А поцеловать?

      Новое жильё нашёл Скай, и так заорал, что все ближайшие птахи замертво попадали. Сбежав из прайда, омеги неделю шлялись по саванне, распугивая живность, и спали где попало.       Накануне Рей съебался, прихватив остатки пойманного накануне зебрёныша. Скай матерился, а Джой смотрел хмуро. С утра он потёк, но вначале держался, а после полудня поплохело. Жрать хотелось, но какая охота, когда от течного запаха Джоя вся живность на двадцать миль разбежалась. Скай хер знает сколько тащил его на себе, и тут им повезло.       Домик у небольшой скалы прилепился, а рядом сарай и ручей неподалёку звенел. В доме кухня с комнатой. Мебель современная, посуда, и генератор в рабочем состоянии. Скай всё облазил, и, довольный, вытащил вяленую курочку. Оторвал себе ногу, остальное Джою отдал, но тот отвернулся. Рухнул на кровать и свернулся в комочек. Скай засуетился рядом. Раздел Джоя, уложил на бок и провёл меж ягодиц. Палец облизал — почмокал:       — Ах, сладкий! А пахнешь как, м-м-м… так и съел бы!       — Ты делай что-нибудь — жрать потом будем.       — Что?       — А кто вчера орал: на хуй всех альф — без них лучше! У тебя член есть? Вот и суй.       Скай штаны стянул и посмотрел задумчиво на свой отросток. В кулаке потискал, представляя эротические картинки. Ясона — бывшего альфу вспомнил, и писюн совсем съёжился. Скай стал других львов представлять. Это помогло, и член затвердел. И в собственной жопе тоже хлюпнуло. Скай ягодицы Джою развёл, полюбовался на светлые волоски, цветком вокруг судорожно дёргающегося ануса, и выдохнул:       — Ну, была не была…       И сунул член в истекающую жопень. Заохал, притянул Джоя ближе и задвигался.       — Ох, узенький ты какой! А думал сейчас со свистом пролечу.       Гладил по спине, просунув руку, водил по груди и теребил Джою соски, чуть оттягивая и покручивая между пальцами. Вроде и хорошо, хотя в своей заднице тоже хуя хотелось. Джой скулил, подмахивал, и содрогнулся в оргазме, выстреливая белой струйкой.       — Ещё… Ещё чуть-чуть, — Скай вцепился в него и тоже кончил.       — Забрызгал всё, — сказал Джой, отдышавшись. — Вернётся хозяин - наваляет обоим. Чей хоть дом-то?       — А хуй знает… — пожал плечами Скай. — Тут тобой всё провоняло, и не понять. Ты как сам-то?       — Отпустило чуток.       Скай вытер член о простыню, вскочил с постели, и недоеденную куриную ножку снова в рот засунул.       — И зачем нам альфа? — говорил он с набитым ртом. — Через пару дней течка у тебя закончится, пойдем поохотимся. Заживём!       — А хозяин?       — Да мы ему сами в жбан настучим.       Скай всегда хозяйственным омегой был. Пока Джой валялся и куриными костями в зубах ковырял, быстро пыль смахнул, полы намыл и по полкам пошуровал. Нашёл кучу баночек с разноцветными перцами, батарею пустых флаконов из-под смазки и кроссвордов пачку. По телеку одни порнушные каналы подключены. Словом, кроме курицы ничего интересного.       — Раздолбай жил, — ругался он. — Занавесок нет, под кроватью шесть носков и все разные.       — Альфа всё-таки нужен, — озабоченно сказал Джой, отбрасывая обглоданную кость.       — И зачем?       — Ну, зачем, зачем… Затем! У них и хер побольше, и так, для престижа. Идём, такие, по саванне, а все смотрят уважительно. И детишки опять же.       — Ой, я тебя умоляю! — скривился Скай. — Сопли, пелёнки… Потом в школу пойдут: А и Бэ — сидели на трубе. А упала, Бэ пропала, кто остался на трубе…       Джой удивлённо вскинулся:       — И кто?       — Да я не помню, кто-то ещё, вроде, был. Я в школу только два года ходил, потом батьки забрали.       — А почему?       — В нашей школе только учитель музыки был. Две ноты выучил — соль и фасоль…       — Полезные ноты, — Джой вздохнул. Взял косточку и облизал. — А у нас и школы не было — одно болото вокруг. Зато наш прайд единственный на всю округу. Все нас боялись.       — А чё ушёл?       — Старший батька меня двоюродному брату на холодильник сменял и часы с кукушкой. Я так психанул тогда! Все подросших альф прогоняют, а батька от меня избавился.       — Холодильник, наверно, нужен был…       — Да хуй! — перебил Джой. — Он сломанный был, просто батьке магнитики лепить было некуда. Ему всё по-заграничному хочется. Младшего брательника на ситечко обменял. Говорит, что в Европе чай без него не пьют. А я от злости кукушку у часов отломал, чтоб не так обидно было. И сбежал.       — А говоришь: альфа нужен. На кой он нужен, а? Вот родятся у тебя от нового альфы детки, а он их на какую-нибудь мясорубку сменяет.       — Ручную или электрическую?— заинтересовался Джой.       — Какая разница?       — Нет, ну если электрическая, то тут подумать надо… Я ещё дома задолбался котлеты вручную крутить. Нам бы альфу богатого… Слыхал, на севере богачи во дворцах живут? Я бы тоже во дворце пожил, чтоб комната отдельная и обои в полосочку. Трусы каждый день новые, и все с кружевами. А ещё суслика, чтоб на поводке водить. В этом сезоне длиннохвостые в моде…       — На севере львов нет, там лишь медведи и моржи.       — Моржи?       — Да вроде обезьян. На берёзах сидят и снег жрут. Ещё поебёмся или спать будем?       Джой закряхтел:       — Нет, мне ещё надо…       И тут дверь с грохотом распахнулась. На пороге лев здоровенный. Черные волосы в густой хвост забраны, глаза янтарные, мышцы могучие. И антилопа на плече. Хозяин хижины припёрся, Скай сразу врубился. Лев на него мельком глянул, носом повёл, и на Джоя голодными глазами уставился. Скай табуретку схватил, замахнулся… и оказался отброшен к стене. Следом ему на голову антилопа прилетела. Лев рыкнул, содрал штаны и на Джоя прыгнул.       — Отвали, образина чёртова! — заорал Скай, кидаясь на них сверху.       И тут же от Джоя по уху получил.       — Не мешайся!       Скай оторопел. Ухо потёр обиженно и поплёлся к выходу. В дверях ещё раз глянул. Черногривый с разгона пялил Джоя в зад, а тот довольно ухал. На Ская обернулся и большой палец выставил.       Скай воровато подтянул валяющуюся тушу антилопы и свалил, чтоб не мешать. Быстро освежевал мясо, запалил костёр под деревом, и стал жарить, прислушиваясь к стонам из дома. Завидовал.       Лев, довольно потягиваясь, вышел через час. Скай жареное мясо ел. Зыркнул на альфу, и чуть не подавился. Альфа стоял голый, и член его размерами поражал — покачивался и единственным чёрным глазом на Ская неотрывно смотрел. У омеги задница тут же поджалась, и мышцы внутрижопные, будто в предвкушении, пульсировать начали. Но вдруг вспомнил, как его об стену долбанули, шишку на затылке потрогал, и губы поджал недовольно.       — Иди сюда, — весело позвал лев. — Твоя очередь, — и ещё членом многообещающе помотал.       Скай фыркнул презрительно:       — Иди к своему Джойчику и его трахай.       — Ой, какие мы ревнючие! — захохотал лев. — Щас ты у меня тоже по полной программе получишь.       Мужской силы у него, похоже, хоть отбавляй. Неторопливо к Скаю подошёл, палку из рук омеги, которой он угли ворошил, вытянул и завалил на травку. Скай пошипел для приличия и оплеуху схлопотал. Легонько — тоже для приличия.       — Обидчивый какой, — хмыкнул лев и укусил его за губу. Рукой по животу провёл, в джинсы запустил и яйца пощекотал.       Скай запыхтел. Альфа стянул с него штаны, оглядел довольно, чмокнул в пупок, кончик члена поцеловал и отстранился. Скай недовольно заворочался:       — Ну и хуле застыл?       — Да ты, вроде, как не хочешь… — насмешливо протянул альфа.       — Убью! — взвыл Скай, дёргаясь всем телом.       Лев хохотнул и взял член в рот. Скаю не сосали чёрт знает сколько — уже и забыл, как приятно. Запищал, как котенок. А такого хлебала даже у Ясона не было — затянул омежий стручок, словно пылесосом. И старался, а не просто за щекой держал. Яйца тоже вниманием не обделил, каждое облизал. Приподнялся и перевернул разомлевшего Ская на живот.       — Хороший задик, — одобрил черногривый. — Кругленький и крепкий, как яблочко. И дырочка розовая, как я люблю.       Скай от такого комплимента по траве лужей растёкся. Но альфа вздёрнул его на четвереньки, запах его втянул, и лизнул в самую серёдку.       — Прям не знаю, кто из вас лучше. Жалко у меня не два члена — обоих бы сразу на своих вертелах поджарил. А ну, не крутись!       Скай колени шире раздвинул, выгнулся, припадая головой к земле. Задница поднялась, ягодицы в стороны разошлись, всю красоту на показ выставляя. Чего-чего, а себя преподнести он всегда умел. Лев оценил, и тут же огромный член ворвался внутрь. Ская словно током прошибло насквозь. Задница судорожно сжалась. На секунду даже больно стало, а потом хорошо.       Он тихонько завыл, траву с землёй пальцами заскрёб, даже погрыз её немного, от переизбытка чувств. Лев размеренно двигался, тяжёлые яйца по жопе шлёпали, а член будто насквозь протыкал, и с каждым толчком Ская всё дальше в омежий рай уносило. Хотел себе подрочить, но альфа не дал, сам за член Ская своей большой рукой взялся. Обхватил, сжал, и Ская заколбасило, аж потемнело перед глазами. Наслаждение высшей точки настигло, вспыхнуло, и Скай снова мордой в землю ткнулся.       Встать он смог не сразу. Но протянутую руку проигнорировал, кое-как поднялся сам. Глянул мутно и, шатаясь, в дом пошёл. Джой дрых, раскинув по постели конечности. Скай пнул его, заставляя подвинуться, завалился рядом и тут же вырубился.       Утром он проснулся от того, что постель ходуном ходила. Рядом распростёртый Джой — морда счастливая, а над ним вчерашний альфа в поте лица трудился — омегу озверело в кровать втрахивал. Скай сел и на всякий случай подальше к краю отодвинулся. У Джоя рожа перекошена, слюна течёт, Скай невольно залюбовался — не зря его самым красивым в прайде считали.       Лев низко зарычал, и у Ская мурашки по спине, а в жопе опять мышцы сокращаться начали — хозяина прочувствовали. Он ещё отодвинулся, и с кровати сверзился. Но тут же обратно запрыгнул — чтобы ничего не пропустить.       Альфа Джоя трахал, а сам уже на Ская поглядывал, облизывался. Последний подумал и в одеяло завернулся от греха подальше. Кончили одновременно. Джой под себя, а лев ему на спину. Отдышался и Ская пальцем поманил.       — Отвали, утроба ненасытная! — заорал Скай, отбрыкиваясь. — И не представился даже, а второй раз лезет! Ни стыда ни совести, кошак ебучий!       — Ричард, — неожиданно сказал альфа, садясь в постели. — Ну не сердись, пупсик. Это с голодухи всё. Полгода в кулак гонял — одичал. Завтракать будете?       — Жрём и сваливаем!       Но тут Джой оклемался и заныл:       — Давай останемся, Скай! Шикарный мужик. И брюнет… Я страсть как брюнетов люблю! И морда интеллигентная, не то, что у нашего мудака бывшего. А он нам мясорубку электрическую купит. Рич, а ты загадку знаешь? Трое на трубе сидели — двое свалились. Кто остался?       — Третий, — уверенно сказал альфа, и Джой аж подпрыгнул в постели:       — Ещё и умный!       — И хам, — ввернул Скай.       Ричард удивился:       — Ничёсе! Сами припёрлись, ещё и ругаются… Ну, поебал маленько, убыло, что ли?       — Я, между прочим, полы помыл и занавески повесил, — гордо сказал Скай. — Засрал всё жилище… В сарае, небось, не только пауки, а носороги живут.       Ричард огляделся.       — Чисто — я заметил! И тряпку хорошую нашёл… моя любимая майка…       Скай показал язык и отвернулся:       — И вообще… Накинулся… даже не поцеловал ни разу.       Ричард захохотал. Поймал Ская за плечо, притянул к себе и впился поцелуем. А ртом работать он умел, в этом омега ещё накануне убедился.       — А меня? — подлез Джой, и тоже свою порцию поцелуев получил.       — Оставайтесь, — Ричард обнял обоих. — У меня таких красивых омег не было. Прям оба — офигенные! Кровать надо только побольше… А детишки пойдут, второй этаж надстроим, и террасу большую, чтоб играли…       — Ты как хочешь, а я остаюсь, — заявил Джой и вылез из постели кофе пить.       Скай мутными глазами на альфу смотрел:       — А я чё… А я ничё…