В плену прошлого.

Когда Регина ворвалась в офис шерифа, тут же пришла в замешательство. Все вокруг было перевернуто вверх дном. Рабочие столы были опрокинуты, некоторые стулья сломаны. Стеклянная перегородка была разбита вдребезги. На полу помимо осколков, лежали разбросанные и разодранные в клочья бумаги. Осторожно ступая, Регина оглядывалась вокруг в поисках Эммы. Шерифа она нашла в камере, лежащей на тюремной койке. Глаза были прикрыты рукой, и шериф даже не догадывалась о присутствии мэра. На полу возле койки стояла наполовину пустая бутылка виски, без наличия стакана. - Шериф Свон, что у вас тут происходит?! – Ледяным тоном поинтересовалась Миллс. - А что вы у меня здесь забыли, мадам мэр? – Не менее холодно задала Регине встречный вопрос, лежа на матрасе. - Пришла поговорить с тобой о Генри. – Услышав имя сына, Эмма убрала руку с лица и с сожалением посмотрела на мэра. - Как он? – Свон поняла, что мальчик встретился с Миллс и скорее всего рассказал о том, что здесь недавно произошло. - Очень расстроен. – Ответила Регина и тут же с упреками налетела на шерифа. – Как ты могла довести своего родного сына до слез?! Чем ты думала?! И после этого ты называешь себя его матерью?! Ты причинила ему боль, ранила до глубины души. Я никогда не видела его таким подавленным! В чем он виноват перед тобой?! - Прости. – В свое оправдание Свон не знала, что и сказать. Но только не правду. Она была слишком жестокой. – Я не хотела его обидеть. Просто… я не знаю. Прости. - Что ты там мямлишь, Свон? – Потеряв терпение, Регина схватила шерифа за воротник рубашки, заставив ту встать с койки, и посмотрела в ее глаза. И то, что Миллс увидела, потрясло ее. В зелено-серых омутах она разглядела пустоту, глубокую боль, отчаяние, раскаяние, безысходность и обреченность. – Что происходит, Эмма? Скажи мне правду, прошу тебя. - Генри не следовало приходить сюда. – Заплетая языком, прошептала Свон. – Мне жаль, что я наговорила ему лишнего. Но… так даже лучше. - Что? – Не веря ушам, переспросила Регина. – О чем ты говоришь, Эмма? Что значит, «так даже лучше»? Ты головой ударилась что ли? - Регина, позаботься о нем. Прошу тебя. – Шепотом просила Эмма, обхватив талию мэра холодными руками. – Я ничего не могу ему дать, только не теперь. Ему будет лучше без меня. - Эмма, не пугай меня. – Голос Миллс предательски задрожал. Слова Эммы не на шутку напугали ее и больно ранили сердце. Почувствовав на талии холодные ладони, Регина теснее прижалась к крепкому телу шерифа. – Что с тобой происходит? - Ничего. Я просто устала. – Зарывшись лицом в волосы мадам мэр, ответила Эмма. Шериф почувствовала, как Регина сильнее прижалась к ней, и это вызвала у нее слабую улыбку. За последние часы Эмма многое поняла и переосмыслила. Но самое главное, она осознала чувства к Регине Миллс. Любовь. Вот что она чувствовала к бывшей злой королеве. Эмма любила ее всем сердцем и душой. Ей хотелось всегда быть рядом с Региной, смотреть в ее чудесные карие глаза, видеть счастливую искреннюю улыбку, обнимать ее прекрасное тело и целовать сладкие манящие губы. Но все это было для Свон несбыточной мечтой. Миллс никогда не будет с ней, никогда не ответит взаимностью. Да и какой сейчас в этом смысл? Скорее всего, ее, Эмму Свон, будет ждать смерть от руки мстителя. Она это заслужила. Жизнь за жизнь – равноценный обмен. Ее смерть будет расплатой за гибель Голдена и его семьи. - Почему мне кажется, что ты прощаешься со мной, Эмма. – Нарушила тишину Миллс, глядя в глаза Свон. – Что ты скрываешь? - Это уже не важно. – Уклончиво ответила шериф Сторибрука. – У каждого из нас свои секреты. И свой я тебе не раскрою. - Почему? – Спросила Регина, касаясь губами лба своего непутевого шерифа. - Не хочу, чтобы мое прошлое обременяло тебя. – Охрипшим голосом ответила Эмма, сильнее прижимая мэра к себе и неосознанно опустив одну руку на упругую попку Регины. - Неужели в прошлом Спасителя есть тайны, окутанные мраком? – Дрожащим от возбуждения голосом поинтересовалась королева, исследуя губами уставшее лицо шерифа. - Есть одна, которая до сих пор мучает меня. – Не следя за своим языком, шептала Эмма. Ласки Регины сводили ее с ума. Мозг постепенно отключался, уступая место эмоциям и чувствам. А тело остро реагировало на прикосновения нежных губ мадам мэра. – Регина, я так больше не могу. И не успела Миллс спросить о чем-либо, как Эмма яростно и отчаянно поцеловала ее в губы. Регина ответила на поцелуй, обнимая шею Свон и теснее прижимаясь к ее сильному, надежному телу. Эмоции и чувства взорвались, вырвались на волю. Время для шерифа и мэра остановилось, и для них существовали лишь тепло губ и обжигающий жар тел. Когда же воздуха в легких стало катастрофически не хватать, никто из них не хотел разрывать долгожданный поцелуй. Но первой все-таки не выдержала Регина, чуть отстранившись, чтобы глотнуть воздуха. Эмма прислонилась лбом ко лбу Миллс и блаженно улыбнулась. - Мне плевать, что у тебя было в прошлом. – Охрипшим голосом произнесла Регина, не выпуская Эмму из объятий. – Мне важно, чтобы ты всегда была рядом со мной. Ты нужна мне, Эмма. И я не отпущу тебя, даже если ты захочешь уйти. Ты – моя, Эмма Свон. Бывшая королева снова прикоснулась к губам Спасителя, не давая той вставить слово. Да она и не возражала. Эмма ощутила обжигающий вкус поцелуя. По ее телу прошла сладостная дрожь желания, такого всепоглощающего, что в голове не осталось ни одной мысли. Сейчас ни Эмме, ни Регине было не важно, что будет завтра. Они были полностью поглощены друг другом, своим долгожданным счастьем, и внешний мир для них не существовал. Но завтра суровая реальность преподнесет новые испытания. И на сей раз, они вместе встретят их лицом к лицу.