Эффект домино

В кабинете, где стояла куча колб и пробирок, вместе с прочими приборами, стояла тишина, которую пока никто из присутствующих не решался нарушить. И как всегда достающий сервампа Мимир, не берётся в расчёт. Он всегда и в любом случае шумный и слегка… помешанный на своих экспериментах. Общее молчание нарушил, казалось бы беззаботный (как и всегда) Микуни: — Что думаешь обо всём этом, Махиру-кун? — спросил он, поправляя ковбойскую шляпу и стараясь не обращать внимание на ДжиДжи, то и дело норовившего обхватить его шею посильнее. Благо, в форме ужика тот был не так уж и силён, поэтому Алисэйну было нечего опасаться. — Это странно, — устало выдохнул подросток. Сирота до сих пор не мог уложить весь тот бардак, что творился в его голове. Он был уверен, у его друзей сейчас состояние ничуть не лучше. Сражение с Цубаки смогло подкосить практически всех их, и Махиру, можно сказать, оказался самым стойким. А если конкретнее, уже на следующий день, когда выпал неожиданный снег, направился к Микуни, чтобы обсудить всё случившееся. — Что конкретно? — как бы невзначай поинтересовался Алисэйн, поглядывая на сервампа Лени, еле-еле терпевшего непрекращающиеся вопросы неугомонного Фауста. Возможно, в скором времени стук хвоста этого кота будет слышен слишком отчётливо. Хотя, для почти тишины, это не удивительно. Услышав этот вопрос, Махиру задумался. Всяких странностей в голове накопилось много, а вот сформировать их в нечто единое и адекватное, казалось слишком сложно, для запутавшегося подростка. Да, пусть со стороны он и казался тем, кто никогда не опустит голову, всё же, он тоже человек. В сравнении с вампирами и вовсе, маленький и может быть даже глупый человек. Хотя, как считает Сирота, Куро не менее глуп, чем он сам. Они друг друга стоят в этом, как никто иной. — События. Я не понимаю никакой связи у всего этого. Мне не ясны причины каких бы то ни было поступков других, мотивы большинства неизвестны. И эта неизвестность раздражает, потому что мешает действовать, — Махиру решил умолчать о том, что его сегодня успели навестить охотники из С3, которые помогли им в битве с Цубаки. Вообще, он мог бы без проблем поехать с ними, но… почему-то захотелось для начала разобраться во всём, прежде чем лезть на рожон. Лучше успеть подготовиться, пока есть такая возможность. Вот когда таковой не найдётся, Сирота и станет действовать необдуманно и на эмоциях. Прямо как в тот раз, набросившись безоружным на сумасшедшего фокусника вампира, ради спасения друга. (Хотя, в сравнении с его новыми знакомыми из С3, Беркия начинает казаться оплотом безопасности и адекватности). Проведя пару минут в задумчивости, Микуни таки не выдержал и слабо рассмеялся, привлекая к себе внимание Махиру и даже Фауста (Куро же, пока была такая возможность, по-быстрому запрыгнул на другой стул, принимая свою человеческую форму. Может быть так от него отстанет этот геморрный смертный). Заметив, что всеобщее внимание обращено чисто в его сторону, Алисэйн ухмыльнулся, начиная вертеть меж пальцев свои косички и с хитрецой поглядывать на подростка. — Думаю, об эффекте домино ты никогда не слышал, — начал говорить блондин, делая вид полнейшей незаинтересованности, — Он в большинстве своём, относится к политике. Но и в реальности, так же имеет место быть. Одно событие, ведёт за собой другое и буквально у всего есть связь. Упала одна стена, падут и другие, вслед за первой. А вот как они упадут, уже никогда не ведает, — слова, произносимые Микуни, начинали казаться Сироте всё большим бредом. А Лень умудрился задремать, облокотившись о стену. В форме кота было гораздо удобнее, но в ней отцеплять от себя чокнутого учёного являлось более сложной задачей. Поэтому, выбирать не приходилось. — И как это вообще связано с нынешней ситуацией, — недоумевал Махиру, чувствуя лёгкую боль в висках. Без сомнений, Микуни-сана он уважал, как более опытного и взрослого человека, но… понимать его иногда было трудно. Хотя бы взять к примеру, эту странную привязанность к кукле и ревность к ней. — Напрямую, Махиру-кун, — усмехнулся Алисэйн, откинувшись на спинку стула. Мимир уже давно отвлёкся на свои колбы, а вот Куро, несмотря на дикую лень и гемор, вперемешку с желанием оказаться дома, рядом с подушкой, немного заинтересовался этим разговором, приоткрыв один глаз и чувствуя, как неумолимо сильно он хочет опять его закрыть и просто спать. В тишине, покое и уюте. А ещё желательно сытым. Выпросить у Ива ещё рамена, может?.. От этих размышлений, сервампа отвлёк голос Микуни, возобновившего разговор: — Окей, если тебе так будет легче… давай я дам тебе пару вопросов, а мы постараемся все вместе разобрать один из них, — хитрый взгляд был направлен уже на Куро, всё ещё старательно делавшего вид спящего и ленивого вампира. — Если это поможет мне хотя бы с одним клубком мыслей, я не против, — ответил Сирота, зная, что терять всё равно нечего. Какие-то там вопросы особой погоды не сделают и его жизнь так же координально, как и встреча с сервампом, не изменят. Посему, остерегаться было нечего. — Отлично, — Алисэйн подпёр подбородок рукой, уже и не скрывая своего веселья, — Выбери понравившийся, — мужчина протянул Махиру немного помятый по краям лист, с какими-то записями. А вернее… вопросами. «С какой целью были созданы сервампы? (Помимо служения кому-либо)». «Были ли они раньше людьми? А если и были, то почему не помнят?» «Почему у них сильно выражена определённая «черта характера» и почему именно грех?» «Могут ли эти существа чувствовать?» Последний вопрос, юноша захотел бы выбрать в последнюю очередь. Наверное. Он не уверен. Это ведь не так важно, так почему же всё внутри словно бухнуло? При чём, немного болезненно. Опасливо посмотрев в сторону Сонного Пепла, Сирота тихо выдохнул. Ничего же плохого не случится, ведь так? Это просто предположения, не более. И плевать как-то, что внутри кто-то крикнул «Не просто!» Может, этот кто-то он сам, но и в этом уверенным Махиру быть не может. — Мы можем разобрать их чувства? — мужчина напротив весь просиял, словно только этих слов он и ожидал чуть ли не всю жизнь. Крутанувшись вокруг своей оси на стуле Мимира, умудрившегося неизвестно куда пропасть, Микуни кивнул, после поправляя положение куклы на плече, чтобы «Абэль-чан было удобнее». — Конечно-конечно, Махиру-кун. Это ведь тоже немаловажная составляющая всех событий. Ведь именно чувства и эмоции, нередко сподвигают к определённым действиям, — говорил он это пусть и с улыбкой, но в голове Алисэйна крутились не самые приятные картины прошлого, окутанные кровью и испуганным взглядом дорогого сердцу человека. Встряхнув головой, отчего Абэль вновь потеряла своё удобное положение, Микуни пристально вгляделся в лицо задумавшегося Сироты. Казалось что парень никак не мог решить какую-то дилемму в голове, чему наверное, мешало смущение, ведь пусть и еле-заметно, но на щеках проступал румянец. Наверное, юноша сейчас благодарил полумрак комнаты, потому как думал что никто ничего не заметит. Да-да, конечно. Алисэйн не видел, а даже если это и неправда, мужчина с огромной вероятностью будет всё отрицать. Он слеп, как крот и к этому совершенно не причастен. — А как… — Махиру невольно запнулся, не зная, как лучше всего будет сформировать свой вопрос, — А как, собственно, мы будем это выяснять? — в ответ парень получил красноречивый взгляд карих глаз, направленных на сервампа Лени, по-прежнему притворяющемуся сонным, тихим и покладистым котиком, который вовсе не собирается по пути домой опять начать выпрашивать у хозяина свой любимый рамен. — Тут и гадать нечего, — уж чего-чего, а веселья в голосе Алисэйна было немало, — У нас же есть живой и вроде как способный думать, подопытный, — услышав это, Сонный Пепел нервно дёрнул плечом, приоткрывая один глаз. — Надеюсь, ты имеешь ввиду Зависть… — устало выдохнул сервамп, обращая взор на ужика, находящегося на шее Микуни. — Конечно же нет, — ухмыльнувшись, опроверг он предположение Куро, на что тот фыркнул и пробурчал что-то об издевательстве над милыми котиками. Алисэйн же сделав вид, что он ничего подобного не расслышал, продолжил вещать: — Чтобы не смущать Лень, я предпочту выйти и поискать Мимира. Уверен, он опять затеял сделать что-то с моей дорогой Абель, — последние слова он говорил чуть тише и более раздражённо, — Удачи тебе Махиру-кун, надеюсь вы сможете поговорить. В конце концов, вы и сами знаете, как важно доверие между вами, — «и давайте опустим тот факт, что для Цубаки это ни капли не помеха», — добавил он мысленно, не особо желая омрачать и без того не самую приятную атмосферу. И пропустив мимо ушей все возмущения со стороны сервампа и его хозяина, спокойно вышел из кабинета. А Сироте вспомнилось его не самое приятное столкновение его лба с тем зеркалом, отчего он невольно прикоснулся кончиками пальцев к когда-то пострадавшему месту. После ухода мужчины, в комнате в который уже раз стала царствовать тишина. Сонный Пепел положив руки на стол, уткнулся в них лицом, явно не стремясь выяснять хоть что-то. Махиру пусть и являлся тем человеком, что без проблем способен высказать всё что думает о той или иной ситуации (ибо кто ещё, кроме него?), сейчас не был способен выдавить из глотки ни единого звука. Словно на него наложили не самое приятное проклятье или он заключил сделку с какой морской ведьмой, да вот только наткнулся на очень неприятный обман. Потому что никто и никогда не предупреждал его о том, что без слов и голоса так сложно. — Махиру, может просто пойдём домой? Я устал и хочу спать, — Куро зевнул, отчего стали видны клыки, якобы подтверждая свои слова о сне. Подросток усмехнулся. Что и ожидалось от этого воплощения лени. Вот именно, кто если не он заставит двигаться этот пушистый комок? — Не пытайся увильнуть. Если хочешь, я готов следовать гороскопам которые ты каждый день слушаешь, целую неделю. Только давай разберёмся хотя бы с чем-то. Мне правда будет легче, если я узнаю чуть больше как о сервампах, так и тебе, — более-менее спокойно высказался Сирота. Он не врал, говоря о гороскопах. Эта странная вера в нечто подобное у его вампира, немного смущала на самом деле. Но чем бы дитя не тешилось, лишь бы не выносило мозги о жестоком обращении с милыми зверушками. А ведь тогда шатен просто пылесосил… между прочим, именно после Куро, который в очередной раз оставил после себя кучу крошек от чипсов. От Сонного Пепла исходила аура недовольства. Он очень надеялся что Махиру был настроен не столь серьёзно, потому что… была задета слишком уж опасная тема. Вот с кем с кем, а вот с Сиротой свои чувства, коие он испытывал на протяжении всего времени их знакомства, обсуждать не особо хотелось. От одной мысли об этом становилось немного… страшно. Но если уж падение его стен началось и им суждено столкнуться со стенами Махиру, кто он такой чтобы противится этому. — Как скажешь… — тихо ответил Куро, уже заранее готовясь запоминать гороскоп ещё и для своего хозяина. Наверное, это будет очень забавная неделя для них обоих. По крайней мере, вампир на это очень надеется, потому как этот разговор был способен изменить что-то в их взаимоотношениях. А вот в какую сторону — неизвестно. На самом деле, подросток не ожидал что Куро так легко согласится. Парень надеялся услышать ещё как минимум несколько жалоб о том, насколько же он сам доставучий, шумный и неугомонный. — Что ж, думаю, в таком случае следует начать с самого начала, — Сонный Пепел всё также немного недовольно поглядывал на него, но всё же было что-то ещё в его взгляде, что распознать удавалось с трудом, — Что ты чувствовал когда мы заключили контракт, а после встретились с Беркией? Спустя некоторое время наполненного молчанием, сервамп таки подал голос: — Ты меня бесил своей тупостью, — просто, слишком просто сказал вампир, впрочем, стараясь не смотреть на то, как сжались плечи Махиру. Скорее всего на него злились, не иначе, — Но потом, знаешь… Я подумал, что ты дурак. Но очень смелый дурак, которому мне захотелось помочь. Мне не слишком понравилось, что из-за тебя меня проткнули мечом. Это больно, — Сирота невольно вздрогнул, вспоминая как сервампу пришлось спасать своего, на тот момент временного, хозяина, ценой своей шкуры. И он всё равно упёрто спросил: «А дальше?» — Дальше… Ох, какой гемор, — вампир нахмурился, силясь вспомнить последующую череду событий, — Затем появился Цубаки. Ты вновь полез туда, куда тебя не просили. И признаюсь честно, в тот раз я немного испугался. Самое забавное, не за тебя. Я просто чувствовал, что если по моей вине ты умрёшь, а ведь именно я, можно сказать, впутал тебя во все эти разборки с вампирами, то мне опять придётся испытывать тоже самое что и после убийства… — на секунду Куро запнулся, решая не произносить этого вслух. Это всё ещё отдавало тяжестью в грудной клетке, — Я побоялся вновь начать мучиться чувством вины. Не скажу что после смерти каждого смертного я бы грустил, но… может быть, ты не самый обычный смертный. Для меня. Наверное, — Сонный Пепел отвёл взгляд в сторону, так как даже ему самому, эти слова показались немного смущающими. — Д-давай продолжим, — Махиру невольно заикнулся, ведь контролировать свою речь стало непозволительно трудно, — Можешь рассказать только о тех моментах, где были яркие ощущения. — Яркие ощущения, да? — лениво, как и всё что он делает, приподняв бровь, пробормотал вампир, переведя взгляд в потолок, — Сакуя. Он меня раздражал даже сильнее, чем ты раньше. И я даже не знаю, по какой причине. И мне также неясно, зачем ты вообще пытался вернуть общение с ним. И даже блин прыгнул за ним с крыши. А если бы твоя метла оказалась бесполезна в такой ситуации? — с лёгкой горечью произнёс Куро, пусть и старался это скрыть. — Ты бы поймал меня. Разве нет? — недоумение в глазах хозяина заставило остатки кислорода, что были в лёгких у несчастного вампира, испарится, как будто бы их и не было. И дышать стало как-то сложнее. Но ещё сложнее было поверить в то, что в подобной ситуации, Махиру доверился ему. Ему, Куро, а не своему другу. — Спасибо, — даже не прошептал, а просто произнёс одними губами сервамп Лени, уже с нескрываемой преданностью смотря на явно оторопевшего Сироту. — За что? — спросил подросток, чувствуя как голос слегка сел, а его бедное сердце совершило пару лишних ударов, стоило до него дойти этой благодарности. — За то что доверяешь мне, — Куро вновь облокотился о стену, так как было слегка сложно с кружащейся головой держать хотя бы какое-то ровное положение, — За то что ещё не разорвал контракта. За то что терпишь меня. За то что не относишься как к какой-то вещи и не выставляешь перед собой как неживой и бесчувственный щит. Когда-то давно мне и такие попадались. Спасибо что избавил от моих кошмаров. И спасибо за- Куро был прерван объятиями. Или Махиру, если будет угодно. Парень слегка подрагивал от волнения, попутно зарываясь носом в серо-голубые пряди вампира и стараясь немного успокоиться, чтобы была возможно сказать хоть что-то. — Ты можешь не благодарить за это. Ведь… — Сирота нервно сглотнул, — это естественно, доверится тому, кто тебе дорог. И это я должен благодарить тебя за твою защиту и, пусть и еле заметную, но заботу, — от этих слов, Куро ощутил нечто странное в груди. Сердцебиение. Странно. Безмерно странно. И в равной степени приятно. С опаской обняв Махиру в ответ, Куро также зарылся в волосы парня, аккуратно прижавшись губами к его шее. После, он легонько царапнул кожу клыками, приподнимая уголки губ. — Единственное, что мне в тебе не нравится, это вкус твоей крови, — вампир был готов поспорить на свой рамен, но Сирота точно сейчас зажмурился и прикусив губу старался унять смущение. В ответ послышалось тихое: «Дурак». И такое же тихое: «Ты этому дураку доверяешь». Оба заметили в тот вечер то, что так старательно прятали от своего внимания. И оба поняли, насколько бывает приятно позволить цепи событий связать тебя, ибо даже если на тебя обрушиться одна из стен, за ней падёт другая, словно неся месть за твои раны и слова о том, что следует так же безвольно падать как и она, ведь и это может привести к чему-то хорошему.