Свидание с Дэдпулом

      Дэдпул никак не может надраться. Он скучает на диване в своей уютненькой дыре, тянет пиво из старых запасов и чувствует, что ему ни на секунду не становится лучше. - Черт, надо было брать текилу, - ворчит он, разочарованно кидая наполовину пустую банку в стену напротив.       Та, ударившись о поверхность, отскакивает, расплескивая остатки пива по всему периметру. Дэдпул уныло наблюдает за тем, как по полу растекается небольшая алкогольная лужица. Не то чтобы это что-то портило. Он и вспомнить не может, когда в последний раз мыл свой загаженный пол - никогда? Вполне вероятно.       Желтый говорит, что в тумбочке осталось немного тайского гашика. - Дурень, мы скурили его в прошлую пятницу, совсем мозги отъехали? - хмурится Дэдпул, залипая на смазливую девку в экране телевизора с отключенным звуком.       Он вздыхает, тоскливо сползая на диване еще ниже. Черт, это безделье просто невыносимо. Если он не придумает в ближайшие пару часов, чем занять себя, то лучше разнесет себе башку. Похмелье после этого просто одурительное, но лучше сдохнуть, чем маяться от скуки. Дэдпул трудяга до мозга костей, он киснет, когда ничего не делает.       Желтый говорит, что им срочно нужно поебаться.       Дэдпул ощущает себя старым дедом. Скрестив руки на груди, он снова ворчит: - Ага, знаю я вас. Надеетесь за мой счет девок развести, не того наебать решил, чувак.       Вообще, честно говоря, Дэдпул не знает, чего он упрямится. Покувыркаться с кем-нибудь - тема хоть куда, он всегда так делает, когда не на работе и не угашивается препаратами или бухлом. Но он не хочет ничего делать, и плесень уже потихоньку покрывает его тело. В чем проблема?       Белый говорит, что проблема в Пауке.       Дэдпул настораживается. Желтый молчит.       Белый подмечает, что Паучок не хочет с ними общаться.       Белый также замечает, что именно после этого они заперлись в квартире и нихуя не делают уже вторую неделю подряд.       Помимо этого Белый также отмечает, что Дэдпул превратился в нежную соплю, грустно дрочащую на своего возлюбленного.       Он издевается.       Дэдпул, молча посопев, недобро замечает: - Что-то ты запизделся, Белый.       Смотрите-ка, он тоже внимательный. Парни никак не реагируют на его слова, особенно Желтый. Что, неужели он тоже думает, что Дэдпул всерьез влюбился? Господи, да всрался ему этот пацан.       Занервничав, Дэдпул добавляет: - Да ладно, парни, все пучком. Мы с Пауканом просто друзья. Да, я хочу его выебать, но это обычные дружеские чувства, клянусь!       Желтый говорит, чтобы он уже выебал Паучка и не ебал им мозги.       Дэдпул, оскорбленный, молчит целых три минуты, прежде чем не выдерживает: - Тебе лишь бы поебаться с кем-нибудь. А как же высокие чувства, поэзия, Уолт Уитмен?       Белый говорит, чтобы он заткнулся нахер. - Ой, да ну вас.       Дэдпул замолкает, показывая, что ему вообще насрать. Паук, ну да. Не хочет с ним дел иметь, подумаешь. Сколько они там не виделись? Около двух недель или типа того. Пятнадцать дней, если быть точным. Пятнадцать дней, один час и восемь минут, если еще точнее. У Дэдпула чертовски точные наручные часы, вы знали?       Паук точно знает. Уэйд же приебывался к нему ровно тогда, когда у него занятия в школе кончались, то есть почти каждый день, не считая те, когда надо было кому-нибудь башку открутить. Дэдпул очень пунктуальный, он настоящий джентльмен, когда дело касается убийств.       Черт, опять он отвлекся. О чем это он? Ах да, Паукан. Они проводили довольно много времени вместе. Может, Дэдпул перестарался? Иногда он бывает чересчур общительным, а это заебывает кого-то забитого вроде Питера Паркера. Не то чтобы это его смущало, но в один прекрасный день тот написал ему в Фейсбуке, чтобы Дэдпул оставил его в покое хотя бы на пять минут.       Слушайте, Уэйд все понимает. Он не идиот. Парню нужно было время, ок, какие проблемы? Он дал Паучку целых тридцать минут, прежде чем подойти поболтать с ним, как обычно, но что сделал этот неблагодарный, гадкий, мерзкий Человек-Паук? Вмазал ему на виду у всех ебаных малолеток (боже, его наемническая репутация), а потом еще и запаутинил его куда-то на чердак, где Дэдпул провисел в полном одиночестве почти три с половиной часа. И после всего этого Паук просто-напросто сбежал.       Если вам интересно, у Дэдпула есть чувства. Человеку-Пауку не обязательно было устраивать истерику, чтобы дать ему понять, что он не хочет больше с ним дружить. И что с того, что они провели вместе столько чудесных мгновений? Если Паук так хочет, чтобы они не общались, то ладно, пожалуйста, Уэйду будет трудно принять это, но он уже большой мальчик.       Желтый говорит, что, господи, просто выеби ты его уже наконец.       Дэдпул возмущается. - Эй, не подслушивай!

***

      Паук застывает, когда видит его. Дэдпул миленько машет ему пальчиками. Видите, он душка. Настолько, что Человек-Паук даже не начинает истерить, прямо как в прошлый раз, а вместо этого торопливо приближается к нему. На самом деле это чистая случайность - то, что они вообще пересеклись: Уэйд как раз отправлялся на задание, чтобы слегка восполнить свои финансовые потери. Но он вышел раньше, чем надо было, так что все в порядке, у него еще есть минут двадцать в запасе.       Боже, думает Дэдпул с легким налетом ностальгии, какие же у Паукана вкусные ножки. - Дэдпул! - восклицает тот облегченно. - Человек-Паук! - направляет Уэйд на него пальцы, встав в крутую позу; Паучок никак не реагирует, так что ему приходится уточнить: - Что, мы не в той передаче, где надо как-то представлять друг друга?       Паук мнется на месте. Дэдпул почти умиляется: какой же он все-таки неловкий и взволнованный. И ему так идет этот мрачный антураж. В смысле, они пересеклись где-то в самой заднице Нью-Йорка, и что Паук тут вообще забыл? Знаете, какое место подошло бы ему больше? Кровать Дэдпула. О да. - Э-э, - тянет Человек-Паук. - Да не то чтобы... Куда ты пропал? - Перетирал с парнями кое-какие вопросы.       Что? Это почти правда. Паучок все равно не особо ему верит, судя по его выразительному взгляду. Да-да, он в маске, но Дэдпул чувствует. У них есть связь друг с другом, та самая, так что он знает, о чем говорит. - Все это время? - Да? - тянет Уэйд и обходит Паукана по кругу с невинным видом шакала. - Соскучился, Питти?       Он чувствует, как Паучок морщит свою хорошенькую мордашку. Это тоже работает их связь - она довольно крепкая, если подумать. К сожалению, пока не настолько, чтобы Дэдпул чувствовал свой член во рту Паучка или где-нибудь поинтереснее. Пока.       Желтый говорит, что это дело поправимое. - Я же просил не называть меня так. - Когда это? - озадачивается Дэдпул, лаская взглядом паучковую задницу; черт, как же она хороша. - В любом случае, ай-яй-яй, Питти, не увиливай от вопросов взрослого дяди, иначе взрослый дядя тебя отшлепает!       Он пытается это сделать, но Человек-Паук ловкий засранец и успевает увернуться до того, как вожделеющая ладошка Дэдпула успевает притронуться к нему.       Паучок вздыхает. Дэдпул готов поспорить, что тот сейчас начнет нудить, как он любит это делать, но вместо этого Паукан выдает смущенное: - Я волновался. Ты не отвечал на сообщения, и я не знал, где тебя искать. Уж думал, тебя прибили где-нибудь.       Нет, вы слышите это? Слышите? Паучок волновался о нем. Думал, что кто-то приебнул его, Уэйда. Боже. Да у Дэдпула сейчас глазки намокнут. Или трусы. Если он не забыл надеть их сегодня. - Да ладно, Паукан, не притворяйся, - отмахивается он с грустью. - Я знаю, тебе на меня плевать.       Дэдпул не слепой. Он видит, как Питер мается от своего чувства вины. Как этим можно не воспользоваться, в самом деле. - Нет, Дэдпул, я просто... - Паучок даже слегка запинается и шагает к нему, вытянув руку. - Черт, прости за тот раз.       Дэдпул молчит.       Белый говорит, что он ебаный манипулятор.       Что ж, это правда.       Если вам интересно, Уэйд не обижается. Ну, может, самую малость. В целом ему насрать. Да, у него был депрессняк накануне, но сейчас-то его нет. Но он был бы полным кретином, если бы упустил возможность заставить Паука плясать под его дудку, когда тот начал приплясывать уже и без нее. - Правда, - Паучок даже снимает с себя маску, чтобы уставиться на Дэдпула своими ясными умоляющими глазками. - Мне очень жаль. Я не должен был это делать, но у меня была куча тестов и еще экзамены, и тетя чуть не увидела мой костюм, и... - Да-да-да, - прерывает его Дэдпул нетерпеливо. - Слушай, Паукан, иными словами, за тобой должок, так?       Питер, замолкнув, настораживается, но в конце концов приступ вины скручивает его, и он несчастно признает: - Да. - Знаешь, как ты можешь загладить свою вину передо мной? - Эм? - тянет Паучок, вконец смешавшись.       Дэдпул не винит его. Будь он на его месте, то тоже бы смутился. Перед таким мужчиной? Черт, да Уэйд иногда перед собственным отражением стесняется, настолько он классный и обаяшка, к тому же. - Ты мог бы ее заглотить, понимаешь?       Дэдпул гребаная машина для соблазнения. Одни его грязные намеки можно продавать вместо афродизиака. И почему он еще не миллиардер? Ах да, ему платят за кое-что другое. Ему следует поторопиться, если он хочет, чтобы ему вообще заплатили.       Он вкрадчиво подбирается к Паукану. Тот рвано выдыхает, и по его мгновенно нахмурившемуся лицу Дэдпул с разочарованием понимает, что не прокатило. Что, нет? Он выкроит пять лишних минуточек для хорошего отсоса.       Черт, надо было ему исчезнуть недельки на четыре. Тогда бы Питеру точно пришлось согласиться.       Что? Уэйд давно ни с кем не трахался, а это вообще-то вредно для здоровья. - Я думал, ты завязал со своими намеками, - Паучок, рассердившись, вспархивает вверх на своей паутинке.       Дэдпул с досадой цокает. - Ой, да не ломайся ты!       Будто он не видит, что Паучок к нему неровно дышит. У Дэдпула большой опыт в таких делах, а еще он чертовски наблюдательный. Наверняка Питер дрочит на него по ночам, просто не хочет признаваться в этом.       Уэйд как раз прикидывает, как бы ему так выманить Паучка обратно, потому что у него нет времени разбираться с этой херней, как вдруг голос того звучит прямо у него за спиной: - Мы могли бы сходить на, эм, свидание.       Дэдпул едва не подскакивает, схватившись за сердце. По правде он напуган или устраивает сцену - трудно сказать, в его жизни все так тесно сплелось, что уже не отделишь одно от другого. - Господи, Паукан, если ты еще раз так подкрадешься!.. Подожди, что ты сказал?       Вообще-то Уэйд хорошо его расслышал, но дайте ему потешить свое самолюбие. Он все-таки не каждый день разводит малолеток на романтику. Свидание? Черт, да Паучок вообще хоть раз на них бывал? - Свидание, - повторяет тот, наморщив лоб. - Если ты, эм, захочешь, конечно.       Дэдпул сейчас растечется маленькой кровавой лужицей. Его прелестный Паучишка все-таки решил признаться, что мастурбирует на него одинокими вечерами? Черт, это будет взаимное признание, так волнительно. - Конечно хочу, сладенький, - воркует Дэдпул и хватает Паучка за руку. - Можешь считать, что наше свидание уже началось. Поцелуемся?       Он уже готов закатать маску, но Паук выпутывается из его объятий. Боже, чего он так парится, что, неужели никогда не целовался? - Нет, слушай, - Питер взъерошивает волосы на затылке еще больше; он всегда так делает, когда нервничает, - я имею в виду нормальное свидание.       Дэдпул непонимающе выгибает бровь. - А это не нормальное свидание? - уточняет он. - Нет, - отрезает Паук.       Дэдпул продолжает молча смотреть на него. Даже слышно, как где-то капает вода. Недавно дождь прошел, так что все вокруг сырое и бр-р. Может, здесь действительно не самое подходящее место для совместного времяпрепровождения. Не то чтобы Уэйд видел большую разницу, где штаны приспустить.       Он смотрит так долго, что Паучок, не вытерпев, закатывает глаза и сбивчиво поясняет: - Нам нужно сходить куда-нибудь. Днем. Просто поговорить и... не знаю, поесть? И в нормальной одежде. В смысле, без костюмов, оружия и всего такого. - Я могу раздеться, - Дэдпул готов на компромиссы. - Нет! - останавливает его Питер чересчур торопливо. - Мы должны быть, э, обычно одеты. Джинсы, футболка, все такое. И без масок.       Господи, внутренне ворчит Дэдпул, если Паучок хочет пообжиматься с ним, ему не обязательно устраивать из этого цирк. Он может сказать ему прямо, в чем проблема.       Ах да, вспоминает Уэйд следом. Мальчишка может быть из этих тошнотворных правильных семеек, которые живут по стандартам романтических комедий. Свидания, долгие разговоры, прогулки под луной, бла-бла-бла. Разве они не гуляют под луной прямо сейчас? И разговоры у них иногда длятся целыми часами. И что с того, что пиздит один только Дэдпул. Он не виноват в том, что Паучишка такой молчун, господи боже.       С другой стороны, если Пауку это так важно... Что ж, он всегда успеет стать зажравшимся циником, а пока молодость в нем ключом бьет, пусть наивничает. У Паучишки это хорошо получается. - Ладно, - неохотно соглашается Дэдпул. - Дневное свидание. И куда мы пойдем? - Не знаю, - пожимает Паучок плечами. - Можем просто погулять и, ну, сходить куда-нибудь поесть? Пиццы или еще чего-нибудь.       Да уж. А что, не так уж и плохо. Уэйд знает много мест, куда можно затащить Паучка и потискать его.

***

      Уэйд придирчиво вглядывается в свое отражение. Он без костюма, абсолютно голый, и его правая рука все еще не отросла до приличного размера. Уэйд надеется, что она примет свой обычный вид, прежде чем он встретится с Пауком, потому что... вы видели вообще его ладошку? А если Паучок захочет, чтобы ему в штаны залезли? Вряд ли он обрадуется, обнаружив в трусах пятерню десятилетки. Да-да, у Дэдпула вообще-то и левая рука есть, но он довольно консервативный в таких вещах.       Ладно, да, может, он просто слегка волнуется перед свиданием. Что? Он на них сто лет уже не был. Вряд ли можно посчитать за свидание быстрый перепихон где придется, а именно такой вид имеют все романтические встречи Дэдпула последние лет десять. Или сколько там, он слишком не следит за временем, чтобы помнить о таких вещах. Он даже в школе-то не особо любил всю эту нелепую приблуду, когда надо было водить девок куда-то и развлекать их в надежде, что одна из них позволит себя в щечку клюнуть, не то что в трусы к ней залезть.       Дэдпул всегда был крутым парнем, ок? Если он хотел с кем-нибудь потискаться, ему не нужно было проходить испытательный срок в несколько встреч. Он всегда свое брал.       Желтый говорит, чтобы он перестал пиздеть.       В любом случае, что там делают на этих тупых свиданиях? Они с Пауканом должны держаться за ручку? Мило, но скучно. Ладно, если после этого Паучок согласится дать себя за бедра пощупать, то Дэдпул согласен. Ему, правда, не нравится идея, что они должны быть без масок. Нет, в смысле, он не против, чтобы Паучок снял ее, раз он так печется о тайне свой личности на людях (сам-то Уэйд миллион раз уже его лицо видел), но насчет него самого...       Скривившись, Уэйд скребет себя крошечными пальчиками по подбородку и вздыхает. Одно хорошо - ему не надо бриться.       Белый говорит, что Паук не убежит, если увидит его без маски, все в порядке. - Он просто вежливый, - фыркает Дэдпул.       Не то чтобы его ебало, что что-то не так с его внешностью. Слушайте, да, он не красавчик, но он все еще преступно горяч. Но эта маленькая подлая деталь в его внешности, которая уродует его просто до невозможности. И никак не скрыть - слишком очевидно. Ох, блять.       Белый говорит, что, да ладно, они возьмут Паучка красивыми глазками.       Серьезно, еще ни один человек не отказал ему, заглянув в его прекрасные дивные глаза.       Желтый говорит, чтобы он перестал пиздеть. - Блять, ты за меня вообще или как? - возмущается Дэдпул. - Лучше скажи мне, что я красивый.       Желтый говорит, что, ладно-ладно, он красивый. - Так-то лучше.

***

      Уэйд не хочет показаться слюнтяем, но он, кажется, беспокоится. Да-да, они с Пауком условились встретиться в одном из своих местечек (только не на крыше, а там, внизу, среди других людей), но вдруг он не придет? Уэйд топчется тут уже минут пять. Что, если Питер разглядел его и ушел?       Нет, быть не может, Уэйд замаскировал свое ужасное уродство. А Паук узнает его по шикарной заднице, очевидно. Он один тут такой стоит. - Хей.       Дэдпул, повернувшись, видит Питера. Тот одет как обычно, когда он щеголяет без своего развратного костюмчика, в джинсах, футболке и куртке. Уэйд ограничился своими самыми приличными штанами, которые стянул у одного припизднутого чувака в одной кровавой заварушке, и худи с капюшоном, накинутым сейчас на его голову, потому что, черт, ну дайте вы ему привыкнуть, в самом деле. - Приветик, коржик, - улыбается Дэдпул, и от него не укрывается жадный, слегка смущенный взгляд Питера, бегающий по его лицу. - Я уж думал, ты меня разыграл. - Нет, - торопливо возражает тот, - я просто не успел вовремя на автобус, извини.       Уэйд пристально вглядывается в лицо Паукана. Тот видит его без маски впервые. Пока все еще идет хорошо. Но лучше бы Уэйду не снимать этот чертов капюшон, серьезно. - Итак, - Дэдпул загребает Питера к себе, закинув руку ему за плечо и увлекая в людской поток, - куда мы направляемся, мой маленький романтичный супердруг? - Ну, может быть, сначала сходим куда-нибудь перекусить? - робко предлагает Паучок.       Нет, вы только поглядите на него. Уэйд видел его в обычном прикиде тысячу раз, а теперь этот малец стесняется. Разве можно быть таким прелестным?       Белый говорит, чтобы он завалил со своей влюбленной хуйней. - Ой, да заткнись ты, - морщится Дэдпул. - Что? - Нет-нет, Питти, это я не тебе, - они сворачивают в сторону одной из закусочных, где уже были вдвоем как-то раз, только в костюмах. - А что дальше?       Не поймите неправильно, Уэйд любит еду. Очень сильно любит еду. Но она не обнимет его своими ловкими руками и не засунет свой горячий язык ему в глотку. А именно этого и хочет сейчас Дэдпул. Серьезно. Он давно сексом не занимался, ему просто надо. Тем более с Пауком, черт, да вы шутите? - А дальше, - тянет Питер, - можем просто погулять, нет? - Чудесная идея, - соглашается Уэйд и толкает дверь в забегаловку.       Днем она совершенно другая - унылая, светлая и полупустая. Не то чтобы Дэдпул никогда не ел в говенных забегаловках. Но чем старше он становится, тем больше начинает ценить приятную обстановку и хорошее обслуживание.       Он кидает взгляд на Питера, когда тот озвучивает свой заказ у кассы. Не похоже, что тому тоже комфортно здесь, учитывая, как он ведет плечами и оглядывается исподтишка. Когда они отходят, чтобы дождаться своей еды, Уэйд припадает губами к уху Питера. - Тухлое местечко. Может, съебемся, как только жрачку получим?       Питер облегченно кивает. - Да, класс.       Они успевают обменяться по одной забавной истории о злачных общепитах вроде этого, и Дэдпул радуется, что пока все идет отлично. В смысле, не похоже, что Питер мечтает, чтобы ему позвонил кто-нибудь и он смог уйти, воспользовавшись предлогом.       Забрав пакеты с едой, они выходят наружу. - Куда пойдем? - интересуется Питер.       Ко мне домой, хочет вякнуть Дэдпул, но парни вовремя одергивают его. Правильно, еще слишком рано. - Как насчет того, чтобы забиться куда повыше? - предлагает Уэйд и, схватив Паучка за руку, тянет его за собой.       Какое-то время они петляют по кварталу, а потом заворачивают в один из закоулков. Места смутно знакомые, Дэдпул на самом деле ориентируется в ночном Нью-Йорке намного лучше. - Мы на крышу пойдем? - уточняет Питер.       Развернувшись к нему, Уэйд морщит лоб. - Боишься высоты, Паучок? - Нет, - фыркает тот и, остановившись, принимается заворачивать рукав своей куртки. - Просто так мы доберемся намного быстрее.       Дэдпул радостно присвистывает, заметив веб-шутер, закрепленный на запястье Паукана. Черт, хитрый засранец! - Ага, Паукан, мухлюешь! Сам же сказал приходить в обычной одежде.       Крепко приобняв Уэйда за талию (ох!), Питер закатывает глаза. - Можно подумать, ты сам пришел с пустыми руками.       Да, за поясом у Дэдпула заткнута маленькая безобидная пушка. И еще кое-что по мелочи. Просто на всякий случай. Он ухмыляется. - Тебя не проведешь.       Он уже хочет предложить Пауку подраться на ножах, раз уж он захватил пару штучек с собой, но Желтый говорит ему, что это не романтично. Нет? Ладно, может, в другой раз.       Тем временем Питер транспортирует их на крышу, и Уэйд снова не может удержаться от восторженного вопля. Серьезно, ему пора тоже придумать какую-нибудь херню, которая позволит ему рассекать воздух, - у него каждый раз дыхание перехватывает, когда Паук его катает на себе.       Перед тем, как отпустить парня, Дэдпул основательно облапывает его. После этого они находят местечко, где им лучше всего будет сидеться, и принимаются шуршать пакетами, выуживая оттуда еду в жирных обертках. - Мм! - стонет Уэйд от удовольствия, когда жир с бургера начинает течь по его подбородку. - Потрясная херня!       Белый говорит, что это полное говно, а вот буррито захавать вместо этой дряни было бы намного лучше. - Да ладно, чувак. Буррито огненная вещь, но это даже вид жрачки другой, нашел с чем сравнивать.       Желтый говорит, что это как жопу с пальцем сравнить. - Верно, старик, дело говоришь. Слышал, Белый? Херни не городи.       Дэдпул только погодя замечает, с каким видом наблюдает за ним Паук. Заткнувшись, он беспокойно притрагивается к своему лицу. - Что? У меня соус на подбородке?       Питер качает головой. - Нет, просто... - он опускает глаза на свой надкусанный бургер. - Мм, ты постоянно голоса слышишь?       Дэдпул фыркает. - Иногда они устраивают мне бойкот.       Вообще-то это нихрена не круто - Уэйд становится чересчур общительным, когда под препаратами, а он почти всегда под ними, когда не на работе. Вы вообще замечали, как скучно жить, если ничего не происходит? Боже. Компания из Желтого и Белого, конечно, не то же самое, что горячая цыпочка в твоих объятьях, но тоже покатит. - Да и я же знакомил тебя с ними, - добавляет Дэдпул. - Называй их по именам, а то они обижаются, серьезно, Питти, эти парни жутко обидчивые засранцы.       Желтый говорит, что самый обидчивый засранец из них всех - это он сам.       Не верьте ему. - Эм, - протягивает Паук. - Я бы поздоровался с ними, но это, типа, ну, странно. То есть реально очень странно.       Уэйд пожимает плечами. - Я ебанутый на голову наемник, Паучишка. И тем не менее ты умудрился позвать меня на свидание, грех жаловаться, ты сам все это устроил. - Эй! - возмущается Питер, кинув в Дэдпула скомканной оберткой. - Во-первых, я не жалуюсь, а во-вторых, ты меня вынудил.       Дэдпул цокает, качая головой. - Я? Вынудил? Просто признайся, что ты от меня тащишься. Хочешь меня в постель затащить, да? - Ничего я не хочу. - Фу, Питти, ну ты и врунишка. Тебе не стыдно? - Если бы я тебя в постель хотел затащить... - разозлившись, начинает Питер, но осекается.       Уэйд заинтересовывается. - Так-так-так?       Паучок откашливается и отворачивается к еде. - Я не затаскиваю никого в постель. - Многое теряешь, - замечает Дэдпул, засовывая остатки бургера в рот. - Если мне кто-то нравится, - с нажимом продолжает Паук, - я предпочитаю позвать этого человека на свидание.       Уэйд даже давится. Да, Паучок не сказал что-то охренительно новое, но он сказал - вслух! Признаться, Дэдпул не ожидал от него такого. Обычно хорошие мальчики не особо любят признавать, что заинтересованы в ком-то вроде него. - Я собираюсь отсосать тебе прямо сейчас, малыш, - решительно заявляет Уэйд, растроганный признанием, но Питер вцепляется пальцами в его худи, останавливая. - Что? - Нет, я просто... - вау, Паучок так близко и не выглядит недовольным, он что, собирается поцеловать его? - Может, сначала поцелуемся?       Бинго.       Желтый говорит, что сейчас блеванет. - Заткнись, - на автомате бормочет Уэйд, завороженно разглядывая глупую паучковую мордашку напротив. - Что? - Питер, огорченно нахмурившись, уже хочет отстраниться, но на этот раз уже Уэйд вцепляется в него. - Это я не тебе, - поясняет он и просто целует Паучка, пока они тут от старости не умерли.       Все-таки Питер, похоже, ходил на свидания - по крайней мере, на парочку уж точно, - или когда-то он с кем-то встречался, потому что целуется парень довольно резво. Уэйд снова приятно удивлен.       Когда они, слегка заведенные, отстраняются друг от друга, Питер, не выдержав, смеется и неловко признается: - Черт, я даже жвачку взял, а у меня лук в зубах торчит.       Дэдпул добродушно фыркает. - Ой, коржик, думаешь, меня отпугнешь луком в зубах? Однажды в Мехико одна крошка сжевала так много тако, что ее выворачивало весь вечер, а после этого мы с ней...       Питер срочно затыкает ему рот рукой, зажмурившись. - Я не хочу слышать это. Что бы там ни было.       Уэйд только ухмыляется в его ладонь. Открыв глаза, Питер смотрит на него, и его выражение лица слегка меняется. Уэйд знает этот изучающий взгляд. В какой-то мере он ожидает этого, но все равно немного расстраивается, когда Питер осторожно берет его за края капюшона. - Можно?..       Закатив глаза, Дэдпул кивает. Да-да, сейчас Паучок увидит его во всей красе.       Стянув с него капюшон, Питер теряется. Потом, взяв себя в руки, смущенно интересуется: - Эм, что?.. Что это?       Дэдпул сдувает с глаз упавший на лицо локон. Наморщив лоб, он разочарованно спрашивает: - Тебе что, не нравятся блондины? - Нет, просто, эм, - он бессильно выгибает брови. - Зачем тебе парик?       Ну вот. Его тайна раскрыта. Боже. Снова терпеть унижения, когда уже это закончится?       Смирившись, Уэйд стягивает с себя парик и трагичным полушепотом признается: - Я лысый, Питти.       Это хуже любой проказы. Серьезно. До всей этой херни, которая произошла с ним, у Уэйда были потрясающие волосы. Целая блядская копна, в которую так любили вплетать свои шаловливые пальчики все его любовники. Уэйд любил свои волосы, он ими гордился, он их, блять, обожал - ухаживал и все такое, прямо как девчонка. Он никогда никому не признается, сколько бабла спустил на все эти дорогущие шампуни, муссы и гели для укладок. После этого его волосы лежали так нарочито небрежно, что каждая дамочка в округе текла при виде него. Боже. А сейчас? Черт, да он похож на пожеваный баскетбольный мяч, и его лысина отсвечивает, когда свет слишком яркий.       Чувствует ли Дэдпул себя униженным? Да он урод. Лысый безволосый урод. У него даже бровей нет, о чем вы. А его грудь? Ни одного волоска. А ноги?       Лучше и не вспоминать.       Желтый говорит, что ему, по крайней мере, не надо каждый раз яйца брить.       Что ж, спасибо и на том. - Да, ну? - тянет Питер, пожимая плечами. - Мне нравится?       Дэдпул кидает на него неверящий взгляд и еще больше расстраивается. - Паучок, ты что, извращенец какой-то?       Вдруг он из тех, кому нравится лизать лысину или тереться о нее мошонкой. Не то чтобы Дэдпул против был, но все равно это стремно. - Что? - сладко смеется Паучок и беспардонно опускает свою пятерню прямо Уэйду на затылок, проводя ладонью туда и сюда. - Так ты поэтому все время в капюшоне ходишь?       Помедлив, Уэйд подозрительно щурит глаза. - Откуда ты знаешь?       Питер невинно улыбается. - Ты серьезно надеялся, что я не замечу, как какой-то подозрительный хрен в подозрительных шмотках пялится на меня, пока я старушек через дорогу перевожу?       Ох, черт, шах и мат.       Уэйд утягивает Питера к себе поближе. - Черт, Питти, ты такой внимательный, просто обосраться. А ты заметил вот это? - он кладет ладонь Паучка к себе на ширинку.       Тот сбивчиво выдыхает и утыкается лицом в Дэдпуловскую шею. - Боже... Мы можем делать это хотя бы не здесь?       Уэйд уточняет деловым тоном: - Хочешь уйти в местечко потемнее? - Ну, да? Не хочу, чтобы мистер Старк случайно увидел, как мы тут... - В жопу Старка, - решает Дэдпул, резво подскакивая. - Я думал, приличные пауки не трахаются на первом свидании. - Я и не собираюсь трахаться с тобой. - Черт, сладкий, - Уэйд даже за сердце хватается, повернувшись к Питеру, - не разбивай мне сердце! - Мы просто узнаем друг друга получше. Как люди. Не супергерои, - добавляет Питер.       Уэйд ухмыляется, когда Паучишка снова обхватывает его за талию, чтобы спустить на паутинке вниз. Перед этим не забыв, конечно, убрать за собой весь бардак (это инициатива Паучка, Дэдпулу вообще насрать на эти чертовы обертки). И раз уж Паучок сказал, что они узнают друг друга получше, Уэйд сообщает ему на ухо самую важную информацию о себе: - Я, Питти, может, и не супергерой, но трахаюсь я суперклассно.       Поверьте, так и есть. По этой части свиданий Дэдпул настоящий профи.