Амур по имени Гарри

Позавтракав, Блэки покинули Большой зал и отправились в сторону кабинета директора. Гарри мог бы дойти туда сам, но легенду надо было поддерживать. И вот они остановились около каменной горгульи. — Беллс, ты можешь сегодня прогулять пару своих первых занятий без последствий? — Ну, думаю, я смогу использовать свой статус старосты, чтобы оправдать непоявление там, а что? — У меня есть подозрение, что разговор с директором затянется и что в его процессе мне понадобится твое присутствие. Как у тебя с окклюменцией? — Очень хорошо, а что? — Думаю, директор попытается прочитать тебя на правдивость моих слов, также сегодня ты можешь узнать обо мне много нового. И нужно, чтобы ты не подала виду, что не знаешь об этих фактах, справишься? – Гарри взял ее ладонь в руку. — Конечно, мой Лорд. – Ответила та с улыбкой. – Ваша леди сделает для вас все, даже будет обманывать директора. — Спасибо! – ответил юноша, и убедившись что рядом никого нет, «клюнул» девушку в губы. — И еще, Беллс... Пойдешь со мной на свидание завтра? — Как я и говорила ранее, я не могу отказать своему лорду, – улыбка на лице Беллы стала еще шире. Гарри произнес пароль, и горгулья отъехала в сторону, парочка поспешила пройти в кабинет.

***

После того как дверь в кабинет директора закрылась за их спинами, внутренний слизеринец взял управление тушкой на себя. Надо же кому-то расхлебывать то, что вчера натворил этот идиот. — Здравствуйте, профессор Дамблдор. – поздоровались Блэки. — О мистер Блэк, мисс Блэк, проходите, присаживайтесь, — заулыбался директор, отлевитировав на столик перед учениками сервиз. – Мне казалось, я вызывал сюда только вас, мистер Блэк? — Моя кузина здесь в качестве моральной поддержки – мне пока еще не очень комфортно в школе, к тому же ее отец запретил мне находиться в одном помещении с мастером легилименции в одиночку. – Ответил Гарри, стараясь не смотреть директору в глаза. — О, понимаю, я обучал Сигнуса Блэка в стенах этой школы в свое время, он всегда хотел сына, его забота о вас весьма похвальна. Чаю? Беллатрикс на словах о сыне слегка поморщилась. Ну уж простите, у нее не получилось родиться мальчиком. — Да, конечно, – ответил Избранный, он помнил чаепития в этом самом кабинете ещё со своего мира, старик любил поболтать со студентами и преподавателями за чашечкой чая, и, согласившись, можно было набрать для себя пару баллов в глазах директора. Они выпили чаю и провели неспешную беседу о погоде и впечатлениях мальчика в школе. — До меня дошёл слух, будто у вас вчера была очень эмоциональная беседа со старостой седьмого курса... расскажите подробнее об этом, – перешёл к делу директор. — Да, действительно. Если быть точным, то мистер Розье рассказывал студентам о деятельности одной организации с довольно радикальными взглядами и идеологией, весьма приукрашивая перспективы бытия ее членом, а затем попытался провести в эту организацию вербовку. Я же, в свою очередь, попытался помешать ему ввести товарищей в заблуждение. О том, что случилось после нашей беседы, я не знаю – тот день был очень трудным и я сразу отправился спать. — О, не волнуйтесь, сегодня я получил письмо от его отца с намерением перевести мистера Розье учиться в Дурмстранг. Говорят, у него конфликт с товарищами по факультету, не позволяющий продолжить обучение здесь, – директор хитро и одновременно загадочно улыбнулся, прямо как раньше в его измерении. Внутренний слизеринец искренне радовался, что товарищи по факультету не такие идиоты, как хозяин тушки, и если и устроили для Розье кару, то явно не в гостиной. — Но мне очень интересны причины, по которым вы вмешались в происходящее. Почему вы решили выступить против Лорда Волдеморта и помешать его планам? Насколько мне известно, дом Блэк всецело поддерживает его идеи. И откуда вам стала известна информация, которой вы поделились с однокурсниками? — Теперь мало кто из чистокровных захочет его поддерживать. – Фыркнула Беллатрикс. — Но все же – откуда вам, мистер Блэк, могли быть известны факты, которыми вы оперировали? — Я могу вам рассказать. Но очень сомневаюсь, что вы мне поверите… — Ну, запретить вам попробовать я точно не могу, мистер Блэк, – вновь улыбнулся Дамблдор. — Тогда попрошу вас меня не перебивать, пока не закончу. Мальчик поведал ему историю своего рождения, о пророчестве, в результате которого он в возрасте года осиротел. О том, как узнал, что Избранный и как помешал Темному Лорду похитить философский камень на первом курсе, как помешал ему обрести тело на втором, как тот возродился на четвертом и какую модель поведения приняло Министерство магии. Поведал о том, что ему известно об Ордене Феникса и о том, что его родители входили в его состав. Об охоте за тем самым пророчеством и, наконец, о том, как он упал в Арку Смерти. Гарри не называл имен своих родителей и указал на то, что реальности являются параллельными, оперируя несоответствием возраста некоторых людей и некоторыми историческими событиями, что не произошли в его мире. В подтверждение своих слов он перечислил близких соратников Дамблдора, которые, как он знал, также состояли в Ордене и уже не были сейчас учениками Хогвартса. Блэк упомянул, что ему известно о тайне Люпина и причине появления в Хогсмиде Визжащей хижины. Гарри указал, что он сильно повлиял на события лишь своей вчерашней выходкой и не может называть конкретные имена, потому что-то, о чем ему было известно, может теперь и не случиться. — Ты действительно можешь говорить со змеями? – было первым, что спросил профессор. — Да. – Ответил юноша и повернулся в сторону Беллатрикс. — Серпенсортиа! – из палочки Беллы вылетела змея. Гарри заговорил с ней. Его собеседники не смогли скрыть своего удивления когда та зашипела что-то в ответ и спокойно заползла на протянутую ладонь. — Випера Эва… - Начал произносить контрзаклятие Дамблдор. — Не надо! Ей же страшно! – сказал юноша, закрыв собой змею. – Я отнесу ее в лес и выпущу там. Дамблдор был рад: юноше не чужды сострадание и, судя по всему, любовь. Директор посмотрел на Беллатрикс – и на нее он хорошо влияет. Может, у него получится перевоспитать всех остальных Блэков? — Я говорил тебе что-то важное в той реальности? – решил уточнить Дамблдор. — Ну вы говорили, что вам не дарят носки на Рождество, а только книги, – директор улыбнулся. — Полагаю, бесконечной веры словам не существует и настал черед веритасерума? – спросил мальчик. Директор лишь кивнул. Они потратили около получаса на согласование всех вопросов. Избранный принял три капли, и его глаза затуманились. Вопросы касались того, правду ли рассказал Гарри, ну и уточнение незначительных деталей. Беллатрикс в это время следила за соблюдением порядка вопросов и самих вопросов, и была готова в любой момент прервать допрос, наложив на кузена Силенцио. Не этого ожидал Дамблдор от их беседы – мальчик дал ему очень много информации для размышлений. Догадки касательно крестражей подтвердились, судя по рассказам мальчика. Теперь лишь надо выяснить, сколько их создал Том, и уничтожить. В любом случае, до произнесения пророчества осталось около трех лет, может, чуть больше. Том начнет активные действия через два года, а пока есть время подготовиться. Много-имён-Дамблдор подписал Блэкам освобождение от занятий и отправил тех в гостиную, веритасерум будет действовать еще около часа, мало ли что может наговорить мальчик без присмотра.

***

Пара шла по коридору в сторону гостиной. Взгляд Гарри все еще был затуманен. Беллатрикс, как потомственная слизеринка, не могла этим не воспользоваться. — Скажи, Гарри, а я красивая? – начала та с озорной улыбкой. — Да. Ты самая красивая девушка, что я встречал. – Ответил он ровным спокойным голосом, ответ можно было принять за сарказм, но это все веритасерум виноват. — Ты обещал рассказать про сучку Чжоу. Так вот, кто она такая? И кто для тебя? — Студентка факультета воронов. Мы с ней встречались в моем мире, расстались незадолго до того, как я попал сюда. — Она хорошо целуется? — Поцелуи с ней – это полный провал. Она плакала во время нашего первого. — Ты ее любишь? — Она мне нравилась еще с третьего курса. Полагаю, я влюбился в нее, но боялся подойти к ней. — Она красивая? — Очень, ее азиатская внешность выигрышно выделяла её среди всех девушек. — Почему вы расстались? — Она встречалась с одним хаффлпаффцем до меня. Полагаю, что ей казалось, что, встречаясь со мной, она изменяла памяти Седрика. Со временем это стало меня очень сильно раздражать, так же она меня постоянно беспричинно ревновала. Одна ее подруга доставила мне и моим друзьям очень много проблем в тот год, а Чжоу не порвала с ней отношений. В итоге одна из сцен ее ревности привела к концу. — Ты меня любишь? — Да. – Вот тут Белла и пожалела о своем вопросе, ей хотелось, чтобы он сказал это искренне, а не как бесчувственный мертвец. — Что тебе во мне нравится? — Ты сильная, талантливая, прилежная и гордая, ты не предавала меня, а твой темперамент меня восхищает, ты умеешь поставить оппонента на место, не прибегая к грубой силе. — А что во внешности тебе нравится? — У тебя очень красивые глаза. И волосы, мне нравятся твои волосы... и грудь. — А что с моей грудью? — Она большая, мне нравится, хотел бы ее потрогать. — А что тебе нравится больше – глаза или грудь? Они уже подходили ко входу в гостиную, когда действие зелья начало заканчиваться. Гарри приобнял Беллу за талию и нежно поцеловал. Он посмотрел в ее красивые, как драгоценные камни, глаза. — Конечно, твои глаза! – услышав это, Белла потащила его в нишу, за доспехом, где дала ему еще один урок. Когда они вышли оттуда десять минут спустя, мальчик добавил: — Я легко переживу, если у моей девушки не будет груди, а вот отсутствие глаз – это реальная проблема. Белла шуточно толкнула его локотком в ребра. Мальчик так же шуточно согнулся от боли, подростки захихикали. — Если мне завтра понравится наше свидание, я дам тебе ее потрогать. – Белла быстро скрылась в гостиной, чтобы Гарри не заметил краску на ее лице.

***

Гарри с Беллой сидели за одним из столиков в гостиной и заканчивали дописывать задания, заданные на завтра. В гостиную поспешила вернуться остальная часть факультета, проходя мимо Блэков, те странно на них поглядывали. — Беллс, почему они на нас так смотрят? — Ну, если коротко, то твоими стараниями вчера был смещен со своего поста негласный глава факультета. Они присматриваются к тебе как к тому, кто потенциально может его возглавить. — Почему я? — Почему они хотят довериться тому, кто фактически спас их от рабства? Ну даже не знаю, – в саркастичной манере ответила девушка. – Они тебя почти не знают, но у тебя есть все шансы, если ты хорошо покажешь себя в ближайшие недели. К тому же, несмотря на твой статус крови, чистокровная фамилия играет тебе на пользу. — Остальные претенденты? — Хм-м-м... Пожалуй, это Мальсибер, я, Крауч-младший, Нотт-младший, и потенциально – малыш Регулус. Но ты можешь его легко возглавить в ближайшие пару минут. — И как же? — О, тебе просто нужно поговорить со змейкой, что прячется у тебя в рукаве, перед всей гостиной. Но учитывая, сколько внимания ты привлек вчера, то думаю, что делать этого не стоит. Гостиная продолжила заполняться учениками. Избранный услышал, как кто-то громко обсуждал некомпетентность нового преподавателя ЗОТИ, и тяжело вздохнул. Неужели опять? — Эй, Рег, тебя учили фехтовать? – спросил Гарри у вошедшего в гостиную четверокурсника. — Полукровка, ты все еще от зелья не отошел? Может, тебя к Слагхорну сводить? – язвительно поинтересовалась Беллатрикс. — Зачем? Сомневаюсь, что он умеет фехтовать и поможет мне с тренировками. – На полном серьезе ответил Гарри, Белла закатила глаза. — Конечно умею, со мной отец начал заниматься, когда брат попал в немилость, тут почти все чистокровные умеют. — Поможешь мне с тренировками? Все равно тут заняться особо и нечем. — Ладно, а где шпаги взять? У меня с собой нету. — Серьезно? Где взять шпаги в зале, полном аристократами? Ну, даже не знаю... – продолжила язвить Белла: ей не нравилось, что Гарри уделял внимание не ей. — У меня есть Тренировочные в комнате. Можете взять, - Сказал проходящий мимо Эйвери. — Эй, Снейп, пошли! – сказал Регулус и пнул ногой кресло, в котором спокойно дремал Северус. Тот не растерялся и кинул в нарушителя своего сна оглушающее, на пол они упали одновременно. — Идиоты, – тяжело вздохнула Блэк. Компания покинула гостиную. Мальчики есть мальчики – пока они махали мечами, Белла отрабатывала заклятия на том, кому не хватило шпаги. Периодически они менялись. Потом по парам они уже занимались исключительно магическими дуэлями. Снейп все еще мог победить Гарри, использовав какую-то уловку, так что, сражаясь с ним, Гарри избрал тактику максимально быстрой победы, и вкладывал в заклятия побольше грубой силы. Не привыкший к таким финтам Снейп не мог поглотить щитом все, что в него бросали, приходилось уклоняться и на ходу вносить изменения в свою тактику. Неожиданно у них появились зрители, во внутреннем дворе начали собираться студенты. У Гарри и Северуса появились болельщики, а у поединков – судья из седьмого курса воронов. Ну а что? Развлечений, помимо квиддича, в школе-то особо и нету. Со временем в поединках приняли участие те, кто были зрителями. Непонятно откуда материализовался профессор Флитвик и после каждого матча указывал на ошибки бойцов. Вот Регулус закончил дуэль с рыжеволосой гриффиндоркой, которую Гарри видел сегодня утром в компании Снейпа, но не обратил на нее особого внимания, он думал о предстоящей встрече с директором. Гарри застыл на месте – ну а что еще он мог поделать, когда Лили Эванс, его мать, которую он даже не помнит, стоит рядом во плоти? От её вида, когда она внимательно слушает объяснения Флитвика и кивает с улыбкой, парень чувствует невероятный восторг. Эта улыбка искренняя, не имеющая ничего общего с печальным выражением лица потратившей всю свою молодость на войну женщины. Да, на колдофото и в зеркале она тоже улыбалась по-настоящему, но в ее глазах все еще можно было рассмотреть печаль. Тетя не показывала ему ни одного фото матери. Как понял Гарри, она куда-то спрятала даже ее с сестрой общие детские фотографии. В альбоме она была значительно старше, видеть её в этом возрасте, да и ещё учиться вместе – бесценно. Девушка затмевала своей привлекательностью сверстниц: её фигура уже полностью сформировалась, все округлости были на месте, не было присущей подросткам угловатости и непропорциональности. Её волосы, которые Гарри смог сравнить лишь с осенней листвой, выгодно выделяли её как среди других маглорождённых, так и среди бесконечно похожих друг на друга чистокровных студенток. Пожалуй, когда Беллс окончит Хогвартс, то ее место королевы красоты вполне по праву займет Лили Эванс. О том, что она появляется во влажных снах мужской части учеников Гриффиндора, он старался не думать. Флитвик пытался объяснить, в чём ошибки девушки и почему она проиграла. Гарри подошел к ней и указал профессору на другую пару студентов нуждающихся в его консультации, получив от Гарри обещание проконсультировать ученицу, Флитвик удалился. Девушка сначала испугалась незнакомого слизеринца, но вспомнив, что это тот новенький, который еще никак не успел себя скомпрометировать, девушка успокоилась. — Я… – мальчик неожиданно прервал свою речь, он ощутил, как к горлу подступил ком и сейчас мешает ему нормально говорить. Через пару мгновений Гарри смог взять себя в руки и продолжить: – То есть, чем я могу вам помочь? Мисс..? — Эванс. Лили Эванс. — Так чем я могу помочь, Лилиан? - обращаться к ней так Гарри не хотел, но надо было показать себя снобом для конспирации. — У меня не получилось обезоруживающее в конце. И противник кидал заклятия гораздо чаще меня, – её глаза сияли блеском изумрудов, эти глаза невозможно было забыть, и вот – увидев их вживую, мальчик понял, почему ему так часто говорили, что у него глаза матери. Гарри начал объяснения о том – какие стойки лучше подойдут в разных ситуациях, как правильно кидать «Экспеллиармус» в противника, показал нужные движения и методику их отработки – всё точно так же, как он учил своих друзей на пятом курсе, лишь с той разницей, что с Лили он занимался более тщательно. Девушка была удивлена столь хорошей помощи, да еще и студентке вражеского факультета, все рекомендации были подробными и понятными. Девушка смущалась в те моменты, когда Гарри помогал ей занять нужную стойку или, беря её ладонь в свою, показывал нужные движения, но он не был навязчив в этом и уж точно помогал ей не ради физического контакта. — Вот так, совершая такие движения с нужной точностью, у вас наверняка получится обезоружить соперника… – говорил Гарри, выводя её рукой, нужные движения, а девушка уже и вовсе перестала напрягаться от контакта с парнем. – Вот, теперь попробуйте ещё раз. Так, как я показал. Девушка повторила всё в точности, как он ей советовал и даже смогла его обезоружить, он, конечно, просто стоял напротив, держа в руке палочку и не сопротивлялся. И вот в каждой руке у неё по палочке она искренне улыбается «наставнику» и заливаясь смехом демонстрирует трофей. Гарри наблюдая за этим ощутил как у краешков глаз у него начинает скапливаться влага и поспешил отвернуться. — Поздравляю, дальше дело лишь в практике, попросите кого-то попрактиковаться против вас, – улыбаясь, сказал Гарри, ощущая на душе невероятный восторг от компании матери. Он слишком увлекся этим уроком. Слишком много времени уделил одной лишь Лили, будто вокруг нет больше никого, кому нужна помощь, и он пытается навязать Эванс свое общество. Казалось, он совсем забыл про происходящее вокруг и не заметил, как на них смотрят окружающие. На него уже последние минут пять пристально смотрят Снейп и Беллатрикс. Точнее, в нем уже некоторое время прожигают дыру Снейп и Беллатрикс. — Мисс Эванс, был рад помочь, но мне уже пора. — Спасибо за помощь, мистер Блэк, – ответила она, наматывая на палец прядь волос и покраснев. Гарри спрятал палочку и вернулся к своим. Взгляд Северуса вполне мог прожечь его насквозь, а взгляд Беллатрикс обещал очень длинный разговор. Они отправились в гостиную и вошли в комнату Гарри.

***

— Мордред, Гарри! Тебе мало Беллатрикс, так ты теперь решил еще и… - начал Снейп. — Успокойся! – рявкнул Гарри, Снейп в шоке прервал свою заранее заготовленную речь. Пару минут Гарри мрачно глядел, как гнев постепенно смывается с лица Северуса, превращаясь в мрачную решимость, еще пару мгновений – и Избранный наверняка получит вызов на дуэль. Беллатрикс знала о его чувствах к ней, сама допрашивала его под сывороткой, а сейчас лишь ждала объяснений. Если они ее не устроят, то она сама готова идти выцарапывать наглой грязнокровке глаза ее же палочкой. В это время Гарри тихо спросил: — Ты любишь свою мать, Снейп? Она важный человек для тебя? — Самый важный, всему что я умею, я обязан ей, – медленно начал отвечать тот, не понимая, причём тут его мать. — Ты бы несомненно был расстроен, если бы никогда не знал её или бы с ней что-то случилось? – Снейп кивнул. — К чему эти вопросы? — Да всё к тому же. Как тебе известно, я рано осиротел, – очередной кивок. – Я рос без родителей и всё, что у меня было в память о них, это фотография матери, – Гарри бессовестно врал, но надо было выкручиваться. — И ты хочешь сказать… — С той фотографии на меня смотрит рыжая, зеленоглазая девушка с тёплой, но такой усталой улыбкой. Весьма похожая на твою подругу. И я подумал, что время с Лили Эванс сможет утолить мой недостаток времени проведённого с матерью. Глупо, правда? Глаза Беллатрикс расширились, кажется, она поняла, о чем идет речь. Снейп с минуту размышлял о словах Гарри, свою мать Северус очень любил и ценил, что позволило ему понять поведение Гарри. — Мне жаль, что так случилось, моя ревность была не обоснована – тихо сказал он. – Я не знал, Гарри, прости. – Было видно, что слова извинений даются ему нелегко. — Давайте оставим это в тайне. Я искренне надеюсь, что вы не станете распространяться на тему причин моего внезапного интереса к мисс Эванс. — Хорошо. Я всё понял касательно Лили, но… то, что ты… — Я поступил неподобающе, прости. Больше я такого не допущу, мы ведь не хотим, чтобы Беллатрикс сделала мисс Эванс менее симпатичной, – подмигнул Гарри Снейпу, Белла лишь фыркнула на эту фразу. Снейп покинул комнату. Белла, наложив на комнату чары тишины и запирающие, села рядом с Гарри и обняла его. Гарри уткнулся ей в грудь и заплакал. Белла нежно гладила его по голове и успокаивала.