Не все люди попадают в рай

Люблю животных. В отличие от людей, они не способны сделать нам по-настоящему больно.

      День сегодня выдался на удивление жарким, можно даже сказать – душным, несмотря на то, что половина прошедшего лета была пасмурной и дождливой. Вечер стоял тихий, сухой и непривычно теплый. Легкий ветер лениво перебирал листву и причесывал иглы на темных хвойных ветвях. Солнце становилось все ближе к земле, уходило все дальше в горизонт и окропляло облака в ярко-алый и местами розовый цвет. Все вокруг молчало, будто затаившись. Тишина этих мест накрывала с головой, особенно в подобные дни. Только где-то поодаль, кажется, словно совсем далеко и недосягаемо слышен лай местных собак и приглушенный гам народа деревушки.       На мгновение девушка нахмурилась, вслушиваясь в эту катавасию внимательней. А после одернула себя, тут же расслабляясь. - «Ах, точно, сегодня же пятница», – пронеслось у нее в голове. А под конец рабочей недели, даже не смотря на последние события, всегда становилось оживленней. Должна же у людей быть хоть какая-то отдушина.       Следом поднялся порыв прохладного ветра, после чего девушка, сидевшая на стареньком крыльце, поежилась. Ощущения после целого месяца прохладного и влажного сезона были действительно непривычными. Овчарка, что лежала рядом, приподняла голову и стала прислушиваться к отдаленным звукам. Видимо, заинтересовало ее нечто, что обсуждают на высоких тонах четвероногие собратья.       Да, вечер радовал. Правда, радовал. Но совсем не так, как раньше. Когда единственный родной человек был еще жив.       Около полугода назад скончался дядя. Тара была довольно поздним ребенком в семье и не сумела застать бабушек и дедушек. Отец не имел братьев или сестер, а мать единственного брата – человека, что после их смерти и приютил ее. Он был холост, детей не имел (в основном вина тому была - работа, которую он очень любил, но которая не давала возможности разгуляться на любовном фронте), но это не помешало стать ему отличным другом, духовным наставником и прекрасным родителем.       Вскоре, он забрал Тару и ее питомца из города. Жизнь в небольшой деревушке, расположенной в красотах тайги достаточно сильно отличалась от жизни в городе. Но девушка была довольна ею, ведь она была размеренной, спокойной и совсем несуетливой. Именно то, что ей сейчас и требовалось. Да и университет был позади, особенных планов на будущее она не имела, в бетонных джунглях от побега ее ничего не удерживало, а после всего случившегося с семьей она желала лишь одного – немного передохнуть. Каждый день все больше успокаивал, дарил исключительно положительные эмоции, настраивал на хороший лад. Казалось, весь прежний груз, тяготы отступают все дальше. Здесь, где каждый день по утрам чистейший воздух с ноткой ели, где зелень топит в своих дебрях так надоевшую цивилизацию. Где, казалось бы, природа еще не была полностью порабощена человеком.       Рутинная работа по дому или в огороде вовсе не казалась сложной или утомительной, совсем наоборот – она была приятной, отрадной. В конце концов, когда приводишь в порядок родной уголок, по-другому и быть не может. Свежие продукты, земля, вспаханная собственноручно, небольшой сруб, служащий родным домом отныне для двоих – Тара стала понимать, что для счастья многого не нужно.       Сам дядя работал допоздна, но Тара всегда ждала его, чтобы накормить поздним ужином, спросить, как успехи на работе и просто поговорить по душам. Работал он лесником, целиком и полностью посвящал себя этой непростой работе: с раннего утра и до позднего вечера совершал обходы. Следил, дабы кто с недобрыми намерениями не живился местными хозяевами тайги, хаял и лелеял каждый муравейник, попутно огораживая его немудреной оградкой из тонких ветвей уже высохшей березы. За эту любовь ко всему живому и трепетное отношение Тара всем сердцем, глубоко уважала своего опекуна. Кроме того, у него всегда находились увлекательные истории: как тот гнал ораву охотников до самой трассы, как тот в очередной раз наткнулся на малышку-бурундучка, что всеми силами пытался утащить как можно больше шиповника за раз, или же лицом к лицу умудрился встретиться с косолапым. Такие вечерние разговоры не были редкостью, даже имели особое место в жизни их обоих. Словно маленький ежедневный ритуал.       Но не прошло и двух лет, как эту традицию стало не с кем разделять. Однажды он просто не вернулся. Как обычно встал в половину шестого утра, на скорую руку сделал себе завтрак, выпил кружку крепкого черного кофе, ушел, но домой не воротился. Как стало известно позднее – остановка сердца, прямо на рабочем месте, во время очередного обхода территории. Тара тогда была в полном замешательстве, шоке, растерянности… Первые эмоции в преддверии отчаяния и очередной порции, казалось, уже забытой боли. Сердце? Вздор. Как такое могло произойти? Дядя был абсолютно здоровым человеком.       Размусоливать это дело не желал никто, и вскоре дело закрыли с вердиктом «Естественная смерть». Но это глупо. И сколько бы она не билась, сколько бы не оббивала пороги нужных заведений, сколько бы раз не грозилась заявить в высшие инстанции - все бесполезно. Везде разводили руками с серьезным лицом, где-то отводили взгляды с неискренним «Простите, ничем не можем Вам помочь», где-то слышалось сухое «Мы сделали все возможное». От этих фраз пересыхало в горле и свербело где-то в области груди. Тара не была любительницей поднимать конфликты. Понимала, что от ее агрессивных выпадов вмиг не явится решение всех проблем, но ничего не могла с собой поделать. Люди… Словно боялись даже заводить разговор об этом. Не желали никаким образом касаться этой темой ни под каким предлогом. Именно после всего этого у Тары появились вопросы.       Вскоре в деревушке все поговаривали исключительно об этом, буквально на следующий же день новость разлетелась по всей округе. И совсем не просто так. Дядя не был единственным человеком, погибшим при невыясненных обстоятельствах. Некоторые тонули, другие неожиданно становились жертвами лап, якобы, дикого зверя, третьи вовсе пропадали без вести. Поднялся ажиотаж, ибо пострадавшие вели обыденную жизнь, далеко не выбирались из привычного своего окружения и не особо искали острых ощущений. Все пришли в ужас, перестали отпускать детей (так как добрая половина пропавших - именно они), запирались в домах, другие бежали в город. Деревня медленно, но верно стала пустеть. Более тут не было прежней жизни, бьющей вовсю ключом.       Что же касается случаев: все, казалось бы, до глупости банально и заезжено, словно в очередном российском сериале про ментов, но итог все равно один – никто не вернулся домой.       Пятилетний мальчишка и семилетняя девочка. По словам родных, пошли со сверстниками гулять по округе и просто не вернулись. Те самые «сверстники» утверждают, что после того, как они попрощались друг с другом и решили расходиться по домам, их больше никто не видел. В деревне все местные, и совершать нечто подобное было бы глупостью, все знают друг друга, и если бы они задержались у кого-нибудь, родные бы знали об этом. Что с ними могло случиться?       Одиннадцатилетняя девушка. Утопленница. Была найдена в небольшом озере, примерно в двадцати минутах езды на машине от деревни. Это около пяти-семи километров. Как? Как она могла оказаться так далеко? С чего бы вдруг ей убегать из поселения? С учетом того, что она ушла вечером, пошла до своей старушки, примерно в восемь часов, а нашли ее местные рыбаки около шести утра. Как это могло произойти?       И это еще не все.       В общей сложности около семи человек не стало за полгода. Ну, конечно… Не то, чтобы это нормально или в порядке вещей, но и раньше пропадали люди. И то, половину из пропавших находили, ибо в основном это были приезжие, что по своей глупости, или же невнимательности забредали в глубь тайги и не могли отыскать дорогу обратно. Думаю, не раз подобные случаи крутили по новостям: от маленьких детей до пенсионеров оказывались заложниками подобных ситуаций.       Девушка не раз обдумывала творящееся в деревне и разговаривала с пострадавшими - выкраивала адреса у знакомых, друзей, использовала накопившиеся за годы жизни здесь связи. Вернее, с теми, кто в итоге шел на контакт. А тех, кто не желал, девушка ничуть не винила – не каждый после пережитого захочет говорить о случившемся, вывернувшем наизнанку жизнь.       Вся информация не укладывалась в голове. Все было слишком странно, угловато, нелогично. Словно неполноценный, неоконченный состав преступления, из которого мясистыми кусками повырывали важные детали. Она порами кожи, после каждого опрошенного, оказываясь за порогами дома, где даже стены были пропитаны скорбью, четко чувствовала неладное. Это липкое, вязкое предчувствие неизведанного, инородного. Но Тара была в таком состоянии, что ее мало волновала перспектива как-либо пострадать. Она жадно глотала любую частичку информации, отчетливо ощущая, что каждый случай связан с ее родным человеком. Что шаг за шагом, если быть внимательной и не торопиться, она сумеет приблизиться к разгадке. Ей хотелось узнать правду, пусть даже она будет безобразной. Узнать, что случилось с дядей.       Вот и сейчас она вновь уходит в себя, задаваясь этими уже надоевшими вопросами. Как? Способен ли вообще человек на подобные преступления? Как он может работать столь чисто, не оставляя никаких следов? Нет и волоска, за который можно уцепиться, с которого можно начать.       Тут раскат грома заставил вздрогнуть, сбив ее с мыслей. Мирно сопящая под боком собака соскочила с места. Наконец-то. Дождь собирается. Хоть какое-то разнообразие недели спустя. - И года не прошло… - она протянула руку и на ладонь стали падать холодные капли дождя. Отчетливая точечная прохлада на согретой поверхности кожи успокаивала и предвещала свежую ночь.       А тем временем овчарка вымученно глядела на хозяйку, тихо поскуливая и царапая деревянный косяк в нетерпении. - Хорошо, хорошо… - девушка поднялась и направилась в сторону входной двери, - Пошли домой, Герда, – она одним движением распахнула ее и впустила питомца вовнутрь, исчезая за ней следом.       Вместе с проливным дождем на землю медленно опускалась тьма, что казалась куда более зловещей, чем обычно.

***

      Пробуждение оказалось болезненным и довольно резким. Разразившийся собачий лай вынудил Тару буквально подорваться с места, касаясь остывшего дощатого пола голыми ногами. Все еще сонное сознание не давало полноценную картину мира, глаза не желали разлипаться, но в темноте она увидела знакомую фигуру, что активно виляла хвостом и не отрывала взгляда от входной двери. Рука автоматически потянулась к телефону, где тот оповестил своего владельца о начале третьего ночи. Поначалу зажмурившись от непривычно яркого света и тихо выругавшись, она уменьшила яркость и вновь заблокировала экран. - Багира?... – девушка протерла глаза рукой и наконец, поднялась с еще теплой постели, попутно кинув телефон в карман штанов – Ты чего это в такую рань… Что случилось?       Оказавшись рядом с собакой, Тара без опаски выглянула в окно, расположенное рядом. Глаза, привыкшие к темноте, довольно неплохо видели обстановку на улице. Привычный вид: небольшая поляна перед домом, а далее – таежный лес, где, казалось, с такой точки обзора не было возможности и спичку протолкнуть между деревьями. Тара вымученно вздохнула, когда питомец снова заскребся лапами по деревянной поверхности двери. - Да подожди, подожди же…А то точно все перецарапаешь, - подумав, что возможно, хвостатому товарищу приспичило срочно по естественным делам, девушка отворила засов и выпустила собаку на улицу, словив порцию холодного воздуха – Ух…Ну и холодрыга-то. – Поежившись, прошептала она.       Как правило, Багира неохотно отбегала от хозяйки на большое расстояние, уж тем более – в ночное время суток. Потому обычно, Тара была спокойна и доверяла своей подруге, просто будучи рядом и терпеливо ожидая ее.       Но в этот раз, девушка удивленно распахнула глаза и попутно выскочила босиком на крыльцо, когда заметила, как собака на всех парах и со звонким лаем направляется в сторону лесной чащи, явно не думая останавливаться. - Багира! А ну, вернись! Эй! – чуть не свалившись с приступка и ухватившись руками за столб, служащий опорой для навеса, крикнула Тара. Но та и ухом не повела, продолжая энергично бежать – Багира!       Наскоро нацепив в темноте какую-то обувь и прихватив с собой кофту, висящую на спинке кресла в прихожей, хозяйка захлопнула входную дверь и рванула следом за четвероногим. Она даже не помнит, когда та ее не слушалась в последний раз – Багира была очень послушной и смышленой, потому никогда не перечила командам своего человека. И тем более, не вела себя столь безрассудно, убегая в неизвестном направлении. - Стой, Багира! – опомнившись, Тара на бегу вынудила из кармана телефон и включила на нем фонарик, мигом освещая себе дорогу.       Она была уже среди деревьев, где на полу, в виду обилия хвойных, распластался огромный ковер из разномастных природных игл. Одному Богу известно, что бы было, есл она все же рванула за питомцем босиком.       Остановившись, и глотая воздух, больше от испуга, светит по сторонам, желая выхватить до боли знакомый силуэт – но все без толку. Она словно сквозь землю провалилась. Тут застучало в висках от накапливающегося напряжения. Куда Багира могла убежать так быстро? - Багира! – громче прежнего крикнула она.       Практически тут же по правую сторону раздался лай. Почувствовав легкое облегчение, Тара тут же побежала в его направлении. Быть может, она в очередной раз заприметила какого-нибудь зверька, и потому столь остервенело понеслась за ним, наплевав даже на темноту? - «Да, именно», - успокаивала она себя. – «Все именно так. Вот же любительница дичи», - криво усмехнувшись, подметила девушка, не прекращая поиски.       Она бежала уже довольно долго, но по-прежнему не было и намека на присутствие питомца. Снова остановилась и позвала ее несколько раз – тишина. Рука, держащая телефон, начала нескрываемо трястись. От холода ли, или же накатившего ни с того ни с сего страха? Она не могла понять, ибо голова была занята совсем не тем. В ней одна за другой, целым неугомонным роем носились мысли. Где-то она чувствовала пересечение этой ситуации и тех пропаж, которым была свидетелем. Казалось бы, каким боком? Но не фактически, а на уровне подсознания, будучи приправленным страхом. Но даже так, она не переставала волочить ослабленными ногами. Она не позволит, чтобы с единственным, столь важным для нее существом что-то случилось. Ведь это все, что у нее осталось.       Глубоко выдохнув и снова набирая в легкие воздуха, Тара попыталась восстановить порядком сбившееся дыхание. Нужно прекратить паниковать, нужно собраться с силами и подойти ко всему с трезвым рассудком. «Ясная голова и холодный ум» - как любил говорить ее дядя. Это именно то, что ей сейчас необходимо. - Багира, отзовись, - направляя в противоположную сторону пучок света, прикрикнула девушка – Нам пора домой! Ну же! – тишина, да и только.       Тут же она замерла, дабы не издавать посторонних звуков и стала внимательно прислушиваться к окружению. Ей показалось? Нет, и правда тишина. Абсолютная тишина, полная. В том самом смысле, что ни единого звука: ни приглушенного щебета ночных птиц, ни сверчков, ни лягушечьих песен, что в свое время ее порядком раздражали, ни колыхание листвы от приличного, как ей казалось, ветра – ничего. - Как это…может быть? – она насупилась, принявшись озираться по сторонам. Собственный глухой шепот казался ей необычайно громким.       Разве это вообще возможно? Даже в дебрях, но просто не может быть такой идеальной тишины. Лес – это огромный организм, где в любое время суток вовсю кипит жизнь. Это отдельная экосистема, часть жителей которой обязательно проявляют себя по ночам. И пусть их даже не так много, чтобы сравниться с днем, но подобного просто не может быть. Тара с трудом слотнула, перемещая телефон в другую руку. Теперь мелкая дрожь стала бить все тело, не смотря на отчаянные попытки подавить нахлынувший ужас. Только сейчас до нее дошло, что она не может сориентироваться, откуда пришла. В это время суток все выглядит однообразно до такой степени, что даже человек, неплохо ориентировавшийся в лесу, останется безоружным против сил природы. На лбу выступила испарина, спину покрыл холодный пот. И в этот же момент ей захотелось дать себе самой смачного леща – у нее же в руках телефон. - «Да простит меня Господин Миллер. После нужно будет как следует их отблаг-…» - но не успела она даже окончить свою мысль, как заметила на экране дисплея роковое «Нет связи». – «Что?»       Но это невозможно. Она не столь далеко отошла от дома. Она бывала в еще большей таежной заднице, где хотя бы на одно деление, но связь ловила.       Немую панику прервало еще кое-что: зарядка была почти на нуле. Иными словами, даже не смотря на отсутствие связи, не пойми где, так скоро и единственный источник света иссякнет. Тара принялась чертыхаться себе под нос. Еще и непонятная рябь по экрану пошла, из-за чего фонарик пару раз мигнул. Следовало выкроить пару минут и прежде сбегать в кладовку, по-человечески вооружиться несколькими качественными источниками цвета, и только потом отправляться на поиски. И даже так, сейчас думать о таких вещах просто нет смысла. Нужно что-то делать. Хотя бы попытаться.       Только девушка собрала всю волю в кулак и сделала несколько шагов, поднимая луч света, как замерла вновь. Первым делом с головы до самых ног словно окатило кипятком, отчего она дернулась. Следом пару секунд ступора, после которых снова возник ряд вопросов, наподобие: Что это за черт? Какой идиот оставил часть манекена в лесу? Или…Это нечто иное?       Как жаль, что из всего этого перечня было верно лишь одно слово. Иное.       Впереди, в мерах, эдак, в пятнадцати, среди зарослей дикой бузины виднелось нечто белесое и абсолютно гладкое. Стояло ровно. Неподвижно. Но все равно не вызывало доверия от слова абсолютно. Это бросалось в глаза по простой причине: вся обстановка была довольно однотипной, а это объект выделялся, отражая свет. Следом мешанина непонятных эмоций вылилась в неуверенное любопытство. Хотя все еще хотелось развернуться и минимум, быстрым шагом направиться прочь. Даже будь это кем-то бесхозно оставленный тут манекен – это не менее жуткое зрелище.       Тара поводила лучом света по объекту, но приближаться хотя бы еще на шаг не решилась. Только она хотела просто оставить эту затею и развернуться - было вполне ясно, что по дороге сюда ни на что подобное она от роду не натыкалась - как заметила движение. От этого вмиг тело пробила орда болезненных мурашек. Наверное, впервые в жизни она почувствовала, как волосы на затылке зашевелились. И даже не желая проверять – показалось ей сдуру, или же нет – она, поднимая в воздух клубья пыли и мелких игл, ринулась в другом направлении, чуть ли не падая. Теперь голова отключилась, и вовсю принялись работать защитные инстинкты, доставшиеся нам от наших предков, живших еще на деревьях.       Толком не разбирая перед собой дороги, наплевав на мелкие препятствия и перспективу разодрать конечности в кровь, она лишь ускоряла темп бега. В ушах отчетливо пульсировала кровь, в самых кончиках пальцев изнывали нервные окончания, из-за скорости и резких рваных движений болели стопы. Уже пару раз с небывалым успехом по физиономии прошлись мохнатые сосновые ветки, на уровне щиколотки постарались колючие ветви бузины, после оставляя глубокие порезы. Но девушка ничего не ощущала, адреналин играл свою роль столь великолепно, что Станиславский бы однозначно раз и навсегда изменил содержание своего культового выражения. Все же на удивительные вещи иногда способен человеческий организм.       Легкие жгло от огромных, казалось, жизненно необходимых глотков холодного воздуха. Тара не оборачивалась. Хотя бы потому, что ей было даже жутко о том подумать. А еще она точно знала, что это не отстает ни на шаг.       В процессе очередного рывка ее нога неудачно зацепилась за корневищу массивного кедра, часть которого возвышалась над землей, после чего она кубарем полетела на землю. Громко зашипев и приоткрыв глаза, с ужасом осознала, что фонарик больше не горит. Это вынудило застыть и судорожно начать озираться. Теперь она осталась одна: даже вымышленный компаньон в лице обычного фонарика покинул ее. Телефон наверняка валялся где-то поблизости, в ее досягаемости, но она не могла его видеть. Здесь лес был настолько густым, что были необходимы большие усилия, дабы разглядеть нечто такого размера, да еще и темного цвета при минимальном освещении. И тем не менее, она пересилила болезненные ощущения, что теперь особенно рьяно отзывались в области явно разодранных локтей и колен, и протянула руки к земле, стараясь нашарить предмет. - Да где же, Господи… - наверное, если бы не эффект адреналина, сейчас Тара была бы на грани самой настоящей истерики. – Давай же… Ну, давай! – звуки ее собственного тяжелого дыхания не позволяли потерять ощущение реальности происходящего.       Тусклый лунный свет не особо хорошо служил в данной ситуации, но это лучше, чем ничего. Если она не ошибается, то земля стала более отчетливой, из-за чего она почувствовала себя гораздо уверенней. Однако, так же быстро, как эта мысль посетила голову девушки, так же скоротечно ее и покинула.       Ей было страшно поднять голову. Тот несчастный пучок света, что выручал ее в поисках, плавно пропал. И это явно не было облачностью. Она почувствовала неописуемую тяжесть, стало не продохнуть. Окружение вмиг похолодело, казалось, еще чуть-чуть и изо рта начнут вырываться клубы пара. Необходимо было совершить над собой усилие, хотя бы потому, что сидеть в таком положении всю ночь она бы не смогла. Глубокий вдох, выдох, короткий рывок.       Перед ее глазами предстало нечто. Неестественно высокое, непропорциональное, нереальное. Лица было не разглядеть, но у Тары сложилось стойкое ощущение, что его попросту не было. Что это было то самое белое полотно, что она видела ранее. Оно стояло перед ней чуть нагнувшись, словно бы разглядывая. Она не сумела устоять в том положении, в котором находилась и оттого рухнула на землю, попутно отползая назад. Хотелось завопить во все горло, но накативший животный ужас от неопознанного блокировал все несчастные попытки на корню. Девушка лишь мямлила себе под нос нечленораздельные звуки, то прикрывая, то в очередной раз распахивая рот. Во всей сложившейся ситуации успокаивало только одно – она еще жива.       Она наткнулась ладонью на свой гаджет ровно в тот момент, когда уже прислонилась спиной к дереву. Накатившее в момент счастье сменилось отчаянием – телефон-то она нашла, но отступать отныне некуда. Двумя руками вцепившись в бесполезную отныне вещицу, она прижала ее к груди. И только сейчас приметила две огромных, длинных руки, пока что бездельно свисающих по обе стороны. Вытянутая, овальная голова все приближалась, неспешно, время от времени чуть наклоняясь из стороны в сторону. Это почему-то напомнило Таре, как Багира, будучи еще совсем щенком, подобным образом реагировала на мелодию ее мобильного звонка. С нескрываемым озорством крутила ею, то влево, то вправо, а после прыгала к хозяйке, пытаясь всячески достать до искомого предмета.       Тут Тара достаточно громко всхлипнула, следом молниеносно затыкая себе рот. Ее четвероногий друг, что же с ней стало? Искренне хотелось верить, что в отличие от хозяйки, ей удалось избежать встречи с этим ходячим ужасом.       Кстати о нем. Девушке уже казалось, что эта немая сцена будет длиться вечно. Но буквально сразу после звука, который она непроизвольно издала, у существа за спиной началось движение. Она притихла, с силой зажимая рот, дабы не закричать: показалось не менее дюжины, словно бы темных щупалец, которые непроизвольно извиваясь, направились в ее сторону.       Вот тут уже не выдержав, Тара зажмурилась до самой боли в глазах. Перед ней мелькнули лица родителей, смутно знакомых людей, которых она когда-то по ребяческой наивности называла друзьями, та приятная, душевная старушка, жившая на ее этаже еще на старом месте жительства, дядя, ставший для нее опорой и верой в то, что все сумеет наладиться и Багира. Собака, что в свое время играла для брошенного одинокого ребенка все роли в одном лице. - Б-Багира… - в очередной раз всхлипнула она, но достаточно громко.       Она не жалела о том, что не увидела мир, что не сумела даже насладиться всеми его красотами. Что настолько молода. Что не успела даже отыскать своего человека, «влюбиться раз и навсегда», как любят об этом говорить. Даже со смертью родных она уже смирилась, но было несколько вещей, из-за которых окончательно успокоиться она не могла. Первая – это смерть дяди. Вторая – это Багира, которую она любила так, как, казалось, никто не мог любить своего питомца. Она не могла поверить, что не сумела уберечь ее. Что фактически ее бросила.       Но в тот же момент, Тара не поверила ушам, когда услышала один из самых прекрасных звуков снова. Тембр, который она любила всем своим сердцем, который знала наизусть, как обычные дети реагируют на голос своих матерей. Багира появилась из неоткуда, выскочив из кустов поблизости, и звонко принялась лаять. Тара шокировано глянула на нее, почувствовав, как внутри что-то резко разжалось из стальных тисков. И тут же осеклась, даже упустив из виду непонятных черных гадов, что ее уже почти касались. - Нет! Багира, убегай! – даже как-то грозно крикнула она, все так же не замечая, как существо чуть отступило назад, с любопытством изучая животное.       Но собака снова не послушалась, продолжая голосить и прыгать из стороны в сторону, словно дразня нечто. Тара не удержалась оттого, чтобы поднять брови в удивлении. Обычно она вела себя так, когда играла с девушкой. И что самое интересное, оно повелось.       Девушка бы соврала, если бы сказала, что не рада появлению собаки. Она была до одури ей рада, но не могла позволить пострадать в виду повиновениям собственным инстинктам. На тот момент ей казалось, что это конец. Тот самый, а не который является началом чего-то нового.       Существо немного обернулось в сторону собаки, поднимая свои щупальца вверх, к голове. Это выиграло для девушки драгоценные мгновения. Тара сумела подняться на ноги и снова пуститься в бегство, громко зазывая собаку. Наконец, четвероногий защитник послушался, ринувшись вслед. Через несколько минут верный спутник обогнал ее, словно бы показывая дорогу. Таким образом Тара просто следовала за собакой, не ломая голову над тем, как бы снова не запнуться или не угодить в естественный тупик.       Как на зло, началась холмистая местность, где за каждым возвышением следовал волнообразный ландшафт. Выходит, где-то неподалеку должен находиться водоем. Пока что девушка не понимала, хорошо это или плохо – не суть, если они в принципе могут очутиться где-то помимо нескончаемого леса. Ноги все продолжали нести ее дальше, и прилично набранную скорость Тара попросту боялась сбрасывать. Во-первых, это выручало ее с тем, чтобы взбираться на возвышенности, толком доже не задумываясь об этом. А во-вторых, вселял хоть какую-то надежду на то, что она сумеет оторваться от неизведанного преследователя. Силы были практически на исходе, но инстинкт самосохранения не давал расслабляться. Что не скажешь о Багире, которая, будто вышла на прогулку по ночному лесу. Но, так или иначе, Тара была настолько счастлива ее видеть, что если бы не все творящееся на данный момент – она бы кинулась на собаку, смеясь и рыдая от счастья одновременно. Тут Багира резко остановилась на очередном холмике, чего не успела нормально сделать сама Тара. В последний момент осознав, практически в полной темноте она ухватилась за ствол одного молодого дерева, что не сумел ей полноценно помочь, предательски хрустнув. Внутри что-то оборвалось в очередной раз. Резкое ощущение невесомости. Она в одно рваное движение развернулась от этого действа, оказываясь лицом к собаке. В груди что-то екнуло, и девушка завалилась назад, осознавая, что они оказались у обрыва. Она не успела сообразить, что происходит. Удар за ударом о земные образования, повалившиеся деревья и старые пни для вымотанного в конец тела оказались на этот раз финальными. В полете она не предпринимала попыток сопротивляться. Лишь только когда все закончилось, и она очутилась на относительно ровной холодной поверхности, то нашла в себе силы приоткрыть глаза. В уголках глаз собралась влага, что следом пробежала по испачканной и местами оцарапанной коже лица. И на сей раз это не была кромешная темнота: это был огромный участок ночного неба, усеянный звездами. В самом уголке этого полотна возвышалась почти полная луна. На сердце тут же отлегло. Где-то же по правую сторону, надрывая глотку, голосила Багира, поскуливая и пытаясь найти обходной путь к своей непутевой хозяйке. Таре очень хотелось подать голос, дабы осведомить питомца, даже попытаться встать, но она просто не смогла себя заставить, ощущая, как силы покидают ее, а сознание явно решает взять заслуженный перекур.       Единственное, что позволило ей уйти в забытье – это голос Багиры, звук журчащей воды под самым ухом, стрекот сверчков и отчетливое шуршание листвы.

Звуки жизни.