The Rings of Uncertainty

Это Рождество не было снежным. Наоборот. Погода была очень дождливая и холодная, что заставило Гермиону задуматься — почему он хотел встретиться в парке именно сейчас. Она засунула руки в карманы тонкого пальто и прислонилась плечом к цепочке качель, на которых сидела. Неудивительно, что Драко опаздывал — у него всегда были трудности с тем, чтобы улизнуть из Мэнора по пятницам и праздникам. А вот Гермионе уйти из Норы было нетрудно. — Гарри, я уйду на пару часов. Если кто-нибудь спросит, я... — Отправилась домой переодеться после того, как Джеймса вырвало на тебя? Хорошо. Она пошла к вешалке с верхней одеждой, но остановилась, когда Гарри положил руку ей на плечо. — Что? — Поздравь его с Рождеством от меня. Он знал. Она не знала, как и когда он понял, но раньше были сомнительные взгляды, а теперь он без вопросов прикрывал её. Пока девушка надевала пальто — думала, почему не рассказывала ничего Гарри. Это не было тайными свиданиями или что-то типо этого. Нет. Они просто встречались и разговаривали. Они начали эту традицию восемь месяцев назад, в день, когда Гермиона должна была выйти замуж за Рона. Если опустить детали, то она столкнулась с Драко в Косом переулке за несколько минут до того, как собиралась идти к алтарю в старом свадебном платье Молли Уизли. Гермиона была в стельку пьяна и Драко настолько был удивлен её разговорчивостью и человечностью, что разрешил ей спрятаться у него в квартире до следующего утра, только если она будет продолжать рассказывать. — Я не хочу быть второй Молли Уизли. Я не хочу носить это ужасное платье, воссоздавать свадьбу его родителей. Я не хочу выходить замуж за Рона! Я хочу... я не знаю, чего хочу. — Угу, — Драко протянул руку и долил ей в стакан огневиски. — И я уже давно это поняла, но проигнорировала... — девушка прикрыла покрасневшие от слез глаза рукой, вздохнула и продолжила: — Проигнорировала, потому что знаю, что он любит меня, что может дать комфортную жизнь... Но я ненавижу его. Наверное странно — ненавидеть и любить человека в одно и то же время. Чувствовать к нему столько теплоты, но в то же время столько отвращения. Вот почему я ушла... Я не могу столько всего чувствовать... — Правильно поступила. Выпей еще. Она сделала большой глоток огневиски, будто пила воду. — Эти чувства не появляются внезапно. Они как неприятный щекотливый вирус. — Правда? — спросил Малфой с оттенком сарказма в голосе. — Да! Сейчас всё в порядке, а потом, когда у тебя уже свадьба... Там были знаки! И я их проигнорировала! На следующий день, когда она была трезвой и закончила изливать свою душу, она встретила Драко на заброшенном поле для игры в квиддич, где он курил; она стояла и просто смотрела, пока не почувствовала, что не может больше держать этот вопрос в себе. — Почему ты мне помог? Тишина растянулась, когда Драко обдумывал свой ответ. Потом он неторопливо выдохнул кольцо дыма. — Если придешь завтра к Лондонскому Глазу — скажу. Но он этого не сделал. Это стало похоже на игру. Они встречались, обсуждали каждую глупую тему во вселенной, потом она задавала вопрос, который, скорее всего, был слишком личным для него, а в ответ он назначал следующее место встречи. Сколько бы раз она ни говорила себе, что она больше не будет играть в это, Гермиона все равно каждую ночь сидела рядом с ним, наблюдая за тем, как он выпускает кольца дыма в небо. А потом она начала с ним встречаться просто ради разговоров, без ожидания того, что он ответит на её вопрос. Драко, как она узнала, был не так открыт, как она, поэтому в те редкие моменты, когда он говорил — девушка впитывала в себя всё. Он никогда не говорил что-то слишком личное, но ей было достаточно. Чем больше Драко говорил, тем больше Гермиона уважала его. Чем больше она уважала его, тем больше он ей доверял. И чем больше она доверяла ему, тем больше он рос в её глазах. В самую теплую ночь года они встретились на катке. Гермиона поняла, что Драко планировал их встречи тщательнее, чем она думала. А также, оказывается, он катается на коньках чуть ли не лучше самой девушки. — Астория научила меня, — ответил он, скользя по кругу вокруг неё, с руками сложенными за спиной. «Как акула вокруг жертвы», — промелькнуло в голове у девушки. — Не знала, что чистокровные маги занимаются маггловским спортом. — Она всегда была белой вороной в своей семье, — бросил он через плечо и поскользил по катку. Гермиона, зашнуровывая коньки, лениво подумала от рождения ли он так изящен во всём, в том числе и на льду. Судя по тому, как быстро он набрал скорость и как плавно рассекал лед, она пришла к выводу, что от рождения. Ей понадобилось время, чтобы уверенно стать на лёд, а Драко как только спустился — поехал. Когда Драко, в очередной раз проезжая мимо неё, самодовольно ухмыльнулся, Гермиона прищурила глаза и рванула за ним. — Почему вы расстались? — спросила она, затаив дыхание, когда догнала его. — Снова. — Что? — Снова ты задаешь вопросы, которые тебя не касаются. Я думал, мы уже проходили через это. — Извини, но... — она плавно скользила перед ним и развернулась, с легкостью катясь на коньках назад. — Не думаю, что когда-нибудь перестану задавать вопросы о тебе. Когда Гермиона начала разворачиваться и ускоряться, он схватил ее за ладонь. — И почему же, Грейнджер? — Возможно, по той же самой причине, почему ты сейчас держишь меня за руку. Драко побледнел и отпустил. — Какое оправдание ты использовала в этот раз? Испуганная, девушка вскочила на ноги и повернулась. У неё за спиной стоял изящно одетый Малфой. — О, Мерлин! Ты напугал меня! Парень выглядел так, будто только что вышел из «Великого Гэтсби» со своей идеально ровной осанкой, прилизанными волосами и чёрной мантией. Драко начал снимать перчатки. — Я заметил. — Как прошёл праздник? — Очень скучно. Долго не мог оттуда выбраться, — он засунул перчатки в карман мантии. — Как прошёл рождественский ужин с Уизли? Гермиона пожала плечами и села на качели лицом к нему. — На самом деле, было вполне неплохо. Рон привел свою новую девушку и все ждали, когда у меня случится нервный срыв. Я думаю, они забыли, что это я бросила его. Драко вытащил сигарету из кармана и зажег ее. Скоро ее дыхание и его выдыхаемый дым стали смешиваться в хрустящем зимнем воздухе. — Ты ведь до сих пор одна? — Если не считать наши ежедневные... — Нет. — Тогда да. Драко переложил сигарету в левую руку, а правой потянулся в карман мантии, откуда достал небольшую коробку. — Я так и думал. Вот. Это тебе, — он протянул коробку. Когда она засомневалась, он добавил: — Это... Рождественский подарок. Гермиона поняла, что это Рождественский подарок, но приняла коробку с ужасным чувством вины в животе. Когда она покупала подарки друзьям, она увидела по крайней мере четыре вещи, которые можно было бы подарить Драко, но не купила ни одну из них. То, что они встречались каждый день, не делало их друзьями, которые обмениваются подарками. Честно говоря, она не знала, какие они друзья. На самом деле, вряд ли они вообще ими были. — Можешь не беспокоиться о том, чтобы дарить что-то в ответ. — Неужели я настолько очевидна? — Я слышу твои мысли. Слишком громко думаешь. Гермиона слегка усмехнулась, прежде чем потянуть за ленту и открыть коробку. Внутри было то, чего она никак не ожидала. Карточка. Не подарочная карта или Рождественская открытка. Это была визитная карточка. Визитка Дафны Гринграсс. — Что это? — Она лучшая магическая сваха в Лондоне. Естественно, у неё толпы клиентов, но я убедил её принять тебя, даже несмотря на то, что она презирает меня. Ее офис находится в... — Ты купил мне поход к свахе на Рождество? Это, должно быть, худший Рождественский подарок в моей жизни! — Тебе нужно найти кого-нибудь, чтобы потрахаться, — прямо сказал он, отняв сигарету от губ и выпустив кольцо дыма. — Я решил, что тебе с этим надо как-то помочь. Гермиона не знала, что ему сказать. С той ночи на катке они слишком часто говорили об одном и том же. Такое чувство, что они были на грани чего-то невероятного, чего-то удивительно пугающего, но в то же время правильного, но ни один из них не был готов сделать этот последний шаг. Да, она была так же напугана, как Драко, но, по крайней мере, она была готова признать это. Гермиона знала только, что она слишком близко подошла к его сердцу, потому что Драко все время пытался оттолкнуть ее. Ну что ж, она ему не позволит. Мурашки от предвкушения и нервозности пробежали по её спине, когда она приняла решение. — Или, вместо того чтобы быть самонадеянным и глупым, ты мог бы... — она сделала глубокий, уязвимый вдох, — сделать это сам. Он ответил не сразу. Вместо этого он сделал ещё одну затяжку, его глаза изучали горизонт и все, что под ним, кроме нее. — Ты не такая смешная, как тебе кажется. — Кто сказал, что я пытаюсь быть смешной? — Я, потому что ты шутишь. — А может нет. Драко только закатил глаза и пошел в противоположном направлении, оставляя качели хаотично колыхаться на цепочке. Следуя за ним, Гермиона думала только о том, что она могла предвидеть такую реакцию. — А может быть, я говорю серьезно! Драко резко обернулся с выражением досады на лице, зажав сигарету между пальцами. — Ты несешь чушь. Гермиона подошла к нему ближе. — Ты так думаешь? — Я знаю тебя, — он медленно выдохнул, и дым поднялся в вечерний воздух. Она приподняла бровь. — Так говоришь, будто знать меня — это плохо. — Я никогда не говорил, что это плохо. Ты просто другая. Ты слишком невинный романтик, чтобы хотеть встречаться с таким как я! Гермиона почувствовала, как ее гнев растет от его суждения, как руки сжались в кулаки. Драко много знал о ней, возможно, даже больше чем все остальные, но в тот момент девушка была уверена, что он её совершенно не знал. — Ты прав. Я не хочу, чтобы меня использовали и смешивали с грязью. Но я не «невинный романтик»! Далеко не! Драко глубоко вздохнул. — Но ты не... Не испорчена. Она уставилась на него, гадая, что же происходит в его голове. — Как ты? Он изогнул рот в ухмылке. — Ну, никто никогда не говорил, что я испорчен. Ублюдок, да, но не испорчен. Но теперь, когда ты сказала это, то да. Как я. Закатив глаза, она вырвала сигарету из его пальцев, внимательно изучая ее. — Кто ты такой, чтобы говорить мне, что я не испорчена? Война могла легко испортить меня. В каком-то смысле она так и сделала. Драко не ответил на ее вопрос. — Ты даже не знаешь, как её курить. Отдай. Гермиона почувствовала вызов в его детских словах. — Отдать? — Нет, можешь бросить её на землю и затушить, ведь люди обычно курят только половину сигареты. — Он закатил глаза. — Да, Грейнджер. Отдай обратно. Хитро улыбнувшись, она приподняла сигарету к лицу и прикоснулась губами именно там, где были его губы. Она почти почувствовала их вкус, когда глубоко вдохнула, а затем медленно выдохнула, чтобы увеличить его удивление и ее собственное веселье. — Нет. — Когда она посмотрела на него, лицо Драко было бесценным. Гермиона улыбнулась, пытаясь подражать его предыдущим движениям с тем же количеством безразличия и отстранения. — Может быть, я хочу выкурить остальное. Драко вырвал сигарету из ее пальцев. — Ты не знаешь, чего хочешь! Никогда не знала. Поэтому ты сбежала с собственной свадьбы. Поэтому встречаешься со мной каждую чертову ночь. Подняв голову, она с возмущением сложила руки на груди. — Я встречаюсь с тобой каждую чертову ночь, потому что хочу этого. Он выдохнул кольцо дыма в темное небо. — Я не куплюсь на это ни на минуту. — Только потому, что ты боишься. Парень выглядел раздраженным. — Я не боюсь. Просто не уверен. — Упрямец. — Туше. — Я нравлюсь тебе, Драко Малфой. Больше, чем ты хотел бы признать, — когда он напряг челюсть, Гермиона поняла, что права. — Чего я не понимаю, так это почему ты предпочитаешь оплатить мне сваху как Рождественский подарок, чем признаться в этом и дать нам шанс! Ты предлагаешь мне переспать с кем-то просто потому, что ты не уверен? В чем ты так не уверен? — В тебе. — Во мне?! — Гермиона закричала. — Да, в тебе, — резко ответил Драко. Он затянулся, прежде чем выдохнуть еще одно кольцо дыма. — Ты правильно оценила мои чувства, Грейнджер. Тем не менее, я знаю тебя и знаю, что все, что я сделаю, это испорчу тебя. — Ты этого не знаешь. Может быть, со временем ты поймешь, что не так хорошо меня знаешь, как думаешь. Может быть ты поймешь, что я полна сюрпризов. И, может быть, я испорчу тебя. Девушка вырвала сигарету из его пальцев и затушила её носком ботинка, как хотела сделать уже сотню раз. Когда Гермиона подняла голову в его глазах читалось веселье. — Что? — она нахмурилась. — Я всегда ненавидела, что ты куришь. — Если это не лицемерие, Гермиона Грейнджер, то я не знаю что это. — Вот видишь. И это не меняет того, что я хочу или желаю. Драко покачал головой. — Тебе следует дважды подумать, прежде чем тратить свои желания на меня. — Думаю, мне лучше знать, чего я желаю. Не задумываясь, Гермиона подошла еще ближе, официально вторгаясь в его личное пространство. Но он не оттолкнул ее, а только смотрел и глубоко дышал. Воодушевленная, она взяла его руку и почувствовала, что он слегка дрожит. И Гермиона наконец-то поняла, как мало его неуверенность имела к ней отношения. Драко поджал губы и вырвал у неё руку. — Разве Лонгботтом не свободен? Она покачала головой, приблизившись еще. — Он женат. Драко выдохнул, бормоча: — Уверен, вокруг полно хороших волшебников. — Если бы я хотела хорошего, я бы вышла замуж за Рона, — прошептала девушка ему, в надежде, что это облегчит его сомнения. — Я не хочу хорошего, не хочу комфортного, не хочу, чтобы все было легко... Я хочу тебя. Она нежно потянулась к нему, провела рукой по гладко выбритому подбородку и подняла губы, чтобы поцеловать. Его губы слегка потрескались от холода, но огонь между ними горел ярче, чем красные угольки на кончике догорающей сигареты. Ее руки скользнули к воротнику его мантии, крепко сжимая его, а Драко нашел ее талию и притянул к себе. Он лихорадочно ответил на поцелуй, но потом медленно отстранился. Несколько мгновений они стояли, прижавшись друг к другу, как дым, который все еще витал в воздухе. Когда она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, Драко смотрел на нее с таким напряжением, которого она никогда раньше не видела. Прежде чем он успел что-то сказать, она прижала палец к его губам. — Возможно, мы сможем быть хорошими друг для друга. Выражение его лица было неразличимо, но мягкая улыбка дала ей всю надежду, в которой она нуждалась. — Возможно...