Это дольше чем Вечность - любовь без памяти

Люди часто говорят — прошлое преследует нас. Наверное так и есть. Мы можем прекратить цепляться за воспоминания приносящие боль, можем быть счастливы в новой жизни. Но зачастую прошлое настигает нас и там. В один далеко не прекрасный день Ник огорошил меня известием, что наконец-то выкроил время для отпуска. Та-дам — мы летим в Тибет. Программа включала в себя восхождение на Кайлас, посещение древних монастырей и купание в «естественных горячих источниках». Прекрасно. Просто, блядь, прекрасно. — Почему именно Кайлас? — Не знаю, — пожал плечами Ник. — Когда я увидел фото, у меня появилось ощущение что там что-то важное для меня. Недаром же с этим местом связано столько легенд. — Можно подумать ты в них веришь, — растерянно улыбнулась я. — Ты передумала? — он отложил телефон.- Мне казалось тебе нравятся горные походы. — Нравятся, — вздохнула я. — Или боишься, что не осилишь суровые условия? Кто боится? Я? Ха-ха. Благодаря любимому братику я с легкостью могу таскать рюкзак весом в тонну, сделать из пластыря, наждачки и деревяшки вообще что угодно, неделю питаться тушенкой и дошираком. У меня даже есть куртка, идеально подходящая для ночевки в сугробе в минус пятьдесят. Вот только Ник всегда казался мне любителем комфорта. Значит где-то я ошиблась. Конечно же я поеду, мало ли что там может случиться. Вдруг по дурацкой карме ему тоже суждено уебениться в какую-нибудь пропасть? Хотя будь моя воля, я бы и на пушечный выстрел не подошла к тому месту. Уж я-то знала, что таинственные легенды про Кайлас — это не фейк для туристов. Переться к мутным китайцам было страшновато, и я попробовала закинуть эту идею в массы, но, увы. У Макса как всегда случился очередной аврал на работе. Никитос поржал, мол еще он не тратил кучу бабла на непонятную хрень, а мы — идиоты, раз ищем приключений на свою задницу. Впрочем ему действительно сейчас не до поездок — у них с Анькой намечается настоящий кризис. Эта зараза молчит как партизанка, но насколько я знаю между сладкой парочкой вклинился горячий немецкий мачо. И похоже Тиль всерьез решил добиваться нашу переводчицу. Да-да, в этой жизни Анька по-прежнему переводит, правда на этот раз всего лишь контракты в какой-то жутко пафосной фирме. Самое смешное, что я так и не определилась за кого мне топить. Тиль — обаяшка, романтик и вообще надежный как швейцарский банк, а вот Никита …Ну что сказать? Кто смотрел «Полицейский с Рублевки», тот поймет. Лично мне всю дорогу хотелось стукнуть Гришу чем-нибудь потяжелее по его тупической башке. Примерно так же ведет себя и Ивин. Раздолбай каких поискать, да еще и кобелина. Так что месте Анюты я бы всерьез задумалась нужно ли ей такое «сокровище». В общем в голове у меня был полный раздрай. Поездка вдвоем с любимым человеком — что может быть лучше? Так-то оно так, но как избавиться от дурацких мыслей? А вдруг мне вообще нельзя появляться там? Если зеркало времени существует, где гарантия что реальность снова не изменится, причем в далеко не лучшую сторону. Я на полном серьезе прикидывала — может сказать Нику что у меня появился новый проект, причем очень срочный? Ну нет, так нельзя. Вещи собраны, билеты куплены, вперед к «духовному просветлению», что так заманчиво обещает рекламный проспект из турагентства. Мама поохала что я снова уезжаю, благо у меня хватило мозгов не говорить куда именно. Бедной мамочке постоянно мерещатся ужастики, что в горах обязательно сойдет снежная лавина или камнепад и вообще на каждом шагу подстерегает какой-нибудь катаклизм. С Максом она еще кое-как меня отпускает, а вот Ник еще не удостоился такого доверия. Интересно, что она скажет когда узнает о моих планах перебраться в Германию? Это пока она ему мило улыбается и ограничивается вежливыми фразами. Повезло что мамуля в совершенстве владеет только одним языком — русским, иначе Нику пришлось бы несладко. Порой я думаю что мама явно ошиблась с выбором профессии. Ну какой из нее филолог — с такими талантами только в фэсэбшники идти. Легко и непринужденно она может вытащить из тебя любые сведения.

: ***

Я ступила на тибетские просторы со странным чувством. Здесь я испытала и счастье, и самую сильную боль в своей жизни. Поверить не могу что согласилась на эту авантюру. А вдруг со мной снова случится какая-нибудь мистическая, не поддающаяся никакой логике хрень? Я не переживу, если потеряю еще и Ника. Единственное, что немного радовало — на этот раз нас не преследует фанатик, озабоченный идеей меня убить. Впрочем компания подобралась та еще. Самой адекватной по-моему была пожилая пара китайцев. Ну еще, пожалуй, веселый парнишка-блогер. Бородатый мужик неопределенного возраста по виду напоминал маньяка. Ему явно требовалось достичь духовного просветления, причем срочно. Была еще колоритная парочка геев — здоровенный мужик в татухах, вылитый «ведьмак» из сериала и рядом с ним нечто с малиново-розовым хайером, пропирсингованное где только можно. Но это ладно, а вот две девицы в милипиздрических шортиках — это вообще туши свет. Классические «инстаняши» — ногти-брови-реснички-губки. Началось все со скандала, который они устроили в гостинице. Это ж додуматься надо было переться в горный поход с чемоданами. Гид предложил купить им на местном рынке рюкзаки, а эти дурынды развопились что не собираются бросать здесь половину вещей. Ведь там все «очень нужное». — Вас как сюда занесло, девчонки? — поинтересовалась я. — Знакомая пообещала, что тут будет потрясающая тусовка, а еще суперские спа-процедуры — обиженно пропищала одна из них. Н-да… То ли их малость наебали, то ли по своей тупости что-то напутали. — По ходу не свезло вам, -судя по выражению мордашек, я окончательно добила их, — здесь полное отсутствие цивилизации и глухомань. А из спа-процедур — ну не знаю, купание в ледяных речках и обертывания из помета летучих мышей считаются? — Это как «Последний герой " с Ксюшей Собчак? — с надеждой переспросила блонди. — Ага, примерно. — Блиин, вот это мы попали, — посокрушалась ее подруга, — я уже сломала один ноготь. А еще гид сказал, что в номере будет только душ. Так не пойдет! Я привыкла принимать каждый вечер ванну с маслом жасмина… К концу первого дня мне хотелось придушить их обеих. Девки только и делали что ныли. А еще нехило нас задерживали, постоянно останавливаясь то намазаться солнцезащитным кремом, то попить водички. Выпили суточный запас воды в первые же часы. Ну а что, бьюти-гуру же рекомендуют выпивать два литра воды в день. К тому же они через раз понимали что говорит гид — видимо школьные уроки инглиша прошли мимо. — Ой, смотри какие смешные коровы, — заметив пасущихся яков, девчули бодренько устремилась к стаду. Ну да, как же не сфоткаться на фоне такой экзотики. — Не подходите близко, — предупреждающе затороторил гид, — хотя яки считаются достаточно спокойными животными… Убедившись что его не услышали, он бросился спасать этих дурашек. Черт, а ведь это только начало, нам с ними еще чуть ли не неделю тусить. — Меня предупреждали что будет тяжеловато, — улыбнулся блогер, — но оно того стоит. Смотрите, где еще увидишь такую красоту? Пока народ облепил ближайший склон, соревнуясь у кого лучше получится селфи, я отошла в сторонку. Красиво, не спорю, но эта красота причиняла мне все еще ощутимую боль. Воспоминания вспыхнули с новой силой. Я снова пересматривала кино — Клаус с Коляном устало переругиваются, Вэй бесстрашно смотрит в глаза снежному барсу который чуть не схавал меня, мы с Клаусом сидим на скале, наблюдая как медленно восходит солнце. Сколько же тогда было у меня всего на душе — острая рвущая душу любовь, сводящая с ума безысходность, страх перед неизвестностью… — Алекс, все в порядке? — Ник встревоженно заглянул мне в глаза. — Конечно, — кивнула я, — просто…это действительно необычное место. — Главное не забывай пить воду, — он протянул мне бутылку, — если почувствуешь себя плохо, дальше не пойдем. — Нет, правда все нормально, — я улыбнулась, доставая телефон.- Пойдем тоже подыщем место для фоток. А может зря я нагнетаю? Девицы похоже выбились из сил и притихли. Олег продолжал бодро что-то наговаривать в камеру, обещая сделать нас всех героями своего блога. Немного смущали геи, но в конце концов толерантный я человек или нет? Подумаешь, чпокаются в задницу мужики, не сатане же поклоняются. — Ой, что это? Блядь, что это? Надеюсь не то незабываемое кладбище. А, нет все в порядке. Блонди продолжала восторженно верещать, указывая в сторону каменных столбов которые обвивали разноцветные лоскутки. — Это предназначено для защиты от злых сил. На этих флажках пишутся молитвы и мантры. Ветер разносит их, наполняя мир добротой и состраданием, — охотно пояснил гид. — А можно нам тоже прицепить флажок? — тут же загорелись девицы. Гид, видимо заранее предвидев такое, раздал всем небольшие лоскуты. Я невольно улыбнулась, попытавшись представить что может загадать татуированный «Геральт» или его друг. — А ничего что мы не буддисты? — скептически хмыкнул Ник. — Искренняя молитва о сокровенном не помешает Будде услышать ее. Я понимаю что это скорее всего сказочка для туристов, но все же — если уж загадывать желание, то какое? Я нерешительно покосилась на Ника. Да, у нас сейчас все хорошо, даже съехаться решили, но… Надолго ли? Иногда я думаю, а вдруг это когда-нибудь закончится? Наше магическое притяжение внезапно пройдет? Или нашу любовь тупо съест быт, повседневность и что там еще в топе у бывалых парочек? «Хочу, чтобы мы всегда были счастливы» — проносится в голове по-детски наивное желание. Посмотрим услышит ли его Будда. Он мне как бы должен — ведь по милости дурацкого зеркала времени я уже потеряла одну любовь.

***

Наш маршрут конечно отличался от прошлого. Во-первых, думаю Вэй тогда вел нас действительно секретными тропками, во-вторых, как-никак прошло как минимум восемьдесят лет. Останавливались мы теперь не в пещерах, а в специальных хостелах для туристов. Хотя конечно условия здесь по-прежнему спартанские. Да и с едой полнейшая аскеза, но в конце концов мы же не жрать сюда приехали. Через два дня мы добрались до какого-то монастыря. Вряд ли это конечно тот, из прошлого, но все равно мне было не по себе. — Сколько вы говорите здесь ступенек? — в ужасе пропищала блонди. — Сто восемь, — невозмутимо ответил гид. -Каждая ступень символизирует грехи, пройдя этот путь вы должны оставить за спиной все греховные помыслы. Где-то я уже это слышала. — Ну хоть радует, что вроде как карму почистим, — оптимистично заявил Олег. Ага, а я так вообще по второму разу, скоро крылья с нимбом пробиваться начнут. — У меня уже ноги отваливаются, — девчонки скисли, не дойдя до половины. — Зато попа будет как орех, — подбодрила я. Злорадствовать не стала — сама ползла на последнем издыхании. Хотелось тоже занырнуть в ванну с волшебными пузырьками и схомячить какую-нибудь вкусняшку из «KFC». — Чувствуешь как сбрасывается груз грехов? — улыбнулась я Нику. — Чувствую, что тот плед, толстовка и свитер были явно лишними, — он остановился, пытаясь отдышаться. Ну да, рюкзаки у нас обоих внушительные, но я правда-правда брала только самое необходимое. — Ты еще скажешь мне спасибо, когда мы поднимемся наверх. Там будет холодно, особенно ночью. В хостел мы приползли ближе к ночи, голодные, усталые и мечтающие только об одном — завалиться спать. Зато утром уже со свежими силами отправились изучать достопримечательности. Нда уж, этот монастырь в точности как тот, но с другой стороны это же типовое строение. Зайдя в храм, я невольно поежилась — все эти «мелодии ветра», ароматические палочки и алые стяги на стенах не способствовали постижению дзен. Мне даже померещилось, что на каменном алтаре… Глупости, это было вообще в несуществующей реальности и чуть ли не сто лет назад. Ни Ламы, ни Вэя здесь точно нет. Точнее лама был, но естественно уже другой. Любопытный народ стал доставать гида тупыми вопросами. — А можно спросить у ламы стану ли я знаменитой? — А он поможет открыть чакру любви? — А лама всех примет? Я уже написала девчонкам в блоге, чтоб ждали бомбические фоточки. — Он сказал что примет всех, кто ищет ответы в свое душе и нуждается в них, — терпеливо ответил гид.- Сейчас к нам выйдет монах. Они что думают, буддийский лама — это аналог гадалки или шамана, который лечит от всех болезней и предсказывает будущее? Я вот, например, ни за какие деньги не хочу знать свое. Чертовы китайцы — ну почему они все на одно лицо? Увидев монаха в традиционной хламиде, я шарахнулась в сторону как от чумы. А ведь если присмотреться он даже не похож на Вэя. — В первую очередь лама примет его, — монах указал на бородатого чудика, — еще вот их — парочка китайцев радостно заулыбалась. — Наверняка там сидит какой-нибудь шарлатан, которому главное — сбить с туристов побольше долларов, — усмехнулся Ник. — Вот поэтому я и воздержусь от визита, — я решительно плюхнулась на каменную скамейку. Спасибо, хватило прошлого раза. — Серьезно? Тогда и я не пойду, — Ник присел рядом со мной.- А все же интересно, что бы он нам сказал? Может, что ты мне послана самим Буддой? — Очень может быть, — нервно улыбнулась я. За обедом народ обменивался впечатлениями. К ламе сходили все, кроме нас с Ником. «Геральт» выглядел вполне себе довольным и загадочно улыбался своему любимке. Олег пересматривал отснятое видео. -Этот старикан сморщенный как печеное яблоко. Сколько же ему лет? Маша-Оля восторженно обсуждали, что после «этого обряда» их обязательно ждет «что-то очень важное» в жизни. Так я и знала, что это все шоу для туристов. Гид сообщил что завтра мы отправляемся к горячим источникам. Точнее никуда идти не надо — это все здесь, но болтаться по территории монастыря в вечернее время не принято. Хмм, а не прогуляться ли мне? Представляю как «весело» будет, когда туда завтра припрется вся эта толпа. Нехорошо конечно нарушать правила, но я быстренько. Только посмотрю что там — и обратно. Никто и не заметит. Я невольно вспомнила, как когда-то вот так же кралась тайком, блуждая по каменным коридорам. Ни фига себе! Я потрясенно уставилась на каменный бассейн с бурлящей водой. Не знаю как монастырь, но бассейн точно тот самый. Я медленно опустилась на каменный выступ. Перед глазами так ясно возникла картина — обнаженный Клаус властно притягивает меня, прижимая к бортику… — Смотрю ты решила искупаться? — я вздрогнула, услышав знакомый голос.- Помощь нужна? — Ник игриво усмехнулся, намекая что я все еще одета. — Эммм…- замялась я. Не уверена что хочу здесь повторять горячую сцену с другим. — Ну чего ты дрожишь? — он присел рядом, медленно начиная стягивать мою толстовку.- Вода здесь горячая, да и я смогу тебя согреть… Ник утянул меня в нежный дразнящий поцелуй, проворно расстегивая молнию на джинсах. В его глазах мелькнуло знакомое «голодное» выражение. Теплые ладони прошлись по спине и плечам, лаская кончиками пальцев. Черт! В полумраке так легко представить, что это Клаус снова склоняется к моим губам и… Теряюсь в собственных ощущениях — происходящее кажется на удивление реальным и нереальным одновременно. Но мускулистое тело, прижимающееся к моему, явно настоящее. Крепкие, сильные мышцы под моими ладонями совершенно точно не морок. Сладкие, томные поцелуи и ласкающие руки — это правда происходит, здесь и сейчас. — Ник…подожди, — усилием воли я отстранилась. Блин, ну не могу я так! Знаю что это чушь, но такое ощущение словно я предам Клауса. Это было наше место, пусть и в другом времени. — Ой, а что это вы тут делаете? — Догадайся с трех раз, — пробормотал Ник, буравя мрачным взглядом блонди. — Мы вам помешали, да? — догадалась ее подруга. — Все нормально, не заморачивайся, — сейчас я готова была расцеловать девчонок за своевременное появление. Только боюсь Ник успел прочитать в моих глазах смятение.

***

— Есть одна старая легенда — гид каждый день развлекал нас за ужином новыми историями, -что звезда Эльтаир мужчина, а звезда Леда это женщина. И они очень сильно друг друга любили, но им нельзя было быть вместе. Млечный путь был создан как преграда, разделяющая их. Однако каждый год их пути пересекались, и они могли провести вместе одно мгновение, пока проходили мимо друг друга. — Печальная история. — Как и все истории о любви. То ли Маша, то ли Оля стала вполне натурально всхлипывать. — Ну ладно вам, — скривился Олег.- Давайте лучше накатим. Вот это я понимаю русский человек — даже в тьму-таракань непременно протащит заветную бутылочку. Гид попытался урезонить, мол на высоте распивать спиртное вредно, но с другой стороны на такую толпу там выходит совсем уж символическая доза.- Как говорила моя бабуля: " Яка людина не пьет, абы хворая абы подлюка.» — Чего-чего? — недоуменно пропищали девчонки. — На мове это значит — кто не пьет — либо больной, либо сволочь, — великодушно перевела я. Больных тут не было, сволочью видимо прослыть тоже никому не хотелось, так что все дружно хлебнули по глоточку неплохого коньяка. — Чувак, — Олег повернулся к гиду, — а ты можешь какую-нибудь реальную историю рассказать? Не сопливую романтику про разлученных влюбленных, таких у нас на Кавказе полно. А такую — чтобы аж жуть пошла от этого места, наверняка же есть что-то. — Ну что ж, слушайте, — усмехнулся гид.- Вы уже знаете что если обойти эту священную гору, то очистишься от грехов. Но не только эта тайна хранится за местными скалами. Говорят здесь находятся «Зеркала времени». — А что это за шутки? — Зеркало времени — это энергетический разлом, способный управлять временем. — Вы сказали их…несколько? — упавшим голосом спросила я. — Никто не знает где и как они появляются. Ранее существовал древний орден монахов, которые берегли эту тайну от людей. — Почему? — Вы не можете представить сколько бед можно натворить, если вмешаться в естественный ход времени. Такие прецеденты были, и только могущественный Лама — глава этого ордена знал как с этим справиться. — Он… еще жив? — мой голос предательски дрогнул. — Этого никто не знает, — пожал плечами гид, — говорят тот монастырь закрыт для остального мира. Кроме того мы же прекрасно понимаем что человек не живет вечно, будь он даже ламой. — А кто-нибудь пытался найти это зеркало? — спросил «Геральт». — Если специально искать, его никогда не найдешь. Но, говорят некоторые туристы иногда бесследно пропадали в этих местах. Вполне возможно они перенеслись в далекое прошлое или будущее. Лишь однажды двое смогли вернуться, но вернулись они глубокими стариками, хотя отсутствовали не больше недели. Вашу ж мать! Получается я еще легко отделалась. В ту ночь я так и не смогла уснуть. До утра ворочалась, чувствуя как внутри все замирает от какого-то первобытного ужаса. Ник посмеивался, мол гид знает как нужно развлекать туристов — потчует отменными сказками, но я-то знала что это не так. Получается где-то здесь реально есть зеркало времени? А что, если мы случайно попадем под его воздействие? Я ведь тогда тоже не стремилась стать героиней сиквела «Назад в прошлое». Проворочавшись почти до утра, я встала, и натянув толстовку и джинсы, выползла из номера. Это место не похоже на мою картину, но рассветы на Кайласе по-прежнему незабываемы. Глядя как медленно поднимается багряный шар солнца, я уселась на камень и достала телефон. Как всегда наугад ткнула в плейлист. Я напишу тебе письмо В нем будет ровно двадцать слов О том, что я пишу назло О том, как нам не повезло Жди меня, мы когда-нибудь встретимся, заново Жди меня, обреченно и, может быть, радостно Жди меня, в этом городе солнце как станция Как бы не сгореть мне, как бы не сгореть… Меня грызло смутное чувство вины. Я ведь давала себе зарок не сравнивать Ника и Клауса. И все же нет-нет, да и мелькнет предательская мысль — а как бы я поступила, снова оказавшись перед тем выбором? Хотя ведь прекрасно знаю единственно правильный ответ. Чьи-то ладони мягко обхватили мои плечи. — В твоей жизни была несчастливая любовь…- полувопросительно спросил Ник. — Прости, я знаю что это меня не касается, но мне важно знать. Я в смятении отстранилась. Вот что мне ему сказать? Разумеется правду нельзя — решит что у меня крыша отъезжает на первой космической. — Была, — его глаза пытливо скользнули по моему лицу.- Можешь не переживать, там все однозначно закончено. Я почувствовала как ледяной холод разливается внутри. К чему эти бесконечные вопросы о прошлом? А сам между прочим ничего на эту тему мне не рассказывает. — А что насчет тебя? Неужели за столько лет были только легкие интрижки? Разве ты не любил по-настоящему? Мне показалось в его глазах промелькнула боль. — Любил. — А…что случилось? — от неожиданности растерялась я. Вот не зря я так не люблю копаться в прошлом. — Она ушла, оставила меня. Это какой идиоткой надо быть, чтобы бросить такого парня? Впрочем и хорошо — иначе я бы не смогла с ним закрутить. — У нас все вышло как в той истории про звезды. — Ник, прошлое — это прошлое, сейчас важно то что впереди, — я сжала его руку, — а впереди у нас все будет хорошо. — А ты никогда не хотела вернуться в прошлое? — несмотря на шутливый тон, в его улыбке притаилась печаль. — Нет, — я снова почувствовала предательский комок в горле.-Потому что все равно бы не смогла ничего изменить. — Я хочу задать тебе еще один вопрос, — прищурился Ник. — И… это будет странно. Я никогда тебя о таком не спрашивал, — я наклонила голову, ожидая продолжения.- Ты действительно забыла свою прошлую любовь? Уверена, что любишь меня… хотя бы не меньше? — Как можно сравнивать такие вещи? — растерялась я, почувствовав одновременно злость. Клауса больше нет и его никогда не вернуть. Я не могу сказать кого из них люблю больше.- Ты сомневаешься в моих чувствах? — Прости меня, -он медленно обнял меня, глухо пробормотав, — я …наверное идиот.

***

Мы благополучно вернулись в Москву, но меня не покидало стойкое ощущение. Что-то было не так. Я интуитивно чувствовала, что Ник как-то изменился. В его взгляде я читала что-то непривычное, что переворачивало душу. Он стал каким-то замкнутым, постоянно залипал в телефоне. И самое неприятное — больше не заговаривал о моем переезде. Я не знала что и думать. Разлюбил? Решил попытаться вернуть свою бывшую? Или вообще надумал, что нам еще рановато съезжаться? Однажды ночью я проснулась от приглушенного света. — Что ты делаешь? — прищурилась я. — Не мог уснуть, пересматривал фотки, — действительно мой ноут был открыт.Он поднялся и резко открыл балконную дверь. Вот еще одна странность — почему-то он бросил вейп, перейдя на обычные сигареты. Я подошла к письменному столу и заглянула в неплотно прикрытый ящик. Так-так, открытый скетч… Он пересматривал мои рисунки? Десятки блокнотов, где почти на каждой странице — Клаус в военной форме на полигоне лагеря, обнаженный Клаус в каменном бассейне, Клаус и Коля бросающие друг другу вызов… Даже не знаю что тут сказать. Ты снова приревновал меня к самому себе, милый? Я вернулась в постель, но сон естественно уже не шел. Задницей чувствую, назрел момент серьезно поговорить. А вдруг он скажет, что наши отношения — это ошибка? Я почувствовала как непрошеные слезы обжигают глаза. Нет, я конечно сильная, я вывезу… Ник прилег рядом, прохладные пальцы осторожно коснулись моего плеча. Неужели я ошиблась и волшебство, которое случилось с нами закончится? Я почувствовала как легкий поцелуй щекочет висок. — Помнишь, я спрашивал тебя хотела бы ты вернуться в прошлое? — я вздрогнула от тихого шепота. — Ник, я правда не понимаю… — Просто я подумал что бы этого хотел, — я напряженно сдвинулась в сторону, но его ладонь мягко ложится на мой живот, проводит по нему в сторону, а после и вовсе обхватывает поперек. Вторая скользит по плечу вниз и сжимается на локте. — Я сказал бы своей любимой что мне жаль, что я позволил ей уйти. И чтобы она не страдала зря, потому что пророчество старого ламы обязательно сбудется… — Что? — я почувствовала как меня накрывает настоящая истерика. Какое на хер пророчество?! — Карма сведет тех, кто прошел портал… — Это…- очередной спазм стиснул горло, не давая произнести ни слова. Это не может быть правдой! — Алекс…- он настойчиво развернул меня, — посмотри на меня. Я недоверчиво захлопала глазами, все еще не понимая что происходит. — Я встретил тебя в лагере для пленных нацистов, потом мы сбежали и попали в прошлое которого не существовало, — Ник не мог знать обо мне такие вещи! — Клаус… Он приподнимает мое лицо за подбородок, заглядывая в глаза. Слезы рисуют кривые дорожки по щекам, но мне все равно. Потому что сейчас нахожусь в объятиях, о которых уже и мечтать не смела. Это так странно, что кажется сном. Прижимаюсь к нему порывисто, зажмуриваюсь, вдыхая запах его кожи, и меня колотит как от лихорадки, когда новая порция рыданий вырывается из груди. — Боже, это… это правда ты… Прихожу в себя не сразу. Как тормозящая «Винда» — мысли и ощущения возвращаются постепенно. И пока что превалирует злость. Нет, ну неужели нельзя было сказать все по-другому, а не играть на моих нервах, а? — Ты просто настоявший садист! — в Клауса полетела уже третья подушка, но легче мне не стало.- Почему ты сразу не сказал мне что все вспомнил? — Не все так просто, Алекс, — не обращая внимания на мой воинственный настрой, он сел рядом.- Когда мы попали в тот монастырь, меня снова стали мучить странные сны, а после встречи с ламой они не прекращались и наяву. Стоп, с этого места поподробнее. Он умудрился побеседовать с ламой, а я не в курсе?! И что за сны ему снились? -Я словно начал просыпаться, думал что схожу с ума. Ведь тот Ник, которого ты знаешь — это не моя вторая личность. Это я, лишенный собственных воспоминаний. Я чувствовал себя как настоящий псих, путая сон с явью и разбираясь в воспоминаниях.- Кажется теперь понимаю что именно изменилось. За эти дни Ник словно повзрослел. Не в том смысле что поседел и покрылся морщинами. Глаза. Эти глаза больше не принадлежали милому парню-программисту. — Я разрывался от собственных мыслей. Сначала решил, что ты со мной, потому что Ник на меня похож. Потом думал, что ты меня забыла и любишь…черт, да, меня, но. в общем ты поняла. Он действительно думает, что я влюбилась в него только потому, что уже влюблялась? — Клаус, я бы никогда не забыла тебя, -я нервно стиснула одеяло.- Но так получилось что Ник, то есть получается ты, стал для меня близким. А что мне оставалось, ведь ты был для меня навсегда потерян. — Так глупо ревновать к самому себе, — усмехнулся он.- Но еще больше боли мне причиняет то, что ты страдала, а я ничем не мог тебе помочь. Я знаю что поступил, непорядочно роясь в твоем столе, но я хотел понять как ты жила без меня. Так странно понимать, что для тебя это было всего несколько месяцев, а для меня прошли годы. Вот еще то, что не укладывается у меня в голове — я помню как мы шагнули в зеркало времени и свои последние дни в лагере. Я ведь тогда тебя не помнил… Почему же сейчас помню все? — Лучше не пытайся понять, иначе свихнешься, — я давно отчаялась понять как работает вся эта китайская хренотень. Главное же — работает. — Прости, я был настоящим скотом, — ну да, прощание у нас вышло не очень. Клаус полез в ящик и достав блокнот бережно перелистнул страницы.- Здесь на каждой странице столько боли, тоски. Моя девочка, как же ты пережила это все? — Хреново. Не хочу об этом больше говорить. Никогда. — Как лама смог заставить тебя вспомнить? Все-таки провел обряд? Клаус скепически выгнул бровь. — Ну а что — макнул в какой-нибудь омут памяти? — Сначала он начал нести что-то про реинкарнацию и зеркало времени и я уже хотел послать его к черту и уйти, но потом вспомнил свои сны… Не знаю был ли это обряд — он читал какие-то мантры, молился своему Будде, потом сказал что тот дает свое благословение и если я готов, можно попробовать. Не спрашивай что такое глубокая медитация, я вряд когда-нибудь еще решусь на подобное. — Интересно, как это? Вспомнить свою предыдущую жизнь? — Поверь, в этом нет ничего хорошего. Нет, в моем случае это конечно хорошо. Но это сложно — переварить новые воспоминания. Черт, в голове на укладывается — я был нацистким полковником, — Клаус растерянно потер переносицу.- И ведь обратно не отмотаешь я должен как-то с этим жить дальше. Еще один бонус от его внезапного прозрения — я теперь, не таясь, могу называть его Клаусом. — Кстати, Ивин — это ведь Ивушкин? — задумчиво протянул он. — Вполне может быть. — Сукин сын, — беззлобно выругался Клаус.- Ни капли не изменился. — Лама говорил у вас карма вечного соперничества. Благо теперь это ограничивается безобидной реконструкцией. — А Тиль… — Думаю да, — я улыбнулась.- К счастью ему повезло и в новом воплощении он не гей. Клаус страдальчески поморщился. — Что такое? А как же хваленая немецкая толерантность? У вас же в Германии гей парады нормальное явление. — Боюсь что несмотря на усвоенные догмы общества, я по-прежнему махровый консерватор. Я почувствовала как здорово, когда можешь говорить на любые темы. Словно тяжелый камень в виде моего прошлого упал со спины. — Ты правда уедешь со мной? — Я думала мы это давно решили. — Я сам поговорю с твоими родителями, -решительно заявил Клаус, — пора им понять что их маленькая девочка выросла и не будет всю жизнь жить рядом. — А я уже решила, что ты передумал, — вспомнив свои недавние переживания, я легонько стукнула его в плечо. — Алекс…- вздохнул он, — когда я вспомнил…ммм…себя, мне стало страшно. Ты ведь помнишь все, что с нами происходило… во всех вариантах нашего прошлого? -Помедлив, я кивнула.- Тебе приходилось принимать меня разного, а я… Я просто тебя люблю. Но я часто думаю, что возможно… Может, если бы у тебя действительно был выбор, ты бы не выбрала меня. — Сейчас выбора у меня сколько угодно, — никогда еще я не видела его таким уязвимым, беззащитным. — И я снова выбираю тебя. В голове крутится еще так много вопросов, которые я бы хотела обсудить. Например почему он скрыл от меня, что был женат. Как теперь будут уживаться в нем по сути две личности? Все-таки характер Ника, пусть не кардинально, но отличался. Что именно ему снилось — получается на уровне подсознания он меня помнил? Но нет, именно сейчас я не хочу думать об этом. Вместо этого тянусь, целуя его отчаянно, жадно. Провожу ногтями по его затылку, прежде чем запустить пальцы в волосы, чтобы прижать его еще ближе. Его губы спускаются к подбородку, скользят по шее. Хриплое дыхание Клауса на моей коже щекочет, пускает ток по всему телу. Касаюсь губами обнаженной груди, прижимаюсь лицом, трусь щекой.  — Я люблю тебя, — шепчу я, и даже желание отступает на второй план от того, как это чувство переполняет грудную клетку, все существо. В этот момент окончательно доходит, что мы снова вместе. Что это не один из тех снов, после которых я рыдала в подушку. Что все встало на свои места.  — И я люблю тебя, — что-то внутри надламывается от его тона. Эти слова сказаны так нежно, так проникновенно. Его пальцы уверенно стягивают пижамную майку, и на мгновение я замираю, как в тот, самый первый раз. Глупо, нелепо чувствовать смущение, может потому что с Ником мы почти ровесники, а вот Клаус всегда был в амплуа коварного мужика почти в два раза меня старше. — Моя девочка, — знакомый, чуть хрипловатый шепот мурашками пробегает по коже и я подаюсь ближе, отдавая себя его губам. Чувственные томные ласки сводят с ума. Время будто застывает, пока я еле ощутимо вздрагиваю в его руках, прежде чем он отстраняется и медленно насаживает меня на себя. Клаус убирает с моего лица волосы, бормочет что-то смущающе порочное, двигается неторопливо, уделяя больше внимания поцелуям, но это и не так важно. Куда больше сейчас значит ощущение тяжести его тела и прикосновения. Все тело дрожит — до кончиков пальцев, и я схожу с ума от каждого прикосновения. От того, как он двигается, как меняет ритм, как подхватывает под бедра, чтобы еще сильнее и глубже…  — Не закрывай глаза, — от властной нежности его шепота меня окончательно накрывает. Жар его губ на коже, пальцы переплетающие мои и вжимающие их в подушку, глубокие плавные движения его члена смешиваются в один вихрь удовольствия, закручивающийся внутри, и я с трудом различаю, где закапчиваюсь я и где начинается он— мы единое целое, во всех смыслах. Он обнимает меня крепче, все еще остается внутри, и я чувствую, как его член пульсирует в моем теле. Когда наши губы соприкасаются, вспоминаю, как мне этого не хватало. Его поцелуев. Его рук, теперь обнимающих так осторожно, что дыхание перехватывает от нежности. — Наша история похожа на легенду — невозможная любовь, смерть — и чудесное воссоединение. Надеюсь теперь ее можно закончить и жили они долго и счастливо. — По другому и быть не может, — отвечает Клаус, а я думаю, что порой мне приходят в голову совершенно нелепые мысли. Ведь я знаю — это не пройдет никогда.