Because of you

Я надеваю балетки с цветочным принтом и помогаю застегнуть туфельки Лидии. — Ты оделась? — спрашивает Зейн, выходя из спальни. Он оглядывает меня. — Знаешь, почаще надевай эти шорты, — Зейн подмигивает. Я беру Лидию за руку и выхожу из квартиры. На улице тепло и сухо. Дождя не было на протяжении недели, а значит совсем скоро нас ожидает ливень. Мы подходим к машине, пока Зейн выходит из подъезда. Быстрыми шагами он подходит к нам, надевая чёрные очки на глаза. Белая футболка с бледно-голубыми вставками висит на его худом теле, но строгие брюки, зауженные к низу, делают его ноги ещё более длинными. Он снимает машину с блокировки, я пристёгиваю Лидию ремнём безопасности, который явно не понравился ей. — Это ещё зачем? Он неудобный, — возражает девочка, но я уверяю её, что это необходимо и, что даже я и Зейн пристегнуться. Сев на переднее сидение, я, как и обещала, пристёгиваю ремень, хотя редко это делаю, на самом деле. — Зейн, пристегнись, — говоря я, и глазами показываю на Лидию, внимательно смотревшую на него. Сначала он не понял, зачем это нужно, но посмотрев на мой ремень безопасности, обвившийся вокруг моего тела, он наконец-то пристегнулся. Зейн включил радио, которому Лидия, на удивление, пыталась подпевать, тем временем, как я отвернулась к окну. Я всё думала о Лиаме и о Зейне. В моей голове всё никак не укладывается то, что они снова вместе. Зейн даже решился выйти со мной на прогулку и ради чего? Ради того, чтобы Лиам что-то сделал в нашей квартире? И почему я вообще промолчала? Да потому что, я последняя дура. Нет, серьёзно. Кто будет молчать о таком? Ни один нормальный человек, чёрт возьми! И вообще, конечно, я знаю, что Зейн не скажет, что любит меня, но теперь, я даже не надеюсь на его чувства, ведь если бы парень действительно пытал чувства ко мне, он бы сказал. Или даже не связался с этим снова, как обещал. Мы останавливаемся на светофоре, и я моё тело подаётся вперёд. — Какого чёрта! — закричал Зейн, стукнув по рулю. — Смотри куда едешь, стерва! — он высунулся в окно и ясно дал понять, что этой девушке лучше не обгонять его снова. — Тихо, не ругайся при ребёнке, — прошипела я. — Я сам разберусь, — Зейн резко нажал на газ, и мы со скрипом рванули вперёд. — Вообще-то ещё горит красный, — сообщила я, обернувшись, чтобы убедиться в своей правоте. — Я знаю. — У тебя много денег на оплату штрафов? — Мне платят достаточно, чтобы оплатить какой-то штраф. — И где же? Он посмотрел на меня с глупым выражением лица. — На работе, представляешь? Ага, если бы только на работе. Я снова отворачиваюсь к окну. Не хочу начинать ссориться с ним, ведь из-за этого может сорваться наш отдых в парке аттракционов. Через несколько минут полного молчания, он паркуется на стоянке у парка аттракционов. — Какой он огромный! — воскликнула Лидия, захлопав в ладоши. Зейн выходит из машины, и я следую за ним взяв на руки Лидию. — Ну и куда мы пойдём сначала? — Зейн потирает щетину, смотря на девочку. Она пожимает плечами. Конечно, её можно понять. Она как будто попала в огромное королевство, где она принцесса и может выбрвть всё, что угодно. Ким и Патрик всегда очень заняты и ходить с Лидией в парк просто нет ни времени, ни сил. — Ты можешь выбрать любой аттракцион, — улыбнулась я. Девочка ещё раз огляделась по сторонам и задержала взгляд на карусели. На большой круглой платформе хаотично расположены животные дикой фауны, на которых уже катаются дети со своими родителями. — Хочу покататься на том жирафе! — Хорошо, нужно только купить билеты, -сказала я, идя в сторону киоска с билетами, стоявшего около карусели. — Сколько лет девочке? — спросила женщина в очках. — Два. — На карусели можно только со взрослыми, — сообщила она. — Хм, — мою голову посетила безумная идея. Хотя, не такая она уж и безумная, — Зейн, поедешь с Лидией? — конечно, это больше звучало, как утверждение, но он не обратил на это внимание. — Эм, нет, я не поеду на детской карусели, — засмеялся он. Значит не всё так плохо. — Как это ты не поедешь? Ещё как поедешь! Давай, давай, вспомни детство. — Ты серьёзно? Не поеду я. Тем более на жирафе. В наш спор вступает Лидия: — Ну, пожалуйста, дядя Зейн, поехали со мной на карусели. Взгляд Зейна смягчился? Словно его попросил собственный ребёнок, которому он не может отказать. Интересно, если бы у нас с ним была семья, то что она из себя представляла? И станем ли мы когда-нибудь полноценной семьёй? Семья — больше, чем просто два любящих друг друга человека. Семья всегда основана на доверии, любви, честности и понимании Чего мы не имеем. Конечно, в семье бывают ссоры и разногласия, что в нашем случае, частые явления, но всё равно, без трёх основных компонентов (любовь, доверие, честность, понимание), она невозможна. — Хорошо, но только, если мы поедем на том льве, — он подмигнул малышке, и она радостно засмеялась. Я передала ему Лидию, и они вместе пошли на карусель, отдав билетик проверяющему. Наверное, наблюдать за ними было лучшим, что я видела за последнее время. Даже Зейн преобразился, просто сидя на игрушечном льве. Конечно, это не меняет его, по крайне мере, не полностью. Но его отношение с детьми показывает, что в нём ещё есть тот Зейн, которого я полюбила. — Было весело правда? — спросила я, выкидывая мысли о Зейне, работающего с Лиамом. — Ага, очень, — он закатил глаза. — Что? Тебе не понравились аттракционы? — Глупый вопрос, на самом деле. — Да, ладно. По мне так тебе было очень весело, и вы мило смотрелись вместе, — я продолжила издеваться. — Ага, особенно, когда я из-за всех сил пытался не упасть с этого льва. Я засмеялась, и Зейн присоединился ко мне. Так здорово, просто так смеяться. — Нет, серьёзно, — продолжил он, ты видела, как люди смотрели на меня? Как будто я мальчик переросток, захотевший покататься на карусели для детей 0+. — Зейн, прекрати, — мой смех не планировал даже останавливаться. Живот начал болеть. Лидия, держащая Зейна за руку, тоже смеялась. — Да, думаю пора прекратить, а то у меня начинает болеть живот. Я кивнула. Мы отошли от карусели и сели на ближайшую скамейку. Зейн плюхнулся, выпрямив ноги. Мы с Лидией сели рядом. — Может быть никуда не пойдём? Я не хочу вставать с этой скамейки, — она снова засмеялся. — Но как же карусели? — спросила Лидия. Мы с Зейном переглянулись и тяжело вздохнули. — Мы были всего на одних каруселях, а уже устали. Из нас бы вышли не очень классные родители, — заметила я, не переставая улыбаться. — Пф, мы будем лучшими родителями. Мы. Будем. Лучшими. Родителями. — У меня идея, — продолжил он, — как на счёт батута. Хочешь на батут? Или в шарики попрыгать? — Шарики! — Вот и чудно. Пойдём и купим тебе билет. Мы подошли к той же самой кассе и купили билет в разноцветные шары. — Видишь, как я всё придумал. И мы отдохнём, и ребёнок повеселится, — сказал Зейн, когда Лидия наконец зашла в бассеин с шарами. Она сразу прыгнула в них и скрылась из виду. — Аккуратнее, — приказала я, когда девочка вынырнула из шариков. — Хорошо! — ответила она и побежала к какой-то девочке, сидящую рядом. Зейн подходит ко мне, пока я наблюдаю за игрой двух девочке, с которой уже успела найти общий язык Лидия. Думаю, сейчас самый подходящий момент рассказать ему о том, что я всё знаю. Разумеется, наш милый выходной будет испорчен, но зато я выскажу ему всё. — Зейн, нам нужно поговорить, — начинаю я. — Дженн, — он перебивает меня. Его рука аккуратно обвилась вокруг моей талии, притягивая ближе к себе. Я затаила дыхание, — я буду стараться. — Ты о чём? — Я буду стараться быть хорошим ради тебя. Ты единственный человек, который любит и верит в меня. Я не хочу потерять и тебя, — я внимательно слушаю его, не желая прерывать. — Прости меня. Конечно, смерть матери изменила меня, точнее я лишь потерял над собой контроль, и я снова вляпался в одно дерьмо, куда не должен был впутываться, и я благодарен тебе за то, что ты всё это время была рядом. Ты помогала мне не сорваться, я действительно старался, хоть и не всегда получалось и под удар, попадала всегда ты. Меньше всего на свете, мне нравится причинять тебе боль, но, к сожалению, иногда я ничего не могу с собой поделать. Я люблю, когда ты улыбаешься. Искренно. Но я не давал тебе поводов делать это чаще. Ты даже не представляешь, как мне жаль. — Зейн… — Не перебивай, — он помотал головой. Зейн продолжал говорить шёпотом, словно, если он скажет это громче, то это не окажется правдой. — Я прошу тебя, не лезь в мои дела, ладно? Я не хочу впутывать и тебя в них, ведь тебя это не касается, и я не хочу, чтобы ты пострадала из-за моего дерьма. Не звони больше Лиаму, никогда. И вообще не пытайся с ним связаться. Я думаю, ты знаешь, что он из себя представляет, но поверь, я знаю его намного дольше и лучше с ним не связываться с ним, никогда. Поверь, он делал много ужасных вещей с такими, как ты. Пока ты под моим крылом, он не тронет тебя. Но я не буду рядом с тобой всегда. Так что прошу, не переходи ему дорогу, ладно? — его глаза встретились с моими, и они были очень серьёзными, но в то же время полны заботы. Именно сейчас мне захотелось обнять его, крепко-крепко и сказать, что всё будет хорошо. Но вместо этого, я говорю неосознанное. — Зейн, я читала вашу с ним переписку, — я отворачиваюсь голову, но чувствую, как его рука на талии поворачивает меня к нему лицом вновь. — Дженн, господи, что ты читала? — шипит он. — Я читала…обо мне. Я не хотела, но у меня не было выхода. Он вдохнул и закрыл глаза. Я думала, что он накричит на меня и наплюёт на окружающих, но Зейн лишь спрашивает: — Ты что-нибудь писала ему? — Конечно нет. — Что именно ты прочитала? — его тон становится требовательным. — то, что ты чёртов наркодилер. — Ничего, я прочитала лишь о том, что он передал о моём звонке тебе. — И это всё? — его глаза заблестели, а хватка слегка расслабилась. — Да. Этим ответом я отвела от себя подозрения. Зная его, он подумал, узнав я такое, то сразу бы высказала ему всё в лицо, но нет. Я не собираюсь делать этого в ближайшее время. Вместо ответа он лишь обнял меня, уткнувшись лицом в шею. Я обвиваю руками его шею. — Обещай, что не будешь лесть в его дела, — шепчет он. — Обещаю, — лгу я. Если я узнаю о Лиаме больше, то я узнаю и о Зейне. И помогу ему вылезти из его дерьма. Прости Зейн, но я, как и ты. Не сдержу своего обещания, касающееся Лиама.