Свет моих глаз

Девушка бежит по коридорам школы. Быстрее, ещё немного... Она опаздывает на отработку. Завтра игра, последний прогон! Как можно было уйти с поля? Вот она и не ушла. И опоздала. Хотя, опоздала, это, кажется, уже немного не то слово. Не явилась. Девушка застыла перед дверью кабинета, переводя дыхание. Страшно войти... 22:13. Студентам запрещено покидать гостиные факультетов в такое время. Она опоздала на два часа! Эта ужасная цифра гулко билась в груди, подступая к горлу. Набравшись смелости, студентка постучала и вошла. -Здравствуйте, - пролепетала она, испуганно оглядывая кабинет. Преподавателя нигде не было, кабинет был тих и погружен в полумрак. Девушка, прислонившись к двери, выдохнула. Когда она заметила человека, то вздрогнула от неожиданности. Он спал, облокотившись на оконное стекло. Сердце вновь бешено забилось в груди. Что делать? Поздороваться еще раз? Подойти? Профессор глубоко вздохнул во сне, и это почему-то успокоило волшебницу. Она окинула взглядом кабинет. Темнеет поздно, и, видимо, учитель заснул ещё до того, как появилась потребность в освещении. Теперь же помещение расчерчивали длинные тёмные полосы. Из окна падал бледный отсвет ушедшего солнца. Студентка тихонько подошла к преподавателю, выглянула в окно. Внутри всё похолодело. Отсюда открывался превосходный вид на поле для квиддича. А это значило, что всё время, пока не заснул, профессор наблюдал за своей ученицей, которая вместо того, чтоб явиться на отработку, играла... Разбудить его? На это ещё следовало решиться. И пока что духу сделать это у нее не хватало. С другой стороны просто стоять и пялиться как-то неприлично. Студентка невольно залюбовалась преподавателем. Высокие скулы, темно-рыжие волосы, длинный нос с горбинкой, как будто его ломали. Плечи чуть поднимались при каждом спокойном вздохе, а длинные ресницы подрагивали. Н-да, его действительно можно было называть красивым. А ещё он был очень добрым и умным. Может, именно поэтому она "опоздала" на два часа. Слишком не верилось в жестокость наказания. Девушка помялась на месте. Будить? Как? Она подняла руку, собираясь коснуться его плеча, но в последний момент струсила. Может быть, стоит выйти и постучать громче? Что-то упало на преподавательском столе, и волшебница вздрогнула, замерла, ожидая движения. Тихо. Девушка медленно пошла на звук. Здесь, на столе, лежали какие-то бумаги, и поверх них- новенький "пророк". Взгляд тут же зацепился за заголовок: "Маглы- действительно ли они похожи на нас? Обман и реальность!" Внизу была довольно объёмная статья. Студентка оглядела стол. Ручка, которую, видимо, профессор положил на неровные бумаги, скатилась по ним и упала. Она лежала тут же. Постойте... Ручка? Девушка осторожно взяла предмет. Перьевая ручка, именно такая была и у ее отца. Профессор увлекается такими вещами? Взгляд вновь вернулся к газетному заголовку. Что же случилось? В статье говорилось о том, как какой-то магл напал на волшебницу, и та, испугавшись, ударила его заклинанием и, по-видимому, не рассчитала силы. Теперь он ведёт себя как животное. "В настоящее время магл помещён в больницу святого Мунго. Целители разводят руками. От испуга миссис Помфри наложила слишком сильные чары, которые задели психику человека. Возможно ли полное выздоровление магла? " - Мы делаем всё возможное, - заявляет целитель Мун, - Но психика повреждена фундаментально. Вряд ли можно рассчитывать на её полное восстановление. Возможно, когда-нибудь нам удастся добиться того, что он вновь станет говорить". Сама миссис Помфри оправдывается: " - У них это заложено природой. Я не делала ничего необычного. Просто маглы, как известно, намного ниже по развитию, чем волшебники. И они... предрасположены". Так ли это? Возможно ли, что природа маглов действительно настолько ниже природы волшебников? В таком случае не подвергает ли себя опасности волшебное сообщество, берясь обучать маглорождённых волшебников?" Дальше шло множество мнений всяких известных личностей. Кто-то был против маглов, кто-то защищал их. Статья же будто обрывалась. Набор мнений о ситуации, а что случилось с миссис Помфри, что будет дальше с ней и пострадавшим маглом- об этом ни слова! Девушка в раздражении выдохнула, подняв глаза на ровно горящую тёплым светом керосиновую лампу. Она сама не заметила, как опустилась на преподавательский стул. Взгляд рассеяно прошелся по другим бумагам, разложенным на столе. И снова зацепился за фразу на одном из листов. Сгорая от любопытства, девушка принялась и за него. Это был законопроект, сильно расширяющий права маглов и маглорожденных волшебников. Последние целиком и полностью уравнивались в правах с магами. Если такой законопроект будет принят, это станет настоящим прорывом! Девушка отлично знала, что маглорожденные волшебники часто дискриминировались, им было намного труднее найти работу в министерстве или построить карьеру, и дела в судах часто рассматривались не в их пользу. Если его примут, они смогут нормально жить! Да и она тоже, ей самой частенько прилетало за магла-отца. Вот как сегодня, к примеру. Ученица снова подняла задумчивый взгляд на лампу. В кабинете было уже совсем темно, только этот огонёк освещал все вокруг. На миг девушка замерла. Когда она пришла, здесь ничего не горело... Она тут же посмотрела на подоконник, где мирно спал преподаватель. Теперь он сидел, задумчиво крутя в руках волшебную палочку. Сердце пропустило удар. Голубые лучистые глаза прожигали насквозь. На миг воцарилась полная тишина. А затем, опомнившись, девушка вскочила, осознав, что сидит за преподавательским столом и роется в чужих бумагах! Страх за все свои сегодняшние проступки накатывал волнами. Кровь прилила к лицу. -П-простите... Я.. Я просто зашла, а вы... Мне не хотелось вас будить и... Извините, - она опустила взгляд в пол и теребила край свитера, не зная, куда деть руки. -Подойдите, мисс Макгонаггл, - она задержала дыхание. В его голосе не было ни злости, ни угрозы, но она предпочла бы тихо умереть от стыда вот на этом конкретном месте. Однако профессор ждал, и пришлось подчиниться. Волшебница понуро подошла, съежившись, и не отрывая взгляда от носков своих ботинок. -Простите, сэр, - пролепетала она, чувствуя, как пылают щеки. -Вы отлично играете, Минерва, - вновь прозвучал добрый голос. Девушка ещё больше покраснела, хотя ей казалось, что дальше некуда. -Извините... Завтра игра, я.. простите, - бормотала она, не в силах придумать оправдание такому поведению. Ей казалось, что сейчас она была в принципе не в состоянии думать. Сердце билось где-то в ушах. -Ничего. Я и правда забыл об этом, когда назначал вам отработку сегодня, - голос преподавателя не изменился, - Вы нашли много интересного в статье? -Профессор, я прошу прощения за такое поведение... Я просто... - девушка зажмурилась. Уж лучше бы он её отчитал! Назначил тысячу отработок! -Минерва, я задал вопрос. Вы слышали? - вкрадчиво спросил профессор. -Да... Я... Да, - пробормотала девушка. -Что-что? -Да, сэр, - кивнула студентка. -Это прекрасно. Что же вы думаете по этому поводу? -Я... Не знаю. -Неужели? Не кажется ли вам, что в статье маловато фактов? - Минерва не верила своим ушам. Вместо того, чтобы разочароваться в ней, отчитать за неподобающее поведение и назначить отработки до конца жизни, он спрашивает её мнение о статье? Девушка осторожно подняла на него взгляд. Преподаватель сидел на подоконнике, скрестив щиколотки ног и крутя в руках волшебную палочку. Он внимательно смотрел на нее, спокойное лицо его излучало уверенность, тёплый свет от керосиновой лампы придавал мягкость и без того правильным чертам, плясал озорными искрами, а в уголках губ (или ей это только казалось?) затаился намёк на улыбку. -Да, сэр. Очень. -Как вы думаете, отчего? -Министерство не вступится за магла, - девушка замялась, но, получив кивок одобрения, нетвёрдо продолжила, - Помфри- благородный древний род. А это всего лишь магл. Тем более, секретность не нарушена, так что проблем вроде как нет. Но это и странно. Как вообще тот магл наткнулся на волшебницу? Об этом ни слова. Где и при каких обстоятельствах произошло нападение? Каковы его причины? Об этом молчат, даже нет предположений. Я так понимаю, и никакого расследования тоже. -Верно. Вы задаёте очень правильные вопросы. Расследование должно быть формально проведено, но сомневаюсь, что кто-нибудь приложить силы, чтобы действительно разобраться в том, что произошло, - профессор вздохнул, - Не уверен, что магл действительно нападал на миссис Помфри. Ее невестка доставила его в Мунго, и ее мнения в этой статье нет. -Поппи, - догадалась Минерва. Поппи была капитаном квиддичной команды, когда Макгонаггл только поступила в школу. В памяти всплыла бойкая девушка с кудрявыми волосами. Она уже тогда встречалась со своим будущим мужем, Фредом Помфри, французом по происхождению и очень утонченным молодым человеком. -Она самая. Насколько мне известно, после этого происшествия невестка не желает разговаривать с матерью своего любимого мужа, - профессор вздохнул. -Но как тогда... Почему министерство умалчивает? Почему не разберется? -Вы в самом начале сказали очень верную вещь, мисс Макгонаггл. Это магл. Министерству ни к чему заниматься такой мелкой работенкой. Могу поспорить, миссис Помфри оправдают, а магла заточат в Мунго. -А как же его семья... Дом? -Пропал без вести, - профессор пожал плечами. Воцарилось молчание. -А тот закон... - набравшись смелости, начала Минерва,- Его ведь ещё не приняли? -О, да. И вряд ли примут очень скоро, поверьте мне, - в голосе послышалось горькая усмешка. -Отчего же?? - Минерва впервые со времени начала их разговора прямо взглянула в голубые и невероятно добрые глаза профессора. -Многие, если не говорить, почти все, за очень редким исключением, члены Везенгамота- чистокровные волшебники,- профессор вздохнул, - для них маглы- это странные, непонятные существа, с которыми они никогда не сталкивались. И они очень склонны верить вот таким вот статьям, - девушка бросила беглый взгляд на стол, - поэтому, чтоб такой закон был принят, мне нужно убедить большинство. Вы понимаете, что значит "убедить" в данном случае? Объяснить. В первую очередь именно объяснить, кто такие маглы. Какие они. И внушить, что они не сильно отличаются от нас самих. Как вы думаете, что мне для этого нужно? -Дар убеждения. -Неплохо. А ещё? Самое главное? - профессор пытливо вглядывался в лицо ученицы. Та качнула головой, не понимая,- Терпение, - улыбнулся профессор,- Только терпение. Капля камень точит. А что бы произошло, если бы простое невежество других волшебников я принимал за оскорбление? - Минерва снова покраснела. Сегодня утром её однокурсник оскорбил её из-за магловского происхождения по отцовской линии. Завязалась дуэль. И обидчик попал в больничное крыло. -Простите, сэр. -Вы поняли мою мысль, Минерва? -Да, - кивнула девушка, снова разглядывая ботинки. -Я горжусь вами. Не принимайте чужое невежество близко к сердцу. И идите отдыхать. Завтра у вас сложная игра, удачи! И спокойной ночи, - девушка робко взглянула на профессора. -Спасибо... Я.. Простите ещё раз... И... Спасибо, профессор Дамблдор... До свидания! - и она, пркинув кабинет, со всех ног помчалась к башне Гриффиндора. Что ж, он заставил её раскаяться во всех ошибках и преподал действительно ценный урок. Удивительно, что он даже не повысил голос и не сказал ничего о ее плохом поведении. Уважение к профессору теплом отзывалось в душе. И Минерва была благодарна ему за это. Засыпая, девушка улыбалась, твёрдо решив, что завтра Гриффиндор обязательно завоюет кубок школы! **** Она не верила своим ушам. -Вы предлагаете мне стать анимагом? - кажется, она повторяла этот вопрос раз третий. Альбус Дамблдор вновь кивнул. -Попробовать, Минерва. Но да, суть вы уловили верно. -Но... почему я? - она спросила и поняла, как глупо это, должно быть, прозвучало. -Мне кажется, у вас есть все данные для того, чтобы стать анимагом. И если вам это интересно, я мог бы помочь, - спокойно ответил профессор. Девушка вновь замолчала, огорошенная этим предложением. -Вы вполне можете все обдумать и вернуться ко мне позже, - улыбнулся мужчина. Минерва поднялась со стула. -Я бы хотела. Но мне страшно, - помедлив, произнесла она. -Я понимаю. Обучение будет проходить строго под моим контролем. Не переживайте. Минерва подумала о том, что это звучит успокаивающе. -Хорошо. С чего я должна начать? **** -Ты покраснела! - да, и она ненавидела себя за это. Минерва распрямилась, перекинула косу верез плечо и с гневом посмотрела на соседку. -Да, потому что ты выводишь меня из себя! -Тем, что говорю правду? - та невинно хлопнула ресницами. -Тем, что несёшь чушь! -Где же тут чушь? Ты поуши влюблена в профессора Дамблдора! Это истинная правда! - искренне возмутилась та. Минерва вздохнула и отвернулась. -Почему ты не можешь в этом признаться? - не отставала девчонка. -Потому что признаваться не в чем. Я ни в кого не влюблена. -Ты ходишь к нему постоянно. -Я занимаюсь анимагией. -Это просто отговорки. -Ты дура?- Минерва вновь взглянула на это пустоголовое создание. -Да чего ты?! Это же видно! Как ты смотришь на него! И он, между прочим, очень дорожит тобой, это видно. -Никки, ты романтизируешь все, что видишь. Я уважаю своего преподавателя. Он меня наставляет, понятное дело, мы проводим много времени вместе, потому что я пытаюсь тут стать анимагом! Это никак не отменяет того, что мне пятнадцать, я студентка, и мне нравятся мои ровесники! А он взрослый мужчина, и его, могу поспорить, вряд ли привлекают тощие школьницы! -Зато какие красивые, - улыбнулась соседка. -Ты невыносима, - простонала Минерва. -Вероятно. Просто я вижу, между вами что-то обязательно должно быть. Вы слишком... созданы друг для друга? -Бог мой, только этого мне не хватало, - простонала девушка. -Почему ты бегаешь от своих чувств?! -Никки, это все просто предрассудки! Мы с профессором просто в хороших отношениях! -Все у тебя просто, - махнула рукой соседка. Минерва вздохнула и отвернулась. Бред. Влюбиться в преподавателя! Надо же выдумать такое! **** -Получилось, - она неверящим взглядом смотрела на своего учителя. Тот кивнул, улыбаясь. -Вы превосходно справились, Минерва, - от этого голоса внутри разлилось тепло. -Без вас я бы не смогла. Спасибо, профессор, это ваша заслуга, - пробормотала девушка, не совсем веря в реальность происходящего. У нее получилось! Она прямо-таки на несколько секунд прямо вот по-настоящему стала кошкой! Девушка присела на край парты, переводя дыхание. -Здесь только часть моей заслуги, - не согласился профессор Дамблдор, присаживаясь рядом, - Я лишь направил вас, все остальное сделали вы сами. Не преуменьшайте своих достижений. -Спасибо, сэр, - Минерва благодарность улыбнулась ему и вдруг, сама от себя не ожидая, положила голову ему на плечо. Зажмурилась, ожидая реакции. -Ну чего ты, - тепло проговорил ее преподаватель и осторожно приобнял ее за плечи. Было бы здорово, если бы он всегда говорил с ней вот этим вот тёплым голосом. **** Он готов был убивать. Минерва лежала на кровати, бледная, с перевязанной головой. Во время матча со Слизерином ее просто выбили с метлы. Он удивительно ясно помнит, как она на бешеной скорости отлетела в ограждение, а он онемел, просто наблюдая за ее падением. Слизерин выиграл этот матч, как и Кубок школы, но выиграл так подло, что Альбус готов был пойти на что угодно, лишь бы этому факультету Кубок не достался. Однако он не мог. Директор Диппет развёл руками. С мальчиком проведут воспитательную работу, конечно, и все такое, но они выиграли, и что-то там еще, Дамблдор плохо запомнил слова старого волшебника, ему просто хотелось... да поубивать ему всех хотелось. Он опустился на соседнюю койку. У Минервы была черепно-мозговая травма и перелом нескольких рёбер. Он злился. Но если быть честным, злился он больше всего на себя. Почему он ничего не сделал? Почему не поймал ее? Почему не наложил какое-нибудь смягчающее падение заклинание? Его студентка, ребёнок, за которого он волновался больше всего, нуждался в помощи, и он не помог. Знакомое ощущение холодной беспомощности обосновалось в груди. -Профессор? - слабый голос выдернул его из собственных мыслей. -Как вы, мисс Макгонаггл? - тихо спросил он. -Мы проиграли? - проигнорировав его вопрос, спросила девушка. -Я сожалею, - если бы она только могла знать, как. Волшебница вздохнула. -Я убью его, - прошипела она, напоминая Альбусу кошку. -Я помогу избавиться от тела, - тихо прошептал он, усмехнувшись в бороду. -Что? - она вновь смотрела на него, но теперь широко открытыми глазами. Альбус поднялся с кровати, подошёл к ней и наклонился. -А я помогу вам избавиться от тела, - выражение изумления на ее лице заставило его тихонько рассмеяться. Оковы вины, сжимающие тисками сердце, перестали давить так сильно. -Профессор! - возмущенно пискнула она, поняв, что он шутит. Дамблдор сам от себя не ожидал, но он подался вперёд и аккуратно коснулся губами забинтованного лба. -Поправляйтесь, мисс Макгонаггл. Скоро выпускной, не стоит проводить его здесь, - и он ушёл. Если когда-нибудь он станет директором, Слизерин никогда не сможет с помощью такой подлости получить Кубок школы. Он готов был поклясться в этом. **** Минерва покрутилась перед зеркалом. -Тебе очень идёт, - в очередной раз заверила ее соседка. Платье тёмного пыльно розового цвета подчёркивало тоненькую талию, свободные рукава сказочно строились по руками, а манжеты на золотых пуговицах очень выгодно выделили тонкие запястья. Минерва придирчиво оглядела длину платья. То еле доходило до середины икр. -Да прекрати его одергивать! Очень хорошая длина! - взбунтовалась Никки. Минерва хмыкнула. Платье прислала мама. Очень красивое. Правда, сначала оно было насыщенного изумрудного цвета, но после того, что случилось на матче, она на дух не переносила этот цвет. Благо, способности к трансфигурации были при ней. -Ладно, - вздохнула Минерва. Из зеркала на нее смотрела очень красивая и очень серьёзная девушка. Полусобранные каштановые волосы кольцами спускались по плечам. Минерва придирчиво откинула их назад. -Готова? - Никки по-старушечьи уперла руки в бока. Макгонаггл кивнула. Как она пойдёт в босоножках на шпильке (целых 8 сантиметров!) по каменным полам замка, она старалась не думать. Никки радостно выдохнула. -Наконец-то! - держась под руки, они чудом дошли до Большого зала. Минерва затаила дыхание. Все было украшено прекрасными лилиями. В зале витал нежный, но не сильный аромат. Видимо, его приглушили с помощью магии, от такого количества цветов могла запросто заболеть голова, уж кому как не Минерве это знать. Лилии были ее любимыми цветами, и если бы можно было, она бы ставила их в комнате, но запах у них действительно был очень сильным. Здесь уже были их однокурсники, многие, но еще не все. Они сбывались в группки, смеялись, ожидая праздника. В центре было освобождение место для танцев, у стен стояли столы с фуршетом. Девушки отошли к своим. -Минерва! - обрадовался ей одноклассник, Томас. А еще он был чудесным загонщиком ее команды. Сердце болезненно сжалось. Последний матч закончить на больничной койке! И не отыграться! На его возглас подтянулась вся команда. Макгонаггл протянули бокал, который она аккуратно приняла. -За самого лучшего капитана и бесподобного ловца! За Минни! Мы отомстим за тебя, я обещаю! - торжественно произнес Том. Девушка кивнула, улыбнувшись, подняла со всеми бокал. -Спасибо вам, - проговорила она, стараясь не заплакать. Не хватало еще плакать перед всеми! Но ребята почувствовали ее настроение. Конечно, все было проговорено много раз, они ее поддержали, устроили ей даже прощальную вечеринку как капитану команды, но теперь... Это было все. Она отпила из бокала вишнёвый сок. Здорово они это, конечно, придумали. -Мисс Макгонаггл, подарите ли вы мне первый танец? - Томас смешно поклонился, Минерва улыбнулась. -С удовольствием, - она присела в шутливом реверансе. Директор Диппет вышел в центр преподавательского возвышения и поднял руки. Все обратили на него взоры. Он говорил о долгом пути, о дружбе, ответственности, любви, надежде. Минерва скользила взглядом по залу. Здесь застыли школьники. Выпускники и те, кто пришли их проводить, кто были их друзьями. Изредка встречались даже смешные сосредоточенные лица первогодок, цепляющихся за старших братьев или сестер. Девушка взглянула на преподавателей. Сегодня они проводят их. Больше не будет уроков, домашних заданий, вечеров в библиотеке или на квиддичном поле, походов в Хогсмид, больше не будет рядом лучистых глаз Альбуса Дамблдора. Минерва смотрит на него. Профессор как всегда собран. Тёмные рыжие волосы зачётный назад, короткая борода чуть острее, кажется, чем обычно. Маггловские черные брюки, белая рубашка с широким рукавом. Приталенный черный жилет. Макгонаггл улыбается. Профессор собрал много удивлённых взглядов - маггловская одежда отличается от бесформенной мантии в лучшую сторону. Девушка поводит плечами. Она слишком привыкла на него полагаться. Слишком привыкла ходить к нему за советом, слушать его рассказы. Слишком привыкла, что может в любой момент найти его, чтобы... да просто даже успокоиться. -Красавчик, да? - Минерва дернулась от этого шёпота. -Ты опять, - раздражённо выдохнула, покосившись на Никки. -Конечно. Самое время сказать ему, - зашептала девушка. -Отстань, пожалуйста, - попросила Макгонаггл, отступая от нее. Вот только не сегодня! Никки хмыкнула и действительно отстала. Не сегодня. Директор Диппет закончил свою речь под аплодисменты, а Минерва могла к стыду признаться, что не запомнила из нее ровным счётом ничего. Что-то хорошее говорил. Наверное. Потом были танцы. Томас, Алан, Пит... девчонки смеялись. Минерва кружилась, кружилась, кружилась. Было так легко и радостно. Экзамены позади, а впереди - прекрасная жизнь! В Большом зале было душно. Медленно светлело небо. Многие разошлись, но кто-то еще уверенно танцевал, не отпуская эту ночь. Минерва ускользнула от друзей и выбралась на улицу. Утром их увезет поезд, и она будет очень жалеть, если не сделает этого. Сняв каблуки, девушка мчится по мокрой траве к квиддичному полю. Здесь. Она выходит на него, медленно проходит в центр. Ей никогда не обыграть Слизерин. Она проиграла свой последний матч. Обида кипит внутри. -Проиграть в одном сражении не значит проиграть войну, - этот голос она узнает из тысячи. Девушка испуганно оглядывается, чтобы увидеть на трибуне профессора Дамблдора. На нем больше нет жилета. Мужчина облокотился на бортик, скрестив руки. -Но это было последнее сражение. -Ваше, - подчеркнул учитель, - Но не вашей команды. -Но я больше не смогу победить, - в собственом голосе она слышит ноту отчаянья. -Разве? Минерва, вы были капитаном этой команды. Вы тренировали ее, вы отбирали игроков, учили их. Разве можно сказать, что вы больше не сможете победить? -Это ведь буду не я. -А кто? Ваши дети, - он неспешно выпрямился, прошел к выходу на поле, - Так бывает, что в войне погибают солдаты. Но разве, если война выиграна, можно сказать, что они проиграли? -Нет, наверное? - она пожимает плечами. Альбус Дамблдор подходит к ней. В рассветных сумерках он кажется ей каким-то другим. Он больше не ее преподаватель. -Наверное, - эхом откликается волшебник, а потом делает аккуратный жест рукой. Через мгновение к ним по воздуху прилетают пушистые тапочки, - Наденьте, простудитесь. -Ой... но у меня грязные ноги, я шла... -Не выдумывайте. Быстрее, - она, кое как отряхнув ноги, надевает очень тёплые тапочки и даже улыбается, так приятно и мягко ногам! -Спасибо вам! -Не за что, - улыбается профессор. -Сэр? - она нервно закусывает губу. -М? -Неужели на этом все? -Что - все? -Неужели мы с вами больше никогда не увидимся? -Может и так, если вы этого хотите, - он пожал плечами, - Но жизнь интересная вещь. Никогда не знаешь, как она повернётся. -А чего хотите вы? Вы бы, - она запинается, - Вы бы хотели, может быть, иногда видеться? -Я буду рад видеть вас в любое время, Минерва, - он мягко улыбается, и она не может не ответить на его улыбку. -Я тоже буду рада вас видеть. -Тогда, - он разводит руками, - Вы знаете, куда писать. Я буду здесь. По крайней мере пока. -Пока? А что, есть другие планы? -Не знаю. Может, появятся. Жизнь очень интересна своей непредсказуемостью, - вновь повторил свою мысль профессор и подмигнул девушке, - Не грустите о прошлом, мисс Макгонаггл. Его не изменить. Пойдёмте, а то вы замерзнете в этом настоящем. Ещё можно успеть поспать до отбытия поезда, - она кивнула. Вместе они вышли с поля, вместе дошли до замка. Волшебница оглядывала все вокруг, стараясь запомнить каждую деталь. У башни Гриффиндора профессор остановился. -Доброй ночи, мисс Макгонаггл, - тихо попрощался он. -Спасибо вам, сэр, - она вдруг сделала шаг к нему и крепко обняла. Тёплые руки аккуратно легли на ее спину, и волшебница вдруг почувствовала себя так, словно она оказалась в самом надежном и уютном месте на свете. -Это вам спасибо, Минерва, - под ее щекой, у него в груди гулко стучало сердце. Они стояли так, пока девушка не уловила звук шагов. Кошачий слух был очень кстати. Девушка отстранилась, и профессор легко ее отпустил. -Будьте счастливы, мисс Макгонаггл. Удачи вам, - она кивнула, и профессор, развернувшись, направился прочь. А она тихо и быстро побежала к себе. Он прав, еще можно успеть хоть немного поспать. **** Он и сам не знал, почему ему было так больно думать о том, что сегодня она уедет. Все закончится. Их занятия, разговоры, шутки. Он привязался к этой девчонке, он знал это. Но не настолько же, чтобы так переживать! Альбус долго думал, в чем пойти на выпускной. Хотелось выделиться. Запомниться. Поэтому выбрал эту одежду. Неплохой маггловский костюм, сшитый на заказ. Вечер прошёл довольно сносно, за исключением того, что ему приходилось постоянно следить за тем, чтобы не искать в толпе ее. Поэтому, наверное, он ушёл пораньше побродить в окрестностях школы. Все равно спать не хотелось. Он проводил до башни Хаффлпафа встретившуюся ему молодую преподавательницу мисс Стебль. Она тоже выходила на прогулку, правда в свои теплицы, и замёрзла от перепада температур. Он галантно предложил ей жилет, хотя вряд ли тот сильно мог ее выручить, но девушка благодарность завернулась в него. А после, побродив еще немного, он зашёл на поле для квиддича. Сел на трибуны, окинул взглядом открывшийся вид. Минерва оправилась от травм довольно быстро. Это прекрасно, однако это поражение сильно повлияло на нее. Последний матч и такой проигрыш! Он прекрасно ее понимал. Мужчина вздохнул прохладный предрассветный воздух. Почему же ему так тяжело от мысли о том, что она уезжает? Да, она очень способная студентка, но у него много таких. Хорошо, допустим, он учил ее анимагии, вкладывал в нее больше сил. Может поэтому она ему как любимый ребёнок. Рановато его накрыл кризис отцовства, конечно. Дамблдор усмехнулся в бороду. В конце концов, они ведь расстаются не навсегда. Наверное. Можно ведь и поддерживать отношения. Если она захочет. Вести переписку, например. Вероятно... Альбус вздохнул. Он наделал в этой жизни уже слишком много ошибок. Было страшно вновь привязаться к кому-то. Снова допустить ошибку. Снова потерять. Хотя он и без того уже, кажется, и привязался и вот, теряет. Но это хорошая потеря. Он знал. Минерва идёт в свою прекрасную жизнь, это не сравнимо с судьбой Арианы... Когда она появилась на поле, он подумал, что ему привиделось, и это только мираж. Но вот, она стояла и никуда не развеивалась. Босая, с туфлями в руках. По холодной траве так шла? Альбус вздохнул. Дурында. Он говорит ей умные слова, которые не пойми откуда берутся, потому что мыслей в голове нет. Ему хочется поддержать ее. А еще договориться вести переписку, видеться, только б не потерять эту тоненькую связь. Но он не позволяет себе этого. Она сама должна решить, хочет она продолжить их общение или нет. Ему точно не надо, чтобы она писала из чувства долга перед старым школьным учителем. Он проводит ее до башни Гриффиндора, думая о том, что это последняя такая их прогулка. Надо уметь ценить момент. Когда она его обнимает, он теряется на миг, и осторожно обнимает ее в ответ. Что ж, возможно, и он для нее не просто один из преподавателей. Может быть, он тоже для нее смог стать кем-то вроде друга. Может, она тоже действительно не захочет его терять и после того, как взрослая жизнь закружит ее. Он же может на это надеяться, правда? **** -Ты любишь его? - она посмотрела на маму. -Да, кажется, - Минерва почему-то чувствовала неуютно под этим пристальным взглядом. -Я не буду тебя отговаривать или давать советы... - мама почувствовала ее неловкость, - Только подумай хорошенько еще раз. Он маггл, ты волшебница. Уверена ли ты, что хочешь жизнь, подобную моей? - мама отвернулась. А Минерва впервые оторопела. Жизнь как у мамы? Раньше она замечала только то, что хотела. У ее родителей был полный дом, трое прекрасных детей. Отец - священник, уважаемый человек. Дружеские отношения с соседями. Но так ли все было для мамы? Только она, Минерва, во всем окружении матери, была волшебницей. Только с ней мама могла поговорить о магии, о Хогвартсе, обсудить магические новости. А если у нее, у Минервы, не будет детей волшебников? Что это будет значить для нее? Девушка посмотрела в окно, на прекрасные виды. Дом полная чаша. Трое чудесных детей, не владеющих магией. Любимый муж. Запертая на ключ волшебная палочка. Она больше никогда не увидит Альбуса Дамблдора... "Может, и так, если вы этого захотите". **** Серый Лондон. Жутко серый. Дождливый. Впрочем, как и её настроение. Что должна чувствовать девушка, узнав, что любимый человек женился на другой? Наверное, что угодно, но не свою вину. Минерва вернулась к работе. Она чувствует именно вину. Почему? Она отвергла его и сбежала. Не смогла отказаться от мира магии. От своего мира. Бросила его. Только почему вина? За то, что убежала? Не смогла объяснить? Так все же хорошо вроде, женится человек. Будет счастлив. А вот ее Лондон убивает. Уже год она работает здесь, а кажется, целая вечность прошла. Не так давно она встретила бывшего преподавателя по зельеварению. Милая старушка ушла в отставку и теперь собиралась переехать на юг, в родовое имение. Минерва случайно пересеклась с ней в Дырявом котле. Та осталась крайне недовольна состоянием бывшей подопечной и ушла, бормоча что-то о неправильной работе. Где же взять правильную? Коллеги встретили ее такими же, как у нее самой, замученными взглядами. -На столе уже лежит корреспонденция. Ознакомься и зайди ко мне, - проходя мимо девушки с кружкой отвратительного кофе, бросил ей начальник. Минерва кивнула, не утруждая себя приветствием. Отвратный мужик. Волшебница села за стол, разложила письма. Постаралась напомнить себе, почему она выбрала именно это, а не милый домик в шотландских горах в объятиях любимого мужчины. Взгляд зацепился за строки из новенького выпуска Пророка. "Грин-де-Вальд, кто он такой на самом деле?". Девушка жадно пробежалась по странице. Чокнутый фанатик чистоты крови. Минерва поежилась. Куда все это приведёт? Ни к чему хорошему, это точно. Что бы сказал профессор Дамблдор? Видел ли он статью? Наверняка. Что думает об этом? Будет ли он что-то делать? И можно ли вообще что-то сделать? Девушка принялась за остальную почту. Ответы на запросы, счета. Минерва разложила все по своим папкам, пока на столе не осталось единственное нераспечатанное письмо. На нем аккуратным и до боли знакомым размашистым почерком было выведено: Минерве Макгонаггл. И адрес. Девушка вскрыла конверт, чувствуя, как от волнения бьется сердце, пробежалась взглядом по ровным строчкам. Профессор Дамблдор рекомендовал её директору Диппету, и тот решил пригласить бывшую ученицу на должность преподавателя трансфигурации... Минерва раз за разом перечитывала письмо. В Хогвартс. Домой. В Хогвартс.... Не раздумывая, девушка достала лист бумаги и быстро набросала сухой формальный текст. "Прошу уволить меня по собственному желанию". Как давно она мечтала написать это! -Макгонаггл, - недовольный голос начальника раздался прямо над ней, - Чем ты тут занимаешься? Тебе что велено? - она подняла голову, протянула ему лист. Посмотрела с чувством мрачного удовлетворения на вытянувшееся лицо и, поднявшись со своего места, направилась к выходу, сжимая в руках заветное письмо. -Минерва! - он схватил ее за руку у выхода. Все, кто были в кабинете, с удивлением тут же посмотрели на них. -Отпустите меня, - тут же потребовала девушка. -Не уходите! Подождите, пойдемте поговорим, - он попытался потянуть ее на себя, но волшебница вырвала руку. -Кто дал вам право касаться меня? Я не намерена вести с вами никаких бесед, - и она, сделав пару шагов назад, развернулась и вышла прочь. Он за ней не пошел. Улица встретила ее прохладным сыром воздухом. Серое небо скользило, цепляя низкими облаками шпили домов. Но этот воздух больше не душил Минерву. Он пах свободой. Пах надеждой. Домом. ***** Единственное, что беспокоило во всем этом девушку, почему трансфигурацию не будет преподавать профессор Дамблдор. Он уходит? Куда? Нехорошие мысли крутились в голове, пока Минерва не добралась до родных стен. Но оказалось, что все не так страшно, как она представляла. Профессор Дамблдор просил поделить курсы, ссылаясь на усиленную подготовку старших студентов к ЖАБА, а ещё из-за совмещения преподавательской деятельности с научной. Минерве директор Диппет предложил взять на первый год только первый курс. Девушка с радостью согласилась. Пока нагрузка совсем маленькая, но есть время привыкнуть, освоиться, составить свою собственную программу и влиться в коллектив. Мисс Макгонаггл была на седьмом небе от счастья. Профессор Дамблдор, которого она так уважала, теперь стал её коллегой, и всегда был готов помочь. Первый курс давался тяжело. Много времени Минерве пришлось провести рядом с Альбусом, подробно разбирая каждую свою ошибку. Она вновь чувствовала себя ученицей, но это ее ничуть не смущало. Все было даже лучше, чем раньше. Она занималась с малышами, которые не знали ее студенткой, и поддерживала дружеские отношения с теми, с кем общалась раньше. За то, что ей не нужно пытаться поставить себя преподавателем перед теми, с кем она вчера дружила, Минерва была благодарна директору. В общем, жизнь наладилась, кажется. Так она думала. Но вот в начале декабря ей пришло письмо от сестры. Умер отец. Девушка молча плакала у себя в кабинете. Она сидела на подоконнике и смотрела в окно на знакомое поле для квиддича. Нужно будет ехать домой. Сказать директору Диппету и отпроситься. Но это немного позже. Сначала ей нужно прийти в себя. В дверь ее покоев тихонько постучали. Волшебница быстро вытерла следы слабости, отлично понимая, что это вряд ли поможет. -Минерва, можно? Что произошло? Ты на ужине не появилась, - Альбус Дамблдор медленно подошёл к ней и замер напротив, обеспокоенный ее слезами. Макгонаггл протянула ему письмо сестры. Альбус прочитал его, чуть нахмурившись. -Я соболезную,- он положил руку ей на плечо и чуть сжал его. Она сама не понимала, как так вышло, просто она вдруг уткнулась ему в плечо и расплакалась. -Ну, ну, - он обнял ее, стал что-то шептать, но она не слышала. Просто тут, в его руках, было так тепло и спокойно, что казалось, ничего плохого из мира, оставленного там, за пределами его объятий, сюда не попадёт. И горе, рвавшееся из нее, тоже утопало и медленно растворялось в этой безопасности. Сколько она плакала - Минерва не знала. Она только чувствовала, что Дамблдор обнимает её. Он что-то говорил, гладил ее по спине, и боль постепенно, медленно стала отступать. И вместе с тем, как боль отступала, мир медленно погружался во тьму. Альбус не сразу понял, что произошло. Минерва вроде просто успокоилась. -Всё будет в порядке. Я знаю, я сам терял отца. И мать. Я понимаю, как это больно, но, милая... - он аккуратно заглянул в лицо девушки, - все же не очень вежливо спать, когда я тут прилагаю все душевные силы для того, чтоб сказать пару утешительных слов. Я в этом не силен, поэтому ты у меня в долгу... - Альбус, усмехнувшись, легко подхватил волшебницу на руки, - Уж извините, профессор Макгонаггл, придётся мне ввалиться в вашу спальню, - он прошёл в соседнюю комнату, благо, дверь в нее была не закрыта. Тут было очень чисто, и приятно пахло. Альбус аккуратно положил девушку на кровать и собирался было уйти, как оказалось, он не может даже распрямиться. Юная преподавательница сжала в кулак его рубашку. Профессор попытался разомкнуть ее пальцы. Тщетно. Заклинания, расслабляющего мыщцы, он, к своему стыду, не знал. Минерва с силой сжимала его рубашку, и вдруг снова заплакала. Альбус сначала решил, что она проснулась, но нет. Мужчина с минуту с болью смотрел на милое личико бывшей студентки. И что-то перевернулось в душе. -Ты казнишь меня утром. Я уверен. Мой труп будут искать очень долго. И не найдут... - и Дамблдор аккуратно лёг рядом. Чтож, у него есть оправдание. Главное, чтоб она выслушала их до того, как для дачи показаний его придётся вызывать из мира усопших. Минерва открыла глаза и чуть повела плечами. Непривычно... Девушка вдруг поняла, что перед ней мужская рубашка. Которую она отчаянно сжимает рукой. Так. Так. Так. В голове очень мутно всплывали события вчерашнего вечера. Она плакала из-за смерти отца. А потом Альбус пришёл.... Сердце ушло в пятки. В ужасе Минерва медленно подняла голову. На неё с любопытством смотрели пронзительные синие глаза. Рефлекторно девушка столкнула мужчину с кровати. С глухим звуком он упал на ковёр. -Не очень-то вежливо, - пробурчало откуда-то снизу. Альбус сел. Минерва зажмурилась. -Ты не спишь. -Сплю, - откликнулись она. Потом осторожно приоткрыла один глаз. Альбус насмешливо приподнял бровь. И девушка кинула в него подушку. Потом испуганно посмотрела в ошарашенные голубые глаза, резко отвернулась и снова зажмурилась. -Милая, пора вставать, - в голосе чувствовалось улыбка. Минерва проворчала что-то невразумительное. -Что-что? Тебя плохо слышно. -Прости... Это моя давняя привычка... Я когда плачу, засыпаю и обязательно сжимаю что-нибудь... Прости, - краснея, проговорила она уже членораздельно. -Ааа, ну я так и понял,- ох уж этот насмешливый голос! -Почему не разбудил?! - девушка резко села на кровати. -Не захотел. Ты только успокоилась, - пожал плечами мужчина. -Ну и что?! Ты... Ты... Ты... - она обшаривала глазами комнату в поисках чего-то потяжелее. Альбус почувствовал опасность. -Эээ, сейчас завтрак. Надо бы поторопиться,- пробормотал он. -Я не пойду, - только сейчас Минерва поняла, что аппетита у нее не вообще, и ей еще нужно собраться домой, на похороны, но это только после уроков,- У меня сегодня всего два урока после обеда, так что... - настроение вновь покатилось куда-то к чертям. -Ну уж нет, - тут Дамблдор поднялся с пола и строго посмотрел на бывшую ученицу. -Я... Ещё полежу. Прости ещё раз, - и она улеглась. Потом все произошло как-то очень быстро. Не успела девушка ничего понять, как она уже стояла перед Альбусом в строгом чёрном костюме, с идеально заплетенной толстой каштановой косой. Из-под рукавов чёрного пиджака было видно изумрудную рубашку. Мужчина напротив взмахнул волшебной палочкой, и вот он снова неотразим- чистая свежая одежда, расчесаные темно-рыжие волосы. -Мы. Идём. На. Завтрак. Ясно, профессор Макгонаггл? Если вы собрались умереть с голоду, я вам этого не позволю, - строго сказал Альбус. -Но... -Без всяких "но". Вперёд, - он кивнул на дверь. -Это вообще-то ты ворвался в спальню к юной девушке, воспользовавшись её слабостью! А теперь ещё и командуешь?! А ну... -Именно, - Дамблдор неожиданно оказался так близко, что Макгонаггл, отпрянув, запнулась о собственную ногу и упала бы, если б её не подхватили. И вот она в объятьях сильных мужских рук, а напротив, в сантиметре от её лица, вовсю улыбающаяся физиономия бывшего учителя. -Я смотрю, вам очень не нравятся мои рубашки. Чтож, я бы снял её, но, боюсь, мы тогда точно опоздаем на завтрак,- до девушки не сразу дошёл смысл сказанного. Она медленно перевела взгляд на свои руки. Падая, она снова схватилась за эту злосчастную рубашку!! Макгонаггл быстро отпрянула, развернувшись, и громко фыркнула. -Ещё парочка таких намёков, и я запущу в тебя чем-то потяжелее подушки! - огрызнулась она. -Обязательно. Идём. Весь этот день до самого ее отъезда Альбус был рядом. Он проследил за тем, чтобы она поела, помог собрать нужные вещи, проводил ее на уроки и подождал с них, а затем провел до камина в кабинете директора. -У тебя сегодня разве нет занятий? - аккуратно спросила Минерва. -Сегодня нет, - покачал головой Альбус. У Макгонаггл не было сил вдаваться в расспросы, так что она только кивнула. Девушка была очень благодарна за то, что он просто был рядом. Перед камином Альбус обнял ее, и Минерва прикрыла глаза, вновь окунувшись в его тепло и приятный запах, не похожий ни на что. -Ты обязательно справишься. Держись, моя дорогая, - тихо сказал он, и Макгонаггл была с ним согласна. Когда он вот так вот ее обнимает, ей кажется, что она действительно справится с чем угодно. -Спасибо, Альбус. **** -Ты видел? - она была встревожена. Он понимал. Новости о преступлениях Грин-де-Вальда могли встревожить кого угодно. -Да, - он кивнул, коснулся ее руки, - Я стараюсь что-то придумать. Не переживай. -Но что? - он покачал головой. Хороший вопрос. Он не мог рассказать ей всего. Если она узнает, она... если честно, он не представлял, какой может быть ее реакция. Что она сделает? Да и как такое рассказать? Знаешь, я настолько был восхищен человеком, я настолько любил его, что не желал понимать, что за человек передо мной на самом деле? Я настолько хотел быть с ним рядом, что сам... я сам ведь соавтор его идей. Я дал клятву не сражаться с ним. -Альбус, что тебя тревожит? -То же, что и тебя, - он улыбнулся. Почти то же. Почти, Минерва. Он должен был спасти все. Все исправить. Ради нее. Ради себя. Ньют Саламандр сказал ему, что самое главное пытаться исправить то, что натворил. Какой бы страшной не была ошибка. Ошибки. Нужно не сдаваться. Он сам старался находить правильные слова для всех. Но для себя не мог. Он столько натворил! Как такое исправить? Как он вообще после этого может заслуживать счастья? А все те люди, которых убил его бывший друг, разве они не заслужили быть счастливыми? Но их больше нет. И это, в том числе, его вина. Альбус Дамблдор роняет голову на руки. Он придумает, как все исправить. Обязательно. -Ты не объяснишь мне, что происходит? -Я не могу, - он улыбается, берет ее за плечи. Просто позволь защитить тебя, Минерва. Позволь. -Почему? В школу наведываются непонятные люди, ты просишь меня за ними... -Никто не должен знать всего, - перебивает ее Альбус. Прости. -Но, - она хочет возвразить, он знает, и он готов ей рассказать, ему так хочется, если бы она только знала, как ему хочется рассказать! Вместо этого он вдруг обнимает ее. Эта девушка стала ему очень дорога. Слишком дорога. Разве можно ему иметь кого-то столь дорогого? Он не может ответить себе на этот вопрос. Сейчас это, наверное, и не столь важно. Она затихает в его руках, и все, чего ему хочется, это чтобы эта девушка была в безопасности. И он сделает ради этого все. **** -Как это понимать?! - она почувствовала, как чуть дрогнул в конце голос. Спокойно. Спокойно. Хотя какой там спокойно? Она готова была убивать. -Добрый вечер, Минерва, - усталый человек слабо улыбнулся ей. Волшебница почувствовала, как ярость отступает, но сдаваться так просто она не собиралась. -Как это понимать? -Что именно? -Меня вызывает директор и сообщает, что я вынуждена буду взять все курсы! Все, Альбус! Потому что ты покидаешь школу! -О, прости, я, - он опустился взгляд, - Если честно, я струсил. Не знал, как тебе сказать, все собирался, но меня, как видишь, опередили. -Не знал, как сказать? Можно было попробовать ртом! - она подошла к нему и зло откинула со лба выбившиеся из косы пряди. -Минерва... Я надеюсь, это ненадолго. Просто навещу старого друга, пустяки, - отмахнулся Альбус. -Это про это ты не мог сказать? -Да. Ты понимаешь, есть небольшая проблема, я не могу быть уверен, что вернусь. Мой друг тяжело болен и... прости, - он виновато смотрел на девушку. -Твой друг болен? Так это не из-за Грин-де-Вальда? -Минерва, - он покачал головой, - Мне очень жаль, я... прости. Я должен был сказать раньше. Мне очень нужно уехать. -Ясно. Я подумала, что ты отправишься на поиски, - призналась девушка, - Я сочувствую твоему другу и тебе, - и она, развернувшись, ушла. В её комнате царил покой и порядок. Она упала в любимое кресло без сил. Молодец, нечего сказать! У него друг болен! А она тут устраивает сцены! Он, между прочим, когда умер ее отец, был рядом, поддерживал ее как мог, а что она? Ушла. Просто ушла. Просто это было так страшно. Она боялась. Боялась исчезнувшего Грин-де-Вальда, боялась остаться совсем одна, боялась свалившейся на нее ответственности. Мир рушился, и Альбус был ее опорой, ее надежной стеной. Тем, на кого она опиралась. А теперь он уезжал, и она чувствовала, будто вместе с ним теряла все. Она подтянула колени к груди, обняла их руками и зажмурилась. В последнее время она чересчур много теряет - любимый человек, отец, теперь ещё и друг! Но почему она так остро отреагировала? Почему не поддержала его? Что это за истерика? Разве так положено относиться к друзьям? Она не понимала, что за сумбур происходил в ее душе, однако одно знала точно - ей очень больно от мысли о том, что Альбус может уехать навсегда. Она его просто потеряет и все. В дверь негромко постучали. -Нельзя, - этот стук Минерва узнала бы везде. Но дверь всё равно открылась, и девушка отвернулась. Черт, запирающие чары надо не забывать накладывать! Проходной двор какой-то. -Минерва, - голос прозвучал где-то над самым ухом. Ей было безумно стыдно за свое поведение. Но как теперь объяснить эту реакцию, она не знала, а потому просто молчала, спрятав лицо в коленях. -Милая, мне жаль. Действительно жаль. Я знаю, что я просто трус, - он опустился рядом, - и ты имеешь полное право обижаться, но, я правда надеюсь, что вернусь. И, - он вздохнул, - я зашёл попрощаться, - Дамблдор замолк. Девушка не реагировала. Она почувствовала лёгкое прикосновение к своему плечу, и через мгновение услышала удаляющиеся шаги. Дверь тихонько затворили. Макгонаггл вскочила с кровати и вылетела из комнаты. Альбус шёл в дорожной мантии к выходу. Он не заметил, что она вышла. Секунда, и девушка почти на лету крепко обнимает друга со спины, прижимаясь к нему щекой. Дамблдор стоит, и Минерва чувствует, как он сжимает её ладони на своей груди. Под ее щекой быстро стучит его сердце. Они стоят так с минуту, и отпускать лучшего друга ей совершенно не хочется. Однако... Преподавательница отступает. Альбус поворачивается к ней, смотрит так виновато и улыбается. А девушка легонько ударяет его кулачком в плечо. -Уже уходишь? И ты сказал бы мне об этом так? - она качает головой, - Не смей больше от меня скрывать такое! Никогда! Мне жаль твоего друга, - она подбирает слова, - И ещё... Удачи. Мне будет не хватать тебя, так что возвращайся, пожалуйста, я буду очень ждать,- Альбус сам обнимает её и гладит по голове. -Спасибо, Минерва. Спасибо, - девушка слышит, как звенит его голос. Они стоят так ещё немного, и преподавательница силится запомнить всё. Каждое мгновение. Но вот- пора. Девушка отходит, улыбаясь. Ей хочется плакать. Но сейчас она не будет этого делать, точно не будет. И почему ей так больно? Ведь раньше она часто прощалась с друзьями, и было грустно, конечно, но совсем не так. Но ведь не может она относиться к бывшему преподавателю, к человеку, который намного старше её, как к возлюбленному? Верно..? Минерва в последний раз ловит взгляд лучистых синих глаз, лёгкую грустную улыбку, и Альбус уходит. Исчезает, как предрассветный туман. Словно его никогда тут и не было.