Dreams about EXO

      — Может, останешься сегодня? — Сехун помогает тебе справиться с вечно заедающей молнией на куртке и крепко сжимает в своих тёплых объятиях, глубоко вдыхая аромат своего же парфюма, который уже, кажется, впитался в тебя и твою одежду. Пробегаешься ноготками по его спине, вызывая у парня миллионы мурашек, и неохотно отстраняешься с грустной улыбкой. О понимает всё с одного лишь взгляда, но ждёт, пока ты лично подтвердишь его опасения.       — Ты прекрасно знаешь, что я не могу, — он соглашается, но всё ещё держит твои руки в своих и так не хочет отпускать, — не хочу ещё одних разборок с родителями, — казалось бы, чего переживать? Сехун — добрый, достаточно обеспеченный для своих лет парень, пылинки с тебя сдувает, и ты никогда не могла подумать, что самым главным препятствием ваших отношений станут именно твои родители — люди, которые, вроде как, должны быть опорой и поддержкой.       — Ладно, набери меня, когда доберёшься, — кротко киваешь и целуешь его на прощание так сладко и нежно, что у самой голова кружится. Губы Сехуна мягкие и горячие; в голове возникает ненавязчивое желание наплевать на всё и остаться на ночь, а то и не на одну, но разуем отчаянно кричит: "опомнись!", так что ты неохотно отстраняешься и покидаешь квартиру с трепещущим сердцем.

***

      Заходя домой, ты первым делом слышишь шум телевизора, а потом и громкий крик своей матери. Она здоровается с тобой из кухни, неожиданным возгласом вырывая отца из сладкого диванного сна, спрашивает, как провела день, и тебе так хочется всё рассказать, поделиться с одним из самых дорогих людей восторгами и переживаниями, но прекрасно понимаешь, что всё это закончится очередным скандалом из-за Сехуна и ваших с ним продолжительных отношений.       Обменявшись с родителями парой дежурных фраз, спешишь в свою комнату, чтобы позвонить О по FaceTime'у, и, скинув рюкзак с плеч, уже хочешь закрыться, как мама входит без стука и складывает руки на груди.       — Т/и, я хочу кое-что у тебя спросить,— она старается изображать из себя строгого родителя, даже хмурит брови, но в итоге всё равно выглядит, как самый добрый в мире человек. Ты открываешь шкаф, уже зная, о чём именно, а точнее о ком, пойдёт речь и совсем не хочешь начинать разговор, но твоя мама всегда отличалась чрезмерной настойчивостью и дотошностью.       — Даже не начинай, — отвечаешь ты, бросая на кровать пижаму, — после каждой такой фразы речь идёт о Сехуне, а я не горю желанием в очередной раз ссориться с тобой из-за моих, — делаешь акцент на этом слове, — отношений.       — Я думала, ты поняла меня в прошлый раз и сделала определённые выводы, но, видимо, это совсем не так и нам с отцом придётся принимать более жёсткие меры, — она кидает взгляд на ваши совместные фотографии, висящие над изголовьем кровати и будто морщится, что тебя жутко злит. Родители абсолютно незаслуженно ненавидят Сехуна, о чём говорят чуть ли не каждый день, но никогда не решаются назвать чёткую причину, постоянно отговариваясь сомнительным "он тебе не пара" и "этот парень не тот, кем притворяется". Возможно, это лишь их глупые стереотипы, а возможно, они что-то не договаривают...       — Какие меры, мам? Телефон отберёте? Или посадите под домашний арест? Мне уже не шестнадцать лет, и если я хочу быть с этим человеком, то я буду с ним, — женщина не находит никаких подходящих слов для ответа и, чтобы не рассориться в пух и прах, быстро покидает комнату, что-то бурча под нос.       "Ещё не спишь?" — тут же хватаешься ты за телефон и пишешь О сообщение, — "Я быстро схожу в душ, и мы сможем поговорить."       "Я уже хотел звонить в полицию аха. Смотрю, настроение у тебя подпорченное... снова родители?"       "Да... не бери в голову. Я сказала себе, что больше не буду обращать на это внимание, потому что мои чувства их слова всё равно не изменят. Ладно, я постараюсь быстро вернуться!"       "Не торопись, я буду ждать сколько нужно. Я люблю тебя, малышка."