Прожигая.

Женя абсолютно точно знает чего хочет от жизни. Хочет признания, честности и доверия. Женя злится от бессилия, когда сверху ее просят перейти в тренерский штаб Тутберидзе. По факту же, ее оставляют без выбора. Или так, или без поддержки федерации. Все о чем просит Медведева, это зачисление Вари в группу. Девушка знает, кого стоит благодарить за эту честь и уже к вечеру, мессенджер Тутберидзе переполнен непрослушанными голосовыми. А Женя, в обнимку с Бобровой и Константиновой заваливается в бар. За барной стойкой стоит улыбчивый брюнет, с глазами цвета морского дна. В них Медведева видит как все ее планы и мечты, утопают под натиском морской стихии, оставляя после себя опустошение и разочарование. Разочарование имеет имя. Этери. Неотвратимый фатум преследующий долгие годы. И Женя сама сдается. Каждый раз давая утопить себя в этой привязанности и любви. Любви понятной лишь им. -Вообще, я считаю, что ты должна была отказаться. -Бормочет Боброва выводя узоры по барной стойке.-Ты уже давно работаешь в ЦСКА, заслужила там уважение, а здесь уйдешь в тень. Станешь одна из… -Ой, брось, Кать. Женя уже не последняя личность, чтобы ее кто-то затмевал, там наоборот больше возможностей.-Стася опустошила свой бокал залпом. -Медведева, ну вот чего ты молчишь весь вечер? -Смиряюсь и любуюсь. Вы заметили какие у Никиты сильные руки? -Женя улыбалась в тридцать два бармену. Алкоголь успешно вытеснил все мысли, оставляя после себя лишь дымку желания. -А задница? Вы его задницу рассмотрели вообще? — Катя расплылась в мечтательной улыбке. -Боброва забудь, тебя дома ждут муж и сын.- Стася ткнула в бок сидящую рядом подругу.- А что мы все сидим? Идем танцевать! Медведева скатилась со стула, поправляя на себе, обнимающую бедра юбку, расстегнула пару верхних пуговичек свободной рубашки и отправилась за подругами. Жене нравится ощущение свободы и вседозволенности. Нравится, как музыка откликается где-то глубоко внутри. Нравится заполняющая эйфория, когда видит улыбающихся подруг. Боброву забирает муж. Стася машет рукой из такси. Женя уверяет, что доберется сама, отказываясь от компании. Холодный ветер, остужает, приводит сумбурные мысли в порядок. Медведева поднимает голову, любуясь миллионами снежинок, плавно опускающимися на землю, путаясь где-то в волосах, оседая на ресницах. Девушке кажется, что она внутри большого стеклянного шара, заботливо поставленным на полку маленькой девочкой. -Медведева, садись. Замерзнешь. Женя вздрагивает от близости, ненавистного, желанного голоса. Карие глаза слегка прищурены, на губах застыла усмешка. Правый уголок губ приподнят выше, Женя борется с желанием, силой провести по губам, исправить асимметрию. -Я сплю со снежной королевой. Думаешь еще не привыкла к холоду? -Медведева пьяно смеется раскидывая руки. Она не знает, чего ей хочется больше задушить в объятиях или послать подальше. Не замечает как вздрагивает блондинка, сжимая руль крепче. Тутберидзе и сама не знает зачем. Зачем уверяла федерацию, что бывшая фигуристка нужна ее команде. Зачем скрывала это от нее. Зачем примчалась к бару, как только увидела в сторис фото на котором Женя улыбаясь тянулась к бармену. Зачем всегда возвращается к ней. -Прекращай паясничать. Садись уже, заболеешь. -Снова приглашает, в теплоту салона. Медведева кривится, машет рукой и готовится рассказать Этери, все, что думает о появлениях женщины в ее жизни. А у блондинки в голове, тысячи «но» перестают быть значимыми, всегда, когда видит ее. -А разве тебе не все равно? К чему весь этот спектакль? Хочу — не хочу. Иди сюда — не иди сюда. Люблю — не люблю. Я устала быть фигуркой в игре, где правила знаешь только ты! Тутберидзе выходит из машины, открывает дверь перед девушкой. Кажется, что исчезли все звуки. Женщина где-то на грани, ей хочется стереть все, что было до. И никогда не допускать к себе фигуристку, так близко. Но Этери эгоистка до мозга костей. Она не может лишить себя чувств, что пробуждаются только рядом с Медведевой, она готова тонуть в ней. И плевать она хотела на все мнения. Но дома ждет Аксенов и явно что-то идет не так. -Я люблю тебя. Этери решает, что искренность то немногое на, что она способна дать. Все, что дает Женя, это коньячные поцелуи. Тутберидзе коллекционирует свои победы. Женя бережно лелеет свои поражения. *** -Варя, руки расслабь! У тебя не должны быть движения запрограммированными, ты катаешь историю, прочувствуй её! Женя глубоко вздохнула, вспоминая, как много лет назад сама училась понимать жизнь через движения и взгляды. Это всегда сложно, ведь чтобы тебе поверили, нужно в первую очередь поверить самой себе. Но Жене повезло: у неё был рядом человек, который всегда рассказывал о том, как правильно нужно чувствовать эту жизнь, как не бояться и оставаться сильной, несмотря на трудности и боль. А она в свою очередь безусловно верила женщине, впитывая все советы и наставления словно губка. И, выходя на лёд, старалась исполнить все в два раза лучше. Каталась на разрыв. Поэтому, когда после финальной позы Женя открывала глаза и ловила едва заметную, но такую настоящую улыбку, она ощущала себя ещё сильнее и все больше похожей на ту, чья история только что была лезвием выжжена на холодном безжизненном льду. -Давай заново, пока я тебе не поверю! Женя махнула головой в попытке отогнать воспоминания о той, которой в последнее время было слишком мало физически, но так много в мыслях. В конце концов, сколько можно? Тяжело выдохнув, девушка в очередной раз зареклась не думать о Тутберидзе и наконец сосредоточиться на прокате ученицы. -Ты сегодня сама не своя. Весёлая брюнетка легонько толкнула Женю в бок, беря её под руку и двигаясь в сторону кафетерия. Саша появилась в жизни девушки неожиданно. Медведева в свой первый рабочий день в хрустальном, пришла с темными кругами под глазами, отчаянием и температурой. Этери снабдила порошком от простуды и отправила а кафетерий отпаиваться чаем. Там она и повстречала, этот бесконечный источник энергии, счастья и доброты. Выяснилось, что Саша новый хореограф группы. У нее конфликты с Глейхенгаузом и не любовь к Тутберидзе. На этом и сошлись. Несмотря на не долгое общение, девушки быстро сошлись характерами и прониклись искренней симпатией друг к другу. Они практически каждый день после окончания тренировки шли в кофейню, где могли пропасть до позднего вечера, разговаривая обо всем на свете. Жене такие отношения были в новинку, ведь за всю жизнь она так и не обзавелась лучшей подругой, так как раньше все её время занимало фигурное катание и Тутберидзе. Не сказать, что сейчас дела обстоят лучше, но во многом девушка повзрослела и поняла, что бессмысленно и глупо избегать хороших людей вокруг себя, поэтому она решила довериться, и все, что происходило сейчас с Сашей ей безусловно нравилось. -Все нормально, просто настроение странное. Тренировка вроде бы прошла хорошо. Варя все делает, но ей чего-то не хватает, только вот не понимаю чего. Женя тяжело вздохнула, размешивая пластмассовой ложечкой пенку. За окном мягко опускаются хлопья снега. Тутберидзе обещала сюрприз на новый год. Медведева ждать ничего не хочет. Женя помнит все. Помнит горящий март. Тысячи интервью. Фальшивые улыбки. Лживые слова. Помнит как заламывала пальцы и кусала губы, смотря в родные карие. Помнит как вдыхала запах трав, уткнувшись в светлую макушку. Помнит непонимание и страх в глазах. Помнит абсолютно все и это мешает жить дальше. Ей бы забыть, отпустить, вычеркнуть женщину из своей жизни. Но отчего выбирает мучится и находится рядом с Тутберидзе. Всегда выбирает ее.