последствия встречи одноклассников

Время полудень. Мидория резко распахнул глаза от яркого солнечного света, заполнившего всю комнату. Обстановка была ему смутно знакома, но это точно не их с Очако квартира. Осмотревшись, внезапно пришло осознание, что его прожигают взглядом две пары глаз, с лева красные, а с права разноцветные, обладатели которых уже давно не спали. Они ждали пробуждения своей жертвы. Только сейчас начинали проявляться воспоминания вчерашнего вечера встречи бывших одноклассников, а еще дикая пьянка и танцы на столе. Но дальше пусто, как будто провалы в памяти. Это как-то очень подозрительно, поэтому Мидория решил узнать последствия ночной веселухи у своих друзей. Лучше бы он этого не делал. -Кацчан и Шото? Что вчера вообще происходило? И почему вы голые? Стоп. И… и я тоже без одежды! Бакуго и Тодороки переглянулись, что-то мысленно обговаривая, и, кивнув друг другу, решили рассказать ужасную правду. -Изуку, а ты зверь в постели! Ни секунды передохнуть мне не давал. -старался как можно серьезней сказать Шото, хотя даже у него не совсем получилось произнести этим тоном такие слова. У Мидории, и без того очень широкие глаза, заметно увеличились в объеме еще в несколько раз. -Что ты такое говоришь, у меня же есть Очако. -у зеленоволосого уже медленно начиналась истерика. -Мы должны будем скоро пожениться… нет, я не мог. Кацуки довольно хмыкнул, его очень даже забавляла сложившаяся ситуация и такая бурная на нее реакция. -А вчера ты, Деку, совсем по-другому думал. Кто ж знал, что у нашего тихони такие грязные мыслишки вертятся в голове. На Мидорию резко накатила волна паники. Да как так-то вообще? Он же всегда был примерным и послушным мальчиком, а сейчас получается… Нет, этого точно не может быть! -Так, хватит! Расскажите мне, что было. Вот друзья и решили освежить память теперешнему символу мира. -Вчера ты так напился, что даже идти самостоятельно не мог, поэтому мы сказали Очако, что донесем тебя до своего дома и ты у нас переночуешь. -Тодороки всегда был прям, да и что вообще скрывать. -Деку, мы к тебе со всей душой, даже на собственную кровать положили спать, а ты вот чем нам отплатил, точнее Шото, ему больше всего досталось. -Кацуки уже предвкушал предстоящее шоу. -Да что случилось-то? Конечно, Мидория уже подозревал, а точнее сто процентов знал, что учудил этой ночью. -Изуку, дослушай меня. Когда мы положили тебя на кровать, то думали, что ты уже спишь. Но это оказалось далеко не правдой. Как только мы собрались уходить, ты схватил меня за руку и повалил к себе на постель. Шото рассказывал с таким искренним видом, что у сейчашнего героя номер один не оставалось никаких сомнений в правдивости этой истории. Все так и было. -А потом ты сорвал с ледяной принцессы всю одежду. Видишь? Вон там ее остатки валяются. Зеленоволосый посмотрел туда, куда ему пальцем указал блондин. И правда, от вещей остались только клочки, даже тряпку нормальную из них уже не сделать. -Зато с себя ты, Изуку, одежду очень даже аккуратно снял. -Тодороки не мог не подколоть своего друга. Истерика Мидории давно уже перешла на следующей уровень, в сторону красной полосы. Да как только он, пример для подражания всем остальным, даже будучи в не трезвом состоянии, вообще мог так поступить. -Шото, только не говори, что я тебя… -Именно, Деку! Принцесса, ты хоть ходить теперь нормально сможешь? Кацуки сделал такое обеспокоенное лицо, что Мидории казалось, от ответа Тодороки будет зависеть вся его жизнь. -Ну, минимум три дня точно нет. Ладно, Изуку, послушай пожалуйста. Нет, не правда, просто так не бывает. Только не с ним. Мидория вовсе не хотел знать, что он наделал дальше, как будто если бы Шото не продолжил рассказывать, этого бы не было и вовсе. -Я не хочу это слышать! -Уже поздно о хочу и не хочу рассуждать. Раньше надо было думать, теперь возьми, пожалуйста, на себя ответственность за содеянное. Ты так сильно меня вжал в матрас и начал настолько яростно сзади вбиваться, что я от крика голос себе сорвал. И как с тобой только Очако справляется? И правда, Шото хрипел не на шутку. Теперь стало заметно, что все время он практически шепотом разговаривал. -Кацчан! И ты ничего не сделал? Тодороки же твой… -А что я мог? Голову тебе взорвать? Честно, хотел и собирался, вот только скажи спасибо принцессе, иначе бы уже давно под землей лежал. -Да лучше б ты так и сделал! И правда, лучше помереть, нежели так издеваться над дорогим для тебя человеком. Шото прекрасно знал, что сейчас Мидория именно об этом и думает, но он ведь обещал Бакуго поддержать его в этой тупой задумке. -Ну, Кацуки придумал идею по лучше. Он, глядя на тебя, решил еще и присоединиться. В этот момент первый герой офигел не на шутку. Он, значит, не только изнасиловал своего лучшего друга, но и тройничек еще и с участием его парня замутил! Просто самые офигенные последствия самой офигенной ночи! НЕТ, НЕТ, НЕТ… НЕ ПРАВДА!!! -Как это? -А так. Бедному Шото пришлось принимать в себя сразу два. -Блондин еле сдерживал дикий ржач, ему всегда вот так нравилось издеваться над этим наивным существом. А еще и Шото молодец, так хорошо играет! Сразу видно, его мальчик. -Нет, я вам не верю. Точно не верю! «Ну если все еще не убедился, будут тебе другие доказательства», подумал блондин. -Деку, оглянись, вся постель в крови. Она и под тобой, и подо мной, и под Шото. Представляешь вообще, каково ему было? И правда, повсюду были красные капли. -И поэтому Кацчан, ты решил, что Тодороки одного меня мало? -Ну, а мне что, на вас смотреть и себя рядом рукой удовлетворять? -так, а вот это было уже близко, первый герой прекрасно знает, что второй всегда переживает за третьего. Это же между ними работает и в обратную сторону. Когда один попадает в больницу, другой ночует рядом, возле койки пострадавшего. Между Тодороки и Бакуго настолько крепкая связь, уже достаточно давно, со второго курса академии ЮЭЙ, что они никогда не оставят друг друга, тем более в опасности. И если такая ситуация случится на самом деле, блондин сдохнет, но не позволит никому навредить своей льдинке. Вот только окружающие до сих пор не верят, что между ними могут быть какие-то чувства, они же их не афишируют на людях. Ну и зря не верят. Даже между самыми любящими парами притяжение не настолько сильное. Но сейчас это не знание им только на руку, надо продолжать представление. -Черт, Шото, прости-прости-прости. Я… я. Как мне исправить это? На самом деле, Мидория не думал, что такое вообще можно как-то простить. -Чертов нытик, если только найти машину времени и вернуться на двенадцать часов назад, чтобы не напиваться в стельку. -Кацуки, как и Шото, знал, что сейчас будет, хоть и надеялся, что до такого не дойдет. Как ни как, нынешнего символа мира очень редко кто разыгрывал, тем более последние два года после выпуска. -Я не достоин быть вашим другом! Да и вообще героем! Я уеду из страны, вы больше никогда про меня не услышите, а потом… -снова бубнил новый символ мира, как в старые добрые времена. -Успокойся, Мидория, мы пошутили. Шото стало искренне жаль своего друга, он знал его уже пять лет, и понимал, что тот однозначно так и поступит, если его сейчас же не привести в чувства. -Принцесса, ну вот зачем ты ему сказал? Если бы он свалил, я стал бы героем номер один, а ты номером два. Шок. Не верится, или все же верится. Первый герой по полной запутался. -Что… что вы только что сказали? -Мидория даже не знал, как реагировать. -Успокойся, Изуку. Вчера все это со мной делал не ты, а Кацуки. В одиночку разумеется. Flashback 8 часов назад -Фух, ну он и тяжелый, еле дотащил. И почему только я его нес, это же твой друг. Кацуки и правда не мог подумать, что его самый ярый соперник в рейтинге, окажется на столько тяжелым. Конечно, за все время геройствования, Мидория еще сильнее подкачался, мышечной массой теперь уже немного превосходя самого блондина, но все-же, не настолько, чтобы так весить. -Ну ты же у нас тут главный, герой номер два. Поэтому и все тяжелые обязанности тоже на тебе. Год назад, когда объявили топ героев, Шото оказался на третьем месте. Но с тех пор, как Старатель наконец перестал терроризировать сына, и позволил жить так, как тому хочется, Тодороки перестал заморачиваться рейтингом. Главное-хорошо выполнять свою работу и стараться спасти как можно больше людей. Тем более он и так является героем номер один для теперешнего героя номер два, так же и наоборот. Этого для счастливой жизни вполне хватает. -Принцесса, вот ты сейчас очень нарываешься. Я ведь тоже выпил немало, так что могу выкинуть что угодно. И вообще, я его тащил, поэтому ты мне теперь должен. Блондин развернулся к объекту своей любви, приобнимая за талию и смотря в такое родное и любимое лицо. По его мнению, все в Шото прекрасно. Чертова фарфоровая кукла, перед которой невозможно устоять, ни пять лет назад, ни теперь, даже на фоне храпа Деку. Хотя Кацуки никогда и не пытался этого сделать, поэтому сейчас он нежно облизывает его губы, постепенно перемещая руки все ниже. Со временем он догнал своего любимого по росту, а в мышечной массе и перегнал, поэтому теперь свободно может носить свою принцессу на руках, особенно до койки, что очень любит делать. Когда Бакуго с силой сжимает бедра Тодороки, тот не сдерживаясь стонет прямо в поцелуй, создавая небольшую вибрацию во рту любимого. От этого голоса у Кацуки всегда сносило крышу, такой низкий, мягкий, немного мурчащий. Не удержавшись, он резко схватил льдинку на руки и кинул на свободную часть кровати, недалеко от полумертвого Деку. Терпения ему никогда не хватало, поэтому все вещи своего парня он просто дико содрал с него, разрывая в клочья. -Кацуки, не здесь же. Пойдем в зал. -кое-как оторвавшись от губ своего парня, прошептал Шото. -Я уже не дойду, во-первых. И ты видишь, как Деку крепко дрыхнет, его теперь танком не разбудишь, пока сам не проснется, во-вторых. Поэтому можешь кричать сколько тебе влезет, соседи уже давно привыкли. Шото хмыкнул, понимая, из-за чего, а точнее из-за кого им пришлось это сделать. -А с теми, кто так и не смог смириться, ты поговорил лично. Да? -Ну конечно! Пусть засунут свое мнение себе же в задницу, а в твою я вставлю кое-что поприятней. -Ааах… Кацуки, черт! -слишком неожиданно в Шото оказались сразу два пальца, но они с первого раза прошлись по простате. Бакуго идеально знал центр главного удовольствия своего любимого. -Ну-ну, принцесса! Тебе же совсем не больно. Я знаю о тебе все, даже не пытайся меня обмануть. Блондин любил жесткий секс, каждый раз подчиняя своего партнера. Однако он точно знал, что Шото это тоже нравится. Они идеально сошлись по интересам, поэтому никто не испытывает дискомфорта. Но, несмотря на всю свою жестокость, Кацуки никогда не причинял Тодороки настоящей боли, ведь дорожил им гораздо больше, нежели кем-то еще. С этим человеком связаны первое отрицание и принятие своих чувств, первая любовь, первый раз, первая привязанность… почти все хорошее, что случилось с Бакуго в первый раз, произошло благодаря Шото. Чтобы льдинка достаточно расслабился для третьего пальца, блондин мягко-мягко целует его, постепенно проникая вглубь рта. Это невинно-детское действие всегда срабатывало. Так же, как и грубость, Тодороки любит нежность. Когда ему грустно, или после долгой разлуки, он может часами просто сидеть и удерживать объект своей любви в крепких объятиях, показывая, что не готов терпеть одиночество. Слишком много его было в детстве. Когда пришел момент, Кацуки ввел третий палец, смотря прямо в лицо Шото, идеальное лицо. С самой первой встречи Бакуго так считал, однако это было так тяжело признать, а потом тем более сказать в слух, опасаясь не понимания со стороны, но его не было. В тот самый момент разноцветные глаза на против выражали только немое восхищение и безграничную любовь. А потом была первая улыбка, подаренная специально Кацуки, принадлежащая только ему. Затем еще одна, и еще, с каждым разом все чаще и чаще. Никто не знает, это секрет, что герой номер два фанатеет от героя номер три. А третий в свою очередь восхищается вторым. Глубокая привязанность, нерушимая связь, объединяющая Шото и Кацуки. Тодороки слегка кивнул, понимая, чего от него ожидает Бакуго. Блондин перевернул льдинку на живот, сегодня как они любят не получится. Придется сделать все тише и как можно быстрее. Он резко вошел, прикрывая рот любимого рукой, слишком уж громко тот вскрикнул. Шото не умеет сдерживаться, от него такого никогда раньше не требовали. Поэтому он привык показывать Кацуки все свои эмоции, постоянно пытаясь донести до того, что ему так хорошо только с ним, он такой только перед ним. Бакуго ускоряется постепенно, проникая все глубже и попадая прямо по простате. В обычные дни он сразу бы взял бешеный темп, сейчас же нельзя. Стоны Тодороки с каждым толчком становятся громче, он правда пытается сдерживать их. С Кацуки этого совсем не получается. Они так увлеклись друг другом, что уже и на Деку, мирно храпящего рядом, и на соседей за стенкой стало пофиг. Кацуки запустил руку в самые мягкие на земле волосы Шото, заботливо перебирая прядки и разлохмачивая их. Он знает, что это так нравится льдинке. А ему хочется с силой сжать их в руке, дергая на себя, тем самым запрокидывая голову любимого назад, чтобы снова коснуться его губ. И он это делает. С губ Тодороки срывается громкий и тяжелый вздох. Сложно самостоятельно удержаться в коленно-локтевой позе, поэтому приходится искать поддержки у своего партнера, который без слов все понял, поддерживая теперь Шото свободной рукой. Ну ничего, у блондина на двоих сил хватит. Он носом тычется в шею героя номер три, вдыхая такой родной и восхитительный запах, а потом вгрызается в загривок, тем самым помечая собственность. Да, это все только его. От такого укуса Шото не выдерживает и кончает, с громким стоном выкрикивая имя своего любимого Кацуки, слишком сильно и неожиданно сжимая его внутри. От такого давления невозможно продержаться еще, поэтому Бакуго тоже изливается в ту же секунду, прямо внутрь Тодороки, хотя он всегда так и делает, никогда не вынимая раньше. Бакуго ложится рядом на спину, разделяя свою льдинку и Деку собой. Так хочется, чтобы этот миг принадлежал только им. Обнимая свою принцессу и наконец-то выравнивая дыхание, Кацуки в голову пришла очень забавная, по его мнению, идея. -Слышь, Шото, а давай прикольнемся над Деку. Зная отношения между ними и богатую фантазию блондина, не сложно было додуматься, что тот предложит. -И каким образом ты хочешь это сделать? Только не говори мне, что… -Именно так, тебе всего лишь надо будет подыграть мне, нужно раз и навсегда отучить этого недогероя так не умело пьянствовать. -подмигнул, улыбаясь себе же, Бакуго. -А сейчас, давай, раздевай его. -А почему это я? -зная, что ему предложат, но понятия не имея, что заставят делать, начал возмущаться Тодороки. -Ну твой же друг. -Ну твоя же идея. Они еще минуту смотрели друг другу в глаза, но оба сдались одновременно. -Так, ладно, давай вместе. Надо будет еще по разные стороны от него лечь для правдоподобности. -предложил Кацуки, прекрасно понимая, что Шото обязательно поддастся. Когда они не могли прийти к согласию в каком-то деле, то просто выполняли его вместе. End flashback -Значит, я ничего не сделал? Но как же кровь? Мидория был просто шокирован, когда десять минут думаешь, что уничтожил самую крепкую дружбу и навредил дорогим людям, а потом оказывается, что это все шутка, становится как-то не по себе. Неопределенное чувство, радость конечно, но и неожиданность. -Деку, неужели ты не помнишь, как мы тебя из бара уводили? Ты ж вцепился в свою кровавую мери мертвой хваткой, никто не смог отобрать, даже охранники на входе, хотя они не особо то и пытались, пьяный в стельку символ мира не каждый день увидишь. Так что, не зная, что от тебя в таком состоянии стоит ждать, тихо-мирно выпустили в окружающий мир, где ты испортил этой красной херней всю одежду на моем Шото, пока мы тебя несли, а потом еще и нашу постель. Мидория был в подвисшем состоянии, но выдохнул с облегчением. -Фух, так значит это не кровь. -Ну не сказал бы. Есть чуть-чуть. Твоей. Изуку, ты нос то свой вообще чувствуешь? А то мне кажется, вчерашний неудачный поцелуй со слишком узким для тебя дверным проемом был очень болезненным. По крайней мере сейчас по твоему носу это очень даже заметно. Мы правда старались ее стереть с твоего лица, вот только ты никого из нас к себе не подпустил. На месте, где на лице Мидории должен быть нос, он там и остался, красовался огромный сине-фиолетовый синяк, как будто этой ночью символ мира сражался не с алкогольным опьянением, а с самыми настоящими злодеями. -Но я хотя бы не изменил Очако, у нас же свадьба через неделю. Кстати, вы приглашены. -Надеюсь, до того дня ты больше не будешь вот так вот нахрюкиваться. -Кацуки и правда было смешно. Он слишком хорошо знал своего друга детства, поэтому понимал, что до взрыва часовой бомбы осталось три секунды. -Так. Стоять. Значит вы занимались этим на одной кровати со мной? Ну да, все правильно. Бакуго знал, что так и должно быть, поэтому слишком широко улыбался. -Чем, Деку? Чем занимались? -Кацчан! Да вы ненормальные! Да чем вы думали и думали ли вообще? В следующий раз, пожалуйста, принесите меня ко мне домой! -А ты уверен, что в следующий раз смена обстановки тебя остановит? Неужели ты и правду думаешь, что у себя дома не выкинешь ничего странного? Шото уже было искренне жаль своего друга. Конечно, ему нужно было показать, что надо знать меру, но это уже слишком. -Изуку, прости нас. И да, не пей до свадьбы, ты же символ мира, если какой-нибудь злодей увидит тебя в таком состоянии, то точно не пройдет мимо. -Тодороки, умоляю тебя, отвали. Это можно было бы и просто словами сказать. После этого представления я больше вообще пить никогда не буду, особенно с вами! -Ну вот видишь, Деку, все не зря! Можешь уже благодарить. -блондин от реакции друга чуть-ли не под койкой уже валялся. -Если ты ищешь свою одежду, то она там. -Бакуго пальцем указал на рабочий стол, где аккуратно были сложены в одну стопку вещи героя номер один. -Ты же их аккуратно снял, не то, что с Шото. Подходя к своей одежде, Мидория отметил, что так заботливо вещи может складывать один Тодороки и делает он обычно это только для Кацчана. Но сейчас такое исключение ему очень даже польстило, пиджак, брюки и рубашка ни в одном месте не помялись. -Отвернитесь! -да где это видано, чтобы кто-то подглядывал за тем, как символ мира переодевается, и не важно, что эти кто-то сами же его и раздевали. -Ой, Деку, да что мы там только не видели! Шкала злости Мидории резко стала колебаться возле критической отметки. -Чтоб неделю до свадьбы я вас больше не видел! -крикнул, подходя к входной двери уже одевшийся символ мира. -До нескорой встречи! -и со всей дури захлопнул за собой её так, что та чуть с петель не слетела. -Кацуки, может мы переборщили. Хотя он обычно не обижается больше одного дня. -Шото подполз к блондину, заключая того в объятия. Верный признак, что Тодороки волнуется из-за чего-то и ищет поддержки. -Все будет хорошо. Кто-то ему должен был однажды преподать урок. В какой раз он уже так напивается? -на этот раз Бакуго был и вправду серьезен. -Нельзя такому герою как он хоть на секунду ослаблять свою бдительность. -Ты так волнуешься за него? -Шото посмотрел в красные глаза блондина, хотя и прекрасно знал, что между его любимым и лучшим другом вся ненависть уже давно ушла. -Ха, что за бред! Никто за него не волнуется, и никогда волноваться не станет! -очень даже в стиле Кацуки Бакуго. -А знаешь, я ведь и правда это все представил. Думаю, когда-нибудь можно и попробовать что-то такое. Скажем так, для разнообразия. -Принцесса, тебе моего члена что ли мало? Для какого разнообразия? Хочешь, чтобы в следующий раз я тебе за это отомстил? Я ведь могу, ты же знаешь. Шото мягко улыбнулся, чмокнув блондина в щеку. -Шучу-шучу. Мне тебя с излишком хватает. Ты же знаешь, я только для тебя, ты только для меня. -Знаю.