Неожиданность

      Вроде как на улице стоит обычный обыденный для всех день с неплохой погодой, кстати. Солнце освещает ярким светом всё на своём пути. Небо голубое и чистое, ясное, без облаков. Лишь один ветерок прохладный дует отовсюду, позволяя изредка мурашкам заиграть на коже людей.       В этот день у Осаму и Чуи было задание от главы Портовой Мафии, Огая Мори. Или лучше сказать «Двойного Чёрного», а может и просто «Соукоку». Но самое знаменитое название этого дуэта всё-таки «Двойной Чёрный».       После его успешного завершения, как обычно, они вместе отправились к Огаю, чтобы доложить о проделанной ими работе.       Стук в кабинет.       — Можете войти, — отозвался Мори от туда.       Тут же в полумрачное помещение зашла наша парочка. Полумрачное, всё верно подмечено, ибо всё в этом помещении выглядело именно так. Диван тёмного цвета справа, шкафы с полками слева, где книги и документы лежат и ждут, когда же их возьмут и воспользуются ими уже наконец. Впереди офисный стол, за которым и сидит глава Мафии, ожидая этих двоих. А сзади него находятся окна, открывающие красивый вид на Йокогаму. Юноши прошли вглубь кабинета, ближе к Огаю.       — Задание успешно выполнено, Мори-сан, — доложил тёмноволосый шатен высокого роста, которого зовут Осаму Дазай. Рядом с ним встал рыжий мафиози уже поменьше ростом, это и есть Чуя Накахара.       — Молодцы. Я в Вас не сомневался. Мм, кстати... — открыл маленький ящик в своём столе и что-то ищет. В миг достал от туда какие-то таблетки (препараты). — Примите их. Вам они могут помочь: Чуе-куну со способностью, а Осаму-куну с развитием мышления.       — К-как скажете, Босс, — произнёс рыжик, забирая у него эти препараты. Интересно, а зачем они им? Разве у них плохо получается работать? Они стали работать хуже? Вряд ли. Это же знаменитый дуэт. Как они могут работать плохо? Но, всё же, никогда не помешает стать ещё чуть лучше. Доверимся Мори-сану.       Парни вышли из кабинета, рассматривая то, что им дал глава. Чуя цыкнул, съязвив, что у него и так неплохо получается управлять способностью, но Дазай настоял на том, что принять их стóит. Ведь всё-таки Мори сказал им это принять.       Осаму пошёл следом за Чуей вниз по ступеням. Достал из кармана то, что недавно убрал: те самые таблетки. И принял в то время, как это незаметно для него же сделал и сам рыжик. Шатен споткнулся, отвлекнувшись на что-то, айкнул и резко налетел на Чую, который даже не успел среагировать на это. Ну, конечно, они же где-то в двух или трёх шагах друг от друга были. А может и больше. А может и меньше. Кто считает? А Чуя думал о своём и о препарате этом. Он успел лишь повернуться к летящему к нему лицу шатена, когда услышал приглушённый его вскрик. И зря... Раздался грохот... Они оба упали. Дазай придавил его своим перебинтованным телом, нависая сверху и... Произошёл поцелуй... Их губы соприкоснулись к друг другу. Рты же от неожиданности приоткрыты. Чувствуется вкус этого самого препарата у обоих. Оба залились румянами, прекрасно ощущая губы друг друга и даже сминая чужие своими. Смотрят друг другу в глаза. Сердце забилось так часто, что сейчас вот-вот выпрыгнет из груди. Тут внезапно что-то вспыхнуло светом между ними... Чуя покраснел до ушей и, наконец придя в себя, отпихнул его в сторону, крича на него что-то и возмущаясь.       — Что ты себе позволяешь, Скумбрия перебинтованная?! — рычит Накахара, приподнимаясь и стараясь очистить от грязи, которая была на полу, пыли, свою одежду.       — Эй, Чу-уя, я же просто споткнулся, а впереди оказался ты, — встаёт, начиная отряхиваться следом и актёрски ныть.       Чуя громко цыкнул, стиснув зубы, и быстро пошагал в свою квартиру, лишь бы подальше от него. А шатен же посмотрел ему вслед, легонько улыбнувшись и явно пролистывая в голове то, что было минуту или пару минут назад между ними двумя.       Рыжик поворчал ещё по пути к своей квартирке, а когда уже пришёл, снял с себя всю грязную одежду, закинув стираться в стиральной машине, и плюхнулся лицом в кровать. Аппетита совсем нет. Да и пить не хочется. Глаза сами закрываются. И тут всплыла эта мысль о том, что было недавно сейчас у лестницы. «Как так вышло?! Блять! А... Кстати... Точно... Интересно, что это было за свечение в тот момент? Но, блять, сука, мать вашу, как это произошло?! Пусть он провалиться куда подальше! К чертям, нахуй! Они его примут без вопросов! Сука!», — подумал он, прикрыв глаза и пытаясь понять про свечение, одновременно же проклиная Осаму, или хотя бы предположение сделать по этому поводу. Но... Но что это было? Способность Дазая? Но вроде же никто не пользовался своей способностью. Странно...

Ночь...

Вроде как ничего не изменилось. Оба спят мёртвым сном.

Утро...

      Чуя открыл глаза, медленно поднимаясь с кровати. Но глаза тут же распахнулись в удивлении. «Где я, чёрт возьми, оказался, мать вашу?!», — пронеслось у него в голове. Оказался он ну совсем не в своей квартире. А... В квартире Осаму.       В это время и сам Дазай очнулся у него квартире, удивляюсь такому повороту событий и пытаясь сообразить, как так вышло. Ведь спать он шёл к себе... А не к Чуе... Это же не сон?       Самым шоком для обоих было то, когда они подошли к зеркалу... Чуя был в теле Осаму, а тот в его. Как это произошло, мать вашу?! Как?! И как это вернуть в нормальное состояние?! Они оба пребывают в шоковом состоянии... Ну а кто бы не был в шоке от такого? Естественно, что все бы были шокированы, узнав, что оказались в совсем другом месте и в другом теле, а не в своём, привычном.       Оба в шоке бродили по квартирам, в которых оказались, исследуя. Не, ну а что ещё делать? Местность же надо узнать, где всё-таки очутился. Вздохнув и все ещё не понимая, они стали собираться на работу, чтобы, придя и встретившись, смогли обговорить это всё наедине с друг другом.       Чуя встретил Осаму, когда тот спускался с лестницы. Дазай в виде Чуи, а Накахара в виде Осаму. Непривычно это всё теперь. Как бы не перепутать их...       — Чё случилось, Дазай, с нами?! — рыкнул шатен, Чуя, смотря на рыжего теперешнего Осаму.       — Я и сам не знаю, Чуя... — ответил тот искренне. А ведь Чуя сейчас может посмотреть на него сверху-вниз, как это делал раньше шатен. А тот же теперь чувствует себя мелким карликом. Весело получилось. Так ему и надо.       — Ладно, чуть позже будем уже разбираться в том, что произошло, а сейчас надо выполнить работу. И... пусть пока никто не будет знать об этом.       — Согласен.       Чуя, даже не в своём теле, обладал своей способностью, как и Дазай своей. Они поменялись лишь телами. А может это у них сон? Может, это мираж? И они проснутся в любой момент? Вряд ли прямо сейчас... Сейчас у них появилось очередное задание, которое надо выполнить немедленно.       Самое сложное для них было — это лишь не выдавать друг друга. Не показывать, что у них что-то не так. Что-то произошло. Ведь как это выглядит? Тёмноволосый шатен, которым сейчас является Чуей, управляет гравитацией мастерски... В то время, как рыжий мафиози, который теперь Осаму, может аннулировать способности других. Разве это не странно выглядит?       Очередное задание выполнено. Но уже со сложностью, ибо каждый раз им приходилось как-то выкручиваться из этого положения дел на поле боя.       Вновь стук в кабинет Огая.       — Входите, — сказал глава.       — Здравствуйте, Мори-сан, — Дазай и Накахара зашли внутрь, закрыв за собой дверь. — Всё снова выполнено успешно.       — Молодцы. В следующий раз, как появиться ещё работа для Вас, вызову, как обычно.       — Хватит на меня так смотреть, — съязвил Осаму, чувствуя на себе взгляд Чуи, который так и пялился на него сверху-вниз с ухмылкой на лице. Что, Дазай, теперь чувствуешь это? Недовольство, обида и гнев. Как ещё описать?       Выглядит всё так, как обычно. Типа, шатен не изменился и также подкалывает рыжего на счёт его роста и прочего. Они ушли из кабинета и направились в квартиру Осаму из-за слов, что там, где живёт рыжик, потолок больно низкий. Легко понять, кто это сказал...       — Надо понять, как это произошло... — начал Чуя, когда они уже сидели на диване в светлом помещении. Довольно-таки уютно здесь.       — Мы оба проснулись не в своих телах...       — И способности с нами...       — И это не сон, иначе бы боль чувствовалась, когда бы сражались сегодня...       — Свет... — резко вспомнил Чуя вчерашний день и свет, который воцарил в тот момент их поцелуя. — Вчера... Свет... Помнишь?       — Точно... В тот момент... откуда не возьмись появился свет... Может, это знак?       — Да! Это знак! Но... Всё равно... Как это произошло? И какова причина? — задумался, как и Осаму. — А может... А что, если это из-за тех таблеток?       — Те, которые дал Мори-сан?       — Да.       — Таблетки... Свет... Это как-то связано.       — Дазай... А давай попробуем сделать всё именно так, как вчера? Вдруг получится вернуть всё так, как было. В прежнее состояние.       — Ну, можно попробовать. Чтоб нет-то?       — Только надо таблетки...       — Пошли к Мори-сану и попросим ещё. Скажем, что... — задумался. — Что просто надо. Типа, захотели улучшить работодеятельность свою.       — Ну давай попробуем. Надеюсь, получиться вернуться в норму, а-то в твоём теле с бинтами... совсем неприятно.       — Будто мне приятно находиться в твоём!       Они так и сделали, как задумали. Таблетки еле как выпросили у главы. Подошли к лестнице, и тут Чую осенило... Они же тогда снова должны поцеловаться! Стыд... Смущение... Какого чёрта?! А можно обойтись без этого?! К его большому сожалению, это не получится и придётся снова поцеловаться с этим идиотом.       Осаму спускается по лестнице, а Чуя пошёл за ним. Принимают таблетки, и Накахара попытался запнуться, чтобы упасть. И слава Богу, получилось. Он тут же грохнулся на того, вновь попав по чужим губам своими и сминая их. Снова привкус у обоих этих таблеток. Снова свечение между ними... На этот раз всё должно вернуться на круги своя. Разве что сейчас Осаму крепко прижал нависающего над собой Чую и впился в губы, вводя того в краску, смущение и непонимание его поступка. Тот мычит, пытаясь отстраниться, но Дазай не позволяет, забираясь руками под одежду и оглаживая. Накахара больно и сильно укусил его за губу и наконец-то отстранился, тут же поднимаясь с него и багровея. Возмущается, а в ответ слышит лишь усмешки со стороны Осаму.