Шинигами

— Что ты делаешь? — с усилием прохрипел Сотриголова. — Не пойми не правильно, я просто не сторонник насилия, — выдавила девушка, глядя вдаль, стараясь не встречаться взглядом с героем. — Мы летим туда, где нас пока что не найдут. Я помогу тебе с обработкой ран. Как придешь в себя, к своей команде доберешься самостоятельно. Я бы не хотела быть пойманной, когда буду возвращать тебя героям. Так что не переживай, наше сотрудничество временное.       Ответом ей был шум дождя и ветра. Сильный и опасный про герой, от взгляда которого стыла кровь в жилах, ушёл в отключку.       Ледяной дождь поливал как из ведра. Лететь было сложно и утомительно. Силы были на исходе. Намокшие перья отяжелели, и Шиня в основном планировала, управляя потоками ветра. Причуда сильно помогала облегчить вес тяжелого мужчины. Но не смотря на это, крылатая давала себе отчет в том, что руки очень устали, и нужно было торопиться. Пути назад не было. Злодей для героев и враг для злодеев. Зная Шигараки, она была уверена в том, что когда лига выберется, они найдут и убьют предателя. Дело времени.       Впереди, во мраке глубокой чащобы леса, показался силуэт старого покосившегося дома. Тяжело качнув крыльями, Шинигами сменила угол полета, и они начали снижаться. Приземление было относительно мягким, сопровождаемое разгоняемым ветром и громкими хлопками отяжелевших мокрых крыльев.       Под последние порывы ветряного квирка, практически сбросив непечатно выразившуюся ношу на пол старой покосившейся веранды, Шиня устало, рухнула ничком рядом. Надо было отдышаться. По волосам и одежде противно струилась холодная вода, остужая жар тела как после забега, и девушка явно ощущала что вымокла насквозь, до последней нитки. Рядом донеслось шевеление героя, но ей уже было всё равно. Слишком устала. — Думала не донесу. Ты чертовски тяжелый, — хрипло пожаловалась в пустоту крылатая, глядя, как сквозь разошедшиеся от старости доски в потолке струится вода, гулко капая на деревянный пол веранды. — Надо ещё найти силы затащить тебя внутрь дома. Надеюсь, там сохранились бинты и шовный материал.       С этими словами Шинигами лениво скосилась на мужчину, и испуганно замерла. Сотриголова, морщась от боли, опираясь о стену, неловко встал в полный рост и осмотрелся. — О, я тебя недооценила..., - тихо процедила девушка, - Значит не придется тебя тягать. Я, если честно, рук не чувствую, — притворно выдохнула девушка, немея от страха. Теперь, от бессилия она была в опасности, учитывая что про-герой выглядел относительно бодрым и боеспособным. Вот и покатались...       Мужчина окинул её оценивающим взглядом и спросил: — Где мы, и зачем помогаешь? — Ну... Отвечу только на первый вопрос, потому что ответа на второй я не знаю... — Шинигами мысленно решила доигрывать роль безразличия, стараясь выглядеть как можно естественнее. Устало поднявшись, она начала осматривать дверь дома, периодически дергая за ручку в попытках открыть её, — ...тут прошло мое детство... пока не пришли герои и не забрали человека, заменившего мне отца. — Дверь не поддавалась, и крылатая, смахивая всё еще стекающие по лицу струйки воды с волос, пару раз толкнула её плечом. Безуспешно. — Этот человек был злодеем? — Проявил заинтересованность брюнет, резко толкнув выпрямленной рукой дверь от себя. Та громко скрипнула вырванным из паза замком, и отворилась. Сотриголова молчаливо пропустил девушку вперед. — Благодарю, — крылатая боялась смотреть собеседнику в глаза и просто кивнула головой, мысленно оценивая его скорое восстановление, и тихо скользнула внутрь. — Возможно да, а может быть и нет... Он был добрым и заботливым. Он спас меня из завалов тогда, когда герои свернули поисковые службы и покинули руины многоэтажки, под которыми я чуть не отдала душу небесам. Если бы так называемый вами злодей, не появился там. — Спокойно ведя рассказ, Шинигами трясущимися от усталости руками, рыскала в пыльном шкафу в поисках заветного чемоданчика.       Мужчина присел на пыльную кровать и щёлкнул светильником. Ярко вспыхнула в сумерках лампочка, изрядно удивив своей работоспособностью Шиню. — Я думала здесь уже давно ничего не работает. — Грустно вздохнула девушка. Мужчина кивнул. Дом выглядел так, словно был заброшен очень давно. — Я удивляюсь только тому, что здесь ничего не размародерили, — осмотрелся герой. — Сюда не так-то и просто добраться. Об этом месте никто не знает, кроме тех, кто участвовал в облаве на это здание. Но героям чужое барахло не нужно, так ведь? - девушка ухмыльнулась, и выудила кейс с аптечкой.       Сотриголова здоровой рукой снял с шеи намокшие бинты, служившие ему оружием, и положил рядом с собой. Шиня заметила это. Логично, он при желании уделает её одной левой, чего ему опасаться. Затем мужчина расстегнул молнию на комбинезоне, и морщась от боли, высвободил руку, оголив раненое плечо, на котором уже подпеклась кровь. При этом обнажилась часть торса, и перед девушкой предстала сухая, крепкая, даже мускулистая, комплекция тела. Его кожа местами была расчерчена светлеющими шрамами. Следы битв, в которых он вышел, по всей видимости, победителем. Пока мужчина был занят осмотром раны, Шиня ощущала как с каждой секундой своего бездействия, она приближала свою участь. Надо было убегать, улетать, уползать! Панически зажав аптечку до побеления костяшек пальцев, девушка отступила на пол шага назад. Предательский скрип старой рассохшейся половицы заставил её, затаив дыхание замереть, под пронзительным взглядом про, обратившего на неё внимание. В полу-мраке блеск его тёмных уставших глаз имел эффект ледяного душа. Нет, она не в состоянии сбежать. Он её переломит в ту же секунду, как только она допустит саму мысль о побеге. Воцарилась тишина, и Шиня, немного заикаясь, плохо играла непринужденную беседу: — Н-наставник обучил меня медицинской базе, и я помогу тебе, только если ты пообещаешь не делать ничего плохого мне.       Сотриголова выжидательно молчал. Каждая секунда его молчания, всё болезненнее давалась девушке. Шиня чувствовала что готова разреветься от бессилия. - Ты дрожишь. Замерзла? - брюнет как будто специально игнорировал выдвинутые девушкой условия сделки. - Немного, - тихо, почти шепотом, произнесла Шинигами. - Мне просто страшно. Извини, я тебя боюсь, - Крылатая отвела взгляд, съёжившись. Она хотела укрыться крыльями, сжаться в комочек и исчезнуть прямо сейчас из этой комнаты, из под холодного и резкого как лезвие бритвы взгляда. - Значит, помогать Лиге выродков тебе было не страшно, а сейчас чего пасуешь? Ты знала на что шла, - безразличным голосом с ноткой издёвки полоснул герой. - А может это всё потому, что ваше холеное общество героев, разгуливающих в лоснящихся трико, допустило битву с буйным человеком с сильным квирком в моем родном районе? Или потому, что свернули все поисковые работы пострадавших, уж не знаю по какой причине? Да, досадно вышло что я не сдохла прямо там, под грудой бетона, было бы удобно - нет человека, нет последующих проблем. Но нет, мы, мерзкие выродки, наверное, по вашему мнению как крысы кучкуемся? И вот несчастье, мелкого недобитыша спас не хваленый герой с газетных сводок, а простой мужик, у которого, кстати, семью забрала примерно такая же досадная несправедливость. И таких историй великое множество по ту сторону баррикад. Истории выродков, - Шиня болезненно оскалилась, глядя в пол. Весь монолог она вела тихим ровным тоном, и только под конец она почувствовала как внутри неё могучей неподъемной тушей, выросшей за многие годы, шевельнулась ненависть. Глубоко вздохнув, она отбросила прядку влажных волос с лица, и медленно выдохнула, почувствовав расслабление. Подняв усталый взгляд на собеседника, девушка натянуто улыбнулась, - ладно, забей.       Брюнет сузил глаза, глядя в пустоту, словно всматриваясь в суть ситуации. Он в целом и сам себя способен заштопать. И для дела проще повязать её здесь и сейчас, но что-то заставило его повременить. Тихо вздохнув, он кивнул в сторону лент: — Если тебе будет спокойнее, можешь забрать моё оружие.       Шинигами утвердительно кивнула, но лент не коснулась. Что толку от того, что она заберет у него оружие? Этот человек способен голыми руками открутить ей голову. Вздохнув, она под пристальным взглядом, пошелестела содержимым чемоданчика, выудив шприц и пару ампул новокаина. Набрав содержимое ампулы, она, осторожно приблизилась. — Это обезболивающее. Необходимо достать пулю. Не обещаю что будет совсем не больно, но лучше с ним, чем без него.       Сотриголова повернулся как можно ближе к свету. - Так удобно? - Тихо спросил он. - Да, потерпи немного, - прошептала крылатая, приблизившись к ране.       Её движения были короткими, но очень осторожными. Еле касаясь кончиками пальцев, она нежно прощупывала мышцы вокруг ранения. Шота терпел короткую боль от инъекций, вслед за которой он ощутил расползающееся чувство онемения. Крылатая была очень близко, и в какой-то момент он поймал себя на выслушивании её дыхания. От нарастающей неловкости к горлу подступил ком, который он громко сглотнул, чем обратил на себя внимание.       Девушка коротко отвлеклась, встретившись взглядом с мужчиной. - Всё хорошо? - вопросительно подняла бровь крылатая, искренне интересуясь. - Как тебя зовут? - довольно внезапно спросил брюнет. Кто знает, может он пытался отвлечь себя неприятной процедуры.       Шиня скромно улыбнулась уголком губ, и продолжила внимательно заниматься раной. - Оно дурацкое. Вполне подходит для отброса, - колко ухмыльнулась собеседница. Видимо, замечание про задело её за живое. - Меня зовут Шинигами. Особо близким отбросам можно звать меня Шиня. Но обычно я прихожу сама.       Сотриголова чуть склонил голову набок, скептически подняв бровь. Даже за работой, девушка уловила нотку сарказма: - И какое же у Шинигами настоящее имя? - А нет такого. Не помню. Всё что было до катастрофы - осталось до катастрофы, - прокалив на зажигалке тонкий пинцет, она дождалась, когда лекарство начнет действовать, и запустила инструмент вглубь раны. На этом моменте мужчина поморщился и напрягся. Ему было больно, но он мужественно терпел. Скосившись на крылатую, мужчина не посмел дернуться. Полностью сосредоточенная, она аккуратно работала инструментом, тихо шепча что-то вроде «терпи еще немного... ещё чуть-чуть, уже почти достала». При этом второй рукой она довольно крепко удерживала плечо героя.       Наконец, ухватившись за кусочек металла, она довольно быстро, но болезненно вынула его и приподняв на пинцете, заинтересованно начала разглядывать на свету. Довольно необычной формы пуля. Скорее всего с отливкой под капсулу с веществом. - Ну, резюмирую что в твоем организме свинца стало сильно меньше, - пошутила девушка, довольная своей работой.       Сотриголова прикрыл глаза и сидел некоторое время с нахмуренными бровями, восстанавливаясь после боли. Шинигами отложила пулю на тумбочку, выудила из стерильной упаковки шовные нити и пакетик Стрептоцида, порошком из которого щедро припудрила открытую рану, постаравшись как можно больше лекарства засыпать внутрь. Затем прокалила иглу и принялась аккуратно подшивать края раны. хватило двух стежков и кучи ватных тампонов, которыми она старательно очищала операционное поле от крови. Наконец, когда всё было готово, а на плече героя красовалась добротная перевязь, Шиня с чувством выполненного долга, довольная собой, расслабленно выдохнула. - Спасибо, - сухо поблагодарил мужчина. - Больше не обращайся, - ухмыльнулась в ответ. - Надеюсь, мы обсохнем, я отосплюсь, ты утром свяжешься со своими, а я в это время буду уже далеко и свободно бороздить просторы неба. Как будто ничего и не было. Даже не думай упечь меня за решетку. Как сказал мой наставник, "мы не созданы для клеток". Это, кстати, были его последние слова.       "Последние слова" девушка намеренно выделила интонацией, серьезно глядя в глаза герою. Она хотела, чтобы тот чётко понял, что для неё не существует иного варианта развития событий. Его взгляд был спокойным, уверенным. Но без агрессии. - Ты очень демонизируешь роль героев, - подытожил брюнет, пытаясь обратно натянуть свой мокрый комбез. - Мой недолгий, но богатый жизненный опыт пока не доказал обратного, - съязвила крылатая. Её захлёстывала усталость и ощущение правоты. Остановившись взглядом на тщетных попытках героя, она тихо проговорила: - Подожди, сейчас поищу сухую одежду.       Мужчина согласно кивнул и сел в удобное положение. В плече билась пульсирующая боль. Герой был тоже изрядно вымокшим, но раздеваться он не стал. Скосившись на шейные ленты, лежащие возле него, он вздохнул и взъерошил влажные волосы.       Через несколько минут она спустилась, неся охапку какой-то одежды. На ней самой были одеты необъятная футболка и шорты, которые на её малой комплекции смотрелись безразмерными. — Я и тебе нашла одежду, — Шиня неуверенно протянула её мужчине. Одежда когда-то принадлежала Рёйкену, но мужчине должна быть совсем немного оверсайз.       Сотриголова не желал расставаться со своим комбинезоном, пусть и мокрым. Не планировал. Не тот случай. Но крылатая была настойчивой, и уговорами да спорами заставила героя переодеться. Затем, убедила выпить какой-то антибиотик, и на этом, наконец, успокоилась.       От второго этажа здания почти ничего не осталось, поэтому было решено ночевать на первом этаже. Оставив кровать тому, кто в ней нуждался больше всего - раненому, девушка решила спать на старом потрепавшимся кресле-мешке, стоящим возле кровати в этой тесной комнатушке. Мужчина даже не стал спорить. В упрямстве этой особы он убедился достаточно. Наконец, выбрав наиболее удобное положение для отдыха. чтобы меньше всего тревожить больное плечо, он скосился на девушку. Та подтащила откуда-то тёплое одеяло, начала уютно укладываться в ложе кресло-мешка. Периодически она потряхивала крыльями, проверяя рукой степень сухости перьев, и наконец, завернувшись потеплее, затихла. За окном убаюкивающе тихо шелестел прекращающийся дождь. - Ты не спрашивала, но меня зовут Шота. Аизава Шота, - мужчина решил что довольно честно было бы представиться, раз уж у них на сегодня сложились вынужденно доверительные отношения. У крылатой была возможность убить его ещё тогда, во время облавы. Но она не сделала этого. Она спасла его ценой своего партнерства с Лигой и ценой своей безопасности. Какая глупость, но...: - Спасибо что спасла.       Крылатая устало улыбнулась и кивнула. Мысленно проговорив его имя, она осознала что ей нравится его звучание. Похоже на шелест дождя. - Было бы скверно, если бы ребята убили тебя. Эх, вот бы люди научились решать конфликты словесно, без применения грубой силы. Хоть ты пугающий, но вроде не плохой парень. - У меня работа такая, пугать злодеев, - Сотриголова скупо, уголком губ, улыбнулся. - Что бы ты делала, обернись всё иначе? Если бы не было Лиги злодеев и противостояния с героями? - Я бы путешествовала. Летала везде где хочу, побывала бы на тропических островах. Видела в детстве на картинке. - А как ты оказалась в Лиге? - Сотриголова, как бы невзначай задал интересующий вопрос. - Да просто идти было некуда. Когда погиб Рёйкен... мой наставник, к героям путь мне был заказан. Поскитавшись немного в попытке найти работу или хотя бы подработку, я ничего не нашла. У меня нет ни документов, ни рода, ни имени. Есть только кличка, которую дал мне наставник - Шинигами. Точнее он не давал мне никакого официального имени, просто.... приклеилось.       Шиня размеренно и спокойно рассказывала о себе, словно они беседовали о погоде. Но усталость давала о себе знать. Она всё медленнее моргала, и сонно, позевывая вела замедляющееся повествование, пока окончательно не провалилась в сон, мирно засопев. Аизава слушал умиротворяюще шелестящий дождь и тихое сопение соседки. Спать он конечно же не планировал, но и нарушать сон крылатой не желал. - Спи спокойно, Шинигами.