Петля Линча.

-То-есть, мы из параллельной мировой линии создали микроволновку, посылающую письма в прошлое? -Да, так и есть. -Мало того, мы создали машину времени? -Ага, и натворили делов. Девушка отпила небольшой глоток из банки с белой этикеткой, поставила её на столик возле себя и продолжила задавать вопросы: -И всё потому, что либо Маюри, либо я умирали? -Именно так. -Звучит как сказка: сам Хоин Кёма уничтожил свои творения ради жалких членов лаборатории. -Уже не отрицаешь моего величия? -Иди ты! -Я просто не мог оставить вас во тьме, без моего безумного светоча разума! -Окабэ! -Мне даже больно представить, как ты в другой мировой линии обходилась без моих советов и указаний, без моей фантастической лаборатории не менее фантас...       Договорить ему не дал удар по голове толщенным журналом, лежавшем на том же столике. -Следующим будет банка!-прошипела Курису. Окарин потирал место удара, умиротворённо глядя на курису. -Ты чего так смотришь? Понравилось? Окабэ улыбнулся. -Сейчас ты хочешь сказать, что-то типа: "всё ради себя любимого, из всех выгоду извлекаешь!" Курису покраснела. -Судя по твоему лицу, я прав. Окабэ повернул её лицо к себе, придерживая за подбородок, и заглянул прямо в глаза. -Скажи, сколько раз и в скольких мировых линиях я ещё должен сказать, что люблю тебя? Это же и есть причина, по которой я не остался на Бэтта линии. Там была Маюри, была машина времени. А я её стёр.       Девушка улыбнулась краями губ, закрыла глаза и обняла парня за шею, потирая свежее от удара место маленькой ладонью. -В этой скажи, дурак, ты остальные стёр. Окабэ положил руки на талию красноволосой и прошептал ей на ухо: -Всё ещё надо сказать? Та лишь усмехнулась и ответила, не отпуская головы учёного: -Неисправимый придурок. Во всех мировых линиях.