Сказки рыжей ведьмы

Этот рыцарь точно был послан действовать Ведьме на нервы. Он не верил слезам, не покупался на увещевания и не соблазнялся на кокетливо оголенные плечи. Угрюмо надувшись, Ведьма натянула платье обратно, скрестила руки на груди и, тряхнув рыжей головой, отвернулась к стене. Что ж, если он не хочет сотрудничать, значит она и не даст ему такой возможности. Хоть самолюбие не так пострадает. Молчание затягивалось, а Ведьма ну очень не любила тишину. Попытку запеть - даже не заговор, так, пьяную песенку! - рыцарь пресек еще часа два назад, когда арсенал хитростей только-только приоткрывался, а оптимизм пер изо всех щелей. - Твой сменщик на меня хотя бы смотрел, - громко пожаловалсь Ведьма, не ожидая ответа. - Он женат, - грубо буркнули сзади, и она едва удержала себя от того, чтобы моментально повиснуть на решетке и уцепиться за этот полупризрачный шанс на разговор. Вместо этого она грациозно поднялась, потянулась, развернулась, прошуршав платьем по полу, и только потом повисла на решетке, но лениво и словно нехотя. - Да-а? А по голодным глазам, устремленным на мой вырез, и не скажешь, - хихикнула Ведьма. Чужие черные глаза равнодушно скользнули по шнуровке на груди и снова уткнулись в противоположную стену. Немного не тот результат, которого она добивалась, но это уже прогресс! - Вырез как вырез, - снова буркнул рыцарь. - У всех баб такой. - Прям таки у всех, - фыркнула Ведьма. Она ревностно заботилась о своем внешнем виде, и такого платья уж точно ни у кого не было. - Тебе чего надо? - вдруг вздохнул рыцарь и прямо уставился в зеленые глаза ведьмы. На секунду он подумал, что ни у кого не видел таких красивых глаз, но быстро отмел эту мысль, приняв за очередную уловку. - Мне скучно, - вдруг честно призналась Ведьма, садясь перед решеткой. - Выпускать меня отсюда никто не собирается, кормить тоже, заигрывать с тобой что скалу соблазнять - дело совершенно гиблое... Рыцарь не издал ни звука, и воодушевленная Ведьма продолжила. - Я сейчас могла бы у Дракона вино пить. Или варить зелье приворотное, недавно заказ получила, но не успела выполнить... Или танцевать у костра с сестрами, - от последнего стало совсем горько. Окон в камере не было, но Ведьма итак знала, что луна на небе сияла полная. - А как здесь танцевать? - За что ты сидишь? - рыцарь не издевался, выглядел совершенно серьезным и, кажется, действительно хотел узнать. Ведьма криво усмехнулась, снова поднялась на ноги, вытянула руку через решетку, насколько хватило, и щелкнула пальцами. Взрыв получился совсем маленький, не больше яблока, но зрелищный: хлопок прокатился по пустым коридорам, стену напротив обдало копотью. - Ого. Это прозвучало уважительно. Уважительно! Ведьма села, где стояла, с открытым ртом, и уставилась на рыцаря. Тот закатил глаза и подошел ближе. - Сера и порох в рукаве или искристые чары? - деловито поинтересовался он, садясь напротив. Теперь их разделяли только стальные прутья, и Ведьма могла бы рывком достать до его шеи и задушить... - Искристые - это для девочек. Продвинутые чародейки пользуют взрывные, - сказала она вместо этого и, отодвинув юбку, начертила на полу пару рун пальцем. Они едва заметно засветились, повинуясь взмаху руки. - Видишь? База такая же, мощность больше... - А вот так пробовала? - спросил он. Просунув руку в камеру и воспользовавшись ее пальцем, как пером, он дописал к первой руне короткий хвостик. Ведьма похлопала глазами на новую конструкцию, а потом покачала головой. - Площадь поражения большая, я в радиус попадаю, - подумав, она поменяла вторую руну и, отведя руку в сторону, снова щелкнула. Вместо взрыва появилась огненная волна, подожгла солому на полу и, отрикошетив от стены, вернулась обратно к Ведьме. - Иии!!! Пожар залил рыцарь, плеснув водой из ведра. Обгоревший рукав Ведьмы оборвали, и теперь он, куцый, не мог скрыть клейма на предплечье. Ужасный ожог в форме буквы "К" - "колдунья", действовал на нервы, и Ведьма безжалостно дернула второй рукав, чтобы замотать руку хотя бы куском ткани. - Сюда дай, - в привычной манере сказал рыцарь, помахав перед собой бинтом. Ведьма побитой собакой глянула на него исподлобья и, вяло огрызнувшись, подставила метку. - Вот почему экспериментаторов все любят, а эксперементальную магию ненавидят, - вздохнула она, рассматривая устилающий пол мокрый пепел. - Как экспериментатор могу сказать, что это брехня, - вдруг рассмеялись с той стороны. И, подумав, добавили. - Экспериментаторов тоже ненавидят. Дверь камеры распахнулась. - Тебе налево, - посоветовал рыцарь. - Заберешь шмотки и вернешься, отведу на выход. Ведьма не стала спрашивать, молча прошмыгнула к кладовой и, собрав весь свой немудреный скарб, вернулась. Дальше они тоже шли молча, и только у самых стен замка Ведьма не выдержала. - Почему? - рыцарь замер, повернулся, сверкнув нечеловеческими глазами, и, наклонился. - Ведьмовская солидарность, красотка, - прорычал он ей в самое ухо, притягивая к себе за талию. - И мой тебе совет, носи что-нибудь менее обтягивающее, а то поголовье зомби растет. - Ч-что? - не сразу поняла ошарашенная Ведьма. Над ухом клацнули зубы. - И мертвого, говорю, поднимешь, - рыцарь оттолкнул Ведьму и ткнул в один из камней. Часть стены бесшумно сдвинулась в сторону. - Все, вали. Ведьма почти уже нырнула в лаз, но снова замерла и, подняв голову, ехидно спросила. - Как тебя зовут? - Альба, - ответили сверху. - Свидимся еще. - Ну, если меня завтра не убьют, - привычно пожала плечами Ведьма. Альба рассмеялся. - Все равно свидимся, по-любому из похорон ведьмы праздник устроят! Лаз закрылся. Ведьма поправила платье, затянула лиф потуже, села на метлу и с гиканьем взлетела в ночное небо. Ее ждал полнолунный костер и сестры, а остальное сейчас было не так и важно.