Утро апрельское, утро туманное.
24 августа 2019 г., 13:09
Вступление.
Вам интересна моя биография? Едва ли. Но мне тяжело каждому интересующемуся объяснять, почему я такая какая есть. Что ж расскажу немного о себе, но сразу предупреждаю, история будет чуточку приукрашена и чуть-чуть сглажены острые углы. Я пользуюсь тем, что проходя по улицам вы меня не узнаете, поскольку я старательно скрываю своё лицо. Это значит я могу без стыда приоткрывать самые срамные моменты своей юности. Эх, она была такой безбашенной, такой интересной. Куда всё это делось? В данном формате в каждой части будут лирические и литературные отступления. И, конечно, я собираюсь описывать события от первого лица. Так сказать, без лишней скромности. Здесь будет описан один год моего аватара, но я собрала здесь самые интересные, по моему мнению, события моей жизни с 18 до 25 лет. Начинаю я свой повествование с апреля вот по какой причине. Я люблю лето и ненавижу зиму. Для меня новый год начинается не со дня весеннего равноденствия, а в конце апреля, когда природа просыпается, дни заметно длиннее, всё начинает цвести и петь. Ожидание нового лета даже чуточку лучше самого лета. Самую такую чуточку. А главное я прихожу в себя, после зимнего дремотного состояния вечного ворчания. Я всё-таки люблю солнце и тепло. Немного о действующих лицах этой главы, поскольку все имена (кроме моего) изменены. Люська: это собирательный образ всех моих подруг, имеющих хулиганистый характер и постоянно затягивающих меня на поиски приключений на наши упругие ягодички. Маринка: это собирательный образ всех моих подруг, имеющих спокойный характер, но постоянно затягивающих меня на поиски приключений на наши упругие ягодички. Но не будем тянуть кошку за половые губы, приступим. Итак, это началось одним апрельским утром. Утро было такое…Утро апрельское, утро туманное.
Какой жуткий сон. Мне снился шабаш нечисти. А самое жуткое, что одной из чертовок была я сама. И какой же реальный сон! Но голова не болит, значит я не пила. С другой стороны откуда же у меня во рту такое ощущение, что там пустыня в которой кошмарились собаки и кошки? Пришлось проснуться. Но ещё до того как я открыла глаза я поняла, что, что-то не так. Рядом сопело тело и, судя по сопению, это было мужское тело. И вот тут я напряглась. Откуда в моей кроватке взялось мужское живое тело? А ещё меня напрягал запах. С утра мои обонятельные рецепторы работают в тестовом режиме и потому извращают все ароматы, но перегар я чувствовала даже в тестовом режиме. Но трезвая Ксюша не могла оказаться среди пьяных тел. Значит я всё-таки пила? Я хлестнула кнутом и обессиленные веки всё-таки разлепились, открывая мне не радостную картину. Во-первых, выяснилась, что я не в своей мягкой постельке, а на диване в непонятно чьей квартире. Во-вторых комната, в которой я проснулась, вернее очнулась, напоминала поле брани. О поле, поле кто тебя усеял мёртвыми костьми? Куриными костями, пустыми бутылками и неподвижными людьми? На всякий случай я проверила на месте ли трусики? Труселя были на месте и они были сухими, что, впрочем, ещё ничего не значило. Так, нужно найти сумку и принять таблетку. Вспомнить бы ещё, принимала ли я её вчера. Конечно один раз можно пропустить, ничего страшного, но лучше соблюдать порядок, а то «красные дни» календаря будут перенесены на другие числа, а это не очень хорошо для здоровья. Я скинула с себя одеяло и выбралась из-под руки неизвестного мне парня. Оглядевшись вокруг я задалась одним вопросом: а кто все эти люди? Ни одного знакомого лица. Самое печальное, что я практически не помнила вчерашний день. Но почему голова не болит? Насколько помню себя у меня на утро головка всегда бо-бо, после сильной пьянки. А судя по батальному полотну, пьянка вчера была очень сильной. Я стала пробираться между павшими, пустыми бутылками и кучками салатиков. В одном месте пришлось поискать обход, поскольку один из «бойцов» алкогольного побоища лежал в луже содержимого своего желудка. Можно даже было видеть, что этот «воин» закусывал капусткой, но явно игнорировал мясные закуски. Я наконец покинула комнату и прикрыла дверь, которая уцелела, видимо, только благодаря своей врождённой удачливости. Хотя её поверхность была исписана различными надписями и пестрела подозрительными неровностями и отверстиями. Возможно в неё даже стреляли, возможно из дробовика. В коридоре на меня напал какой-то печенег. Даже не напал, а упал с диким криком. - Бес мнета не вы-выпщу! Я ловко уклонилась и направилась в туалет, поскольку на утро после пьянки очень хочется облегчить свою внутреннюю сссущность. В туалете спала какая-то девушка, видимо недавно «изливавшая душу белому другу». Аккуратно сдвинув её в сторону я наконец смогла спокойно вздохнуть и избавиться от своей жидкой ноши. Выходя из туалета я заметила кухню и зашла туда. На кухне, казалось, было пусто, не считая мебели, но потом я заметила сидящего за столом грузного дядьку. Он сидел очень неподвижно, я даже приняла его за деталь интерьера. Его оловянный взгляд упирался в неведомую даль. Я не стала его беспокоить, мне сильно хотелось пить. На глаза попался заварочный чайничек. Я налила себе чистой заварки в найденную рядом чашку и одним глотком осушила её. Блин, как хорошо же теперь. Там же я нашла свою сумку и внимательно уставилась на упаковку таблеток. Так, судя по ней, я всё-таки приняла вчера одну из них. Но кто додумался напихать в пустые ячейки конфеты тик-так? Они даже не круглые. Вторая чашка чифира помогла мне проглотить ещё одну таблеточку и наконец прекратить ненавидеть весь мир. В коридоре я опять столкнулась с печенегом. А куда же он мог деться. - Минет! Выпщу тока за отсос! Интересно кто это? Хозяин квартиры? Настойчивый парень. С другой стороны, а вдруг вчера ничего не было ни с кем? Тогда я потеряю звание самой распущенной девушки. Самое смешное, что на самом деле я была самой скромной. Если считать по партнёрам, то я уступала многим подружкам, но благодаря поведению и языку я смогла создать себе репутацию едва ли не шалавы. А в нашем милом серпентарии, который можно было с долей натяжки назвать девичьей бандой, звание шалавы было довольно почётным, хотя у остальных людей это совсем не так. Я глубоко вздохнула и наконец сказала: - Ладно, печенег, снимай штаны и садись. Можно было бы воспользоваться ситуацией и сбежать. Куда он со спущенными штанами побежит? Но для меня самым любимым вкусом был вкус мужского «молочка», так что я не стала отступать. Парень сел на табурет, стоящей у вешалки, едва попав на него, и расстегнул ширинку, выпуская наружу своего джина. Как интересно, он оказывается не носил трусов. Интересно почему? Может потому что член к яичкам прилипает и это вызывает дискомфорт? Я присела между его ног и сперва сделала массаж главной части тела. Джин, такой же пьяный, как его хозяин, едва поднялся. Что ж за мужики такие дряблые пошли? А дальше я впустила этот горячий пирожок с ромом (хотя скорее всего с водкой) в свой похотливый развратный рот, у которого было очень немного табу. Например на копро и мат. Хотя я сама люблю когда парни матерятся во время секса. А вот гавно не воспринимаю в любом виде. Моча здорового человека на выходе, по крайней мере, стерильна. А фекалии полны всяких бактерий, грибов, вирусов и на вкус… Не знаю какие на вкус, мне одного запаха уже достаточно, чтобы держать дистанцию между ртом и анусом. Вкус немытого органа, пропитанного спиртом, конечно, совсем не такой, как у крепкого трезвого, чистого товарища. Несколько фрикций не привели к результату. Член окончательно опал и не отвечал на стимуляцию. Я стала пытаться руками реанимировать эрекцию и глянула на парня. Печенег дрых, будто только что не требовал минета. Я вздохнула и вышла из квартиры. Мне ещё требовалось понять где я и вернуться домой. Это оказалось несложно. Пройдя дворами домов колодцев, я вышла на какую-то тихую улочку, которая, в свою очередь, вывела меня на Невский проспект. Мать моя женщина! Да этот проспект преследует меня! Даром, что живу я в новостройках в спальном районе. Уже на улице я посмотрела на телефон, чтобы определиться со временем и меня едва не хватил Кондратий. ДВЕНАДЦАТЬ пропущенных от мамы! Перезвонить? Думаю не стоит. Ладно, не дам ей пока спускать пар. Приду и приму на себя всю мощь её гнева, доказав самой себе, какая же я рисковая девчонка. А в метро, усевшись на свободное место я попыталась вспомнить, что же вчера было. Последним воспоминанием была бутылка абсента. Хм, чтобы это значило? На самом деле это было жутковато. Если я опять напилась до потери памяти, то могу представить, что могла отжигать после этого. Однажды мы с Люськой решили станцевать стриптиз для парней и сломали стол, на который залезли. Нас это не остановило и мы всё-таки станцевали стриптиз. При этом я, кажется, хотела использовать её в качестве шеста. Я это говорю, потому что Люська помнила этот момент и утверждала, что это она пыталась меня использовать как шест, а я сопротивлялась, но при этом липла к ней. Нам потом показали запись нашего лесби шоу на телефоне. В другой раз мне не удалось найти вменяемых свидетелей, однако вся попа была в оливье. Что же было вчера? Я пошла к Люське в гости и там мы выпили по чашке чая, а потом пошли по магазинам. Собственно я попросила Люську подобрать мне кое-что из одежды, решила обновить гардероб. А у подруги отличное чувство стиля. Сначала мы зашли ко мне, оставили покупки и пошли снова к Люське, чтобы она тоже могла оставить там свою шоппинг-добычу. Зачем я пошла её провожать? И тут Люське позвонил её приятель и пригласил её на чью-то днюху. Сказал, что мы можем в качестве подарка принести минет. Секс, музыка и выпивка? Конечно я в деле! И мы отправились в центр города, прихватив всё-таки тортик. Там я начала с красного вина, потом был вермутик. С этого момента воспоминания начинают тускнеть. Последнее, что я помнила, это полная бутылка абсента. Я впервые видела этот напиток в натуральном виде. До этого много слышала и видела на экране, но вот так в живую? Первый раз в жизни. Вы же понимаете, что я обязана была его попробовать! Музыку и секс я не помнила, а вот выпивку помню. Помню, как пацаны учили меня как правильно пить, чтобы с утра не было бодуна. Делюсь рецептом. Надо после стакана алкоголя выпить столовую ложку растительного масла и обязательно плотно закусить мясом или птицей. Не знаю, как на всех это действует, но вот на меня подействовало. Причём так хорошо, что я серьёзно перебрала. Ах, да я же жутко намешала. После вермута было ещё много разного пойла, но я не следила за градусом. Помню меня учили правильно пить самбуку, потом ещё был ром. И откуда столько разнообразного бухла взялось на этой вечеринке? Одной водки хватило бы на всё. Кстати, водка там тоже была. Неужели я ещё и водки приняла на свой третий размер? Чтобы не мучиться сомнениями я просто позвонила Люське, когда вышла из метро и направилась к автобусной остановке. Люська взяла далеко не сразу. Интересно, где она? Среди павших в бою с зелёным змеем я её не заметила. С другой стороны она могла закатиться под диван или лежать в соседней комнате, куда я не заглядывала. Или даже в ванной. Не знаю почему, но ванная комната традиционно нами используется как публичный дом. Правда я там запиралась только с одним парнем, который, как правило, уже был моим постоянным сексуальным партнёром. А Люська с другими девчонками устраивала там массовую оргию. Наконец длинные гудки сменились бодрым Люськиным голосом. - Алло, Ксюха? Привет. Ты куда вчера пропала? - В смысле? Я не пропала. Я проспала в этом свинарнике всю ночь и теперь еду домой. Ты сама где? - Я? Всё ещё у Пашки. А вот тебя я с вечера не видела. Где ты спала? - Как где? На диване. – В мою душу стали закрадываться смутные сомнения. - Да не было тебя с утра. Я помню, как мы пошли к соседям, у них тоже какой-то сабантуй был. А потом тебя искал Пашка, но ему кто-то сказал, что ты ушла домой и тебя с тех пор никто не видел. Погоди, ты хочешь сказать, что мы тебя забыли у соседей? А-ха-ха! Я готова была придушить Люську. Тоже мне подруга называется. Мало того, что затащила меня на какую-то левую вечеринку и там бросила, так ещё и ржёт как полковая лошадь. Понятно, почему я не увидела ни единого знакомого лица. - А ты чего такая бодрая? Будто не пила вчера? - Так мы с парнями успели за пивом сгонять. - В такое время? И вам продали? Закона люди уже не боятся. - Места надо знать. Ладно, ты в целом как? - Убить тебя хочу. - Значит всё в порядке. Ладно, удачи тебе. Ты вчера говорила, что у тебя с мамой серьёзное дело, надеюсь ты не опоздала. Бли-и-ин! Вот теперь я стала сомневаться, стоит ли вообще идти домой. В голове стал быстро зреть план. Нужно взять кирпич и пойти бить окна. Дать себя задержать милиции и спрятаться в КПЗ пока маман не остынет. Однако план был быстро отметён. Ведь за окна придётся заплатить, а это не поспособствует остыванию мамы. Так что я задержала дыхание и прыгнула в этот омут, зажмурив глаза. Иногда единственный способ действия это просто прыжок в неизвестность. Когда я оказалась в аду… то есть в квартире мне навстречу из кухни вышла мама. Она упёрла руки в боки и мрачно глядя на меня спросила: - Ну? И где это мы шляемся? - Здравствуй мама! – Постаралась улыбнуться я. - Ты опять пила? – Мама потянула носом воздух. – Замечательно! Я, значит, места себе не нахожу, звоню тебе всю ночь, а ты с подругами на лялятки* ушла, бухаешь, как твой отец и под утро приползаешь и что? Здравствуй мама? Мало тебя отец порол в детстве. - Мама, вот как тебе не стыдно? – Нашлась я. – Ты же педагог и должна знать, что шлёпопопная доктрина морально устарела. Сейчас у нас применяется пряникоугощательная доктрина. - Распустились вы с этой доктриной. Раньше дети послушнее были. - Да, да и трава раньше была зеленее и восходы ярче. - Вот именно. А теперь молодёжь от рук отбилась и смотри что произошло. - И в каких катаклизмах я ещё виновата? - Ты, пока ни в каких. Не раздевайся. Сейчас в магазин пойдём. Поможешь мне сегодня в готовке. К нам гости должны прийти, надо стол подготовить. Обречённо кивнув я разулась и прошла в комнату. Мамино «сейчас» означало довольно растянутый период времени. Хотя я её понимаю, это пока ты молодая, ты румяная и красивая, а с возрастом приходиться следить за своей внешностью. И пока маман собиралась, я успела выйти в интернет, ответит на пару электронных писем, посмотреть ролик на ютубе и поржать с мемасиков в ВэКашке. В принципе я могла и порнуху посмотреть, мама к этому относилась спокойно. «Девочка интересуется этим. Я тоже интересовалась в её возрасте» - объясняла она отцу, когда тот меня застукал за просмотром гей порно. Но я боялась перевозбудиться и намочить нижнее бельё и его пришлось бы менять. А мама могла решить, что я мастурбировала и меня тогда ожидала долгая моральная лекция на тему: «Девочки не должны этого делать». Мамины разносы меня пугали вовсе не тем, что она кричала на меня. Я просто искренне переживала и переживаю до сих пор за её здоровье. Поход в магазин и готовку я опущу, поскольку это было немного скучновато. Ну, не умею я блины под потолок метать со сковороды, чтобы потом ловить их. Не летают у меня ножи и тарелки как в каком-нибудь акробатическом номере. Кухня - это священная территория. Тут необходимы расчёт и собранность. Выверенность движений, что очень важно, учитывая какие маленькие кухоньки в современных квартирах. Когда вся наша семья собиралась на кухне там было не повернуться. Особенно мешал папа. Мы его называем миксером. Потому что на кухне он только мешает. Нет, ну вот зачем он приходит на кухню? Заберётся с ногами на табуретку и читает газету. Мама по этому поводу всегда говорила: «Сразу видно, что в год петуха родился. Опять на свою жёрдочку залез». И гости меня тоже не впечатлили. Как всегда пришли мамины подруги, а их проблемы были мне глубоко неинтересны. Но ближе к вечеру к счастью мне позвонила Маринка. - Ксюня, приветики. Чего делаешь? - Стараюсь не помереть со скуки. Пришли мамины подруги и я уже готова повеситься от неё. - Тогда приходи ко мне. У меня как раз мама с папой уехали, а мне одной спать страшно. - Чтобы не было страшно спать, надо завести себе парня. - Да ну их, парней. Они слишком много едят, везде разбрасывают свои носки и всё время смотрят на других сук. - Ага, а ещё от них шерсть, запах и грязь. – Добавила я. – Ладно, сейчас приду спасать тебя от твой одинокой доли. - Только давай без твоих лесбийских приставаний. Маринка девчонка уникальная. Она не ханжа и у неё имеются поклонники мужицкого полу, но при этом она не хочет их видеть после известных действий в постели. Переборчива до ужаса и в последнее время стремиться выйти замуж. У неё странное мнение, что женщина должна выйти замуж до 24 лет. Почему именно 24 года, я не уточняла, мне было по фиг. Я считала, что это должно произойти довольно стихийно, как у моих родителей. А ещё у Маринки странные представления о том, где пролегает граница между хорошей подругой и подругой-лесбиянкой (то есть уже не очень хорошей или наоборот, слишком хорошей). Поцелуй в губы, значит нормально (если без языка), а грудь полапать уже нельзя. Нет, у меня и своя есть и если бы Маринка не реагировала бурно на это, я бы и её не трогала. С Маринкой, конечно, не так весело как с Люськой, но всяко интереснее, чем с мамиными подругами. Не буду описывать весь разговор с мамой, когда она узнала, что я собираюсь опять ночевать не дома, а у очередной подруги. Отпустила она меня только тогда, когда я клятвенно пообещала ей, что буду ночевать у Маринки, а не у Люськи или своего ухажёра. Лирическое отступление: Расскажу, на всякий случай о своих ухажёрах. Пока иду к Маринке. В общем у меня почти всегда был парень, которого с некоторой натяжкой можно было бы назвать моим ухажёром. Но я в те времена ратовала за более чем свободные отношения. Чего я хотела? Я хотела найти такого мужчину, чтобы он мне нравился всем. Он должен был зарабатывать достаточно, жизнь в роскоши не была у меня в приоритете. Уделять время семье. Это не значит, что я не могла бы его отпустить на рыбалку на сутки. И мальчикам и девочкам надо периодически пополнять запасы энергии в своей половой чакре в компании представителей своего пола. Но это не должно быть слишком часто. Любовь тоже должна присутствовать, это вот даже не обсуждается. И конечно он должен был подходить мне в половой сфере. Ну знаете, чтобы его клинок помещался в моих ножнах полностью, не оставляя пустого места в моём лоне и не торча на половину снаружи. Хочу чувствовать, как его яички бьются о мою промежность. Но становиться настоящей шалавой не тянуло. Одно дело слухи и совсем другое реальное положение дел. В общем того самого я ещё не дождалась, хотя искала всю жизнь. И лишь теперь понимаю, что мужика надо не искать, а выдрессировать до нужного состояния. С Маринкой мы обсуждали парней и сложные взаимоотношения с родителями. С ней всегда было спокойно и просто. Только меня в тот вечер предали. Оказывается Маринка позвала не только меня, но и Люську, так что явление моей больной на всю голову подруги для меня самой было как снег на голову. Маринка виновато тупила глазки, а Люська вспоминала события этого утра и покатывалась от смеха, подкалывая меня весь вечер. - Люсь, ты вообще понимаешь, что это просто гнусно? – Пыталась я урезонить подругу. - Бу-га-га! Ксю, это умора. Мы тебя забыли у соседей. Ха-ха-ха! А почему ты не ушла с нами? Мы тебя там оставили как какую-то сумку. А самое уморительное, что ты прихватила свою сумку. Зачем? - Ты вообще соображаешь, что это не нормально? – Рассердиться по-настоящему на Люську не получалось. – А если бы там произошло убийство? Если бы меня убили? -Хи-хи-хи! Так ведь не убили же! Мариш, прикинь, забыли как какую-то вещь. Я так только свои труселя как-то забыла у соседей. - Тоже мне подвиг. – Фыркнула я. – Я тоже порой забывала трусики у малознакомых людей, но всегда возвращалась за ними. - Люся, вот как тебе не стыдно? – Поддержала меня Маринка и погладила по голове. – Забыть где-то Ксюню, это как забыть котёнка. Смотри какая она миленькая. Я бы вот её нигде не забыла. - Спасибо, Мариша. – Я прижалась К подруге изобразив печаль. - Так, руки только от моей груди убери. – Маринка не преминула сделать мне замечание, заметив мой манёвр. - Ну, почему? Она же у тебя такая мягкая, упругая. - У тебя своя есть! Лапай её – Маринка пыталась оттолкнуть меня. - Ксю, можешь полапать мою. – Люська выпятила грудь вперёд. - Да кому нужен твой второй размер? – Отмахнулась я. - Ну не скажи. Вот если бы я могла тебя повесить на грудь как медальку, то точно не забыла бы у соседей. Интересно, Ксю, а какой бы ты была медалью? - За взятие на понт. И вообще, Люська, ты трусы можешь забыть у соседей, что говорить про медаль. – Я снова села спокойно, но ещё поглядывая на смущённую Маринку. Сегодня она ещё спокойно отреагировала на мои приставания. Мне больше нравилось, когда она начинала пищать и убегать от меня. - Кстати, Ксю, - встрепенулась Люська. – скоро же май. - И что? - Как что? Ты мне проспорила, помнишь? А значит майские квесты! Я вздохнула. Да, я проспорила. Я не смогла с голой грудью свеситься из окна и окликнуть парочку парней внизу. А вот Люська смогла, правда она была пьяной и едва не выпала в окно, я до сих пор жалею, что не подтолкнула её слегка. Но я-то рассчитывала, что Люська сама не решится. А она, зараза успела изрядно выпить и ей было море по колено. Кроме того дело было на пятом этаже, а я высоты боюсь. Майские квесты мы проводили в начале мая, как раз в майские праздники. Причём работа была им не помеха. Я работала в больнице медсестрой, оставаясь на суточные дежурства, и работала суток через двое - трое, в зависимости от напряжённости графика. Что такое майские квесты? Это такие задания, которые мы с Люськой придумывали друг для друга и за их невыполнения налагались штрафные санкции, которые ограничивались только физическими свойствами наших тел, а фантазию ничего не сдерживало. Существовало только два правила. Квест не должен быть позорным и оплата принималась не деньгами. - Марин, а ты не хочешь с нами майские квесты пройти? – Обратилась я ко второй подруге. - А что это такое? - О, я тебе сейчас расскажу! – Подскочила неугомонная Люська.- Тебе понравится. Мы придумываем задания и выполняем их. Например, надо вставить анальную пробку себе в попочку и ходить с ней в течение 12-ти часов. Хотелось бы и на сутки растянуть, но неудобно газы в себе сдерживать. А ещё могут пролежни образоваться, а зачем нам пролежни в анусе? А потом эту пробку вытаскиваешь и сразу берёшь в рот. Выигрывает та, кто вытащит пробку изо рта последней. В прошлом году Ксюха выиграла, я и минуты не смогла её продержать во рту. Зря я смазала её серной мазью. - Не-не-не! – Замахала Маринка руками. – Ксю, ты ведь такого не делала? Боже, ты же этими губами меня целовала в губы! - Да, ладно тебе! - Усмехнулась Люська. – А то, что через милый ротик твоей подруги прошёл ни один мужской член и оставлял там густой слой белого угощения тебе неизвестно? - Сперму можно, это нормально. Она же стерильная. - Расслабься. Это было год назад и я потом рот вымыла мылом. – Успокоила я Маринку. – Значит ты точно не хочешь поучаствовать в квестах? - Конечно нет. Это мерзко! А если надо будет есть собачьи какули, тоже будешь это делать? - Маря, ты палку то не перегибай! – Уже возмутилась Люська. – Идея, конечно, интересная, но уж на такое я свою подругу не обреку. Я же тоже целую вот этот рот. - При встрече? Ксю, я думала, что это только у нас такое. – Маринка, казалось, немного огорчилась. - Нет, почему при встрече? При встрече мы просто здороваемся. – Люся попыталась меня обнять. – В постельке. С последующим перепихоньчиком. - Лесбиянки! – Возмутилась Марина. – Теперь мне понятно, почему Ксюшка грязно ко мне пристаёт. - Неправда! – Я стала отталкивать Люську. – Я не лесбиянка, я бисексуалка. - Видала извращенку? – Люська ткнула в меня пальцем. – Ей вообще всё равно с кем. Я думаю она бы и под коня легла. Остаток вечера ожидаемо прошёл в обсуждении сексуальных предпочтений нас самих, наших подруг и друзей. По большей части, конечно, надуманных. Уже ближе к ночи, когда Люська всё-таки решила нас покинуть Я отозвала её в сторонку. - Люсь, послушай, ты же пошутила насчёт майских квестов? - Нет, я совершенно серьёзно. – Она даже не улыбалась. - Да ты с ума сошла. Мы с тобой уже не девчонки, мы взрослые женщины. Не надо. - Надо Ксюша! – Люся развела руками. – Надо! - А я скажу нет и встану в позу! - Тогда конец нашей дружбе и несколько интересных фото и видео утечёт в интернет. - Ты блефуешь. – Я внимательно посмотрела в глаза Люське. – На тех фото и видео мы же почти всегда вдвоём. - Если ты не будешь со мной дружить, то мне и хорошая репутация не нужна. - Это шантаж? - Он самый. Так что будешь делать, Ксюшенька? - Ладно, чёрт с тобой! - Вот и хорошо. – Расцвела Люська. – Значит жду тебя первого мая со своим списком. - Там будет такое, что ты сама захочешь отменить всё это – Пригрозила я. - Очень на это надеюсь. Но посмотрю сперва за твоими страданиями. Пока. И Люська убежала домой. Так стало понятно, что майских квестов не избежать. А я стала рассказывать Маринке, что же мы учудили в прошлом году. Как только Маринка разрешила мне лечь рядом с ней на одну кровать после этого, непонятно. *Лялятки или блядки. Но мама у меня культурная и матные слова или их части заменяет словом «ля».
