Папа, папа, а второй носок существует? Нет, сынок, это фантастика

— Сэм, Семуэль, Сэми, Сэмуличка... — Ну что тебе?! — Ты знаешь, что ты голубой? — А ты черный! — Ты что, расист? — А ты гомофоб? На одной из перекладин сушилки образовалась тишина. — Сэм, а почему ты висишь ко мне так близко, я тебе нравлюсь? — Отвали! — Тебе не нравятся черные? — Отвали! — Почему ты так груб со мной, ты все еще на стадии гнева? — Дик, я сейчас тебе врежу! — Ничего страшного, мне будет приятно. — Ты мазохист? — Нет, просто нас стирали с «Лаской», мы мягкие и нежные. Сэм тяжко вздыхает, набирает внутрь себя побольше воздуха, становясь надутым, как шар, и выпускает его на следующем вопросе друга. — А ты знаешь, что черным быть лучше? — Почему? — Чувак, мы же в России живем! Ты что, телевизор не смотришь? Черных давно приняли, а голубых нет. — Не смотрю. — Как это? Нас же так удобно устраивают на столике перед телевизором! — Сначала мы жили в магазине, где нас постоянно трогали, щупали и тискали, потом мы переехали сюда и нас ко всему прочему вечно нюхают. Я устал от людей настолько, что смотреть на них еще и по телевизору выше моих сил. — Мне кажется, ты запариваешься по пустякам! Относись к жизни проще! Сэм немного изворачивается на перекладине, чтобы внимательно посмотреть на Рика. — Когда Маня насрала не в лоток, а посреди ковра, в него наступили мной. Я говорю тебе по личному опыту, наша жизнь дерьмо! — Вот я не понимаю... Ты вроде стал голубым, но все еще не мыслишь радужно... Сэм распрямляется и повисает безвольной тряпкой. — Рик, а ты помнишь? Помнишь, что совсем недавно мы жили, как нормальные белые носки? — Чувак, да не расстраивайся, все будет хорошо! — Рик, я голубой! Как у меня может быть все хорошо?! Я один здесь такой! Совсем один... Меня не поймут, меня не примут! — А как же Мик? Он тоже... — Нет! Он не Мик, он Мика! Чертова футболка! Транс! Понимаешь? Он притворяется только! — Сэм, ну ладно тебе. Ладно. Не плачь только, ну пожалуйста, смотри, какая лужа под тобой накапала уже... — Я не плачу... Меня стирали без отжима. Мужики не плачут... — Сэм, я думаю в Цвете последних событий, тебе можно. — Да пошел ты! — Ну все, все... Слушай, я помогу тебе. Мы убежим к наркобаронам, в нас будут провозить травку через границу, мы разбогатеем, я стану гангстером и буду защищать тебя. Потом мы мигрируем в штаты, у черных и голубых там больше прав! Ох и заживем! — Правда? — Ну конечно! Бро, мы ведь всегда вместе, с самого рождения! — Ладно... хорошо... Рик, пообещай мне еще кое-что, пожалуйста. — М? — В следующий раз, когда нас закинут под диван, ты будешь лежать рядом со мной. Очень близко... Я больше не хочу попасть без тебя в стирку с Микой, это оказывается и правда заразно. — Обещаю, Сэми... Знаешь, мне ведь тоже было страшно, когда я случайно попал к черным. Я думал, что больше никогда не увижу белый свет... — Если когда-нибудь мы окажемся рядом с отбеливателем, то еще сможем все исправить... — Да. Не теряй надежду Сэм, но помни, все что ни делается, все к лучшему!

***

— Сэм, скорее, скорее! Ну давай же, просыпайся! — Зачем? — Хозяин идет на пробежку, нам нужно с ним! — Фу, нет, я не хочу опять вонять. — Сэм, пожалуйста! Очень надо! — Да зачем?! — Просто верь мне! Давай, нужно оказаться на самой вершине, чтобы он вытянул именно нас! Пока он сонный, он даже не заметит твою особенность. — Ты можешь перестать мне напоминать об этом? — Прости-прости, сладенький, больше не буду!

***

— Сэм, гляди-ка на меня! Как я выгляжу? — Боже, что с тобой?! — Я специально терся об внутренности кроссовок, чтобы насобирать как можно больше катышек! — Для чего?! — Как это для чего? Я же черный, у меня должны быть дреды! — Будешь продолжать в том же темпе — и умрешь. — Почему? — Потому что протрешь дыру! — Еу, еу, еу! Я сдохну, как настоящий гангстер от дырки в башке! — Рик, ты идиот. — Я носок, мне можно.

***

— Сэм. Сэ-э-м. Ну Сэ-э-э-эм! Ты где? Ты что, обиделся на меня? Ну прости, я не знал, что меня наденут с другим черным! Я правда не знал! Сэм! — Его больше нет с нами, Рик. — Что? — Его больше нет с нами! — Да что ты несешь?! — Бель ему кое-что сказала... — О чем ты? Я не понимаю! — Бель сказала, что отбеливатель закончился... — А ну повтори... — Бель сказала, что вчера вечером на нее потратили оставшийся отбеливатель. — Я убью эту мразотную рубашку! Где Сэм? — Рик, прошу тебя, успокойся... Ты его больше не увидишь. — Где он?! — Ящик... Рик, хозяин не плотно задвинул ящик, когда ушел на работу. Бель сказала про отбеливатель... Сэм был подавлен, а потом увидел Маню, она бегала по комнате... — О нет... — Он упал к ней, Рик. — Нет! Ты врешь! Ты все врешь! — Мы не успели остановить. — Он не мог! Просто не мог! Он ведь знал, что она делает с нами! Он не мог так поступить! — Он хотел этого, Рик. Он был на грани, не смог принять... себя. — О боже... Я пойду за ним! — Нет! Эй, ребят! Держите его, держите! Давайте. Этот сумасшедший хочет вылететь в окно за Сэмом! — Пустите черт возьми! Он погибнет без меня! — Рик, успокойся! Ты все равно его не найдешь! — Найду! Я обещал ему! Мы отправимся к наркоборонам! Мы уедем в штаты! Я стану гангстером и буду отстреливать всех ублюдков, которые только попробуют косо на него смотреть! — Мужики, держите крепче, он обезумел! Рик, да приди в себя! Ты теперь черный! Здесь много таких же, ты не будешь одинок! — Мне не нужен никто, кроме Сэма! — Ох... Ребят, расползитесь, надо опустить его на самое дно и придавить. Какое-то время ему нужно побыть здесь, нельзя выпускать его в мир, он может себе навредить. Вот так... Хорошо. Рик, поверь, это для твоего же блага. Давайте парни, наваливаемся! Наваливаемся! — Как думаешь, сколько времени ему понадобится? — спрашивает грустно Рен. — Не знаю... Зак до сих пор не оправился, может, они смогут друг друга утешить? — Будем надеяться, наши ряды и так мельчают постоянно. Как думаешь, мы прокляты? Почему мы так часто теряем свои пары? А что, если?.. — Тшш, не говори глупостей. Иди ко мне, дурачок, — Рон сам двигается навстречу Рену и оборачивается вокруг него. — Просто не отползай от меня ни на сантиметр, и все будет хорошо. Ладно? — Да. — Вот и умничка, а теперь нам всем нужно затихнуть, пока Маня не услышала копошение и не начала опять ломиться. Это порождение дьявола и так забрало у нас слишком много братьев.