Это война, братец!

      Харли и Питер никогда особо не ладили. В детстве они вечно ссорились из-за всяких мелочей (один раз даже до небольшой драки дошло), постоянно пытались выяснить, кого из них родители любят больше, хвастались, у кого больше всего друзей. Но, несмотря на все это, семья была дружной… ну, по крайней мере, до тех пор, пока мальчики не стали подростками. Сразу появились выяснения, кто кого круче, кто умнее, сильнее, и кто добьется в жизни больших успехов.       Однако своего апогея эта борьба достигла тогда, когда Питер по собственной глупости, в надежде похвастаться рассказал Харли о его отношениях с Дэдпулом. Ну а Харли, в свою очередь, раскололся об этом родителям (специально или случайно – до сих пор никто не знает, но Питер ставит на первое), которые, очевидно, в восторге не были.       И вот одним прекрасным вечером, когда ничего не предвещало беды, случилось это.       Стив тогда пришел домой поздно. Переодевшись, он зашел в просторную гостиную, где проводила время вся его семья: Тони с Харли пялились в телевизор, а Питер помогал малышке Морган нарисовать комикс про смелую тетю Валькирию и ее летающего коня.       Стив подошел к мужу, развалившемуся на диване, наклонился к нему и поцеловал в макушку, слегка растрепав ладонью спутанные волосы.       – С возвращением, – не отрываясь от экрана, пробубнил Тони и повернул голову навстречу теплым рукам.       Стив обнял его за плечи и взглянул на часы на запястье. Он устало и недовольно вздохнул:       – Прости, не успею приготовить ужин.       – Без проблем, – ответил Тони, доставая телефон из кармана джинсов, – Сейчас позвоню в пиццерию. Дети, сегодня на ужин пицца!       – Ммм, – протянул сонный Харли, который так хорошо дремал, пока возглас папы не разбудил его. – Класс, а я-то думал, у нас на ужин жареный петух…       Харли посмотрел на брата, вскинув брови, на что тот выдал лишь гримасу непонимания.       – Ты о чем? – спросил Тони, уже держа телефон у уха.       – Ну как, разве вы не слышали вчера? – Харли взглянул на родителей, те переглянулись и так же непонимающе уставились на сына.       Харли закатил глаза и начал свое мини-выступление. Он скорчил лицо и с придыханием начал копировать голос брата, цитируя его:       – «Ах, Уэйд! – наигранно простонал он. – Да, глубже! АааааАА! Кончаю!» – Харли задергался, изображая оргазм, снова закатывая глаза и еле-еле сдерживая собственный смех.       – ЗАТКНИСЬ, ПРИМАТ! – заорал Питер, как только услышал имя Уэйда. Но подбежать и заткнуть брату рот вовремя он не успел.       – Харли! – гневно прокричал Стив, торопясь к дочери. – Здесь же Морган!       Продолжая мычать что-то в руку брату, Харли посмотрел на Стива и увидел его красное от злости лицо. Зато на руках у него уже сидела заливающаяся смехом от кривляний брата Морган, которую отец поспешил унести в другую комнату.       Тони же в это время уже успел отдать Пятнице приказ о подготовке костюма и, выбегая из комнаты вслед за мужем, крикнул сыновьям:       – С вами двумя я разберусь позже!       Через несколько секунд братья увидели, как Железный Человек улетает куда-то в сторону небогатых районов, где как раз жил Уэйд. Питер провел по своему красному от стыда и гнева одновременно лицу обеими руками. Харли же залился звонким смехом, откидываясь на спинку дивана.       – Ты худший брат на свете! – Питер со всей дури ударил Харли ближайшей подушкой. – Ненавижу тебя! Зачем ты это сделал?! Ты хоть представляешь, что теперь со мной будет?!       Харли, уклоняясь от ударов, продолжал смеяться и вытирал слезы с глаз.       – Да просто нехрен каждые выходные трахаться, как в последний раз. Я, вообще-то, здоровый сон теряю из-за вас, кроликов пидрильных.       Питер не нашел, что ответить на это. Он быстрым шагом направился к выходу, судорожно доставая телефон из заднего кармана и набирая срочное сообщение. Не сложно догадаться, кому именно.

***

      После громкой тирады разгневанного Тони (который по счастливой случайности не обнаружил Уэйда дома) и трехчасовой лекции Стива на тему всего, что только касается отношений, секса и Дэдпула в частности, Питер понял, что Харли заслуживает мести и немедленно.       Питер долго думал над способом хорошенько насолить братцу в ответ, когда примерно неделю спустя сама судьба не преподнесла его.       Дело было поздним вечером, когда Стив ушел укладывать Морган спать, а Питер с Харли сидели на кухне, занимаясь исключительно своими делами и не говоря друг другу ни слова.       Нарисовался Тони, который пришел за очередной кружкой кофе, пока Стив не видит.       – С кем переписываешься? – спросил Старк, проходя мимо Харли, который уже около часа не отлипал от телефона.       – Да так, с другом, – ответил тот, с улыбкой на лице набирая очередное сообщение.       – М-м, – вскинув брови, протянул Тони и направился к кофеварке.       Очевидно, Питеру безумно повезло с его улучшенным зрением, благодаря которому он последний час смог прочитать все, что там его брат пишет своему другу. И вот наконец настал его звездный час.       – Это вы с ним друг другу секст и обнаженку отправляете? – Питер подбежал сзади и уставился в экран телефона, который Харли попытался немедленно спрятать. – Ух ты, а это че за фотка?       Питер нажал на изображение и мысленно поблагодарил отца за изобретенные им навороченные телефоны, которые могут голограммой вывести изображение на всеобщее обозрение.       – Не твое дело! – закричал Харли и поспешил убрать уж очень личную фотографию, пока Тони не успел повернуться и посмотреть на нее. И вроде как у него получилось, если бы не одно «но».       – Харли! – послышался недовольный возглас Стива из-за спины. – Как тебе не стыдно! Неужели, ты не знаешь, что рукоблудие это грех?!       Пока Стив продолжал толкать тираду, Тони с Питером тихонько посмеивались в сторонке. Посмотрев на брата, Питер словил на себе его гневный «я-тебя-уничтожу» взгляд.       – Это тебе за все, мудила, – весело прошептал Питер, наклонившись к Харли и хлопнув того по плечу. – Наслаждайся!       Он подмигнул и оставил брата участвовать в неловких разговорах с родителями. Питер был счастлив, несмотря на ясное понимание того, что отныне он на самой настоящей войне.

***

      Разумеется, Харли этого просто так не оставит. Питер схитрил, воспользовался своими суперсилами. Что ж, Харли тоже кое-что умеет (благо он проводил достаточно времени с отцом в лаборатории)…       Когда Питер в очередной раз пришел домой со школы, он заперся в своей комнате (в общем, ничего нового) и стал ждать звонка.       Вскоре телефон замигал, и на экране высветилось знакомое имя. Питер заулыбался, схватил мобильник и нажал на кнопку ответа.       – Алло, Паучок, – сразу же раздался радостный голос на том конце провода. – Как делишки у малышки?       Питер не смог не захихикать.       – Все хорошо, Уэйд, – ответил он. – Ты как?       – Нашинковал пару плохих ребят сегодня, лишился мизинца на правой ноге, но нам ведь это не помешает, принцесса? – Уэйд немного помедлил. – Всё в силе?       – Да, сегодня буду, – Питер начал задумчиво наматывать шнурок со своей толстовки себе на палец, облизывая губы. – Выйду, когда все уснут. Папа, правда, опять будет всю ночь в мастерской, но, думаю, он будет слишком занят. Окно, веб-шутеры, и Паук на воле…       – Ну и куда это мы намылились? – поинтересовался Тони возмущенным тоном.       – Папа?! – Питер чуть не упал со стула, заслышав отцовский голос из динамика телефона.       – Я сейчас иду в твою комнату, поговорим, юноша! – донесся голос Стива, который заставил Питера покрыться мурашками с ног до головы.       – Охох, кажется, у кого-то проблемы! – из трубки послышалось ржание Харли, и страх Питера сменился очередным приступом гнева. Так вот, кто это сделал!       – Харли! Ах ты… – Питер хотел обрушить на брата все ругательства в своем словарном запасе, но вовремя вспомнил о родителях, которые тоже услышат его. Поэтому он лишь медленно вздохнул, пытаясь успокоиться, но это слабо помогло. – Неужели все подслушивают мои разговоры?!       – Вот и нет! – раздался голос сестры.       Питер вымученно закрыл лицо рукой.       – Это война, братец! – сказал Харли прежде, чем повесить трубку и оставить брата с родителями один на один.       Питер злобно прорычал и принялся выслушивать очередные тирады Тони (хотя прилетало тут скорее Уэйду) и дожидаться лекций Стива, когда тот доберется до комнаты сына.       Правда, все, о чем сейчас мог думать Питер, – то, как он снова будет мстить Харли. И на этот раз он пообещал себе, что все будет гораздо – гораздо! – хуже.