Предлог

POV Гарри Джеймса Поттера

      Настал сентябрь и, пусть ещё недавно я не собирался продолжать учебу, что изменилось после визита директора, я отправился на свой шестой год обучения.       Трудности начались ещё за день до отправки на учёбу: Тонкс должна была отправляться заранее, ехать вместе мы никак не могли. Попрощавшись множество раз, последний был в прихожей, после чего нам пришлось отправиться в душ, Нимфа уехала на свою новую работу. Я видел нежелание Доры уезжать, слышал скрежет её зубов, когда она выходила. Впервые за последнее время я ночевал один, в итоге за всю ночь не сомкнул и глаза.       Утром, а точнее поздней ночью, так как спать без Нимфы я не могу, собрался к поездке. Наконец наступило время выходить, прихватив в придачу к вещам несколько забытых любимой безделушек, переместился на платформу 9¾. Избежав, как мне казалось, внимания моих «друзей и близких» занял место в купе. Через полчаса поезд тронулся, в то же мгновение дверь открылась, из проёма показалась седьмая Уизли, за её спиной стоял Рон, обнимающий со спины Гермиону.       — Гарри Джеймс Поттер, как ты объяснишь своё поведение? Что ты о себе думаешь, так поступить со своей невестой, обмануть сестру лучшего друга, променяв её на какую-то женщину, что старше тебя на много лет, — Гермиона сходу начала свою лживую проповедь, — Я разочарована твоим по…       Слушать этот бред я не имел желания, так что решил послать их далеко и на долго. Культурно, конечно. На первый раз.       — Герми, мне плевать на твое мнение. Вы меня предали, прощать подобное я никому не собираюсь. Оскорбления в мой адрес я могу стерпеть в память о нашей так называемой дружбе, но если ты ещё хоть раз скажешь о Тонкс нечто подобное, то зубками бобра ты не отделаешься, — цокнув языком, закончил свой монолог, — надеюсь мы поняли друг друга.       Рыжий баран решил упереться, рыжая сука тоже. Не удивительно. До людей-то они не дотягиваются. Так, скот, считающий своих хозяев личной собственностью, что прекрасно показала Молли Уизли на примере Дамблдора.       — НЕМЕДЛЕННО извинись перед Гермионой! Ты вообще знаешь, как твою шлюху называли во время учебы? И на эту ты променял мою сестру? Да я те…       Защитника грызунов прервал ступефай. Вылетев вместе с Гермионой, которую Рон заслонял собой во время ссоры, он ударился о стену и наконец-то замолчал. Осталась лишь Джинни.       — И да, Рон. По сравнению с тем, как называют твою сестру, Нимфадора вообще считали праведницей, — мне было неприятно признавать наличие таких эпитетов в сторону моей невесты, но....Такое правда было, только разносили слухи её соседки по комнате, а доказательств в виде хоть одного парня у них не было. В отличии от ситуации с Джинни.       — Тоже попробуешь оскорбить мою невесту, или пример твоего брата чему-то научил? – решил я немного поиздеваться над рыжей, — Знаешь, лучше просто уходи. Хотя бы ради нашего общего факультета: оскорблять преподавателя — крайне плохая идея. Надеюсь ты не забыла, что моя Тонкс — это твой учитель ЗОТИ.       Последние слава вызвали вспышку ненависти у Джиневры.       — ЗОТИ? Да что твоя подстилка сможет нам рассказать! ?! Может как чужих женихов уводить, или как подливать зель…       — А когда это я был твоим женихом? И откуда ты знаешь про такие зелья? Может быть ты сама их и применяла, ведь по-другому тебя никто не хотел брать? — я конечно мог просто послать их, но всё же решил сначала объяснить свои претензии,— Убирайся. Мне надоело слушать все это. И запомни на будущее: мне плевать на тебя и твою семью, плевать на всех вас. Важна для меня лишь Тонкс, и если вы на неё хоть косо посмотрите, то я убью тебя, твоих братьев, родителей, друзей. И, уверен, смогу после отвертеться или скрыться. Надеюсь, ты поняла меня.       Не сказав ни слова, они вместе с Гермионой, подняв на ноги Рона, ушли. С тех пор я не говорил с ними ни разу, хотя прошло уже больше двух недель.       Затем был приезд в замок, поездка на повозках, встреча с любимой в большом зале школы.       Увидев Дору, я почувствовал укол ревности, она говорила с каким-то студентом седьмого курса, наверное, старый знакомый, но стоило ей посмотреть в сторону дверей, как розоволосый вихрь налетел на меня, заключил в объятия и развеял все мои мысли долгим поцелуем. Все те, кто стояли рядом впали в ступор. Тишина не исчезла даже с появлением первокурсников: должно быть вид того, как преподаватель целует в засос своего студента, особенно такой горячий преподаватель, слишком далек от привычной жизни.       Учтивое покашливание от директора, строгий взгляд Макгонагалл и скрежет зубов Джиневры вернули всех к реальности.       Началось распределение. После директор представил новых учителей…       — Так же хочу представить вам мисс Тонкс, нашего нового профессора Защиты от Темных Искусств, хочу предупредить всех учащихся: любой, кто не хочет умереть самой страшной смертью, не должен пытаться называть мисс Тонкс по имени, за исключением её жениха, появление которого и стало началом необычного приветсвия… — Дамблдор продолжал вещать.       Объяснив первокурсникам поведение моей любимой, произнёс речь. Все это время Нимфадора, абсолютно не стесняясь, сидела со мной и рассказывала мне обо всём на свете, параллельно пытаясь проявлять интерес к своей еде, хотя получалось не очень. Обратить внимание на кого-то ещё она не давала, да и сам я не захотел бы, но ужин окончился. Студенты стали расходится, Дора загорелась желанием провести экскурсию по нашей комнате, провести когда-нибудь потом, а сейчас показать нашу постель. Однако Макгонагалл решила нарушить нашу идиллию, сообщив о том, что мне следует пройти в гостиную факультета, после чего я впервые увидел свою девушку в бешенстве. Макгонагалл услышала о себе всё, что только могла придумать моя невеста: все оскорбления и недовольства, претензии и нарушения. Правда, Доре всё же пришлось остановить поток ругательств, когда профессор сообщила, что в гостиную, по ошибке, доставили мои вещи, так что мне нужно их забрать, а самой Доре нужно отправляться в кабинет к директору: после распределения необходимо согласовать расписание. Даже не думая извиняться, Тонкс поцеловала меня, прошептала на ушко, что любит меня и попробует освободится как можно быстрее, так что засыпать до её прихода мне нельзя.       А я отправился в гостиную моего факультета, в этот рассадник рыжих. Встреча была, мягко говоря, прохладной: все уставились на меня, будто зашел сам Мерлин. Еще несколько месяцев назад это бы выбило меня из колеи, но сейчас вызвало лишь легкое раздражение. Не сомневаюсь, что мои «друзья» уже всё рассказали, выставив себя в «правильном свете». И эти взгляды объясняются именно так. Правда взгляды парней старших курсов отличались. В них было одобрение и зависть. Дааа, видимо при рассказе рыжие не учли репутацию самой Джинни. Ну а зависть, это уже к моей новой невесте.       Не сказав ни слова, я отправился в комнату, подняв магией свой чемодан, отправился в обратный путь. Но рыжее семейство, в почти полном составе, преградило мой путь. Во главе, конечно, стоял Рон, багровый от злости, зависти, он начал кричать о моей лживости, подлости. И, по сложившейся традиции, был прерван красным лучом оглушающего заклятья в лицо. Близнецы и Джинни расступились, после демонстрации моих намерений.       После «воссоединения с друзьями» я отправился к большому залу, ведь местонахождения комнаты любимой я не знал. Как и не знал, что следующие пять часов буду ждать. Видимо, Макгонагалл решив, что Нимфадора — плохая пара сыну её любимых учеников, решила не дать нам побыть вместе. Ну ничего, я знаю несколько способов найти нужное в школе. И самый простой… Добби!       Как ни странно, с Дорой мы так и не увиделись в ту ночь, лишь под утро она пришла, разделась, легла в постель, обняла меня и расплакалась. Сбивчиво объясняя, что её попросту не дали вырваться с этого «совещания». У меня не было сил её успокаивать, лишь поцеловать и уснуть в её руках.       Таким же образом прошло еще два дня, с любимой мы виделись лишь по ночам, но сил ни на что, кроме сна, у нас не было. Тонкс каждый вечер начинала со слёз и извинений, а я её успокаивал. После чего мы засыпали. Утром она вставала, быстро собиралась и будила меня перед самым уходом.       Но вот настал день первого занятия ЗОТИ у шестых курсов Гриффиндор-Слизерин.       Четыре часа с любимой, пусть и спаянного со змеями занятия. Нимфа разбудила меня намного позже обычного, сказав, что приготовила нам завтрак и на её занятие мы можем немного опоздать. Затем меня пытались убить, раздавив в порыве любви.       Через час я уже был в аудитории, ожидая мою девушку-учителя. Нимфадора же решила сразу объяснить свое отношение ко всем присутствующим в аудитории, тупо опоздав.       Но вот она пришла. Первый час прошел рутинно, если не считать того, что я помогал в демонстрации заклинаний. Как итог моё чудо постоянно якобы случайно лапало меня. Хотя я был только за. К концу второго часа произошел казус: Дора споткнулась, и, из-за моей попытки удержать любимую, оказалась у меня на коленях, явно не собираясь вставать.       Звонок спас нас от ненужных вопросов, Нимфа подскочила, выдала задание.       — Мистер Поттер, попрошу вас задержаться, мне нужно поговорить о вашем поведении на уроке, — сказала Дора, а я вновь почувствовал укол ревности.       — Конечно, Профессор.       Подождав пока аудитория опустеет, подошел к моей невесте, ожидая нагоняя.       — Мистер Поттер, ваше поведение возмутительно! — так и знал, на уроках мы не жених с невестой, а… — за все время занятия вы почти не проявляли интереса к своей невесте, а она так старалась, вы даже не потрудились обращаться ко мне Нимфадора, когда задаете вопрос.       — Любимая, прости, просто я не знал, как себя вести, я заметил твои знаки внимания, но все же мы на твоём уроке. Вот и решил не злить тебя.       — Тише, котёнок, я ведь просто шучу. Но на будущее знай: мне абсолютно неинтересны все здесь, кроме тебя. Преподаю я только для того, чтобы быть рядом с тобой. Так что впредь уделяй мне внимание на уроках. И можешь не волноваться о том, что они подумают, пусть молча завидуют. А теперь будь хорошим студентом, закрой дверь, и займись уже сексом со своим преподавателем, я же вижу, о чем ты думаешь сейчас. И можешь пялиться на мой вырез более открыто, я оделась так специально для тебя…        Послушать про Гоблинские Восстания мне было не суждено. Как и что-либо ещё в этот день. Мне нужно было многое обсудить с любимой.       Под вечер к нам в гости зашел директор. Причина его визита была очевидна — ему не нравилось наше поведение, проявления чувств и прочее-прочее. Мы честно выслушали его, секунды три, после надоело. Директор согласился с нашими взглядами, но попросил на людях ограничиться поцелуями и легкими заигрываниями. На что согласились уже мы.       В таком ритме пролетел месяц, со дня первого занятия мы стали проводить много времени вместе, я даже начал помогать проводить занятия у младших курсов, а Дора помогала мне с учебой по остальным предметам. Частым гостем у нас стал Флитвик, которому, оказалось, наши отношения напоминали его собственные, что были лет сто назад. Полугоблин помогал нам готовить занятия по ЗОТИ, а мне с заклинаниями. В самом конце сентября встретились с родителями Тонкс, они были страшно рады за дочь, всячески благословляли наши отношения, шутили про внуков, а я впервые почувствовал, что такое настоящая семья. Наши отношения складывались прекрасно, начали планировать свадьбу, решали где будем жить после этого года.       Лишь рыжее семейство рушило эту идиллию. Они не смели доставать Дору, но отыгрывались оскорблениями в мой адрес. Нимфа ни раз порывалась вызвать друзей из авроров, чтобы поучили их уму-разуму, но я отговаривал. Всё же эти люди когда-то были моими друзьями.       Приятным дополнением стали походы в ванны преподавателей, к которым Нимфа имела доступ, хотя и тут не обошлось без проблем. В одну из ночей на пути в ванны их встретила Макгонагалл. Она выглядела кране недовольной, даже возмущенной.       — Это уже переходит все границы. Я долго терпела ваше поведение, директор настаивал на этом. Но больше не намерена спускать ваши выходки. Вы только и знаете, что предаваться разврату, а это все же школа, а не бордель. Совершенно забыли про свой факультет, перестали общаться с друзьями, и все это ради мисс Тонкс. Более того, вы устраиваете из уроков непонятно что, прав был Северус: вы просто хотите привлечь к себе внимание. Не могу только понять, почему он стал так терпелив к вам.       — Профессор Макгонагалл, про наше поведение, да и про друзей… А знаете ли вы, чем занимаются и как развлекаются ваши «львята». Знаете ли, что мои якобы друзья говорят и делают. Нет, вам это не интересно. Как и не было интересно защитить меня от нападок на втором курсе. Вы потеряли право обвинять меня в чем-либо, потеряли еще четыре года назад. Спокойной ночи, профессор.       Тем не менее для меня это был прекрасный месяц. Каждый вечер я засыпал с любимой. А перед сном мы несколько часов говорим, или как-то еще проводим время. С ней мне не бывает скучно, не бывает плохо. И если со мной что-то случается, как, например, задумался и повредил ногу на лестнице, она мгновенно появляется рядом и помогает мне. Хотя мне кажется, будто Нимфи боится выпускать меня из объятий, боится за меня, боится, что я исчезну. Глупенькая моя, никуда я не денусь. Всегда буду с тобой.       А сегодня у нас свидание. Дора что-то задумала и ходит с утра довольная. На все мои вопросы она ответила лишь одно.       — Сюрприз!