Aziraphale's Garden

По правде сказать, Азирафаэля не интересовало садоводство. От слова совсем. Он любил сады по множеству сентиментальных причин, но к растениям внутри них он относился так же, как к детям. Он уважал их существование. Он понимал, насколько важны те для землян. Он считал, что все в какой-то степени должны были помогать растить их. Он был согласен с тем, что цветы весьма красивы и вправе называться одним из лучших творений Богини — хотя они и были чуточку переоценены по сравнению с массой других Её произведений. На этом его интерес заканчивался. Он уважал все формы жизни, ценил каждое ползающее, плавающее, летающее, ходячее создание, но это уважение сильно отличалось от желания взрастить что-то из земли и вложить в него свои силы. Это была одна из причин, почему он считал интерес его демона к садоводству таким занимательным и… умилительным. Поначалу у Азирафаэля в книжном было всего одно растение, и находилось оно там по понятным причинам. Сансевиерия трёхполосная, также известная под названием «змеиный куст». Оно прекрасно себя чувствовало в приглушённом свете и предпочитало жить само по себе. За ним почти не нужно было ухаживать, в поливке также не было особой необходимости. Почти никакого ухода. Оно напомнило ему кое-кого. По крайней мере, Азирафаэль так думал. Это было до того, как он наткнулся на брошенную аглаонему, жестоко измельчённую и теперь лежавшую на куче мусора у квартиры Кроули. Прикосновение к её единственному оставшемуся листку — безупречному за исключением одного коричневого пятнышка — дало ангелу понять, что его демон приложил к этому руку, как и к уничтожению многих других несчастных представителей флоры, брошенных разлагаться. Наверное, мимо них прошло уже много людей, и все они видели лишь компост — остатки растений, отказавшихся пышно цвести. Но Азирафаэль увидел истину. Это была злость. Страх. Беспомощность. Отчаяние. Боль. Боль Кроули. Это разбило ангелу сердце. Нежно приговаривая слова утешения, Азирафаэль осторожно поднял аглаонему и несколько других горшков, в содержимом которых ещё можно было распознать растения, и забрал их к себе в книжный магазин. Он знал основные правила ухода за цветами — им необходимы питание, вода, солнечный свет, классическая музыка и хорошая компания. Но выходить растение, от которого остались одни лохмотья? Без использования чуда это казалось невозможным. К счастью, он знал, где искать нужные книги на эту тему. *** Кроули жадно поглядывал на растения Азирафаэля. Коллекция цветов его ангела теперь конкурировала с его собственной. Он превратил один скромный кустик в целый сад на крыше за рекордно короткое время. И все они находились в исключительно хорошем состоянии, цвели пышно, ярко и без единого пятнышка. … Кроули даже не собирался врать (в этот раз) — он буквально сгорал от зависти. Кроули спросил Азирафаэля, как ему это удалось. Так как он не видел кучи злых записок от начальников его ангела, требовавших, чтобы тот прекратил тратить чудеса на какие-то растения, у него должен был быть некий обыденный, земной секрет, что-то более интересное, чем его собственное «наказания продолжатся до тех пор, пока дисциплина не улучшится». Его ангел улыбнулся и ответил: «немного любви, щепотка терпения и щедрая ложка похвалы», словно это был чёртов рецепт его любимого тирамису. Кроули усмехался и спрашивал снова, но Азирафаэль не говорил ничего нового, из-за чего вскоре Кроули начал избегать его сада вообще. Как бы Азирафаэль не пытался завлечь Кроули на пикник среди его фикусов, драцен, суккулентов и спатифиллумов, Кроули всегда находил способ забронировать им столик в роскошном ресторане, и Азирафаэль, жаждавший попробовать что-нибудь новое, соглашался и на время забывал про свой сад. Кроули не просто завидовал успеху его ангела как садовода. Этот сад беспокоил его. Эти его цветы — они преследовали Кроули, и он не понимал, почему. Одна аглаонема, в частности, и вовсе не выходила у него из головы. Она стояла в дальнем углу и немного отличалась от остальных растений. Её цветение было особенно пышным, листья — необычайно зелёными, она была переполнена красотой и жизнью… и тем не менее вокруг неё стояла тоскливая, унылая атмосфера. Кроули не мог объяснить, как вообще цветок мог казаться унылым. Он просто казался. Он дрожал, когда демон проходил мимо него, но тем не менее гордо стоял, когда тот посмотрел на него змеиными глазами. Как бы пристально он не глядел, у него не получалось заставить создание встрепенуться. Кроули осознал, что ненавидел это растение уже довольно долго. Одной тихой ночью, пока Азирафаэль спал, Кроули проскользнул в сад с целью раз и навсегда выяснить, почему та аглаонема не давала ему покоя. Он трансформировался и склонился над ней, пытаясь напустить как можно больше страха. Реакция цветка была такой же, как и всегда. Он задрожал и сжался. Однако затем он распрямился и замер, спокойный и высокий. И, к удивлению Кроули, протянул в его сторону листок и терпеливо ждал. Демон озадаченно на него уставился. Он предположил, что создание хотело его отпугнуть, обозначить свою территорию. Или что он должен пожать его листок, как человеческую руку. Но немного погодя Кроули осознал, что растение скорее не протягивало ему листок, а всего лишь показывало. Он наклонился и пристально его рассмотрел, но так и не понял, что ему нужно было увидеть. Это был листок, широкий и зелёный, сильный и здоровый, блестевший от какой-то треклятой мази, которую Азирафаэль на него нанёс, чтобы тот сиял как само солнце. Потом он заметил шрам, бледный, но всё же видный, и всё встало на свои места. Эта аглаонема когда-то была его. Он быстро выпрямился и отступил, желая быть подальше от неё, но всего одного прикосновения пальцем к краешку того листка хватило, чтобы воспоминания о том, что он с ней сделал, вернулись. Как он кричал на неё, тряс, как уничтожил её и выкинул, оставив гнить. Когда она пропала из кучи других брошенных цветов, Кроули решил, что её утащил и съел какой-нибудь травоядный падальщик. Или использовал как подстилку. Как она попала сюда? Как Азирафаэль…? Стебель, на котором рос листок, вытянулся ещё немного, предлагая коснуться себя снова. Кроули лишь смотрел, но в конце концов дотронулся до него, не совладав с любопытством. И увидел то, что растение пыталось ему показать. Азирафаэль. Азирафаэль спас его. Он вытащил его из помойки и отнёс домой. Он разговаривал с ним, говорил, что оно красиво, что оно заслуживало хорошего, что у него были место и цель в этом мире. Что всё будет в порядке. Он пообещал ему безопасность, новую жизнь и дом. Он подстриг его, пересадил, регулярно поливал. Подкармливал его корневым удобрением, чтобы оно смогло встать на ноги. Он пел и читал ему, брал с собой на прогулки. И через какое-то время у него снова появились корни. Оно больше не было бледным и больным. Оно стало зелёным и крепким. Несмотря на то что оно всё ещё было покрыто рубцами, растение было целым. Потому что Азирафаэль помогал ему расти. Не страхом. Но состраданием. Как ангел, Азирафаэль был Любовью, а, как гласила Хорошая книга, (насколько он помнил — прошли уже тысячи лет с тех пор, как он прочитал эту писанину) «любовь терпелива и любовь добра. Она всё выносит, во всё верит, даёт всем надежду и всё претерпевает». Но самое важное — любовь никогда не заканчивается. Кроули заботился о своих растениях: он опрыскивал их от вредителей, удобрял их, говорил с ними, но он никогда не был к ним добр. Он требовал от них послушания. Совершенства. Запугивал и кричал: «Растите лучше!» И они росли. И даже превосходили его ожидания. Но им помогли. Растения дрожали, протянув к нему свои листья, предлагая коснуться. Так он и делал, по очереди проводя по ним. И каждое рассказывало ему похожую историю о том, как Азирафаэль спас их из его мусора и дал им новую жизнь. Как оказалось, он не остановился на одной аглаонеме. Каждый цветок в его саду когда-то был у Кроули. Не только в его саду, как демон осознал с тяжёлым и колким ощущением в груди. В их саду. Этим растениям не обязательно было быть идеальными, чтобы Азирафаэль помогал им. Не нужно было быть идеальными, чтобы он был к ним добр. Они не должны были быть идеальными, чтобы Азирафаэль любил их. Это частично объясняло, как такой ангел, как он, мог любить демона наподобие него. Несмотря на то что Кроули был совсем не склонен надеяться на что-либо, особенно в случае гиблого дела, сад Азирафаэля всё-таки дал ему надежду… на их будущее. Теперь Кроули тоже будет любить эти растения. Так, как их нужно было любить с самого начала.