Музыка внутри

Когда ты ждешь чуда — оно спит в стеклянной банке Orange house — Когда ты ждёшь чуда

Жизнь в городе, в котором жила Т/И, едва ли можно было назвать сладкой. Хотя, некоторое время назад так и было. А сейчас скорее наоборот. Допустим... Прокисшей. Да, раньше этот небольшой городишко славился своими талантами. Местная музыкальная школа выпустила в свет больших городов достаточно много профессиональных музыкантов, добившихся успеха. С наступлением вечера улицы наполнялись прекрасными мелодиями. Они были совершенно разные. Некоторые — грустные, навевающие воспоминания. Некоторые — весёлые, заставляющие радостно смотреть в будущее. И, конечно же, насколько разными были песни, настолько разными были и исполнители. Некоторые — настоящие виртуозы, знатоки своего дела. Некоторые — начинающие, только ступающие на этот путь. Т/И до сих пор помнит, как в детстве хватала в руки папину гитару, которую едва могла удержать, и мчалась на оживлённые улицы своей малой родины. Она была уверена, что, стоит ей ещё совсем немного подрасти, она тоже научиться исполнять такие же прекрасные мотивы, как эти люди и монстры. Всё изменилось не так давно. Но факт остаётся фактом. Музыкальная школа теперь закрыта, вечерами никто не выходит на улицы, а почти у каждого дома можно заметить красноречивую табличку "Продаётся". Единственным ближайшим музыкальным мероприятием стало празднование прихода осени. Те, кто всё ещё пытаются заниматься музыкой, выступят там. Конечно, помимо музыкантов будут и другие концертные номера, но Т/И надеется именно на музыкантов. Потому что ОНА музыкант. Девушка — одна из тех, кто верит в бессмертнось классики. Нет-нет, не той классики, которая Бетховенская и Чайковская. Но той, которая... — Я буду петь Can't help falling in love! — отчаянно заявляет она женщине, записывающей участников концерта в блокнот. Та лишь томно вздыхает, карябая затупившимся карандашом по бумаге, после чего оглядывает очередь из других участников, чтобы определить, сколько времени она может потратить на Т/И. Много. Очень много времени, учитывая то, что в этом городе никто больше не хочет заниматься подобным. — Два дуба, три берёзы, — презрительно бормочет она, вспоминая старые добрые времена, когда желающих поучаствовать было столько, что ей приходилось сидеть тут круглые сутки. И получать за это премию, само собой, — Дорогая, ты уверена в выборе песни? Не думаешь, что это слишком банально? — Да вы что?! Классика никогда не станет банальной, — улыбается Т/И, стараясь скрыть неуверенность. — Т/И, я знаю, что ты очень увлечена музыкой. Но сейчас это больше не актуально, понимаешь? Брось ты эту заразу. Можно же ходить на курсы экономики, политологии... Ну... Философию изучать. Девушка не выносила таких разговоров. Если другие жители больше не понимают важности этого вида искусства в жизни человека, то это не значит, что она должна стать такой же. — Вы записали меня, да? — Да — Когда будут репетиции? — Что? Никаких репетиций нет. Это просто молодёжная самодеятельность. Никто не хочет вами заниматься. Сейчас пойдёшь, предупредишь местных музыкантов о своём выборе, чтобы они приготовили тебе музыку, и явишься на концерт. — В каком смысле? Надо же с ними порепетировать, чтобы как-то притереться, как они играют, как я пою, ну и всё такое... — Т/И... — Оу... Ясно, ладно, я всё поняла. Девушка отходит в сторону, чуть останавливается и, набравшись напускной уверенности, идёт в кабинет музыкантов. Её переполняют странные чувства. Ей нравится петь, ей нравится то, что она сможет участвовать в этом мероприятии, она по-настоящему счастлива. Но в то же время страх и ненависть захватывают её душу. Её город больше никогда не будет тем, которым он был раньше. Его жители уже никогда не изменятся. И скоро этого города вовсе не станет, если большинство продадут свои дома под строительство какой-нибудь базы для популярной фирмы.

* * *

В последнее время Найтмеру было скучно. Он решил немного абстрагироваться от своих грандиозных планов и взять "отпуск". Самое время для того, чтобы поохотиться. А он определённо прирождённый охотник. На его счету уже есть несколько судеб, рухнувших под гнётом кошмаров и отрицательных эмоций. Он выслеживал каждую из этих несчастных душ. И, пусть это занимало немного больше времени, чем у каких-нибудь убийц, добивался своей цели, он всегда был доволен результатом. Но теперь всё будет немного иначе. Он выбрал себе жертву. Но действовать будет не издалека. Наоборот. Максимально близко. " Весёлый эксперимент" — так он охарактеризовал свою новую тактику. Он собирается находиться возле своей жертвы и угнетать её по максимуму. А живёт она в городе, потерявшем надежду. И эта дуралейка надеется вернуть её. Что может быть лучше, чем сломать такое прекрасное, светлое существо? Правильно. Лично видеть, как оно ломается. Осталось только прикинуться куратором этой девчонки.

* * *

— Алло? — Т/И?, — спрашивает голос той самой женщины с блокнотом. — Да. Что-то случилось? — Мэр города приказал собрать всех участников концерта в детском лагере. Ну, он всё равно закрыт. Те, кто будут выступать на следующей неделе, останутся там, до этого момента. Ты отправляешься туда. Каждому участнику полагается куратор. Твой уже ждёт тебя а вашем домике. Номер... — на том конце трубки что-то зашуршало, должно быть, женщина искала, где записала эту информацию, — Номер шесть. Приезжай, как можно скорее. Т/И и сама не успела заметить, как собрала вещи. Если мэр решил поселить там участников, возможно, это значит, что он стал ответственнее относиться к своим обязанностям. Так что, возможно, всё вернётся на круги своя?

* * *

Девушка добралась до лагеря и стояла напротив дома с цифрой "6", упавшей набок. Сейчас она увидит своего куратора. А что, если он один из тех выходцев музыкальной школы? Или, может, преподаватель? Ей нетерпится узнать. Именно поэтому Т/И открывает дверь и... — Привет. В коридоре стоит что-то наподобие скелета. Чёрное, как, по всей видимости, будущее городка, жуткое, как первые попытки Т/И играть на гитаре, да ещё и с щупальцами, торчащими из спины, как сосиски из тарелки с макаронами. — Здравствуйте. Т/И захлопнула дверь, так и оставшись стоять на пороге. — Это было не очень вежливо, — доносится изнутри самодовольный голос. Девушка не может взять себя в руки. Он вообще не похож на того, кто хоть что-то понимает в музыке. Да, она видела и других монстров, многие из них действительно были жуткими. Но такие... Нет, так её ещё никто не пугал. Этот товарищ будто окутан ореолом страха, передающимся, как чума в средневековье — быстро, бесповоротно и со вкусом. Она делает глубокий вдох и снова открывает дверь. Существо осталось на том же месте. — Извини... Просто ветром захлопнуло. — врёт она, — А ты... Мой куратор, да? — Конечно. — Ты же понимаешь в музыке?.. — Дорогая моя, если ты не знаешь нынешних героев эстрады, — вкрадчиво начал он, подойдя к девушке, — То что ты вообще тут делаешь? Само собой, он врал. Без зазрения совести врал. Но зато эта пресловутая совесть была чиста. Всё потому что он ей не пользовался. Т/И мялась с ноги на ногу. Она действительно в последнее время за этим не следила. Что ж... Если она хочет достигнуть своей цели, стоит ему верить. Но ещё не известно, кому цель достигнуть хочется сильнее — тому, кто разрушит последний луч надежды или тому, кто хочет эту самую надежду возродить в сердцах остальных.