Подарок судьбы

Прошло 2 года «This summer's gonna hurt like motherfucker» Телефон разрывался. Вот ведь точно мазерфакер! Кто там еще?! Господи, к чему вообще вопросы задавать? Я пошарила рукой по полу. Где-то там должны лежать мои джинсовые шорты… Ага, вот. — Да, Лизк. (…) Да, мы спим еще. (…) Нет, не жирно. (…) Йоп твою! Хули молчишь тогда? Щас открою, погодь. Я положила трубку и свалилась с кровати. Дин сонно протянул руки, но не нашел меня. — Солнце, ты где? Я потерял тебя. Сонный такой… Лапочка. Я чмокнула его в нос. — Доброе утро. Он в ответ взял мое лицо в свои руки и долго и нежно целовал в губы. — Вот теперь доброе утро. Сидел на кровати, пока я второпях искала халатик. — Ты чего ищешь-то? — Халат. — А, так бы сразу и сказала. Держи. Вытащил откуда-то из своей тумбочки мой халат и протянул его мне. Я, не задавая лишних вопросов, надела халат и выбежала из комнаты. Повернув ключ в замке, я открыла дверь. Меня тут же снесли в порыве страсти. Лиза бросилась мне на шею. — Танюха, брат, я так скучала, так скучала! Последние дни уже все — пиздец полный! Я и Сэмми достала, говорю: «Брата хочу увиде-е-еть, соску-у-училась!». Дин уже тоже орет во всю матушку, с теткой и дядькой познакомиться хочет! Мальчики мои, заходите, я повисю пока на брате. Лиза забралась на меня с руками и с ногами. Учитывая разницу в наших размерах, она могла это сделать без проблем. В дверях бункера появился Сэм. У него на руках сидел маленький мальчик, года два от роду. Пухленький, темноволосый, глаза серо-зеленые. Э-эх, весь в папу Сэма! — Сэмми! Ухахаха, привееет! Извини, обнять не могу. Жена твоя не отлипает. — Да ничего, Тань. Привет. Все мозги мне проела: «Брат и брат, брат и брат». А мой-то брат где? — Ноги тянет на кровати. Это мой пельмяш чтоли? Динушка! Иди к тетке! Лиза слезла с меня. Я обняла Сэма и взяла на руки Дина-младшего. Мальчишка радостно завизжал и обнял меня за шею. — Смотри че! Не видел тетку ни разу, а липнет, как к матери родной! Сэм всплестнул руками. — Да он даже к матери родной так не липнет! Лиза попыталась забрать у меня самого младшего Винчестера, но тот прижался ко мне и что-то загугукал. — Не пойдет он к тебе. Из коридора вышел сонный Дин, завязывая шнурок на спортивных треко. — Ипать-копать, Винчестеры! Сэм и Дин обнялись. Лиза подбежала к Дину, когда Сэм отпустил брата. — Муж моего брата — мой брат! Дин захохотал и обнял Лизу. — А племянник-то мой где? Где младший Дин Винчестер? Я вышла к нему из кухни, держа малыша на руках. Дин раскрыл глаза и потрясенно посмотрел на меня. — Ты чего, родной? — Нам пора своего заводить уже. Ты такая красивая с ребенком на руках. В воздухе повисла напряженная тишина. Сэм подошел ко мне, взял у меня из рук своего сына и отдал его Дину. — Здорово, малец! Че ты смотришь так на меня? Дядька я твой! На папку не похож? Ну, ничего страшного! Отрастил себе шевелюру, а меня теперь племянник не признает. Дин Винчестер, а, Дин Винчестер? Знаешь, что такое самолет? Дин перехватил мальчишку поудобнее и закружил его по комнате. Оба радостно хохотали. Я смотрела на него, на его счастливую улыбку, и представляла, каким же он будет замечательным отцом. От размышлений меня отвлекла Лиза. — Таню-ю-юха, я на этих Мальдивах совсем с ума сошла! Два года на Мальдивах прожить, это же с ума сойти! Вот тебе и медовый месяц на два года! Девушка потащила меня на кухню, а у меня перед глазами все стоял улыбающийся Дин, держащий на руках ребенка.

***

— Exorcisamus te omnis imundus spiritus, omnis Satanica potestas… Я, скрестив руки на груди, читала экзорцизм связанному демону, сидящим на стуле передо мной. Дин сидел в кресле позади меня и улыбался. — Мелкая, тормозни. Он-че то сказать хочет. Я замолкла. Демон перевел дыхание. — Сраные Винчестеры! Вас, именно вас двоих, мужа и жену Винчестеров, ненавидит весь Ад! И ведь мало нам вас! Мисс Винчестер еще и беременна! Двое ваших сыновей тоже будут охотниками? Конечно, о чем я спрашиваю! Охотники в хрен знает каком поколении! Эй, Винчестер, че у тебя с лицом? Мада-а-ам, вы не сказали своему мужу, что беременны? Или… ооу… вы беременны не от него! Поэтому ничего не сказали! Я со скоростью Эминема дочитала экзорцизм и демон отправился в Преисподнюю. Я, широко раскрыв глаза, повернулась к Дину. Тот сидел с каменным лицом. — Ам, мелкая? Я посмотрела на него. — То, что он сказал… Правда? Я кивнула. Уже на протяжении двух недель я носила под серцем ребенка Дина Винчестера. Просто никак не могла сказать ему об этом. — Но… Почему… — Не сказала? Честно? Я боялась. Боялась, что узнав о моей беременности, ты бросишь меня. Ведь жизнь охотника, опасность и так далее. Я до сих пор не могу понять, как ты вообще на мне женился. А дети… За них ведь боишься больше, чем за себя. Я и подумала, что ты не захочешь… Молчание Дина напрягало меня, и я прекратила говорить. Винчестер подошел ко мне. — То есть ты думаешь, что из-за того, что я — охотник, я не хочу детей? Мелкая моя, я безумно хочу детей. Наших детей, которые будут бегать по нашему дому, верещать, слюнявить меня, и еще много чего. Я хочу, чтобы однажды кто-то назвал меня папой. Как ты могла подумать, что я способен лишить нас этого счастья — быть папой и мамой? А насчет женитьбы… Я просто очень сильно люблю тебя. И я готов пойти на любой риск ради своей семьи. Больше никогда не выдумывай себе подобной чепухи. Я очень хочу детей. И еще… Солнце мое, мелкая моя, я люблю тебя, безумно люблю. И я всегда буду с тобой. Я не выдержала и расплакалась. Дин обнял меня и прижал к себе. — Я тоже люблю тебя, Дин. И, знаешь… У нас будет двойня. Двое мальчишек. Дин, продолжая гладить меня по спине, удивился. — Откуда ты знаешь? — Этот черноглазый. Он сказал «двое ваших сыновей». Дин слегка отстранился и заглянул мне в глаза. — У меня будет двое сыновей? Я кивнула. — Это я буду дважды папа? Я улыбнулась и снова кивнула. Дин, нежно улыбнувшись мне, наклонился, и наши губы сомкнулись в страстном поцелуе.