Я буду любить тебя до последнего вздоха

Наступил день свадьбы. Кое привела омегу в порядок, помогла надеть свадебное платье, туфли и отвезла в ЗАГС. Эту свадьбу она организовывала на пару с братом. Все было замечательно. Жених в обществе совсем не был похож на садиста. Воспитанный, аккуратный, культурный. На свадьбе Арэте стало дурно, и он просидел всю церемонию в туалете. На второй части свадьбы появилась Ая. Арэта устроился за одним из столов, который был как можно дальше от стола молодоженов и уставился в телефон. – Привет... Выглядишь не очень. Все хорошо? – поинтересовалась Ая. – Переживаешь за своего брата? Я тоже. – Нет, все в порядке. Весь вечер он просидел в компании омеги, которая всячески пыталась отвести дурные мысли от Арэты. Наступил момент, когда Цумори и Тэкэхиро должны были удалиться со свадьбы. Сердце у Арэты ещё больше сжалось и забилось сильнее, однако останавливать ничего он не собирался. Лишь бы братец был счастлив. Как только они уединились в номере, Тэкэхиро снял с себя притворную улыбку и открыл свою истинную сущность. Он мог бы притвориться хорошим мужем, но зачем, если омега и так знает уже о том, что это не так. – Устроили свадьбу с размахом, нечего сказать, – омега заправил за ухо вылезшую прядь распущенных волос. – Так устал. Хотя по тебе этого не скажешь. – Конечно, готов поиграть? Сегодня для тебя у меня есть кое-что особенное. Что тебе точно понравится, милая моя женушка. – Пх, боюсь представить,что это, мой дорогой муж. – Это всего лишь брак по расчету. Ничего личного. Так и хотелось думать омеге. Из прикроватной тумбочки Тэкэхиро достал кляп-рамку и протянул его омеге. – Пожалуйста. Отныне это твое. И язык будешь держать за зубами, и делом полезным будешь занят. Как тебе такой подарочек? Кинув подарок на кровать, альфа принялся за раздевание жены и через пару минут с платьем был уже покончено. Омега чуть фыркнул не сопротивляясь. – Надеюсь, пунктик в договоре о наследниках не заставит тебя сразу же над этим стараться, так и помереть недолго, с твоими-то замашками, – явно проглядывал характер как Кое, так и прошлого Дазая. – А теперь давай начнем. Сняв с омеги белье, альфа скрепил его руки наручниками и одел кляп. Такой вид ему намного больше нравился, чем свадебное платье. – Отлично выглядишь, ты же понимаешь, надеюсь, что ты всего лишь шлюха, которая должна родить от меня и не более? И что вся забота о ребенке ляжет на твои плечи? А, точно, ты же теперь не можешь разговаривать... – усмехнулся Тэкэхиро. – Правильно, животным не положено разговаривать. Был бы рот свободен, из него вылетела бы уже тройка, а то и больше колких фразочек. Впрочем, он не отличался от тех, кого через постель он заставлял что-то подписать или крал у них. Мудачье ещё то. Повалив омегу на спину, Тэкэхиро развел ему ноги и уже собирался раздеться и войти, как вдруг в дверь кто-то очень сильно постучал, словно не рукой, а плечом, в попытках выбить. Альфа встал с кровати и направился к выходу, однако не успел он сделать и двух шагов, как дверь упала на пол чуть ли не перед самым носом Фицджеральда. – НЕ БЫВАТЬ ЭТОМУ! – Громко крикнул Арэта. – Я не позволю забрать тебе моего брата! – Что ты несёшь? – усмехнулся Тэкэхиро. – Твой брат сегодня вышел замуж. Ты должен быть счастлив. Фицджеральд был на 2 года старше Цумори, да и телосложение у него было намного крепче, чем у Арэты. Он попытался выпроводить парня за порог, но тот упорно сопротивлялся. – Пусти, пусти! – упирался рыжий. – ЦУ, ПОСЛУШАЙ, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ. ЛЮБЛЮ, СЛЫШИШЬ?! Такие слова пробили блондина на смех. Что за бред? Омега вздохнул и, ловко сняв наручники и кляп, поднялся с кровати накинув одеяло. – Арэта, мама, наверное, тебя ищет, возвращайся, – мило улыбнулся он. – Без тебя не уйду! Пожалуйста, Цу, пойдем со мной! К черту всю эту свадьбу... Ты ведь тоже меня любишь, я зна... Когда Тэкэхиро надоело слушать всю эту чушь, он ударил рыжего коленом в живот, отчего тот согнулся пополам. Да уж, рыжий никогда не ввязывался в драки, потому и навыков боя у него не было совсем. Что касается Фицджеральда, так он был на голову выше какого-то там 15-летнего мальчишки, а также подкован в технике ведения боя. – Больно, да? А теперь или расскажи все мамочке и не мешай взрослым. Все слова словно вылетели из Арэты. Он упал на колени, держась за живот. Да, Фицджеральд точно знал, куда бить и с какой силой. Омега требовательно взял мужа за руку, протыкая его кожу до крови ногтями: – Он и без тебя сейчас уйдет, мой дорогой муж. Не трать свои силы попросту. – Это была явная угроза. – Это ведь первая брачная ночь, так? И ты знаешь, малыш, чем в это время занимаются взрослые? Нет? Тогда сейчас узнаешь. Повалив Цумори на кровать, альфа сбросил с него одеяло и подмял под себя, держа за руки, а туловищем мешая ногам сомкнуться. Арэта поднял на молодоженов свой ещё детский и невинный взгляд, в котором читался ужас вперемешку с отчаянием. Одной рукой убрав с себя все лишнее, Тэкэхиро сразу же грубо вошёл в омегу и начал точно так же двигаться. – Арэта… – только и смог выговорить омега сквозь стоны и тяжёлые вдохи от выбивающих воздух толчков. – Ну что ты, куда же он уйдет, получив удар в солнечное сплетение? Лучше пусть посмотрит, как его любовь стонет и двигает бедрами подо мной, – произнес Фицджеральд, злобно улыбнувшись. – И как тебе, малыш? Правда возбуждающее зрелище? Смотри, он даже не сопротивляется. По щекам Арэты потекли слезы. Да-да те самые, какие появляются от собственной беспомощности и бесполезности. От кого он там обещал защитить брата? Теперь даже смешно как-то... Омега чуть скрипнул зубами, извернувшись он умудрился врезать ногой по челюсти альфе так что у того звёздочки из глаз посыпались. Освободив руки и накрыв одеялом свое тело, он подошёл к брату и вытер слёзки. – Ты как? Встать можешь? Обопрись на меня. – П-прости... Я опять все испортил, да...? – виновато посмотрев на брата, спросил альфа. Оперевшись на Цумори, Арэта смог кое-как подняться. Сейчас он выглядел до невозможного жалко. Заплаканное личико, опухшие глазки. Вряд ли, увидев такую сторону Арэты, кто-то смог предположить, что он - альфа. – Нет же, зайчик, все нормально. Пойдем, провожу тебя к маме, он наверное весь извелся уже от нервов, – омега аккуратненько пошел к предполагаемому местонахождению родителей. – Не возвращайся к нему, прошу тебя... Пожалуйста. Пойдем домой... – жалобно упрашивал брата Арэта. Внутри всю словно кипело, причиняя невыносимую боль. В сердце, кажется, появились трещины и с каждым вдохом холодного ночного воздуха они все больше и больше расходились по всей поверхности. Все, что только что понял и испытал альфа - ошибка. Никто не одобрит их отношения, даже сам Цумори. Нужно постараться просто забыть об этом... – Я не могу, даже если бы хотел. До развода я должен как минимум родить наследника, и только тогда на условиях, что я оставлю ребенка, развод одобрят. Но со стороны бизнеса отца тут очень выгодная сделка, – спокойно рассуждал омега. – А ты хотел бы?.. – спросил альфа, смотря брату прямо в глаза. Родить ребенка? То есть, переспать с этим ублюдком как минимум ещё один раз? И если не получится, то несколько... Не бывать такому. Все равно как прежде все не будет. Где же Арэта был до свадьбы? Точно, тогда он ведь не подозревал даже, насколько сильно привязан к брату и насколько сильно любит его. – Братишка, вопрос неправильно поставлен. Думаю... Пришло время рассказать тебе, – омега вздохнул и спокойно снял линзу с левого глаза – Я твой сводный брат. Мой отец-альфа это Кое. Я не могу отплатить Чуе за то, что он вырастил меня, как родного. Иначе, это мой долг ему, ведь даже родной отец-альфа хотел меня убить. Мой долг это быть идеальным сыном своего отца, который меня великодушно вырастил. – Все звучало так спокойно и обыденно... – Ну и что? Я же говорил уже: давай сбежим? Отец и так богатый, валяется как блин в масле, живёт припеваючи, а ты... А ты должен родить от нелюбимого человека ребенка? Нет-нет-нет!!! Не позволю. Арэта вцепился в омегу, крепко обняв. Разве то, что они сводные, не лучше? Черт, нельзя ведь отпускать его назад, к этому чудовищу. Что Цумори тогда снял с себя? Арэта заметил только очертания. Наручники? Ужасно, отвратительно. Фицджеральд ведь озабоченный на всю голову. – Арэта, так нельзя. Это навредит в первую очередь тебе и твоему будущему. Я не стану этим жертвовать. В принципе я готов выносить ребенка. Им нужен наследник, даже если я разведусь, он будет гарантией сохранения договора. И тут я не отступлюсь. – Неужели отец и этот ушлепок тебе важнее меня? Я ведь... Уже не могу представить себе утро без тебя... Если ты уйдешь, то это будет для меня ответом. Арэта был настроен решительно. Если Цумори переедет жить к Фицджеральду, то кто же тогда будет утешать его после ссоры с отцом, кто будет приносить ему ужин, кто будет успокаивать и гладить по головке, нежно перебирая вихры волос? Никто... – Братик. Так будет правильнее. Для нас обоих. Иначе никак, это будет тупик. – Омега думал, что его сердце не выдержит и просто разорвется... Хотя, возможно, так оно и было. – Хорошо, я понял, иди, я сам как-нибудь дойду... – улыбаясь, ответил альфа. И как только отошёл на несколько шагов щеки снова намокли от слез. На лице по-прежнему играла улыбка, а в сердце из трещин появилась дыра. Зайдя в туалет, Арэта закрылся там и просидел около часа. "Так будет правильнее для нас обоих?" – спрашивал он сам у себя, – "Откуда люди вообще знают, что правильно, а что нет?.. Не понимаю... " Омега с каменным лицом вернулся в комнату для новобрачных. – У меня болит голова. Намек ясен? – он улёгся на край спиной к альфе и прикрыл глаза. – Ясен, но ничего, завтра отработаешь, – усмехнулся Тэкэхиро, медленно засыпая. *** И вот дошел черед до так называемого семейного ужина. В этот день Арэта ушел из дома через окно к своей единственной подруге Ае, которая за короткое время стала ему и вправду близка, как и он ей. С тех пор, как брат покинул дом, парень стал очень замкнутым и перестал перечить отцу, отчего тот был очень удивлен. Альфа быстро терял вес, так как есть либо совсем отказывался, либо буквально один раз в день половину обычной порции. Все собрались за прекрасно накрытым столом. Только два места пустовали. «Черт бы тебя побрал, Арэта», – думал про себя Накахара. – «В такой важный день и свалил куда-то... Что за дрянной мальчишка?». – Тэкэхиро, твоя сестра сегодня не придёт? – омега спокойно ел из своей тарелки, будто не замечая обеспокоенных маму и папу. Все ведь было вполне объяснимо. – Она ушла ещё утром, но так и не вернулась, – ответил Фицджеральд, сделав вид воспитанного интеллектуала. Чуя сто раз уже набирал номер младшего сына, но тот упорно не брал трубку, да и вообще телефон лежал в его комнате. – Осаму, с ним нужно что-то делать. Так дальше продолжаться не может, – еле слышно сказал рыжий жене. – Поговори с ним, пожалуйста. – Он очень опечален свадьбой брата... Да и переходный возраст, но да, нам стоит поговорить с ним, – ответил омега, сделав ударение на слове "нам". Вдруг на пороге появилась Ая. Ее суперкороткая юбка еле-еле прикрывала бельё, а сквозь обтягивающую майку виднелись соски, так как девушка была без бюстгальтера. Длинные распущенные волосы рассыпались по плечам, подчёркивая прекрасную фигуру омеги. – Простите, кажется, я опоздала, – слегка поклонившись, произнесла она. – К сожалению... Не успела Ая закончить, как объявился ещё один опоздавший – Арэта. Правда, от него остались только кожа да кости. Пройдя мимо, он даже ничего не сказал. – Здороваться не учили? – сделал замечание Чуя, уже еле сдерживаясь, чтобы не схватить сына за шиворот и не дать по роже. – Здрасте, – сухо произнес альфа и пошел дальше, а вслед за ним потопала и Ая. – Сядь. За. Стол. – процедил Накахара, злостно прожигая Арэту взглядом и скрипя зубами. – Ох, так и быть. Закатив глаза и вздохнув, альфа сел за стол. Девушка села рядом, изредка посматривая на своего отца так, словно извиняясь. – Поешь, любимый, – сказала Ая, положив на ложку кусочек какого-то блюда и засовывая все это в рот Арэты. Тот нехотя проглотил все и недовольно фыркнул. – А хочешь изо рта в рот покормлю? – предложила омега, придвигаясь к рыжему ближе. – Конечно хочу. Тут уже и Чуя подавился и раскашлялся в кулак. – Это не позволительно! – встав из-за стола, заявил Фрэнсис. – Вы двое... Накахара бы сейчас сказал, наверное, то же самое. Только сейчас он и Фицджеральд были абсолютно согласны друг с другом. – А, так нам можно идти?.. – зевнув, спросил Арэта. – Хорошо, пойдем, кис. Оба вышли за дверь. А Фрэнсис и Чуя так и застыли на своих местах, словно статуи. Что только что произошло? – Осаму, как только все это закончится, НЕМЕДЛЕННО берём нашего младшего и объясняем ему, что к чему, – сказал Накахара жене вполголоса, все ещё находясь в состоянии аффекта. *** – Ха! Видела их лица? – спросил Арэта, широко улыбнувшись. – Конечно! Папочка там чуть в кому не упал. Что ж, куда теперь? – поинтересовалась омега, глядя в глаза парня. Пустые. Жизнь в них словно погасла. Цвет лица настолько бледный, что парень может слиться с белой стеной. Должно быть, такова цена за заплатку на сердце. – Давай выпьем чего покрепче. -А разве есть какой-то повод? – За любовь. *** – Если никто не против, я бы ушёл к себе. Меня подташнивает и голова болит, – омега поднялся со своего места, поправляя одежду. Осаму тут же с каким-то странным блеском в глазах взглянул сначала на сына, а потом на младшего Фицджеральда, ища подтверждение своих мыслей. *** Наступила ночь. Телефон Чуя обнаружил в комнате сына, а, поискав ещё хорошенько, и сигареты, и лезвия, и замалеванные полность листы А4. Тяжело вздохнув, шляпник уселся на его кровать и стал ожидать, когда тот соизволит явиться. Спустя час, в дверь кто-то позвонил. Горничная открыла и увидела на пороге пьяного Арэту и более-менее трезвую Аю, которая довела парня до дома и поспешила удалиться. – Вернулся?! Неуже-е-е-ели! – зло протянул Чуя, смотря на пришедшего со второго этажа. Затащив сына силой в одну из комнат, Накахара усадил его на кровать и начал свою нравоучительную речь, под которую Арэта чуть не уснул. – Ты хоть понимаешь, сколько сейчас времени?? Мать вообще-то волнуется за такого придурка, как ты! – кричал на весь дом Накахара. А парнишка тем временем рассматривал потолок и зевал. – Чуя... Пожалуйста, не кричи на него, – омега бесшумно приблизился и положил руку тому на плечо. – Сыночек, ты как? – в мгновение ока оказавшись возле сына, Осаму взял его руки в свои, таким образом находясь на коленях. Сущность омеги и материнский инстинкт вопили. – Голова болит... Ещё и этот на ухо орет, – кивнув в сторону отца, произнес Арэта. – Отойди, Осаму, я втащу ему пару раз и он тут же отрезвеет! Накахара поднялся с места и схватил сына за шиворот, притянув к себе. – Хочешь, скажу правду? У Гильдии столько информации о братике Цу, не поверите! Но сначала... Почему вы не сказали мне, что Цу и я - не родные братья? Почему?! Чуя резко отпустил сына, швырнув на кровать. Сердце забилось быстрее. – Потому что мне он родной. А тебе нет, что ли? Сердце омеги болезненно сжалось. – Сынок.. Зачем ты все это делаешь, почему? Почему тебе так важно, родной он или нет? Разве это настолько важно, будь он приемным, или родным?.. – в голове всплывали болезненные эпизоды. Беременность. Смерть дочки... Все это вновь и вновь ранило омегу. – Нет, вся соль не в этом, мам. А вы знаете, что он выставлял свое тело ради вашего "блага"? – Замолчи! Ты хоть себя слышишь?! – Что он перетрахался с кем только можно и нельзя ради твоей "выгоды", папочка?! – Что за бред ты, мать его, несёшь?! – Что, ещё рассказать? О, да. Вы отдали его в руки ужасного, озабоченного на голову фетишиста-садиста! Теперь ему ещё рожать и воспитывать детей. В одиночку. А если тот его пометит, то точно можно с хэппи эндом попрощаться! – высказал все, что накопилось, альфа и рассмеялся. Чуя не мог произнести ни слова. В глазах пронеслись искорки ярости, но тут же потухли. Если все, что он говорит правда, то Накахара действительно виноват во всем и у Арэты есть поводы и причины ненавидеть его. Омега был шокирован, его руки мелко тряслись. – Продавал своё тело?.. Фетишист-садист?.. Воспитывать детей в одиночку?.. – Дазай бессильно осел на пол. Он ужасный отец. Когда он упустил все то, что привело к этому? Когда же он ошибся? Из глаз потекли слёзы бессилия. Все уже сделано, и именно этот привело к нынешнему результату. Омега будто мгновенно потух. – Кажется, все. Ничего не упустил, – спокойно выдохнув, произнес Арэта и пошел к выходу. – Пойду покурю. Спокойной ночи. Ни плачущая мать, ни что-то другое больше не могли вызвать сочувствие со стороны Арэты. Зачерствел. Может, это все из-за тех вкусных таблеток? – С-солнышко, эт-то не твоя вина, - заикаясь произнес Накахара. – Успокойся. Не плачь, прошу тебя. Альфа заботливо стёр все слезы с щечек омеги и чмокнул того в лоб. – Я... Я виноват... Я испортил жизнь... Всем своим троим детям... Моим прелестным... Маленьким.. Деткам... – омега будто сходил с ума от своих же мыслей. Все было по ощущениям ровно так же, как когда его ребёнок умер прямо на руках. Это заставило вспомнить, что завтра нужно поехать на могилку... Маленькую могилку Мисато Накахары... Омега не мог унять дрожь, а из груди вырвался сухой кашель вперемешку с кровью. Нервы чересчур влияли на него. Ведь, скорее всего, если похожий приступ повторится, понадобится уже скорая...