Чёртова компания. Совёнок.

Шурик

      Проснулся я примерно в девятом часу утра. Ольга Дмитриевна ещё спит, уткнувшись лицом в книгу. Я, конечно, хотел посмотреть на название или хотя бы автора, но, увы, ничегошеньки не видно, поскольку книга лежала страницами вверх. Что-то про романтику написано.       Потянувшись и одевшись, я пошёл на улицу. Ярко светило солнышко, где-то в лесу поют пташки. Красота… Интересно, пропустил ли я завтрак? И с этой мыслью я пошёл к столовой.       Правда, для начала решил слегка размяться и побегать в лесу. Таким образом пролетело полчаса и я вспомнил, что хотел пойти в столовую.       Как удивительно выходит! Не успев до неё дойти, её уже открыли и потихоньку начинает стягиваться народ. А вот Димки, как и всех остальных, что-то не видать… Хотя он, насколько мне известно, встаёт раньше всех. Видимо система дала сбой и он ещё спит. С ним такое вполне возможно и один раз точно было, так что волноваться не о чем.       Завтрак сильно отличается от привычной мне еды. Я никогда не ел кашу, давно позабыл про омлет и цикорий. Ну так вспомним, что это такое из себя представляет.       Какой же цикорий неприятный на вкус, не говоря про его послевкусие. Но, как говорится: «Дареному коню в зубы не смотрят». Поэтому я просто сидел и давился кашей. К этому моменту пришла Лена, которая сначала искала одиночное место, но не найдя такого, села ко мне. — С добрым утром, — спокойно сказал я. — Привет, — покраснев, ответила она.       Некоторое время мы сидели молча и ели. Я молчал, ибо не знал как начать с ней разговор, а она, судя по всему, вообще предпочитает молчать. — Как спалось? — наконец спросил я. — Хорошо. — И мне тоже. Что снилось? — Ничего.       И как я могу с ней разговаривать? Этот разговор больше похож на какой-то тест, где я экзаменатор, а она простая студентка, у которой нет никаких знаний по моему предмету. Ай, ладно, с этим я и потом разобраться смогу. Сейчас нужно сосредоточиться на еде. Уложившись в полчаса, я направил стопы к выходу, так никого из нашей компании не заметив. Так… И куда мне пойти? — Вот ты где! — где-то со спины я услышал Ольгу Дмитриевну, — Почему не был на линейке? Я обернулся. — Какой ещё линейке? Я совершал внеплановый обход лесной территории на предмет выявления диверсантов! — и всё это с каменным выражением лица. Кажется такими фразами я точно сломаю мозг нашей вожатой. Но так даже лучше будет.

Дима

      Проснулся я рано, в принципе как обычно. Привычка, что сказать. Замечаю, что Завхоз уже куда-то пропал. Колхоз приучает вставать раньше, ведь действует негласный закон: «Кто раньше встал — того и лапти». Встаю и начинаю одеваться. Да, форма мне определённо к лицу, только не хватает повязки с коловратом.       Как только сие процессы были проделаны, проверил заначку. Самогон на месте — Сержо недалеко. Проверяю содержимое тумбочки, где обнаружились рыльно-мыльные принадлежности. Ага, зубной порошок. Зато не опасная для экологии паста. Пойду, пожалуй, проделаю соответствующие процедуры. — Красота… — потянулся я. — Ляпота!       Выхожу на улицу. Солнце на востоке, а выход из домика на восточной стороне, следственно — утренние лучи ударили по моим глазам. Ничего себе, как же я рано встал?! Главное, что в домике часов нет, а из окон толком и не разглядишь. Раньше встал — больше сделаю. — Сегодня будет хороший день, — говорю я в пустоту. — Я тоже так думаю, — вдруг появился Серый.       Вид его был неважный, вялый и несобранный. Мне кажется, что он может уснуть в любой момент, дай только волю. — А я тут думал, куда же пропал наш Завхоз? — Никуда вовсе не пропада-а-а… — тут он протяжно зевнул. — Ох, не выспался что-то, о как! — пояснил Сержо.       Я присел на ступеньки и вытянул ноги. Люблю солнце… Так, а что я хотел сделать? Точно, почистить зубы и умыться ледяной водой, что льётся из кранов умывальников. Нет ничего лучше холодной воды и зарядки для заряда бодрости на весь день. Хотя Шурик так не думает. — Ладно, Серый, я пойду умоюсь, — вставая, обратился я к другу. — Давай, а я тут погуляю, — махнул он.       Отсюда до умывальников должно быть недалеко. Пока шёл, мне не повстречалось ни одного пионера, что понятно. Насколько же я рано встал? Пофиг, главное теперь то, что до самой ночи спать не лягу. Вот такой вот парадокс.       Умывшись холодной, если не ледяной, водой и почистив зубы, передо мной встал вопрос: «Что дальше?» И правда, что мне остаётся делать ещё несколько часов? Серый сто процентов сейчас отсыпается, Сашка спит, Юля ровно тоже самое… Интересно, а музклуб закрыт?       С этой мыслью я побрёл в сторону «храма» музыки. Какие же здесь ухоженные дорожки, определённо Славя постаралась. На небе ни облачка, солнце излучает тепло, птички поют свои прекрасные песни, шелестит листва деревьев — всё это создавало ощущения хорошего дня. Надеюсь оно так.       Интересно, однако, вышло. Это не последняя неделя смены, а почти её начало. Получается, что мы прибыли спустя несколько дней после начала смены. Стоит только сделать поправку, ведь Ульяна всё так же выскочила пугать Лену кузнечиком в первый день нашего пребывания здесь. Шурик пропадёт так же на четвёртый день или позже? Знания оригинала, похоже, мне мало помогут, только общую картину получается составить.       Поднимаюсь по ступенькам, подхожу ко входу в музклуб и, открыв дверь, сталкиваюсь взглядом с милой Мику. Брови на лице девушки поползли вверх и глаза выражают своим размером высокую степень удивления. Я не в меньшей мере удивлён. Оказывается не один сейчас бодрствую. — Доброе утро, — быстро вернувшись в нормальное состояние, улыбнулся я. — И тебе доброе, — затараторила японка. — А что ты так рано? Мне всегда нужно утром приходить в клуб, а тут ты. Прости если тебя обидела, я не хотела… — Мику, — попытался остановить этот поток слов. — А? — опомнилась она. — Я всегда встаю рано. А теперь к делу — можно гитарку одолжить? — попросил я. — Конечно, можно, — разрешила Микуся. — Ты только вернуть потом не забудь. — Обязательно, — заверил нашу японку.       Она вспомнила, что преграждает мне вход и, хихикнув, освободила путь. Я прошёл в клуб и направился к гитарам, а японка скрылась в подсобке. Схватил ту самую, на которой играл вчера, гитару и направился к выходу. Теперь куда идти? Идея! Как раз и песня хорошая вспомнилась.       Вышел на площадь, сел на лавочку и, одарив Генду молниеносным взглядом, начал перебирать струны. После бренчание превратилось в мелодию и нашёптывал:

Колёса диктуют вагонные, Где срочно увидеться нам. Мои номера телефонные Разбросаны по городам.

      Эх, как же мне нравится эта песня. А главное, что реально советская песня, семьдесят второго года. Есть в этих старинных песнях что-то такое, что берёт тебя за душу… Или здесь подойдёт выражение: раньше трава была зеленее, солнце ярче и девушки краше… И мороженное вкусное.

Заботится сердце, сердце волнуется, Почтовый пакуется груз… Мой адрес не дом и не улица, Мой адрес — Советский Союз! Мой адрес не дом и не улица, Мой адрес — Советский Союз!

      Обожаю свою жизнь! Эх, прекрасно же как в Союзе. В моей голове появились мысли о том, что бы попытаться сохранить большую и необъятную, а так же краснознамённую Родину. Только как? Тьфу! Лучше буду по вечерам думу думать о прекрасном будущем, сейчас лучше сосредоточиться на лагере.       Итак, вчерашний вывод напрашивался сам собой. Сейчас начало недели, то есть у меня есть целые три недели отдыха в лагере. Нужно обязательно поделиться сей новостью с Компанией.       Я ещё какое-то время сидел и перебирал струны, а после отправился обратно к Мику. Пока шёл, наслаждался видом ухоженных дорожек, пышных деревьев, наслаждался пением птиц. Солнце даже не собиралось особо вредить мне. Этот день ничего не сможет испортить.       Невольно на моём лице появилась улыбка. Ага, «…ничего не сможет испортить». Панамка обязательно найдёт чем мне заняться, хотя… Я даже знаю, что она мне предложит — обходной. И не только мне, а всей нашей Чёртовой Компании.       Войдя в музклуб, не обнаружил нашу талантливую музыкантку. Где же Микуся? О, а вот и она, под роялем что-то потеряла. Ладно не буду мешать или… Как же ненавижу свою чёртову совесть. Будь она проклята! Я думал, что продал её, ан нет.       Поставил гитару рядом с другими и встал рядом с японкой. Для привлечения внимания слегка покашлял. — Кхм-кхм.       Она резко дёрнулась, ударилась головой о рояль и, что-то приговаривая на японском, посмотрела на меня. В её глазах я прочитал удивление, но оно быстро ушло. — Что-то потеряла? — спросил я. — Обронила вещицу одну, — ответила она и вернулась к поискам. Странно, сейчас она была не так многословна, как обычно. — Ах! Вот же она! — победно воскликнула музыкантка и выбралась из-под рояля.       Быстро положив неизвестный предмет себе в кармашек, она посмотрела на настенные часы, которые я как-то не заметил во время вчерашнего посещения. Время где-то девять часов десять минут. — Скоро линейка, — со вздохом сказала милая японка.       И тут до меня дошло. Я совсем забыл, что в пионерских лагерях проводятся утренние линейки. Мы вышли из клуба, подождал, когда Мику закроет дверь, и вместе выдвинулись на площадь.       Всю дорогу голова была неожиданно пуста. Просто не хотелось о чём-то думать, а наслаждаться приятной погодой и компанией довольно симпатичной девушки. Вот и площадь, где всё так же поправлял свои очки Генда. Я присел на лавочку, а японка убежала в неизвестном направлении. Мда, вот и один остался. Хотя нет, где-то здесь бродит рыжее чудо. Вот и она, Алиса. Вот не знаю из-за чего меня так тянет к ней, как металл магнитом. — Как спалось? — вместо приветствия решил я поинтересоваться. — Прекрасно, — улыбнулась она мне. Хе, на неё не очень-то похоже.       Она присела рядом. Тем для разговора, как на зло, не попадалось. Мы сидели в полном молчании. И, по закону подлости, как только я хотел заговорить появилась Ольга свет Дмитриевна.       Наш отряд построился по росту. А где Санёк? И Серый? Ох, дело дрянь. Scheiße! Благо, что Юля здесь, вон, рядом со Славей. Я из-за своего невысокого роста стою перед Электроником, а после него Шурик, который местный. — Итак, — начала Панамка, — вчера к нам приехали новые пионеры, но некоторые, видимо, решили не прийти на линейку, — говоря это, она прошлась взглядом по нашему строю. — Для начала представим новеньких. Дитрих Ганске…       Неужели это у меня такая фамилия? Интересно девки пляшут, да по четыре штуки в ряд. Интересно, что же судьба уготовила мне на этот раз? Этот лагерь не перестаёт удивлять.  — Он прибыл к нам из союзной ГДР… Можете называть его Димой…       Мама Мия. Вот что случается когда тянет тебя к немцам. Уж лучше тяготейте к своим корням, народу, а то будете как я вертеться здесь. Хм, зато смогу списать своё знание немецкого и частое употребление немецких слов на сей интересный факт.       Я вышел из строя по знаку вожатой, что бы меня все разглядели и знали, кто этот Дитрих, который Ганске. — Юлия Лисицкая, она из союзной Польши, — Юля вышла вперёд. Практически совпали фамилии, забавно. — Остальных двоих здесь нет. Начнём с переклички… Ага, Баранов?       Интересно вышло, я из Восточной Германии, Юля из Польши. Откуда будут Хан и Сержо? Интересно будет узнать. — Здесь, — отозвался Шурик. Запомним, ведь в оригинале фамилии у большинства не указаны. — Ганске здесь… Двачевская? — Здесь, — отозвалась Алиса. — Кольцова? — Здесь, — послышался голос Жени. — Лисицкая здесь… Сидорова? — Здесь я, — воскликнула Уля. — Сыроежкин? — Здесь! — Тихонова? — Здесь, — как-то тихо отозвалась Лена. — Хацуне? — Здесь, — а вот и наша аквамариновая девица. — Ясенева? — Здесь, — отозвалась Славя.       Далее шла, так сказать, политинформация. Важная и ценная, но увы, когда я осознал это, часть слов Ольги прошло мимо моих ушей, а другая часть оказалась не такой важно. Не везёт что-то… — Что ж, теперь идём в столовую, — объявила вожатая.       Наш отряд, разбившись на пары, двинулся к месту назначения. Я оказался в паре с Юлей. — Юль, — начал я, — можешь сказать, что говорила Ольга? Мероприятия, соревнования, работа? Просто я как-то умудрился прослушать. — Эх… — вздохнула она. — На этой неделе, а если точнее в четверг, будет дискотека. Так же будет на следующей и последней. Про соревнования и работу ничего не знаю. — Данке, фройляйн, — поблагодарил свою подругу. — Раньше бы попросила говорить на русском, а теперь не придерёшься, немец, — пошутила Юля. — Хех, а сама полячка, будешь бесить обилием шипящих, — отшутился в ответ.       Оказавшись в столовой, каждый взял по подносу у ушёл к свободным местам. Каша, омлет, цикорий и чай — завтрак, который я получил. Оглядывая столовую, заметил свободный столик. Нужно исправить сие недоразумение, а потому подхожу и сажусь за него. Вскоре ко мне присоединилась Алиса с Ульяной.

Шурик

      Наспех объяснив причину отсутствия, Ольга Дмитриевна, явно проклиная меня в голове, выдала мне четыре листа и обходными — один мне, а остальные три нашей Компании. Я сразу пошёл искать наших. Димку найти было просто — он бренчал на гитаре, сидя рядом с Алисой. Так, а где он гитару взял? Я тоже хочу! Юля была со Славей и подметала дорожки, что меня удивило. Выдав эти бумажки, я приступил к поручению. Медпункт, библиотека, музклуб, — вот где Дима гитару взял, — и всякие кружки. Первым делом зашёл в библиотеку, где увидел спящую девку с тёмными волосами и очках с широкой тёмной оправой. Спит, ладно, зайду потом. — Чего хотел? — окинув недовольным взглядом, спросила она. — Обходной, — ответил я. — Давай сюда, — зевнув, сказала она.       Уйдя из «дворца знаний», вдоль и поперёк обвешанного символикой СССР, я направился в медпункт. Закончив дела там, я пулей рванул оттуда к музклубу. Эта медсестра, мягко говоря, нечто!       На входя меня встретил словесный поток про, цитирую: «Меня зовут Мику… Уже третьего посетителя за день» и прочее. Владычица этого места была рада как не знаю кто. А когда я согласился вступить в этот кружок… Лучше не знать.       Следующим местом был кружок кибернетики. Стоило мне зайти, как я учуял запах спирта, а двое парней в подозрительно весёлом настроении, примерно моего возраста, мастерили некоего робота с женским телосложением и кошачьими ушами. Забавно — они даже не услышали как я вошёл, громко скрипнув дверью. Постояв рядом пару минут, я не выдержал и покашлял. Только тогда они меня увидели. — Оу, а мы тебя и не увидели, — сказал первый. — Да, работой увлеклись, — поддержал второй, в очках, — Что нужно? — Да так, обходной подписать, — махнул рукой с этой бумажкой я.       Закончив на этом месте обход, я пошёл в музклуб. На входе снова сидела та девочка, которую можно узнать за километр, а то и два. Кратко описав что мне нужно, заранее остановив поток слов, я ушёл к пустующей сцене с электрогитарой и проводами.