Папочки

      Проснувшись, я увидел перед собой только сжавшегося в клубочек Ичиро, Дайчи не было в комнате. Я взглянул на настенные часы: без пятнадцати девять. Верно, он уже ушел на работу.       Я поднялся и, стараясь не разбудить сына, вышел из комнаты. Приняв все утренние процедуры: чистка зубов, душ, я стал готовить завтрак.       Ичиро, видимо, проснувшийся от запаха жаренного, пришел на кухню и сел за стол. Он сонно потирал глаза, изредка зевая.       — Доброе утро, — я повернулся к нему; мальчик не реагировал, а только остался неподвижно сидеть, смотря на мимо проезжающие машины за окном. — Я готовлю омлет, ты не против?       — Когда вернется папа? — он совсем проигнорировал мой вопрос.       — Дайчи совсем недавно ушел. Думаю, он вернется до того, как ты ляжешь спать.       — Я уже скучаю, — он положил голову на стол.       — Пойди умойся, пока завтрак готовится, ладно?       Он молча спрыгнул со стула и направился в ванную. Послышался звук бегущей воды.       Я как раз дожаривал яйцо для себя, когда Ичиро вернулся. Омлет ждал его на тарелке. Мальчик молча съел завтрак и уже собирался идти в гостиную, чтобы посмотреть очередную повторяющуюся серию мультсериала.       — Ичиро, — я остановил его, — сегодня нам нужно сходить в школу. Так что нужно собираться.       — А папа не может отвести меня туда? — он медленно направлялся в сторону телевизора, пока говорил.       — Он работает сегодня допоздна. Поэтому не получится.       Ичиро недовольно надул губки, но сдержал выступившие слезы и, пробубнив под нос: «Не хочу идти в школу», пошел в свою комнату. Он вернулся через пару минут, держа в руках небольшой желтый рюкзачок.       — Я готов, — сказал он и направился ко входной двери.       — Ты забыл надеть шорты, Ичиро, — на мальчике была лишь цветастая футболка да трусы. Он смущенно прикрыл причинное место и снова убежал в комнату.       Но он так и не возвращался. Я направился в его спальню и приоткрыл украшенную различными наклейками с динозаврами и пришельцами дверь. Ичиро сидел на полу в ворохе одежды, громко шмыгал носом, а по щекам текли маленькие слезинки. Заволновавшись, я подбежал к нему, прижал к себе.       — Что случилось? Ты ударился? — я оглядел его с ног до головы, но видимых ссадин и синяков не обнаружил.       — Я…я… — шмыгнул он носом, — я не могу найти шортики с машинами…       И он снова заревел, растирая слезы и сопли по лицу. Мне стало смешно от этой ситуации, но сейчас смеяться нельзя.       — Давай вместе их поищем, хорошо? — я встал и взял его за руку, водя по всей комнате в поисках его любимых шорт. Они нашлись под кроватью, мятые и все в пыли (но, к счастью, без пятен). Увидев, в каком состоянии находится одежда, Ичиро было снова начал плакать.       — Ну-ну, не реви. Сейчас я их поглажу, и ты наденешь теплые шорты.       — Да…

***

      — Ичиро-кун, это твой папа? — маленький одноклассник сына, Аки-кун, увлеченно рассматривал меня.       — Он муж моего папы, — спокойно ответил он и сел за свою парту.       — Ого! И так бывает? — Аки подбежал к концу класса, где на скамейках расположились немногочисленные родители. — Мам! У Ичиро-куна два папы! Представляешь?       Его мать — полная женщина в одежде, некрасиво облегающей ее толстые бока, взволнованно посмотрела на сына и спросила, стараясь быть как можно тише:       — Аки, а где его папы? — она оглядела всех взрослых.       — Да вот же! Один сидит рядом с тобой, — ребенок ткнул в меня пальцем и убежал обратно.       Женщина повернулась и так пренебрежительно посмотрела на меня, что по спине прошла волна мурашек. Она придвинулась ближе, толкнув меня бедром, отчего я задел темноволосого молодого человека рядом.       — Да как вы смеете… — сквозь зубы прошипела она мне на ухо.       — Смею что? — я попытался отсесть от нее, но воротник моей рубашки оказался у нее в руке. — Что вы делаете, прекратите.       — Да таким гомикам, как вы, вообще нельзя позволять приближаться к детям. Бедный мальчик…       — Я… — лишь успел вымолвить меня.       — Девушка, только не начинайте, — мужчина, которого я случайно толкнул, небрежно сбросил её руку с моей рубашки. — Не лезьте в отношения других людей. Вас это никоим образом не касается.       Женщина взбесилась, было раскрыла рот, чтобы снова возмутиться, но к ней снова подошел Аки-кун.       — Мам, Ичиро-кун такой классный! Он так красиво нарисовал меня. Смотри! — он протянул ей рисунок, выполненный цветными карандашами. В углу большими буквами было написано: «Для Акихико от Савамуры Ичиро» и добавлено красное сердечко в конце.       — Аки, давай мне рисунок и иди на место, скоро придёт учитель, — мать мягко подтолкнула его к остальным детям. Как только мальчик ушел, натянутая улыбка сошла с её губ. Она снова нахмурила тонкие брови и зло уставилась на лист бумаги.       — Вы с детства воспитываете в нём педика?! — она указала на сердечко, а после смяла рисунок и выбросила в мусорное ведро. — Мой Аки не будет общаться с вашим «сыном», — она особенно выделила последнее слово.       — Но они же дети. Разве есть что-то плохое в том, что Ичиро пририсовал эту незначительную деталь? — Он мальчик! — крикнула она. — Это ненормально, что он делает такие намеки моему сыну!       — Но им по шесть лет…       — Послушайте, — снова вмешался молодой человек, обращаясь к матери — мне надоело слушать ваши крики. Такими темпами на вас будут косо смотреть не только родители, но и учитель с детьми. Некоторые уже заволновались, услышав вас, — он указал на нескольких девочек, что обернулись на нас, тихо перешептываясь. — Так что закройте рот и молча наблюдайте за сыном.       Она промолчала, только возмущенно раскрыла рот и отсела от меня подальше, пренебрежительно поглядывая до конца уроков.       С последним звонком Ичиро подошел ко мне, держа перед собой рюкзачок.       — Идем? — я встал и подал ему руку, слегка улыбнувшись.       — Угу, — он двинулся вперед, проигнорировав меня. Опять.       Я пошел за сыном. Уже подходя к дверям школы, меня окликнули:       — Суга-сан! Подождите!       Я обернулся, увидев перед собой мужчину, который яро отбивал меня у той женщины.       — Простите, но, откуда вы знаете мою фамилию…       — Так вы не узнали меня. Я Кагеяма Тобио, мы состояли в волейбольном клубе в старшей школе вместе.       Я присмотрелся: и правда он. Те же синие глаза, темные волосы. Но он стал мужественнее и, кажется, вырос еще на полголовы.       — Кагеяма! Поверить не могу, что встретил тебя здесь. Так ты уже обзавелся семьей?       — Да, как видите, — он опустил взгляд на девочку с забавными хвостиками на голове, — моя дочь, Мизуки.       — Здравствуйте, — она смущенно спряталась за спину отца.       — Здравствуй. Меня зовут Савамура-сан, я папа Ичиро-куна, — я показал на сына, который нетерпеливо ждал меня на выходе.       Тобио удивленно раскрыл глаза, уставившись на меня.       — Погоди, так вы с Дайчи-саном…       — Да, мы поженились.       Кагеяма несколько секунд простоял, пялившись в пол.       — Нет, я, конечно, думал, что вы встречались в старшей школе, но чтобы прям так… Что ж, поздравляю со свадьбой.       — Благодарю.       Поговорив еще несколько минут, мы попрощались и разошлись к своим машинам.       — Коши-сан, — обратился ко мне сын с заднего сидения автомобиля, — мы еще приедем сюда?       — Конечно. Ты подружился с другими детьми?       — Аки-кун сначала мне не понравился, но потом подарил мне наклейку. Вот, — он показал её в зеркало заднего вида. Это был маленький стикер с супергероем. — А еще я познакомился с девочкой, которая сидела позади меня.       — И как её зовут?       — Я… Я не помню.

***

      — Папа! — Ичиро, только что переодевшийся в пижаму после пенной ванны, бросился в объятья Дайчи сразу, как тот появился на пороге.       — Ну-ну, какой ты шустрый. Дай же мне разуться, — муж быстро подошел ко мне и, обняв, нежно поцеловал в щеку. — Привет, любимый.       — Здравствуй. Как работа?       — Очень устал, — он положил голову мне на плечо, — и только твоя сладкая попка сможет меня взбодрить, — прошептал он и, ехидно хихикнув в конце, поцеловал мою шею.       — Дайчи! — я отодвинул его, — давай не при ребенке, ладно?       — Ладно, ладно, — он пошел на кухню. — Что на ужин? Я такой голодный, что, кажется, смогу съесть слона.       — Сегодня карри с рисом.       — Здорово! Люблю твое карри.       Я положил ему еду и ушел укладывать Ичиро. Сын до последнего ждал, пока Дайчи придет прочесть ему сказку, но не выдержал и уснул, тихо посапывая в подушку. Я поправил его одеяло и поцеловал сына в лоб, желая спокойной ночи.       Вернувшись к мужу, я присел за стол и подождал, пока тот доест. Он быстро умял еду с тарелки, и, подхватив меня, отчего я громко охнул, пошел в спальню.       — Ты постоянно носишь меня на руках, как какую-то принцессу, — сказал я, когда меня опустили на кровать.       — Для меня ты и есть принцесса, — Дайчи поцеловал меня и лег, накинув на ноги одеяло.       Мы долго нежились после трудного дня, целуясь и поглаживая кожу везде, куда только могли добраться руки. Я уткнулся в грудь мужа, вдыхая его запах, и закрыл глаза, наслаждаясь моментом.       — Знаешь, кого я видел сегодня в школе? — спросил я в полудреме.       — Кого?       — Кагеяму из Старшей Карасуно, представляешь?       — Да, думаю, у него хорошая семья.       Повисла небольшая пауза.       — …Не то, что у нас… — пробубнил я.       — Погоди, что ты сейчас сказал? — Дайчи беспокойно посмотрел на меня.       — Я говорю, что люди считают нашу семью неправильной. Оскорбляют, унижают… Они даже Ичиро назвали педиком! — на глазах выступили слезы, я снова прижался к мужу.       — Но ты же любишь меня?       — Люблю. Очень люблю, — я шмыгнул носом.       — И я люблю тебя. Вместе мы любим Ичиро, а он — нас. И если кто-то еще раз скажет тебе что-то подобное — я просто так это не оставлю.       — Именно поэтому сын так любит тебя. Ты всегда приходишь на помощь, а я… — я заплакал еще больше, — а я даже не смог защитить сына от оскорблений! Как мне смотреть на него, понимая, что я слабак, не сумевший закрыть рот одной тётке?! Да я же не смогу защитить его, если что-нибудь случится!..       — Замолчи.       — Но я…       — Я сказал, замолчи, — Дайчи сел, посадив меня перед собой. — Ты ни в чем не виноват. И сейчас я не хочу слушать, как ты унижаешь себя. Тебе нужно поспать. Идем, я найду таблетку успокоительного.       — Спасибо, что ты рядом…