Немой

POV: Кацуки Бакуго. Я не думал, что все закончится вот так, как когда повсюду валяются тела, а ты стоишь посередине, весь измазанный в своей, вперемешку с чужой, крови. Дыхание до сих пор не восстановилось, а сердце бешено скачет по всей грудной клетке. Холодный воздух забирался под одежду, от чего по коже проходился неприятный импульс из мурашек. Уже давно стемнело и из-за этого нихрена не видно, да и перед глазами плывет. Киришима, который находится в таком же состоянии, тяжело вздыхая, молча прикрывает веки. Кажется, сегодня ночка выдалась еще та, но, по крайней мене, мы остались живы. Дорога назад не заняла много времени, в лобовом стекле то и дело мелькали огни уличных фонарей. Мимо проезжали машины, слепя светом фар. Сидящий за рулем Дирмишима все это время хотел что-то сказать, но молчал, явно еще до конца не отойдя от случившегося. Упершись локтем в дверную ручку, приковал свое внимание к дороге, которую практически не было видно — одна черная полоса. Уже хочется приехать, помыться и завалиться спать, чтобы утром проснуться и со спокойными мыслями представить, что ничего это не было. Машина подскакивает на какой-то кочке, от чего я сильно ударяюсь лбом о стекло, понимая, что умудрился задремать. — Ты как? — рыжий мельком глянул на меня, все так же не отрывая взгляда от дороги. Провожу ладонью по лицу, откидываясь в кресле, ощущение слабости как-то резко накатило. — Нормально, — даже голос охрип. Замечаю, что во рту пересохло, а в машине, как назло, нет бутылки с водой, хотя я помню, что где-то на заднем сидении была одна ноль пять. — По лицу не скажешь, — на себя бы сначала посмотрел: весь бледный, руки подрагивают, наверняка теперь несколько дней нормально уснуть не сможет. Да по сравнению с ним — я спокойнее удава. — Я по жизни такой. По крайней мере, не трясусь, в отличие от некоторых, — перевожу на альфу взгляд. Тот заметно напрягается, вцепившись в руль так, будто тот ему денег должен. Это не первый раз, когда мы влезаем в подобное дерьмо, но каждый раз все же не заканчивался кровавым месивом, как минимум — парой тройкой переломов или пробитых голов, но до убийств не доходило. Все происходило слишком быстро. Мой мозг отключился сразу, как только машина подъехала к месту встречи и больше не желал подавать мне здравомысленных советов, как к примеру: «просто поговори и все, не надо крови». Но нет, для меня это слишком просто и когда это осознание посетило меня — понеслась. Сознание проснулось на последнем ублюдке, на понимании того, что уже деваться некуда — пришлось добить, таких, как он — нужно вырезать пачками. Вся эта хрень случилась из-за того, что мразоты со словами: «мы забиваем вам стрелу» назначили время и место, от чего я откровенно чуть не задохнулся от собственного смеха. Они серьезно на что-то рассчитывали, но как оказалось — их место на дне и мы им это отчетливо, со всеми подробностями, показали. Тем, что они постоянно искали у меня в доме оказался какой-то там договор, название которого я предпочел не запоминать. Этот чертов клочок бумаги у чокнутых придурков сперла моя такая же поехавшая мамаша, что была директором компании, в которой я сейчас работаю. Это было черт пойми сколько лет назад, но отморозки из компании «шаверма» спохватились только сейчас, думая при этом, что эту херь стащил я. То, что Дерьмоволосый молчал — это только полбеды, ведь обычно он материт меня всеми оттенками мата и не заткнется ведь, пока сам его не пошлешь. И то не факт, что отстанет и перестанет ворчать. Если быть откровенным, то если бы эти ублюдки не тронули Деку, то, возможно, я бы просто проигнорировал даже те угрозы, что поступали на почту — все это для меня просто чем-то обычным и волноваться из-за этого я не привык. С того дня, как в моей жизни появился этот омега мне кажется, что моя психика стала еще тоньше. Глюк того, что какая-то сцука может навредить ему возникает каждый гребаный раз, когда я понимаю, что мы никто друг другу и у меня нет причин защищать его, а признаться пока в чувствах я не могу, так как в данном вопросе четко ощущается запах трусости. Дермишима постоянно упрекал меня в этом, а я по привычке слал его «на небо за звездочкой», потому что и без него это прекрасно знаю. Тот поход в супермаркет стал для меня чем-то неземным. Я полностью доверил выбор покупок веснушчатому, пока сам просто ходил следом и, в какой-то степени, мне это даже нравилось. Все портило то, что к кудрявому постоянно липла какая-то тварь под предлогом «не помечен, значит — не занят». Эти слова не покидали меня и по сию минуту, что порядком уже раздражало. Да будь моя воля — давно бы уже пометил его. Вот только для начала нужно сблизиться, а это вот и новая проблема: Сблизиться? Как? Задумавшись, не заметил, как машина подъехала к дому, со скрипом подвески останавливаясь. Выйдя, я не сильно хлопаю дверцей. В груди появилось какое-то нетерпение поскорее зайти и увидеть мелкого кучерявого задрота. Оказавшись в помещении, начинаем попытки бесшумно разуться. Дерьмоволосый чем-то брякнул, а я естественно рыкнул на него через плечо, чтобы тот не гремел: мы не в очень хорошем виде для показа такими перед омегами, поэтому нужно побыстрее расчехляться и идти мыться. Резко включается свет и я на пару с рыжим замираем, а-ля «похоже, спалились». Надежды на то, что парни спят рухнули с треском в овраг, но на одну долю процента смогли выбраться, так как на нас в данную секунду пялился лишь Деку, а Тупое лицо, по всей видимости, спал. Но даже так, ярко выраженную мимику на его личике нужно было видеть, потому что описать её просто невозможно. Конопатый уперся в нас таким взглядом, будто впервые видел, руки его затряслись, а глаза судорожно перепрыгивали с одного на другого, похоже, он был маленько в шоке от пятен крови, в которой мы были измазаны с ног до головы. — Иди первый в душ, — пихаю Дирмишиму в спину, стараясь игнорировать взволнованный вид омеги. Рыжий офигел от моего спокойного состояния и, просто кинув, пошел в сторону лестницы на второй этаж, где и находилась ванна. Деку так и стоял в ступоре, сначала проводив взглядом Дерьмоволосого, а после обратно повернувшись ко мне. Отвожу глаза в сторону и иду на кухню, так как именно там где-то валялась домашняя аптечка. Сзади слышатся тихие шажки, но я продолжаю строить из себя глухого, слепого и вообще инвалида, показывая всем видом, что вовсе не рад снова видеть этого коротышку. Перерыв почти все полки, начинаю уже закипать, ибо какого хрена вообще, когда что-то надо, то это не найдешь. Маленькая ладошка аккуратно дотронулась до моей спины, что заставило обернуться. Деку стоял передо мной с маленькой беленькой коробкой, на которой был изображён красный крест на крышке. Без всяких комментариев падаю на стул у стола, ожидая, пока мне окажут докторскую услугу. Веснушчатый, похоже, это понял, сразу подойдя и открыв крышку. Достал бутылочку для промывки ран, выливая немного на оторванный кусочек ватки и, казалось бы, почти не касаясь, начал протирать поверхность порезов и синяков. Одной рукой он придерживал мое лицо, а второй, не спеша, водил по гематомам, от чего было довольно-таки приятно, хоть и чутка больно. Не свожу с него глаз и он смотрит на меня в ответ, так как ему нужно видеть результат своей работы. Наши зрительные стрелки неоднократно сталкивались, но омега постоянно разрывал «контакт», немного краснея. Все происходило в тишине, но я особо не торопился что-либо сказать, в принципе, а зачем? Незаметно для самого паренька я пододвигаюсь всё ближе и, похоже, на последней паре сантиметров он все же что-то заподозрил, однако я сделал так, чтобы кудрявый не смог отстраниться, обхватив его поперек поясницы. Тихо охнув, омега оказался в моих руках, на удивление, даже не пытаясь вырваться. Чертов момент, что так хорошо вел ход событий, был нагло сорван ладошками веснушчатого, который прижал их мне ко рту, перегораживая свои губы. Я маленько не въехал в происходящее, смотря то на руки, то на их обладателя, скептически выгибая бровь. Кудрявый весь побагровел, а глаза метались то туда, то сюда и наконец остановились на мне. — Не хочешь? — какой же тупой вопрос, но если бы он был не против, то наверняка не сделал бы так. Омега мотает головой, а я все сильнее понимаю, что начинаю беситься, — Почему? — ох, черт, сто пудов меня сейчас попрет во все тяжкие, за чем последуют не очень хорошие последствия. Кучерявый изумленно смотрит на меня, в его взгляде я могу прочитать что-то вроде: «Всмысле, почему?», — Просто убери руки, — беру тонкие запястья, тяну вниз, немного пристав и уже почти касаюсь губ Деку, когда задрот резко отварачивается. Мысли о том, что я буквально заставляю омегу благополучно покинули голову, зато желание взорвалось без приглашения. Беря парня за подбородок, поворачиваю обратно к себе, уже не церемонясь, вгрызаясь в губы веснушчатого. Омега мычит и отпихивает от себя, но благодаря неравноправию силы и веса — преимущество за мной. Немного отстраняюсь, сталкиваясь с наглухо покрасневшим лицом. Я даже никогда не видел, чтобы человек светился так от смущения, причем — в прямом смысле. Омега отводит глаза, прячется за руками, а тихие и неразборчивые писки срываются с его уст, но понять так ничего и не получается. Он своим видом ввел меня в растерянность, от чего я сам охренел, ведь никогда подобного не чувствовал. Похоже, чердак совсем поплыл: как так вышло, что я потерял контроль и позволил себе распускать руки, при этом зная, что Деку не сможет отпихнуть меня из-за разницы в физических способностях? Сейчас же я поставил себя и его в неловкое положение, совершенно не в курсе, как объяснить данное действие. Отодвигаюсь назад и кудрявый, ловя момент, быстро смывается с комнаты, оставляя меня с дебильными мыслями. *** Утро выдалось не из самых лучших. С намерением перед работой посмотреть телек, первое, что попалось мне на глаза — новости про вчерашний «случай»: полиция разыскивает виновников столь беспощадной расправы над владельцем и сотрудниками одной крупной компании. Быстро вдавливаю кнопку отключения на пульте. Похоже, придется засесть на дно и, как минимум, пару месяцев не высовываться. Мои уши уже слышат, как Дерьмишима начинает одну из своих бесконечных лекций на тему «я же тебя предупреждал». Чтобы было понятно: я тут вообще не причем, это все нервы, а как известно — они у меня не из прочных. Но все херня. Самая главная проблема это Деку, который с того момента, как мы встали старался всеми силами не смотреть в мою сторону. Стоило мне оказаться метрах так в двадцати и глянуть на него, как у последнего просто, как у самого криворукого существа на планете, все валится из рук. Четыре тарелки и кружка разлетелись вдребезги за всего какие-то пару минут и это всего лишь начало, а что будет потом? Пришлось уйти пораньше, чтобы не травмировать омегу еще сильнее, ну вот, как так можно оплошать? Хотел сблизиться — пожалуйста, вот только получилось наоборот. Дирмишима и Тупое лицо свалили еще перед тем, как я проснулся. Рыжий пихнул меня со словами «мы ушли», но, так как мне было насрать, я особо не запомнил в каком часу утра это было. Джиро с сонным видом встретила меня, как-то чересчур раздраженно зыркнув. Прошлой ночью мы ездили на моей машине, но даже так Кьека убедительно просила, чтобы на кузове ни единой царапины не было, ведь именно на ней лежит ответственность за эту коробку на колесиках и, судя по ее лицу, мы все-таки где-то накосячили. Приехав в офис, едва не ослеп от яркой лыбы куска дебила по фамилии Киришима. Оказывается, этот идиотина видел, как мы с Деку вчера целовались, но спросить чё-каво не успел: быстро помывшись, я увалился спать, и он, видя, что я не в духе, заваливать вопросами не стал. Зато сегодня, похоже, чувство страха пропало, ведь у меня до сих пор настроения ноль. Кратко, можно сказать по привычке, шлю его в зад и запираюсь у себя в кабинете. Пора бы и подумать, какой же я олух, ведь после вчерашнего меня впервые что-то так зацепило и заставило проявить такое человеческое чувство, как совесть. До того момента я знал лишь определение этому слову, но почувствовать насколько оно противное еще не удавалось. Веснушчатый хотел мне помочь и, наверняка, волновался, ведь мы, по идее, говорили, что вернемся через пару часов, а в итоге заявились под ночь, но не в этом суть. Твою-то мать, как так-то. На протяжении всего дня голова была забита лишь этими мыслями, а под его конец я и мой мозг пришли к выводу, что домой мы не поедем, может, чуть позже, когда омега ляжет спать, а пока — старый-добрый бар всегда открыт. Все, что я помню — это как приехал туда и выпил какую-то хрень, от которой меня и попёрло. Проснуться у себя дома в кровати я уже не рассчитывал, как минимум — вжимаясь лицом в барную стойку, но какого было мое удивление, когда я очнулся в своей комнате. Охренеть мне не дали движения под боком, что заставили замереть и медленно отодвинуть одеяло. Ожидания, показав средний палец, утопали куда-то в противоположную сторону от меня. — Ты кто? — рядом лежала какая-то девка, которую я впервые видел и, судя по тому, что и она, и я нагие — вывод вырисовывался один. Ее черные волосы были разбросаны по всей подушке. В них я, каким-то образом, умудрился запутаться, но, не особо церемонясь, резко дергаю руку, без всяких попыток просто отпутать пальцы, вырывая клочок. Брюнетка с криком подскочила, держась за голову и недовольно впилась в меня глазами, но мне было откровенно фиолетово. Усаживаюсь на кровати, собираюсь уже поднять с пола штаны, как замираю от внезапного осознания. На лбу выступает миллион капель пота разом, а сущность в данное время крутит палец у виска, говоря этим, что я проебался. Разворачиваюсь обратно к девчонке, чуть не убив ее одним лишь взглядом, — Чё расселась? Шустро собирайся и проваливай, — от испуга она даже перечить не стала, быстро подрываясь. За пару секунд одевшись, выбегает из помещения. Тупя глаза в одну точку, руки с черепашьим темпом натягивали штаны и футболку, от которых не несло за километр посторонней омегой. Блять. Облажался один раз, а теперь, похоже, окончательно на корню все взял и испоганил. Иду в ванну, смывая с себя признаки присутствия той шавермы, ну, а потом, чуть ли не на беззвучном режиме спускаюсь и заглядываю на кухню. Деку, как обычно, готовит завтрак, но вот только его запястья дрожат, а нож, что он взял, дабы нарезать овощи, тут же выпадает из рук. Громкий всхлип, как удар валуном по голове, залетел в уши. Чертовы половицы, что предательски выдали меня с потрохами, сильно скрипнув. Омега обернулся и сразу отвернулся обратно, спешно вытирая лицо, и, похоже, стараясь сделать вид, что ничего и не было. Воспоминания, как поганое видение начало мелькать перед глазами: Сняв, на кой-то хер ту бабу в баре, попав под ее искушение, так как был в хламину, я поволок, естественно, ее сюда. Самое отвратительное, что все это время Деку ждал меня, и, наверное, хотел «поговорить», но, встретив меня в данном состоянии, еще и не одного — онемел дважды. Память с подробностями воспроизводила то, как кудрявый быстро отпер дверь, когда я постучал, и то, как он буквально на месте чуть не упал от шока. Нагло отпихнув его в сторону, на пару со шкурой, что вцепилась в меня своими когтями, мы неуклюже поперлись наверх. А ведь он слышал то, как я ебу ее, хотя до этого лез к нему с поцелуями. Тонкие плечи подрагивали, а тельце чуть дергалось, но решимости подойти и попытаться успокоить нет абсолютно, зато есть боязнь все только испортить, хотя в данном положении уже некуда ещё больше портить. Конец POV: Бакуго Кацуки. *** POV: Мидория Изуку. Почему-то было ощущение, как будто меня предали, но из-за чего это чувство? Ведь здесь нечему удивляться и тот поцелуй ничего не значил. За одну ночь накрутил себе всякого, а как оказалось — это просто очередная игра типичного альфы, которому нужны лишь процесс и ощущения. С чего я взял, что нужен ему, когда у него и харизма, и деньги — все при нем, а я никто, просто попавший под момент омега. Сдержать слезы неимоверно сложно, а скулеж так вообще неуправляем. И Бакуго все это видит — в груди возникает еще и стыд, просто полный букет чувств души. Я не вижу его лица, но полностью уверен, что он насмехается, потому что все альфы одинаковые и чувствуют превосходство от подобных вещей. Боль и пристыженная натура сливаются вместе, образуя вязкое месиво, которое разливается в груди. Сзади слышится хлопок входной двери и это месиво давит на сердце, подбираясь к горлу, перекрывая подступ кислорода в легкие.