«Маюра». Несказанное

Каталист спешит. Одурманенная злой магией акумы кровь стучит в её висках. Первой мыслью, что пришла Каталист в голову, едва она увидела, как с Бражника спадает её усиление, было то, что нужно бежать туда и сражаться, нужно защищать тайну Габриэля любой ценой. Но что она сможет против пяти отлично дерущихся героев? Начнет бить их врукопашную? Смешно. У Коллекционера хотя бы блокнот был. К тому же, такое безрассудство неминуемо привело бы их обоих к позорному разоблачению. С чего бы Натали помогать Бражнику? Запретив ей покидать логово на время действия акумы, он поступил разумно. Кажется, что лифт поднимается целую вечность. Каталист старается не думать о плохом. Её неистово стучащее сердце не унимается; едва ли не физически женщина ощущает акуму, что находится где-то внутри неё и только вбрасывает больше адреналина ей в кровь. «Никогда не бери этот талисман». Жгучие слезы просачиваются сквозь шлем. Она должна сделать это. Каталист открывает сейф и встречается с чистым взглядом зеленых глаз Эмили. Отвернувшись от портрета, Каталист берёт синюю с розовым брошь и надевает. Словно легкий электрический разряд проходит по её телу. Вскрикивая, Каталист опускается на колени. Переведя дух, она открывает глаза и обнаруживает на полу перед ней крохотный синий комочек. Квами Павлина. — Ты... живое? — осторожно спрашивает Каталист и протягивает руку к свернувшейся на полу квами. Мысль, что квами уже мертва, резко кольнула ей сердце. Тогда точно всё пропало. Однако существо начинает шевелиться и тут же резко взметает в воздух, оказавшись прямо перед лицом женщины. — Я Дуусу. Приветствую вас, хозяйка. Казалось, Дуусу нисколько не удивил необычный облик носительницы талисмана. — Трансформируй меня, Дуусу, скорее! — требует та, активируя лифт. — Я не очень хорошо себя чувствую, хозяйка, — начинает жаловаться Дуусу, — Я бы не хотела причинить вам вред. Стук каблуков эхом отражается от стен пустой комнаты с огромным окном. — Дуусу, пожалуйста! Всё будет хорошо, — заверяет её Каталист. «Всё будет хорошо». Кивнув, Дуусу влетает в талисман. И тут не успевшую подготовиться Каталист пронзает резкая боль, словно тысячи ножей вонзаются в её тело и ещё тысяча рвёт её изнутри. Женщина кричит, скорчившись на полу, в пустом доме её криков не слышит никто. Наступает резкая нехватка воздуха. Совершая отчаянные глотки воздуха, словно под водой, Каталист накрывает ладонью талисман и уже готовится сорвать его с груди. Она ослушалась месье Агреста. Нельзя умирать так глупо. «Сделай это ради него». Акума всё ещё борется внутри неё, защищая свой сосуд. «Я уже здесь, Габриэль». Боль уходит. Натали открывает глаза и обнаруживает себя лежащей на холодном полу логова. Над ней кружит акума, вылетевшая из неё от сильной вспышки магической энергии. Натали осторожно трогает лицо руками. Шлема больше нет. Спускаясь пальцами ниже, женщина ощущает меховой воротник. Пальцы другой руки сжимают сложенный веер. Поднявшись, Натали раскрывает его. Голова уже почти не кружится. Маюра. Вспомним годы обучения на истфаке, курс по изучению санскрита для желающих. Одна из священных птиц. Именно так её будут звать.

***

Натали не хватило надолго. Едва явившись во всей своей блистательном красоте, величественный павлин складывает хвост. Насильственная детрансформация поглощает последние силы носительницы талисмана, она опускается на колени и падает на пол. Прямо напротив своего лица она видит Дуусу. Всхлипнув, Натали слабым движением протягивает к ней руку и накрывает её ладонью. Дуусу отвечает ей легким трением о пальцы. — Мы спасли его... Прислонившись к стене, Габриэль старается привести дыхание в норму. Голоса пятерых отдаляются и исчезают совсем; Габриэль велит своему квами заглянуть за угол. Агреста накрывает отчаяние, перекрывая горечь от поражения. Случилось то, чего он боялся. Натали использовала поврежденный талисман, чтобы спасти его задницу. Габриэль вздыхает, выпрямляется и совершает рывок. Ноги сами несут его вниз по лестнице. Ругаясь сквозь зубы, мужчина спешит к своему дому. Его перестаёт волновать то, что он может быть замечен. Прошмыгнув мимо группы празднующих беспечных парижан, Габриэль оказывается у дома. Тревога сжимает его сердце. Что, если использование суперспособности разорвало бедную Натали на куски? Габриэль с трудом избавляется от ужасной картины, что нарисовало его воображение. Дома никого. Габриэль впервые не рад гробовой тишине. — Я чувствую Дуусу, хозяин, — тихо произносит Нууру. «Хоть кто-то выжил». Спуск в лифте оказался самыми мучительными секундами в жизни Габриэля. В горле пересохло, руки тряслись. Тихое, холодное логово. В самой его середине, в голубоватом пятне света на полу, лежит сжавшаяся Натали. Будто сквозь туман, женщина слышит отчаянный голос Агреста, едва различает в бело-красном пятне фигуру опустившегося к ней Габриэля. «Господь... жива. Жива!» Габриэль помогает Натали подняться. Она берёт с пола квами и бережно убирает под пиджак. — Так, хорошо, Натали... вот так... Однако, не в силах стоять, женщина просто заваливается на него. «Нужно только подняться, а там...» Габриэль обхватывает Натали за талию, закидывая одну её руку себе на плечи, и ведёт. Та спотыкается, и Агрест ловит её. — Нууру, лифт! В лифте тесно для двоих — Габриэль крепко прижимает Натали к себе. Женщина мелко дрожит, с её губ срываются тихие стоны. Периодически она кашляет: внезапная асфиксия во время трансформации даёт о себе знать. Как только они оказываются в ателье, Агрест берет свою помощницу на руки. Та беспомощно прижимается к нему. У Габриэля подрагивают губы. Он бесконечно виноват перед Натали, и готов искупить свою вину. — Можно я побуду с Дуусу, хозяин? Габриэль нетерпеливо кивает, и Нууру влетает под пиджак Натали. Не сводя глаз с бледного лица помощницы, Агрест касается губами её мокрого лба. Натали медленно открывает глаза. Её бережно усаживают в кресло. «Я так боялся, что потерял тебя, как когда-то потерял её. Я бы этого не вынес, Натали, я бы не смог без тебя...» Кроткое «спасибо», нежное прикосновение руки и целый ворох невысказанных мыслей.