mint sugarfree gum

«Как насчёт того, чтобы провести совместный фотосет?» Сообщение висит непрочитанным ещё два дня. Непрочитанным, разумеется, для некоего drama queer, но Юнги за сорок восемь часов весь извёлся, прожигая взглядом висящее уведомление. Утром третьего дня Мин, дёрнувшись от звука пришедшего сообщения, встревожено глядит на экран. drama queer: Видел тебя вчера в универе. Ты очень милый в этой толстовке. Узнаю ли я, что скрывается под ней? ;) mint sugarfree gum: Ну и мерзкий же ты. drama queer: Это значит да? — Да что он вообще себе позволяет?! — возмущается парень и, наплевав на игру в молчанку, строчит ответное смс. mint sugarfree gum: Это значит катись нахуй отсюда и не пиши мне больше. drama queer: Раз всё ещё не заблокировал меня, значит, так не считаешь. Прекрати упираться. Я готов заплатить, очень много. А ты, я уверен, знаешь себе цену. Видео, где ты засветил своё лицо, я по щелчку пальцев, а точнее, мыши, отправлю твоим друзьям и директору в универе. Если бы глаза могли выкатиться из орбит, то миновы сейчас сделали бы это. Юнги неимоверно зол. Пиздец, как зол, на этого сталкера, афериста, извращенца… как его он только не называет. Парень, сомкнув веки, шумно выдыхает и набирает ответ. mint sugarfree gum: Думаешь шантажировать меня? Вперёд, только я могу накатать заявку в полицию на тебя, урод. drama queer: Прости, я бы хотел, чтобы наше знакомство завязалось совсем иначе. Прости меня, Юнги. А вот на этом моменте парню мерещится, будто кто-то несдержанно долбит в дверь. Отмахиваясь от навязчивого глюка, он раздумывает над ответом. Юнги страшно. Он ничего, блять, понять не может. Чувство, словно его нехитро обвели вокруг пальца, грызёт изнутри. mint sugarfree gum: Ты всё ещё думаешь, что я позову тебя к себе домой? drama queer: Скорее, это я бы позвал тебя к себе домой, но мы можем встретиться на нейтральной территории, если тебе будет так спокойней. Обещаю, что буду вести себя в рамках дозволенного. И ещё я куплю пончики. «Мозги себе купи, полудурок» — думает Мин. В эту же секунду Юнги приходит новое сообщение от хозяйки квартиры, что он снимает. бесячая хрень (Лиен): Привет, Юнги. Напоминаю, что оплату за квартиру принимаю до конца недели. — Блять! — ругается парень и вспоминает, что в кошельке как назло осталось лишь пару купюр. — Какого чёрта это творится?! Мин прикрепляет метку с адресом и отсылает, думая, что надо бы поискать стабильную работу. drama queer: Спасибо за доверие, куколка (´ ω) — Мин Юнги, ты официально идиот и продажный еблан, — хнычет парень и роняет голову. Неделя ожидания тянется сплошной паранойей: во время занятий обычно сосредоточенный Юнги стал тревожным, накидывая капюшон толстовки на голову и не снимая с лица маску, пока не доберётся до дома, предложения девушек игнорирует, идти с Хёрин — тоже, да и его выходы ограничиваются походами от универа и обратно, ну и, собственно, в супермаркет. В блог выкладывать что-то не торопится, несмотря на заваливающие парня тревожные смс-ки подписчиков. Приятно, что за него беспокоятся — Юнги в самом деле ценит такую заботу. Как бы Мин всячески ни пытался оттянуть неизбежное, но он просыпается не по будильнику и разочарованно стонет, видя, какой сегодня день. «Суббота» отныне каторга, на которую Юнги добровольно согласился пойти. Он пишет «квиру», чтобы узнать, во сколько тот собирается прийти. mint sugarfree gum: Во сколько тебя ждать? drama queer: Доброе утро. Рад, что ты сам мне написал, сладкий. Я заехал на работу, через час освобожусь и буду у тебя. Юнги бросает телефон на кровать и лениво собирается в душ. Потягивается, разминая затёкшие мышцы, пару раз зевает и только потом в развалку идёт в ванную. — Надо было хотя бы фото его попросить, — думает Юнги, подставляя лицо прохлаждающим струям воды. Он решает не заморачиваться над нарядом и выбирает голубой кроп-топ и вельветовую юбку. В дополнение надевает белые гольфы с аккуратными бантами, и, застёгивая на шее серебряный кулон с ракушкой и жемчужиной внутри неё, крутится, смотрясь в зеркало. Выставляет по очереди бёдра, выглядывая из-за спины, и, наклоняясь в пояснице, шлёт себе ладонью воздушный поцелуй. Парень включает музыку на телефоне, и, подпевая в кулак, служащий микрофоном, пропускает трель дверного звонка, а затем и то, как распахивается входная дверь. Юнги занимается этим примерно минуты три, прежде чем, пританцовывая, выйти из комнаты и уставиться на мужчину в дверях. — А… вы кто? — недоумевает Юнги. Песня всё ещё играет, и на моменте «Я остаюсь верна своему папочке» Мин, под нос ругнувшись, убегает в комнату и ставит музыку на паузу. — Ты, видимо, забыл запереть дверь. Это я просил о встрече. — Правда что ли? — язвит Юнги. — Имя хоть своё скажи. — Чимин. Пак Чимин. Теперь ты знаешь, что будешь выстанывать на пике оргазма, — лучезарно улыбается парень и сбрасывает обувь. — Где здесь ванная? — Э… прямо и налево, — отвечает Юнги и взглядом провожает гостя. Чимин оказывается красив. Настолько, что аж перехватывает дыхание. У Чимина рыжие, спадающие на лоб волосы, которые он уже поправил дважды, нежная, а главное, идеально чистая кожа и мягкие черты лица, что вызывают в Мине восторг, пухлые губы, прекрасные глаза цвета мокко и, Юнги не сомневается, не менее прекрасное тело, что парень скрывает рубашкой до колен и светлыми джинсами. — Ходячий пиздец, — думает Мин, наблюдая за тем, как Чимин уверенно идёт на его кухню. — Я взял вино и пончики, как и обещал. — Это было необязательно, но похвально. У тебя есть идеи по поводу фотосета? — интересуется Юнги, разглядывая бутылку вина и пытаясь не выдать волнения. — Буду импровизировать, — отвечает Чимин. — Где у тебя бокалы? — Я не пью. — Понятно. Значит, либо из кружек, либо из горла, — Чимин поворачивается к шкафчику с посудой и прискорбно смотрит на Мина. — Одна кружка. Серьёзно? — вздыхает Пак. Он достаёт единственную посуду и плещет в неё немного вина, а сам решает пить из горла. Юнги принюхивается к жидкости, морщится, а затем пьёт вместе с Чимином. — Ну и гадость, — выдаёт он и демонстративно кривится. — Мерзость. — Ты прям как маленький ребёнок, — забавляется Пак и достаёт из коробки пончик для Юнги. — Может тебя ещё и с рук покормить? — Покорми, давай, — говорит Мин и чувствует, как к губам липнет глазурь от того, что Чимин тычет в него пончиком. Юнги озадаченно смотрит на парня и откусывает кусочек от сладости, довольно улыбаясь. — Вкусно… Но я располнею, так что доешь сам и пошли. — Я тоже не буду, — отказывается Чимин и встаёт из-за стола. Юнги уходит в комнату — Пак следует за ним. Пока он, скрестив ноги, сидит на миновой кровати и осматривает комнату, Юнги возится с техникой и думает, что хорошо было бы купить новый объектив для камеры.  — Вставай, всё готово. Мин подходит к камере и засекает таймер, Пак встаёт за ним и секунду мешается. — Расслабься, ты можешь трогать меня, — разрешает Юнги и смотрит на своё отражение в объективе. Юнги хочется, чтобы его трогали. Чимин вплотную встаёт к Мину сзади. Одной рукой обвивает шею, второй медленно скользит по оголённому животу — Юнги удерживается, чтобы не вздрогнуть. — Не засвети наши лица, — насмехается Пак и получает локтем в живот. — Тихо, сладкий. Юнги поворачивает голову к Чимину, выделяя ключицы — Пак совершает то же самое. Мин затуманено глядит на парня и размыкает сжатые губы. Щелчок вспышки — и парни меняют позу. Чимин отворачивается спиной, и теперь миново дыхание ласкает шею Пака. Оно приятное после мятной жвачки, да и сам Юнги пахнет мятой. Волшебно. Пока Чимина уносит в сотворённый им райский уголок, Юнги хочется на стенку лезть и шипеть, выпустить когти, ждать, пока Чимин его усмирит и довольно урчать, выгибаться. — Сладкий… — шёпотом начинает Пак, нижней губой чуть касаясь уха. — Ты не будешь против, если я сделаю кое-что? — Не спрашивай, — так же тихо отвечает Мин. Пак разворачивает его к себе и подхватывает на руки, заставляя Юнги в предвкушении вздохнуть. Идёт вместе с парнем на руках до самой кровати и садится на расправленную постель, Мина пристраивая на коленях. Ладонью Чимин ведёт вверх по бёдрам, очерчивая круговыми движениями. О рамках дозволенного парни забывают. О том, что это всего лишь фотосессия — тоже. — Ты представить себе не можешь, как я хочу разорвать эту юбку по швам и долго наказывать тебя. Ты знатно потрепал мне нервы, Юнги, — серьёзно говорит Чимин, глядя на растерянного Мина. Пак возвращает ладонь на чужое бедро и большим пальцем приподнимает кромку юбки, а затем, словно по мрамору, скользит, пробираясь к резинке трусиков. Юнги чувствует, как его медленно освобождают от лишнего слоя одежды, и прикрывает глаза. Бельё небрежно отбрасывается куда-то в сторону. Чимин запускает ладонь под юбку и большим пальцем невесомо проводит между ягодиц. Мин не сдерживается и жалобно всхлипывает. — Выеби меня, — просит Юнги и как-то случайно выходит, что трётся каменным стояком о колено Пака и стонет. — Юнги… — выдыхает Пак но, осознав, что произошло, шарахается от него. Тот бы упал, если бы не подхватившие его за талию руки Чимина. Он усаживает парня на кровать, а сам пристраивается слева. — Извини, мне стоило контролировать себя, — смущённо говорит Юнги. — Всё в порядке, это не твоя вина. — Ты прав. Это не моя вина. Не будь таким сексуальным, — дуется Мин, глядя на довольно улыбающегося парня. — В интернете ты смелее. — В интернете не всегда говорят правду. После этого Юнги с облегчением ложится на спину, уложив руки под голову. Ему следует о многом подумать сегодня.  — Сколько с меня? — прерывает тишину Чимин. Юнги и думать забыл, что кончиться должно всё так: он возьмёт деньги и выпроводит Чимина из квартиры. Больше никогда не увидится с ним, а вскоре и забудет о том, кто такой этот Пак Чимин. — Я бы соврал, если бы сказал, что мне сейчас не нужны деньги, — начинает Мин. — Хозяйка квартиры просит оплату сегодня, а я банкрот. — Просто назови необходимую сумму. — Миллион вон, — грустно вздыхает парень. — Нескромно с моей стороны, прости… — Забудь, — просит Чимин и отсчитывает купюры. Набрав нужную сумму, парень отдаёт деньги Мину. — Ты не будешь жить под мостом. — Зато умру красивым, — отшучивается он. Пак с минуту не сводит глаз с Юнги и затем, понуро вздохнув, выходит из спальни. Мин следует за ним, провожая застенчивым взглядом фигуру на пороге. — Ещё увидимся, — бросает Чимин и мимолётно целует растерявшегося Юнги в щёку. Захлопнувшаяся дверь приводит Мина в чувство, и тот уносится обратно в комнату, с разбега прыгнув на кровать и спрятав заалевшее лицо под подушку. — Надо бы перекинуть вечером фотки, — думает парень, но какие фотки, когда вокруг происходит такое? Юнги всё же находит время загрузить снимки на компьютер и рассмотреть их: отобранные двадцать им сохраняет в отдельную папку «Чимин», а затем скидывает Паку в тамблере. Отвечает парень почти что сразу. drama queer: Дай мне свой номер телефона. Мин польщёно ухмыляется. gum2cum: Вот так сразу? А больше тебе ничего не дать? drama queer: Из-за тебя у меня в голове ни одной приличной мысли ;) drama queer: На самом деле, я хочу встретиться с тобой ещё раз. Завтра или как тебе будет удобно. Куда-нибудь сходим, если не возражаешь. gum2cum: Типа… на свидание? dramaqueer: Типа на свидание. Юнги делает вид, что думает несколько долгих минут и в конце концов даёт Паку надежду ответ. gum2cum: Что, если я скажу да? *** Они договариваются, что Чимин заедет за Юнги в пятницу в восемь вечера — у него как раз останется время принять душ и переодеться. Изначально Мин вообще хотел проебать пары и выспаться, но Чимин настоял его на обратном. Мыслями Юнги давно с Паком, но в реальности он в аудитории университета коротает время на третьей паре. Монотонные речи профессора погружают в сладкую дрёму, и парень сдаётся, из последних сил подпирая голову руками. Фантазии Юнги о сегодняшнем вечере с Чимином заставляют причмокнуть губами и бездумно урчать себе под нос. Всё, как вчера, только вдвоём они уже в постели старшего, и руки его стягивают одежду с Юнги, под своими прикосновениями заставляют трепетать и тихо молить сделать уже что угодно. Пак шепчет ласковые утешения и рассыпается в поцелуях. Нежно и проникновенно, дотрагиваясь до каждого позвонка, вниз к бёдрам и… — Ах, Чимин, — высоко вздыхает Юнги, обращая на себя внимание студентов и профессора. — Господин Мин, вам хорошо? — беспокоится мужчина, и Мин, помотав головой, отпрашивается выйти. Парень налету забрасывает тетради в рюкзак, пряча алеющее лицо куском чёрной толстовки. Выйдя из аудитории, Юнги часто-часто дышит ртом и… — Блядство! — шипит он, когда видит огромное влажное пятно на джинсах. — Пак ёбаный Чимин заставил меня позорно кончить в штаны, будучи всего лишь фантазией! Парень оттягивает толстовку вниз, дабы спрятать этот кошмар, и направляется домой. После такой разрядки ему однозначно нужен отдых. Погода стояла тёплой — хоть это радовало. Юнги неожиданно звонят и он тянется принять вызов. «Чимин» светилось на дисплее. — Алло? — Привет, Юнги. Сегодня всё в силе? — Да, конечно. Как у тебя дела? — Я иду на свидание с божественным парнем, какими дела ещё могут быть? — он чувствует, что старший улыбается.  — Ты преувеличиваешь, Чимин, — смеётся Юнги. — Ох, я забыл спросить: тебе будет удобно, если свидание перенесётся? — Ладно, я не против. Так во сколько ты заедешь? — Я прямо здесь, Юнги. За твоей спиной. Не успевает парень обернуться, как его обвивают чужие руки и притягивают к себе. — Я скучал, — выдыхают Мину в шею. — Очень хотел тебя увидеть и уехал пораньше. — Чимин… — смущается Юнги и накрывает чиминову ладонь своей. Они стоят так минуты три, а потом Мин резко вспоминает, что случилось с ним ранее, и одёргивает руку, выбираясь из объятий старшего. — Ты чего? — не понимает Пак и делает шаг навстречу. — Слушай, я не совсем в форме и… господи, на мне ещё дурацкая растянутая толстовка и старые кеды. Давай встретимся позже, прошу, я отвратителен сейчас, — хнычет Юнги. — Глупенький, — говорит Пак и обвивает младшего руками. — Знаешь, я бы прямо сейчас разложил тебя на капоте своей машины, но, боюсь, это неправильно поймут, — шёпотом произносит он в самое ухо Юнги и, развернув парня к себе, нажимает на кончик носа. — Я взял много вкусных штук из старбакса, так что садись в машину и поедем ко мне домой. Намечается кое-что интересное. Обещаю, тебе понравится. Чимин галантно открывает дверь своего BMW перед Юнги, а сам обходит авто и садится за руль. Весь путь до дома Пака они провели в тишине, слушая радиоволну с фолк-роком и переглядываясь друг с другом. Мин смотрит на старшего, пока тот сосредоточен на вождении, и неловко отводит взгляд в сторону в моменты, когда Чимин ловит его с поличным. — Ты стал таким стеснительным, Юнги. Признавайся, влюбился? — подстёгивает юношу старший. — Только идиот влюбится в тебя, — отмахивается Мин. — Ну что ж. Поздравляю, Юнги, в таком случае ты идиот, — улыбается Чимин, и возвращается к дороге. Юнги клянётся, что чиминова улыбка вполне могла бы заменить ему солнце. Автомобиль заворачивает на дорогу, ведущую к району пентхаусов, и заезжает на подземную парковку одного из небоскрёбов. — Ты наверняка сильно голоден, так что давай мы сначала поедим, — говорит Пак, когда они заходят в квартиру, и сразу же проходит на кухню. — Да, конечно. Чимин… — несмело зовёт его Юнги. — У тебя не нашлось бы одежды для меня? — Возьми в шкафу то, что понравится. Надеюсь, ты в ней не утонешь. — Да ну тебя, — обижается Мин и уходит в комнату старшего. Обида обидой, но сменить одежду хочется. Комнату Пака в основном занимает огромная кровать. Позже Юнги видит рабочий стол у окна и внушительный гардероб, откуда он и достаёт одна за другой вещи. Взгляд цепляется за белую футболку с вызывающей надписью и короткие трикотажные шорты. То, что надо. Чимин в это время переносит еду с кухни в гостиную, ставит её на журнальный столик и поправляет подушки на диване. Когда он замечает стоящего Мина, облокотившегося на дверной косяк, то оглядывает его прикид и заливисто смеётся. — Я не гей, но мой парень да, — читает Пак надпись на футболке. Юнги на это лишь пожимает плечами и изучает то, что принёс Чимин. — Ты сделал это специально, да? — осуждающе спрашивает Юнги, глядя на ягодные пирожные, булочки и холодный чай в стаканах. — Просто балую тебя, сладкий, — отвечает старший и ладонью посылает воздушный поцелуй сидящему справа Мину. Тот с сомнением оглядывает вкусности, а затем и Чимина, но заверив себя, что один раз погоды не сделает, откусывает кусочек. — Я уже начал забывать это блаженное чувство, — тянет парень. — А что же насчёт того пончика? — насмехается Пак, отпивая чай из своего стакана. — Это не считается. Утолив голод и побаловав свой организм порцией сладкого, Мин, развалившись на диване, ждёт ушедшего на кухню старшего. В голову до сих пор не приходят идеи о «сюрпризе» Чимина. Ну что может понравиться Мин Юнги? Парень молится, чтобы это была не одежда, но Пак отнюдь не бестактный, так что ему остаётся только ожидать, лёжа на этом диване в чужой квартире, и занимать собственные мысли чем-то, помимо парня, которому ещё неделю назад хотелось свернуть шею. И такое в жизни случается. — Идём в ванную! — раздаётся от радостного Чимина, и Мин моргает несколько раз, отгоняя раздумья. Он недоверчиво смотрит на парня, но тот подмигивает и указывает головой в сторону ванной комнаты. Что ж, Юнги очень интересно, какая неожиданность встретится ему на этот раз. — Ну, — начинает Пак, стоит им вдвоём зайти в ванную, — я хотел предложить тебе перекрасить волосы в бледно-зелёный. Мятная жвачка. Мята. Улавливаешь суть? — Красить волосы на первом свидании, с самого начала пошедшего не по плану? Ты тот ещё романтик, Чимин. — Ох, первое впечатление о себе я испортил, первую встречу тоже, ну и свидание для полноты картины, — грустно смеётся Пак и тяжело смотрит на Юнги. — Скажи честно, ты хочешь сбежать отсюда прямо сейчас? — Возможно… только после того, как ты покрасишь мои волосы в грёбанный зелёный. *** Юнги лежит на коленях у Чимина, пока тот осторожно перебирает мятные пряди миновых волос. Из колонок льётся приятная музыка, за панорамными окнами шум вечно суетящегося города. Парням хорошо. С Юнги душевно. С Чимином спокойно. Пак зарывается руками в волосы Юнги и одной приподнимает голову. Он склоняется над младшим, и их взгляды говорят всё за себя. Момент, когда Чимин медленно преодолевает миллиметры между их лицами, и когда губы его оказываются на чужих не заставляет сердце Юнги лихорадочно биться. Ему, наоборот, становится так замечательно и тепло, будто он нашёл то, что всю жизнь упорно искал. Прикосновения успокаивают, сплетающиеся в тягучем поцелуе языки пробивают на стоны. Вдруг всё, раньше казалось важным, теперь рассыпается на осколки. Мин Юнги не просто хочет Чимина. Он хочет быть с ним.