. После чего направь туда Нового… Чувствую я, их будет ждать немаленьких сюрприз.       — Слушаюсь… Прикажете атаковать сразу, как заметим вражеские войска?       — Пока только собери их. Остальное я сделаю сам…       — Вас понял… — ответил Азазель и спешным шагом покинул зал.       Сам же Люцифер молча повернулся к окну, ставшим единственным источником света для этой комнаты. Лишь только его взгляд устремился на то место, которое было границами бывшей Империи, как там показались очертания наступающих.       — Легки на помине… — с нескрываемым сарказмом сказал Люцифер и вновь скрылся в тени.

***

      Кристальная Империя… Некогда великолепный кристальный город более не был таковым. На его месте теперь находилась самая настоящая огненная пустошь со множеством остроконечных скал, направленных строго в огненное небо. Единственное, что выделялось на этом пейзаже, это что-то похожее на остальные скалы, только имеющие определенную форму. Оно напоминало… Замок… Однако само строение не было единственным, что произвело впечатление на пришедших. Все здесь говорило об истинной стихии Ада — огонь. Горячий воздух, горячий песок… Находиться здесь было тяжело не столько морально, сколько физически. Даже дышать было трудно, ибо воздух обжигал легкие.       — Боги… — послышался голос откуда-то из толпы солдат.       — Что они сделали с этим местом? — вторил ему другой голос.       Собственно, шок и стал основным чувством, которое поселилось в умах тех, кто впервые увидел подобное. Всех, кроме Джека, Хедейра, Твайлайт и Флаттершай, поскольку им это место напомнило только одно — Ад во всем его великолепии. И если первые больше поразились тому, что Люцифер решил воссоздать Ад в этом месте в его перманентном виде, не меняя практически ничего, хотя оригинальный мир он не особо жаловал, то вот вторые же восприняли увиденное с ужасом. Не самые приятные воспоминания встали у них обеих перед глазами, однако быстро испарились, когда на всю территорию послышался достаточно неприятный звук, который могло издать только одно существо — демон. Вскоре из-за горизонта начали появляться и сами существа. Из присутствующих мало кто видел Монолиттов Хельрейма, а те, кто видел, нашли сходства в той армии, что следовала в их сторону. Огромные, с когтистыми лапами, овальными гладкими головами и клыкастыми пастями. Но среди этих исполинов вышагивали и привычные уже всем разведчики. На фоне нового вида они выглядели, скорее, как мухи рядом с собакой, и вроде бы сами прекрасно осознавали свое более уязвимое положение.       Так же в образовавшейся толпе отчетливо выделялись те, кого про себя солдаты обозначили, как тех самых генералов Люцифера. Один из них был огромным — просто колоссальным и невероятно массивным, что наталкивало на мысль о его неповоротливости, однако никто не сомневался в его силе, которая должна была быть просто невероятной. Была там и похожая на пони демонесса… Вообще строением все генералы походили на пони, однако имели куда более заметные отличия, сильно искажавшие их и буквально кричащие о том, к какой расе принадлежит тот или иной демон. А эта пони была точной копией эквестрийской кобылки. Необычайной красоты, с пышной, достающей до плеч красной гривой с черными полосами и чарующими красными глазами. Ее вполне можно было бы спутать со случайно забредшей пони или же с пленной, если бы не броня черного цвета, достаточно массивный меч на ее боку и крупные перепончатые алые крылья. Солдатам показалось, что они слышали что-то об этом демоне. Точно… Ее они называли Лилит, говоря о ней, как о невероятно коварной твари, с которой лучше не вступать в противостояние.       Но большее впечатление на солдат произвел демон, шедший впереди и ведущий за собой все это невероятное войско. Массивные бардовые доспехи, меч на боку — выглядел он очень массивно и благородно. Явно непростой генерал… Но и на короля он не тянул — это могли почувствовать даже простые солдаты, однако явно кто-то из его приближенных. Грива у него была рыжая, как пламя, и короткая. Один его глаз был белым — словно слепым, а второй выглядел абсолютно нормально. Из-под губы торчал небольшой клык. Похоже, это был тот, кого называли Азазелем. Ищейка Ада… Что ж… Его внешний вид вполне себе удовлетворял столь грязной работе, ибо демон выглядел, как самый настоящий зверь. Зверь, который способен найти вас даже там, где вы никогда бы не додумались спрятаться…       Вскоре же войско демонов остановилось… Джек и все остальные находились на образовавшемся на подходе к этим территориям выступе, который резко обрывался, как бы разделяя территории этого Нового Ада и того, что было всего лишь в нескольких сотнях метров от ледяной стены. Войско же демонов находилось в паре десятков метров от своих противников и просто стояло, словно чего-то ожидало. Видимо, вскоре должен был появиться и сам король…       — Они ждали нас, да? — видя некую пассивность демонов, спросила Селестия, встав по правую сторону от Джека. Ей казалось, что они особо не будут церемониться и просто нападут, но отсутствие наступательных действий несколько напрягало ее.       — Именно, — ответил черный пони. — Но Люцифера среди них нет.       — Это же хорошо? — спросила Кризалис.       — Не сказал бы… Смотрите! — ответил Хедейр и указал копытом в небо. Подняв глаза, все увидели то, о чем говорил Свет. Небольшой алый огонек, что вылетел из замка, стремительно направился сначала резко вверх, после чего полетел в сторону образовавшихся двух стен.       — Люцифер… — послышался голос Селестии.       Маленький алый огонек продолжал стремительно расти, пока не приблизился слишком быстро и близко, став подобием шаровой молнии. И тут он оказался на земле. Приземление произошло не слишком мягко — в воздух поднялось достаточно крупное песчаное облако, которое разбавляло алое, похожее на туман вещество, которое начало сходить куда-то вглубь поднявшегося в воздух песка. Когда оно осело, стало видно, какое существо пряталось за этой дымкой. Оно было похоже на пони строением тела, однако намного выше — что-то на уровне Джека. Собственно, на черного пони оно было похоже практически полностью — крупное, что в высоту, что в ширь. Кожа его была угольно-черной практически по всему телу. Лишь на груди она была более светлой — голубовато-белой. Из головы росли два крупных рога, а глаза… Глаза светились словно два алых фонаря и не имели ни зрачка, ни радужки. Но было понятно, на кого существо смотрело. На боках были сложены два не менее крупных перепончатых крыла. Какое-то время стояла напряженная тишина. Прилетевшее существо молча осматривало всех, а на Хедейре задержало свой взгляд на куда большее время.       — Люцифер… — послышался голос Джека. Слегка насмешливый, но не лишенный некоторого уважения, которое, скорее всего, было связано с внешним видом. — Ты вырос…       Люцифер медленно — даже лениво — отвел свой взгляд от Хедейра и перевел его в сторону черного пони. Лицо же оставалось каменным.       — А ты все такой же, каким я тебя запомнил, — произнес Дьявол своим искаженным голосом, чем несколько напугал некоторых солдат и даже принцесс. — Мне казалось, ты сменишь стиль…       — Не являюсь фанатом чего-то вычурного… Чего не могу сказать о твоих подчиненных — создать такое тело — это надо иметь особый склад фантазии.       Впервые на лице Падшего появилась улыбка, да и то легкая — одними уголками губ, после чего он поднял свое правое копыто. Вдоль него тут же начали протягиваться множество черных щупалец.       — Дело не в фантазиях… — сухо ответил Люцифер. — А в том, кто воплотил их в реальность, за что не в последнюю очередь я должен поблагодарить тебя, Салдавейрон, ибо именно ты подарил мне основную часть для этого тела. Твоя темная материя стала основным материалом.       В толпе тут же начались обсуждения того, что только что сказал Дьявол. И обсуждения эти колебались явно не в положительную сторону.       — Хм… Твое тело состоит из моей темной материи, но это не делает тебя лучше, — в голосе Джека вновь послышалась насмешка. — Это лишь еще раз доказывает то, как мы с тобой связаны. Ведь именно ты был проклят моей частицей в незапамятные времена.       — Это ты очень хорошо подметил про незапамятные времена. Очень хорошо… — произнес Люцифер и повернул голову в сторону Хедейра. — Рад видеть и тебя в данном месте, пускай это и неожиданно… Отец…       Солдаты вновь взорвали тишину своими перешептываниями. Подобного исхода они явно не ожидали. Хотя, не только они здесь были удивлены тому, что Хедейр оказался отцом Люцифера — в это число входили и Селестия с Кризалис.       — Однако я воистину шокирован тем, что ты пошел на подобный союз. – продолжил Падший. – Мне казалось, что вы оба, скорее, перегрызете друг другу глотки, а я просто понаблюдаю за всем этим со стороны до той поры, пока не останется лишь один Элементаль. Увы и ах, мои мечты не осуществились. Впрочем, я не сильно расстроен. Куда приятнее уничтожить вас обоих собственными руками.       — Хм… — все с той же насмешкой произнес Джек. — Советовал бы тебе сдаться, Люцифер. Оглянись вокруг — твоя армия может оказаться гораздо меньше, чем эта. Да и где гарантия того, что мелкие твари не перебегут на нашу сторону, когда почуют силу двоих Древнейших?       — Сдаться… Кому? — презрительно и даже с отвращением сказал Люцифер и осмотрел армию пони. — М? Тебе — существу, которое ради мнимой победы, тащит за собой смертных, оправдывая этот поступок черт пойми как? А ты объяснил им, что, отправившись сюда, эти солдаты подписали себе смертный приговор? Хм… Сильно сомневаюсь, потому идем дальше… Мне стоит сдаться тебе, отец? Откровенно говоря, про тебя вообще хочется промолчать и забыть. И я это говорю даже не из-за того, что ты сделал со мной, когда низверг в Ад… По большей части я говорю за Аззи… Вряд ли, ты когда-то поймешь, каково это — смотреть на то, как та, кого ты любишь сильнее всего, смотрит на тебя, как на дикого зверя. Однако мы здесь собрались не ради того, чтобы ворошить прошлое — мы здесь ради настоящего. Шут на троне Ада… Ничего отвратительнее в своей жизни я не слышал. И что бы там ни было между мной и Элементалями, я не позволю клоуну занимать место короля.       — Самаэль, если ты выслушаешь, то… — начал было Хедейр, однако тут же осел под хлестким взглядом Падшего. Смотря на все это, Селестия подумала о том, насколько же это существо сильно, раз из-за одного взгляда замолчал Древнейший.       — Самаэль более не существует, отец, — грозно произнес Дьявол. — И ты знаешь почему… Тем не менее, я хочу обратиться к тем, кого вы затянули в противостояние, которого они все еще могут избежать. Вы думаете, что демоны пришли захватить вас — по крайней мере, я уверен, что именно так вам это преподнесли ваши Элементали. Так вот, у демонов нет такой цели. Все, чего мы хотим, — это отвоевать наш мир и жить там, как посчитаем необходимым. Ваш же мир нам ни к чему.       — Тогда какого черта вы выперли нас с наших земель?! — послышался разозленный голос, который на все сто процентов принадлежал кристальному пони. — Раз уж мы вам не нужны, то какого черта вы пришли сюда?!       — Демонам нужны территории для осуществления нашего плана, — совершенно спокойно ответил Люцифер. — Когда мы уйдем, вы сможете забрать свои земли назад — этого вам никто не запрещает. Боюсь, конечно, что вы получите их не в том виде, в котором они были до нашего прихода. Но подумайте, пони, нужно ли вам воевать с существами, которые обходят вас по всем фронтам, ради потехи мнимых богов. Теперь же я обращаюсь к главам Эквестрии, коих, как мне доложили две: сложите оружие, отзовите свои войска и позвольте демонам закончить то, что уже начато. Если же вступите в этот бой, будут неизбежные жертвы и последствия, которые затронут ваш мир на последующие сотни лет. Отступите, и тогда умрут только двое — те, кто начал эту заварушку.       — Да пошел ты! — послышался голос того же самого пони. — Если смотреть на происходящее, ты ничем не лучше.       — Именно! — ответил ему другой голос. — Пришел на наши земли и думаешь, что красивыми речами сможешь отменить все сделанное?! Призываешь к тому, чтобы мы сложили оружие? Не дождешься!       — Что ж… — Люцифер прикрыл глаза и сделал пару шагов назад. — Да будет так… В конце концов, это ваш выбор, пони…       Джек и Хедейр тут же выступили слегка вперед. Было ясно — сейчас начнется. Оставалось только отдать приказ об атаке, однако ни Древнейшие, ни Дьявол особо не спешили отдавать его. Напряжение в воздухе возросло до предела — казалось, любое, чуть более сильное дуновение ветра, и эта нить терпения лопнет. Вопрос лишь в том, кто будет первым.       — АТАКОВАТЬ! — чуть ли не в унисон воскликнули Джек и Люцифер. И в этот самый миг мир, каким он был для пони, разделился на «до» и «после»

***

      Тихий, до того момента, горячий воздух наполнился смесью победоносного крика пони и ревом демонов. Гул был оглушающим, однако даже ему не удалось заглушить звука невероятно мощного удара о землю. Джек и Хедейр, согласно своему плану, вырвались далеко вперед и в один большой прыжок, оказались в глубине толпы, а далее последовал тот самый удар обоих Древнейших о землю. Земля под ногами абсолютно всех затряслась, словно желе, которое находилось под влиянием очень мощного ветра. Кто-то из пони и демонов просто упал на землю, однако они тут же поднимались и продолжали рваться в бой. Те же демоны, что попали в зону действия ударной волны, разлетелись кто куда и многие из них уже не встали. В основном мертвецами стали обычные разведчики — те же, что были новенькими также получили сильные травмы и пролили на темный песок свою не менее темную кровь, однако не умирали и продолжали идти в наступление. Но количество тех демонов, что приняли на себя солдаты-пони/перевертыши, не превышала сотню, однако сказать наверняка было сложно — их просто стало несколько меньше, чем было до этого. Возможно, это было связано не только с тем, что само количество демонов стало меньше, но и их плотность разительно уменьшилась, убрав визуальное преимущество со стороны этих существ. Кто-то из солдат пытался разглядеть в этой толпе Люцифера. Его просто невозможно было пропустить, ибо такое существо отлично врезалось в память и не менее хорошо выделялось на фоне желтоватых разведчиков. Однако его в этой толпе не было, хотя не исключалось и то, что он мог находиться куда глубже в ней. Там, где находились Элементали. В сражение они еще не вступили — это тоже было весьма очевидно. Помимо того, что Люцифер выделялся внешним видом, в глаза особо бросались его габариты. Он был далеко не маленьким существом, а это значило, что удар такого существа мог носить не меньшую мощность, чем удар самого Джека или Хедейра. Подобное обязательно было бы сопровождено ударной волной, которую почувствовали бы абсолютно все.       На чьей стороне было преимущество в первые минуты этого месива, сказать было сложно, — на землю то и дело падали тела демонов с отделенными конечностями, головами или же колотыми ранами в области головы или глотки. Наносить повреждения в грудь было не слишком целесообразно, однако в пылу битвы, удары приходились и туда и носили куда меньше эффективности, чем прямое попадание в голову. В свою очередь и демоны не позволяли быть просто грушами для битья, хотя новая броня смертных солдат достаточно неплохо защищала их от ударов когтей или укусов демонов. Однако это касалось тех, кому посчастливилось встретиться с разведчиками. Новые демоны проявляли куда большую кровожадность и наступательную силу. За счет своего далеко не маленького роста и рук, которые оказались гораздо длиннее ног, они могли доставать до солдат, находясь на куда большем расстоянии, чем сами солдаты, а крупные когти, что венчали не менее длинные и крупные пальцы, наносили немаленький урон доспехам, пускай, те и восстанавливались из-за наличия темного элемента в конструкции. Кому-то везло больше, кому-то меньше, так что вскоре земля Нового Ада начала пропитываться и кровью пони. Это не было неожиданным эффектом и было очевидным для всех, но все равно наблюдать за тем, как тот, с кем ты общался, как с лучшим другом пару дней назад, превращался в решето из-за острейших когтей. Это было печально, но неизбежно…       Обычные разведчики был отлично знакомы всем, но лучше их знали именно Джек и Хедейр. Это были слабые демоны — низший класс, созданный как страж для камер и патрулирования территорий Ада. Совершенно не боевая единица, по крайней мере, не та, с помощью которой можно было отражать достаточно слаженное наступление. Но вот новый вид демонов был куда более кровожадным и вместе с тем более сообразительным. Подобное можно было заметить в их поведении и отсутствии бездумного нападения на своего врага, попыткам просчитать, куда и чем будет нанесен очередной удар и какой урон он может нанести. Стоит ли пропустить атаку, дабы подпустить соперника поближе и уже потом нанести один сокрушительный удар… Поведение, достойное куда более развитой ветви демонов, хотя кровожадность прерывала многие из этих расчетов, двигая демонами на уровне инстинктов. Со стороны это выглядело, как внутренняя борьба между иными сознаниями, таящимися в этих головах. И от них пахло… Пахло темной материей… Запах, который могли уловить только Древнейшие, и, откровенно говоря, он наводил их на достаточно необычные мысли. Кроме того, по мере наступления этих демонов Джек насчитал уже около сотни убитых новых, однако они продолжали свое наступление в том же объеме и той же плотностью, с которой начинали. Это было достаточно странно и заставляло черного пони в промежутках между расчленением надвигающихся на него зверей следить за тем, что происходит уже с трупами, Темный заметил то, что заставило его понять — наступление затянется на куда большее время, чем он предполагал и что один из сюрпризов стоило проверить прежде, чем начинать наступление. Отрезанные части тел новых довольно быстро прирастали к основной массе, как и разрубленные головы, и отрезанные от ног тела, причем не самым приятным на вид образом. Мелкие раны и разрубленные без фактического полного отделения части тела, она прирастала, как обычно, изгибаясь в сторону краев ран, после чего кости, плоть и кожа срастались, возвращая конечности или иной части тела прежний вид. Однако отделенные полностью части притягивались к телу с помощью черных отростков, что произрастали из тел и, собственно, отделенной части. Далее все происходило по вышеописанному сценарию. Но беспокоило даже не это… А то, что заведомо мертвая тварь, после такого процесса вновь поднималась и шла в бой с не меньшей, а то и большей агрессией, чем раньше, что говорило об одном — твари бессмертны. Или же, по крайней мере, должен был существовать иной способ умертвить их без возможности регенерации. Но искать этот способ сейчас было просто бессмысленно, потому раз за разом приходилось отбиваться от встающих вновь и вновь тварей.       Вскоре всем стало понятно, что преимущество постепенно отходит в сторону демонов. Как раз-таки за счет этих новых тварей, которым даже оружие из Света оказалось нипочем. Однако так происходило далеко не со всеми… Одному из солдат-перевертышей удалось вонзить свой меч такой твари прямо между глаз и, как назло, оружие застряло. Хотя именно это и позволило перевертышу полностью прикончить эту тварь, подобное чуть не стало причиной его смерти, когда из-за спины подкрался обычный разведчик. Тут уже сыграла способность к превращениям и обращенный в Древесного Волка перевертыш смог придавить демона к земле.       Новые демоны все продолжали свое наступление, затыкая за пояс своих более слабых сородичей. Генералы же стояли в стороне, не думая о том, чтобы вмешиваться. О смертных они не беспокоились, в то время как прорывающиеся, пускай и не так быстро, как можно было бы предположить, Древнейшие подходили все ближе и ближе.       — Салдавейрон! — воскликнул Хедейр, одним точным и резким движением разрезав демона на пополам. — Боюсь, мы не сможем сократить армию новых! Нужно придумать что-то получше этой пустой траты времени!       — Надо подобраться к Люциферу! — ответил ему Джек, отправив очередного демона в полет очень грациозным и не менее сильным, чем красивым, ударом заднего копыта с разворота. — Умрет он — остальные разбегутся!       — Аргх, эти… Твари… Они больше раздражают…       Джек предпочел промолчать. Хедейр выдал достаточно очевидную вещь. Очевидную для него, для генералов и, скорее всего, для самого Люцифера. Кстати, о нем… Король демонов просто испарился, когда армия демонов начала свое наступление. Черный пони сильно сомневался в том, что Падший струсил, — не в его это было характере, да и с приобретенными силами он мог бы размазать всех смертных одним ударом. Было интересно узнать, почему он не нападает. Ответ, однако, пришел быстрее, чем вопрос успел полностью сформироваться в голове Темного — ему нужны они. Элементали… Он ненавидит их всей своей душой или ее остатками, а мелкие демоны, эти новые, генералы — все они были здесь лишь ради того, чтобы уничтожить наступающие силы смертных, но не их… Они не причинили бы им вреда… И все это понимали… Казалось, даже сами мелкие демоны, ибо они старались обтекать Древнейших, как вода торчащий камень. Не все, конечно, но какая-то часть точно. Непобедимые, способные залечить любую рану — идеальный убийца смертных. Нужно было максимально проредить этих существ, пока они не добрались до остальных, иначе тогда будет очень больно. Плохо было одно — количество демонов на квадратный метр. Они напоминали стаю ос, которые среагировали на одного обидчика и теперь всячески летали у него перед лицом, норовя ужалить побольнее. Не слишком напряжно, но… Бесит…

***

      Рев тысяч демонов наряду с громкими криками пони разорвал горячий воздух этого Нового Ада. Толпа солдат, заключенных в броню, созданную Элементалями, бросилась в сторону оголтелых демонов. Уверенность в том, что сражение закончится быстро из-за банального отсутствия защиты у противника, росла в геометрической прогрессии. Однако же уроки и наставления о том, что отсутствие защиты у демонов компенсировалось их естественной прочностью, не забывалось и активировало некоторую осторожность в собственных действиях. Твайлайт не была уверена в том, что атака была достаточно логичным и подкрепленным действием. Люцифер не был настроен особо враждебно к пони и даже сказал, что они могут избежать столкновения, но… Каденс… Шайнинг Армор… Они все еще были у него в плену… И только он один знал, что происходило с ними на протяжении всего того времени, что они готовили эту атаку.       Как договаривались Джек, Хедейр, Селестия, она и Кризалис, Древнейшие вышли вперед, оказавшись в один мощный прыжок достаточно далеко, чтобы раскидать врагов изнутри. Дальше же последовала мощная ударная волна — видимо, Хедейр и Джек одновременно ударили копытами о землю, вызвав тем самым небольшое землетрясение. Молодая принцесса каждой клеточкой своего тела ощутила дрожь земли и, стараясь не упасть, продолжала свое движение вперед, обнажив блестящий меч, что еще вчера выдал ей Хедейр. Орудие не было тяжелым, хотя и выглядело достаточно массивно. На резонный вопрос Твайлайт о том, сможет ли она победить демонов этим орудием несмотря на его легкость, Свет ответил, что сможет, но лучше было бы не забудь она применять магию. Потому что демоны будут атаковать кучей. И эти слова были подтверждены буквально в эти несколько мгновений — твари действительно бежали плотными кучками, которые несколько рассыпались после удара Джека и его брата. Если бы они этого не сделали, возможно, армия пони и перевертышей была бы разгромлена еще на подходе. Да и не будь их, они бы вообще сюда не попали… Как не попал бы и Люцифер… Твайлайт тряхнула головой… Нельзя было пропускать эти отвратительные мысли в голову. Это случилось, и все тут… Как математическое уравнение, в котором было лишь одно решение и по-другому уже никак. Его нельзя было изменить — по крайней мере, без долгого и нудного пересчета, а ответ все равно совпадал. И ответ, который получила Твайлайт в своих расчетах, ей не понравился. Не их мир, так любой другой мог бы оказаться на их месте. Проблема была лишь в том, куда отправился бы Джек, если бы тогда, еще в самом начале, ушел из их мира с концами. Однако судьба выбрала Эквестрию… Теперь все уже случилось и надо было противостоять этому, насколько противно бы ни было на душе. В конце концов, там брат… Его жена… Возможно, живые… Твайлайт, находясь в шоке от того, как преобразилась Кристальная Империя, совершенно забыла о том, чтобы осведомиться у Темного, чувствует ли он души Армора и Каденс. Теперь же ей оставалось только надеяться на то, что все закончится хорошо. Что она, ее друзья, верные принцессам и королеве солдаты, смогут победить демонов. Что Джек победит Люцифера…       С разведчиками особых проблем не возникало — Твайлайт удавалось ловко, чего в себе она не замечала, уклоняться от атак и обрушивать на головы, тела демонов достаточно мощные удары, которые резко прекращали какую-либо деятельность со стороны чудовищ. А вот эти… Другие демоны… Они были куда злее и сильнее. Принцесса не раз замечала то, как эти существа с легкостью насаживают солдат на свои огромные когти, рвут их на части, пожирают заживо… Это было ужасно, но таковы следствия этого конфликта. Джек сразу предупредил об этом, когда только начинал тренировать их. И они пошли на это… Правильно ли это было? Однозначного ответа не было… Правильность этого решения покажет только исход события и то, что будет дальше… Скорее всего, им не удастся одержать победу сегодня, но… Твайлайт снова попыталась прогнать гнетущие мысли и сосредоточиться на том, что происходило прямо здесь и сейчас.       Лезвие меча продолжало рассекать воздух, то и дело сталкиваясь с очередной частью тела того или иного демона. В какой-то момент Твайлайт показалось, что происходит что-то странное. Демонов было много, да, но за то время, что они уже сражались, их должно было стать, пусть и незначительно, но меньше, но существа продолжали наступать с таким напором, будто сражение только началось. Бросив мимолетный взгляд на то место, куда упал один их новых, молодая принцесса обнаружила то, что обнаружили и Джек с Хедейром, — мощнейшую регенерацию этих существ. Тут все гнетущие мысли вновь всплыли в ее голове. Твари могли восстанавливаться даже после смертельных повреждений, а это было очень плохо. Вероятно, что бы они ни делали, им не удастся полностью уничтожить их, что несколько подпиливало боевой дух. И генералы… Они находились достаточно далеко от основного сражения. Твайлайт не узнавала их… По крайней мере, всех, кроме Лилит… Ее доспехи лишь подчеркивали статус королевы, который она вновь приобрела — достаточно плотно прилегающие к телу, но не такие, какие были у пони, черного цвета с алыми вкраплениями… Выглядело это достаточно величественно и по-королевски, а ее надменное выражение лица начало бесить аликорна. Особенно после того, как она попыталась втереться к ним в доверие… Как подчинила ее себе… Подобного Твайлайт не могла простить никому, потому… Ей хотелось самолично атаковать Лилит, несмотря на все возражения черного пони о том, что на генералов не стоит лезть даже самому подготовленному солдату. Обычному солдату, сказала бы она, если бы была обычным солдатом… Но она была аликорном… Элементом Магии… И она должна была атаковать Лилит, чтобы та заплатила за свое предательство. На секунду Твайлайт почувствовала странный укол где-то в глубине себя. Это был некий азарт, который потух так же резко, как и вспыхнул, уступая место здравому смыслу. Атаковать Лилит… И чем она только думала? Это же сродни самоубийству… Или нет… Способна ли ее магия навредить демону? Это вряд ли, но вот меч… И тут она снова подняла глаза к демонессе. Вновь в ее сердце вспыхнула ярость от той надменности, которая играла в одной лишь улыбке Лилит. Это было слишком, потому Твайлайт решила действовать, резко поднялась в воздух и полетела в сторону той скалы, на которой стояла королева демонов. Она, видимо, только этого и ждала, так как взмахнула своими крыльями и полетела в сторону молодой принцессы, обнажая по пути свой меч.       БАМ!       Лезвия мечей столкнулись друг с другом с громким металлическим звуком. Удар был достаточной мощности, причем большая сила оказалась на стороне Лилит. Твайлайт, находясь в куда более уязвимом положении, была отброшена обратно в сторону земли, однако от удара ее спасли крылья. Как только она приземлились, то услышала звук приземления чего-то достаточно массивного рядом с собой. Подняв голову, она увидела Лилит. Надменная и торжествующая улыбка все еще играла на лице демонессы, а красные глаза ярко пылали азартным огнем.       — И снова привет, маленькая принцесска… — язвительно сказала Лилит, улыбнувшись клыкастой улыбкой. — Вижу, папочка и Салди не слабо так прокачали вас — доспехи отличные… Только вот когти наших демонов куда острее, чем самое острое лезвие.       — Не пытайся запугать меня, демон… — прошипела Твайлайт и направила меч в ее сторону. Рог аликорна тоже начал светиться — она была готова к любому раскладу. Однако такая серьезность вызвала лишь веселый смех у Лилит.       — Ты все еще дуешься на меня за то, что я использовала твою тушку для отвлечения? Ай-ай-ай, моя дорогая… Ты знаешь, что за гнев гарантированно попадешь в Ад после смерти?       — Для этого тебе придется убить меня…       — Ух ты… В ком-то пробудился боец… — еще более язвительно сказала Лилит, но тем не менее атаковала аликорна. И вновь их мечи встретились с громким звоном, однако Твайлайт все-таки смогла нанести демонессе кое-какой урон. Не оружием, а своей магией. Сконцентрированный луч яркой темно-розовой энергии стремглав устремился прямо в лицо королеве демонов, отбросив ее в одну из скал. Сила, с которой ее припечатало в стену, была огромной, но недостаточной, чтобы пробить дыру в достаточно твердой породе.       Подобный ход молодой принцессы сильно разозлил Лилит. Это было видно по ее лицу, когда она смогла отлепиться от скалы и встать на задние копыта.       — За это я вырву твое сердце и скормлю его тварям! — прошипела демонесса и бросилась в сторону аликорна.       На сей раз она атаковала куда более яростно, чем ранее. Игривость пропала с ее лица, сменившись злобой. Честно сказать, Твайлайт сильно напугала такая метаморфоза в поведении Лилит, ибо за то время, что они были знакомы, королева никогда не была в столь разъяренном состоянии. Время для игр кончилось, и это было понятно, так что и принцессе стоило прекратить растягивать это. В конце концов, она сама этого хотела.       И вновь удар магией, от которого Лилит не смогла увернуться, что лишь сильнее разозлило ее. Однако в этот раз, атаковать молодую принцессу ей не дали. Между ней и Твайлайт приземлился огромный, массивный демон с не менее массивным шлемом на голове и цепями, что срослась с плотью его передних копыт.       — Молох?! — воскликнула Лилит. — Поди прочь! Эта смертная моя!       — Королева, вам следует держаться позади, — спокойно пробасил демон. — Король не простит, если с вами что-то случится.       — Я могу за себя постоять! — не сдавалась демонесса и попыталась вновь пробраться к Твайлайт, однако Молох слегка оттолкнул ее массивным копытом.        — Держитесь позади… — вновь произнес он и повернулся к молодой принцессе. — Ты сражалась с моей королевой. За подобную дерзость ты будешь уничтожена!       Не успела Твайлайт что-то сказать, как Молох размахнулся своими цепями, к концам которых были приделаны огромные крюки, и начал свою атаку. Несмотря на то, что он был достаточно массивным, двигался демон необычно ловко, как и управлялся со своим оружием. Молодой принцессе, после достаточно сильных магических атак, едва хватало сил на то, чтобы уклоняться с той скоростью, с которой атаковал сам генерал. В последний момент, когда ее уже натурально загнали в угол, Твайлайт успел поставить щит, однако это не остановило Молоха, и он принялся рушить магический барьер уже не с помощью своих крюков, а с помощью грубой физической силы. И это было действительно мощно — магическая защита, что сама по себе была неслабым заклинанием, начала давать трещину от простой силы этого существа.       Твайлайт уже была готова к тому, чтобы телепортировать себя за спину демону, чтобы потом атаковать его, но ее опередили. И сделал это тот, кого она ожидала меньше всего — Джек. Черный пони буквально вырос из-под земли и одним мощным ударом отбросил огромного демона на достаточно приличное расстояние. Он даже не стал оборачиваться к принцессе и просто направился в сторону Молоха, который уже успел очухаться.       — Что, большой и сильный демон решил атаковать смертную? На душе кошки не скребут? — язвительно спросил он.       — Очень смешно… — прошипел Молох и запустил в Темного одним из своих крюков. Последний ловко перехватил орудие демона и резко подтянул его к себе. Несмотря на свою массивность, гигант подлетел к Джеку так, будто не весил ничего, после чего был припечатан к земле достаточно мощным ударом. Подняться ему не дал очередной удар. За ним еще один и еще, и еще… И так до тех пор, пока демон не перестал сопротивляться. Вряд ли погиб… Скорее, потерял сознание от мощных ударов. Лишь когда он перестал двигаться, Джек подошел к Твайлайт и протянул ей свое копыто. Слегка неуверенно, молодая принцесса взялась за копыто черного пони смогла подняться на ноги.       — Когда я говорил о том, что вашей задачей являются мелкие демоны, а не генералы, каким местом ты меня слушала? — удивительно, но голос Темного был спокойным и совершенно неосуждающим, что несколько удивило молодую принцессу.       — Прости, я… Я хотела отплатить Лилит за то, что она взяла мое сознание под контроль… — выдавила из себя Твайлайт.       — Понимаю… — ответил черный пони и, размахнувшись своей косой, пробил голову решившему выскочить на него разведчику. — Гнев и жажда мести пьянят, но не вы ли мне говорили, что нужно забыть эти чувства, и не я ли говорил, что во время битвы нужно оставаться хладнокровными?       — Я знаю, но…       — Ладно, это ничего… Главное — больше так не делай и возвращайся к своим друзьям. Генералов мы берем на себя…       — Хорошо… — Твайлайт немного приободрило отсутствие у черного пони агрессии в ее сторону за неповиновение. Возможно, это было связано с тем, что он слишком сконцентрировался на происходящем. А происходило многое… Единственные, у кого было чуть больше преимущества, это пегасы. Летающих демонов в армии Люцифере не было, за исключением некоторых, которые, однако, старались не вмешиваться в бой с теми, кого, очевидно, просто не считали достойными своего внимания. Они лишь стояли и смотрели на то, как гибли смертные и демоны. Вмешиваться можно было лишь против кого-то, кто был сильнее. Как, например, принцесса Солнца, ибо за то немногое время, что шел бой, она успела проявить себя, как достаточно опытный боец.

***

      Тем временем битва продолжалась. Серый песок был окрашен в алый из-за пролитой крови, однако ни одна из сторон не собиралась сдаваться. Бои продолжались с не меньшим рвением. Удивительно было наблюдать такую смелость со стороны пони по отношению к тварям из мира, который был чужд им. Тренировки явно проходили не зря, так как армия пони давала достойный отпор, но всех их сильно смущало наличие генералов буквально над их головами. Пегасы, фестралы и те перевертыши, что выбрали атаку с воздуха все это видели, однако помнили, что с этими существами им не совладать. Но долго терпеть подобное генералы не собирались, хотя все еще придерживались приказа своего короля о ненападении на смертных. Возможно, они бы и не стали, продолжая мириться с тем, что смертные оказались не так просты, но их внимание приковала одна смертная — высокая, отличалась от других наличием и рога, и крыльев. Вообще подобных тут было две, однако их можно было различить чисто визуально. Внимание демонов привлекла та, у которой рог был прямым, а крылья белыми и пышными. Как у ангела, подметил про себя Азазель, решив, что ему стоит познакомиться с ней поближе. Отчасти потому, что его привлекла ее аура… Куда сильнее, чем у обычных солдат. Возможно, в ней даже скрыто то, о чем она сама не подозревает.       А демоны, тем временем, продолжали наступать. Волна за волной… Сколько их было — десять, двадцать? Счет не вел никто. Их просто было много… Но принцесса Селестия полностью отдавала себе отчет в той силе, которую использовала против монстров. Однако шум, раздавшийся позади нее, заставил аликорна отвлечься, а те демоны, что атаковали ее, начали обтекать принцессу. Обернувшись, она увидела одного из генералов. Бардовые доспехи, огромный меч на поясе, холодный взгляд разноцветных глаз и клык, торчащий из-под верхней губы.       — Азазель… — произнесла принцесса. Лицо демона исказила кривоватая улыбка.       — Кажется, мы с вами незнакомы. Однако я помню, что капитан упоминал вас во время наших… «Вечеринок».       — Более того, ты послал нас к черту после одной такой, — подметила Селестия. Азазель тихо усмехнулся.       — Да, я помню. Правда, меня настолько мучала головная боль, что я даже не удосужился спросить имени той, кого собираюсь выпроводить прочь. Впрочем, сейчас это не важно, ибо этикет при нынешних обстоятельствах — условность, которая мало что значит.       — Значит, ты пришел, чтобы сразиться со мной один на один? Один из главных генералов демонов? На простую смертную? Не слишком ли много чести для меня одной?       — Если я здесь, значит, достаточно… — ответил Азазель и обнажил свой меч, после чего направил лезвие в сторону принцессы. — По крайней мере, теперь я узнаю вас чуть ближе, как и то, стоили ли вы моего внимания или же нет.       После этих слов Азазель бросился в сторону Селестии, размахнувшись мечом с такой силой, что у неподготовленного воина копыто сломалось бы пополам, однако принцесса, пусть и была готова не так, как хотелось бы для противостояния генералу, смогла отразить этот удар и даже нанести ответный, который прилетел демону в щеку. Плоть была слегка надрезана лезвием, созданным из Света, и вместе с кровью из раны начал выходить легкий дым. Его запах… Этот зловонный смрад можно было уловить даже за километр от места сражения. Определенно, это было что-то стухшее, гниющее, неживое. Демона-то и нельзя было назвать живым… Он принадлежал миру мертвых, так что, и запах от него был соответствующих, но Селестия бы и не почувствовала его — Азазель находился достаточно далеко от ее носа. Тем не менее, обоняние решило все за нее, усилившись настолько, что даже столь тонкий запах смог добраться до носа принцессы Солнца.       Сам же Азазель некоторое время просто стоял и слегка зажимал рану своим копытом. Вновь на его лице появилась улыбка.       — Свет, значит… Поразительно… И потрясающе… Но, вы якшаетесь с Элементалями Тьмы и Света одновременно… За подобное преступление ваше наказание — СМЕРТЬ!       И снова демон кинулся в сторону Селестии, размахнувшись своим мечом. Мощность удара, как и первого, была чудовищной, так что аликорн и сама не понимала, каких усилий ей стоит отражать подобные атаки. Однако не только в силе дело, но еще и в скорости — Азазель старался атаковать по всем точкам, которые считал незащищенными. В первую очередь, копыта — передние и задние — местоположение не играло значения, ибо цель была одна: сбить врага с ног и прикончить одним быстрым ударом. Тем не менее, что поразило самого Азазеля, Селестии хватало скорости, силы и маневренности, дабы отражать, если и не все атаки, то их большинство, а это вызывало определенные вопросы. Несомненно, что всех смертных тренировал Салдавейрон, однако достичь такого уровня мастерства было просто невозможно. Тем более за столь краткий срок. Подобное вызывало уважение со стороны Азазеля. Не только у пони, но и у тех смертных, кто смог достичь схожего в своем познании боевых искусств. Но и сам демон не собирался уступать какой-то там принцессе, продолжая атаковать все быстрее и быстрее. Сильнее и сильнее, прессингуя и, практически, не оставляя возможности для отражения атаки. Так оно и случалось — Селестия не успевала отражать, сначала некоторые, а потом и многие удары. Победа, можно сказать, была в кармане у Азазеля, потому он продолжал свое наступление.

***

      С каждым ударом… Нет, с каждым мигом, создавалось ощущение, словно демонов становилось все больше и больше. Было уже все равно, куда наносить удары — главное, что задело, а разбираться, кого именно в столь неудобных обстоятельствах, было не менее неудобно. Особенно это касалось тех, у кого орудия были более дальнего действия, чем у остальных, в число которых входила Флаттершай. Откровенно говоря, когда все началось и армия буквально поволокла ее в сторону действий, пегасочке хотелось просто испариться. Все это зашло слишком далеко, на ее скромное мнение, однако все уже началось и остановить это было невозможно. Десятки демонов оказались в воздухе — столь нелепо переворачиваясь и кряхтя, после того как Джек и Хедейр нанесли свой первый удар, но сотни преодолели эту волну и теперь неслись на них, словно голодные звери на свою добычу. Теперь оставалось только защищаться, и не было ничего, кроме меча, который уже рвался в бой, дабы защитить свою хозяйку. Лишь только первый разведчик оказался рядом с ней, Флаттершай, даже не отдавая отчета своим действиям, наотмашь взмахнула мечом. Вскоре она ощутила нечто теплое на своем лице и когда смогла открыть глаза, прикоснуться копытом к тому, чем было это нечто и поднести к своему лицу, она поняла… Кровь… Густая и темная, но это определенно была кровь. К горлу пегасочки подкатил ком, а в голове появилась лишь одна отвратительная мысль: «Я совершила убийство!». Это был демон, но он все еще был живым существом, а она взяла и так хладнокровно отняла его жизнь. Быть может, тварь и не хотела атаковать ее, руководствуясь лишь инстинктом самосохранения перед Люцифером — оно и понятно, умирать не хочет никто, но… Теперь он тут… Мертвый… Навсегда…. Это было ужасно… Настолько, насколько можно было только вообразить, но… Что она могла поделать? Это явно отличалось от того, что устраивал Джек, — там она могла победить его и не добивать, а тут… Тут это была жизненная необходимость, против которой нельзя было идти. Или они, или мы… Потому Флаттершай пришлось задушить свою жалость по отношению к демонам и продолжить защищаться. По крайней мере, так было с обычными разведчиками.       А вот новички… В них не было ничего такого, за что их можно было бы пожалеть. Дикие… Они не были таковыми… У них определенно был разум, который подсказывал им, как и куда нужно атаковать, дабы добиться от атаки большей эффективности. Жаль ли их было Флаттершай? Нет… Они явно были созданы с той целью, чтобы убивать, в то время как обычные демоны лишь мучали своих жертв в Аду. Скажете: «Немного разницы между мучениями и убийствами!»? Отвечу: «Пропасть», — ибо мучения подразумевали наличие жизни, пусть и у заведомо мертвых душ. Подобному не было оправдания… Никто бы не собирался с этим мириться… Ни принцессы, ни Джек, ни Хедейр, ни сама Флаттершай. И она не собиралась сдаваться этим тварям просто так, однако сколько бы пегасочка их не атаковала, они все равно вставали. Словно и не было никаких ран… И это было страшнее всего… Как уничтожить того, кто все равно встанет. Конечно, она краем глаза успела заметить перевертыша, которому вроде как удалось убить тварь, но… Он уже этого не видел, однако тот демон вновь встал и направил удар в сторону обидчика. Несчастный тут же повис на его когтях, хрипя и истекая кровью. Погиб, несмотря на то что успел отразить атаку другого демона… Что ж, таковы были условия той битвы, в которой они оказались, потому очень полезно было отрастить глаза на затылке. Однако Флаттершай этого не умела, потому в один момент сама чуть не стала жертвой демона. Благо рядом оказалась Рэйнбоу Дэш, что со скоростью пули влетела в монстра, пробив дыру у него в груди своим копытом, после чего улетела на подмогу другим. Разведчик лишь захрипел и вскоре замер на земле. Больше он не вставал… Песок под ним окрасился в темно-бардовый оттенок, а глаза перестали светиться алым. Определенно, он был мертв, но на этом его сородичи не останавливались, становясь лишь злее с каждой секундой.       В какой-то момент, показалось, что эта бойня будет длиться бесконечно. Но, что самое смешное, сами генералы не стремились принимать участие в этом сражении. Лишь трое, коими были Лилит, Молох (Флаттершай поняла, что это был именно он по описанию, что давал Джек) и Азазель. Остальные же предпочли остаться позади. Что ж, тем лучше — сама Флаттершай и не собиралась искать приключений на свой круп, особенно в этой ситуации. Тем не менее, она, видимо, все же выделилась среди остальных, ибо на ее пути встал он: высокий по сравнению с ней, но мелкий, если смотреть на фоне других, худой, покрытый красноватой шерстью, демон с четырьмя огромными паучьими лапами, торчащими из-за спины. Его длинная черная грива и необычная для его образа козлиная бородка как-то нелепо колыхались из-за горячего ветра. На лице демона торжествовала жуткая клыкастая улыбка.       — Вы только посмотрите… — с легкой издевкой произнес он и расправил свои лапы. Шипы, что венчали окончание этих конечностей, выдвинулись чуть вперед. — Мне-то казалось, что у нее не хватит смелости, но самый трусливый воин в этой армии оказался самым прытким. Похлопал бы стоя, но… Обстоятельства запрещают…       — Кто… Кто ты такой? — испуганно и, защищаясь своим мечом, спросила Флаттершай. Орудие буквально кричало ей, что от этого демона стоит ждать чего угодно.       — Асмодей, моя дорогая… — учтиво представился демон и даже поклонился ей. Поклонился смертной. — Думаю, в начале любой дуэли, следует оказать уважение друг к другу. Поклон — самый простой способ показать уважение, — но Флаттершай не поклонилась, смотря на Асмодея со смесью страха и ожидания атаки. Демон это тоже заметил и… Улыбнулся… — Гордая… Люблю таких — с вами куда интереснее сражаться, чем с теми, кто чтит глупые традиции.       Его паучьи лапы вновь шевельнулись, после чего он начал атаковать. В основном это происходило в воздухе, то есть Асмодей подпрыгивал как можно выше, после чего атаковал своим шипастыми лапами. Также он старался поддеть казавшиеся ему незащищенными копыта пони. Собственно, так делали и многие другие демоны, так что Флаттершай приноровилась парировать подобное.       — А ты не так уж плоха, — с нескрываемым восхищением сказал Асмодей, после очередной атаки. Однако в его голосе послышалось и разочарование. — Тем скучнее для меня…       С этими словами он сделал несколько шагов назад, уступая место очередной волне из демонов рангом поменьше.       — Однако я не прощаюсь, — вновь поклонившись, ответил он и пропал в толпе демонов. Флаттершай была ему более не интересна… Демон нашел жертву куда «круче», чем простая пони с мечом, что способен удлиняться от ее желания.

***

      Единственная мысль, что посетила голову Кризалис после того, как началось сражение, это вопрос о том, когда все это закончится. На тот момент прошло уже более получаса с тех пор, как вся эта котовасия началась, и она, откровенно говоря, не видела возможности для победы ни для одной стороны, ни для другой. Все зависело, на ее взгляд, от того, чьего лидера устранят первым. Люцифер против Джека Салдавейрона. Демон против Элементаля. Исход, казалось бы, очевидный, но… Самого короля демонов на поле не было. Вообще с того момента, как все началось, Падший словно испарился. Уступив поле боя низшим демонам и своим генералам, которые, кстати, тоже не особо рвались в бой. До определенного момента, разумеется.       Собственно, Кризалис тоже перепало удовольствие встретиться с одним из демонов-генералов. Он представился ей, как Асмодей, и выглядел, откровенно говоря, совершенно, нелицеприятно. В особенности в глаза бросались четыре огромных, неприятные на вид, паучьи лапы, что торчали у него из-за спины, и которые выглядели совершенно не как рудименты. Собственно, ими они и не являлись, а были вполне неплохим орудием атаки, которым демон пользовался со всей, так сказать, любовью. Их количество, частота наносимых атак — все это создавало очень непростое испытание для королевы перевертышей. Тем не менее, учения не прошли даром, так что, Кризалис решила использовать телепортацию, в мгновение ока оказавшись за спиной Асмодея и выпустив в его затылок достаточно мощный заряд, чем отшвырнула демона в сторону. Не такой уж этот генерал сильный, пронеслось у нее в голове. И тут же она поплатилась за то, что перестала следить за спиной, ибо пропустила удар, достаточно мощный, чтобы сбить королеву с ног, но не убить. Резко подскочив, после нескольких кульбитов по земле, королева увидела демонессу, которая до определенного момента сидела на одной из скал. Генерал — это было очевидно, а ее потрепанный вид говорил о том, что она уже вступила в противостояние с кем-то и явно вышла проигравшей. Или, как минимум, просто сбежала с поля боя. И Кризалис узнала ее, ибо и Джек, и Хедейр лишь об одном демоне говорили в женском рода — Лилит. Глаза ее полыхали, а в них отчетливо улавливалась жажда крови и желание отыграться за предыдущую стычку. Разумеется, все это было ради удовлетворения собственного эго, чем для того, чтобы сослужить своему королю добрую службу и доказать правильность столь высокого звания у столь… Нестабильной особы.       — Как королева королеве… — сказала Лилит и направила в сторону Кризалис свой меч. —Советую тебе сдаться, моя дорогая. Не тебе тягаться с демоном.       — А судя по тому, как ты выглядишь, кто-то уже дерзнул бросить тебе вызов, — Кризалис не испугалась этой напыщенной особы. Напротив, ее тон вызвал куда большую агрессию, чем она предполагала, но… Хладнокровие… В битве нужно оставаться холодной, как лед. — Что ж, не буду исключением…       Она не могла сказать, какого черта в ней взыграла такая смелость, но… Стоящее перед ней существо почему-то не внушало ей такой же опасности, как тот же Асмодей или же тот великан с крюками, что тоже уже спустился вниз.       — Собственно, а где же король? — все с тем же издевательским тоном спросила Кризалис. — Неужели сам правитель Ада струсил перед простыми смертными?       Это была добивающая фраза, которая поселила в Лилит чувство невиданной доселе ярости. И которую ей хотелось выплеснуть…       — О-хо-хо, ты хочешь знать, где король… — тихо произнесла демонесса. — Что ж, я бы сказала, но… ТЫ ЕГО НЕ УВИДИШЬ!       С этими словами одна королева пошла в атаку на другую. Лилит атаковала быстро и изящно, отчего не только отражать, но и предсказывать, куда конкретно придет следующий удар, было достаточно сложно. И, несмотря на свой достаточно миловидный вид, который омрачали ее доспехи, демонесса была самым настоящим зверем. Это выражалось не только в ее атаках, стремительность которых можно было сравнить с молниями, но и резко изменившемся поведении. Лилит все больше и больше действовала, как пантера, что несколько нагоняло жути на Кризалис. Однако атака продолжалась крайне недолго. По крайней мере, та ее часть, которую можно было назвать «игрой с жертвой», после чего Лилит перешла к куда более агрессивным действиям, что удивило королеву перевертышей. За те несколько минут, что они были знакомы, она могла сказать, что демонесса продолжила бы играть с ней до тех пор, пока кто-то из них не вымотался бы настолько, что дало бы второму шанс для проведения финальной атаки. Это могло значить только одно — нашелся тот, кто мог переключить внимание Лилит. И кто бы это ни был, он явно оказался в опасности. И эта теория подтвердилась в тот момент, когда для Кризалис стала очевидна одна вещь — ее соперница скрылась в толпе демонов, которые начали атаку настолько быстро, что она даже заметить не успела. Однако… Когда напор демонов несколько поутих, королеве открылось еще одно противостояние — принцесса Селестия сражалась с одним из демонов. Азазель… Его нельзя было не узнать, однако… В представлении Кризалис этот демон был куда большим громилой, который не отличался особой маневренностью, но, на удивление, он оказался даже проворнее змеи Лилит — принцесса явно была в не самом выгодном положении из-за этого, и ей явно требовалась подмога.

***

      — А ты куда быстрее, чем кажешься, — сказала Селестия, отразив очередной удар Азазеля. Этого не было видно, но под шлемом с принцессы стекло три пота, а мышцы ее уже вовсю сигналили о том, что их время уже на исходе. Сам же демон не выглядел даже чуть-чуть уставшим и лишь перехватил меч вторым копытом.       — Я не менее удивлен… Смертная, а настолько выносливая и сильная… Не знал бы о вашей смертной сущности, вы бы сошли за ангела.       — Кстати, об ангелах… Салдавейрон поделился кое-какой информацией о Падших. Как мог один из самых сильных архангелов пойти на поводу у гордеца, возомнившего себя богом?       — Хм… Поделился, значит… — голос Азазеля стал более серьезным. — Тогда вы знаете, что не все так просто, как кажется. Мы все преданы нашему королю и добровольно подписались на восстание. Были, есть и будем…       — Какие красивые речи… — послышался голос королевы Кризалис. Вскоре же и сама перевертыш появилась рядом с принцессой. — Думаю, меня ты узнаешь…       — Да, та, что назвалась подругой Салдавейрона. Пожалуй, самая никчемная роль, которую можно было бы избрать, особенно для той, в ком гордость должна превышать. И знаешь, для подхалимов есть особое место в Аду, и я добьюсь того, что именно ты окажешься там, когда наш мир вернется к его законным владельцам.       — Для этого тебе придется убить меня! — воскликнула королева. Азазель даже не шелохнулся.       — Пустые крики, которые окончатся смертью, — ответил он и вновь пошел в атаку.       Несмотря на то, что теперь их было две, и численное преимущество должно было возыметь свое, атаки продолжались с таким напором, будто Азазель все еще сражался с одним соперником. Ей-богу, королеве и принцессе еле-еле удавалось отразить стремительные и мощные атаки. Вскоре стало понятно, почему именно он занимает настолько высокие позиции в рядах демонов — помимо феноменальных силы и ловкости, Азазель проявлял недюжинную смекалку и умудрялся находить слабые места в обороне своих противником за считанные мгновения, из-за чего принцесса и королева достаточно часто пропускали его атаки. Кроме того, в их наступлении было куда меньше организованности и частенько они сами напарывались друг на друга, что тоже не шло им на пользу. В конце концов, Азазелю удалось схватить обеих правительниц и отшвырнуть их в разные стороны. Кризалис повезло меньше — сила, с которой ее отбросили и скала, так удачно возвышавшаяся на пути летящего тела перевертыша, просто отключили ее от происходящего в округе. Но демоны не трогали ее… Видимо, некоторые посчитали королеву мертвой, а может, просто не было приказа убивать лежачих.       — Ваша напарница стала обузой… — более удовлетворенно сказал Азазель, когда заметил, что Кризалис потеряла сознание. — Она была весьма и весьма приставуча. Словно таракан, который приклеился к моему ботинку. Теперь же мы снова вместе, однако та особь осмелилась спросить у королевы о том, где наш король… Что ж, думаю, мне стоит ответить той же монетой… Где ваш лидер?       — Прямо перед тобой, демон, — более грозно сказала Селестия. — Я — принцесса всей Эквестрии. И я не позволю, чтобы такие твари, как ты, захватывали земли невинных обитателей ради того, чтобы угрожать войной всему сущему.       — Это не ваше дело, — совершенно спокойно ответил Азазель. — И король говорил вам об этом. Вы выбрали подчинение Элементалям и войну с демонами, так что… Вы и расплачивайтесь за это, принцесса всей Эквестрии.       — Даже если это сражение не приведет к нашей победе, демоны будут знать, что Эквестрия может дать отпор врагу даже из другого мира.       — Не слишком ли много гонора для одной смертной? Впрочем, неважно… Вам не пережить сегодняшний день…       — Это мы еще посмотрим… — прошептала принцесса и вновь встала в защитную позицию.       Азазель собирался было атаковать, однако замер на полпути и навострил уши. Было очевидно — он что-то услышал. Что-то такое, что заставило его остановиться и уйти… Вряд ли это было проявлением трусости со стороны демона, так как на его лице было видно, что отступление было для него чем-то неправильным и сильно бьющем по его чувству чести, однако… Этот приказ оказался важнее, а это значило лишь то, что он шел от самого Люцифера, где бы он ни был. И тут Селестия подняла глаза вверх — на одну из скал. Пожалуй, самую высокую из тех, которые возвышались на этих землях. Там был он… Его алые глаза холодно и даже высокомерно осматривали все поле боя, а на лице играла торжествующая улыбка. Он уже предвкушал свою победу, хотя исход сражения все еще оставался под вопросом. Тем не менее, такая уверенность Падшего в своей победе начинала напрягать…

***

      Всем генералам — отступить! Именно такой приказ получили все, кто спустился со скал ради того, чтобы поучаствовать в этом сражении. Кто-то послушался, а кто-то решил проигнорировать. В числе игнорирующих оказалась и Лилит. Нет, только не сейчас, когда ее жертва уже в двух шагах от ее когтей. Вот она — даже не смотрит в ее сторону, отмахиваясь своим мечом от мелких тварей. И… Три… Два… Один… УДАР!       Сражение продолжалось уже несколько часов. За это время многие их тех, кто сражался с мелкими тварями, потеряли достаточно своих сил, а это сказывалось на многом, в том числе и на внимание. Потому Флаттершай особо не обращала внимания на то, что происходит позади нее. Да и не требовалось это, так как демоны в основном не отличались какой-либо хитростью, а генералы почему-то начали отступать к тем позициям, которые они занимали в самом начале. Это было странно, однако, к чему жаловаться, ибо враги, что были куда опаснее, чем те, что брали массой, отошли на задний план. Но сильнее пегасочку напугал Люцифер. Его черная фигура возвышалась над всеми, а алые глаза осматривали территории как-то… Отчасти изучающе… Но все больше и больше его взгляд наполнялся холодом. Однако Флаттерашй не успела толком рассмотреть Дьявола, как почувствовала сигнал от своего меча, что позади нее кто-то находится. И этот кто-то явно не собирался подарить ей плюшевого мишку. Резко обернувшись и взмахнув своим мечом, пони даже толком не заметила, кого она сбила — только почувствовала всем телом мощный удар лезвия о что-то крепкое. Когда же пегасочка открыла глаза и смогла увидеть того, кого сбила, сердце ее ушло в пятки. В копыта… Сбитой оказалась Лилит. Лежать, однако, королева Ада не стала и подскочила почти сразу, как ее спина коснулась земли.       — О да… — протянула демонесса, повернувшись к Флаттершай. — Моя дорогая подружка… Давненько не виделись, правда?       — Ты… — прошептала Флаттершай. — Лилит…       — Именно… — улыбнулась королева и осмотрела доспехи пегасочки. — Хм… Вычурно, но тебе идет. Гораздо больше, чем черной мамбе и всезнайке. Вторую, кажется, Твайлайт зовут… Вот, память ни к черту…       — Не пытайся меня заболтать… — направив меч в сторону Лилит, сказала Флаттершай. — Я не поддамся.       — Знаю-знаю, ты у нас тут самая крутая… Отхватила самого крутого мужика и прочее, но… Ой, что-то я не вижу ни твоего покровителя, ни горячо любимого папочку… Кто же защитит эту малышку от страшного демона?       — Я и сама могу постоять за себя… — без запинки ответила Флаттершай, поразившись тому, насколько твердым и холодным был ее собственный голос. Она боялась Лилит до чертиков, но… Точно также она была спокойна… Весьма странное состояние.       — М-м-м, боюсь-боюсь, моя дорогая, — саркастично сказала Лилит и вытащила свой меч. — Чувствую, это будет очень весело…       Кто первым пошел в нападение, сказать было сложно, ибо они обе практически одновременно направились друг к другу. БУМ! В воздух поднялся неприятный скрежет металла о металл, однако всего на секунду, после чего лезвия разошлись в разные стороны. Флаттершай хотела вновь пойти в атаку, но вспомнила, что ее меч может бить на куда большие дистанции, и что нужно бы пользоваться этой фишкой куда чаще — как показывала практика, это было достаточно эффективно. И сейчас пегасочка отпрыгнула назад — так далеко, как смогла — и разъединила свой меч. Множество идеально заостренных металлических пластин, связанных сплошным кабелем, опустились на землю, после чего хозяйка орудия взмахнула им, словно хлыстом. В этот раз Лилит повезло — крайняя пластина прошла всего лишь в сантиметре от ее носа.       Определенно, подобный ход несколько удивил демонессу. Как так-то? Была такая тихая, а сейчас своя же полная противоположность. Определенно, с ней будет весело играть… И, хищно облизнув губы, Лилит бросилась в сторону Флаттершай, стараясь избегать ее хлыста с лезвиями. Так продолжалось до тех пор, пока они не оказались в метре друг от друга. Тут произошло то, чего Лилит явно не ожидала в силу своей самоуверенности. Она думала, что маленькая смертная пони не будет даже пытаться как-то оттолкнуть ее от себя, из-за чего совершенно забыла о защите для головы. В частности, лица. Ты-дыщ… Достаточно сильный удар прилетел демонессе прямо в нос. Поначалу, будучи в шоке от такого, она даже не поняла, чем именно был нанесен тот удар, однако же, отлично чувствовалось то, как по верхней и нижней губе начала течь густая кровь. Удар несколько обескуражил королеву демонов, отчего она сделала несколько шагов назад, позволяя Флаттершай нанести очередной удар — на сей раз по задним копытам. Лилит тут же оказалась лежащей на земле, однако шок от предыдущего удара прошел, так что, ей удалось увернуться от последующего колющего удара собравшимся воедино мечом. Теперь же демонессе представилась возможность разглядеть свою соперницу вновь. Рукоятка ее меча… Следы темной крови. Умно… Или же это произошло от испуга? Скорее всего, второе. Она совершенно не воин…       — Знаешь, это было больно… — сказала Лилит, утерев остатки крови из-под носа. — Не сломала, но… Черт возьми, сильный удар для такой размазни, как ты…       — Не надо меня злить — не выйдет.       — О, кто-то стал еще круче… — демонесса совершенно не скрывала издевательского тона. Тем не менее, она не ощутила гнева со стороны Флаттершай. Только холодное спокойствие… Так необычно… Для такой-то пони… — Мне это нравится…       И вновь ей пришлось уклоняться от металлических пластин. Несколько ударов она все-таки пропустила, из-за чего обзавелась достаточно глубокими и неприятными порезами, однако оно того стоило — Лилит подходила все ближе и ближе, наматывая на свое тело хлыст. Броня защищала ее от порезов, так что… Доставалось только лицу и шее… И вот они вновь оказались в метре друг от друга. Теперь нельзя было допустить того, что произошло некоторое время назад. Демонесса уже видела, как напряглось копыто Флаттершай, держащее меч. Она определенно была готова вновь ударить ее рукоятью, но… Промахнулась… И теперь уже она лежала на земле с прислоненным к горлу мечом. Стряхнуть с себя пластинчатый меч оказалось достаточно просто — нужно было лишь потянуть за нужное место. Глаза у Лилит горели адским пламенем — как же ей льстило то, что она собиралась сделать с этой смертной пони. Однако длинный язык — главный враг хорошего злодея.       — Ты была достойной соперницей, — сплюнув на землю несколько капель крови, сказала Лилит. — Но теперь…       — Теперь ты улетишь… — послышался до боли знакомый хриплый голос за спиной демонессы.       Страх… Это было последнее чувство, которое испытала Лилит, после чего ощутила лишь ветер и мощный удар о скалу. Настолько, что вся ее монолитная структура дала трещину, и весь каменный массив начал обрушаться.       Флаттершай тоже услышала этот голос. И, боже, ей стало намного легче, когда она поняла, что это была не иллюзия, а правда. Это подтверждало и то, что, открыв глаза, она увидела знакомый силуэт в длинном плаще и широкой шляпе. В одном его копыте была такая знакомая коса Смерти, а второе он протягивал ей, чтобы помочь подняться. Валяться долго она не собиралась, потому протянула ему свое копыто и поднялась.       — Противостояла самой Лилит, — улыбнулся Джек. В его тоне не было той издевки, которая была у демонессы — только теплота и даже похвала. — Ты молодец, Шай, но… Старайся все-таки избегать боя с генералами.       — Я бы… — тут Темный отвлекся на одного из демонов. Это был очередной разведчик, который не успел толком подбежать к черному пони, как отправился в полет, после того как последний достаточно филигранным и даже несколько вычурным ударом с разворота отшвырнул его куда подальше. После того, как он расправился с демоном, Джек вновь повернулся к Флаттершай. — Я бы и не стала, но…       — Она сама пришла — видел, потому ничего не говорю про пустую смелость. Интересно другое — какого черта генералы начали отступать?!       — Мне кажется, я знаю причину, — сказала пегасочка и указала копытом туда, где находился виновник торжества. Собственно, рядом с ним были те генералы, которые откликнулись на его приказ.       — Люцифер… — в голосе Джека послышалась маниакальная одержимость и жажда убийства, которую тут же заметила Флаттершай и подхватила его под копыто, когда он уже расправил свои крылья.       — Джек, подожди… Я не думаю, что атаковать его сейчас — хорошая идея.       — Думаешь, не справлюсь? — слегка насмешливо спросил черный пони и повернул голову к пегасочке.       — Справишься, но… Там не только он, но и… Они…       — Ничего, мое дело — Люцифер. А ты, Шай… Иди и найди Хедейра… Будет лучше держаться неподалеку от Древнейшего.       С этими словами он резко расправил свои крылья и стремительно полетел в сторону Падшего. Сто метров… Пятьдесят метров… Десять метров… Пять метров…       — Мой король! — только и услышал Джек, прежде чем подхватить желанную жертву и унестись с ней в сторону нового замка Дьявола. Определенно, это был Азазель… Что же ты, ищейка, не предупредил своего короля раньше? Именно с такими мыслями Джек пронес Люцифера до замка, после чего почувствовал твердость породы, из которой была сделана стена. Или потолок… Думать об этом сейчас было как-то глупо, тем более что это препятствие было преодолено. Пол… Необычно гладкий, словно сделанный из мрамора, пол, выглядевший и ощущавшийся так нелепо в столько гротескном строении. Холодный, гладкий пол… И вот они разделились, отпустили друг друга, прокатившись еще с десяток метров, после чего оба вскочили на ноги. Наконец-то они были друг перед другом…

***

      Если смотреть на эту ситуацию со стороны и издалека, сказать, кто есть кто наверняка было бы достаточно сложно. Они были похожи… Лишь детали отличали Люцифера и Джека друг от друга, но можно было сказать, что все выглядело так, будто бы один из них смотрит в зеркало. И то, что видели оба темных существа, им явно не нравилось.       — Наконец-то… — как-то маниакально протянул Джек. — Сколько лет, целых десять веков… И вот ты снова стоишь перед своей смертью…       — Смертью?! — усмехнулся Люцифер. — Ты не более, чем чудовище, которое отобрало трон Ада у законного короля и поставило на его место шута.       — Тем не менее, это чудовище убило тебя, мой дорогой Дьявол. А ты не смог защитить их… И ведь я сделал это, даже не будучи полностью целым…       — Слишком много говоришь… Впрочем, чего еще ожидать от того, кто тащит за собой смертных?        — Их земли, их мир… Им, как никому, нужно вернуть отнятое тобой. Но это все лирика. Как я погляжу, Лилит с Азазелем все-таки вырастили тебя на основе темной материи. Ты так ненавидел эту сущность, меня и все, что со мной связано, но, какая ирония, взращен именно тем, что так хочешь уничтожить. Что бы сказала малютка Азраэлла? Ах да… Она пыталась сказать… Пока не пошла в Хельрейм… А там, сам понимаешь…       — Хм… Азраэлла слишком проворна, чтобы так просто проиграть тебе, Салдавейрон… Но даже, если и так, я отомщу за нее.       — Вот это по-мужски… — более рычащим голосом ответил Джек, и они начали планомерное движение в сторону друг друга.       БУМ!       Столкновение Дьявола и Первого Элементаля произошло не так мягко, как рассчитывал сам Джек, однако все же в его пользу. Люцифер пытался атаковать сверху-вниз, что стало его большой ошибкой, ибо Темный резко оказался под ним и перехватил за талию, понеся и себя, и своего соперника в сторону одной из стен. И снова послышался звук разрушения каменного строения. И еще раз… И еще… Стена за стеной разваливались, после того как с ними сталкивались Джек и Люцифер. Последний, казалось, даже не собирался сопротивляться и пытаться перехватить инициативу, и лишь плыл по течению, ожидая, пока атака «тараном» закончится. Собственно, это не заняло много времени…       Вскоре они оба оказались в одном из залов — пустая комната, достаточно большая, чтобы организовать здесь какое-нибудь немаленькое строение, однако сейчас здесь было пусто. Словно, затравка для чего-то, что могло быть в будущем. Падший оказался на полу, а Джек нависал над ним, как волна, неминуемо собиравшаяся накрыть беззащитный город. Не такой уж он и крутой, пронеслось в голове черного пони, после чего поднял Люцифера за грудки и с силой прижал к одной из стен, а потом нанес несколько мощных ударов ему по лицу, но Дьяволу, казалось, было вовсе плевать на удары. Ясность его взгляда, улыбка и даже тихий смех, несколько озадачили Джека, но лишь поначалу, потом удивление сменилось азартом.       — А мне-то казалось, что ты хоть немного будешь отличаться от того Люцифера, которым ты был раньше, — несколько разочарованно, после особо мощного удара, который обломал один из рогов Люцифера, сказал Темный. — Однако, как я и говорил, ты не сможешь победить меня целого, раз не победил разорванного!       Вновь он замахнулся, чтобы нанести очередной сильный удар Дьяволу по лицу, но, к его удивлению, последний перехватил его копыто, когда оно было в десятке сантиметров от его лица. Снова послышался тихий смех, по интонации которого было понятно, что контроль ситуации принадлежит явно не Джеку.       — Кто сказал, что я начал? — послышался тихий голос Падшего, после чего последовал ответный удар, что пришелся черному пони туда, где у обычных существ находилось солнечное сплетение. Сила удара была достаточной… Нет, Джек не почувствовал боли, однако из-за мощной волны инерции его несколько согнуло, что дало Люциферу несколько секунд форы, которой он решил воспользоваться по полной программе. Слегка оттолкнув от себя соперника, Падший нанес несколько мощных ударов по корпусу и завершил все достаточно красивым и не менее мощным апперкотом. Теперь уже Джек оказался на земле, однако энергии в нем не поубавилось. Наоборот, азарт возрос еще сильнее, чем во время первой стычки, так что Джек быстро поднялся на задние копыта и расправил свою косу, которую до того момента превратил в браслет за ненадобностью. Люцифер смерил косу несколько опечаленным, но больше озлобленным, взглядом.       — Ее коса… — холодно произнес он, плавно двигаясь по окружности и стараясь держаться от черного пони на одинаковом расстоянии. — Ты отнял ее косу…       — Она сама отдала ее мне… — хищно улыбнулся Джек, оценивая Люцифера взглядом. Его новое тело было достаточно… Плотным… Это ощущалось даже во время простого прикосновения, что было неудивительно — оно было сделано из темной материи, и кто знает, смог ли Падший обрести те же полиморфические свойства, коими обладал сам Темный. И если да, то почему не пользовался? — А потом… Она стала ее жертвой, — Джек как-то… Заботливо провел своим копытом по лезвию косы. — Разумеется, до тех пор, пока я не узнал, что ей удалось вернуть свою душу обратно в тело.       По лицу Люцифера было отлично видно, какие эмоции он испытывает в данный момент. Конечно, он старался казаться холодным и контролирующем ситуацию существом, однако воспоминания о сестре вытаскивали сокрытые чувства на поверхность, подкашивая его самоуверенность.       — Да… На братьев-то тебе плевать… — продолжил Джек. — Однако милая, маленькая Азраэлла — другое дело. Олицетворение красоты Света… Она покорила даже силу… Воистину, красота — страшная сила.       — Ты ничего о ней не знаешь… — прошипел Люцифер. — И при этом убил ее!       — Я должен был расспросить ее о мечтах? Надеждах? Особенно в те моменты, когда был без памяти?!       — Меня это не касается.       — Как и меня не касается жизнь или смерть твоей сестры, — ухмыльнулся Джек и положил косу на плечо. — И, кажется, ты очень хочешь увидеться с ней… Что ж, я могу обеспечить тебя билетиком в один конец.       С этими словами он бросился в сторону Люцифера, размахнувшись косой и целясь ему в голову, однако… Лезвие до головы не дошло, столкнувшись с чем-то плотным. Джек попытался надавить сильнее, но Падший не собирался сдаваться так просто и оттолкнул Темного в сторону. Вновь оказавшись на пусть и небольшом, но расстоянии друг от друга, черный пони увидел, чем было то, что помешало ему совершить убийство короля. Копыто Люцифера вытянулось и сузилось, образовав лезвие. Видимо, и сам Дьявол был несколько удивлен, но привыкание прошло достаточно быстро…       — Вот, значит, что это — полиморфия. Должен признать, я впечатлен — способность воистину прекрасная. Но наслажусь ею чуть позже… — копыто Дьявола вновь приняло нормальную форму, после чего он бросился в сторону Джека.       На сей раз Джек совершил ошибку, которую допустил Люцифер в самом начале, из-за чего теперь он оказался захвачен и превратился в таран. Однако теперь оба темных пробили не стены, а пол. Пролетев два этажа вниз, они встретили куда более прочный пол. Люцифер продолжал наносить удары один за другим, но Темный не собирался долго отлеживаться на полу в виде груши для битья и, схватив Падшего задними копытами, перевернулся вместе с ним так, что последний оказался на полу под градом ударов, от которых трещали стены.       — Дерзко… — произнес Джек, после чего нанес еще один удар. — Сильно… — Еще один удар… — Что ж… Рад был повидаться с тобой вновь, но наше время, кажется, уже на исх…       Договорить, однако, он не успел, так как что-то сбило его с Люцифера на огромной скорости. Очередная стена пала под воздействием мощного удара, после чего схватившийся с черным пони отпустил его, позволив ему под действием инерции проехать еще несколько метров в одну сторону. Подняв голову, он увидел, что этим гостем оказался Азазель собственной персоной.       — Ах… — протянул Темный. — А вот и наша верная ищейка. Ха-х, думал, ты оставил все эти свои речи о верности старому королю.       — Ни тебе говорить о моей верности, — достав меч, сказал демон.       — М-м-м… Падший архангел — верная сучка Люцифера еще со времен великого восстания. Заключил с ним пакт о верности? — Азазель ошарашенно уставился на Джека. — Значит, заключал… Самая первая сделка с Дьяволом, которая только может быть. Вечно верная сошка… Жалкая жизнь для такого существа. Что ж, жаль будет убивать тебя — ты даже начинал мне нравиться.       — Быть любимчиком зверя — не та судьба, которой я хочу, — ответил демон и поудобнее перехватил свой меч. — И я буду защищать свое право выбирать короля, свою честь и честь того Ада, который строил плечом к плечу с тем, кого ты считаешь истинным злом.       — Как высокопарно… Тебе самому не тошно от того, что говоришь, маленький предатель?       — Предателем я стал, когда не защитил СВОЕГО короля. Теперь же я восстановлю справедливость.       На этом Азазель бросился в сторону Джека. Своим мечом он орудовал достаточно ловко, однако никакое мастерство не могло сравниться с ловкостью и гибкостью Древнейшего. По крайней мере, если последнему самому это надо… Черному пони хотелось поставить его на место, а не убивать, ибо услуги Азазеля в будущем могли бы еще пригодиться, но… Сделка с Люцифером… Пакт о верности… Это была нерушимая сделка… Значит, оставался только один выход — смерть…       Азазель продолжал наступать, несмотря на осознание того, что в этой схватке ему не выиграть. И, тем не менее, чем дальше это заходило, тем сильнее становилось осознание того, кому будет принадлежать выигрыш в этой схватке. И Джек это видел, потому решил прекратить давать демону поводы считать себя сильнее него. Одним рубящим ударом слева-направо он выбил меч из копыта демона, а вторым нанес мощный удар в грудь. Броня под действием удара сильно помялась, однако это был лишь один удар, за которым последовали еще три. Финальный пришелся в правую скулу, из-за чего тело демона смяло, а сам он оказался на полу. Тонким ручьем потекла кровь. Азазель хотел было подняться, однако оказался придавлен к полу необычно массивным копытом Темного.       — У вас, предателей, одна проблема… — голос Джека был крайне насмешливым, но вместе с тем в нем слышалась неприкрытая угроза. — Вы слишком большого мнения о себе… И это сводит вас в могилу раз за разом. И вот теперь ты, дорогой Азазель…       — Аргх… Чего же ты ждешь, Салдавейрон? — прохрипел демон и сплюнул на землю сгусток крови, после чего повернул голову в сторону черного пони. — К чему эти разжевывания о том, кто что… Просто убей, раз я теперь предатель в твоих глазах.       — О-о-о… — протянул Джек и направил лезвие косы так, что голова Азазеля оказалась на нем. Горло демона было в опасной близости от заостренной части орудия. — Дважды тебе не придется просить…       Дальнейшее происходило, как в замедленной съемке: лезвие косы начало смещаться в сторону плоти Азазеля, но… Вновь в Джека что-то влетело и сбило все его планы. В этот раз толчок был не настолько сильным, чтобы полностью сбить черного пони с ног, однако настолько сильным, чтобы прервать его план по убийству рыжего беса.       Джек же ожидал кого-то на уровне Молоха, хотя относительная слабость удара несколько удивила его. В этом было что-то неправильное и, лишь подняв голову, Темный понял, почему. Демоном, что ворвался в процедуру, была Лилит.       — Хм… Предатель и шлюшка… — более зло сказал черный пони. — Я думал, мой удар был сильнее, но…       — Как видишь, нет… — ехидно сказала Лилит и помогла Азазелю подняться.       — Королева, вы не обя…       — Я только что спасла твою задницу от смерти. Мог бы и «спасибо» сказать.       — Вы закончили? — послышался голос Джека. Еще более раздраженный, чем раньше. — Обмен любезностями закончите уже на том свете.       На этом Темный вновь размахнулся косой, но вместо удара просто запустил ее в сторону Азазеля, а сам направился в сторону Лилит. Все произошло очень быстро, так что у демонессы не осталось времени на то, чтобы отразить атаку. Лишь в последний момент ей удалось поднять свои копыта, дабы немного смягчить удар, хотя это особо не помогло. Ее все равно прижало к полу, после чего удар пришелся четко в лицо. Лилит отбросило в сторону, оставался лишь один Азазель. Коса угадила ему в плечо, причем несмотря на броню, лезвие прорубило металл и глубоко вошло в плоть, из-за чего ему пришлось слегка повозиться. Вытащить орудие из раны ему удалось лишь за секунду до очередной стычки. Теперь Темный перестал сдерживать себя и не давал ему даже шанса на отражение атаки. Последний удар был нанесен сверху-вниз, из-за чего демон вновь оказался на полу. И, какая удача рядом с косой, однако Азазель не успел даже вытянуть свое копыто в ее сторону, как Джек перехватил его.       — Что ж… Думаю, происходящее, теперь очевидно, мой дорогой, — зло улыбнулся Джек, а по взгляду стало понятно, что он задумал либо какой-то очень извращенный каламбур, либо же действие. Даже улыбка, ставшая шире, подтвердила это. — Очевидно… Хм… Удивительно… Удивительно, что вы все еще брыкаетесь. Ты и Лилит… Хотя, тут даже слепой бы увидел очевидное.       Сказав это, Джек резко перевернул демона лицом кверху, после чего размахнулся и вонзил ему лезвие косы в правый глаз. Относительную тишину, разрываемую звуками войны снаружи, прервал крик боли одного демона. Он пытался удержать черного пони от продолжения, чем, откровенно говоря, только вредил себе, не то что, не давая регенерации выполнить то, что было положено ей по определению, но лишь сильнее травмировал уже и без того безнадежный глаз. В конце концов, Темный-таки отпустил его. Глаз был вырван с корнем, и рана не заживала — даже не собиралась, а сам Азазель теперь корчился от боли на полу.       — Даже слепой бы увидел… — повторил Джек, стряхнув с лезвия ошметки глаза демона. — Отличный каламбур для того, чтобы вырезать кому-то глаз. Или же, — на этом он подошел к Азазелю и поднял его за плечо, после чего направил лезвие косы в сторону второго глаза, — оба… Что скажешь, Азазель… Готов на старости лет стать летучей мышью?       — Лишив меня зрения, ты не лишишь меня моей преданности, — прошипел демон.       — Знаю… — ухмыльнулся Джек. — Однако мне плевать…       — Йа-а-а-а! — послышалось позади черного пони, после чего ему на спину запрыгнуло что-то достаточно крупное, и это же нечто начало резать спину Темного своим орудием. Черному пони даже не потребовалось поворачиваться, чтобы понять, кем был, а точнее, была эта помеха. Она особо не мешала и лишь пыталась как-то помешать ему, но все больше раздражала, так что… Джек потерял нить того, что хотел сделать с Азазелем, потому переключился на Лилит, подарив рыжему бесу очень мощный правый похоронный, после чего резко отпрыгнул назад, пробив своим телом и телом демонессы, сидящей у него на спине. И как только они оказались в очередной комнате, он почувствовал, как с его спины спало достаточно много килограмм плоти и брони.       Как Джек и предполагал, этим лишним весом оказалась Лилит. Видимо, она решила, что нападение со спины решит все проблемы, однако не решило, ибо сила, конечно, была, но ума оказалось недостаточно. И теперь, когда она была у его ног, он мог закончить то, что хотел сделать еще месяц назад. Но… В этом помещении были не только они трое, но еще и… ЛЮЦИФЕР!       Эта мысль выстрелила в его голове, словно только что вылетевшая из пистолета пуля, но он не успел обдумать ее и отправиться на поиски Дьявола. На ловца и зверь бежит… В этой ситуации подобная поговорка подошла просто прекрасно, ибо Джек вновь почувствовал давление, которое потянуло его вниз.

***

      Битва в замке затянулась на достаточно длительное время, однако это не отменяло того, что происходило за его пределами. Пока Джек разбирался с двумя генералами и королем, более мелкие солдаты и остатки демонической элиты пытались добить смертных солдат. Пегасы и фестралы продолжали свое наступление с воздуха, перевертыши решили подключить свою особенность в виде трансформаций, единороги продолжали активно использовать свою магию, однако демонов все не убывало. Множество за множеством, как кажется, непрекращающихся демонов, уже порядком доставших вообще всех. Среди рычания и криков слышались вопросы о том, когда это все закончится. Слишком долго длилось это противостояние и у многих уже просто не осталось сил. А судя по тому, что демоны еще не отступали, их король не был повержен, что шло вразрез с первоначальным планом быстрой победы. Даже Хедейр начал подозревать что-то неладное, так как и сам замечал, что войска с их стороны уже начинают сдавать позиции в то время, как демоны наступают с удвоенной силой, а это было проблемой. Отражать атаку дольше они бы не смогли, а это значило, что нужно было отступать. Разумеется, если Джек потерпит неудачу, а насколько это было правдой, сказать было сложно. Потому кроме как удерживать те же позиции, выбора не было.       — Что-то долго он… — послышался голос принцессы Селестии рядом с Древнейшим. В следующую секунду она выпустила в одну из тварей мощный заряд магии. — Мне казалось, Салдавейрон справится быстрее.       — Мне тоже, Селестия, — ответил Свет. — Однако если он задерживается так надолго, то там заварилось что-то куда серьезнее, чем мы думали.       — Надеюсь… — принцесса вновь отшвырнула от себя очередного демона. — У него все в порядке… Потому что у нас скоро наступит момент, когда придется отводить войска назад. Это… Это затянулось на слишком долгое время…       — Согласен… Однако…       И тут его прервал душераздирающий рык. Холодный, абсолютно безжизненный визг, смешанный с рычанием дикого зверя, который готов был броситься на свою добычу. В воздухе пахнуло чем-то знакомым… Сладковатый, отвратительный запах гниения… Кто бы или что ни оказалось здесь, оно было мертво. Мертво… И тут в голову Хедейра выстрелила жуткая догадка. Из всех мертвецов, о которых он знал, сюда прийти могли только те, кто был воскрешен с помощью Некромантии. Некромантия… Аврора…       Резко обернувшись в сторону звука, а исходил этот отвратительный визг с той стороны, откуда пришло войско пони, он увидел, что в их сторону двигалась армия мертвецов. Явно больше сотни особей… И от всех несло некро-энергией, в конце концов, накрывшей поле боя отвратительной дымкой. И впереди всей этой орды из гниющих тел находились Аврора и Луна. На полукровке, как и на принцессе, были доспехи, только черные… Матовые… Они плотно прилегали к ее телу, образуя герметичную броню, как и та, что была сделана из эдемийсикх металлов, но… Очевидно, материалом для брони Авроры стала темная материя. Глаза ее полыхали зеленым, как и передние копыта, окутанные нефритовым огнем.       — УБИТЬ ВСЕХ ДЕМОНОВ! — послышался ее голос. Необычайно громкий, но такой холодный и безжизненный, однако в нем удавливались командирские черты, присущие ее отцу.       Мертвецы, с несвойственной им скоростью и ловкостью, направились в сторону двух армий. Прошла всего пара минут, прежде чем новая армия вступила в бой с демонами. Тут же присоединились и Луна с Авророй. Принцесса Ночи орудовала мечом в то время, как полукровка выбрала катану и вакидзаси, причем, она использовала эти два клинка с мастерством, присущим самураям, которые много лет оттачивали свои навыки.       — Луна, Аврора! — в унисон воскликнули Хедейр и Селестия.       — Что, — улыбнулась белая пегасочка, разрезав одного из разведчиков от головы до пояса, — думали, все веселье пройдет без нас?       — Как мы поняли, у вас возникли проблемы, ну и решили помочь, — сказала Луна. — Методы Авроры, конечно, меня не слишком удовлетворяют, но… Их эффективность мы увидим только здесь и сейчас.       — Да-да… Принцесса хотела сказать, что очень рада быть здесь ради того, чтобы помочь… — усмехнулась Аврора, после чего ее лицо приняло куда более серьезное выражение. — А… А где отец?       — Он в замке вместе с Люциефром, Азазелем и Лилит, — ответил Хедейр. — Видел, как он полетел туда, а за ними отправились… В общем, вы меня поняли.       — Угу… Долго он там?       — Достаточно… — ответила Селестия. Ответила совершенно без задней мысли, а уже в следующую секунду обнаружила, что Авроры след простыл. Единственное, что осталось после нее — это небольшое облако песка, поднявшееся явно не просто так… Принцесса, конечно, поняла, куда направилась полукровка, но… Что она могла сделать? Отправиться за ней? Нет… Аврора сможет за себя постоять… Кроме того, там Салдавейрон, а он точно не даст ее в обиду…

***

      Очередные несколько этажей они пролетели достаточно плавно и без особых задержек. Тем не менее, это сражение уже начинало утомлять и все больше напоминало какой-то детский утренник. Это понимали и Люцифер, и Джек, и оба были полны решимости прервать этот цикл. Однако сейчас они в очередной раз проломили пол. Падший оказался в более выигрышном положении, так как оказался сверху и смог придавить черного пони. На сей раз ему удалось изменить свою форму, приняв свой «истинный» облик, так что и выглядеть он начал более массивным. Конечно, Джек это заметил.       — О-о-о… — протянул он. — Да ты эволюционируешь с каждой минутой. Сказал бы, что завидно, но… В таком случае ты подохнешь через час…       — Насмехаешься… — саркастично произнес Люцифер и нанес несколько ударов Темному по лицу. — Рад, что ты не теряешь чувство юмора. К несчастью, я больше не услышу их… Или же, к счастью…       Пока он говорил это, в его трехпалой руке темная материя начала меняться, приобретая, сначала форму рукоятки, а потом и огромного молота. Как только орудие образовалось, Дьявол замахнулся им, целясь Джеку прямо в голову. Убить не убило бы, но дезориентировало точно.       — Что ж, теперь, проверим, так ли ты крепок, как заявляешь, — прорычал Люцифер и начал стремительно опускать орудие к намеченной цели, однако что-то резко ворвалось внутрь комнаты и направилось прямо к нему. Послышался звук металла, после чего характерный для рубящего удара свист. Это была Аврора… В одном своем копыте она держала катану, а во второй короткий японский меч, что называется вакидзаси.       Удар, что она нанесла, не был смертельным, однако достаточно болезненным даже для Люцифера, и сбил ему прицел, отчего молот ударил об пол, после чего действовать начал уже Джек. Резко схватив его за плечи, Темный резко встал на задние копыта и нанес Дьяволу несколько ударов, после чего последовал еще один мощный удар, только на сей раз в грудь, и отбросивший его в сторону. Затем началась работа в команде. Джек и Аврора даже без слов умудрялись договориться о том, как им атаковать Люцифера, и выполняли свой план достаточно хорошо. Но… В какой-то момент Падшему все это надоело, и он собирался было использовать достаточно мощную атаку, но каждый раз его сбивали. И этот запах некро-энергии… Отвратительный запах гниения, который смог пронять даже короля демонов, что определенно вносило свою лепту в эту ситуацию. В конце концов, Люцифер оказался прижат к стене, хотя и пытался отбиваться, но достаточно быстро стало понятно, что чаша весов силы была наклонена не в его пользу. И тут в зал ворвались Твайлайт, Селестия и несколько солдат. Вид у них был запыхавшийся, однако картина, открывшаяся их взору, привносила кое-какие приятные впечатления. Но эта заминка и стала фатальной ошибкой… У Падшего было всего несколько секунд, чтобы как-то перевесить баланс в свою сторону. И этого времени ему хватило, чтобы накопить достаточное количество энергии. В следующее мгновение все, кто был в комнате, помимо Люцифера, попали в зону действия очень мощного взрыва.

***

      Это был очень мощный взрыв… За пределами замка это выглядело так, будто в той башне взорвалась небольшая атомная бомба. Оранжевое небо, затянутое черными тучами, озарилось алой энергетической волной. В воздух взлетели темные облака, состоящие из смеси песка, обломков багрового материала, похожего на кирпич. Взрывная волна разнеслась на сотни метров, оповещая демонов о том, что пришло время собирать падаль, а для пони новость о том, что те, кто был там, возможно, больше никогда не вернутся в строй.       Когда пыль немного осела, стало видно, что внутри одной из башен огромного замка произошло настоящее побоище. Повсюду была разбрызгана кровь — алая, золотая и черная. Но это были далеко не все новые «декорации», появившиеся в замке в эти несколько минут. Главным украшением стали тела… Это были и земные пони, и пегасы, и единороги, которых объединяло лишь то, что они все были облачены в доспехи и являлись мертвыми. Многие из них были изуродованы до неузнаваемости, и дело не ограничивалось оторванными частями тела и головами с еще кровоточащими ранами. Огромные рваные порезы, оторванные нижние и верхние челюсти, вырванные из орбит глаза, висящие на обрывках сосудов и частенько все это было на одном теле. Другие же были покрыты чудовищными ожогами с отслаивающейся плотью и кожей, которая уже превратилась в угольки и пепел. Что бы здесь ни произошло, можно было сказать, что тот, кто устроил это, многое понимает в страданиях.       Через несколько минут после того, как темно-бурая пыль осела на пол, из-под небольшой кучи мертвецов показались два лиловых копыта, которые тут же оттолкнули несколько тел. Вскоре показалась и их хозяйка. Каким-то чудом Твайлайт удалось выжить после бойни и после взрыва, но вот травмы, что она получила, были не менее серьезны, чем на трупах — рассечена щека, поломано заднее копыто, что она выяснила только в тот момент, когда выбралась из-под груды тел и попыталась наступить на него, причем оно оказалось поломано настолько сильно, что в паре мест выступал кости. То же самое касалось и обоих крыльев. Последним в этой череде увечий был огромный черный ожог, сиявший на правом боку, прямо под крылом. Но, откровенно говоря, ей еще повезло, так как она была чуть ли не в эпицентре взрыва.       Выбравшись на воздух, если так можно сказать, Твайлайт первым делом попыталась встать на копыта, но у нее это не получилось — поломанное заднее копыто дало о себе знать, но и сдаваться просто так она не собиралась. Оглядев зал, аликорн увидела, что поблизости никого не было, что было достаточно плохим знаком, ибо нападение могло произойти неожиданно и со спины, но пока было тихо, можно было проверить, кто еще остался жив. И искать долго не пришлось — в глубине зала поднялось белое копыто с золотым украшением и закованное в сияющую броню.       — Принцесса… — тихо сказала Твайлайт и поползла в сторону, где, по ее предположению, могла находиться Селестии. — Принцесса…       Оказавшись достаточно близко рядом с тем местом, молодая принцесса действительно обнаружила там белого аликорна, придавленного очередным мертвым стражником. Она только-только пришла в сознание.       — Твайлайт… — тихо сказала принцесса, повернув голову к своей ученице. На ее шее красовался крупный рваный порез, который каким-то чудом не задел артерию.       — Да-да, принцесса, это я! — более радостно воскликнула Твайлайт и с помощью магии немного залечила рану Селестии. — Слава всем богам, вы живы.       — Что… Что произошло?       — Он использовал какое-то заклинание и…       — ТВАЙЛАЙТ, БЕРЕГИСЬ! — воскликнула Селестия, указав копытом куда-то позади молодой принцессы.       Лиловая пони даже обернуться не успела, как что-то черное с силой отбросило ее от Селестии. Из-за боли от приземления она не смогла встать и приготовиться к отражению возможной атаки. Да даже, если бы и вскочила, то не успела бы сделать что-либо. Перед ее лицом тут же появилось черное копыто. Слегка подняв голову, Твайлайт увидела довольное лицо Люцифера. Тут же в ее сердце вспыхнула ярость, а прежний страх перед ним испарился.       — Что… — тихо спросила она. — Еще не закончил?       Падший тихо усмехнулся и поднял свое копыто, после чего направил его в сторону принцессы. Вдоль него тут же побежали алые молнии…       — У вас был шанс… — также тихо ответил Люцифер и выстрелил в Твайлайт цельной алой молнией. Этот заряд должен был убить ее, однако в последний момент, аликорн почувствовала, как ее кожу обжег горячий воздух. Открыв глаза, она обнаружила, что находилась на улице, а вместе с ней были принцесса Селестия и Аврора. В отличие от первой полукровка пострадала несколько меньше… Или же больше, но ее регенерация смогла залечить некоторые из ран. Подняв голову и оглядевшись, она поняла, что находится за пределами замка — где-то примерно в том же самом месте, откуда они телепортировались в замок Дьявола. И не успела она подняться, подойти к принцессе или же Авроре, как к ним подлетели Луна и Хедейр.

***

      Пару секунд Люцифер не понимал, что произошло. Еще миг назад эта лиловая пони стояла перед ним, готовенькая для того, чтобы отправиться хладным трупом демонам на корм, но… Он понял, куда пропала и эта странная пони и ее напарница. Однако его поразил даже не сам факт их исчезновения, а то, что он увидел после — Джека, который сложил свою руку так, будто щелкнул пальцами. На его лице была торжествующая улыбка.       — Надо же… — в голосе Падшего послышались нотки презрения. — От кого, но от тебя я не ожидал столь благородного акта, Салдавейрон. Спас смертных… А еще и ту странную особу, которая помогла тебе повалить меня. Ее, часом, не Аврора зовут?       — Значит, Лилит тебе все выложила, — прохрипел черный пони, скинув с себя крупную каменную плиту. — Неудивительно, ведь она — твой шпион. Удивительно, что она оказалась лучше и продуктивнее Азазеля — твоей правой руки.       — У него были иные цели. Но не о нем сейчас… Куда больше меня интересует твой акт альтруизма. Значит, эти смертные значат для тебя куда больше, чем я думал.       — Зануда и макропринецсса? — с насмешкой сказал Джек и поднялся на ноги. — Не-е-ет… Была бы моя воля — сам бы придушил обеих…       — Тогда ради чего ты спас их? Ты и сам ранен, но их жизни поставил выше своей. Необычно благородно для тебя.       — Это — наш бой, Люцифер, а они… Они будут мешать восстановлению порядка, который я поставил тысячу лет назад.       — Точнее разрушил то, что было установлено не тобой.       — Тебя ведь этот порядок тоже не устраивал, — ухмыльнулся Джек и приготовился к атаке. — Так чего сопротивляться? Перешел бы тогда на мою сторону и был бы в шоколаде, но нет же — полез в бой.       — Потому что именно ради моей смерти ты пришел тогда в Ад. Ты и предатель кот… Кстати, где он? Прячется в очередной пещере в поисках кого-то покруче?       — Где Бегемот — не твое дело, Люцифер. Здесь только я и ты… Тебе нужен я — так иди и возьми, крылатый орк.       И вновь они побежали друг к другу, сцепившись пару мгновений спустя. В своем истинном обличии Люцифер был чуть выше Джека, вставшего на задние копыта, что в целом не смущало ни первого, ни второго, ибо силы оказались примерно равны, хотя Дьявол и понимал, что… Что Темный сдерживался… Ему бы хватило одного удара, чтобы стереть в порошок всю армию демонов, а так как здесь был и второй Древнейший, они могли бы разорвать Новый Ад вдвоем. К чему были эти сдерживания, Люцифер, откровенно говоря, не понимал. Им дана такая сила, а они не используют ее по назначению. Чего бояться? Того, что мир смертных будет уничтожен? Да им обоим плевать на этот мир, как и на его обитателей — чего только стоит то, что они оба втянули их в эту войну. Лицемеры… Они оба… Однако зачем же тогда было спасать ту, которую он хотел сжечь? Ладно бы, Аврора — тут Люцифер мог его понять, но остальные. Что ж, было два варианта: Джек наврал о том, что они неважны для него, и второй — он что-то задумал, но что именно — известно ему одному. Выяснять это времени не было — Темный вновь начал перехватывать инициативу, но… Тут же она вернулась к Люциферу… Удары летели один за другими, а замок начал натурально ходить ходуном из-за происходящего. Вновь Люцифер и Джек сцепились друг с другом, после чего полетели вниз, пробив еще несколько этажей, пока, судя по реакции самого Падшего, не оказались над темницей.       — Ну все, игры окончены… — прошипел Люцифер и вновь сделал из своей плоти молот.       — О-о-о, так ты играл… — улыбнулся Джек, смерив взглядом молот. — Большое орудие — маленькое самомнение?       — Все лучшее для тебя… — хмыкнул Падший и размахнулся своим молотом. Удар должен был прийти четко в левую скулу черного пони. Разумеется, если бы последний не остановил его, однако сам Люцифер оставался бы в том же положении и не стал оказывать ответное воздействие в виде удара молнии по незащищенному заднему копыту Темного, заставив того слегка осесть на пол, после чего нанес очень мощный удар молотом. Если бы Джек стоял строго вертикально, то прошел бы сквозь пол, как гвоздь, что вбивают в особо мягкую древесину, но, так как Люцифер нанес удар по диагонали, Древнейшего просто отбросило в сторону одной из стен. Удар о нее не разрушил строение, но оставил на ней достаточно крупную сеть из трещин.       — Не соврал, гад… — прохрипел Джек, осев на пол, после чего сплюнул темный сгусток. — Действительно, неплохо. Кажется, я поторопился, когда подумал, что ты так же ничтожен, как и тогда.       — Восхваляешь мою силу? Ха, даже не пытайся заговорить меня, монстр… — прошипел Люцифер и сделал несколько шагов в сторону Темного.       — Я и не пытаюсь… — ответил Джек, вскочив на задние копыта. — Я только разминался.       — Тогда покажи мне, на что ты способен, Темный Элементаль! — прорычал Люцифер, после чего вновь замахнулся молотом и набросился на черного пони, однако вновь не попал по той цели, в которую метил, ибо Темный достаточно ловко уклонился от этого удара, после чего нанес не менее мощный, чем не состоявшийся замах Падшего, удар в спину, из-за чего Дьявол на мгновение оказался на полу.       В принципе Джеку хватило и столь короткого промежутка времени, дабы нанести удар сверху-вниз задним копытом, чем припечатал Люцифера к земле. Мощность у удара была достаточной, чтобы пол покрылся трещинами — удар или несколько, и оба темных бы проделали очередную дыру. Падшему же откровенно надоели эти полеты сквозь этажи, потому он решил подключить свои иные способности, помимо невероятной физической силы. В ход пошли молнии, которыми Люцифер начал активно обстреливать своего противника. Уклоняться от них было нетрудно, но частота наносимых ударов была настолько велика, что уклоняться от некоторых было невозможно в том виде, в котором это делал Джек. Но ему удавалось приближаться к Падшему. Вскоре он оказался достаточно близко, чтобы одним взмахом снести ему голову с помощью косы. Он уже даже замахнулся для удара, однако его остановила попытка Люцифера сбить его с помощью своего молота. Пришлось переключиться с атаки на уклонение. В случае удачи спина Дьявола оказалась бы менее защищенной, что позволило бы нанести удар. Вряд ли бы это нанесло ему какой-то значимый урон, но заставило бы отвлечься на раздражитель, что, в свою очередь, откроет дверь для дальнейших действий.       Молот Люцифера уже практически достиг Джека, однако в последний момент черный пони смог уклониться от удара, одним прыжком перемахнув Падшего и оказавшись у него за спиной. Счет пошел на микросекунды, так что времени на осмотр не было, и Темный ударил своей косой Дьявола в район левой лопатки. Лезвие прошло насквозь, однако сам Люцифер, словно и не обратил внимания на произошедшее и лишь попытался ударить обидчика рукоятью молота. Промах… И тут он почувствовал невероятное давление, которое вновь тянуло его к полу. Сопротивляться ему было очень сложно, и Падший начал понемногу сдавать перед той силой, с которой Джек пытался уложить его, а вскоре ощутил, как холодное лезвие косы со свистом вышло из его плоти, сделав надрез только шире, после чего последовало еще два удара, пришедшие в спину. Мгновение спустя Люцифер ощутил, как с его спины сошел достаточно тяжелый груз, из-за чего он, наконец-то, смог подняться на ноги. И вновь они с Джеком находились в нескольких метрах друг от друга. Ярость от того, что Темный так просто смог повалить его в очередной раз, заволокла глаза Люцифера, отчего он на несколько утратил над собой контроль и бездумно бросился на Темного. Это было глупо, ибо Люцифер, как никто другой знал, что Джек может выкинуть что-то совершенно невообразимое, однако… Он решил положиться на то, что будет хитрее. Темному только это и надо было — бездумная атака. В таком случае Падший уделял бы куда меньше внимания тому, что мог бы заметить в более-менее трезвом состоянии. В бою нужно оставаться хладнокровным — это правило им было нарушено, но, кто знал — правда это или же подвох, потому Джек старался действовать осторожнее. Тем не менее, когда Люцифер просто прыгнул на него, не пытаясь как-то защититься, черному пони представился шанс отправить его на тот свет. Прыжок, вертикальный разворот и в довершении всего мощный удар задним копытом сверху-вниз. Послышался достаточно громкий звук, после которого Люцифер резко полетел вниз, пробив пол своим телом. Но Темный не обратил внимания на свои задние копыта, — а все произошло очень быстро — потому не успел отпрыгнуть в сторону, дабы уйти из зоны риска. Это стало небольшой ошибкой, из-за которой Джек, вместе с Люцифером полетел вниз… Прямо к темницам…

***

      Уже около четырех часов… Да, пожалуй, именно столько времени, хотя это исчисление и очень примерно, прошло с того момента, как послышались первые два звука, похожие на очень мощные взрывы. В дальнейшем все, что можно было услышать в темницах, это рычание демонов, да чьи-то крики, боевые возгласы да хрип тех, кому повезло меньше всего. Как только стоявшая до того момента тишина была прервана, Каденс тут же подскочила к решеткам, пытаясь что-то разглядеть в наступившей тьме. Шайнинг Армор, находившийся в соседней камере, будучи достаточно ослабевшим и раненым, после того как демоны нашли его, тоже оказался у решеток. В глазах обоих супругов вспыхнула надежда, хотя и были моменты, которые в иной ситуации и при отсутствии подскочившего волнения, можно было бы назвать банальными.       — Что там происходит? — Каденс пыталась сдержать дрожание своего голоса, однако уже ничто не могло скрыть ее волнения. Ведь и Шайнинг Армор испытывал нечто похожее.       — Не знаю, — ответил он. — Но, судя по звукам, там началась настоящая бойня.       — Думаешь… Думаешь, это он? Джек?       — Да, скорее всего… Ох, брат, что же ты тянул так долго? Хотя… Знаешь, мне кажется, там не только он один… Такое ощущение, будто там вся Эквестрия…       — Против демонов? И против тех существ, которых наплодили Люцифер и Лилит? Это же самоубийство!       — Это да, но… Возможно, Джек понял, что не вытянет в одиночку…       Так было вначале… Но теперь, по прошествии четырех, или около того часов, Шайнинг Армор и Каденс начали слышать подозрительные звуки где-то над собой. Навскидку можно было сказать, что эти звуки были похожи на небольшие взрывы, и звук, с которым на землю падали мелкие камни и те, что были немного покрупнее.       — Да что там происходит?! — не выдержала Каденс после пятнадцати минут таких звуков. Взгляд ее тревожно метался по потолку, дабы найти источник этого шума.       — Вероятно, замок взяли… — ответил Шайнинг Армор, также осматривая потолок. — Хотя, это странно… Еще с полчаса назад прогремел такой взрыв — я уж подумал, что поубивало всех.       — Будем надеяться, что…       Каденс, однако, не успела договорить, так как послышался особо громкий звук. Настолько, будто его источник находился всего лишь в метре от их камер. Вскоре, на землю опустилось облако пыли, которое полностью перекрыло обзор и принцессе, и ее мужу. Послышался звук падения чего-то тяжелого, наряду с громким рычанием, ударами и падающими камнями. Что бы ни происходило в этой дымке, это было что-то жуткое, мощное… Через какое-то время невидимого мордобоя Каденс показалось, что она смогла различить знакомый голос, но, кому конкретно он принадлежал, — Джеку или Люциферу, не поняла. Впрочем, это могли быть они оба… И тут раздался настолько мощный звук удара, что у принцессы даже уши заложило. Тут же из темницы улетело что-то достаточно массивное, и единственным оставшимся звуком осталось лишь тяжелое и хриплое дыхание. Пыль, из-за отсутствия каких-либо особо активных движений, начала оседать, открывая Каденс и Шайнинг Армору, кто находился с ними в одной комнате, и что там вообще происходило. В стене, напротив их камер, зияла достаточно крупная дыра — явно, пробило что-то крупное, а перед отверстием…       — Джек! — воскликнула Каденс. Черный пони мгновенно обернулся к ней. Лицо его было покрыто мелкими и более крупными царапинами, а дыхание тяжелым, словно он сильно устал. В правом копыте находилась коса Смерти. В тех условиях, в которых была принцесса, это орудие показалось ей самым прекрасным, что она только видела, а сам Темный стал для нее чем-то вроде мессии…       — Кадди? — Джек явно не ожидал увидеть ее здесь. Об их душах он забыл, да и не до того было, однако какое же это совпадение, раз ему удалось найти одну из тех, из-за которого случилась битва. — Черт возьми… — он оперся копытами на решетку. — Армор где?       — Здесь я… — послышался голос единорога. — В соседней камере…       — Ага… — выдохнул черный пони и взглянул в соседнюю камеру. — Ага, вижу…       — Слава всем богам, ты здесь… — радовалась Каденс. — Я уже… Уже подумала, что ты забыл о нас.       — Забудешь тут — весь сыр-бор из-за вас двоих, так-то…       — А что… Что там происходит? — спросила принцесса, наблюдая за тем, как Темный схватился за решетки с явным желанием вырвать их с корнем.       — Думаю, ты и сама скоро увидишь, — ответил Джек и резко рванул решетки назад. Послышался звук, с которым гнется металл. Это были решетки, которые теперь находились в твердой хватке черного пони. — Выходи…       — Да… — не веря своим глазам и ощущениям, пролепетала Каденс и вышла наружу. Ощущение свободы как никогда ранее ударило ей в голову. Пока она наслаждалась этим чувством, Темный разрушил решетки камеры Шайнинг Армора, после чего, видя явно не самое лучшее состояние жеребца, взвалил его себе на плечо.       — Ну вот… — более удовлетворенно сказал Джек и встал рядом с Каденс. Судя по тому, что его уши крутились, как два локатора, он явно прислушивался к окружению. — Так, пока что, тихо, так что вам надо бы бежать прочь. Кадди, знаешь, где здесь выход?       — М-м-м… Да, видела, когда Асмодей тащил меня сюда, так что найду… А… Разве ты не пойдешь с нами?       — Пошел бы, да тут неподалеку Люцифер. Думаю, если он вернется, а вы будете со мной — вам точно конец. Армор, ты идти-то, кстати, сможешь?       — Аргх, думаю, да… — прохрипел единорог, хотя его состояние говорило совершенно об обратном.       — Ясно, значит, не сможешь… — заключил Темный. — М-м-м… Тогда сделаем так: я перенесу вас отсюда наружу. Там вы встретите наших… Думаю, после этого вас перенесут в Кантерлот…       — А… Кто там? Снаружи?       — Снаружи? Там все, Кадди. Пони, перевертыши, грифоны, фестралы… Так что, одни вы там точно не будете. Что ж, ладно, Армор, давай-ка сползай…       Жеребец тихо захрипел, когда Джек начал снимать его со своего плеча. Тут ему бросилось в глаза бурое пятно на голове Шайнинг Армора.       — Ого… Это кто тебя так?       — Демоны… Мне… Мне удалось освободиться от плена и…       — Ладно-ладно, солдат, потом расскажешь… — ответил черный пони и сделал несколько шагов назад, после чего занес свое копыто и собрался уже было щелкнуть пальцами, дабы телепортировать парочку из замка, но тут заметил, как глаза Каденс блеснули голубоватым светом. Вмиг ее лицо изменилось, приняв более тревожные, даже испуганные, черты. — Кадди? Все в порядке?       — Сердце… — отрешенно произнесла принцесса и сильно побледнела. — Он взял Кристальное Сердце…       — Кристальное Сер… — только и успел вымолвить Джек, после чего почувствовал, как что-то массивное сбило его с ног и понесло в сторону одной из камер. Далее последовал мощный удар о стену. Перед звуком удар, черный пони успел различить испуганный вскрик Каденс.       Когда некто отошел от него и пыль слегка осела на пол, Темный увидел того, кем был этот громила. Люцифер… Во всем своем дьявольском великолепии… Однако в его образе что-то резко изменилось — на теле появились голубоватые полосы, просвечивающие сквозь темную кожу, отчего напоминали вздувшиеся вены, сходившиеся в центре. У любых вен и артерий центром является сердце, вот и тут все сходилось в центре груди, где более ярко полыхало нечто, напоминающее огонь, что вспыхнул под кожей. Джек мог бы сказать, что это было сердце Хеллы, однако слова Каденс о Кристальном Сердце, заставили его усомниться в этой теории, уступив место другой, более безумной. Но это оставалось единственным объяснением того, что стало с Падшим за эти несколько минут. Какое-то время Люцифер смотрел на Джека, после чего медленно повернул голову в сторону Каденс и Шайнинг Армора.       — Значит, побег… — даже его голос стал разительно ниже, из-за чего начал напоминать гром. — Я проявил к вам великодушие, оставив вас жить и даже собираясь даровать вам свободу, но теперь вы серьезно меня разозлили…       С этими словами Падший достаточно крепко схватил Джека за плечо, после чего поднял его над землей. Было видно, что что бы Дьявол ни сделал с собой, это оказывало на него куда более сильно влияние далеко не в самую лучшую сторону. Сам же черный пони чувствовал, как усиливается хватка Люцифера, причем она вызывала не только знакомое чувство давления, но и жжение, которое было свойственно его противоположности, а это было странно. Темного элемента в нем было достаточно, чтобы подавлять кровь ангела. Да и… Вряд ли тело Падшего смогло бы выдержать подобное… Хотя, если посмотреть на то, что происходило с ним сейчас… Странно все это…       — Армор… Кадди… — прохрипел Джек, схватившись за руку Люцифера. — Бегите отсюда!       Не успели Каденс и Шайнинг Армор отреагировать на его слова, как Темный одним ударом заставил Падшего отпустить его, после чего нанес несколько ударов, которыми немного дезориентировал Люцифера, а уже в следующий миг пробил его телом стену, разделяющую тюремные камеры.       Принцесса же с принцем находились в крайней степени удивления и пришли в себя в тот момент, когда оба темных скрылись в очередном поднявшемся облаке пыли. Они уже побежали в сторону лестницы и собирались было подняться, но успели пройти лишь несколько десятков ступенек, как под ними тут же приземлился Джек. Сила удара его тела, с которой он ударился о ступеньки, была достаточной, чтобы те, на которые пришлось большее давление, потрескались.       — Джек! Боги! — вскрикнула Каденс.       — Чего встали-то?! — прохрипел черный пони и махнул копытом. — Бегите отсюда, черт возьми!       — Но… Но… — начала было принцесса, но тут ее отвлекла голубоватая вспышка. Однако не успела она толком разглядеть, что это было, как ее и Шайнинг Армора заслонил Джек. Секунду спустя, стало понятно, что Темный закрыл их от энергетического луча. Причем луч оказался настолько разрушительным, что смог причинить вред даже ему — Темному Элементалю.       Атака продолжалась не слишком долго, однако тот факт, что Джек, после удара этим лучом, дымился, как дерево во время пожара, несколько напугал Каденс. Она уже хотела было подойти к нему, чтобы как-то помочь — сделать хоть что-то, однако Темный лишь оттолкнул ее от себя. Но за секунду до этого, она увидела, что на груди у него было пятно, которое подозрительно напоминало раскаленный металл.       — Не меня… — прохрипел Джек. — Хватай Армора и валите отсюда!       — Но… Но ты пострадал…       — Забудь ты обо мне, Кадди… Перенести я вас не смогу, ибо Люцифер уже здесь, так что… Бегите на выход из замка и найдите солдата по имени Хедейр… Назовете свои имена и скажете, что от меня — он поймет.       — Х… Хедейр? — переспросила Каденс. Отчего-то имя показалось ей знакомым, однако откуда она его знала, сказать не могла.       — Да, да… — тут Джек заметил, как Люцифер, медленно и вальяжно, словно был уверен в том, что его не победят, шел в их сторону. И пока он шел, в его руках образовывались два сгустка голубого свечения. — Бегите… СЕЙЧАС ЖЕ!       Только он сказал это, как Падший запустил в них то, что накапливал все эти несколько секунд. Каденс бы не успела увернуться, так как все происходило слишком быстро. Однако ее вновь спас Джек, прикрыв собой и снова махнул копытом.       — БЫСТРЕЕ! — прокричал он, после чего направился в сторону Дьявола. Его копыта превратились в два лезвия, и, черт возьми, он был готов применить их по назначению.       Люцифер на это только презрительно хмыкнул. Вот он, последний оплот надежды на то, чтобы победить его в этой битве. Но… Все равно ему оставалось непонятно одно — почему Джек сдерживался. Неужели он так печется о смертных, что ради них готов пожертвовать своим благополучием? Паший, разумеется, знал, что те ранения, которые он причинил Темному, его не убьют, хотя и нанесли достаточный урон, чтобы несколько вывести его из равновесия, но…       — Прежде, чем я убью эту гидру, — сказал Люцифер, — объясни мне вот что… Вы с отцом — Элементали… Боги для смертных… Боги для нас всех… Так почему вы оба не используете свои силы на полную мощность?! Ради чего ты позволяешь мне наносить тебе увечья? Все равно же можешь восстановиться!       — Могу… Но хищник любит поиграть с жертвой до тех пор, пока не найдет точку, которую можно атаковать, — на лице Джека появилась злобная улыбка. — Так бы я сказал ранее, но… Миры не должны страдать из-за того, что было сделано нами.       — Альтруист! — ехидно сказал Люцифер. — Что, за то время, что прожил с людьми, потеплел к смертным?! Я ни за что не поверю в то, что настолько бездушное существо, как ты, способно к эмпатии!       — Дело не в альтруизме… Просто мне не нужны лишние жертвы, и, как видишь, мы тут одни.       С этими словами Джек пошел в наступление на Люцифера, замахиваясь одним из своих лезвий. Падший был готов к подобному, потому смог эффективно защититься от удара, но пропустил второй, который был нанесен уже не лезвием, а кулаком. В бок, из-за чего Дьявола слегка согнуло в сторону. Тут же уже в лицо прилетел молниеносный второй. Из пасти Люцифера брызнула темная, практически черная, кровь, а вместе с ней и достаточно крупный клык. За ударом справа-налево последовал апперкот, которым можно было бы уложить Люцифера, однако тот не собирался сдаваться так просто и перехватил копыто Темного в тот момент, когда оно находилось в непосредственной близости к его нижней челюсти. Провальный нокаут, тем не менее, не стал помехой для Джека, так как второе копыто оставалось свободным, так что, последующим ударом черный пони освободил захваченную конечность. Но, уже ЭТО не остановило Люцифера, и он решил пойти на более решительные меры. Уличив момент, когда Темный оказался наиболее уязвим для захвата, Падший провернул то, что задумал и обхватил соперника так, что тот оказался зажат достаточно плотно, чтобы не мешать исполнять задуманное. И как только Джек оказался в тисках, Люцифер выпустил в него огромное количество энергии, источником которой было Кристальное Сердце. В воздухе повисло очень громкое рычание, перемешанное с криком боли — на сей раз от Джека. Однако это было странно… Почему Кристально Сердце оказало на него такой эффект? Почему оно заставляет его тело испаряться и оставляет ожоги, которые мог оставить лишь Свет? И почему сейчас, когда оно и раньше использовалось в непосредственной близости от него? Вопросов было много, однако Люциферу это не мешало. Он был слишком рад тому, что смог нанести такой мощный урон тому, кто, будучи неполноценным, смог убить его. И вот теперь он буквально в его руках. Ослабленный… Расплавленный… Неспособный дать отпор из-за той боли, которую пережил. Но… Сила… Она начала резко уходить из тела Люцифера, делая и его слабым. Сердце, что бы в нем ни жило, оказывало влияние и на него. Оно все еще боялось своего нынешнего короля, потому отказывалось отдавать ему свою полную силу. Но это ничего… Рано или поздно оно сдастся и тогда…       Яркая вспышка ударила в глаза Джеку. А вместе с этим по всему его телу прокатилась волна ужасной… Чудовищной боли… Боли, которую можно было сравнить лишь с болью горения от… Света… Но… Но это было невозможно… Откуда у Люцифера эта сила, если темный элемент подавляет его кровь. Кристальное Сердце? Но… Это еще более странно… Артефакт не принадлежал ангелам, так что не мог обладать силой этого Элемента. Или же… Нет, это невозможно, иначе он бы почувствовал это еще тогда, в первый визит в Кристальную Империю. Да и в последующие тоже, но… Ничего. Тогда откуда эта боль? Почему его тело начало испаряться так, будто его окатили волной Света? Вопросы-вопросы, а ответов все не было, и никто бы не дал их ему в данной ситуации, да и… После, скорее всего, тоже… И тем не менее, произошло то, что произошло, и именно это лишило сил их обоих. Джек был сильно обожжен и теперь просто лежал на полу, дымясь, словно поленья в камине в то время, как Люцифер просто осел от бессилия, поддерживая себя трехпалой лапой. Он тяжело дышал и был готов отключиться, однако не желал заканчивать все вот так. И тут Люцифер заметил, что Джек начал посмеиваться.       — Смеешься перед лицом своей смерти? — ехидно спросил Падший, чуть поднявшись и опершись рукой о стену. — Как глупо…       — Смертью? Нет… Я смеюсь не перед смертью, коей ты не являешься, ангелок. Я смеюсь над тобой… Целый коктейль из всякой дряни, но ты все равно не смог победить меня без посторонних средств. Сердце Хеллы, Кристальное Сердце… И это только то, что я видел и знаю. И все равно не убил… Как бы ты ни пытался… Только ожоги, которые заживут за считанные дни или недели, а я все еще жив. И буду жить дальше… О да, тут даже пророком быть не надо, чтобы понимать это… Но знаешь, что это значит? Что ты слабак, Люцифер. Столько силы в одном теле, но ты слаб… Какая ирония… Само олицетворение силы, ничего не скажешь… Даже сучка Азраэлла была круче тебя.       — Не смей произносить ее имя, монстр! — прорычал Люцифер и сделал несколько неуклюжих шагов в сторону Темного, после чего резко схватил его за горло и прижал к стене. — Ты ничего о ней не знаешь! Нам хотелось жить, как и всем живым существам, но нам не дали. Ни ты, ни отец.       — И к чему ты это говоришь? Моего мнения о себе ты не изменишь…       — Хочу, чтобы перед своей смертью, ты немного помучился. В конце концов, здесь есть те, кто мало-мальски тебе дорог… Скажем, та белая пегаска с рыжими волосами. Очень уж похожа на тебя… Или же та розовогривая пони… Лилит мне и о ней рассказывала. Флаттершай, кажется… Будет очень приятно познакомиться с ними лично.       — Ты их не тронешь… — без намека на шутки и с чистой агрессией в голосе сказал Джек. Его глаза начали светиться ярче, и чем больше он говорил, тем ярче становился огонь. — Или я уничтожу тебя и всех твоих подчиненных, чего бы мне это ни стоило…       — Ты и на ноги встать не сможешь… — ответил Люцифер, резко опустил черного пони на пол, после чего нанес еще несколько ударов с использованием силы Кристального Сердца. Что бы ни было в этом артефакте, оно вытягивало силы из Темного, порождало боль и заставляло его лежать, злясь от собственной беспомощности. — Что ж… Теперь ты мне не помешаешь… Потому лежи и наслаждайся шоу — я знаю, что слух у тебя острый, и ты определенно это услышишь.       С этими словами Падший наклонился к Джеку, прямо к его уху, даже не волнуясь за то, что может последовать ответный удар, и произнес тихим, но очень злым и больше подходящим Дьяволу голосом:        — Добро пожаловать в твой личный Ад, Салдавейрон. Приятных тебе мучений…       — Ты не посмеешь… — прошипел Джек, схватив встающего Люцифера. Тот с улыбкой оттолкнул его в сторону.       — Посмею, Салдавейрон… И знаешь, — Падший вновь наклонился к Темному и крепко взял его за плечо, после чего поднял над землей, — я даже позволю тебе наблюдать за тем, как я убиваю дорогих тебе существ одного за одним… А иначе, какой бы это был Ад, не так ли?       На этом Люцифер расправил свои крылья и резко полетел вверх. Нужды в Кристальном Сердце, сейчас не было, так что, когда он оказался в одной из комнат, Дьявол просто вырвал его из своей плоти, приняв тот облик, который был до заварушки в темнице. Однако оставлять столь важный артефакт без присмотра было бы глупо, потому был призван один из демонов, который и унес артефакт куда-то вглубь замка. После этого Люцифер повернулся в сторону балкона, что так удачно выходил прямо на поле боя. Идеальное место для осмотра всей ситуации. И, взглянув на то, что происходило внизу, Дьявол мог сказать, что расстановка сил постепенно смещалась в сторону демонов, даже несмотря на то, что к тому моменту на подмогу армии Эквестрии пришли живые мертвецы, полукровка, что, пожалуй, была самой отчаянной в этом противостоянии, и пони, которая чем-то напоминала ту белую, которую он видел в замке за мгновение до того, как устроить взрыв, только эта была черного цвета и с гривой, чем-то напоминающей ночное небо. Видимо, это и была вторая принцесса, о которой ему рассказывала Лилит. Учитывая то, что в первой принцессе Люцифер успел учуять Элемент Света, то от этой особы можно было ожидать еще больших сюрпризов. Однако для этого нужно было подойти ближе. А еще там было странное существо, которое сочетало в себе части разных существ. Чем-то оно напоминало дракона, только какую-то очень уж странную версию. Впрочем, он все равно собирался спуститься вниз. Оставалось только одно «но» — Джек Салдавейрон. Оставить его без охраны было крайне глупо, но и ставить охрану тоже, ибо ни одно существо не смогло бы противостоять Темному Элементалю. Но опять же… Оставалось одно — Джек был ранен и достаточно серьезно, чтобы какое-то время лежать в бессилии, так что особых проблем он бы не доставил. Потому Люцифер принял достаточно опрометчивое выражение — оставить черного пони здесь без охраны. В таком случае ему придется действовать достаточно быстро, да и, кроме того, там все еще находился Хедейр, который мог бы доставить некоторые проблемы. Пускай, он и не был так силен, как Джек, но и своих сюрпризов у него хватало. Да и… У Люцифера все-таки были свои счеты с ним, которые ему, ой как хотелось, свести и сделать это как можно скорее. Потому пришлось выбрать из двух зол…

***

      — Боги мои!       Такой была реакция Каденс на то, что происходило за пределами замка. Выбраться труда не составило, а вот пробраться к своим стало гораздо сложнее. В основном из-за того, сколько демонов им с Шайнинг Армором встречалось по пути. В одном им повезло — генералы либо не обращали на них внимания, либо же просто везло, раз их не замечали. И вот, спустя около получаса аккуратных перебежек и побегов от мелких тварей, перед Каденс и Шайнинг Армором предстали первые солдаты-пони. Их тут же узнали, так что достаточно быстро отвели туда, где был Хедейр. Отчасти, потому что они сами попросили об этом, а отчасти из-за того, что в отсутствии Джека, именно он был главным.       Нужный субъект находился достаточно далеко от того места, где были встречены принц с принцессой, и что-то делал с Твайлайт — ее лицо несколько раз показалось из-за Хедейра. Со спины было сложно сказать, однако, после того как он резко что-то дернул, из-за чего послышался звук хруста и сдавленный стон боли, можно было бы предположить, что он либо, скорее всего, что-то вправлял —скорее всего, кости, которые сместились из-за сильного перелома, либо возвращал выбитый сустав на место. Это был первый момент, когда Каденс и Шайнинг Армор видели Второго, так что, не могли не отметить того, что он чем-то похож на Темного — строением тела, тем, как он двигался… Однако поразмышлять об этом в полной мере они не смогли, так как к Хедейру подлетела фигура, заключенная в сияющие доспехи — по крайней мере, когда-то они были сверкающими, но сейчас их покрывала грязь и кровь демонов — и подозрительно напоминающая Кризалис. Собственно, это и была королева — ее лицо — потное настолько, будто она побывала в пустыне в трех шубах и уставшее, как у той, кто не спал много дней — открылось супругам почти сразу, как она оказалась рядом с Древнейшим. Она хотела что-то сказать ему, но ее взгляд сосредоточился на Каденс и Шайнинг Арморе. Нельзя было сказать, что она была рада увидеть принцессу Любви, но… Но и смерти ей она не желала, потому сам факт того, что она и ее муж живы, заставил ее сердце биться чуть быстрее. Тут же повернулся и Хедейр. На его лице появилась добрая и даже слегка облегченная улыбка.       — Вы живы… — радостно сказал он и подошел ближе к парочке. — Что ж, это значит, что Салдавейрон справился… Кстати, а где он?       — Он остался в замке… — тяжело дыша, сказал Шайнинг Армор. — Они оба там — Джек и Люцифер.       — И Люцифер использовал Кристальное Сердце, — сказала Каденс. — Что бы там ни было, я видела, какое влияние оно оказало на Джека. И это влияние далеко не самое положительное.       — Плохо… — без былой радости сказал Свет. — Видимо, это Кристальное Сердце намного усилило Люцифера, раз Салдавейрон все еще там.       — Хедейр, не хочу встревать, но, — сказала Кризалис, — у нас начинаются проблемы. Демоны начинают наступать все сильнее и сильнее, а усталость от сражения не слишком-то хорошо сказывается на ребятах. Думаю, в самое ближайшее время нам придется отступить, если не полностью покинуть Кристальную Империю.       — Но… — у Каденс ком подступил к горлу. — Но мы не можем бросить Кристальную Империю вот так… Может быть, можно что-то сделать?       — Каденс, я понимаю твои чувства, но… Ты не видела, что тут происходило… — Кризалис нервно сглотнула. — Одни демоны, что восстанавливаются даже после сквозного удара в голову, встают и идут в атаку, чего только стоят. Наши солдаты, увы, так не могут. Хедейр, не хочу казаться трусихой и подстрекателем, но финальное решение за тобой.       — Да-да, я понимаю это, но… Мы не можем уйти без Салдавейрона… Если он все еще в замке, значит, там заварилось что-то серьезное и ему, скорее всего, нужна помощь. Значит, сделаем так: я отправлюсь за ним в замок, а вы сдерживайте демонов так долго, как сможете. Если у вас будут проблемы, начинайте отходить к стене — как только я найду брата, тут же перенесу всех нас обратно в Кантерлот. Только выиграйте для меня немного времени.       — Братом? — одними губами произнесла Каденс. Теперь в ее голове вспыхнуло воспоминание о том, где она слышала имя «Хедейр» и от кого. Но… Разве же это может быть он? То есть именно он?       — Постараемся… — ответила Кризалис. Ее лицо вновь скрылось за шлемом, а сама она скрылась за скалами и в толпах демонов.       — Что ж, тогда… Твайлайт, ты можешь идти? — спросил Хедейр.       — Д… Думаю, да… — ответила молодая принцесса и перевела взгляд в сторону Каденс и своего брата. В ее глазах появились слезы радости, но она быстро подавила не самый приятный позыв, после чего вновь повернулась к Свету. — Можешь не волноваться.       — Тогда вместе с ними отправляйтесь туда, где находится Селестия и передайте ей, Луне и Авроре наш дальнейший план действий. Крайнее время — десять минут… Если до этого времени я не перенесу нас всех в Кантерлот, начинайте отступление.       — Поняла… — ответила Твайлайт, поднялась на копыта и повернулась к Каденс и Шайнинг Армору. — Понимаю, вы устали, но нам нужно найти принцесс и Аврору.       — Ничего… — ответил Шайнинг Армор. — Веди, Твайли…       Хедейр молча проводил взглядом уходящую троицу, после чего повернулся в сторону замка. Несмотря на то, что там находились Джек и Люцифер, особого шума там не было слышно, потому у Света закралось очень нехорошее ощущение относительно происходящего. Да и Кризалис была права в том, что демоны начали прессинговать куда сильнее, чем в самом начале противостояния. И он сильно сомневался в том, что десять минут — достаточно малый промежуток. Скорее всего, они не протянули бы и пяти, потому действовать нужно было быстро. И Хедейр решил начать — чтобы не привлекать особого внимания, он решил перемещаться по земле. Вскоре он оказался у стен самого замка. Аура Джека улавливалась отлично, однако рядом с ним все еще была аура Люцифера. Что ж, раз нужно было вступить в драку, Второй бы вступил. Конечно, ему претило сражаться с собственным сыном, но… То существо, что предстало перед ним в самом начале, не было Самаэлем, которого он знал. Которого создал… И тут произошло что-то странное — аура Люцифера начала резко отдаляться от того места, откуда исходил сигнал ауры Джека. В принципе, это обрадовало Хедейра — меньше будет проблем с тем, чтобы найти черного пони в этом замке. И он нашел… На одном из балконов — лежачего на полу и полностью обожженного, что совершенно не шло с тем, как все начиналось.       — Черт возьми… — тихо произнес Хедейр, когда только увидел Джека, после чего аккуратно поднял его за плечи и перевернул лицом вверх. Тот находился в полубессознательном состоянии. — Салдавейрон… Салдавейрон… — Второй слегка потряс брата, после чего дал ему несколько пощечин. — Салдавейрон…       — М-м-м… — хрипло протянул Джек и открыл глаза. — Х… Хедейр?       Казалось, Темный не верит тому, что видят его глаза в данный момент.       — Да, это я, брат… Черт, что с тобой произошло?       — Потом расскажу… — ответил черный пони и начал кашлять. — А где… Где Люцифер?       — Не знаю — я его не застал здесь.       — Вот черт! — прохрипел Джек и попытался перевернуться. — Нам нужно идти вниз или он всех убьет!       — Погоди-погоди, о чем ты го… — и тут Хедейр посмотрел вниз. То, что открылось перед его глазами, было самым настоящим ужасом. Да, он нашел Люцифера…       Падший действительно спустился вниз и теперь планомерно и крайне жестоко уничтожал всех, кто набирался смелости выйти против него, причем Дьявола совершенно не смущало то, сколько на него шло солдат — все они либо погибали, либо разлетались с увечьями разной степени тяжести. В числе тех, кто решил выступить против него оказалась и Аврора. Когда Джек заметил, как его дочь атакует настолько опасного для нее соперника, он попытался было спрыгнуть вниз, дабы полететь ей на выручку, но его остановил Хедейр.       — Что ты делаешь?! — воскликнул Темный, пытаясь отбиться от хватки своего брата. Из-за того, что он был достаточно сильно ранен, то отпор он давал не слишком сильный. Скорее, его попытки больше носили фигуральный характер, чем практический.       — Ты даже встать не можешь… — осадил брата Хедейр. — Думаю, сейчас нам нужно согласиться со словами Кризалис об отступлении.       — Отступить?! — Темный посмотрел на Второго как на идиота. — Когда мы так близко к победе?       — Салдавейрон, демоны начали наступать с тройной силой. Наши солдаты уже не вытягивают оборону и нападение, многие погибли или травмированы. Если сейчас не отступим, потеряем вообще всех.       — Но… Но… А Кадди и Армор? Они добрались до вас?       — Да, они с Твайлайт отправились к Селестии и Авроре, а это…       — Ты отправил их туда, где сейчас находится Люцифер?! — Джек понял — остался только один выход, который, пусть и не нравился ему, нужно было принять и пойти в его сторону. — Ладно… Отправляй войска в Кантерлот и сам отправляйся. Я буду прямо за тобой.       — Уверен? Ты ранен и…       — Уверен… Перемещай их…       — Хорошо… — ответил Хедейр и поднял свое копыто.       Вмиг поле боя осветила яркая вспышка света. Когда она потухла, Люциферу, его генералам, что были на поле боя, да даже мелким демонам стало ясно то, насколько изменилось все вокруг них — пони, перевертыши, грифоны… Все они просто испарились… Это сильно огорошило всех, потому они даже не обратили внимания на то, что в Новом Аду остался лишь один чужой.       — Это еще не конец, Люцифер… — тихо сказал Джек и поднялся на задние копыта, опираясь на балконные перила. Тень под ним начала увеличиваться, открывая темный портал. — Мы еще свидимся с тобой, и тогда я закончу то, что не сделал сегодня.       С этими словами Темный достаточно быстро провалился в тень. Люцифер отлично знал, что уйти решат они все. Он даже понимал, что черный пони не отступил бы так просто, не обронив что-нибудь пафосное. Что ж, он сделал это, чем вызвал у Падшего только улыбку.       — Обязательно увидимся, Салдавейрон… — тихо произнес он, оглядев то, во что превратилась местность вокруг него — самая настоящая братская могила невероятно огромных размеров, в которой лежали все — демоны и смертные. — Буду ждать с нетерпением…