Акклиматизация и её последствия

      Всё это началось с бессонницы. Нет, на самом деле, разумеется, всё началось тогда, когда в квартиру Тони вломился Фьюри, но об этом вы уже знаете. В этот раз виновата оказалась именно бессонница. Не, не так. Короче, слушайте.       Питер довольно быстро освоился на новом месте. Ведь, в целом-то, всё было тем же самым. А если ему что-то было непонятно, он со свойственным ему любопытством изучал вопрос вдоль и поперёк, прежде чем спросить совета у Тони, которого дико умиляли попытки знакомства парня с бытовой техникой и его эмоции на самые обычные для нас вещи. Нет, всё было не настолько плохо и от фена или кофеварки Питер не шарахался, как чёрт от ладана. С Растяпой он вообще чуть не обнимался каждый раз как видел. Скорее ему было интересно как же это всё работает и почему, что также радовало Старка, ведь все его объяснения пацан понимал и задавал весьма осмысленные и чёткие вопросы. И несмотря на всё это, он совершенно нелогично пригибался, когда проходил через дверной проём, по привычке боясь задеть притолоку.       Сложнее было с социализацией. Гораздо сложнее. Большие скопления незнакомых людей пугали, заставляли Питера нервничать и жаться ближе к Тони, что свело к минимуму прогулки за стены квартиры. На улицу они старались выходить или совсем рано, пока город только-только просыпался, или поздней ночью, подальше от шумных улиц. Гуляли по Центральному парку или шатались по круглосуточным ТЦ, благо последних было в достатке. Резкие запахи, громкие звуки и не стихающий даже ночью Нью-Йорк за окном сводили с ума обострённые органы чувств парнишки и обеспечили ему бессонницу и головную боль, даже несмотря на хорошую звукоизоляцию в квартире. Теперь по утрам на кухне можно было наблюдать невыспавшихся Тони, который, в целом, не очень мучился, привыкнув не спать ночами задолго до знакомства с Питером, и самого Питера, который привык ложиться рано и также рано вставать, что и делал с завидным упорством, несмотря на то, что ночами уснуть не мог.       Вдобавок ко всему, Питер, привыкший к работе и постоянной физической активности в родной деревне, просто не знал, чем себя занять, пока Тони был на работе, и мучился от безделья. Он не привык днями напролёт смотреть телевизор тоннами поедая чипсы и пиццу. Да, безусловно, ему был интересен Интернет, глупые шоу и музыкальные каналы — но не целый день. Он с энтузиазмом изучал библиотеку Тони, иногда спрашивая совета, что же почитать в первую очередь. Да, он любил читать, но не целый же день! Питер с каждым днём становился всё более бледным, тихим и замкнутым, но продолжал уверять, что всё наладится.       А Тони волновался.        Тони спрашивал, чем может помочь, но получал лишь заверения в том, что всё нормально. Это и привело к первой ссоре. У Питера в тот день совсем не было ни сил, ни настроения, потому и неудивительно, что он любую попытку нарушить его уютный и относительно спокойный мир в пододеялье воспринял в штыки. К чести Тони стоит сказать, что он охренел не столько от того, что на него наорал шкет, в два раза младше, а от того какие словесные завороты тот для этого использовал. Тихонько закрывая дверь в спальню он пообещал себе спросить об этом позже. А ведь даже после его самоубийственной выходки мальчишка и не подумал возмущаться или в чём-то его обвинять, но тут сорвался из-за сущего пустяка. И это не есть хорошо.       Питер тоже, вне всякого сомнения, понимал, что Тони не виноват и просто беспокоится. Потом он долго извинялся, но сути это не меняло. Надо было что-то решать, пока у парня не начались проблемы посерьёзнее бессонных ночей. И ладно бы они вместе не спали, найдя себе более интересное занятие, но увы, причина была более чем простой и гораздо менее приятной. Пока Питер привыкал к новому образу жизни, они, как-то по умолчанию решили не затрагивать эту тему. Однако, Тони не собирался отказывать себе в удовольствии обнимать и целовать это кудрявое создание в любой удобный момент и нагло таращиться, когда парень собирался принимать душ или просто переодевался. Каждый раз он неприлично надолго зависал у зеркала, разглядывая собственное отражение и, разумеется, ноги. Неприятные ощущения почти сошли на нет, осанка выровнялась и необходимость в трости отпала.       Питер почему-то очень смущался и говорил, что выглядит странно, стараясь поскорее натянуть штаны.       Тони считал, что мальчишка выглядит, как мечта извращенца.       Теперь, когда его вторая сущность пряталась где-то внутри цепочки ДНК, Питер был чуть ниже самого Старка и казался более хрупким, чем до того, и на свои двадцать четыре не тянул ни разу. Хотя худеньким или щуплым он также не был — ежедневные упражнения на охоте или грядках не могли пройти бесследно, и парень мог похвастаться сильной спиной и крепкими плечами. Руки с чётко очерченными мышцами и длинными пальцами, так вообще один сплошной фетиш. Но вслух об этом, конечно же, никто не говорил.       И всё-таки привыкнуть к дикому ритму мегаполиса сын обычной женщины и легендарного мифического существа не мог, как ни старался. Тони видел, как тяжело его парню адаптироваться, но тот упрямо качал головой и снова отмахивался, убеждая, что ещё немного и всё придёт в норму. Ну да, конечно. А он тогда Чебурашка. — Да брось, ты ведь тоже не сразу у нас освоился, — говорил он, — вот и я привыкну. Всё в порядке, честно. — Не сравнивай, — возражал мужчина, — у нас совсем разные ситуации. Мне не нужно было отращивать себе дополнительные конечности для этого. — Я и не отращивал, — беспечно улыбался мальчишка. — А вот интересно, какого бы цвета была твоя шерсть? — Не съезжай с темы, Паркер!       Старк не выдержал спустя пару недель, ибо мешки под глазами мальчишки выглядели отвратительно и вызывали безотчётное чувство вины. В этот раз решение было принято за каких-то пару минут, а на осуществление задуманного ушло не более пары часов. Осталось обрадовать парня, который вот-вот из кентавра, ставшего человеком, мимикрирует в панду.

***

— Мне одному кажется, что это странно? — осторожно поинтересовался Питер, разглядывая мелькающий за окном незнакомый пейзаж. — Я слишком часто слышу это слово в последнее время, — отозвался Тони, коротко глянув на своего пассажира. — Что именно? — Ну…просто… Ты же должен быть на работе, а мы едем уже… два часа? Всё в порядке? — Я никому ничего не должен, малыш, — ответил Старк, сверяясь с навигатором. Питер тоже туда заглянул, но название местности ничего ему не сказало, — мы едем туда, где ты будешь чувствовать себя более комфортно. — Тони… — Растяпа в багажнике, не переживай. — Ты опять меня не слушаешь. — Наоборот, — не согласился мужчина, — не только слушаю, но и смотрю. И вижу, что ты после нашей памятной прогулки в лес живее выглядел, так что никаких возражений. — Я же говорил, что мне просто нужно чуть больше времени. И месяца не прошло. — А я говорю, что если тебе плохо, то нужно сказать и искать варианты, а не ждать пока само пройдёт. — Ты просто невозможно упрямый, знаешь? — Да, что-то такое слышал. — И всё же, где мы?       На самом деле, Энтони уже давно подумывал свалить подальше из шумного и пыльного мегаполиса. Особенно в моменты душевного упадка, когда хотелось тишины и покоя, а не воя полицейских сирен за окном. А почему нет? Работа налажена, удалённый доступ никто не отменял, а в крайнем случае можно приезжать раз в неделю на совещания. Начальник он или кто? Но что-то всегда мешало — то неожиданные проблемы на этой самой работе, то отношения и неготовность Пеппер «вот так сразу всё бросить», то родители, то пятое, то десятое, то мир спасать… В общем, всегда была причина, по которой переезд откладывался. Но сейчас все причины и отговорки казались детским лепетом на фоне осунувшегося лица Питера и его потускневших глаз.       Он не ставил себе задачу забраться в самую глухомань, но постарался найти местечко максимально уединённое. К счастью, в нынешние времена не нужно ради этого ехать на край света и дом на лоне природы в достаточной удалённости от города и соседей найти было не сложно. А уж с его-то возможностями.       Аккуратный домик выглядел уютным даже снаружи. Не такой «натуральный», как те, что были в деревне Питера, но тоже сложен из тёмного бруса. Собственно, на этом сходства кончались. Большие панорамные окна на втором этаже обещали радовать большим количеством света и прекрасными пейзажами по утрам и на закате, на просторной террасе можно будет сидеть по вечерам и пить чай, а большой задний двор открывал множество возможностей — от простого валяния на траве до организации мини-турнира по футболу один на один. Вокруг ни души, потрясающе свежий воздух и тишина. Мальчишка даже растерялся, успев отвыкнуть от такой близости к природе. Он неуверенно глянул на мужчину и вышел из машины, осмотрелся и прикрыл глаза вдыхая полной грудью, прислушиваясь. И услышал. Он слышал лес! — Невероятно, — радостно выдохнул юноша. — Нравится? — спросил Тони, подходя сзади и целуя замершего парня в макушку. — Хватай своего друга и пойдём внутрь.       Внутри дом был очень просторным и светлым. Небольшая прихожая незаметно переходила в гостиную, отделённую от кухонной зоны барной стойкой. Слева виднелась лестница на второй этаж. — Это твой…? — Наш, — поправил Старк, сжимая руку Питера. — Хочешь перекусить? — Было бы неплохо. Мы даже не позавтракали, — согласился тот и медленно прошёл в гостиную, внимательно осматривая помещение. Его очень заинтересовала картина на стене изображающая, кажется, один из пейзажей Норвегии. — Здесь здорово, — улыбнулся он, отпустив пылесос исследовать новую территорию, а сам уселся на мягкий диван и взял в руки одну из подушек. Мягкая. И пахнет приятно. — Давно хотел убраться подальше, — сказал Тони, за показным равнодушием скрывая волнение от того как Питер воспринял новое место. Дважды за столь короткий срок сменить место жительства должно быть очень тяжело. — Мне очень лень сейчас что-то готовить. Как насчёт сэндвича? — спросил он, отправляясь изучать содержимое холодильника. Фирма, занимавшаяся обустройством, должна была позаботиться и о продуктах тоже. Вечером можно будет устроить небольшой праздничный ужин, а пока можно обойтись малым и заняться немногочисленным багажом. — Пит? — позвал мужчина, так и не дождавшись ответа.       Решив, что Питер ушёл посмотреть второй этаж, Тони закрыл холодильник и направился на поиски мальчишки, тоже желая увидеть их новый дом. В конце концов картинка это одно, а в реальности всегда иначе выглядит. Но поиски закончились так и не начавшись. Мелкий нашёлся там же, где и его оставили, просто-напросто уснув на мягком диване в обнимку с той самой подушкой. — «Всё нормально», — передразнил Старк и покачал головой. Укрыв его пледом, он быстро соорудил себе перекус и ушёл наверх разбирать вещи. Вот теперь всё точно будет в порядке.       Проснулся он только ближе к вечеру. Тони за это время успел переделать все мелкие дела — начиная их вещами и заканчивая обещанным самому себе ужином — и в момент пробуждения его «спящей красавицы», находился там же, в гостиной, доделывая последний отчёт. Выспавшийся Питер кардинально отличался от себя замученного бессонными ночами и выглядел до неприличия соблазнительно, потягиваясь и потирая глаза. О, и отдохнувшим, разумеется, да. Но главное, он перестал походить на зомби и порадовал вернувшимся румянцем и привычным блеском в глазах. — Я что уснул? — Как видишь. — Оу. Извини, я случайно. — Не бери в голову, — мужчина закрыл ноутбук и отложил в сторону. — Проголодался? Уже всё готово. — Ты всё сделал? Надо было разбудить и… — Зачем? Я умею пользоваться плитой, — пожал плечами Старк. — Ты чувствуешь себя лучше? — Ну… да, — неуверенно ответил парень. Он действительно чувствовал будто дышать стало легче, головная боль улеглась и вернулся прежний аппетит. — Значит всё отлично, — заключил Энтони и поднялся, протягивая руку молодому человеку. — Пойдём есть.       Питер не стал спорить и лишь благодарно улыбнулся. Кажется, здесь им и впрямь будет очень хорошо.

***

— Да-да, ты был прав и всё такое, — фыркнул он же спустя пару дней. Как и ожидалось, вдали от шумного города юноша мигом вернул былую говорливость и настроение, которое совершенно не портили подколы Старка в стиле «яжговорил!», — доволен? — Очень, — расплылся в самодовольной улыбке тот. — А хочешь напомню тот раз, когда прав был я? — поставив перед мужчиной кружку со свежесваренным кофе, Пит скрестил руки на груди. — А было такое? — выразительно выгнув бровь, спросил Тони, не отвлекаясь, впрочем, от набора сообщения для Пеппер. Зря. В противном случае от летящей в него горсти муки он хотя бы успел бы прикрыться. — Ещё скажи не было, — прищурился мальчишка, зачерпнув ещё, — у меня, между прочим, даже шрам остался. — Неужели? — протянул мужчина, отложив гаджет и окинув скорбным взглядом испорченный кофе. Стряхнув с волос главный ингредиент для утренних блинчиков, он медленно поднялся с места и осторожно двинулся к насторожившемуся Питеру, — а ну-ка, дай посмотрю, — с этими словами он резко подался к парню, надеясь поймать его за руку, но тот в последний момент увернулся и зарядил в лицо одного из самых влиятельных людей Америки новой порцией муки. Теперь мистер Энтони Эдвард Старк походил гейшу. Очень недовольную бородатую гейшу. — Это ты сейчас чихнул? — поинтересовался вышеупомянутый, услышав странные хнычущие звуки со стороны мелкого паршивца. — Не-пф, — ответил тот и зажал рот руками. Стало очевидно, что он старательно сдерживает смех. — Точно? — Угу. — Очень странно, потому что я отчётливо слышал чей-то чих, — задумчиво проговорил Тони и схватив оставшийся без присмотра пакет с многострадальной мукой, недолго думая, вывернул его на голову замешкавшегося Питера. Парень от неожиданности замер и обалдевшим взглядом уставился на крайне довольного собой Старка. Учитывая его внешний вид выглядело это… Смешно. И Питер, который теперь выглядел примерно также, уже не сдерживаясь начал хохотать, растрясывая муку с волос и одежды и под конец расчихавшись, насмешив и своего суженого. — Я же говорил, — ехидненько протянул мужчина и потянулся нарисовать на щеке дурацкий смайлик. — Ага, — не стал спорить мальчишка и вытащил из кармана чудом не испачканный телефон, быстро щёлкнув камерой. Он с ним почти не расставался, первым делом по приезде в большой мир изучив этот нехитрый приборчик. Надо ли говорить, что фотографировать Тони было одним из его любимых занятий? — Поставлю на заставку. — О нет, ты не посмеешь! — грозно наставил на него палец Старк, тут же начиная чихать от попавшей в нос муки, вызвав новую волну смеха. — А ну иди сюда, засранец! Испуганно пискнув, парень поднырнул под руку мужчины и рванул из кухонной зоны в сторону лестницы, надеясь скрыться на втором этаже. Тони, прочихавшись, последовал за ним под обиженное жужжание Растяпы, что остался устранять остатки муки на поле боя. — А я уже было настроился на прятки, — усмехнулся Старк, застыв в дверях ванной комнаты. — Сойдёмся на ничьей? Мне очень не хочется потом оттирать это счастье по всему дому, — улыбнулся мелкий вредитель, стоя над ванной и стряхивая с волос белую смесь. Испачканная футболка лежала рядом. — Даже не знаю, — задумался мужчина, не отрывая взгляда от плавного изгиба позвоночника. — Где говоришь, у тебя там шрам? — разумеется он знал где, и уж тем более знал, как и откуда. Длинный, сантиметров семь-восемь, шрам неровной полосой перечеркнул местечко почти под солнечным сплетением и при каждом взгляде на него вызывал странное чувство где-то в груди. Вообще у Питера было ещё много более мелких отметин, но этот свежий и самый заметный. И сил не было, как хотелось не только видеть, но и потрогать, погладить, поцеловать. Всё это время они старательно избегали темы близости и дальше обнимашек и поцелуев не заходило. Но это не значило ровным счетом ничего. Видя рядом с собой это воплощение всех его эротических фантазий, просто чудо, что они до сих пор держали себя в руках. Но, кажется, лимит стремительно подходил к концу. — Ты мне про этот говорил? — Старк подошёл к нему со спины и положил колючий подбородок на плечо. Одной рукой он приобнял парня за талию, второй нащупал тот самый след от столкновения с когтями Стервятника и нежно погладил. Мелкий моментально напрягся, а под пальцами можно было почувствовать, как кожа покрывается мурашками. — Про этот, — кивнул Питер и наклонил голову, прижимаясь к виску Тони. — Только не думай о том, о чём ты сейчас думаешь, — попросил он. — Хм-м, ты сейчас про то как я лоханулся или… — мужчина теснее прижался к спине юноши, прихватив губами мочку. — У вас там случайно нет никаких обычаев на тему периода ухаживания или чего-то такого, о чём мне стоит знать до того, как я затащу тебя в душ, а потом в постель? — Если бы и были, — сглотнул Пит, очаровательно алея кончиками ушей, — мы… я нарушил их все ещё тогда.       Кажется, Тони всё-таки плохо влияет на молодое поколение.       Не то чтобы он жаловался. Ведь то, с каким нетерпением мальчишка отвечал на его поцелуй говорило о том, что не он один здесь давно хочет большего.       Кажется, они два идиота.       В просторной ванной комнате было не продохнуть. И нельзя сказать точно, из-за пара от горячей воды или из-за не менее жарких поцелуев двух влюблённых. Идея принять совместный душ была очень соблазнительной и отказываться от неё никто не собирался. Ленивые поцелуи, смущённо зажмуренные глаза и томные вздохи накаляли и без того пропитанную почти осязаемым желанием атмосферу в помещении. Питер цеплялся за плечи Тони, то ли боясь поскользнуться и упасть, то ли того, что тот, вдруг, возьмёт и передумает. Надо сказать, первый вариант был куда более реален. Старк не собирался отпускать его. Не сейчас. Одному богу известно, как давно он хотел вот так касаться такого желанного тела, что доверчиво льнёт к любимым рукам. Пальцы отчётливо ощущали под собой упругие мышцы на руках, чёткие линии пресса и невозможно соблазнительные тазовые косточки, которые так и хотелось прикусить, чтобы почувствовать, как напрягаются под ладонями бёдра, а мальчишка старается сдержать стон. — Т-тони… Что ты… О, боги! «Один-один, мелкий, » — ухмыльнулся Старк, накрывая губами сначала головку, а затем и весь давно возбуждённый член Питера, быстро наращивая темп. Парень возбудился моментально, ещё в процессе избавления от одежды, и в любом случае долго бы не продержался, а у Энтони были большие планы на этот день. — А… А как же? — У нас весь день впереди, — многообещающе ответил Тони, выпрямляясь и звонко чмокнув в нос окончательно разомлевшего от тёплой воды и оргазма парня.       Прохладные простыни приятно холодили разгоряченную после душа кожу, создавая изумительный контраст. Но Питеру всё равно казалось, что он плавится заживо. Всё его тело вспыхивало от каждого прикосновения рук любимого мужчины. Лицо горело огнём и дело было отнюдь не в ярких полосках, что светились не переставая с тех самых пор, как они оказались в ванной. Казалось, Тони поставил себе задачу оставить свой след везде, на каждом самом крошечном участке юношеского тела, составляя собственную ключ-карту к этому несносному мальчишке из поцелуев, касаний и лёгких укусов. Питер не знал куда себя девать от переполняющих ощущений и до предела смущающих действий его избранника. Всё же, ночью как-то… проще? Не так стыдно, как днём, уж точно, но отказаться от этого он был не в силах, балансируя на грани между стыдом и желанием спрятаться в любимое пододеялье, и порывом отдать всего себя, до самого последнего и потаённого уголка души, ему, Тони. Желание стать ближе, стать чем-то большим, чем есть сейчас, стало невыносимым, принося едва не физическую боль, срывая хриплый просящий стон с губ парня. — Малыш, — позвал Энтони, оторвавшись от нежной кожи в местечке за алым от смущения ухом, — ты же знаешь, что я тебя люблю? — спросил он, взяв в ладони его лицо, нежно проводя большими пальцами по скулам. — Люблю, — выдохнул в ответ Питер, приподняв бёдра и прижимаясь к паху Старка таким же требующим внимания членом. Старшему в их паре оставалось лишь надеяться на собственную выдержку. Питер сейчас олицетворял собой воплощённое желание и если у грехов Старка есть лицо, то это, с закушенной губой, зажмуренными глазами и влажной чёлкой, прилипшей ко лбу, станет одним из его воплощений. Юноша шумно дышал, периодически срываясь на стоны. Энтони был очень осторожен, ведь весь сексуальный опыт мальчишки сводился к их первой и единственной ночи. Тони откровенно сомневался, что он хотя бы дрочил, и если уж совсем честно, совершенно не представлял, как это можно было осуществить будучи кентавром. Но теперь, благодаря сумасбродности всё того же мальчишки, получать удовольствие могут оба. А мужчина никогда не чувствовал такого желания быть нежным и аккуратным с кем-либо. За своё терпение он был вознаграждён самым чувственным стоном в его жизни.       Питер хватал ртом воздух и до боли сжимал пальцы на плечах Тони, оставляя красные следы и тонкие царапины. Чувство наполненности сводило с ума и распирало изнутри, вырываясь наружу дорожками солёных слёз и несдержанными вскриками на новый толчок. Он не был настолько дремуч, чтобы не знать, как это происходит у мужчин. В их деревне каких только пар не было, и никто не делал из этого большого секрета. Да и сам Питер, чего уж там, никогда не думал, что ему повезёт настолько, что он встретит на своём веку кентавриду. Или хотя бы девушку. Но мистер Старк гораздо лучше. Ни с кем другим, Питер уверен, ему бы не было так хорошо, как сейчас. Так и должно быть у тех, кто любит. Только так, когда тебе невозможно хорошо и безумно страшно от того, как глубоко под кожу проник этот человек, от осознания собственной зависимости от его улыбки, взглядов и прикосновений. Да, он слышал, что с любимым звёзды кажутся ближе, но никогда не думал, что увидит их при свете дня. — Тони-и! — ему показалось, что сам он весь сжался до размеров молекулы и в тот же миг рассыпался на множество маленьких сверкающих частичек. Мысли в голове путались, метались встревоженными мотыльками, но и они исчезли, когда он чувствовал, что его партнёр тоже достиг предела. На глаза будто упала пелена, расцвечивая пространство яркими вспышками и всё стало неважно, стоило ему почувствовать, как Тони сжимает его в объятиях, прижимаясь губами к мокрому лбу своего любимого мальчишки.       Весь мир сейчас мог катиться в бездну. — Не думай об этом, ладно? — чуть позже, нежась в объятиях своего избранника, попросил Питер, почувствовав, как Тони ненавязчиво поглаживает шрам на животе. — Всё равно что не думать о розовой мартышке, — хмыкнул тот, прихватив губами кожу на шее парнишки. Аккурат рядом с наливающимся засосом. Кажется, кто-то увлёкся. — Ты не… — Мы оба знаем, что да, — оборвал на полуслове Старк, разворачивая Питера лицом к себе. — Да, малыш. — Но всё же хорошо. — Это не значит, что ничего не было, и твоя тётя не мечтает сделать из меня отбивную, — поморщился мужчина, вознося благодарность за то, что Мэй не явилась в Нью-Йорк вместе с обожаемым племянником. — Она бы не стала… — Уверен? — Не очень, — задумчиво пожевав губу, ответил Питер. Тони лишь улыбнулся и притянул поближе к себе своё кудрявое счастье. — Так, где, говоришь у тебя шрам? — вдруг произнёс Энтони. — Кажется, я не успел рассмотреть, — ответом был счастливый смех и с новой силой вспыхнувшие отметины на лице парнишки.

О, и чтоб вы знали, мука, когда её много, отвратительно смывается водой.