Рекламный ролик «Cornetto» за кулисами

До: — Лань Чжань, мы будем снимать рекламный ролик мороженого! Мороженое, Лань Чжань! Корнетто!       Лань Ванцзи посмотрел на Вэй Усяня с бесстрастным выражением лица. — Мороженое запрещено в Облачных Глубинах. — Но Лань Чжа-а-а-ань! — Вэй Усянь настойчиво потянул за рукав своего мужа. — Обратного пути нет! Ты уже подписал контракт!       Немигающий взгляд. — Я не… — Ты сделал это! — воскликнул Вэй Усянь и победно замахал перед лицом Лань Ванцзи листом бумаги. — Смотри, это твоя печать согласия!       Лань Ванцзи потянул руку, чтобы взять его, но Вэй Усянь быстро одёрнул лист бумаги в сторону. — Нет, ты не сможешь порвать его как тот порнографический сборник, который мы смотрели в библиотеке. Пожалуйста, Лань Чжань! Согласно договору, в Облачные Глубины будут бесплатно поставлять это мороженое для каждого в течение месяца! Просто подумай о всём возможном, что ты сможешь сделать со мной и с мороженым… — Вэй Усянь замолчал, соблазнительно глянув на своего мужа. — Оно, конечно, холодное, но ты сможешь слизывать его с меня, Лань Чжань, — мурлыкнул Вэй Усянь. — С моих губ, с моих пальцев… с моей груди… с моего живота… с моего… — Остановись, — прервал Лань Ванцзи хриплым голосом. — Я буду участвовать в этой съёмке. Запомни свои слова, Вэй Ин.                             Во время: Дубль 12. — Снято!       В отчаянии Вэй Усянь закрыл лицо руками. — Ханьгуан Цзюнь, — умолял директор. — Я прошу прощения, ролик получается отличным, но вы просто… просто… должны улыбнуться. Вот и всё, Ханьгуан Цзюнь. Просто… улыбнитесь…       Вэй Усянь должен был отдать должное директору за его смелость и упрямство. Просить Ханьгуан Цзюня улыбнуться, когда каждому прекрасно известно о холодном и непроницаемом выражении его лица.       За исключением случаев, когда он находился с Вэй Усянем. Иногда, когда он смотрел на своего возлюбленного, уголки его губ приподнимались, образовывая лёгкую улыбку. … Стоп. Действительно?..       Из-за вспыхнувшей в голове мысли Вэй Усянь вскинул голову. — Директор! — немного взволнованно крикнул он, кинувшись навстречу Лань Ванцзи. — Я заставлю Ханьгуан Цзюня улыбнуться! Просто оставьте это мне!       Директор почувствовал замешательство, но всё же отступил, оставив двоих наедине.       Вэй Усянь взял руки Лань Ванцзи в свои и внимательно посмотрел в лицо мужа. — Лань Чжань, — начал он искренне. — Когда ты говоришь свои реплики, просто представь, что ты говоришь их мне. Я буду здесь, я смотрю на тебя и на твоё мороженое. Затем ты видишь мой взгляд и говоришь: «Этот морозный друг твой». Потом ты предлагаешь мне своё мороженое и произносишь: «Ты мой». Ты же улыбнёшься, когда скажешь мне, что я твой, Лань Чжань? Ты будешь рад меня видеть, верно? Лань Чжань? Ты же счастлив, что я твой, Лань Чжань?       Из-за посторонних взглядов Лань Ванцзи не смог поднять руки Вэй Ина к своим губам, чтобы поцеловать их, поэтому он просто произнёс: — Конечно, Вэй Ин.       Вэй Усянь поднял руку, чтобы обхватить лицо Лань Ванцзи. Его большой палец нежно ласкал гладкую кожу щеки. — Тогда улыбнись мне, Лань Чжань. Ты же сможешь сделать это?       Лань Ванцзи мягко отстранил руку Вэй Усяня от своего лица, аккуратно переплетая их пальцы. — Что угодно для тебя, Вэй Ин. — Отлично! — с энтузиазмом воскликнул Вэй Усянь. — Тогда попробуем снять ещё раз? — в ответ Лань Ванцзи лишь кивнул.       Вэй Усянь помахал директору, прокричав: — Господин Директор! Давайте снимем ещё один дубль! Лань Чжань готов!       Вэй Усянь выскочил из зоны видимости камер, но всё ещё был достаточно близко к своему мужу. — Мотор!       Пальцы Лань Ванцзи дважды коснулись струн гуциня, вырывая красивые ноты. Подул ветер, и его длинные волосы изящно затанцевали в воздухе.       Глядя скучающим взглядом прямо на Вэй Ина, Лань Ванцзи протянул ему своё мороженое. — Этот морозный друг твой. Ты… — начал говорить Лань Ванцзи и почувствовал, что в этот миг не может существовать ничего, кроме него и Вэй Усяня, поэтому он легко произнёс обещанные слова. — Мой.       Лань Ванцзи улыбнулся.       И Вэй Усянь забыл, как дышать.                      После: Этой же ночью, в цзинши. — Холодно, Лань Чжань… — Ты сам напросился на это. — Не облизывай меня там… это щекотно! Лань… Чжань… — … — Перестань… дразнить меня! Вставь уже в меня… — резкий вдох. — Холодно, Лань Чжань! И липко! Ты сейчас туда положил мороженое?! Лань Чжань, не говори мне, что собираешься… Ах! — … — Хватит, Лань Чжань… Я на пределе… Пожалуйста, не дразни меня… — Мм…                             Несколько часов спустя: — Это было… весело. Но я не могу пошевелиться, Лань Чжань! Ты сегодня слишком несдержанный!       Крепкие руки обхватили Вэй Усяня за талию, ближе притягивая к себе. — Ты сам просил меня об этом, Вэй Ин. — Ты даже нацепил вафельный рожок мороженого на мой… на мой! — Мгм, — прозвучало как-то слишком довольно. — Подмораживает! — поддельно обидчиво протянул Вэй Усянь. — Согреешь меня?       Нежные и страстные поцелуи осыпали его лоб, нос и уголки губ. — Каждый день.