Встретимся в мастерской?

После спортивного фестиваля Шото осознал, что он не сможет обойтись без ненавистной ему огненной стороны, она нужна была хотя бы для того, чтобы не упасть в обморок от переохлаждения посреди боя или ещё чего-нибудь похуже. Он хотел стать сильнее, но злость и обида на отца чуть ли не выплёскивались чрез край, мешая достигнуть цели. Он хотел стать героем, может, и не номером один, как желал его отец, но спасать жизни было его искренним желанием. Он хотел стать нужным. Его ещё долго терзали сомнения, но он решил для себя, что станет сильнее, даже если для этого ему придётся использовать свою огненную причуду. "Начинать надо с малого", — именно такой мысли придерживался Шото, направляясь в мастерскую UA, чтобы внести некоторые корректировки в его костюм. Было ещё раннее утро воскресенья, так что постучавшись в дверь мастерской, Тодороки не ожидал, что кто-нибудь сразу откроет дверь. Он вообще не ожидал, что там хоть кто-то был. К его удивлению, за дверью что-то упало, и послышался чей-то голос. Дверь открыл худощавый паренёк с тёмно-зелёными волосами, на лице которого сияла улыбка: — Привет, ты, должно быть, Тодороки-кун, Урарака-сан рассказывала про тебя. У Шото хватило сил на то, чтобы только кивнуть. В голове против его воли пронеслась мысль о том, что юноша, стоящий напротив и смотрящий прямо на него своими изумрудными глазами, был весьма милым и симпатичным, но эту мысль вытеснила другая, так и кричащая, что вот так заглядываться на абсолютно незнакомого ему парня было неподобающе, тем более если ты сам парень. — Я Мидория Изуку, — он протянул свою руку и улыбнулся ещё шире. — Чем могу помочь? Повисла пауза. Голова Шото до сих пор кишила лишь мыслями о привлекательности Изуку, что стоял с протянутой рукой и терпеливо ждал, пока Тодороки придёт в себя. Вскоре Шото отмер и спешно пожал руку Мидории. Это было самое неловкое рукопожатие в его жизни, если вообще не самый неловкий момент. Изуку не заметил этого или только сделал вид, и пригласил внутрь лаборатории. — Так что привело тебя сюда, Тодороки-кун? — повторил свой вопрос Мидория, отвлекая Шото от изучения разных химических реактивов на столе. — Я бы хотел изменить свой геройский костюм, — с некой задержкой проговорил Тодороки. Изуку словно подпрыгнул и сорвался с места в другой конец комнаты, чем вызвал недоумение со стороны Шото. Через пару минут он вернулся, держа в руках какую-то старую тетрадку: — У меня было пару идей по поводу твоего геройского костюма, но мне не дали осуществить их. Не хочешь взглянуть? Тодороки кивнул с каменным лицом. В глазах Изуку загорелись еле заметные искорки, но он быстро принял самый серьёзный вид и протянул тетрадь, открытую на странице с каким-то наброском: — Это был изначальный прототип твоего костюма. Я следил за тобой на спортивном фестивале, — на этих словах он подсел к Тодороки ближе, указывая на что-то в чертеже, Шото в это время пытался оставаться внешне спокойным и угомонить своё глупое сердце после слов парня о том, что тот следил за ним. Когда Тодороки вернулся в реальность и попытался вникнуть в то, что говорит парень слева от него, он уже пропустил половину его слов мимо ушей. — …по-моему, тебе нужен более мощный терморегулятор, а ты что думаешь потому поводу? — Мне нравится, — безэмоционально отозвался Шото. — Мне будет нужно время, чтобы осуществить всё задуманное, — спокойно ответил Мидория, лучисто улыбаясь. — Тогда увидимся через неделю, Тодороки-кун. Выйдя из лаборатории, Тодороки еще долго не мог выкинуть из головы милого парня с факультета поддержки.

***

Следующая их встреча произошла совершенно случайно. Тодороки как раз выполнил свои обязанности дежурного и, запирая класс на ключ, увидел Мидорию, медленно идущего в сторону лаборатории с огромной стопкой книг. — Тебе помочь? — спросил Шото, подходя к Изуку. Зеленоволосый парень вздрогнул, но затем успокоился, явно узнав, чей это голос, и ответил: — А, это ты, Тодороки-кун. Да, от помощи я бы не отказался. Разделив книги пополам, они пошли прямо по коридору в полной тишине. Первым молчание нарушил Изуку: — Так… Что ты тут делаешь? — всё-таки решился заговорить Мидория. — Иду с дежурства по классу. — спокойно ответил Тодороки. — А ты? — Ничего особенного, просто остался после уроков, чтобы закончить кое-что в лаборатории… — тихо отозвался Мидория. — И что это? — Тодороки взглянул на своего собеседника, ожидая ответа. — Недавно я изучил причуду Урараки-сан… — он запнулся, но через некоторое время продолжил говорить,— и я был близок к тому, чтобы создать антигравитационное поле искусственно… — Изуку залился краской на этих словах и спешно добавил, — только не смейся! — Почему я должен смеяться? Я считаю, что это достойно уважения, — ответил Тодороки, недоверчиво смотря на парня справа от себя, что издал какой-то непонятный звук, напоминающий "а". — Ох, вот мы и пришли, — Мидория перевёл взгляд на дверь лаборатории, отвернувшись от своего собеседника. — Спасибо огромное, Тодороки-кун! Темноволосый поспешил забрать книги у Шото и скрыться за дверью, оставляя Тодороки в лёгком недоумении. В его животе запорхали бабочки, и у него была догадка почему, но он никак не хотел принимать того факта, что так глупо влюбился.

***

На следующий день они вновь встретились: на этот раз в столовой. Шото никогда не был хорош в общении, так что со своими одноклассниками он мало контактировал, а то и избегал их. Его привычное место за столом, где сидел 1-А, было занято, как, собственно, и почти все места в этом помещении. Кто-то окликнул его: — Тодороки-кун, сюда! Шото обернулся и увидел улыбающегося Мидорию, что махал ему, призывая сесть рядом с ним. Так Тодороки и поступил. Присаживаясь на место рядом с темноволосым, он произнёс: — Здравствуй, Мидория, рад тебя видеть. — Я тоже очень рад, — смущенно проговорил Изуку, поворачиваясь обратно к своей тарелке с кацудоном. Беседа не вязалась, но Тодороки решил взять всё в свои руки: — Так… Ты любишь кацудон? Это было настолько неловко, что Тодороки надеялся на то, что Мидория просто ничего не услышал в этом гомоне, но Изуку повернулся к нему и заявил: — Да! Он просто божественен! А ты предпочитаешь собу? — сказал он, заглядывая в тарелку своего собеседника, на что Тодороки кивнул. Несколько минут они опять провели в молчании, пока Шото не набрался смелости заговорить ещё раз: — Как там твоё антигравитационное поле? Изуку покраснел и спрятал своё лицо в руках, пробубнив: — Я надеялся, что ты не запомнишь этого. — Почему же? Как я уже сказал, я считаю, что это действительно выдающееся изобретение, — спокойно ответил Тодороки. — Я не собираюсь смеяться над тобой и твоими изобретениями. Он посмотрел прямо в глаза Изуку, подтверждая серьёзность своих слов. Мидория опустил голову и еле заметно кивнул. — Спасибо, — прошептал он. Опять воцарилась тишина, и Тодороки не знал, что делать: попробовать заговорить снова или промолчать. Но, к его счастью, Мидория заговорил: — Я закончил прибор, но ещё не протестировал его, так что не знаю, как он себя поведёт. Надеюсь на помощь Хатсуме, если что-то пойдёт не так, — чуть слышно Изуку добавил,— …или на твою. Кажется, у Тодороки тогда остановилось сердце, прежде чем зайтись в более быстром ритме. Изуку встал и вышел из-за стола. — Ты заходи, Тодороки-кун, мне приятна твоя компания. — Конечно, — Тодороки кивнул и проводил взглядом Мидорию. После уроков Шото первым делом направился в мастерскую. По дороге он размышлял о всяком, в частности: почему Изуку так бурно реагирует на обсуждение своих изобретений. Погрузившись в свои мысли, он чуть не прошёл нужную дверь. Он уже хотел постучать, как услышал чьи-то крики о помощи, которые напоминали голос Изуку. Не медля ни минуты, Тодороки распахнул дверь и громко произнёс: — Мидория, что случилось?! Осмотревшись, он никого не заметил, но послышался голос сверху: — Привет, Тодороки-кун. Как и предполагалось, это был Мидория. Он завис в воздухе где-то под потолком, неловко улыбаясь. Тодороки застыл в изумлении: — Как ты там оказался? — спросил он, смотря на то, как Мидория неловко чешет затылок. — Я испытывал "Уравити"… — Уравити? — переспросил Тодороки. — То, про что я тебе рассказывал, что создаёт антигравитационные поля. Я решил назвать его в честь Урараки-сан… — вновь залился краской Изуку. — Я не могу спуститься вниз, так как не рассчитал посадку. Мне нужна помощь. — Что нужно делать? — Уже серьёзно спросил Тодороки, всматриваясь в лицо Мидории, невольно отмечая веснушки на пухлых щечках, которые втайне хотел потискать Шото. — На столе стоит прибор кубической формы... — начал Мидория. — Вижу, — отозвался Тодороки. — Нажми на красную кнопку, пожалуйста. Шото последовал указаниям и нажал на кнопку, сзади послышался грохот, а затем тихий стон боли. Тодороки обернулся и увидел Изуку, что потихоньку приходил в себя. Шото протянул ему руку, которую тот с благодарностью принял. — Спасибо тебе снова, Тодороки-кун. Без тебя я бы ещё долго тут проторчал в ожидании Хатсуме, — сказал Мидория, смотря прямо на Тодороки, который для себя отметил, насколько красивы глаза напротив. — Не за что, будь осторожен в следующий раз, пожалуйста. Послышался смешок: — Постараюсь. Несколько секунд, которые казались Тодороки вечностью, они простояли, смотря друг другу в глаза, пока Мидория не нарушил тишину: — Что тебя привело сюда, Тодороки-кун? И правда, что же его сюда привело? Тодороки мог бы составить список причин вернуться сюда, начиная от взъерошенных тёмно-зелёных волос и заканчивая красными ботинками, но он ограничился только одной: — Ты сам меня пригласил за обедом, помнишь? Глаза Мидории расширились: — Не думал, что ты серьёзно это воспримешь. — А как я должен был отреагировать? — изумленно спросил Тодороки, не понимая о чём этот самый лучший человек, которого он встречал, говорит. — Люди обычно… Неважно, главное — ты здесь! Хочешь, я покажу тебе свои изобретения? — глаза Мидории заискрились на этих словах. — Конечно, — кивнул Тодороки в знак согласия, на что Изуку схватил его за руку и повёл в неизвестном направлении. У Шото впервые в жизни проскользнула мысль о том, что он счастлив.

***

Последующие несколько дней Тодороки и Мидория сидели за обедом вместе, перекидываясь парочкой слов, а затем расходились по разные стороны академии. Как только звенел звонок с последнего урока, Шото срывался с места, чем вызывал подозрения со стороны одноклассников, и отправлялся в мастерскую. Ему нравилось проводить время с Изуку, он рассказывал много интересного и показывал свои новые изобретения Тодороки раньше остальных. А затем Шото шёл в общежитие, быстро делал домашнее задание, заваливался на татами и ещё долго думал о Мидории. Мысли о нём приятно согревали изнутри, так что Шото быстро засыпал, думая, насколько Изуку милый, и добрый, и вообще самый лучший мальчик. Он ещё раз убедился в своих словах по поводу Изуку перед тренировкой использования причуд. Открыв свой кейс с костюмом, он заметил записку.

"Наконец-то я закончил твой терморегулятор, работает он автоматически, так что не волнуйся."

И внизу мелкими неаккуратными кандзи было приписано:

"Удачи на тренировке, Тодороки-кун! Мидория, всегда ждущий тебя в мастерской :) "

Тодороки невольно улыбнулся и быстро убрал бумажку в карман своих школьных брюк. На этой тренировке Шото не повезло. Он получил множество царапин на левой руке, пока возводил ледяную стену, защищаясь от атаки Урараки. Ранки не были глубокими, так что после посещения Исцеляющей девы их не осталось вовсе. После уроков он привычно направился в мастерскую. — Здравствуй, Мидория, — в знак приветствия он поднял левую руку вверх, которая была перехвачена Изуку, что мгновенно подбежал к нему. Мидория, закатив рукав, начал осматривать руку со всех сторон. — Что ты делаешь? — недоверчиво спросил Тодороки, как только Мидория отпустил его руку, закатывая рукав обратно. — До меня дошли слухи, что ты серьёзно поранился на тренировке… — начал говорить Изуку, понурив голову. — Ничего особенного не произошло, просто царапины. Исцеляющая дева подлатала меня после. — Это звучит глупо… — пробормотал Изуку и замолчал, но вскинув голову продолжил более уверенно, глядя прямо на Шото, — но я правда беспокоился за тебя, Тодороки-кун. Пожалуйста, будь осторожнее. Шото был явно рад тому факту, что он был небезразличен своему милому крашу. Наконец собравшись с мыслями, Тодороки, положив руку на плечо Мидории, ответил: — Я обещаю. Мидория улыбнулся в ответ, а сердце Тодороки опять пропустило удар.

***

Спустя несколько дней после инцидента с ранами Мидория и Тодороки обыкновенно сидели вместе за обедом, время от времени перебрасываясь фразами, как к ним подбежала одноклассница Изуку. — Привет! — поздоровалась розоволосая девушка. — Надеюсь, вы не против, если я тут присяду. — Нет, что ты, Хатсуме, присаживайся, конечно. — Мидория неловко махнул ей в знак приветствия. — Тодороки, ты не против? — Нет, — холодно ответил он. Он был против, ещё как против. Шото хотел провести своё свободное время в компании, состоящей только из Изуку, но он предпочёл не говорить об этом. — Спасибочки! — протянула девушка и рухнула на место рядом с Мидорией. — Как там твой ИИ? — Он ещё в стадии разработки… — Мидория неловко почесал затылок, краснея. — Ой, да не скромничай, Изуку! — рассмеялась она, хлопая его по спине, так, что он чуть не поперхнулся. — Я же видела его корпус. Ты думал, я не замечу? Мы же в одной мастерской работаем. Мидория пытался за что-то зацепиться взглядом, что не ускользнуло от взора Тодороки. В итоге глаза Изуку посмотрели прямо на него. — Я забыл вас представить друг другу. Хатсуме, это Тодороки-кун, мой друг, Тодороки-кун… — А вы разве не встречаетесь? Тодороки выпал в осадок. Мысль о том, что он был неосторожен и выдал себя, вытеснила другая, более приятная, о том, как изумительно было бы встречаться с Изуку, держаться за руки с ним, ходить на свидания, обниматься, целоваться… Ему срочно нужно было вернуться в реальность. — Нет, это была недостоверная информация, мы просто друзья. — он повернулся к Изуку, который так и сидел неподвижно с красным от смущения лицом. — Пойдём, Мидория, нам пора. До встречи, Хатсуме. Мидория пришёл в себя только в коридоре: — Прости, что так вышло, Тодороки-кун… — он отвел взгляд в сторону. — Ты не злись на неё. Хатсуме, она… Хороший человек и отличный изобретатель… Просто она не привыкла сдерживать себя… — Всё хорошо, Мидория, — уверил его Тодороки. — Я не злюсь на неё. Некоторые уже задавали мне этот вопрос до неё. — Скажи пожалуйста, что ты шутишь, — Мидория опять немного покраснел от слов своего друга. — К сожалению, нет, — отрезал Тодороки. — Наверное, нам надо меньше проводить времени друг с другом, чтобы наконец избавиться от этих сплетен… — тихо предложил Мидория, чем очень сильно задел Тодороки. — Мидория, мне абсолютно всё равно, что обо мне говорят. Мне нравится проводить с тобой время, и я не буду жертвовать нашей дружбой, ради того, чтобы кто-то заткнул свой рот. Если тебе из-за них неудобно… — Нет-нет, что ты! — Мидория прервал речь Шото. — Я бы не хотел прекращать наше общение только из-за этого, тем более я практически ни с кем не общаюсь из академии, только с тобой и Хатсуме, так что до меня и не дойдёт, о чем они говорят. — он указал на дверь в конце коридора. — Вот и моя аудитория. Надеюсь, мы увидимся сегодня в мастерской, Тодороки-кун. — Конечно, — кивнул Шото в ответ.

***

Тем же днём после уроков Тодороки как всегда направлялся в мастерскую, как вдруг увидел Мидорию, идущего ему на встречу. Сменив направление и поравнявшись с Изуку, он заговорил: — Здравствуй, Мидория. Куда идёшь? Мидория вздрогнул и посмотрел на своего собеседника. Признав Тодороки, он улыбнулся: — Привет, Тодороки-кун. Да вот, иду в библиотеку, есть нечто, что я никак не могу понять… — Есть то, что ты не понимаешь? — внезапно спросил Тодороки, изумляясь тому, что он только что выдал. Мидория лишь прыснул на его заявление. — За кого ты меня принимаешь? Я же не робот в конце концов, — он легонько толкнул Шото локтём в бок в ответ. — Можешь не идти сегодня со мной, там будет неимоверно скучно. Не пойти и упустить шанс побыть со своим крашем наедине? Ну уж нет, Тодороки не настолько глуп. — Не беспокойся обо мне, как я уже говорил сегодня, я всегда рад твоей компании. Когда они дошли до библиотеки, Мидория сразу куда-то исчез. Немного походив от одного стеллажа, доверху наполненного книгами, к другому точно такому же, Шото обнаружил Изуку, сидящего за столом и читающего книгу по физиологии. На столе лежало ещё несколько книг по психологии, социологии, а также анатомии. Тодороки схватил первую попавшуюся под руку книгу и занял место напротив него. Мидория будто и не заметил Шото за чтением. Открыв свою книгу на первой странице, Тодороки кинул взгляд на Изуку. Он казался ему невероятно милым в любой ситуации, даже сейчас, когда сидел и усердно писал в тетради, покусывая колпачок ручки и что-то бормоча про себя. Наконец оторвав свой взгляд от паренька, что сидел напротив, Тодороки пытался вникнуть в смысл книги, что он взял. Но сделать ему этого не удалось. Слова так и ускользали от него, оставляя лишь мысли о том, что они с Мидорией сейчас остались совершенно одни, так как библиотеку мало кто посещал, а если и был кто, то очень далеко от них. Тодороки вновь погрузился в свои мечты, где Изуку и он были на свидании, как реальный Изуку тихо подал голос: — Тодороки-кун, могу я задать тебе один вопрос? — Конечно, — Шото ответил без колебаний, ведь обычно Мидория спрашивал что-нибудь про геройский факультет, так что Тодороки подвоха не ожидал. Прождав минуту, Изуку всё также тихо спросил: — Ты когда-нибудь влюблялся? Тодороки был шокирован второй раз за день. Неужели Мидория обо всём догадался? Где же он был неосторожен в действиях или словах? Он не стал гадать и решил спросить напрямую: — Я не думаю, что я именно тот человек, которого нужно спрашивать о чувствах, я тут не особо разбираюсь, знаешь. Тем более к чему такие вопросы? — Прошу, просто ответь на мой вопрос, — Мидория так и продолжал смущенно смотреть в тетрадь. Взвесив все за и против, Тодороки наконец ответил: — Да. Изуку вскинул голову, заглядывая ему прямо в глаза: — Какого это… Какого это влюбиться в кто-то? — более воодушевлённо спросил Мидория. Опять повисла тишина на некоторое время, но Тодороки поспешил разрушить её: — Ты постоянно думаешь об этом человеке, твоё сердце заходится в более быстром ритме, когда он просто смотрит на тебя, а в животе появляются бабочки, когда он улыбается. Когда он счастлив, то и ты тоже, — сказал он, неотрывно смотря на Мидорию. — Звучит… Прекрасно, — прошептал Изуку. — Да… Это прекрасное чувство, но с другой стороны, ты боишься разрушить все отношения с этим человеком, которые ты так долго строил, если признаешься в своих чувствах к нему. Мидория погрузился в размышления о чём-то, известном лишь ему, и в библиотеке больше никто не проронил ни слова.

***

Через несколько дней они вновь были в лаборатории. Изуку опять делал какой-то прибор, попутно объясняя принцип его работы, когда Тодороки спросил: — Мидория, я ни разу не видел, как ты используешь причуду. Какая она у тебя? Отвертка выпала из рук Изуку, его начало трясти от спектра эмоций, что он испытал за один миг. — Мидория? — спросил Тодороки, обеспокоенный состоянием своего друга. Изуку так и молчал. Его взгляд был направлен в никуда, а в глазах так и читался страх. Тодороки подбежал к своему другу и заглянул в глаза: — Мидория, с тобой всё в порядке? Изуку наконец пришёл в себя и сказал: — Есть кое-что, что я бы хотел сохранить в тайне ото всех. Но… Тодороки-кун, мне кажется, я могу доверить тебе это. Шото заторможенно кивнул, пытаясь понять, о чём же говорил Мидория. Изуку начал свой рассказ: — Видишь ли… Я всегда хотел быть героем и спасать жизни с улыбкой на лице. Но дело в том… — тут он замолчал, будто раздумывая, говорить ли дальше, но всё же продолжил, — у меня нет причуды, Тодороки-кун. Я до последнего надеялся, что вот-вот она у меня появится, но жизнь сыграла со мной злую шутку, — он грустно улыбнулся, вспоминая что-то из прошлого. — Знаешь, дети бывают очень жестокими. Надо мной издевались всю школу, постоянно повторяя, что я ничего не добьюсь. Тогда я решил, что пойду другим путём и погрузился в изучение наук, но у них только добавилось поводов меня унижать. Они рвали мои чертежи и рушили мои изобретения прямо у меня на глазах. Я пообещал, что докажу им, что я не бесполезный, как они меня называли. И вот я здесь, — на глаза набежали слёзы, и он грустно усмехнулся. — Теперь ты знаешь всю правду. У тебя всё ещё есть желание общаться со мной? Тодороки утёр большим пальцем слёзы Изуку и сказал: — Те, кто издевались над тобой, были действительно глупы, раз не разглядели такого хорошего человека, как ты. Пожалуйста, не трать на них свои слёзы, они не заслуживают этого. Немного успокоившись, Мидория ответил: — Спасибо тебе, Тодороки-кун...Знаешь, иногда я тебе даже завидую, — немного погодя, добавил он. — Мне точно не надо завидовать, — перебил его Шото. — У меня было довольно тяжёлое детство. Мой отец, он… Считал меня его самым удачным творением. Он запрещал мне видеться с моими братьями и сестрой, постоянно забирая меня на жестокие тренировки. Единственным моим спасением была мама, но и её довел Старатель, — он замолчал и коснулся шрама на лице. — Это она оставила этот ожог, после чего я её больше не видел. Тогда я поклялся, что однажды утру нос этому старику и больше никогда не буду пользоваться его огнём. — Ты не прав, Тодороки-кун, — тихо подал голос Мидория. — Это ты. Эта сила — часть тебя. Она твоя, а не твоего отца. Так же как и твой шрам, без этого ты бы не был собой. В тот день Изуку разрушил оковы, что сдерживали Шото всю его жизнь, даже не подозревая об этом. В тот день Тодороки помог Мидории, сказав, что тот не был бесполезным. В тот день они стали ближе друг к другу. В тот день они спасли друг друга.

***

Тодороки знал к кому он пойдёт первым делом, когда его выписали из больницы после схватки с Пятном. Слова того, к кому шёл Шото, придали ему сил на поле боя. Тот, к кому направлялся Тодороки, помог ему выиграть и выжить в этом бою. Он постучал в дверь мастерской, и её сразу же открыл Мидория. Его красные, кажется, от слёз, глаза расширились и вновь наполнились слезами. Изуку обнял Шото, ничего не говоря, периодически всхлипывая. Тодороки не ожидал подобных действий, но легко улыбнулся и обнял Мидорию в ответ, тихонько поглаживая его кудри. Спустя пару минут Изуку подал голос, который вздрагивал из-за плача: — Дурак, я беспокоился за тебя! Я же просил тебя быть осторожнее! Ты же мог погибнуть! Почему ты не прослушал моего совета?! Почему?! — кричал он, цепляясь за форму Тодороки, рыдая ему в плечо. — Я здесь, Мидория. Всё хорошо, я жив, — спокойно ответил Шото. — Не надо так переживать. — Как мне за тебя не переживать?! Ты мне небезразличен, Шото, понимаешь, ты нужен мне! — всё также кричал Изуку в отчаянии. Тодороки решил, что спросит о том, что имел ввиду Мидория позже, когда тот успокоится, чтобы не нагружать его ещё больше. А пока он стоял и обнимал своего друга, утешающе гладя по волосам.

***

Им нравилось проводить время в библиотеке, там была своя неповторимая атмосфера, которую никто из них не смог бы описать словами. Тем вечером Тодороки с Мидорией возвращались оттуда обратно в мастерскую. Шото нёс огромную стопку книг, что взял Изуку в библиотеке. Он сам настаивал на том, чтобы донести его книги, как Тодороки говорил, ему нравилось быть полезным. Изуку спокойно шёл рядом с Шото, глядя на закат, что виднелся из панорамных окон коридора, по которому они шли. Как вдруг Тодороки решился задать вопрос, что не давал ему покоя довольно продолжительное время: — Что ты имел ввиду под "ты мне небезразличен", когда сказал это неделю назад? Изуку сначала непонимающе посмотрел на Шото, но потом он резко покраснел и вновь отвернулся, что-то пробормотав. Затем он вздохнул и остановился. Тодороки подошёл и встал перед ним, пытаясь понять, что у Изуку было на уме. Мидория неожиданно вскинул голову и посмотрел прямо в глаза своего друга. — Ты мне нравишься, Тодороки-кун. Шото не мог поверить в услышанное. — Я долго не мог понять, что же со мной не так, — продолжил Изуку. —Помнишь, когда мы вместе пошли в библиотеку в первый раз? Я пытался найти ответ на свой вопрос там, но так и не нашёл… Тогда я тебе ещё задал этот глупый вопрос про влюблённость. Только тогда я понял, почему не мог выкинуть тебя из головы. Я был таким глупым… Мидория продолжал что-то говорить, но Шото уже не слышал его, в ушах до сих пор звонко звучало: "Ты мне нравишься, Тодороки-кун". Когда Тодороки вернулся в реальность, Мидория стоял, понурив голову, смотря на свои красные ботинки. — Так… Я не один это чувствую? — вопрос, что задал Шото, был больше похож на утверждение. — Просто… — он усмехнулся. — Мои чувства взаимны, и это просто… Тодороки так и не нашёл слов, чтобы описать свои эмоции. По его лицу расползлась улыбка, и он рассмеялся. Мидория издал смешок, а затем потянулся к лицу Тодороки и оставил на его щеке поцелуй. Изуку вернулся на место, где стоял, и стеснительно посмотрел из-под чёлки. Тодороки перестал смеяться и впал в ступор. Он больше никогда не будет мыть эту щеку. — Ну так… В мастерскую…? — неловко спросил Изуку, смотря на Тодороки, который вновь улыбался. — В мастерскую, — кивнул Шото.